Жанр: Философия
История философия в кратком изложении
...ческой философии, связан с развитием философии после Декарта
В противоположность онтологической позиции древней и средневековой
философии, как недостаточно обоснованной, Декарт подчеркнул идею о том, что
наиболее существенным моментом, с которого философия должна начать, является
достоверность самого познающего Я. В рамках этой традиции ряд философов
Нового времени делают больший упор на субъект, чем на объект, а вопросу о
характере познания отдают предпочтение перед вопросом о характере бытия. В
философии Канта также проявляется подобное привилегированное положение
субъекта. Хотя в последующей спекулятивной фазе развития философии (Шеллинг,
Гегель) наблюдается переход к онтологической позиции, прежний поэтический
приоритет субъекта проецируется на концепцию оснований всякой реальности.
Менее известно, что характерной чертой этого идеализма был пантеизм (он
характерен для Фихте, Шеллинга классического периода и Гегеля). Толчок
развитию дал Кант своей критикой метафизических идей (бог, душа, идея
мировой целостности). Другой причиной этой ориентации является так
называемая спинозовская дискуссия, вызванная книгой Ф.-Г. Якоби (1743-1819)
"Об учении Спинозы" ("Ober die Lehre des Spinoza"), изданной в 1785 г.
Дискуссия, направленная на реабилитацию философии Спинозы, является одной из
вех прогрессивного духовного развития в Германии того времени. Гердер
участвовал в спинозовской дискуссии своим трактатом "Бог" (1787), в котором
попытался модернизировать спи-нозизм (заменил "распространенность"
"органическими силами", моделью для которых служит скорее живое существо,
чем физический объект). В отличие от атеистической интерпретации Спинозы,
которую предпринял Якоби, Гердер защищает пантеистическое понятие бога с
некоторыми личными чертами (мудрость, провидение). Спинозовская дискуссия
показывает, что послекантовская философия включала в себя и те философские
направления в Германии, которые развивались независимо от Канта.
В социальном плане немецкая философия - свидетельство идейного
пробуждения "третьего сословия" Германии. Экономическая незрелость и
политическая слабость немецкой буржуазии, территориальная раздробленность
Германии наложили на нее свой отпечаток. В то же время немецкая философия
использовала результаты развития философской мысли Италии, Франции, Англии и
Голландии. Этот момент весьма положителен.
Значение немецкой классической философии было отчасти обесценено
идеалистической формой, которая впоследствии стала для нее роковой. Вместе с
тем она способствовала - несмотря на свой неконкретный, мистифицирующий
характер, который исключал строгий причинный анализ исследуемых феноменов,-
тому, что отражение новых научных познаний и воздействие общественного
развития происходили так своевременно, что, как говорится, она мгновенно
реагировала на новые стимулы.
ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ ГЕРДЕРА
Иоганн Готфрид Гердер родился в 1744 г. в Морунгене (Пруссия) в семье
учителя элементарной школы. Умер в 1803 г. в Веймаре. Период с 1776 по 1803
г. провел в Веймаре в должности генерального суперинтенданта, т. е. первого
духовного лица страны. Эту должность он получил при помощи Гете, который
сумел рассеять сомнения духовенства в правоверности Гердера. Наряду с
трактатами "О происхождении языка" ("Uber den Ursprung der Sprache") (1772),
"Идеи к философии истории человечества" ("Ideen zur Philosophic der
Geschichte der Mensch-heit") (1784-1791), своей автобиографией он издал в
1778-1779 гг. сборник песен "Голоса народов в песнях" ("Stimmen der Volker
in Liedern"), в который включил песни южных славян и мастерски их перевел.
Интерес Гердера к славянским народам, сохранившим, согласно ему, нетронутой
народную культуру, способствовал росту интереса к ним на Западе. У самих
славянских народов стимулировал рост самосознания и вызвал интерес к
сокровищницам народной культуры. Из других его трудов, кроме трактата "Бог"
("Gott"), значимы его "Письма для поощрения гуманизма" ("Briefe zur
Beforderung der Humanitat") (1793-1797), где он дает высокую оценку Я. А.
Коменскому.
Философия истории Гердера основана на идее, что человечество в своем
развитии закономерно приходит к гуманизму, т. е. к автономному использованию
сил, которые даны человечеству для совершенствования разума и нравов и
позитивного влияния индивидов друг на друга. Историческое развитие имеет
восходящий характер, который направляет его к максимуму, однако не прямо, но
опосредованно через эпохи, носителями которых были великие народы (Египет,
Персия, Греция, Рим, европейские народы). Так как в отдельные эпохи
достигался максимум, обусловленный географическими условиями и степенью
зрелости человечества, то все эти результаты истории человечества соединятся
в недостижимом еще конечном результате.
История человечества включена в рамки генезиса нашей солнечной системы.
Историческое развитие Гердер связывает со всем предшествующим
космологическим развитием. В понимании природы он пантеист и натуралист,
однако не материалист. Природный процесс трактуется им слишком
провиденциально и телеологически, и вместо чисто физических законов в нем,
согласно Гердеру, властвует скорее закон аналогии между человеком
(микрокосмом) и природой (макрокосмом). Природа рассматривается не как
механическая совокупность, но как образование определенных основных форм,
которые наиболее адекватно проявляются в органической природе. Однако
Гердер, исходя из своих позиций, делает в большей степени материалистические
выводы, чем, например, Вольтер: "...не обязаны ли мы стихиям всем, что нам
принадлежит, включая жилище и землю? Если стихии, согласно постоянно
действующим законам, периодически пробуждаются и требуют назад все, что
принадлежит им, когда огонь и вода, воздух и ветер, которые сделали нашу
землю обитаемой и плодородной, продолжают свой бег и уничтожат ее, когда
солнце, которое так долго нас по-матерински согревало... наконец вернет
стареющую силу земли... в свое лоно, то что бы могло случиться иное, чем то,
что должно было случиться согласно общим законам мудрости и порядка".
В первых пяти книгах "Идей к философии истории человечества" Гердер
показывает органическое развитие всей природы. Развитие Земли и творении
невозможно наблюдать прямо, так как развитие творений растянуто в пределах
различий между растительными и животными видами, как и развитие Земли-в
рамках формирования земной поверхности. Поэтому путем сравнения можно
реконструировать все развитие. Растение в целом представляется как уста.
Сосет корнями, листьями, сокопроводящими каналами. Только высшие животные
имеют дифференцированную организацию. И для высших животных, и для человека,
однако, принятие пищи остается основным законом: "Гордый человече, взгляни
на более скромное устройство своих братьев - несешь его еще в себе;
являешься пищеводной трубой, так же как твои меньшие братья, лишь бесконечно
более облагороженной". Вместе с более сложной организацией у высших животных
развивается и неподчинение инстинктам. Низшие животные полностью подобны
машинам, они находятся под властью инстинкта. У высших животных вместе с
возрастающим числом органов растет число инстинктов и независимость их от
одного инстинкта: "Бобр строит, но инстинктивно... иначе он не умеет ничего.
Напротив, обезьяна уже не имеет ни одного строго определенного инстинкта".
При этом инстинкты развиваются как модификация первоначального инстинкта
самосохранения и под влиянием условий, в которых животное живет. Разумеется,
здесь действует ансамбль условий, так как они в определенной мере творят и
само животное.. Причина развития - в постоянно совершенствующемся,
творческом импульсе природы. Гердер вновь и вновь повторяет идею о
взаимосвязи человека и животных: "Не существует добродетели или влечения в
человеческом сердце, подобие которых здесь и там не проявлялось бы в мире
животных". Из этого он выводит, что животные являются для человека "меньшими
братьями", а не только "средством", как считает Кант.
Преимущества человека перед животным Гердер выводит из его
прямохождения. У животного развиты чувства запаха и вкуса, у человека
преимущественное развитие получает глаз, зрение ("теоретики чувств", как их
позже назовет К. Маркс). Этим самым у человека освобождаются руки, и он
становится способным к деятельности и искусству; руки не только творцы новых
вещей, они посредством этого становятся творцами идеи. Следующее
преимущество, которое вытекает из прямохождения, состоит в развитии языка:
"Со способностью к речи человек получил вдохновение божие, семя разума...
короче, божественное искусство идей, которые являются источником всех
искусств".
Человек, несомненно, "наивысшая возможность :земного устройства", он
стоит на пограничье двух царств-царства природы и . царства "гуманности", т.
е. использования собственных сил, совершенствования разума и нравственности.
"Гуманность", однако, заложена в природе. Содержание "гуманности" составляет
способность к сочувствию страданиям других созданий, которой человек наделен
в наибольшей мере, стремление к познанию бога - этой "связи всех вещей",
"первой и единственной причины всех творений". Естественное, природное Понятия (категории)
1
По количеству
единство (единица меры)
множество (величина)
совокупность (целое)
По качеству
реальность
отрицание
ограничение
По отношению
субстанция
причинность
взаимность
По модальности
возможность
действительность
необходимость
Критерии деления взяты из теории суждений Аристотеля - из их различных
форм Кант выводит категории.
Чистые (неэмпирические) принципы естествознания
Аксиомы созерцания
Антиципация восприятия
Аналогия опыта
Постулаты эмпирического мышления вообще
Принцип "сохранения мировой субстанции" (например, при сожжении
определенного тела составляющая его материя не исчезает) и принцип
причинности (по которому "все изменения совершаются согласно закону
соединения причины и следствия") являются двумя первыми "аналогиями опыта".
Третья "аналогия опыта" выражает принцип взаимного воздействия субстанции
(составляет их взаимную притягаемость). Первые два вида принципов ("аксиомы
созерцания" и "антиципация восприятия") определяют то, что явления, которые
должны стать предметом научного исследования, должны быть квалифицируемы
(выражены количественно). Это так называемые математические принципы в
противоположность третьему и четвертому, которые называются динамическими.
Четвертый принцип должен удовлетворять условиям, при которых предмет может
быть понят как возможный, реальный и необходимый.
Таким образом, Кант подчеркивает априорность категорий времени и
пространства в двух плоскостях: при объяснении опыта и при объяснении науки.
При объяснении опыта априорность категорий времени и пространства составляет
тот плюс, когда присоединение к чувственным данным образует единство
"регулярного" опыта относительно непосредственно воспринимаемых вещей. При
объяснении науки из категорий выводятся "принципы", которым должны
соответствовать предметы.
Известно, что наряду с априорной составной частью другим элементом
опыта являются чувственные данные, или "чувственный опыт", о которых Кант
говорит, что они являются результатом "аффекции" нашей чувствительности
внешними "вещами в себе". Вещь или "вещи в себе" нам не известны, знаем лишь
ее или их воздействие на наши рецептивные (воспринимающие) чувства. Кант
весьма выразительно подчеркивает метафизический элемент, содержащийся в этом
принципе. Когда он во втором издании "Критики чистого разума" защищается от
обвинений в берклианском идеализме, которые были выдвинуты против него, он
указывает на еще один аргумент. Наше осознание самого себя связано, по его
мнению, с осознанием предметов как существующих вне нас.
Субъективно-идеалистическое представление "взаимосвязанного сна", согласно
которому самосознание остается нетронутым, хотя бы предметы, к которым
сознание относится, и перестали существовать, у Канта, таким образом,
исключено.
В заключение нашего обозрения позитивной части "Критики чистого разума"
хотелось бы напомнить, что марксистская философия подчеркивает у Канта
агностицизм и его колебание между агностическим и идеалистическим
мировоззрением. Энгельс в критике агностической позиции Канта подчеркивал:
"Самое же решительное опровержение этих, как и всех прочих, философских
вывертов заключается в практике, именно в эксперименте и в промышленности".
Марксистская критика вместе с тем, однако, подчеркивает, что Кант правильно
указал на активность познающего субъекта, которой прежде не уделялось
достаточного внимания. Возражение против теории априорности времени и
пространства состоит в том, что общий элемент опыта имеет не априорное
происхождение, он образуется как идеальное отражение реальности,
опосредованной миллиарды раз повторяющейся практикой.
С самого начала целью исследования Канта было выяснение, возможно ли
существование метафизики с ее учением о душе, боге и идеей мира. Кант
приходит к выводу, что определенные познания соответствуют критерию
научности и что всегда можно опереться на данные естествознания и математики
для формулирования общих и необходимых фактов. В случае математики - это
гомогенное чувственное созерцание (его чистая гомогенность гарантирована
априорным происхождением), в случае естествознания - это категории,
выступающие как основа "принципов". В обоих случаях научное познание
остается связанным чувствами. Однако никаких гарантий нельзя найти для
фактов, которые относились бы к идеям. Кроме этого в обоих случаях гарантия
имеет характер априорного "вклада" Нашей мысли в факты, и познание при этих
предпосылках не имеет смысла для предметов метафизики. Кант поэтому приходит
к отрицательному выводу о возможности метафизики как "науки". Метафизика
невозможна как система действительных фактов о "трансфизических" предметах.
Однако из этого не вытекает то, что невозможна философия вообще - она
возможна как критика достоверного познания, т. е. установление его
экстенсивности и границ.
При определении перечня вопросов, которые философия Канта должна
решить, возникает такой порядок: как вообще возможна метафизика? как
возможна метафизика как наука? Нам известно, что последний вопрос имеет
отрицательный ответ, однако именно такой ответ обусловливает вопрос: "как
возможна метафизика как естественная диспозиция, т. е. как возникают из
всеобщего характера человеческого разума вопросы, которые ставит чистый
разум и на которые его принуждает отвечать собственная потребность?". Этим
дано отношение Канта к предметам метафизического мышления. Действительное
познание невозможно на основе метафизического мышления, однако в то же время
должно поставить вопрос: как возможно, что до сих пор и в такой мере они
занимали человеческую мысль? Кант решает и этот вопрос указанием на
следующую априорную плоскость, которая, однако, не имеет характера принципа
объективных фактов, но имеет характер тенденции, причем тенденции
преодоления обусловленного познания, т. е. познания единичных явлений,
познания того, что есть абсолютное, необусловленное. "Наша способность
познания ощущает гораздо более высокую потребность, чем просто разложение
явлений на слоги, согласно их синтетическому единству, которого достаточно
для того, чтобы прочесть их как опыт... а наш разум имеет в себе потребность
опираться на факты, идущие дальше того, чтобы с ними мог согласоваться
какой-либо предмет, который может дать опыт". Тенденция к познанию того, что
не обусловлено, заложена, по Канту, в характере нашего суждения потому, что
суждение может осуществиться лишь при условии, что большая посылка (которая
представляет условие относительно вывода) мыслится как универсальная. Потом
мы можем предикат, действительный для условий, ставить как действительный по
отношению к предмету, который подчинен условию. В этом характере нашего
суждения Кант усматривает принцип мышления предметов опыта при общности
условий. Мыслить нечто по отношению к общности условий означает то же самое,
что мыслить "при всех условиях" или по отношению к тому, что является
необусловленным, абсолютным. Кант, таким образом, из нашей способности
суждения выводит нашу способность к тому, чтобы мыслить предметы опыта по
отношению к общности условий, или необусловленному. Так он интерпретирует
тенденцию относить наши познания к совокупности мировоззренческого синтеза.
По Канту, существует два способа реализации этой нашей способности.
Первый способ тот, на котором основана старая метафизика. Второй способ
преодоления эмпирического познания по направлению к общности условий, к
необусловленному объективизируется в идее, которая превосходит любой опыт.
Кант указывает на Платона, который впервые понял эту тенденцию и дал ей
идейное выражение.
Кант стремится доказать, что три так называемые идеи, на которые
опиралась старая метафизика (душа, идея мировой целостности, бог), являются
продуктом трижды неправильного суждения. Как понятия, в которых не
содержится чувственного созерцания, они противоречат требованию, согласно
которому наше познание должно быть связано с чувственностью. Критика этих
идей показывает, что они были образованы на основе неправильных выводов, и
тем самым подтверждает "экспериментом обратной проверки" то, что "все наше
познание начинается с опыта...".
Кант затем подробно анализирует отдельные идеи и показывает, что в
доказательствах субстанциональности и бессмертности души старая метафизика
допустила грубые логические ошибки (паралогизмы). В случае второй идеи
неправильно осуществлен синтез явлений в идее мировой целостности. Кант
доказывает неправомерность этой идеи тем, что в ней он вскрывает
противоречия, или антиномии. В ходе истории метафизики доказывались
противоположные тезисы, касающиеся начала мира во времени и его
пространственной ограниченности или неограниченности; делимости на
окончательно простые элементы и его делимости до бесконечности; безусловной
действенности всеобщей причинности и его ограниченности "причинностью
посредством свободы", т. е. при посредстве человеческого решения, и,
наконец, вопрос, является ли мир самодостаточным или нет. Проблема состоит
не в том, что тезисы или антитезисы доказываются неправильно, но в том, что
оба их можно однозначно доказать. Из этого Кант выводит: наше познание
впадает в противоречие с самим собой, если оно остается без опоры на
чувственное созерцание. При опровержении третьей из идей, идеи бога. Кант
указывает на ошибочность двух главных доказательств существования бога -
онтологического и космологического. Из его критического анализа,
"теологической идеи", в частности, интерес представляет критика так
называемого онтологического доказательства, в котором из понятия бога
доказывается его существование.
Критика Кантом идеи старой метафизики кладет конец метафизическому
доказательству идей в философии. Современник Канта М. Мендельсон (17291786),
сам автор трактата, в котором пытался представить метафизические
доказательства бессмертия души, назвал Канта "всесокрушителем"
(Alles-zermalmer). Вместе с тем на кантовской философии кончается и
господство "математического" метода доказательств в философии, который
достиг своей вершины в "Этике" Спинозы.
Для дальнейших судеб немецкой философии особое значение имел Кантов
метод антиномий. Гегель, который высоко оценивал общее значение кри-. тики
метафизических идей Кантом, восторженно говорил о методе антиномий, что он
"является одним из важнейших и наиболее глубоких достижений философии
новейшего времени". Здесь он имеет в виду противоречие как основной закон
диалектики. И хотя Кант сам не приходит к позитивному пониманию значения
противоречия, он формулирует идею, что при определенных условиях разум с
необходимостью впадает в противоречия, что для Гегеля явилось введением к
позитивной оценке противоречий в теории диалектики.
Однако если тенденция к преодолению эмпирических фактов заложена в
самом характере нашей мысли, то должно существовать и позитивное значение.
этой априорной способности. Кант усматривает его в "регулятивном"
употреблении идей, которое-в отличие от способа употребления в старой
метафизике - зависит от того, что идеи функционируют не как сверхчувственные
"предметы", но как тенденции, направляющие наше сознание к неустанному росту
и единству. Вместе с тем они являются основой системности нашего опытного
познания и действуют в том направлении, чтобы познание не было "случайным
агрегатом", но образовало "взаимосвязанную систему".
Дальнейшее позитивное значение науки об идеях, которое переходит
границы теоретической философии, состоит в том, что идеи становятся
"предпосылками" нравственного поведения. Речь идет об идеях свободы,
бессмертия и бога, которые приобретают значение "постулатов" нашего
нравственного поведения потому, что "помогают" нашим стремлениям в
достижении наивысшего блага. Эту функцию идей как постулатов мы рассмотрим в
следую'-щем разделе.
Предпосылкой анализа познания в "Критике чистого разума" является
механика Ньютона как образец естественнонаучного познания. Для конца XVIII
в. было характерно быстрое изменение научных интересов. Кант попытался
отреагировать на эту новую ситуацию в своей третьей "критике", в "Критике
суждения", написанной в 1790 г., тем, что создает науку о естественной
теологии. В ней он исходит из предпосылки, что наряду с законами природы,
выраженными физикой, существуют еще и законы нашей рефлексии природы. К ним
относятся дифференциация живой природы на виды и роды, затем понятие
организма как "внутренней цели", в которой отдельные части являются
одновременно причиной и следствием, и, наконец, законы типа "природа не
делает скачков". Одновременно с тем, что дифференциация родов, или понятие
организма как цели, является лишь априорным правилом нашей рефлексии,
агностицизм заостряется до предела. Не без оснований Шеллинг определял § 64
"Критики суждения" источником своего вдохновения в преодолении философии
Фихте (в этом параграфе дана дефиниция естественной целесообразности). Кант,
таким образом, "Критикой суждения", так же как и своей практической
философией, инспирировал преодоление своего агностицизма.
Этика Канта. Как уже говорилось, вторая проблема эпохи, которую решил
Кант своей философией,- проблема человеческой свободы. Это была проблема
эпохи прежде всего потому, что из человеческих способностей к свободному
поведению Кант выводит взаимное равенство всех людей. Другое значение
решения Кантом этой проблемы состоит в том, что он обосновывает человеческую
свободу господством людей и их правом распоряжаться вещами.
Кант энергично встал на сторону свободы, против детерминистской
концепции, согласно которой то, что выступает как свободная мотивация нашей
воли, на деле является лишь следствием причинной детерминации, пружины
которой остаются скрытыми. Кант назвал эту свободу лишь чисто
"психологической свободой". Следующая локковско-юмовская просветительская
концепция, отстаиваемая уже Вольтером, переводит проблему способности нашего
собственного выбора на проблему возможности осуществления намерения
независимо от того, пришли мы к нему детерминированно или автономно. Обе эти
натуралистические концепции не подходили Канту ни с точки зрения его теории
человека и общества, ни с точки зрения его теории антропогенеза. Кант
выводит человеческую способность автономно определить свою волю из того, что
человек - это существо, которое преобразовало свои естественные стремления.
Вместе с другими немецкими философами Кант выступает против истолкования
человека как пассивного создания природы или общества и видит в нем скорее
субъект автономного поведения и собственного самосовершенствования.
Свою заинтересованность социальными проблемами Кант доказывает также
тем, что в духе руссоистской традиции основным проявлением свободы считает
самоограничение собственного произвола, уважение к свободе остальных. Как
известно, Руссо, на которого равнялся Кант, разрешил вопрос возможности
свободы в обществе тем, что включил в автономную мотивацию поведения
индивида уважение к другим равным ему существам. Эта сущность "всеобщей
воли" Руссо переходит в нравственный закон Канта - категорический императив
и образует определенность с точки зрения содержания.
К характерным чертам моральной теории Канта относится то, что он
рассматривает этическую проблему независимо от теологических предпосылок.
...Закладка в соц.сетях
