Жанр: Электронное издание
Глава 5
...льных империй. Пока
они были колониями или зависимыми странами, они находились
под своеобразной опекой своих метрополий, которые
обеспечивали им устойчивое положение в системе
международного разделения труда, защиту их внутренних
рынков от чужих (не входящих в данную империю) конкурентов,
валютную стабильность и другие, относительно
благоприятные экономические и политические условия.
Разумеется, это было выгодно в первую очередь метрополиям,
но в известной мере и их владениям. Когда же новорожденные
государства обрели суверенитет, изгнали ненавистных,
но опытных колониальных администраторов, они
остались один на один со своими экономическими и соци-
ально-политическими проблемами. Большинству из них
пришлось чуть ли не с нуля создавать свои государственные
структуры, готовить национальные кадры упр
авленцев, вырабатывать собственную экономическую
и социальную политику. И притом в условиях общей технико-экономической
и культурной отсталости, неудержимого
роста населения, неприспособленности к жесткой
конкуренции на мировом рынке и разгула коррупции в среде
доморощенных чиновников, впервые дорвавшихся до
власти.
В большинстве бывших колоний, особенно африканских
и ближневосточных, отсутствовала сколько-нибудь развит
ая политическая культура, демократические традиции
и институты. Новые национальные руководители, за ред156
кими исключениями, пришли к власти либо как харизматические
личности, опрометчиво обещавшие народу быстрое
улучшение жизни, либо как лидеры тех или иных этнических
кланов или как представители военной верхушки.
Не имея опоры в массах, последние должны были заботиться
в первую очередь о сохранении власти, опираясь на
армию. А это требовало немалых денег на оплату военных,
на их вооружение и экипировку. В 1960 г. бюджетные расходы
развивающихся стран в расчете на душу населения
составляли (в долл. 1987 г.) в среднем 14 долл., тогда как
ассигнования на одного военнослужащего - 3555 долл.,
в 1970 г. - соответственно 24 и 5913 долл., в 1980 г. - 31
и 7411 долл., в 1990 г. - 30 и 7664 долл.10
Отсюда - жесткая фискальная политика для пополнения
казны, которая обескровливала реальный сектор экономики
и подавляла инвестиционный процесс. Отсюда же - типичн
ая для первых десятилетий тенденция сосредоточивать
в руках правительств не только принятие решений, но и экономические
ресурсы страны. Во многих новорожденных госуд
арствах бюджетные дефициты закономерно достигли гром
адных размеров и повлекли за собой высокую инфляцию.
Это в свою очередь обесценивало национальные валюты, повыш
ало процентные ставки на кредиты, отвлекая и без того
скудные инвестиционные ресурсы от реального сектора экономики
в финансовую сферу и усиливая бегство национального
капитала за границу. Кроме того, высокая инфляция
подрывала реальные доходы населения, сужая внутренние
рынки сбыта. В результате реальный сектор начал стагниров
ать. Заработная плата государственных служащих все более
отставала от роста цен, усиливая взяточничество. Все это
привело в 60-х - 70-х годах к замедлению темпов экономического
роста во всех африканских странах южнее Сахары,
в Океании, в ряде стран Южной Азии.
157
Рисунок 5.4
Динамика ежегодных темпов роста потребительских цен
в развивающихся странах (в %)
Источник: International Financial Statistics, Yearbook 1986,
p. 168 - 169; 2000, p. 124 - 125.
Но со временем эта ситуация стала меняться в лучшую
сторону. По примеру молодых азиатских "тигров" а также
в результате накопленного собственного опыта большинство
развивающихся стран в 80-х годах начало менять
свою экономическую стратегию, и это стало приносить
плоды. Косвенным подтверждением оздоровления экономики
развивающихся стран явился перелом продолжавшейся
здесь до середины 80-х годов прошлого века тенденции
к нарастанию инфляции (см. рис. 5.4).
Еще один фактор, крайне отрицательно сказывающийся
на экономическом, политическом и культурном развитии
стран "третьего мира", - это бесконечные военные конфликты.
Сначала это были восстания и войны за освобождение
от колонизаторов, потом территориальные споры
и межэтнические столкновения. Некоторые развивающиеся
страны на долгие годы превращались в театр военных действий,
а их население лишалось возможности заниматься норм
альной хозяйственной деятельностью. В Перу гражданская
война продолжалась 16 лет (1980 - 1996 гг.), в Эфиопии - 17
лет (1974 - 1991 гг.), в Бангладеш - 21 год (1973 - 1994 гг.),
в Афганистане - 23 года (1978 - 2001 гг.), на Филиппинах -
24 года (1980 - 1996 гг.), в Бирме - 27 лет (1968 - 1995 гг.),
а в Чаде - даже 29 лет (1965 - 1994 гг.).
Рисунок 5.5.
Число военных конфликтов в развивающихся странах,
Восточной Европе и СНГ в 1945 - 2000 гг.
Рассчитано по: М. Doyle and N. Sambanis. International
Peacebuilding. A Theoretical and Quantitative Analysis.
The World Bank, August 2000, p. 46.
Такие выяснения отношений с помощью силы причиняют
колоссальный ущерб экономике, социальному и политико-пр
авовому развитию стран. Мало того, что они уносят
миллионы жизней (только в 90-х годах в таких конфликтах
погибло более 4 млн. человек11), но еще и разрушают накопленный
физический капитал (предприятия, жилой фонд,
инфраструктуру), отбрасывая экономику на многие годы
назад. Все это тормозит экономический рост большинства
развивающихся стран. Но в последние годы число серьезных
вооруженных конфликтов (то есть тех, которые уносят
жизни не менее 1000 военных и гражданских лиц), достигнув
пика в первой половине 90-х годов, стало круто сниж
аться (см. рис. 5.5).
Наконец, следует учитывать еще один фактор, сыгравший
в 60-х - 70-х годах деструктивную роль в судьбах более
двух десятков развивающихся стран, - активные попытки
Советского Союза, используя развал колониальных
империй и подъем национально-освободительного движения,
перетянуть ряд стран Азии, Африки и Латинской
Америки на "некапиталистический" путь развития,
то есть на путь строительства социализма. Москва не жалел
а ни сил, ни ресурсов, чтобы помочь руководителям таких
стран выбрать "единственно правильный путь". Тем из них,
кто поверил в преимущества социализма или делал вид, что
готов в это поверить, предоставлялись льготные кредиты,
поставлялись в долг промышленное оборудование и оружие.
В такие страны направлялись политические, экономические
и военные советники, выполнявшие там функции
эмиссаров Кремля. Советские инженеры и строители возводили
там плотины и заводы, строили шахты и рудники,
прокладывали дороги и трубопроводы. Львиная доля этих
объектов создавалась Советским Союзом в кредит с неопределенными
условиями погашения, то есть почти даром.
Основная доля таких даров доставалась первому эшелону
кремлевских фаворитов: Вьетнаму, Кубе, Монголии,
КНДР и Лаосу. Во второй эшелон входили Алжир, Бирма,
Гвинея, Китай, Сирия, провозгласившие антиимпериалистический
курс и социалистическую ориентацию. Позднее
к ним присоединились Ангола, Бенин, Гайана, Гвинея-Бисс
ау, Египет, Ирак, Мозамбик, Южный Йемен и Эфиопия,
а с 1978 г. и Афганистан. Кроме того, в различное время
к ним примыкали Конго, Мали, Никарагуа, Сомали и некоторые
другие страны. В этих государствах в соответствии
с рекомендациями Москвы с тем или иным успехом осуществлял
ась национализация природных ресурсов, промышленных
предприятий, банков и страховых компаний. Шаг
за шагом выдавливая иностранный капитал и укрепляя госуд
арственный сектор, эти страны формировали у себя экономику,
приближавшуюся к советской модели: все более
централизованную, командно-распределительную, все менее
рыночную, ориентированную на самоизоляцию от мирового
рынка.
Такие изменения, в значительной мере навязанные извне,
действительно позволяли некоторым странам дистанциров
аться от ТНК и бывших своих метрополий. Но для
самих государств социалистической ориентации это обернулось
большими издержками. Их традиционные международные
торговые, финансовые и производственные связи
стали разрушаться, резко сократился приток иностранных
инвестиций, упала занятость, возросла безработица и соци-
альная напряженность. В конечном итоге их экономический
рост замедлился и к настоящему времени почти все
они оказались в нижней части списка из 220 стран, ранжиров
анных по уровню доходов на душу населения, а 10 из
них(Ангола, Афганистан, Бенин, Гвинея, Гвинея-Биссау,
Лаос, Мали, Мозамбик, Мьянма, Эфиопия) отнесены даже
к категории наименее развитых.
Причины бедственного положения бывших стран социалистической
ориентации, разумеется, не сводятся к одной
лишь такой ориентации: сыграли роль и другие объективные
обстоятельства. Но примеры двух Китаев (КНР и Тай-
ваня) и двух Корей (Северной и Южной) наглядно показыв
ают, чего при одинаковых исходных условиях смогли добиться
те их "половинки", которые не соблазнились дарами
коммунистических данайцев. Так что социалистический
лагерь внес ощутимые помехи в нормальный процесс развития
отставших стран. Однако к середине 80-х годов прошлого
века развивающиеся страны стали освобождаться от
псевдосоциалистических иллюзий, и этот негативный фактор
пошел на убыль.
Итак, по крайней мере, в силу четырех объективных обстоятельств
60 - 90-е годы XX в. были исключительно небл
агоприятным периодом для большинства развивающихся
стран в плане сокращения экономической, социальной
и культурной дистанции между ними и авангардом мирового
сообщества. Они-то и явились главными причинами увеличения
этой дистанции в тот сорокалетний период. Как
видно из рис 5.2, относительно устойчивое соотношение
средних уровней подушевых доходов Запада и остальных
стран в конце 50-х годов сменилось быстрым отставанием
"Юга". Лишь к концу прошлого столетия удалось восстановить
то соотношение этих уровней, какое было в конце 50-х
годов. Нетрудно заметить, что этот глубокий отрыв хронологически
соответствует периоду действия четырех названных
неблагоприятных факторов. По прогнозу Э. Мэддисон
а, к 2015 г. средний уровень подушевых доходов "остальных
стран" достигнет почти 5 тыс. международных долларов
(по ППС 1990 г.). Это примерно столько же, сколько
в конце 40-х годов XX в. было у стран Запада.
Таким образом, к началу нынешнего столетия сложились
условия для недеформированного, нормального развития
той части человечества, которая в период "холодной
войны" относилась к "третьему миру". Перед этой частью
мирового сообщества открылась обнадеживающая перспектив
а.
Могут ли развивающиеся страны
использовать свой шанс?
Чтобы ответить на этот вопрос, вернемся к истокам отрыв
а авангарда мирового сообщества от его арьергарда. Зап
ад тогда вырвался вперед благодаря индустриализации
и капитализму. Эта "горючая смесь" ничуть не утратила
своих свойств и сегодня применительно к остальным стран
ам. Важно лишь, чтобы она оказалась в их распоряжении.
Заполучить ее непросто по многим причинам. Но в силу
объективных закономерностей, о которых речь пойдет ниже,
эта смесь неуклонно и все быстрее растекается по планете
от центра мировой экономики к периферии. И доля
промышленности в структуре материального производства
развивающихся стран быстро растет. За вторую половину
XX в. она повысилась более чем вдвое, тогда как доля сельского
хозяйства упала в 3,4 раза. Особенно быстро в последние
десятилетия растет удельный вес обрабатывающей
промышленности, которая стала здесь доминирующим сектором
материального производства (см. табл. 5.2).
Таблица 5.2.
Доля сельского хозяйства, добывающей и обрабатывающей
промышленности в материальном продукте развивающихся
стран(в % к итогу)
1950; 1960; 1970; 1980; 1990; 2000.
Обрабатывающая: 25,8; 29,7; 27,9; 25,5; 41,7; 55,2;
Добывающая: 6,4; 9,4; 18,7; 41,7; 23,0; 24,7;
Сельское хозяйство: 67,8; 60,9; 53,4; 32,8; 36,3; 20,1.
Рассчитано по: UNCTAD. Handbook of International Trade &
Development Statistics, Table 6.3 за соответствующие годы.
Конечно, это пока ещс далеко до уровня промышленно
развитых стран, где доля промышленности в ВМП сост
авляет 93%. Но индустриализация развивающихся
стран идет полным ходом. С 1965 г. по 2000 г. объем их
промышленной продукции увеличился (в постоянных цен
ах) в 4,5 раза, тогда как в странах мирового авангарда -
в 2,9. И это - в тот период, когда действовали названные
выше тормозящие факторы!
Скептики могут возразить, что этот рост обусловлен
развитием ресурсоемких и трудоемких отраслей промышленности,
тогда как в развитых странах он определяется
главным образом развитием высокотехнологичных отр
аслей. В самых отсталых странах "Юга" так и происходит.
Но в целом по развивающемуся миру ситуация иная.
Об этом свидетельствует внешнеторговая статистика. Доля
базовых ресурсов (не считая топлива) в экспорте развив
ающихся стран упала с 50,8% в 1980 г. до 19% в 1998 г.,
трудоемких готовых изделий составила, соответственно,
21,8 и 23,2%, готовых изделий низкой техноемкости - 5,8
и 7,3%, средней техноемкости - возросла с 8,2 до 16,8%,
а высокотехнологичных изделий - с 11,6 до 31% 12. Таким
образом, за два последних десятилетия удельный вес
продуктов сельского хозяйства и добывающей промышленности
в экспорте мирового арьергарда снизился в 2,7
раза, трудоемких и низкотехнологичных готовых изделий
повысился на 10%, а изделий средней и высокой техносмкости
- увеличился в 2,4 раза. Это более или менее адекв
атно отражает сдвиги и в структуре материального производств
а "Юга". Так что старые идеологические клише
о закабалении развивающихся стран в качестве сырьевых
придатков Запада уже не состоятельны.
Конечно, в наше время экономический рост во многом
определяется развитием сферы услуг. В развитых странах
объем услуг с 1960 г. по 2000 г. увеличился в неизменных
ценах в 4,7 раза при росте валового материального продукт
а в 2 раза. Но в развивающихся регионах мира он
возрос в 7,4 раза при росте ВМП в 5,3 раза. Разумеется,
отраслевая структура и качество услуг здесь еще существенно
отстают, однако шаг за шагом подтягиваются
к уровню мирового авангарда.
Но достаточно ли растущего в странах арьергарда зап
аса "горючей смеси", чтобы сложившийся к началу XXI
в. разрыв между "Севером" и "Югом" начал сокращаться?
Складывающиеся в последние 1,5 - 2 десятилетия тенденции
позволяют ответить на этот вопрос положительно.
По мере развития на "Юге" промышленности и упрочения
рыночных методов хозяйствования темпы экономического
роста здесь все больше опережают темпы промышленно
развитых стран. В 80-х и 90-х годах такое опережение
приняло устойчивый характер. С 1980 г. по 2000 г.
объем промышленного производства в странах "Юга"
увеличился в 2,8 раза, тогда как в странах "Севера" -
в 1,4 раза, а объем реального ВВП соответственно в 2,4
раза и 1,6 раза13.
Каким же образом развивающимся странам при относительно
менее высоком уровне индустриализации и ме164
нее зрелом рыночном механизме удается обгонять экономический
рост индустриальных и постиндустриальных
государств? Не претендуя на исчерпывающее объяснение
этого парадокса, я полагаю, что главная причина в том,
что в условиях глобализации менее развитые страны имеют
возможность не повторять путь технической и технологической
эволюции мирового авангарда, а использов
ать созданные там уже готовые технологии производств
а, управления и сбыта. Образно говоря, им не нужно заново
"изобретать велосипед". Это позволяет экономить
и время, и капитал, перепрыгивая через несколько ступенек
научно-технической эволюции.
Такое "перепрыгивание" происходит не только, а нередко
не столько по инициативе самих отставших стран,
сколько в силу объективных закономерностей современной
мировой экономики и активной роли "Севера". Дело
в том, что вопреки представлениям В.Л. Иноземцева о самодост
аточности Запада и его безразличии к остальному
миру14 страны мирового авангарда не могут ни экономически,
ни политически замкнуться в себе, отмахнувшись
от остального человечества.
С одной стороны, потому, что никакая, даже самая высокотехнологичн
ая промышленность или сфера услуг не
существует без постоянного притока растущих объемов
энергоресурсов, металлов, других полупродуктов и продовольствия
из менее развитых стран. Поэтому каждый
шаг вперед индустриальных и постиндустриальных стран
предполагает вовлечение дополнительных природных
ресурсов из остальных стран мира. Дополнительных не
только в смысле объема, но и по ассортименту: когда-то,
скажем, требовалось преимущественно железо или медь,
потом - марганец и вольфрам, позднее - урановые руды
и т. п. С другой стороны, чем выше производительность
труда и капитала в промышленно развитых странах, тем
больше их потребность в рынках сбыта своей продукции,
объемы которой выходят далеко за пределы их собствен165
ных внутренних рынков. Поэтому они все активнее вовлек
ают менее развитые страны в международное разделение
труда, подключая их экономику к собственному
воспроизводственному процессу.
При желании такое вовлечение можно представить,
как это делают Г. Зюганов и Кo, в виде эксплуатации горсткой
индустриальных стран всего остального человечеств
а, как неоколониализм и т. п. Но по большому счету
такой процесс позитивен для стран, отставших в своем
технико-экономическом, социальном и культурном развитии.
Во-первых, их участие в международном разделении
труда позволяет повысить эффективность собственной
экономики, получать экспортные доходы, инвестиров
ать их в свои традиционные или новые отрасли производств
а. Так, в 1999 г. профицит их торгового баланса
в товарообмене с Северной Америкой, Евросоюзом (в сост
аве 15 стран) и Японией составил 355 млрд долл.,
в 2000 г. - 494, а в 2001 г. - 459 млрд долл.15 Вовлечение
отсталых стран в международную торговлю ускоряет накопление
здесь финансовых и материальных ресурсов,
позволяет использовать их для быстрого развития своей
экономики.
Во-вторых (и это еще важнее), в обмен на свои тропические
и иные аграрные продукты, на минеральное сырье
или топливо они получают все более совершенные готовые
изделия и услуги, представляющие собой конечный
продукт долгого развития научно-технической мысли, огромных
затрат интеллектуального труда и крупных капит
аловложений. Сначала это был, скажем, паровоз, потом
автомобиль, телефон, телевизор, компьютер и т. п. Статистик
а свидетельствует, что импорт машин и оборудования
в развивающиеся регионы на протяжении трех последних
десятилетий почти неуклонно увеличивался не
только в стоимостном выражении, но и в процентном отношении
к ВВП этих стран. В том числе импорт в 46 наименее
развитых стран, чьи подушевые доходы в 1995 г. не
превышали 800 долл. (см. рис. 5.6). Причем с середины
80-х годов в качестве поставщиков таких изделий все активнее
выступают технологически продвинутые развивающиеся
страны.
Рисунок 5.6
Импорт машин и оборудования наименее развитыми
странами(в % к их ВВП)
Источник: J. Mayer. Globalization, Technology Transfer,
and Skill Acumulation in Low-Income Countries. - WIDER.
Discussion Papers N 39, July 2001, p. 6.
Не будь такого обмена, остальные страны не доросли
бы до создания и потребления подобных товаров и услуг
в течение многих десятилетий, а может быть, и столетий.
Благодаря импорту таких "чудес", пришедших как бы из
иной цивилизации, здесь расширяется круг потребляемых
товаров и услуг, а вместе с ним и кругозор местного населения.
Оно начинает осознавать, что можно жить богаче,
комфортнее, содержательнее, чем жили многие поколения
предков. Возникает общественная потребность в повышении
уровня образования, растет квалификация рабочей
силы и культура производства.
Разумеется, процесс освоения техники и технологий,
приходящих из развитых стран, далеко не прост. Для этого
нужен, во-первых, достаточно высокий уровень квалифик
ации местных кадров, их производственной культуры
и, во-вторых, создание соответствующей инфраструктуры.
И то, и другое требует значительных капиталовложений
и времени. По оценкам экспертов Всемирного банка,
на поддержание и развитие своей инфраструктуры (электроэнергетики,
шоссейных и железных дорог, телекоммуник
ации, водоснабжения и коммунальных услуг) развивающиеся
страны в первой половине 90-х годов тратили
ежегодно в среднем 4% своего ВВП. Ожидается, что
в дальнейшем эти расходы возрастут. На период 2005 -
2010 гг. у стран с низким уровнем подушевых доходов
прогнозируются ежегодные затраты на создание новых
инфраструктурных объектов в размере 3,2% ВВП и на
поддержание действующих - еще 3,7% ВВП. У остальных
развивающихся стран - соответственно 2,6 и 2,5% их
ВВП. Это позволит первой группе развивающихся стран
в 2005 - 2010 гг. наращивать инфраструктурные мощности
в среднем на 2,3% в год, а второй группе - на 3,5% (при их
росте в развитых странах на 1,4%)16.
Но если материальные аспекты освоения пришедших
извне технологий требуют крупных капиталовложений,
то кадры даже самых отсталых стран подготовить гораздо
проще и дешевле. Ведь интеллектуальный потенциал всех
людей планеты примерно одинаков, хотя активизирован
и задействован он, скажем, в Европе и в Африке, в разной
степени. Это обусловлено разным уровнем развития системы
начального, среднего и высшего образования. Затраты
на образование не столь велики, как на строительство
промышленных объектов, создание транспортной или
кредитно-финансовой инфраструктуры. И в последние
десятилетия в развивающихся регионах в этом аспекте
происходят заметные подвижки.
В большинстве из них увеличились государственные
расходы на образование. В среднем по всей этой группе
стран они повысились с 3,8% ВВП в 1980 г. до 3,9%
в 1992 г. и 4,2% в 1998 - 2000 гг. В результате в Южной
и Восточной Азии и в Африке южнее Сахары численность
студентов с 1975 г. по 1997 г. почти удвоилась17. Кроме того,
все больше студентов из развивающихся стран учатся
в вузах высокоразвитых стран. И это дает быструю отдачу:
качество человеческого капитала повышается. Характерен
пример Южной Кореи. Удельный вес квалифицированных
кадров в общей численности производственного и упр
авленческого персонала растет здесь постоянно и не
столько в экспортоориентированных отраслях (что можно
было бы отнести за счет специфики структуры кадров
в филиалах иностранных ТНК), но и в импортозамещающих,
а также в тех, которые традиционно ориентированы
на внутренний рынок (см. табл. 5.3).
Таблица 5.3
Доля высококвалифицированного персонала
в общей численности занятых в Южной Корее (в %)
Отрасли; 1976; 1980; 1985; 1990.
Экспортоориентированные; 5,8; 6,3; 12,6; 17,1;
Импортозамещающие; 15,1; 11,3; 22,9; 30,6;
Работающие на внутр. рынок; 11,0; 9,8; 18,5; 22,9.
Источник: Byung-You Cheon. Employment, occupations and
skills in increased international exposure: The Republic of Korea
1970 - 1990. ILO, 1999, p. 37 (online version).
Со временем и, по историческим меркам, довольно быстро
общая грамотность местных кадров, уровень их производственной
культуры достигают такой ступени, когда
становится возможным перенести в данную страну некоторые
простейшие производства из той самой иной цивилиз
ации. Тогда сюда начинает притекать инвестиционный
капитал, открываются разного рода школы и курсы
по подготовке местных работников нужного профиля,
растет их занятость. Да, они получают за свой труд в не169
сколько раз меньше, чем их собратья в странах мирового
авангарда, но все же эти заработки существенно выше
прежних, когда они в деревне пасли скот, занимались
примитивным земледелием или рыболовством. Да, урбаниз
ация в таких странах сплошь и рядом принимает
уродливые формы, но, в конечном счете, уровень бытовой
и общей культуры народа повышается намного быстрее,
чем прежде.
Причем, такой процесс подтягивания отставших стран
до уровня авангарда мирового сообщества, в силу объективных
экономических императивов является перманентным.
Жесткая конкуренция на мировом рынке заст
авляет товаропроизводителей высокоразвитых стран
изобретать все новые, все более удобные потребительские
товары и услуги, все более эффективные инвестиционные
изделия. А это сопряжено с неуклонным повышением
их науко- и техноемкости. Но чем выше их наукои
техноемкость, чем больше затраты на исследования
и разработки, на проектирование и внедрение в производство,
тем настоятельнее потребность в массовом сбыте,
чтобы окупить эти издержки. Масштабы сбыта все более
превосходят объем спроса на внутренних рынках. Поэтому
поиски все более обширных внешних рынков стали условием
существования обрабатывающей промышленности
и сферы услуг высокоразвитых стран Запада. И не
только в рамках самого авангарда, но и в развивающихся
регионах. Если в 1973 г. туда направлялось 17,7% всего
экспорта развитых стран, то в 2001 г. - 22,1%18.
Но это лишь один из механизмов передачи технических
новинок от "Севера" "Югу". Другой, более эффективный
- это вынос производства из развитых в менее развитые
страны. Растущая оплата труда и издержек на охр
ану окружающей среды в странах мирового авангарда
понижает ценовую конкурентоспособность их товаров
и услуг на мировом рынке. Это заставляет предпринимателей
высокоразвитых стран постоянно выносить ниж170
ние "этажи" отечественного производства в те менее развитые
страны, где рабочая сила дешевле, но уровень ее
квалификации уже поднялся настолько, что позволяет
освоить перемещаемые производственные структуры или
хотя бы некоторые их технологические звенья. Так складыв
аются транснациональные производства все более
сложных промежуточных и готовых изделий, стоящих,
так сказать, одной ногой в индустриальных странах,
а другой - в развивающихся.
О масштабах переноса производства с "Севера" на
"Юг" дает представление статистика прямых капиталовложений
частными корпорациями развитых стран в экономику
развивающихся стран. Как видно на рис. 5.7, объем
таких перемещаемых капиталов (а это не только фин
ансовые ресурсы, но и оборудование, ноу-хау и другие
нефинансовые ценности) в последние десятилетия прошл
...Закладка в соц.сетях
