Жанр: Электронное издание
sleeping
...переселить из
пояса внешних планет на Марс и на Землю по меньшей мере три миллиона человек.
Этим занимаются Управление
аварийно-спасательной службы и соответствующие подразделения ВКС, руководимые
господином Лу Синем.
Китаец кивнул.
- Второе: поиски Демона, или "джинна", как называют в народе эти
объекты инопланетного происхождения.
Возможно, "джиннов" в Системе два или даже три. Поисками и разработками
технических средств обнаружения "джиннов"
занимаются подразделения контрразведки и научные институты системы УАСС. И,
наконец, третье: исследование мотивов
поведения Демона и разработка рекомендаций по контакту с ним. Этими вопросами
занимаются ксенопсихологи ИВКа,
отдел ксенологии СЭКОНа и погранслужба. С этой проблемы и начнем. У вас есть что
сказать, господин Нордиг?
Зампред СЭКОНа открыл рот, закрыл, побагровел, оттянул пальцем воротник
белоснежного костюма, будто он
мешал ему дышать, выдавил из себя:
- Н-нет... Торопливо добавил:
- Но я не брал на себя...
- Достаточно, - оборвал его Кузьма. - Займитесь этим немедленно. Вас
ждут специалисты ИВКа, у них есть коекакие
идеи. Да, и пусть к вам подсоединится Павел Куличенко. Действительно, его
воспоминания могут оказаться
полезными.
"Призраки" Нордига и Куличенко посмотрели друг на друга и исчезли.
По рядам зоны совещаний пролетел шепоток.
Игнат встретил взгляд Калаева, говорящий: сынок-то твой умеет постоять
за себя, - и кивнул. Если Кузьма брался
за какое-то дело, он действовал обстоятельно, максимально эффективно и
решительно.
- Поехали дальше. С эвакуацией все понятно, эта задача решается
последовательно, хотя и требует определенных
усилий множества служб и решений руководителей о предоставлении жилья для
заселения. У вас есть что сказать, Наталья
Остаповна?
Губернатор Марса, женщина средних лет с круглым и добрым лицом, но с
жесткими и умными глазами, коротко
проговорила:
- Марс примет двести тысяч человек.
- Этого недостаточно.
- Мы ищем возможности увеличить прием.
- Хорошо. Господин Лу, вы отвечаете за размещение эвакуированных на
Земле, и, насколько я в курсе, у вас тоже
возникли сложности.
- Не все регионы готовы принять беженцев, - сказал Лу Синь. - К
сожалению, отказались сотрудничать в этом
вопросе руководители Европы, Канады, Индии, Британии и Японии. Но завтра
состоится внеочередное заседание ВКС, и
проблема, я надеюсь, будет решена.
- Тогда перейдем к конкретным предложениям и делам... Через четверть
часа совещание закончилось.
Присутствующие голографически члены комитета исчезли, остальные начали
расходиться по своим рабочим местам.
- А вас, Штирлиц, я попрошу остаться, - сказал Кузьма серьезно, глянув
на Игната. Перевел взгляд на Калаева: - И
вас тоже.
В модуле остались трое, не считая работающих операторов. Кузьма вылез
из своего разверстого кокон-кресла,
подсел к оставшимся.
- Зона закрыта для прослушивания, поэтому можем говорить смело.
Буквально перед нашим совещанием господин
Джадд снова сделал резкое заявление в адрес Сосновского, Конюхова и председателя
Правительства, обвинив их в
некомпетентности и недальновидности. Боюсь, Совет пойдет у него на поводу и
объявит импичмент господину Нкуву. А
вместе с ним придется уйти в отставку и Витольду с Федором.
- Это еще не самое страшное, - проворчал Калаев. - Плохо, если
исполняющим обязанности председателя назначат
Джадда. Тогда всех нас ждет ссылка.
- Давайте говорить о деле, - сказал Игнат. - Система, поддерживающая
Джадда, действительно сильна и способна
угробить все наши светлые начинания, однако и наша система не из слабых.
Поборемся.
- Что мне делать, советник? - посмотрел на него Кузьма. - Я вязну в
потоках информации и в чиновничьих
помехах, приходится согласовывать с администрациями СЭКОНа, ВКС и Правительства
каждый шаг, что снижает
эффективность работы комитета и требует времени и нервов.
- В этом вопросе я тебе не помощник, - покачал головой Игнат. - С
чиновниками всех уровней, блокирующими
решения, тебе придется воевать одному. У тебя же карт-бланш, используй его на
всю катушку. Что касается конкретики, то
изволь выслушать несколько советов и предложений.
- Для этого я вас и оставил.
- Контрразведка Тадеуша находится под пристальным контролем Джадда,
поэтому нам надо действовать
самостоятельно и тайно.
- Это рискованно.
- Иначе не получится, - поддержал Ромашина-старшего Калаев. - Наша
задача - разоблачить Джадда и его клику в
глазах общественности до того, как он захватит власть в свои руки.
- Согласен. Насколько я понимаю, у вас уже разработан план действий.
- Поскольку ты имеешь право подключить к работе комитета любые службы и
организации, нам будет легче
маскировать деятельность особого отдела. Кое-что мы уже делаем. К примеру, ищем
бриллиантиды, добытые охотниками
до рождения Демона и разошедшиеся по Системе. Каждая из них - потенциальный
"джинн", и если они начнут
активироваться... сам понимаешь, что может произойти.
- Артем тоже занимался охотой на бриллиантид...
- Я его сокровища уже изъял, эксперты сейчас их изучают.
- Мама небось огорчилась, эти космические "бриллианты" действительно
красивы.
- Кроме сбора бриллиантид, необходимо срочно выявить всех друзей Оскара
Файнберга и Бена Фокса.
- Зачем?
- Володя прав: в выходах Демона есть определенная система. Так вот, я
считаю, что в моменты "просветления"
сознания Оскар, встроенный в "джинна", вспоминает своих знакомых...
- И Демон мчится туда, куда его направляет воля Оскара! Папа, ты гений!
- Иногда я и сам так думаю, - согласился Игнат с шутливой интонацией.
- Я немедленно дам задание сыскарям начать поиск приятелей Оскара! -
Кузьма нырнул в свое кокон-кресло, на две
минуты закрылся в объеме управления, затем снова присоединился к собеседникам. -
Ребята пошли по следу. Если мы
найдем приятелей Оскара и Бена в поясе внешних планет, у нас появится шанс
опередить Демона и устроить ему засаду.
- Не торопись с засадами. Мы еще не знаем, чего хочет Демон-Оскар и как
уговорить его не творить безобразия.
- Мы его просто уничтожим!
- Это как раз далеко не просто, сынок. Демон - реализатор законов чужой
физики, технология создания таких
чудовищно сложных и мощных машин по сути ничем не отличается от магии, поэтому
он и сам - маг с высоким
энергетическим потенциалом. Вот почему иксоиды не уничтожили боевых роботов
своих врагов - гиперптеридов на
Полюсе: не смогли!
- А хорошо бы подружиться с одним из них! - мечтательно проговорил
Калаев.
- С кем? - не понял Игнат. - С иксоидом или гиперптицей?
- С "джинном". Он бы помог нам найти нашего доморощенного Демона в
Системе. Может, дадим задание Артему
установить контакт с одним из уцелевших "джиннов"?
- Ты с ума сошел! - сказал Кузьма. Посмотрел на отца. - Или ты с ним
заодно?
Игнат ответил не сразу.
- Холуи Джадда уже не раз пытались включить "джиннов" в могильниках.
Попытка Зо Ли едва не удалась. Но он не
был человеком в полном смысле этого слова, а я убежден, что для контакта с
Демонами человеческая психика не годится.
Поэтому задания Артему мы давать не будем. Когда он выйдет на связь, будем
вытаскивать всех троих.
- Да я просто фантазировал, - пробормотал Калаев. Игнат посмотрел на
него, прищурился.
- Тебе есть работа. Установи наблюдение за Куличенко. Не нравится он
мне категорически.
- Мне тоже, но ради чего?
- Он контактировал с Демоном! Это очевидно. Хотя и не признается в
этом. Надо знать о каждом его шаге. И
хорошо бы понаблюдать за его господином - Джаддом.
- Никто не даст нам санкцию на слежку за Джаддом!
- Плевать! Мы не будем никому докладывать об этом, пока не соберем
компромат. На карту поставлена судьба
человечества, судари мои, и с этим надо считаться. Риск оправдан.
Ошеломленные Калаев и Кузьма переглянулись.
- И последнее, - добавил Игнат твердым голосом, не позволяя себе
выглядеть колеблющимся; он сомневался в
своем решении, еще как сомневался! - Надо найти приятеля Куличенко, с которым он
был во время последнего свидания с
Демоном на Мимасе. Найти и допросить!
- Папа, ты анархист! - слабо улыбнулся Кузьма.
- Я просто хочу, чтобы нами управляли умные, сильные, гордые и добрые
люди, - сказал Игнат. - А не авантюристы
вроде Джадда, рвущиеся к власти любой ценой.
Глава 11
СИСТЕМА УГААГА
К сожалению, увидеть извне творения Червей, их сложнейшие
многоуровневые сети подземных ходов Артему не
довелось. Это было доступно только фон Хорсту, наполовину Червю, наполовину
человеку, обладавшему волновым
объемным зрением. Но и он не смог описать города Червей Артему, передать их
своеобразие, гармоническую
законченность и нечеловеческие масштабы: каждый из них занимал не меньше
миллиона кубических километров под
поверхностью "планетарного пузыря"! И все они были пусты. Цивилизация Угаага
исчезла, умерла. Не в войне с другими
цивилизациями и не от смертельных вирусов, случайно выпущенных на волю, а по
вполне тривиальной причине - от
старости. Черви потеряли интерес к жизни, и даже подключение к магической
энергии "джиннов", созданных другими
существами, не спасло их от самих себя, от равнодушия и безволия.
"Коровьи соски" величиной с Эйфелеву башню, найденные путешественниками
на поверхности "планетопузыря"
Угаага, оказались приемниками и преобразователями энергии "джиннов". По их
количеству и величине можно было судить
о размерах городов Червей, так как устанавливались они только над крупными
городами. Земляне дважды спускались по
внутренним каналам "сосков"-приемников в местные горные недра в поисках средств
передвижения, но доходили лишь до
"окраин" города. Несмотря на ослабление силы тяжести по мере углубления в кору
"планетопузыря", передвигаться по
тоннелям, проложенным Червями, было нелегко. Ходы изгибались в разные стороны и
часто превращались в шахты,
колодцы и наклонные штреки. Без антигравов путешествовать по этим петлистым
ходам нечего было и мечтать.
На третьи сутки похода - по земным часам - они набрели на торчащее из
каменного купола гигантское птичье
крыло, отливающее тусклым серебром, и Селим оживился, останавливая уставшего
спутника за локоть.
- Кажется, нам повезло.
- Что это? - вяло поинтересовался Артем.
- Антенна контроля размерности. Черви поддерживали условия
существования своего мира искусственно, с
помощью особых генераторов, сохраняющих дробную размерность их пространства.
Генератор уже давно не работает, и
пространство "скатилось" к евклидовости, как ты можешь убедиться, поэтому
антенна ничего не излучает, иначе мы не
смогли бы подойти к ней близко.
- Чем она может быть нам полезна?
- Дело в том, что Черви для обслуживания своих энергоцентров и заводов
использовали искусственных существ.
- Роботов?
- Что-то в этом роде. Для определенности будем называть их... ну, хотя
бы чедомами, от слов "домовые Червей", по
аналогии с нашими инк-домовыми. Не возражаешь?
Артем молча качнул головой.
- Ну и славно. Так вот эти чедомы свободно проникали сквозь толщи пород
местного "вакуума" и летали внутри
"планетопузыря". Можно попытаться отыскать одного чедома, и у нас появится
весьма лихое транспортное средство.
Артем скептически поджал губы.
- Даже если мы найдем чедома и зарядим, он вряд ли станет нас
слушаться.
- Обижаешь, гриф, - ухмыльнулся Селим. - Или я не Червь, по-твоему? Жди
меня здесь, никуда не отлучайся, я
пойду вниз один.
- Это опасно, - слабо возразил Артем, надеявшийся отдохнуть.
- Не опаснее, чем идти на медведя с голыми руками, - снова ухмыльнулся
Селим. - Не вздумай меня искать,
заблудишься или свалишься на дно "червивого" города. Я вернусь через пару часов.
Бывший полковник направился к серому, в коричневых и желтых прожилках
куполу, из которого вырастало
"птичье перо" высотой в двести метров, и внезапно исчез.
Артем встрепенулся, не понимая, что произошло, быстро подбежал к месту,
где только что стоял фон Хорст, и
расслабился. В шрамовидном углублении, тянувшемся до самого купола, виднелось
овальное отверстие хода, заполненного
темнотой. Селим просто прыгнул туда, не боясь провалиться в бездну и разбиться.
Артем представил себе эту картину, и по
спине его потек холодный ручеек. Только теперь он окончательно осознал, что его
спутник по сути действительно нечеловек.
Или по крайней мере не совсем человек, хотя и сохранил человеческую
форму и основные человеческие качества.
Обойдя купол кругом и обнаружив еще с десяток ложбин, веером
расходившихся от "антенны контроля
размерности" и заканчивающихся дырами подземных ходов, Артем присел на камень у
дыры, в которой скрылся Селим,
посидел немного, потом прилег и не заметил, как задремал. Проснулся же он от
веселого возгласа:
- Вставай, лежебока, карета подана!
Артем вздрогнул, открыл глаза и увидел склонившегося над ним
улыбающегося фон Хорста. За спиной полковника
виднелось нечто шипастое, паукообразное, коленчатое и перепончатое,
отсверкивающее серебром и хрусталем. Артем встал,
во все глаза разглядывая чудо угаагской "техники".
Больше всего оно напоминало чудовищное творение скульптора-модерниста,
смешавшего в одну конструкцию два
десятка живых форм: от паука до осьминога и от саксаула до кактуса. "Чудо"
висело над землей и само казалось живым,
хотя материал, из которого его сотворили, напоминал фарфор, керамику, металл,
стекло и драгоценный камень
одновременно.
- Мать честная! - хрипло выговорил Артем. - Это и есть... этот, как
его... чедом?
- Можешь не сомневаться, - хмыкнул Селим фон Хорст. - С трудом смог его
уговорить подчиниться, сначала
брыкался, что твой мустанг необъезженный.
- Он... не опасен?
- Это не боевой робот, обыкновенный витс, причем не сильно
интеллектуальный, только создан он негуманами.
Садись, поехали.
Артем с опаской приблизился к осьминого-кактусо-пауку и вздрогнул,
когда членистые лапы-ветки чедома
отогнулись в стороны, открывая щель люка.
- Как вам удалось зарядить его? Здесь же, наверное, нет ни капли
энергии.
- Здешние роботы имеют собственные генераторы, сосущие энергию
отовсюду, в том числе из вакуума. Наши
питатели практически не отличаются от них. Основная трудность заключалась в том,
чтобы заставить это чудо угаагской
техники меня слушаться. Пришлось доказывать, что я тоже в некотором роде Червь.
Селим полез в люк.
Артем сглотнул слюну и полез следом, стараясь не думать о характере
демонстрации фон Хорстом своей
принадлежности к роду Угаага.
Внутри чедом оказался вовсе не таким, каким он представлялся снаружи.
Тесный, бугристый, мягкий, гладкий, даже скользкий, слабо светящийся
мешок, в котором с трудом уместились
оба путешественника. Желудок! - пришло на ум неожиданное сравнение, отчего
Артему сразу захотелось на волю. Однако
он стерпел.
- Конечно, не слишком удобная кабина, - заметил Селим, поняв чувства
товарища, - но главное, что она
функционирует.
Артем хотел спросить: как они будут ориентироваться в полете? - но не
успел.
Рука Селима превратилась в знакомое кольчатое щупальце, воткнулась в
конвульсивно вздрогнувшую стенку
кабины-"желудка", и через несколько мгновений перед лицом Артема в стенке
образовался желвак, потянулся к нему
живой скользкой лапкой.
Ромашин отпрянул.
- Не пугайся, это видеовариатор, - сказал Селим. - Натяни его на
голову, как чулок, оставь свободными только нос и
рот.
Перед фон Хорстом вырос такой же зеленоватый, похожий на лягушачью
голову, желвак, и он одним движением
надел его на голову. Желвак растянулся пленкой, отвердел, стал похожим на
яйцеобразный гладкий шлем.
Артем сжал зубы и взялся за "лягушачью голову".
К его удивлению, она оказалась нескользкой, теплой и мягкой, приятно
податливой и охватила голову до
переносицы почти неощутимой пуховой пленкой. В глазах потемнело. По коже черепа
под волосами побежали легкие
иголочки.
- Открой глаза, - услышал Артем голос полковника, послушно приподнял
веки.
Темная пелена перед глазами налилась светом и протаяла в глубину. Артем
увидел знакомую бугристую равнину с
разбросанными по ней скалами в форме кактусов, края которой где-то далеко-далеко
задирались вверх, образуя
колоссальную чашу - "дно" "планетопузыря". Только бугры этого "дна" теперь были
не округлыми или волнообразными,
как прежде, похожими на дюны, а пирамидальными, с острыми ребрами. И цвет
равнина имела другой - серо-зеленый,
тусклый, неприятный, цвет увядания и смерти.
- Освоился? - прилетел откуда-то издалека голос Селима. - Как
впечатления?
- Нормально, разве что иной диапазон цветопередачи, - отозвался Артем с
запозданием. - И формы скал иные...
- Ничего удивительного, система обозрения чедома не рассчитана на
трехмерное человеческое зрение, ее создавали
существа с восприятием нецелочисленной мерности.
- Мне в школе говорили, что биологические формы жизни возникают только
в трехмерном пространстве...
- Черви не являются биологической формой жизни, мой друг. Это энергокристаллические
существа.
Артем попытался "оглянуться", и равнина перед глазами послушно
сдвинулась, поехала "вокруг головы". Стала
видна "антенна контроля мерности", превратившаяся в сросток удивительных
прозрачно-серебристых паутинок-капель.
- Красиво!..
- Согласен, мне тоже нравится. Все-таки эстетика творений Червей не
намного отличается от нашей при
соответствующей коррекции восприятия, ты не находишь? Впрочем, это все не имеет
отношения к делу. Поехали.
- Куда?
- Куда глаза глядят, - пошутил Селим, добавил: - Я примерно знаю, где
располагается угаагский музей ксенокультур.
Сначала летим туда. Потом отправимся на поиски наших сородичей. Я
почему-то уверен, что они здесь.
Мне бы вашу уверенность, подумал Артем, но вслух ничего не сказал.
Пейзаж сдвинулся. Впечатление было такое, будто люди не лежали бок о
бок в тесном "желудке" кабины чедома, а
сидели в удобных креслах на открытой платформе, парящей над удивительным
ступенчато-пирамидальным ландшафтом.
Скорость движения скачком возросла, хотя тело не почувствовало рывка
ускорения, да и в ушах не засвистел ветер
от быстрого полета.
Еще один скачок скорости. Пейзаж по бокам чедома превратился в текучие
серые полосы. Затем аппарат поднялся
выше, и равнина под ногами путешественников поплыла медленней, даль
распахнулась, чаша "планетопузыря" стала
ощущаться сильнее. Показался скособоченный "кактус" одинокого энергоприемника,
ушел назад. Чедом начал подниматься
в светящееся сиреневое небо и поднимался до тех пор, пока не оказался в сияющей
пустоте без конца и края, повис без
движения - по ощущениям седоков, стал растворяться в этом сиянии.
- Мы не заблудимся? - поинтересовался Артем безразличным голосом.
- Все под контролем, - откликнулся Селим. - Чедом понял мои намерения и
летит кратчайшим курсом.
"Движение без движения" длилось несколько минут. Потом в сиреневом
мареве впереди возникло размытое сизое
пятно, похожее на рисунок акварелью, медленно расползлось в стороны и
превратилось в гигантскую чашу
"планетопузыря" с четким рисунком пирамидальных барханов, русел и "кактусов". Не
замедляя хода, чедом продолжал
мчаться вниз, как стрела, выпущенная из лука, двигаясь со скоростью не менее
двух-трех километров в секунду.
Артем невольно сжался, ожидая удара о дно чаши и неминуемой гибели. Но
Селим молчал, и это означало, что
беспокоиться ни о чем не надо. Полковник знал возможности угаагского робота.
Приблизилась круглая впадина с центральной горкой, похожая на след
падения метеорита. Чедом миновал горку,
оказавшуюся огромным "кактусом" приемника энергии, и вонзился в твердое дно
кратера.
Однако ни удара, ни встряски Артем не почувствовал. Вообще ничего не
почувствовал! Словно полет негуманского
аппарата был всего лишь иллюзией, хорошо сделанным объемным видеофильмом.
Свет в глазах сменился багровой полутьмой со множеством штрихпунктирных
линий, проносившихся мимо.
Только по ним и можно было судить о движении чедома, продолжавшего углубляться в
недра верхнего слоя
"планетопузыря".
Штрихи и линии замедлили верчение, превратились в твердые зерна, жилы и
петлистые образования, оказавшиеся
линиями слоев горных пород. Мелькнул и исчез более светлый шнур, похожий на
червоточину в яблоке. Впрочем, это и был
след червя, только не яблочного, а угаагского.
Чедом повернул, вошел в другой такой же приблизившийся след и очутился
внутри круглого в сечении тоннеля
диаметром в шесть-семь метров, с оплывшими гладкими стенами, светящимися в
мрачном фиолетово-вишневом
диапазоне. Дальше он продвигался медленнее, то и дело останавливаясь, как бы
принюхиваясь к чему-то, ныряя в стены
тоннеля и возвращаясь обратно. Хотя, вполне возможно, он просто переходил из
тоннеля в тоннель.
- Хочешь увидеть город Червей? - спросил Селим.
- Конечно, хочу, - ответил Артем. - Но ведь это невозможно.
- Система "зрения" у чедома имеет свои особенности. Попробуй попросить
его подстроиться к твоей рецепторной
кожной сети с прямым выходом на глазной нерв.
- Он понимает наш язык?
- Он реагирует на мысли и чувства.
Артем сосредоточился на желании увидеть систему ходов Червей изнутри,
некоторое время боролся с потоком
мешающих мыслей, перестал отвлекаться, и чедом наконец понял его.
Фиолетово-вишневые оттенки бегущих мимо стен тоннеля сдвинулись в
коричнево-медовый диапазон. Стены
перестали быть плотными, превратились в кисейно-прозрачные слои желе. Волна
прозрачности прянула во все стороны,
протаивая в глубины подземной страны Угаага, и Артем в коричневой прозрачной
тьме увидел сложнейший конгломерат
пересекающихся более светлых жил - ходов, проложенных Червями. Этот конгломерат,
похожий на два пересекающихся
мотка ниток или скорее на ажурные крылья бабочки, к которому приближался чедом,
и был угаагским городом.
- Боже мой! - прошептал Артем.
- Получилось? - тотчас же отозвался фон Хорст.
- Я даже представить не мог... что червоточины могут образовывать такой
сложный узор...
- Эта фигура называется аттрактором Лоренца. Есть города и посложней
этого, с выходами в "тупики" и на
"чердаки" следующей за третьим "половинки" измерения. Хотя даже я не могу себе
это представить наглядно.
В центре "мотков ниток" протаяла многолучевая полость, стала
увеличиваться. Очевидно, это была центральная
"площадь" города Червей, играющая особую роль.
- Ксеномузей, - сказал Селим, угадав ход мыслей Артема. - Сейчас мы
наконец сможем сменить одежонку и
обзавестись оружием. Вот чего я не обещаю, так это пропитания. Едва ли Черви
вывозили с открытых миров пищу в
качестве экспонатов для своего музея.
Чедом пронизал с полсотни встретившихся на пути тоннелей и более
объемных полостей - "зданий" города и
выбрался на край центральной "площади", затканной хрустально-прозрачными арками,
дугами, фермами, мостами и
вантовидными конструкциями.
- Вылезаем, - сказал Селим, сбрасывая с себя "шлем" обзора и
управления.
Один за другим они выбрались из кабины аппарата на поверхность огромной
пещеры, освещенной прожилками
текучего пламени в толще стен, и Артем не поверил глазам: никаких арок, мостов и
прочих ажурных конструкций видно не
было! Пещера казалась пустой, точнее, она была заполнена какими-то предметами,
висящими в воздухе без всяких опор.
Однако стоило Артему сделать шаг, как он чувствительно приложился лбом обо чтото
твердое.
- Осторожнее, слепой, - проворчал Селим. - Здесь кругом полно
стеллажей.
- Я ничего не вижу. - Артем потрогал рукой невидимое препятствие,
твердое, шероховатое и холодное как лед.
- Эти стеллажи сделаны не из определенного материала, а из полевых
композиций, поэтому человеческому глазу
они недоступны. Стой здесь, я сам поищу нужные нам вещи.
Фон Хорст огляделся и вдруг быстро и ловко полез вверх, перебирая
руками и ногами, как паук, по невидимой
лестнице, хотя со стороны это выглядело так, будто он цеплялся за воздух. Через
несколько минут Селим углубился в
лабиринт предметов самых разных форм и размеров, поднялся над "площадью" на
полсотни метров, изредка задерживаясь
возле экспонатов музея.
Артем от нечего делать начал рассматривать ближайшие к нему экспонаты,
мало похожие на изделия рук
человеческих.
Гигантский желто-зеленый пупырчатый "овощ", похожий на бородавчатую
тыкву.
Три черных "ежа", соединенные кольцом из серебра.
Потерявшая форму серая "фетровая шляпа" диаметром в три метра.
Клубок "змей" с десятком стеклянных шариков в зубах.
Огромная "зубная щетка" с красиво изогнутой рукоятью.
Лишь один экспонат, висящий чуть в стороне, напоминал некую машину
вроде земного флайта.
Заинтересовавшись, Артем направился к ней, шаря впереди руками, чтобы не
стукнуться о невидимые опоры и несущие
фермы "стеллажей".
Сигаровидная машина с необычными вздутиями на корме (или, может быть,
на носу) действительно оказалась
летательным аппаратом, увенчанным прозрачным колпаком кабины. Только
конструировали ее не люди. Существа, близкие
по виду к человеку, но не люди. Одно из них сидело в кабине, похожее на земное
насекомое - богомола и на человека
одновременно. Оно было одето в скафандр со множеством зеркальных блях, нашивок,
кнопок и "молний" и смотрело перед
собой остановившимся навеки взглядом.
Артем содрогнулся, представляя, как это существо умирало в кабине от
жажды, голода и холода. Потом пришла
успокаивающая мысль, что это, возможно, не останки создателя аппарата, а всего
лишь муляж, копия, а то и вообще
голографический призрак.
- Есть! - послышался откуда-то довольный голос полковника.
Артем задрал голову.
Селим стоял на невидимой опоре на высоте ста метров над уровнем
"мостовой" и держал в руках нечто похожее на
спасательный круг алого цвета.
- Держи!
Алый круг полетел вниз, дважды ударился о выступы невидимых ферм,
раскрылся на лету, и на голову Ромашина
посыпались какие-то белые и серебристые свертки. Он поймал один, удивляясь его
легкости и мягкой текучести.
- Что это?
- Образцы адаптирующейся одежды, созданной по биотехнологии
"универсал".
...Закладка в соц.сетях
