Жанр: Электронное издание
sleeping
...лся, колыхаясь всеми светящимися бахромчатыми щупальцами,
метнул молнию в сторону "Сергия
Радонежского", - спейсер отбил ее "зеркалом" преобразованного вакуума, - и
внезапно ускорил падение, буквально
спикировал вниз, превращаясь в гигантское многокилометровое веретено.
Никто ничего не успел предпринять.
Корабли перестали стрелять, так как неминуемо поразили бы наземные
сооружения. А зенитно-ракетных и
защитных энергетических комплексов Эквадор, равно как и другие государственные
образования Федерации, не имел.
Войны давно ушли в прошлое вместе с гонкой вооружений, а для борьбы с
террористами хватало космофлота.
И в этот момент наперерез веретену Демона метнулся оживший фрегат
"Анаконда".
Все произошло в течение очень короткого времени.
Корабль нанес удар из ТФ-эмиттера.
В боку гигантского призрачно-светового веретена возникла черная дыра.
Веретено развернулось лепестками
тюльпана и свернулось, охватывая корабль со всех сторон, как бы проглотило его.
И тут же выплюнуло обратно, прыгнуло
вверх, превращаясь в прежнюю "медузу". А фрегат внезапно нырнул в облака и
спикировал точно на здание Дома
Правительства!
Перехватить его остальные корабли не успели. Никто из командиров флота,
а также начальник ЧК не могли знать,
чем обернется прямой контакт Демона с одним из кораблей.
"Анаконда" преодолела оставшиеся несколько километров до озера Куикоча
за несколько мгновений и вонзилась в
основание Башни Власти на уровне тридцать третьего этажа основного ствола,
пробив его насквозь!
С другой стороны здания вырвался длинный факел огня, дыма, пыли и
обломков, внутри самого здания замелькали
более тусклые вспышки взрывов.
А затем Башня медленно, с тяжеловесной грацией и с торжественным гулом
начала оседать, разрушаться, падать,
пока не превратилась в гигантское облако дыма и пыли, накрывшее озеро Куикоча и
весь кратер вулкана Котакачи...
Демон тем временем превратился в гиганта высотой в два километра,
замер, словно любуясь сотворенным им
катаклизмом, и метнулся в небо струей призрачного света.
Витольд Сосновский получил известие о нападении Демона на Дом
федерального Правительства, находясь в
ванной собственного коттеджа. Он только что вернулся из Управления аварийноспасательной
службы после сдачи дел Лу
Синю и встречи с директором УАСС и собирался впервые в жизни посвятить остаток
дня и вечер семье, обрадованной
таким обстоятельством. Прилетела даже сестра Дениз, жена Игната Ромашина, с
которой Витольд виделся от случая к
случаю раз в месяц.
Узнав о трагедии: по предварительным данным, при нападении на Башню
Власти погибли больше тысячи человек,
в том числе около сотни спасателей, - Витольд сообщил встревоженным домочадцам о
происшествии, уединился в кабинете
и связался с Игнатом:
- Ты уже в курсе?
- Да, сейчас лечу в Кито.
- Я с тобой! Встретимся в метро на выходе.
- Секунду! Возьми телохрана.
- На кой он мне в такой момент? Тем более что я уже не комиссар.
- Возьми, ты все равно кандидат на ликвидацию, так как слишком много
знаешь.
- Хорошо, - рассеянно пообещал Витольд, выключая консорт-линию.
Вернувшись в гостиную, где собрались пять человек: жена, Дениз, дочь и
сын и сильно постаревшая мама, - он
развел руками:
- Не суждено нам посидеть в спокойной домашней обстановке. Хотя, может
быть, через пару часов я вернусь.
Оставив огорченных родственников, Сосновский переоделся в стандартный
"уник", облегающий его богатырскую
фигуру, и сел в личный пинасе. Витса-телохранителя он с собой, вопреки обещанию,
не взял.
Аппарат доставил его к станции метро Смоленска за пять минут, а еще
через две минуты Витольд вышел из
финиш-кабины в зал метро Кито, столицы Эквадора.
Ромашин уже ждал его здесь, выделяясь в потоке пассажиров голым
черепом. С ним стоял рослый парень,
рассеянно поглядывающий по сторонам. Это был витс-телохранитель советника.
Увидев, что Сосновский один, Игнат
осуждающе покачал головой.
- Ведешь себя как мальчишка. Наши враги не прощают ошибок, и ты это
знаешь. Не дорожишь своей жизнью,
пожалей родных. Каково им будет без тебя?
- Ладно, не ворчи, старик, - примирительно сказал пристыженный Витольд.
- Учту. Как будем добираться к месту
назначения? Метро Башни, поди, не работает.
- Калаев должен прислать транспорт.
Они вышли из зала метро на площадь Панамерикана, окруженную старинными
зданиями, сохранившимися еще с
двадцатого и двадцать первого веков. Все здания служили музеями быта прошлых
времен, в том числе Дворец
Правительства Эквадора, построенный в тысяча семьсот сорок седьмом году, и сами
входили в комплекс архитектурного
музея под открытым небом. Сосновский уже бывал в Кито по делам службы, хотя мог
бы пройтись по его улицам еще раз,
любуясь памятниками старины. Однако сейчас ему было не до архитектурных красот
города.
Сверху на площадь упал каплевидный галеон медицинской службы с крестами
на бортах и днище. Откинулся
колпак просторной кабины, в которой уже сидели трое парней в белых "униках"
медиков "Скорой помощи".
- Садитесь, - пригласил их пилот, бросив на Ромашина короткий взгляд.
Сосновский с готовностью полез в кабину, а Ромашину вдруг очень не
понравились равнодушные лица
пассажиров. Они были слишком равнодушными для медиков, получивших известие о
трагедии и готовых оказать помощь
раненым людям.
И тотчас же заговорила рация "спрута" в ухе:
- Игнат, где вы? Мои ребята ждут вас на втором транспортном терминале,
темно-серый галеон с номером "ноль
семь".
На раздумья не оставалось времени, и Ромашин начал действовать, не
успев даже ни предупредить витса охраны,
ни просчитать варианты ситуации, но будучи абсолютно уверенным, что шансов
больше не будет.
Он протянул руку одному из медиков, якобы для того, чтобы опереться на
нее и войти. Парень привстал, собираясь
помочь бритоголовому старику, и мгновенно вылетел из кабины с выражением
полнейшего изумления на лице. Он был
вооружен парализатором, укрепленным в локтевой кобуре: при подаче мысленной
команды оружие само вскакивало в
ладонь, - и непроизвольно выхватил его, но Игнат оказался быстрей. Парализатор
достался ему. И когда медик еще летел по
воздуху с выпученными глазами, Ромашин уже открыл стрельбу, двумя точными
выстрелами поразив пилота.
Второго медика успокоил витс, реакция которого превосходила
человеческую и была абсолютно адекватной.
Третьего парня достал Сосновский, проявивший немыслимую для его
возраста реакцию и скоростные качества. Он
успел перехватить руку медика, который уже достал парализатор, выкрутить и
ударом в лицо ослепить его. Второй удар - в
болевую точку между бровями - послал парня в беспамятство.
Все произошло в течение нескольких секунд, так что никто из прохожих и
гуляющих по площади людей не успел
вмешаться в схватку. И лишь когда летевший медик упал наконец на плиты площади и
не поднялся, люди шарахнулись в
разные стороны и закричали.
Что-то сверкнуло высоко в небе.
Игнат толкнул Витольда в плечо:
- Вон отсюда! Ложись!
Они выскочили из кабины галеона, вполне понимая друг друга. Вите
кинулся к ним, прикрывая упавших на плиты
своим телом.
Стрела огня вонзилась в блистер машины. Взрыв разнес галеон на куски,
сжег витса и отшвырнул сбегающихся к
этому месту людей. Те, кто пытался захватить Ромашина и Сосновского, открыли
огонь на поражение, наблюдая, очевидно,
за своими коллегами с борта какого-то летательного аппарата.
Однако выстрелить еще раз неизвестным террористам помешали.
Заработал эшелон прикрытия станции метро, над столицей появились модули
защиты и катера местной службы
безопасности, да и зависший неподалеку над Сьеррой и вулканом Котакачи спейсер
"Молинос" обратил внимание на
стрельбу.
- Сволочи! - выругался Сосновский, стоя на коленях с "универсалом" в
руке и глядя в небо. - Своих не пожалели!
- Лишние свидетели, - буркнул Игнат, вставая, включил рацию. -
Дежурный, срочно следственную группу в Кито!
Неизвестными был расстрелян галеон медицинской службы!
К ним подбежали какие-то люди, тараторя на разных языках, замолчали,
увидев оружие в их руках, начали
отодвигаться. Подлетел патрульный катер, высланный Калаевым, из кабины выпрыгнул
пограничник, которого Ромашин
знал в лицо, подбежал.
- Что случилось?!
- Потом, - поморщился Игнат, протянул ему отнятый у медика парализатор
и с облегчением забрался в катер. -
Поехали.
- Извини, - сказал Сосновский ему в спину, когда катер взлетел. - Я
чересчур расслабился. Но кто же мог
подумать...
- Ты должен был подумать! - отрезал Игнат. - Сам же уверял, что за нами
начнется охота. Я тоже расслабился,
старый дурак! Надо было с собой обойму охраны брать, а не одного телохрана.
- Витса жалко.
Игнат сжал зубы. Ему тоже было жаль телохранителя, к которому он
привык, как к живому человеку.
Катер свечой взмыл в небо, и с высоты двух километров стала видна шапка
серо-голубого дыма над кратером
Котакачи.
Глава 22
НЕЧАЯННАЯ ВСТРЕЧА
Ни с чем не сравнимое чувство свободы охватило Артема с такой силой,
что он на какое-то время потерял
ощущение реальности. Эйфория длилась весь день. Пока он вместе с Селимом и Заримой
объяснялся с пограничниками.
Пока его осматривали медики управления. Пока он принимал душ и переодевался в
привычный земной костюм. Пока,
наконец, встречался с дедом Игнатом и шефом особого отдела в кабинете
последнего, а потом обнимался с отцом и мамой,
примчавшимися на базу, чтобы убедиться в его возвращении.
Тревожную минуту он пережил только после знакомства мамы с Зари-мой.
Однако мать сразу прониклась к
полюсидке теплыми чувствами, обняла ее, и Артем вздохнул с облегчением, снова
погружаясь в расслабляющее,
эйфорическое состояние. Его даже не повергло в уныние бегство Ульриха, которого
по непонятной причине оставили
одного в кабинете старшего инспектора внутренних расследований службы
безопасности. Хорст-младший, недолго думая,
сбежал, чем расстроил не только инспектора, но и деда Селима.
Впрочем, Хорст-старший не выдал своих чувств. Побеседовав с Калаевым,
он убыл в неизвестном направлении, не
попрощавшись с Артемом. В другое время пограничник обиделся бы на такое
поведение полковника, однако в настоящий
момент он был вполне счастлив и простил Селиму его невнимание.
После обсуждения похода Ромашина и фон Хорста на Полюс, а также
положения дел в Солнечной системе Артема
и Зари-му отпустили с его матерью домой. Калаеву, Ромашиным-старшим и Витольду
Сосновскому надо было
проанализировать поступившую информацию и решить, что делать с полученными
сведениями для исправления
создавшегося положения. В руках секретной федеральной службы защиты цивилизации
появились новые инструменты
воздействия на ситуацию: "джинн" Лам-ка и живой моллюскор, - грех было этими
инструментами не воспользоваться.
Больше всего удовольствия Артему приносило наблюдение за гостьей.
Зари-ма никогда прежде не видела таких городов, как Волоколамск, не
говоря о мегаполисах с десятками
миллионов жителей, не встречала столько людей и даже представить не могла, что
существуют планеты без гигантских
болот и пустынь, но с морями, озерами, океанами и с хорошо сохранившимися
лесами.
Чтобы показать Землю из космоса, Артем предложил всем воспользоваться
не метро, а летающим транспортом,
поэтому с меркурианской базы они сначала таймфагировались на Луну, полюбовались
Землей оттуда, а потом сели на борт
фрегата "Русич", принадлежащего УАСС Русь-региона, который и доставил семью
Ромашиных вместе с гостьей на окраину
Волоколамска. К дому Ромашиных они летели на пинассе уже втроем: Артем, Зари-ма
и мама. Кузьма улетел на фрегате,
его ждали неотложные дела. Он хотел было оставить им витса-телохранителя, но
Артем отказался, о чем впоследствии
пожалел. В данный момент ему казалось, что опасности никакой не существует, раз
светит ласковое солнце, дует теплый
ветер, а по голубому небу спокойно мчатся во всех направлениях летательные
аппараты разных классов.
Зари-му удивляло и восхищало все, что встречалось на пути. Прозрачносветящиеся
шпаги орбитальных лифтов.
Ажурные башни-комплексы городов. Амфитеатры стадионов. Пирамиды технических
сооружений, полусферы погодных
корректоров, многоуровневые висячие сады и парки вокруг башен, леса, реки, горы,
потоки людей и летающих машин. Она
ничего не спрашивала, только смотрела круглыми глазами, замерев и не дыша, и
Артем с не испытанным ранее чувством
снисходительной гордости иногда объяснял ей, что она видит.
Все путешествие от Меркурия до коттеджа Ромашиных, расположенного на
берегу Ламы, заняло полтора часа. Но и
дома нашлось немало вещей, удивлявших гостью, так что и матери Артема досталось
поучаствовать в процессе
ознакомления девушки с земной бытовой техникой, особенно в части туалета и
интимных подробностей. В конце концов
гостья освоилась со своим положением, привыкла к невидимой обслуживающей и
говорящей технике, к вечеру пришла в
себя и начала задавать вопросы.
Артем отвечал пространно, находя в роли гида немало приятного. Потом
предложил Зари-ме погулять, посмотреть
мир, и она с радостью согласилась.
- Отца предупреди, - сказала мама, с нежностью глянув на полюсидку;
было видно, что она от нее без ума. - Всетаки
в Системе неспокойно.
- Хорошо, - кивнул Артем, не собираясь этого делать; его эйфория
продолжалась. Зари-ма загляделась на стенной
виом, показывающий первенство мира по лыжам, и он тихонько шепнул маме на ухо: -
Как она тебе?
- Чудо! - улыбнулась мама. - Это настоящий бриллиант!
- Дуракам везет, - улыбнулся он в ответ.
- Ну, слава богу, ты у нас не дурак. Однако береги ее.
- Сам знаю. Думал, потерял ее навсегда... - Он передернул плечами. -
Однако нашел! Если бы не Селим...
- Ты так и не рассказал, что там с вами случилось.
- Потом как-нибудь. Главное, что мы здесь, на Земле. Честно говоря,
иногда не верилось, что мы вернемся.
- А отец уверял меня, что вы в безопасности, - укоризненно покачала
головой мама. Понизила голос: - Сынок, не
хотела тебя расстраивать, но сама не понимаю... тебе не кажется, что иногда от
нее веет холодом?
Артем улыбнулся. О существовании Лам-ки мама еще не знала.
- Мы погуляем, и я тебе все расскажу. Ужинать будем дома или пойдем в
ресторан?
- Лучше дома, я приготовлю твои любимые салаты и овощное рагу.
- Испеки любимчики с творогом.
- Хорошо.
- Тогда решено. Заря, поехали. Полюсидка с готовностью вскочила с
дивана.
Они переоделись в дорожные "уники", чтобы не выделяться из потоков
гуляющих или спешащих по делам людей,
и выбрались на крышу коттеджа, где стоял личный четырехместный флейт Ромашиных.
Шел уже седьмой час вечера на широте Волоколамска, давно стемнело, хотя
слово "стемнело" можно было
произносить с натяжкой. Небо над городом было расцвечено рекламой, и его улицам
вполне можно было обходиться без
освещения.
Декабрь в Волоколамске - это зимний месяц, со снегом, замерзшей рекой,
холодными ветрами, снегопадами
(правда - регулируемыми) и прочими атрибутами зимы. Конечно, метеокорректоры
старались поддерживать температуру
воздуха и другие климатические характеристики в оптимальном сочетании, чтобы не
допускать резких изменений погоды,
тем не менее вечером двадцать пятого декабря в Волоколамске было холодно - около
минус десяти градусов по Цельсию, и
не привыкшая к таким температурам Зари-ма сразу замерзла. Пришлось отогревать ее
уши и губы в кабине флейта, на что
ушло немало времени. В конце концов она согрелась в теплой кабине, и Артем
поднял аппарат в воздух.
Целый час они бороздили воздушное пространство над Волоколамском, по
сути представлявшем собой пригород
мегаполиса Москвы, подолгу зависая над его памятниками архитектуры и воинской
славы. Зари-ма ничего не спрашивала,
только смотрела, полуоткрыв рот, и Артем сам рассказывал ей историю тех или иных
старинных сооружений, получая от
этого истинное удовольствие. Мешало вечное мельтешение световых реклам,
расцвечивающих ночное небо и
превращающих его в пульсирующий ковер. Артем к рекламе привык и не обращал на
нее внимания, а вот Зари-ма все
время отвлекалась, поэтому рассказ приходилось иногда повторять дважды.
С наступлением ночи жизнь в мегаполисе не замирала полностью, люди
привыкли жить по среднесолнечному
времени, перебираясь с материка на материк или на другие планеты в течение
недолгих минут, абсолютно свободно,
довольно большая часть населения Москвы и Волоколамска отдыхала и работала в
других местах Земли и Солнечной
системы именно в вечерние, ночные или утренние часы, и улицы города, - как и в
других районах мира, - никогда не
пустели.
- Теперь я покажу тебе другие города Земли, - сказал Артем, видя, что
спутница насытилась видами ночной
Москвы и Волоколамска. - Не устала?
- Не-а, - замотала головой Зари-ма. - Великий Маххур! Как же у вас
красиво! Голова кружится!..
- Когда-нибудь и на Полюсе... э-э, то есть на твоей Рачи-ке все
изменится к лучшему. Вот разминируем
сторожевую систему иксоидов и начнем освобождать планету от могильников с
"джиннами", стирать и чистить чужие
следы.
- Это когда еще будет, - вздохнула девушка.
- Непременно будет! - утешил он ее.
Флейт поднялся повыше и направился к светящейся прозрачнокристаллической
друзе станции метро, видимой
издалека. Оставив машину на паркинг-поле, они влились в поток пассажиров метро,
вошли в старт-кабину.
- Что ты хочешь посмотреть в первую очередь?
- Ты же сам предлагал показать другие города Земли. Вот и показывай.
- На Руси сейчас ночь, не то я показал бы тебе Санкт-Петербург с Зимним
дворцом и Эрмитажем и другие
старинные города, поэтому давай посмотрим на дневные районы Америки. Тамошние
города своеобразны, они намного
выше нашего Волоколамска. А потом утром я тебе покажу Питер, Таллин и Ригу с ее
Старым городом. В общем, программа
у нас большая, не то что за одну ночь все не посмотришь, но и за месяц. Главное
- начать.
- Начнем, - кивнула девушка, в огромных глазах которой отражалась
россыпь огоньков на панели управления
метро.
Артем поцеловал ее и ткнул карандашом курсора в гнездо задатчика, над
которым в окошечке высветилось слово
"Торонто".
Столица Канд-региона произвела на Зари-му неизгладимое впечатление.
Девушка никогда не видела такого
разнообразия высотных зданий, вписывающихся в общую "гроздь" мегаполиса и
создающих единый гармоничный
комплекс.
Впрочем, и другие города и столицы Земли подействовали на нее так же
потрясающе. Каждый из них имел свой
неповторимый колорит, несмотря на общие тенденции "вертикальной" архитектуры
двадцать пятого века, и в каждом был
свой старинный центр с памятниками архитектуры прошлых веков, также
производивший незабываемое впечатление.
Побывав за три часа в пяти столицах Америки, Артем предложил посидеть в
каком-нибудь ресторанчике над
Землей, отдохнуть и полюбоваться на планету с высоты двухсот километров.
Сеть орбитальных станций, имеющих собственные уголки отдыха, визинги и
рестораны, насчитывала около тысячи
сооружений подобного типа. Выбрали ту станцию, которая смотрела на ночную
сторону планеты, и просидели в ней полтора
часа, беседуя и созерцая величественные панорамы космоса и моря света над
городами. Потом Артему захотелось показать
девушке Солнечную систему, они "оседлали" метро и отправились в поход по
планетам, на которых были возведены
станции тайм-фага.
Первой планетой в списке ознакомления был Плутон.
Самая дальняя"Орбита Плутона имеет большой эксцентриситет, поэтому
иногда он находится ближе к Солнцу,
чем Нептун." планета Солнечной системы была открыта астрономом Клайдом Томбо еще
в тысяча девятьсот тридцатом
году, и с тех пор Плутон был известен как девятая планета Системы. Вокруг Солнца
он обращается за двести сорок восемь
лет. По величине"Радиус Плутона = 1137 км." Плутон уступает даже спутникам
больших планет, таким, как Ио, Ганимед,
Титан и Тритон, зато у него самого есть собственный спутник - Харон, открытый в
тысяча девятьсот семьдесят восьмом
году. Оба они состоят из смеси камней и льда, но. если поверхность Плутона
покрыта замерзшим азотом и фракциями
метана, то Харон покрыт снегом и сам является рыхлым комом снега с включениями
водяного льда и пыли. Это
свидетельствует о различном происхождении планеты и его спутника, хотя оба они
представляют собой огромные
астероиды, захваченные Нептуном из пояса Койпера"Пояс астероидов за орбитой
Нептуна и Плутона, остатки
"строительного материала" Солнечной системы." и превратившиеся в самостоятельные
планетарные объекты.
Атмосфера у Плутона есть, но очень разреженная и состоит из метана и
азота. Поэтому редкие научноисследовательские
станции и руднично-металлургические комплексы, добывающие
здесь редкоземельные элементы,
накрыты защитными куполами, как и другие космические сооружения землян.
На Хароне располагались всего два объекта, созданные людьми:
обсерватория "Млечный Путь" и научноисследовательский
передвижной комплекс "Геркулес". Так как "Млечный Путь" имел
великолепную систему телескопов и
визинговый зал, Артем и выбрал эту обсерваторию, из которой можно было, не
выходя за пределы станции, полюбоваться
любым объектом Солнечной системы.
Прецизионная аппаратура обсерватории не терпела каких-либо вибраций,
встрясок и энергетических колебаний,
поэтому станцию метро на поверхности Харона решили не устанавливать. Добираться
до обсерватории новоявленным
туристам пришлось на катере погранслужбы.
Добрались, нашли зал визинга, подключили в качестве гида местного инка,
и, глянув на потрясенное лицо Зари-мы
- виом показал ближайшую к Плутону планету - Нептун, с кольцами и спутниками, -
Артем не пожалел, что потащил
полюсидку на край Системы. Она была потрясена панорамами человеческого дома и
размахом жизни людей, практически
освоивших окрестности Солнца.
За Нептуном инк визинга показал им семейства Сатурна и Юпитера, Марс,
Меркурий, затем Солнце - издали и
вблизи. Вид кипящего, фонтанирующего протуберанцами горнила звезды поразил Зариму
до глубины души, но еще
больше потрясло ее присутствие на поверхности светила земных станций.
- Великий Саарх Маххур! - прошептала девушка, глядя на океан пламени, в
котором плавал купол солнечной
станции. - Вы - боги! Только боги могут жить на звездах!
- Возможно, когда-нибудь мы и станем богами, - усмехнулся Артем, - но
пока мы люди, совершающие большие
глупости. Налюбовалась? Полетели домой? Мама небось заждалась.
- Да, я устала, - очнулась Зари-ма. - А что мы будем... - Она не
договорила.
Внезапно панорама Солнца в растворе виома исчезла, стены зала визинга
приобрели плотность металла, в зале
вспыхнул свет.
- Прошу прощения, - раздался мягкий баритон инка. - Объявлена тревога
первой степени. Над Плутоном замечен
"неопознанный агрессивный объект".
Двое сотрудников обсерватории, заглянувшие в зал на минутку, стремглав
выбежали из зала. Артем почувствовал
смутную тревогу и пожалел, что не взял с собой рацию "спрута". С ее помощью
можно было бы связаться с отцом или
дедом и выяснить, что происходит.
- Бежим! - схватил он девушку за руку. - Куда?
- К директору обсерватории, узнаем, что случилось. У него есть терминал
связи.
Они выскочили из визинг-зала, сели в лифт и через минуту добрались до
центра управления обсерваторией,
включавшего терминал связи и служебные модули сотрудников. Терминал представлял
собой визинг-зал в миниатюре -
стены его служили сферическим виомом, но имел еще и кокон-кресла для операторов.
Все они в данный момент были
заняты, а виом показывал панораму Плутона с огоньками на поверхности, в местах,
где располагались поселения людей.
Несколько мигающих звезд медленно плыли к Харону, образовав окружность,
в центре которой...
- Вижу "неопознанный агрессивный объект", - тихо прошелестел из скрытых
динамиков голос инка. - Расстояние -
двести километров, скорость движения - сто метров в секунду.
- Всему персоналу - немедленно перейти на борт спасателя! - перебил
инка более громкий голос начальника
обсерватории. - Приказ не обсуждать! Повторяю: всем сотрудникам немедленно
покинуть обсерваторию!
Кокон-кресла терминала развернулись бутонами невиданных лилий, из них
выскочили двое мужчин и женщина,
бросились к выходу.
- Не стойте, спасатель ждать не будет! - посоветовала на бегу женщина.
Артем и Зари-ма переглянулись и припустили вслед за сотрудниками
обсерватории, еще не осознавая до конца
причин такой спешки. Демон был обнаружен, окружен кораблями погранфлота и не
имел свободы маневра. Между тем
люди явно запаниковали, что говорило о реальном основании их страхов. Лишь
оказавшись в эллинге транспортного
отсека, куда начали прибывать остальные сотрудники обсерватории, Артем вдруг
подумал, что появление Демона над
Плутоном не случайно. Кто-то навел его на Плутон, зная, что на спутнике планеты
находятся в данный момент Ромашин и
Зари-ма.
Стены эллинга вдруг потеряли плотность, потекли струйками дыма на пол,
какая-то сила начала мять их,
сплющивать, морщить, искривлять.
Зари-ма издала испуганный возглас, вцепилась в локоть Артема.
- Что это?!
- Демон! - сквозь зубы проговорил пограничник. Махнул рукой
выглядывающему из люка молодому парню. -
Улетайте!
- А как же вы?
- Не теряйте времени! Стартуйте в шпуг-режиме! Мы возьмем другой
летатель.
Люк модуля зарос защитной перепонкой. Спасатель подпрыгнул на метр,
рыская из стороны в сторону как пьяный,
но все же долетел до светящейся окружности тамбур-окна, продавил его и исчез.
- За мной! - скомандовал Артем, бросаясь к ярко-оранжевой капле
вакуумплотного флейта.
Забраться в кабину аппарата и включить автоматику управления было делом
нескольких секунд. Гораздо больше
времени потребовалось Артему для того, чтобы инк согласился стартовать. Какой-то
умник все аппараты обсерватории
снабдил контурами особого доступа, и драйв-инк требовал этот самый доступ
предъявить. Взбешенный Артем хотел было
уже вылезать обратно, однако инк понял, что происходит что-то необычно
...Закладка в соц.сетях
