Жанр: Электронное издание
livadnys
...ов оконечностями.
Штурмовик Дейбры первым ворвался в относительно узкое пространство
между двумя развернутыми орудийными комплексами, и космос внезапно расцвел
яростными вспышками вакуумных орудий и ослепительными росчерками лазерных
лучей,
- Прикрой! - закричала она, стараясь выдержать курс для ракетного
удара.
Сергей вдруг почувствовал, как резко унялась его нервная дрожь, словно
в голове кто-то невидимый щелкнул микропереключателем.
Виртуалка... Это все не по-настоящему...
Он резко бросил свой штурмовик в сторону, одной рукой сжимая штурвал,
а другой совершая молниеносные пассы над клавиатурой пульта управления.
Он был АСОМ!
Похоже, ему удалось убедить самого себя. По крайней мере его
тренированный в сотнях вылетов взгляд тут же определил в хаосе режущих
пространство лучей два потенциально опасных для Дейбры орудия. Спокойно,
словно в обучающем полете, он задрал нос своей "Валькирии", и четыре
ослепительных лазерных луча пронзили выпуклую броню орудийной башни
"Мародера".
В космос взметнулись оплавленные хлопья бронеплит, на черном, как
смоль, корпусе рассыпались фонтаны горячих брызг, и орудийная башня
взорвалась великолепным оранжевым сполохом.
Сергей едва успел уклониться от столкновения с ее обломками. Что-то
звонко ударило по корпусу "Валькирии", запоздало вспыхнул защитный экран, и
два лазерных луча пронеслись мимо, на мгновение ослепив его.
Вырвавшись из пике, он сбросил скорость и огляделся.
"Валькирия" Дейбры, произведя ракетный залп, неслась вдоль черного
корпуса, вспарывая его непрерывной строчкой лазерных разрядов.
В эфире среди отрывистых команд и призывов вдруг, словно взрыв,
прозвучал чей-то искаженный коммуникатором вопль:
- О боже!..
Лязг и хруст сминаемого металла ударили в самое сердце.
Кто-то погиб...
Сергей точно обезумел от этого предсмертного вопля. Он понял: они
гибнут ради того, чтобы он смог произвести свой ракетный залп. На остальных
"Валькириях" были только лазеры...
Стиснув зубы под чудовищной перегрузкой, он навел нос своего
штурмовика на сияющие голубизной обзорные триплексы "Мародера", чей
защитный экран был пробит ракетным залпом Дейбры. Не обращая внимания на
плотный лазерный огонь батарей, от которых неистово пульсировало защитное
поле, он лег на курс.
Индикаторы наводки снова вспыхнули желтым, вокруг что-то взрывалось,
защитное поле его штурмовика в последний раз моргнуло и погасло. По броне
"Валькирии" с грохотом прошла очередь снарядов из вакуумного орудия, в
кормовом отсеке что-то звонко лопнуло, и оттуда потянуло дымом.
Есть! Все четыре индикатора наводки набухли алым огнем. Сергей
судорожно сдавил гашетку, и четыре ракеты рванулись к близкому борту
пиратского корабля. Он резко потянул штурвал на себя и свечой взмыл вверх.
В следующий момент очередь снарядов ровной строчкой перечеркнула
триплекс его кабины, покрыв картинку окружающего космоса паутиной
многослойных трещин. Раздался раздирающий нервы хруст, и на пульте
управления одновременно вспыхнуло сразу несколько кроваво-красных сигналов.
"Частичная разгерметизация"
"Утечка атмосферы"
"Сбой в управлении"
Его штурмовик, лишившийся части брони, с подбитым управлением и
посеченным снарядами триплексом, теряя скорость, летел по прямой, медленно
вращаясь вокруг своей оси.
Перед затуманенным взглядом Сергея проплыл окутанный бурым облаком
взрыва разваливающийся на части корпус "Черного Мародера", потом эта
картинка ушла, и в поле зрения вплыл сияющий тысячами огней,
пятнадцатикилометровый "Орион".
Воздух медленно уходил через микротрещины в простреленном триплексе, и
в ушах у Сергея вдруг начало гудеть.
Внезапно среди ровного, похожего на шум прибоя гула он услышал
далекий, взволнованный голос Дейбры:
- Сережа, милый, держись! Я иду к тебе! Слышишь!!!
- Слышу... - непослушными губами ответил он.
Мимо промелькнула темная тень "Валькирии", и он почувствовал, как в
обшивку его корабля впились буксировочные захваты.
Через пять минут два намертво сцепленных штурмовика поглотил огромный
посадочный шлюз "Ориона".
По посадочной плите к изувеченной "Валькирии" бежали люди в белых
халатах, но Сергей уже ничего не видел.
Из его ушей сочилась кровь. Он был без сознания.
Андрей ЛИВАДНЫЙ
ГОРОД МЕРТВЫХ
Глава 1
В Городе Мертвых у каждого свои дороги.
Джоэл ранее не бывал тут, но много слышал об этом загадочном месте.
Говорят, что в узких расселинах руин прячется самая великая из всех
тайн. Нечто, давно позабытое, но неизмеримо важное, значительное. Конечно,
он, как и все подростки, мечтал найти ЭТО. И неважно, что подобные мысли,
чувства не соответствовали истинной натуре двойного "К", - их богом была
Логика, а жизнью, или, вернее сказать, функционированием, руководил прежде
всего трезвый расчет.
Двойное "К" расшифровывалось просто - Кибернетический Клон, но Джоэл в
дополнение к этим буквам (которые, между прочим, еще предстояло заработать)
имел еще одну - приставку "И", что обозначало - испытуемый.
Разные ходили слухи о его появлении на свет. Каждый из клана двойного
"К" знал: чтобы стать настоящим Способным Выжить, нужно пройти три
ипостаси - сначала появиться на свет в хрупкой биологической оболочке,
потом изжить ее, постепенно теряя свой облик в бесконечных схватках с
опасностями нынешнего Демоса, получить кучу имплантов в процессе этой
борьбы, и только потом, когда биологическая составляющая тела будет сведена
к минимуму, то есть, по сути, от прежней оболочки невредимым останется лишь
мозг, только тогда Совет может принять решение о проведении полной
реконструкции и принятии нового члена в клан Способных Выжить.
Никто из нынешних обитателей Демоса уже не помнил своих старых
биологических тел. Такие понятия, как "юношество" и "старость", давно
изжили себя, разве может состариться вечное тело? С Джоэлом все обстояло
иначе, его старое тело нашли среди руин древнего поселения, то есть тут, в
Городе Мертвых. Его прежняя оболочка умерла незадолго до того, как с неба
пришла Невидимая Смерть, искалечившая гены живущих настолько сильно, что их
дети уже не походили на родителей и не были способны выжить.
Останки Джоэла нашли, исследовали и на всякий случай поместили соскоб
его клеток в камеру биологической реконструкции.
Каково же было всеобщее изумление, когда спустя положенное время
оттуда появился на свет младенец!
Чисто биологический клон, вероятно, последний наследник Исчезнувших,
или, как их еще называли в древности, людей. Как понял по рассказам своих
наставников сам Джоэл, его рождение являлось маленьким чудом, ведь по
описаниям и даже по результатам анализов биохимии он в точности походил на
тех, кто некогда заселял Демос!
Чудо, конечно, оставалось чудом, но с ним пришло и множество проблем.
Младенца надо было кормить, растить, воспитывать, и эти события встряхнули
весь клан, вырвали его из сонного оцепенения веков, заставили-таки
поработать не только головой, но и руками.
Думая об этом, Джоэл не смог удержаться от улыбки. Было смешно
представлять себе степенных обитателей нынешнего Демоса, которые вдруг
принялись копаться в собственной памяти, по крохам восстанавливая давно
утраченные знания о формах и составе биологической пищи. Тем не менее они
вспомнили и про пищу, и про многое другое. Клан Способных Выжить на самом
деле умудрился вырастить его, уберечь от многих опасностей, по крайней мере
до тех пор, пока юный Джоэл не научился сам распознавать и избегать их.
Теперь, когда ему исполнилось семнадцать лет, пришла пора найти свой
путь в этом мире, доказать, что достоин не только носить полученные за эти
годы импланты, но и заслужить право на полную реконструкцию. Члены Совета
не сомневались ни на секунду, как поступить с подросшим воспитанником, -
они отлично помнили форму древнего ритуала, слова которого до сих пор,
казалось, звучат в ушах возбужденного юноши:
Мы, пережившие катастрофу, отправляем тебя на поиск утраченного. Все,
что ты найдешь в этих мертвых стенах, будет по праву принадлежать Клану,
ибо только сообща мы можем выжить, только единство поможет нам сохранить
рассудок - последнее, что осталось в нас от утраченных форм, а твои находки
и твой опыт помогут в достижении главной цели: выжившие должны восстановить
утраченную связь...
Что это за связь и в связи с чем она была утрачена, Джоэл не знал. Да
и сам текст древнего ритуала казался ему забавным набором фраз, не более
того.
Гораздо серьезнее юный искатель приключений относился не к своей
мифической миссии, а к тому месту, где она должна была протекать, - к
Городу Мертвых. Конечно, Джоэлу хотелось отыскать в руинах что-либо
стоящее, возможно, открыть какую-нибудь страшную тайну веков, но на самом
деле он намеревался просто выжить.
Город лежал перед ним сплошной иззубренной серой массой руин.
Оранжевый песок окружал периметр старых стен, натекая на них плавными
откосами барханов. С небес палило ослепительное, бело-голубое солнце, от
убийственных лучей которого приходилось прятать голову под специальный
головной убор, его отыскали для Джоэла в старых хранилищах.
Настоящие Способные Выжить - члены клана, потерявшие свои
первоначальные тела в бесконечных схватках с одичавшей природой Демоса и
прошедшие полную кибернетическую реконструкцию, могли ходить под лучами
разъяренной звезды совершенно спокойно. Более того, они питались этим
беспощадным светом, а их мозг, заключенный под тройные оболочки
металлопластиковых черепов, был отлично экранирован от Невидимой Смерти,
которую по старинке иногда называли радиацией или жестким излучением.
Джоэлу пока были недоступны неоспоримые удобства подобного
существования. Ему приходилось не только таскать неудобный головной убор,
но и прикрывать тело специальной одеждой, иметь при себе аптечку, запас
еды, ручное оружие и еще много-много всего громоздкого, неудобного,
ненужного настоящим двойным "К".
Впрочем, он тоже мог кое-чем похвастаться. За свои семнадцать лет
юноша, не страдавший отсутствием любопытства, успел заработать восемнадцать
имплантов и два протеза. Если говорить обобщенно, то добрая половина его
сегодняшнего тела уже состояла из кибернетических цепей и различных
полезных устройств...
...Город приближался медленно. Юноша шел нервной, неровной походкой, и
цепочка его следов тянулась по оранжевому песку пустыни. Правая,
кибернетическая, нога оставляла более глубокий след, и вездесущий песок с
шуршанием заполнял ямки, стекая в них тонкими струйками оползней.
Джоэл, которого яростные лучи бело-голубого солнца заставляли
подслеповато щуриться, смотрел на город, постепенно выраставший в размерах,
раздаваясь вверх и в стороны серой вереницей обрушенных зданий. Юный путник
пытался представить, каким тот был в древности, когда его населяла не
всякая нечисть, а люди - существа, по мнению остальных, сильно похожие на
него, последыша ушедших в небытие поколений, но это получалось плохо,
как-то натужно, ненатурально. Взгляду оказалось совсем непросто дополнить
угрюмые коробки зданий с обвалившимися крышами и осыпавшимися этажами до
тех форм, что существовали в древности, и в конце концов Джоэл бросил эти
пустые попытки. Пусть город остается таким, как есть, - серым и
таинственным.
Какого-то определенного входа в руины не существовало. Граница старого
поселения тоже оказалась размытой и нечеткой, просто в какой-то момент в
ложбинах между дюнами ему стали попадаться торчавшие из-под песка обломки.
В основном это были большие столбы овальной формы. На их макушках еще
кое-где сохранились куски серого покрытия, которое раньше, судя по всему,
образовывало широкую прочную ленту, приподнятую на этих самых опорах и
зачем-то опоясывающую город.
Джоэл взобрался на гребень пограничной дюны, остановился, окинув
взглядом ослепительный, дрожащий в мареве миражей горизонт, и начал
решительно спускаться вниз, придерживаясь направления на два здания, между
которыми пролегал разлом заметенной песком улицы.
Первая живность попалась ему почти сразу, как только он ступил в
относительно прохладную тень древних построек.
Не зря Способные Выжить относились к этому месту со стойкой
неприязнью. Обитатели города уже давно не могли никаким образом повредить
истинным двойным "К", но они внушали им отвращение. Джоэл тоже испытал
сходное чувство, когда из темного провала на него глянули два горящих
злобным Красноватым огнем глаза, и он услышал отчетливые звуки шумной
возни.
Нагнувшись, он машинально подобрал какой-то обломок и швырнул его в
черноту провала.
Оттуда в ответ раздался злобный писк. Крохотные глаза-бусинки погасли,
из тьмы метнулась какая-то тень, закутанная в рваную серую хламиду,
прекрасно подходящую под цвет руин. Существо резво семенило на маленьких
кривых ножках. Отбежав метров на двадцать, оно вскарабкалось на кучу щебня,
оставшегося на месте какой-то вконец разрушенной постройки, и вдруг
заливисто, пискляво загоготало.
Джоэл остолбенел.
Как отвратителен и гадок был вид этой нечистоплотной, закутанной в
бесформенную хламиду твари, которая вдобавок оказалась еще и наглой!
Забавляясь, карлик кривлялся, суча ногами по гребню каменистой осыпи,
подпрыгивая, визжа и нелепо взмахивая своими маленькими ручонками.
В конце концов он запустил в Джоэла куском бетонного щебня и,
подвывая, скатился по ту сторону кучи обломков.
Содрогаясь от охватившего его отвращения, юноша посмотрел вслед
карлику, покачал головой и, осторожно ступая, углубился под сень наполовину
обрушившихся перекрытий намеченного еще издалека здания.
На первом этаже все было безнадежно занесено толстым слоем оранжевого
песка. Из огромного пустого холла вверх не вело никаких иных путей, кроме
двух свисающих плит перекрытия с торчащей из них ржавой арматурой. Соблюдая
меры предосторожности, он сначала кинул в серый провал несколько камней,
постоял, ожидая, не раздастся ли в ответ какой-нибудь шум, и только потом
полез вверх, цепляясь руками за теплую, ржавую арматуру.
На втором этаже оказалось множество комнат, соединенных длинными
сумеречными коридорами. Практически все окна были выбиты, пол помещений
устилали обломки, по форме которых уже не представлялось возможным угадать,
к каким предметам они относились. Со стен кое-где свисали ошметья
облицовки.
Джоэл долго и бесцельно бродил по комнатам, пытаясь как-то разобраться
в прахе времен, но это занятие достаточно быстро наскучило ему, да и
казалось оно весьма сомнительным, бесполезным: разве могло здесь
сохраниться что-то путное, ведь прошла уже не одна сотня лет с тех пор, как
все нормально мыслящие существа покинули это гиблое место?
Почему Город Мертвых получил такое название и кто построил его - этими
вопросами он не задавался. Пока...
Событие, которое заставило его задуматься над этой проблемой,
произошло на третьем этаже руин.
Если не считать ветра, который гулял по комнатам, врываясь в выбитые
проемы дверей и окон, то тут мало кто хозяйничал на протяжении веков.
Мусора здесь было значительно меньше, чем внизу, предметы оставались более
или менее целыми, а кое-где даже сохранилась мебель.
Джоэл заинтересованно вертел головой, разглядывая совершенно
непривычный ему интерьер. В глубоких пещерах, где обитали Способные Выжить,
мебели не было вообще. Члены клана двойного "К" проводили свое время, стоя
в специальных, выдолбленных в стенах пещер нишах. Они мало двигались и
почти не общались друг с другом. Застывшие металлопластиковые маски их лиц
не меняли своего выражения, они не суетились, не ели и не спали, как Джоэл,
а когда он начинал приставать к ним, с чисто детской непосредственностью
дергая за мощные механические руки, то их беседы с воспитанником сводились
в основном к пространным пояснениям на тему выживания и преимуществ
кибернетических тел.
"Почему они стоят там, а не ходят, например, сюда?" - думал Джоэл,
озираясь по сторонам. Город Мертвых и обитавших в нем деградировавших
тварей ему описывали как мрачное, мерзостное место, а на самом деле тут
было столько любопытного, непривычного, что у него в какой-то момент начало
захватывать дух.
Джоэл даже решился сесть на старый пластиковый стул, который стоял у
длинного узкого стола. На столе валялась опрокинутая фарфоровая чашка и
были в беспорядке разбросаны какие-то листы из старой, пожелтевшей и
порядком выгоревшей на солнце пластбумаги.
Этот материал не поддавался тлению. Джоэл уже имел раньше дело со
схемами и техническими руководствами, отпечатанными на такой же бумаге, и
потому листы поначалу не вызвали у него особого удивления или интереса.
Смахнув с них пыль, Джоэл увидел картинку, вырванную из прошлого.
Его взгляду предстали несколько эскизов величественных, полных
непонятной красоты ступенчатых зданий, на террасах которых росли деревья.
Потускневшая картинка с выгоревшими красками вдруг взбудоражила его
воображение, таинственно притягивая взгляд... Джоэл медленно перевернул
лист, разглядывая нанесенные на его обороте буквы:
"Фонтанная площадь. Эскиз фасадов зданий муниципалитета".
Эти слова показались ему незнакомыми, они не несли в себе какого-то
понятного смысла, но тем не менее Джоэл взял следующий лист, разглядывая
изображенную на черно-белом эскизе красивую длинную лестницу. На обороте
картинки от руки была нарисована схема и стояла короткая приписка:
"Эвелин, тебе понравится этот проект. Посмотри, я нарисовал, как
пройти к будущей площади. Вечером, если захочешь, прогуляйся до стройки, я,
наверное, буду там.
Луис".
Смысл данной записки опять ускользнул от Джоэла, но схему он запомнил,
введя ее в память дополнительного модуля, которым был оснащен его мозг.
Закрыв глаза, он мысленно вышел на уровень кибернетического восприятия и
понял, что данная схема продолжает его собственный план, - путь вел именно
от этого здания в неизведанные пока глубины Города Мертвых.
Открыв глаза, он уже знал, что обязательно последует этой схеме, - уж
очень красиво, с его точки зрения, выглядело уступчатое здание и эта
лестница. Ему очень захотелось взглянуть на них...
Перебирая разбросанные на столе листки, он наткнулся еще на несколько
записей.
"Луис, ради бога, куда ты делся? Вспышка звезды продолжается уже
неделю, весь город сошел с ума. Из-за жесткого излучения нарушилась всякая
связь, я страшно беспокоюсь за тебя. Зачем ты уехал именно сейчас?!"
Это уже было похоже не на записку, а на изложение каких-то мыслей.
Джоэл удивился тому, что пальцы на его живой, не имплантированной руке
дрожали, когда он потянулся за очередным листком.
"Луис, прошел месяц, но я все равно не могу поверить, что ты погиб. Об
этом даже не хочется думать. Ждать больше не могу - часть наших уходит в
горы, к пещерам.
Я больна - радиация сделал свое дело. Страшно не хочется умирать.
Вчера был совет, мнения разделились. Связи с Землей по-прежнему нет, но
мне, откровенно говоря, уже стало все равно: если они и пришлют
спасательные корабли, то для большинства из нас будет слишком поздно
эвакуироваться. Я хочу жить и потому согласилась на кибернетическую
имплантацию. Те, кто еще надеется на помощь из космоса, остаются в городе.
Они отказываются от имплантов и не хотят помочь нам, тем, кому уже нечего
терять. Я не проклинаю их, как другие. Каждый выживает по-своему. Прощай.
Твоя Эвелин".
Больше листков на столе не было, но и прочитанного оказалось больше
чем достаточно, чтобы Джоэл почувствовал себя не совсем уютно в этом месте.
Здесь обитали тени тех, кто давно ушел... а быть может, нет, не ушел?
Его глаза вновь пробежали по строкам последней записки.
Ухожу в горы... Кибернетическое имплантирование...
Знакомые термины... Уж не стала ли эта Эвелин одной из клана двойного
"К"?!
Возвращаясь назад на улицы города, Джоэл выглядел встревоженным и
подавленным.
Почему-то в его сознании никак не хотели уживаться, накладываться друг
на друга два образа: незнакомой женщины, которая страдала, любила, страстно
желала жить, и возвышающейся в глубине ниши металлопластиковой фигуры
Кибернетического Клона.
Этого ли хотела от жизни та несчастная, которая писала записку своему
пропавшему мужу?
Занятый такими мыслями, Джоэл углубился в лабиринт улиц, неосознанно
следуя запечатленной в памяти схеме.
Лестницу он нашел достаточно просто. Уступчатые здания, которые он
видел на картинках, были расположены на вершине пологого холма, и пройти
мимо, не зацепив их взглядом, мог разве что слепец.
Это место, которое, вероятнее всего, являлось центром Города Мертвых,
одновременно поразило, зачаровало и озадачило юношу. И еще - оно едва не
стоило ему жизни...
...Время уже приближалось к полудню. Джоэл, которому успело наскучить
однообразие окраинных кварталов, долго поднимался по мраморным ступеням
широкой лестницы, залитой яростным светом палящего голубого солнца.
Красивый облицовочный материал здесь, как и в других местах, не пощадило
вездесущее время - он растрескался и местами крошился под ногами.
Причудливые растения с гибкими усиками и продолговатыми бледно-синими
листьями росли в трещинах, внося свою лепту в дело окончательного
разрушения. Джоэл проследил за одним из стеблей такого вьюнка, мысленно
удивляясь его настырной живучести, - растение карабкалось вверх, к
немилосердному, палящему солнцу, цепляясь своими усиками за малейшие
трещинки в ограничивающих лестницу вертикальных стенах, и, похоже, вовсе не
собиралось умирать.
"Как же тогда утверждение о том, что все живое на Демосе
приговорено?" - с некоторым смятением подумал он, вдруг осознав: Город
Мертвых, оказывается, вовсе не так уж и мертв?..
Пока он обдумывал это, машинально поднимаясь вверх по широким, удобным
ступеням, лестница внезапно окончилась огромной, вымощенной плитами
площадью. По ее периметру возвышались ступенчатые руины величественных в
прошлом зданий. Их фасады казались пирамидальными из-за наличия огромных
террас, на уступах которых до сих пор сохранилась какая-то растительность.
Заинтригованный, Джоэл пошел к одному из чернеющих невдалеке входов.
Огромная площадь, которую обступали руины, казалась бесконечной, но не
однообразной. На ней там и тут в некотором геометрическом порядке были
расставлены скульптурные группы. Серые кляксы давно засохшей,
растрескавшейся земли в обрамлении каменных поребриков указывали на места,
где раньше произрастали кустарники. Их черные, высушенные солнцем стволы,
украшенные огрызками ветвей, до сих пор возвышались кое-где, но теперь они
более походили на мотки беспорядочно раздерганной, обугленной проволоки,
чем на растения, и крошились в прах даже при легком прикосновении к ним.
К этому времени солнце уже перевалило за полдень, и углы зданий,
полуобвалившиеся вычурные арки, потрескавшиеся скульптуры - все предметы,
что хоть немного выступали над землей, обзавелись короткими, резкими
тенями.
До входа в намеченное здание еще оставалось пройти сотни три метров,
когда Джоэл остановился, чтобы перевести дух, в тени, падающей от огромной
скульптурной группы. Выполненная в камне композиция представляла собой двух
незнакомых ему гривастых животных с мощными мускулистыми лапами,
грациозными туловищами и тонкими, украшенными кисточками хвостами. Они
боролись с существом, которое, если присмотреться, сильно напоминало самого
Джоэла, за исключением того, что на мускулистом, обнаженном теле борца он
не нашел никаких признаков имплантов.
"Как можно было жить без них?" - с недоумением подумал юноша,
прислонясь спиной к лапе вставшего на дыбы животного. Откинув языком
крышечку, закрывавшую устье специальной трубочки, подведенной к самому рту,
он сделал несколько глотков теплой безвкусной воды.
Жизнь без имплантов представлялось ему не просто неудобной или
мучительной, а скорее невозможной. Глоток воды, выданный в рот из мягкого
патрубка регенерационной системы, только подтверждал справедливость таких
мыслей. Теплая жидкость была как раз собрана и переработана вживленным в
его организм утилизатором отходов. Не будь его, откуда, спрашивается, он
взял бы сейчас воду, столь необходимую для нужд его биологической
составляющей? Ответ напрашивался сам собой - ниоткуда. Он бы попросту умер
от жажды. "А раз так, - подумал Джоэл, глядя на мускулистого каменного
борца, - значит, и сомневаться незачем. Стремление к полному
кибернетическому совершенству - вот единственно верный путь..."
Он уже отдохнул и собирался двинуться дальше, когда его внимание
привлек слабый шелестящий звук.
Джоэл насторожился. Его мускулы машинально напряглись; мгновенный
выброс адреналина в кровь подействовал и на протезы, - чуткий анализатор
у
...Закладка в соц.сетях
