Жанр: Электронное издание
longshot
...о нам, черт
возьми, с ним делать?
Малхолланд быстро рассказал об их плане преследования двух террористов из
ИРА - Бейли и Хеннесси, о том, как ФБР планирует запустить по телевидению
историю о двух ирландских террористах, разыскиваемых за незаконные операции с
наркотиками во Флориде. Малхолланд ухитрился переговорить со своим другом
продюсером еще до того, как они сели в вертолет, и тот заверил его, что фотографии
Бейли и Хеннесси появятся на телеэкране не позже чем через два дня.
- А почему бы нам просто не поместить Карлоса в "Десятку разыскиваемых"? -
спросил Санджер.
Говард понял, что Малхолланд был прав, когда предупреждал, что Санджер
предпочел бы скорее напугать Карлоса, чем попытаться его арестовать. Малхолланд
встал, подошел к своему стулу сзади и оперся о его спинку.
- Боб, на этом этапе нам кажется, что есть реальная возможность взять всю
банду: Карлоса, Хеннесси, Бейли и тех трех снайперов. Вряд ли они догадываются, что
мы опознали их или что мы знаем об их присутствии на Восточном побережье. Если
сделаем все правильно - загребем всех разом.
- Но, судя по тому, что вы сказали мне о телефонном звонке Лу Шолена, у нас
всего две недели. А кстати, Коул, со "Стар Треком" у вас здорово получилось.
Говард улыбнулся на это замечание. Он глянул на Малхолланда и незаметно
кивнул, удостоверяя, что шеф ФБР сдержал свое слово - очевидно, он уже поведал
Санджеру, что именно Говард придумал этот трюк.
- Шолен сказал, что все будет кончено в течение следующих двух недель, -
подтвердил Малхолланд.
Санджер снял свое пенсне и начал медленно протирать его красным носовым
платком.
- Итак, помещайте Карлоса вместе со снайперами в "Десятку разыскиваемых" и
прикажите всем своим агентам искать их, - произнес он.
- На это у нас нет времени, а если мы мобилизуем все ФБР, нам придется
объясняться с общественностью, - сказал Малхолланд. - Ведь это значит -
вывешивать объявления на стенах почтовых отделений, полицейских участков и так
далее. А если мы прокрутим все по телевидению, можно будет сэкономить на правде.
Санджер кивнул.
- Значит, мы предоставляем великому американскому народу возможность
поработать вместо ФБР - так, Эд? - Он улыбнулся, глядя поверх пенсне.
Малхолланд улыбнулся в ответ. У Говарда было ощущение, что эти двое давно
знакомы и получают извращенное удовольствие, подкалывая друг друга.
- Нам известно, что должно произойти в течение следующих двух недель, и еще
нам известно, что произойдет это на Восточном побережье, - произнес Малхолланд.
- Ваши люди, должно быть, ходят кругами, проверяя президентский маршрут и
перетряхивая списки поднадзорных и журналы происшествий. Почему бы в порядке
профилактической чистки не раздать им фотографии Карлоса с компанией и не
заставить показывать с целью опознания? Ваши агенты все равно собираются
проверять все отели, и мы бы одним выстрелом убили двух зайцев. А людей из ФБР
мы могли бы направить на проверку магазинов, бензоколонок, компаний по продаже
автомобилей и так далее. Но ограничим поиски только заведениями вдоль
президентского маршрута.
Раздался стук в дверь, и секретарша Санджера впустила в кабинет Энди Кима
вместе с каким-то молодым человеком с короткой военной стрижкой и рябой кожей.
Завидев Говарда, Ким прошел вперед и пожал ему руку, в то время как Санджер
представлял другого человека как Рика Палмера, программиста Секретной службы.
- Рик, не мог бы ты вкратце рассказать, как идут дела с вычислением мест
запланированных визитов, где можно совершить покушение?
Говард увидел, как Ким заметно помрачнел, и понял, что успехи пока не радуют.
Он ободряюще улыбнулся корейцу. Палмер поскреб свою правую щеку, словно
рябинки на ней чесались.
- Скоро уже конец августа, а ничего еще не сделано, если иметь в виду те
девяносто процентов, о которых мы условились, - произнес он. - С полдюжины
моделей подошли довольно точно, а одна так даже на восемьдесят шесть процентов.
Санджер вовсе не удивился этим новостям, и у Говарда сложилось впечатление,
что он попросил обрисовать ситуацию скорее для Малхолланда, чем для себя.
- Есть ли в этой полудюжине места на Восточном побережье? - спросил
Санджер.
Палмер метнул взгляд на Кима, а тот поправил свои очки в роговой оправе и
нервно откашлялся.
- Одно в Бостоне, а другое, я уверен, в Филадельфии, - произнес он дрожащим
голосом.
Санджер кивнул.
- У Коула есть пара фактов, которые могут помочь тебе. Прежде всего, теперь у
нас есть основания быть уверенными, что покушение планируется на ближайшие две
недели. - Выражение лица Энди Кима стало совсем мрачным, как только он понял,
что если дела действительно обстоят именно так, то его модель или уже пропустила
место покушения, или он ошибся в расчете программы. Его лоб прочертили глубокие
морщины, а выглядел он так, словно испытывал физическую боль. - Во-вторых,
снайперы, как выяснилось, находятся в районе Балтимор - Вашингтон, по крайней
мере в настоящий момент. Имея в виду временные рамки, я думаю, что намеченная
ими акция будет происходить где-то поблизости. Полагаю, нам надо вернуться к
самому началу и перепроверить все возможные места покушения в восточной части
страны на ближайшие четырнадцать дней.
Палмер тоже нахмурился и посмотрел на Кима, который лишь пожал плечами.
- Что ж, начнем сначала, - согласился Палмер.
- Интересно, не могли бы мы заодно просмотреть вероятность существования и
других мишеней, - произнес Говард.
- Например? - спросил Санджер.
- Возможно, сенаторов или военных. Я думаю о нескольких высокопоставленных
военных, которые могут занимать у иракцев в списке на уничтожение первые строчки.
Кроме того, у меня есть список прибывающих важных персон из-за океана.
Услышав об иракском списке на уничтожение. Палмер и Ким удивились, и Говард
понял, что ни одного из компьютерщиков не волновало, насколько далеко зашло
следствие. Они все еще рассматривали его скорее как математическую задачу, чем как
криминальное расследование.
Малхолланд и О'Доннелл согласно кивали, а Санджер переводил взгляд с одного
на другого, как будто пробуя на вкус их реакцию.
- Расширение поиска займет больше времени и больше людей, - произнес он. -
Предлагаю сконцентрироваться на местах пребывания президента в следующие два
дня и, если результаты будут негативными, пропустим программу через точки, где
президента не ожидают, но где, как нам известно, будут другие возможные мишени.
Эд, когда будут показаны по телевидению портреты Бейли и Хеннесси?
- Через два дня, - ответил Малхолланд. - Во вторник вечером. Если моему
продюсеру удастся это протолкнуть.
- Лучше бы ему удалось, - произнес Санджер. - На следующей неделе будет
уже слишком поздно. - Он поглядел на часы. - Джентльмены, сейчас почти три
часа. В ближайшем отеле приготовлены для вас комнаты. Внизу вас ждут машины,
они же утром вас привезут, поэтому мы сможем начать пораньше.
Открылась дверь, и появилась секретарша. Интересно, подумал Говард, не нажал
ли Санджер какую-то потайную кнопку, потому что к селектору или телефонам на
столе он не прикасался. За секретаршей стоял молодой человек, держа в руках
фотоаппарат "Поляроид". Санджер пояснил, что на их пропуска в Белый дом должны
быть наклеены фотографии, поэтому им пришлось по очереди вставать спиной к
стене, пока камера сверкала вспышкой и жужжала. Когда все было закончено,
Санджер попросил секретаршу проводить гостей к машинам.
- И проследите, чтобы их багаж не отправили в космос, - добавил он. Глянув на
Малхолланда, Санджер пожал плечами. - Иногда и такое случается.
Внутренний будильник разбудил Джокера в пять утра. Во рту было кисло, а язык
обложен толстым налетом с мерзким привкусом. Он сглотнул, но гортань оказалась
настолько пересохшей, что он чуть не поперхнулся. Джокер, шатаясь, побрел в
крохотную ванную, где напился из-под крана. Вымывшись под душем и обернув бедра
тонким полотенцем, он вернулся в спальню и склонился над кроватью. Из-под матраса
Джокер вытащил пистолет и глушитель. "ЗИГ-зауэр Р228" выглядел совсем
новеньким. На нем не было ни царапины, а глушителем так и вовсе ни разу не
пользовались. В магазине находилось тринадцать патронов, и Джокер тут же узнал в
них патроны марки "хорнади кастом ОРД". В обращении с этим оружием и
боеприпасами Джокер был далеко не новичок. Он знал, что ОРД расшифровывается
как "особо разрушающего действия". В головке пули не было свинца, а это означало,
что пули расплющатся в лепешку при столкновении, увеличивая тем самым свою
проникающую и разрушающую способность. И действительно, человека они вырубали
напрочь, а из-за своих больших размеров вылетали из ствола довольно медленно: со
скоростью всего девятьсот семьдесят восемь футов в секунду. Джокер улыбнулся
количеству патронов, заряженных в магазин. Он знал, что другая модель "ЗИГ-зауэра",
Р226, могла принять еще больше патронов - шестнадцать, - но и тринадцати было
более чем достаточно. Если он когда-нибудь попадет в ситуацию, где ему потребуется
такое количество пуль, значит, он покойник. Метод "строчи и молись", столь горячо
любимый энтузиастами пейнтбола, в реальной жизни не работал. Когда Джокер попал
в воздушно-десантные войска, с первого дня тренировок в "Смертельном доме" им
вбивали в голову: два выстрела в мишень, и оба - в грудь. Если будет время, тогда,
возможно, для гарантии и третий - в голову, но в ситуации с заложниками, с
пистолетом в руках - только два: пиф-паф, и тут же следующая мишень. А если тебе
приходится действовать против более чем двух противников, значит, ты совершил
большую ошибку, ибо тут уже неважно, сколько пуль у тебя в магазине: тебя
пристрелят. Только дилетантская стрельба напропалую может потребовать
тринадцати выстрелов. Но когда дело касалось убийства. Джокера никак нельзя было
назвать дилетантом.
Он вытерся, натянул голубые джинсы "Леви" и черную майку для поло, после чего
завернул пистолет в куртку, отнес его к своей машине и сунул под сиденье водителя.
Затем Джокер подошел к конторке и оплатил счет, использовав свою карточку "Виза".
Дороги были свободны, поэтому он быстро ехал в направлении Лорела, где жил
Патрик Фаррелл. Дом представлял собой двухэтажный особняк в колониальном стиле,
стоявший посреди нескольких акров газона со звездно-полосатом флагом,
болтавшимся на толстом белом флагштоке. Номер дома был указан на почтовом
ящике, стоявшем в конце посыпанной гравием дорожки. Джокер сбавил скорость, но
не остановился. Прямо напротив, перед баскетбольной площадкой, стоял "линкольн
континенталь", который Джокер уже видел возле "Фаррелл авиэйшн" Убедившись, что
человек, закрывавший в прошлый раз на его глазах офис, и был именно Патриком
Фарреллом, он покатил к аэродрому.
Когда Пат Фаррелл наконец появился, Мэтью Бейли уже поджидал его возле
конторы "Фаррелл авиэйшн". Бейли глянул на часы и усмехнулся. Пятнадцать минут
опоздания. Он выбрался из машины и встал возле главного входа в здание.
Фаррелл махнул рукой.
- Привет, Мэтью! Извини, у меня сигнализация никак не отключалась.
Бейли вновь усмехнулся. Скорее всего старого пидора опять затащила в кровать
трахнуться по-быстрому какая-нибудь шустрая задница. Фаррелл никогда не был
особенно разборчив в своих знакомых, будь то в постели или вне ее, но он был
первоклассным пилотом и важной фигурой в плане Мэри Хеннесси, поэтому Бейли
просто улыбался и ждал, когда Пат откроет двери из двойного стекла.
- Может, сначала кофейку выпьешь? - спросил Фаррелл.
Бейли отказался, сказав, что предпочел бы поскорее поднять самолет в воздух.
Фаррелл открыл металлический шкафчик за стойкой, внутри него висело более
дюжины связок ключей, и к каждой была прикреплена металлическая бирка с
опознавательным знаком самолета. Он вынул одну связку, закрыл шкафчик и взял со
стола разрезанную карту.
- А шлемофоны? - спросил Бейли.
- В самолете, - произнес Фаррелл. Двое мужчин направились к стоявшим в ряд
маленьким самолетикам. - Проблем с получением лицензии не было? -
поинтересовался Фаррелл.
- Ну, школу ты порекомендовал что надо. Они сделали мне все бумаги, прочли с
полдюжины лекций, а затем свели с экзаменатором из ААФ . Не школа - конфетка.
- Бейли учили летать пилоты из ливийской армии, поэтому он мог водить любой из
одно- и многомоторных самолетов. Во время шестимесячных сборов, спасибо
полковнику Каддафи, ливийцы преподали ему всю науку приземления по приборам и
объяснили, как летать на французском вертолете "Алуэтт-111". Разумеется, даже
вопроса не стояло о том, чтобы летать в Соединенных Штатах по ливийской лицензии,
поэтому Фаррелл подделал бортовой журнал, указав в нем пятьдесят часов
тренировочных полетов, и Бейли направился в Нью-Мексико за получением
новенькой лицензии ААФ под вымышленным именем. Лицензия годилась только для
одномоторного летательного аппарата с фиксированным крылом, но именно на таком
Бейли и собирался лететь.
- Ты летал раньше на "Центурионе"? - спросил Фаррелл.
- Разумеется, - ответил Бейли. - Какого он года?
- Восемьдесят шестого, один из последних построенных "Сессной". Это
"Атлантик Аэро-550" - улучшенный "Центурион", построенный какой-то компанией
в Северной Каролине. Они увеличили мощность и размеры пропеллера, поэтому
теперь у самолета максимальная скорость 180 узлов, дальность полета 850 миль, а
разбег 1250 футов. Вот он.
Самолет был белого цвета с зелеными полосками по бокам и эмблемой компании
на обеих дверях - ястреб над зеленым пропеллером. Фаррелл снял чехлы и отвязал
веревки, которыми крылья и хвост самолета были притянуты к земле, в то время как
Бейли ходил вокруг, проверяя закрылки, хвостовые рули и шасси. Для полета день был
просто прекрасен - голубое небо и, насколько он мог разглядеть, лишь легкие
признаки облаков на высоте порядка двадцати тысяч футов. Ветровой конус показывал
на юго-запад, но висел он, совершенно обмякнув.
Фаррелл плеснул остатки горючего на землю, проверил уровень масла и кивнул
Бейли.
- О'кей. Поехали.
Двое мужчин взобрались в кабину и пристегнули ремни.
- Управление почти такое же, как на "Центурионе-210", - сказал Фаррелл. -
Скорость отрыва с опущенными закрылками 56 узлов, с поднятыми - 65. После
отрыва поднимай закрылки, когда наберешь 80 узлов. Лучшая скорость набора высоты
- 97 узлов, она обеспечит тебе примерно тысячу триста футов в минуту. - Он
развернул на коленях разрезанную карту и показал на взлетную полосу. - С двух
тысяч пятисот футов и до десяти тысяч мы попадаем в зону ведения балтиморсковашингтонского
международного аэропорта. Если будешь держаться ниже двух
пятисот, проблем не будет, но стоит пробить этот потолок, как тебе придется
включить ответчик и держать радиосвязь с балтиморской диспетчерской. Будем лететь
ниже двух тысяч, пока не выберемся за Чесапикский залив, но, когда пойдем вверх, я
все равно их вызову, чтобы они знали, кто мы такие. Здесь действительно очень тесно
в воздухе, потому что рядом балтиморско-вашингтонский аэропорт, база ВВС
"Эндрюс", вашингтонский международный аэропорт Даллеса, а их воздушные трассы
перекрывают друг друга. Куда ты сегодня хочешь лететь?
Бейли улыбнулся.
- Лучше тебе этого не знать, старина Пат, - ответил он.
- Понятно, как всегда, - произнес Фаррелл. - Поглядывай на карту, держись
ниже радарной системы, и у тебя не будет проблем.
Бейли кивнул. Мужчины надели шлемы и проверили их. Фаррелл попросил Бейли
взять ламинированную пластиком карту контрольных проверок, и, прежде чем
запустить двигатель, они вместе изучили ее. Бейли окинул взглядом приборную доску,
набор бортового электронного оборудования и средств связи. Экипировка самолета
производила впечатление, включая в себя аудиопанель и радиомаяк "Бендикс-Кинг
КМА-24", навигационную систему КХ-155, авиакомпас КК-87, дальномерный
передатчик "Сессна". Еще там был приемник для дальней навигации "Феникс Р4", при
помощи которого можно было точно определить координаты самолета, прибор
штормового предупреждения УХ-10 для обнаружения грозовых областей и автопилот.
- Желаешь поднять его сам? - спросил Фаррелл едва слышным сквозь шлем
голосом.
- Разумеется, - произнес Бейли.
- О'кей, только учти, что для взлета тебе потребуется каждый дюйм взлетной
полосы. Считай, что взлетаешь с лужайки, и не ошибешься.
Бейли просмотрел карту технического контроля "Центуриона": открыть
воздухозаборник двигателя, поднять закрылки на десять процентов, установить руль
высоты и руль поворота на взлет, отключить автопилот и разблокировать рычаги
управления. Он поднажал на газ, разогнав двигатель до 1700 оборотов в минуту,
ощущая, как самолет подрагивает по мере нарастания рева двигателя, затем проверил
индикаторы, магнето и пропеллер, прежде чем вырулить к началу травяной взлетной
полосы. Бейли жал ногами на тормоза, пока двигатель не набрал полную мощность,
затем отпустил их, позволив тем самым самолету пошатываясь двинуться вперед.
Разогнался он гладко, и очень скоро самолет, повинуясь Бейли, держащему в руках
штурвал управления, поднялся в воздух. Как только они пересекли конец поля, Бейли
убрал шасси и, набрав две тысячи футов, лег на горизонтальный курс.
- Конфетка, - произнес он. Зафиксировав самолет в горизонтальном полете,
Бейли настроил указатель направления и направился курсом на восток к
Чесапикскому заливу, в то время как Фаррелл вызывал диспетчерскую Балтимора.
Джокер остановился у бензоколонки, чтобы наполнить бак взятого им напрокат
автомобиля. Расплатившись за бензин, он купил несколько плиток шоколада и шесть
пачек печенья. Спиртного там не продавали, но в бардачке у него болталось
полбутылки "Старого ворчуна", поэтому сильно Джокер не расстроился.
Поставив машину в том же месте, что и вчера днем, он направился к каштану,
прихватив с собой виски и закуску. Пистолет, завернутый в газету, он оставил в
машине под сиденьем. Трава была еще сырой от утренней росы, поэтому Джокер снял
свою куртку, расстелил ее и уселся. Через бинокль осмотрел здание "Фаррелл
авиэйшн". Снаружи было припарковано две машины, но среди них не было "линкольн
континенталя" Фаррелла. Джокер откинулся, прислонившись спиной к дереву,
откупорил виски, мысленно провозгласил тост за успех дела и отхлебнул из бутылки.
Рядом с кроватью стояли часы-радиоприемник, и Коул Говард установил звонок
будильника на восемь утра, чтобы, проснувшись, сразу же позвонить жене. Боб
Санджер заказал машины для агентов ФБР на восемь тридцать. Когда будильник
перестал сигналить, Говард перевернулся, отключил его и на ощупь взял телефон. В
первый раз он ошибся и разбудил какого-то старика, говорившего так, словно у него
не было зубов. Говард повторно набрал номер, и на четвертый или пятый звонок
подошла Лиза.
- Привет, дорогая, - сказал он.
- Коул, это ты?
Ну да, конечно, подумал Говард. Интересно, как много мужчин звонили ей ранним
утром, называя ее "дорогая"? Она явно все еще несчастна.
- Да, это я. Как дети?
- У них все в порядке.
Все. Ни вопросов, ни участия, просто - у детей все в порядке, и какого черта ты
разбудил меня в такую рань?
- Ты уже встала?
- Гольф, - произнесла она.
Односложный ответ - всегда дурной знак.
- Правда? А с кем играешь?
- С отцом.
Уже два слова, но вовсе не те, которые Говарду хотелось бы услышать.
- Извини, дорогая, - сказал он, и слова эти вырвались помимо его воли. Он не
чувствовал ни капли своей вины за тот спор, но он хотел прекратить его, поэтому,
если единственный способ - извиниться, то пусть будет так.
- Извиняться не за что, - произнесла она тоном, который означал: как раз есть
за что.
- О'кей, я просто хотел сказать тебе, что добрался нормально, вот и все.
- О'кей, - ответила Лиза, как будто его безопасность была последним, что могло
бы ее взволновать. - Послушай, мне пора уходить, а у меня еще куча дел. Ты уже
знаешь, когда вернешься?
- Максимум через две недели, - произнес он. Она не стала жаловаться, она не
задохнулась от гнева, она просто сказала "о'кей" и повесила трубку. Было бы гораздо
лучше, подумал Говард, если бы с ним что-нибудь случилось.
Он побрился, принял душ и спустился в холл отеля, где уже ждали О'Доннелл и
Клутези.
- Эд говорит, чтобы мы ехали вперед, а он возьмет вторую машину, - сказал
О'Доннелл.
По дороге к Белому дому трое мужчин болтали о пустяках, не будучи в курсе,
насколько секретные разговоры можно вести при водителе. Для удостоверения
личности им прошлось показать свои документы агентов ФБР, и охранник сверил их
имена со списком, имевшимся у него в кабине.
Боб Санджер уже сидел за столом, разгребая кучу компьютерных распечаток. Он
поздоровался, но не спросил о Малхолланде, поэтому Говард догадался, что шеф ФБР
уже звонил. Санджер проводил их в офис, подготовленный для группы из ФБР, и
представил полноватой секретарше средних лет по имени Элен, которая должна была
работать с ними до конца их командировки. Она была приветлива, услужлива и уже
сделала им пропуска в Белый дом, которые они прикрепили к нагрудным карманам
своих пиджаков.
Говард оглядел офис и тут же понял, что здесь нет нужного количества
телефонных розеток и столов. Он обернулся к Элен, но не успел открыть рот, как она
сообщила ему, что уже побывала в соответствующем отделе Белого дома и что
оборудование и розетки появятся сегодня же. Говард попросил показать ему, где
работают Энди Ким с Риком Палмером, и Элен, приятно улыбнувшись, проводила его
на первый этаж к двери из красного дерева.
- Обычно здесь сидят секретари, - сказала она. - Я сама однажды провела
восемнадцать месяцев в комнате за этой дверью. Мы называли ее "могилой".
Говард улыбнулся.
- Прекрасно вас понимаю, - сказал он. - Я тоже провел несколько месяцев в
местечке с аналогичным названием.
Возле двери Элен покинула его, и, глядя ей вслед, Говард видел, как ее крупные
ляжки терлись друг о друга, пока она шла почти что вперевалочку по коридору. И еще
долго после того, как она свернула за угол, до него доносился свистящий звук трения
нейлона о нейлон.
Говард постучал и вошел в кабинет. Энди Ким действительно был там, он сидел
напротив большого цветного дисплея, а рядом стояла Бонни с волосами, собранными в
конский хвост. Оба выглядели очень уставшими, и Говард понял, что этой ночью они
не спали. В офисе теснилась дюжина столов и стояла большая белая доска, на которой
красным и черным было написано несколько фраз на компьютерном языке и
комплексных уравнений. Слева от доски располагались две маленькие походные
раскладушки. Внимание Энди и Бонни было целиком поглощено экраном
компьютера, и лишь когда Говард подошел к ним совсем близко, молодые люди
обнаружили его присутствие в комнате.
- Коул! - воскликнула Бонни. - Привет! Энди сказал, вы сейчас придете. -
Под ее глазами залегли темные круги, а волосы как будто потускнели. Было
совершенно очевидно, что муж ее выдохся куда больше, чем накануне вечером. Энди
Ким встал и пожал руку Говарду, но избегал смотреть ему в глаза. Говард
почувствовал, что Энди смущен оттого, что дела идут плохо.
- Вы оба выглядите так, что хороший сон вам бы сейчас не повредил, - произнес
он.
Бонни помассировала плечи мужу.
- Энди не спит уже третью ночь, - сказала она.
- Я наверняка где-то ошибся, - просипел Энди, опять уставившись в экран. -
Наверняка я что-то упустил.
Говард не знал, что сказать. Новость о том, что снайперы планируют свою акцию
на ближайшие две недели, явно потрясла Энди, но Говард не хотел показаться
снисходительным, уговаривая его не беспокоиться.
- Мы возвращаемся к первому квадрату, - пояснила Бонни. - Сначала
проверили все углы и дистанции в модели, затем все места встречи, начиная с
сегодняшнего дня.
- Но я уверен, мы впервые сделали все правильно, - произнес Энди.
- Энди, вы должны помнить, что мишенью может быть вовсе не президент.
Возможно, вы делаете все правильно, но не по адресу. Другие варианты вы
рассматривали? Например, принца Уэльского или британского премьер-министра?
Энди поднял голову.
- Большой разницы нет, но я уверен, что охотятся именно за президентом, -
произнес он. - Я это чувствую. И если они своего добьются, это будет моя вина. Я не
смогу с этим жить, Коул. Действительно не смогу.
Бонни нервно улыбнулась Говарду, как будто извиняясь за чувствительность
своего мужа.
- А вы чем будете заниматься, Коул? - спросила она.
- У нас есть кое-что на снайперов и на людей, которые им помогают. Чтобы
найти их, ФБР и Секретная служба работают сообща.
- И каковы шансы? - кисло поинтересовался Энди.
Говард пожал плечами.
- Я надеюсь на лучшее.
- А есть основания? - продолжал давить Энди.
Говард натянуто улыбнулся.
- Не знаю, Энди. Расследование нельзя решить, как уравнение. Слишком много
различных факторов, и удача среди них - не последний. Мы можем, условно говоря,
о них споткнуться: вдруг террористов привлекут за превышение скорости или один из
наших людей выйдет прямо на них. Так что все может быть.
Рядом с компьютером лежала распечатка, и Говард взял ее в руки.
- Это список встреч президента на следующие две недели, - пояснила Бонни.
Говард бегло просмотрел список. Большинство встреч было на Восточном
побережье, однако намечалась двухдневная поездка в Лос-Анджелес, кроме того -
визиты в Даллас и Чикаго.
- Даллас, - пробормотал он достаточно громко, чтобы Кимы могли расслышать.
- Как я понимаю, основное внимание мы уделили Восточному побережью? -
спросила Бонни.
- Извините, я просто подумал вслух, - произнес Говард. - Трудно не
вспомнить Даллас, когда размышляешь о покушении на президента. Но имеющиеся у
нас сведения указывают на то, что это действительно произойдет на Восточном
побережье. - Он вернулся к списку. - Президент действительно очень занятой
человек, - в этом никто не сомневается, - и в день у него бывает до двадцати
визитов: завтраки, ленчи, церемонии открытий, поездки на фабрики, деятельность по
созданию фондов, спортивные мероприятия. - Интересно, подумал Говард, откуда у
этого ч
...Закладка в соц.сетях
