Жанр: Электронное издание
Levadny7
...ни броню
буквы:
"АНТЕЙ".
- "Антей"!... - хрипло выдохнул он. - Это был "Антей"... Я вспомнил!
Хоук вообще перестал понимать что-либо.
Неизвестно, сколько бы еще продолжался их обрывочный диалог, если бы пролом
наверху внезапно не загородила надвигающаяся тень.
Алан машинально отпрянул в глубь коридора.
Николай, заметив его движение, поднял глаза, взглянул в разлом и непроизвольно
попятился назад.
В уродливое, рваное отверстие над их головами медленно втягивался какой-то черный
канат.
Свет плечевых фонарей Хоука взметнулся вверх, высветив глянцевитое иссиня-черное
образование, которое, прихотливо изогнувшись, вплывало в разлом обшивки "Спейсстоуна".
В горле капитана замерз непроизвольный вскрик.
Черная кишка, собранная из множества параллельных, закрученных наподобие каната
цепочек, набранных из плотно пригнанных друг к другу кристаллов, извиваясь, толкала
впереди себя охваченное двумя кристаллическими петлями человеческое тело, к которому от
витого каната тянулись тонкие дрожащие серебристые нити.
Это был Дитрих Миллер.
Посиневшее лицо резервного специалиста "Спейсстоуна" оказалось так близко, что
Хоук не только смог различить его искаженные мгновенной агонией черты и остекленевшие,
широко раскрытые глаза, но и то, как тоненькие серебристые нити входили в его ломкую,
схваченную космическим холодом кожу, исчезая внутри тела!...
За его спиной наметилось движение.
В теснине коридора, где сплющенные ударом стены почти смыкались друг с другом,
было не то что не разойтись - не развернуться.
Хоук невольно попятился, так как тело Дитриха, никуда не сворачивая, медленно
намывало на него, а широко открытые остекленевшие глаза Миллера, казалось, заглядывали
внутрь его гермошлема...
Воткнутые в кожу Дитриха серебристые нити мелко дрожали и вибрировали. Его руку
от запястья до локтя обнимал странный, противоестественный браслет - колючая цепочка
из тех же вездесущих теперь кристаллов спиралью вилась по нелепо выгнутой руке...
Над головой трупа бешено вращалась маленькая черная воронка, собранная из
невзрачных, безобидных кремниевых самородков правильной геометрической формы.
Хоук медленно пятился, совершенно растерявшись.
Еще несколько черных вращающихся воронок втянулись в разлом обшивки.
Что-то дернуло Хоука сзади, поволокло, он машинально вскинул руки, пытаясь
затормозить движение, но тщетно - порыв Николая оказался безумным, и ему помогло
отсутствие силы тяжести.
Со стороны это, наверное, выглядело нелепо - капитан корабля, чьи магнитные
присоски потеряли контакт с палубой, растопырив руки и вращаясь, медленно поплыл назад,
в черные глубины разгерметизированного коридора, а Николай, словно обезумев, ринулся
вперед. В его руках была зажата погнутая арматурина толщиной с руку и длиной в метр.
Однако в условиях невесомости оказалась критичной ее инерционная масса. Лоури смог
нанести только один удар...
Потом арматурину вывернуло из пальцев, закрутило, и, отскакивая от сужающихся
стен, она улетела вдаль по коридору.
Воронкообразный смерч, в который он целил, перенес удар со всеми тяжкими
последствиями - составлявшие его кристаллы брызнули, как шрапнель, впиваясь в
покореженную облицовку стен, но...
... Спустя всего несколько секунд они опять начали сплываться, образуя в
пространстве коридора какой-то непонятный стереометрический знак, похожий на
трехмерный иероглиф.
Теперь уже настал черед Хоука проявить инициативу.
Он видел, что Николай вне себя. Опыта капитана хватило ровно настолько, чтобы
понять: Лоури сейчас практически безумен и, кидаясь таким образом на чужеродные
образования, он едва ли контролирует себя и соображает, что делает.
Капитану оставалось лишь одно - подкрасться сзади, улучить момент, схватить его и
тащить, тащить назад к шлюзу, пока эти странные спирали и воронки не очухались и не
начали действовать...
Ввалившись в шлюз, расположенный в толще аварийной переборки, они долго не
могли отдышаться.
- Ты с ума сошел? - резко спросил Алан. Николай не ответил. Он часто и тяжело
дышал.
Нет, в это было невозможно поверить... Обоим, и капитану, и Николаю, казалось,
что они только что побывали в каком-то ином измерении...
- Тут на борту есть какой-нибудь арсенал? - прерывающимся от частого дыхания
голосом спросил Николай.
- Черта с два, - ответил ему Хоук, с содроганием покосившись на внешний люк,
будто ждал, что плиту из легированной стали толщиной в тридцать сантиметров сейчас
вомнет внутрь шлюза. - Это мирный корабль, - кое-как справившись со сбившимся
дыханием, произнес он. - У меня правда был пистолет, но его забрал себе Дитрих.
Внутренний люк наконец открылся, и они выскочили в герметизированный коридор.
Громоздкие скафандры стесняли движения. Оба запыхались. Шум крови в ушах от
резкого, внезапного выброса адреналина заставлял обоих повышать голос при разговоре.
Николай остановился, прислонясь спиной к стене. Дрожащими пальцами он отстегнул
замки, открыв забрало своего шлема. Его лицо было бледным, пергаментную кожу
покрывали мелкие бисеринки пота. Отерев их, он посмотрел на Хоука и вдруг схватил его за
шейное кольцо скафандра, ощутимо встряхнув:
- Зачем вы полезли туда?! Зачем?!.
Хоук с усилием вырвался, отступил к стене. Лицо капитана было серым, как
некачественный мел. Николай вдруг опомнился.
- Извини... Хоук махнул рукой.
Несколько секунд он стоял, глядя перед собой в каком-то странном оцепенении, потом
вдруг врезал кулаком в переборку и произнес, мучительно глядя в одну точку:
- Господи, Дитрих, Эшгар, Влада, Олег, Сергей... Неужели все погибли?!. -
Казалось, что поименное перечисление этой части экипажа причиняло ему нешуточную
боль. - Они поступили неправильно, но почему же так?!. - Он повернул голову и
посмотрел на Николая.
Тот стоял, погруженный в свои не менее мрачные и противоречивые мысли.
- Поздно сокрушаться, капитан, - примирительно ответил он. - Узнаем мы о том,
что случилось, или нет - результат один: "Спейсстоуна" больше не существует. Нам просто
повезло...
- Да, теперь надежда только на ваш корабль, - сумрачно согласился с ним Хоук.
В лабораторном отсеке висела гнетущая тишина.
Кейн и Яна видели все, что передавалось с видеокамер, укрепленных на скафандрах
Хоука и Лоури.
Патрик выглядел бледнее обычного, но старался сохранять хотя бы видимость
спокойствия.
Яна же не могла сдержать подступивших к горлу слез. Как и капитан, она уже забыла и
простила весь тот вред, что был причинен ей Дитрихом.
Космос порой бывает очень жесток к людям.
К этому со временем привыкают, как и на войне, но поначалу это чувство
оглушительно бьет по нервам, вытягивая их в ломкую, дрожащую струну.
Ни у Хоука, ни у Монтгомери в прошлом не оказалось горького опыта подобных
катастроф, и сейчас оба выглядели потерянными и подавленными...
На Николая вообще страшно было смотреть. Он молча курил, погрузившись в какие-то
черные мысли, вызывавшие на его лице мгновенные гримасы душевного страдания.
- Надо проверить обломки и быстро валить отсюда! - нарушил затянувшуюся
тишину Хоук, считая, что выражает общее мнение.
Патрик протестующе поднял руку.
- Подождите, капитан, что значит "валить отсюда"? - довольно резко осведомился
он. - Мы с Николаем прибыли в Рукав Пустоты с вполне определенной целью...
Щека Хоука внезапно дернулась.
- По-моему, вы уже убедились в существовании своей третьей расы, Кейн! Какие еще
свидетельства вам нужны?!. - неприязненно спросил он.
Патрик отрицательно покачал головой. Его глаза оставались при этом спокойны. Если
он переживал, то очень хорошо умел сдерживать свои эмоции.
- Я собираюсь исследовать шаровое скопление звезд, доказать, что оно существует,
описать путь к нему через метрику трехмерного континуума, - ответил он. - Тем более, -
при этих словах он поднял руку и помахал перед носом у капитана лазерным диском с
записью информации, - тем более что госпоже Монтгомери удалось связаться с
навигационным блоком и снять данные, полученные с найденного вами радиобакена.
- При чем тут этот бакен?
- Не думаю, что он прилетел сюда извне, - спокойно пояснил Кейн.
- Замечательно! - Хоук насупился, скрестив руки на груди. - Замечательно! Мой
корабль погиб, экипаж мертв, и их трупы таскают по обломкам какие-то черные
кристаллические веревки! А я должен лететь с вами черте куда! - Он пристально посмотрел
на Кейна и спросил: - А что будет, если я откажусь составить вам компанию, святой отец?
Что тогда? Вы бросите нас здесь?
Эти слова заставили Кейна побледнеть и протестующе поднять обе руки.
- Вы должны понять, Алан, мы не можем сейчас просто убежать отсюда! - возразил
он. - Ну посудите сами, ведь мы девятнадцать с лишним лет летели сюда, и что теперь?!
Вернемся назад, испугавшись? Принесем весть о загадочных кристаллах, питающихся
людьми? Мы на пороге открытия, господин Хоук, открытия, которое, возможно, перевернет
всю дальнейшую историю человечества!
Алан покачал головой, еще больше помрачнев.
- Доложить, куда следует, кажется, вам мало? - сумрачно поинтересовался он.
- А куда следует доложить? - в свою очередь, спросил Патрик. - В руководство
вашей компании? Или в мой Орден? А что я скажу им? Ограничусь констатацией факта
существования тут какой-то могучей древней и, вероятно, враждебной нам третьей силы?
Что даст людям такое знание? Страх? Панику?
- Я смотрю, вы совершенно не дорожите собственной жизнью, святой отец! -
яростно воскликнул капитан. - Вам, наверное, следовало пойти с нами, чтобы самому
увидеть, как это кристаллическое дерьмо волокло куда-то труп Дитриха с запущенной ему во
внутренности проволокой!
- Я видел, - спокойно ответил Кейн.
Алан вскинул взгляд, удивленно посмотрев на Яну.
- Он говорит правду? Она молча кивнула в ответ.
- Мы принимали канал телеметрии, который включил Николай, - объяснила
Монтгомери, заметив, что капитан продолжает смотреть на нее удивленно и недоверчиво. -
Мы видели даже больше, - внезапно добавила она упавшим голосом. - Вы разве не
заметили, что вслед за Дитрихом они тащили еще четыре тела?
Хоук онемел.
Кейн тем временем погасил окурок, достал из кармана своей одежды непочатую пачку
сигарет и по очереди предложил присутствующим.
- Курите, капитан. - Его рука остановилась перед Аланом. - И попытайтесь понять,
что мы с Николаем полезли в это предприятие не из-за денег или славы. Ему важно узнать,
что убило его родителей, мне, - он на мгновение задумался, - мне необходимо понять, что
это за третья раса вообще и если она представляет угрозу ныне живущим, то в какой степени,
почему и как с ней бороться? К тому же, сложив вашу находку и ту информацию, которой
обладает Николай, очень легко понять, что содержимое радиобуя - это не случайная ирония
судьбы, забросившая сюда данный аппарат из иного галактического предела. Нет... Скорее
всего это где-то тут, рядом, и, значит, неподалеку есть корабль, который реально нуждается в
помощи...
- Нет, он не нуждается в ней! - Николай, который сумрачно молчал, углубившись в
собственные мысли, вскинул голову, посмотрев на Кейна. - Я вспомнил те буквы, -
стараясь говорить спокойно, продолжил он. - На том корабле, который стрелял в космос и
проигнорировал призывы о помощи, было написано: "АНТЕЙ".
- И что это доказывает, Ник? - с внезапной резкостью переспросил его Кейн.
Хоук вздрогнул.
Еще не хватало, чтобы они сцепились друг с другом... - неприязненно подумал он.
На Николая было жутко смотреть. Его тело сотрясала крупная дрожь, кулаки были
сжаты, губы побелели...
- Он не помог моим родителям! - практически выкрикнул Николай в лицо Кейну.
- Ник, ты не прав... - с непонятной мягкостью в голосе ответил Патрик. -
Возможно, ты опять смотришь на проблему не с той стороны?
Эти слова подействовали на Николая отрезвляюще. Он как-то сник, с видимым
усилием разжав кулаки.
- Почему я должен в это верить? - все еще с вызовом в голосе спросил он.
- Я не призываю тебя во что-то верить, Ник. Мы просто полетим туда и проверим все
на месте.
Какой-то змеиный клубок... - подумалось Хоуку. Заметив, что Патрик оставил пачку
на лабораторном столе, он выудил из нее сигарету и, покосившись на Яну, спросил:
- Мы можем посовещаться? Кейн кивнул.
Хоук жестом отозвал ее в сторону.
- Твое мнение? - спросил он. Она зябко пожала плечами.
- Хоук, я не хочу подохнуть и с удовольствием предпочла бы убраться отсюда, -
откровенно призналась Монтгомери. - Но раз не получается, нам, наверное, лучше
присоединиться к Николаю и Патрику.
- Есть еще аварийно-спасательные капсулы, - напомнил ей капитан.
Яна фыркнула.
- Эти одноместные гробы? Нет, Алан, я не лягу. Пока есть выбор, я не лягу.
- Ну хорошо, Монтгомери. - Хоук казался разочарованным и подавленным. -
Потом, пожалуйста, не пеняй на меня. - Он повернулся к Кейну и, сделав усилие над собой,
сказал: - Мы согласны присоединиться к вам.
Часть третья
ФОРМА ВЫЖИВАНИЯ
Глава 11
Обломки "Спейсстоуна".
Лабораторный отсек...
Капитану Хоуку казалось, что он все же сошел с ума.
Много было превратностей в его прошлой жизни, но в подобную переделку он попал
впервые.
Священник, сменивший свое просторное одеяние на прочный, облегающий тело
рабочий комбинезон из синтетической ткани, какие обычно носят под скафандром, стал
похож на пожилого сухопарого спортсмена.
Его глаза прямо-таки излучали нечеловеческое спокойствие. В них не было ни тени
страха, и Хоук невольно задавал себе вопрос - почему?
- Что вы собираетесь делать, святой отец? - раздраженно осведомился капитан,
глядя, как Кейн присел на корточки подле своего питомца, которого в их отсутствие он
приковал неизменной цепочкой к одной из стоек лаборатории.
- Он боится, - спокойно констатировал Кейн, по очереди поглаживая то одну, то
другую голову ксеноморфа. - Мне нужно то оборудование, что лежит на складе моего
корабля. Без него не получится вытащить отсюда это милое создание.
- Вы хотите сказать, что нам придется возвращаться через весь корабль из-за этой
двухголовой твари? - ужаснулся Хоук, характер которого под прессингом событий явно
начинал меняться не в лучшую сторону.
- Он такое же живое существо, как и мы с вами, верно? - подняв взгляд, спросил
Кейн. - Или вы ксенофоб [Ксенофоб - человек, яро ненавидящий чуждые формы жизни.],
капитан? Быть может, вы посоветуете мне вышвырнуть его в шлюз и тем самым избавиться
от проблемы?
- Нет, я читал закон о правах разумных существ... - буркнул в ответ Хоук.
- Прекрасно. - Кейн выпрямился. - Думаю, я сам вернусь за ним, а вы в это время
будете готовить к старту "Святого Петра".
- Как? - нахмурился Хоук.
- "Святой Петр", корабль моего Ордена, запаркованный в ангаре "Спейсстоуна", -
терпеливо повторил Кейн. - Я думал, вы заглядываете в декларацию бортовых грузов,
капитан.
Алан не ответил, только хмыкнул. По его мнению, каждый космический корабль
должен отражать в своем названии хотя бы частичку внутренней сути, но что может быть
общего между старым, переоборудованным транспортником с древним христианским
святым, он не понимал.
- У нас нет никакого оружия, - входя в отсек, произнесла Яна. Они с Николаем
ходили за двумя скафандрами.
- На борту "Петра" есть все в достаточном количестве, - успокоил ее Патрик,
принимая из рук Монтгомери белоснежное космическое облачение. - Посиди тут, ладно? -
Обернувшись, он коснулся пальцем отвратительной чешуйчатой шеи существа. - Я готов,
- выпрямляясь, обратился он к Яне, которая держала его скафандр.
Хоук отвернулся, чтобы не смотреть на все это безумие.
Минут через десять они вчетвером втиснулись в шлюз.
Несмотря на утверждение Кейна, что на борту его корабля есть вооружение, Хоук,
памятуя о том, как этот самый корабль парковали в ангар "Спейсстоуна", только покачал
головой и прихватил с собой толстый металлический прут.
Капитан привык доверять своей интуиции, а она ему подсказывала, что ту развалину,
которую Патрик гордо именовал кораблем, можно было подозревать в чем угодно, только не
в хорошем внутреннем оснащении.
В шлюзе вспыхнул злобный красный сигнал, и наружный люк начал медленно уползать
в переборку.
В покореженных, лишенных воздуха коридорах "Спейсстоуна", казалось, витала сама
смерть.
- Яна, кого вы с Кейном видели, кроме Дитриха? - включив канал личной связи,
сдавленно осведомился Хоук, не забывая при этом озираться вокруг. - Только точно...
- На двух телах были скафандры, - тихо ответила ему Яна. - Думаю, это Влада и
Эшгар.
- Они были мертвы?
- Откуда мне знать, Алан?!. - горестно спросила Монтгомери. - Я видела только
тела, которые опутывала какая-то проволока... Сомневаюсь, что человек способен жить в
таком состоянии, когда его гермоэкипировка проколота в десятке мест...
- А еще? - не унимался капитан.
- Я не знаю. Четвертое и пятое тела, как и Дитрих, были без скафандров. Я не видела
лиц, Хоук, но тут, по-моему, больше не было никого, кроме нас?
- Извини. Я просто пытаюсь очистить собственную совесть... - сознался капитан,
ощутив, как дрожит голос Монтгомери. - Ты же понимаешь, что я не могу бросить, пока не
увижу...
- Я понимаю, - тихо ответила она. - Хоук, я сохранила запись телеметрии. Они
мертвы... Поверь.
- Впереди что-то есть! - внезапно ворвался на несущую частоту коммуникаторов
голос Николая.
Все остановились как вкопанные.
Действительно, впереди, там, где стены коридора смыкались друг с другом, перед
самым разломом обшивки, но все же чуть в стороне от него, вращался, тускло отсвечивая в
лучах скафандровых прожекторов, темный воронкообразный вихрь.
Николай сжался, медленно поднимая кусок подобранной у выхода из шлюза арматуры,
но Кейн остановил его мягким жестом.
- Давайте не будем конфликтовать. Нужно попытаться просто пройти мимо.
- Вы в своем уме, Патрик?! - воскликнул капитан "Спейсстоуна", заметив, что тот
сделал шаг вперед по направлению к вращающейся массе кристаллических комочков. - Она
же сожрет вас!
Кейн предостерегающе отвел назад руку, двигаясь при этом медленно и осторожно.
- Если она меня сожрет, вы сможете воспользоваться "Святым Петром" по своему
усмотрению, капитан, - пришел на радиочастоте его ответ. - Однако не думаю, что это
случится.
Действительно, спустя неопределенный отрезок напряженного, превратившегося чуть
ли не в вечность ожидания догадка Патрика вроде бы подтвердилась - темная воронка
продолжала вращаться, оставаясь при этом на одном месте, а он сам уже практически
подошел к разлому. Можно было только догадываться, откуда у священнослужителя такая
мягкая, вкрадчивая поступь.
Черный смерч продолжал свое вращение в темном углу. Никаких поползновений с его
стороны пока не наблюдалось.
Яна вдруг ощутила нехватку воздуха и поняла, что долгое время не смела даже
вдохнуть...
Кейн приблизился к воронке почти вплотную. Теперь их разделяло не больше метра.
Не сводя глаз с вращающегося образования, Патрик также медленно, плавно поднял
руки, взялся за края разлома и осторожно подтянулся вверх.
- Все в порядке... - после некоторой паузы произнес он. - Двигайтесь также, как и
я, медленно, по одному...
... Яна не могла не признать, что рандеву с вращающейся во тьме кристаллической
массой, похожей на полуметровый глянцевый смерч, по поверхности которого змеились
причудливые блики от плечевых фонарей, запомнился ей как один из самых страшных
моментов в ее карьере астронавта...
Это оказалось чудовищным испытанием для психики - просто боком просочиться
мимо...
Однако она нашла в себе силы, удержала рвущуюся наружу панику и была внезапно
вознаграждена видом угольно-черной бездны вокруг и темной, изуродованной массы
"Спейсстоуна" под ногами... Кейн, который прочно стоял, сцепившись с обшивкой корабля
магнитными присосками, помог ей выбраться из разлома и встать на ноги.
- Боже... - выдохнула Монтгомери.
- Все хорошо... Ты молодец, - подбодрил ее Кейн, помогая вскарабкаться на
обшивку капитану Хоуку. - Николай, не смей дурить, - тихо, но вполне твердо и
убедительно произнес Кейн, обращаясь к оставшемуся внизу Лоури. - Ты нужен нам
живым.
Хоук тем временем выпрямился, встал подле Яны и огляделся.
И еще раз ужаснулся тому, что стало со "Спейсстоуном".
Теперь, когда он рассмотрел более внимательно, он окончательно перестал
сомневаться, что в данной трагедии виноваты прежде всего люди...
Хоук слишком давно летал, чтобы наивно предположить, что огромный модуль
космической фабрики могла увести со своего места чья-то злая нечеловеческая воля.
Одно из двух... - думал капитан, - либо это была чья-то преступная халатность,
либо роковое стечение обстоятельств, настоящая катастрофа...
Оставалось понять, какую роль сыграли в этой драме неизвестно откуда взявшиеся
формации в виде черных воронкообразных вихрей?
Что им нужно от мертвых людей? - с содроганием подумал Хоук, продолжая
озираться по сторонам.
То, что он видел, было ужасно, непостижимо... Картины разрушений заставляли
содрогаться одну половину его сознания, комкая при этом другую часть страхами и
вопросами.
Не все системы "Спейсстоуна" погибли окончательно и бесповоротно. По иронии
судьбы, например, после разрушительного столкновения с космической фабрикой, которая
проломила обшивку основного модуля точно посередине, на носу и корме переломленного
пополам корабля продолжали светиться гроздья включенных на полную мощность
прожекторов.
В их свете были отчетливо видны ближайшие к кораблю глыбы металлических
самородков, прихотливо перекинутые между ними мосты лавовых выбросов и...
Странная, непонятная, непривычная человеческому глазу жизнь возродилась в этом
месте.
Озираясь, Хоук заметил как минимум пять или шесть черных отблескивающих
смерчей, висевших подле металлических глыб. Между ними вились непонятные образования
в виде согнутых, закрученных под разными углами цепочек, набранных все из тех же
вездесущих кристаллов, которые, соединяясь между собой, образовывали непонятные
фигуры, похожие на тусклые пространственные иероглифы какого-то мертвого, давно
позабытого языка...
И все это жило и двигалось, подчиняясь непонятной человеку воле и логике.
Господи, да что же мы разбудили в этом проклятом месте?! - с ужасом и
внутренней дрожью подумал капитан.
Пока он озирался вокруг, Николай благополучно выбрался на обшивку "Спейсстоуна".
- Нужно двигаться, капитан, - деликатно напомнил Кейн, коснувшись его плеча.
Хоук повернулся к нему, с трудом оторвав свой взгляд от бездны, в которой с каждой
минутой неумолимо закипала абсолютно чуждая человеку жизнь.
- Господин Кейн, - начал было он, но священник прервал его:
- Алан, будет лучше, если мы отбросим формальности. Называйте меня просто
Патрик, хорошо?
Хоук машинально кивнул. Действительно, к чему теперь все эти дурацкие условности?
- И еще... - Голос Кейна звучал по каналу общей связи, и его слышали все. -
Капитан, я бы хотел, чтобы вы вновь вступили в свою должность.
- В смысле? - не понял Хоук.
- В прямом. Среди нас вы и Яна - единственные, кто может причислить себя к
категории профессиональных астронавтов. Думаю, это логично, если кораблем будут
управлять специалисты. Вы согласны считать себя капитаном "Святого Петра"?
Хоук, который поначалу подозревал подвох, посмотрел на Кейна сквозь стекло своего
гермошлема и спросил:
- Со всеми вытекающими последствиями?
- Естественно, - не колеблясь, сказал Кейн.
- И не страшно, что я поверну корабль назад, к обитаемым мирам?
- Нет, - коротко ответил Патрик.
- Почему?
- Достаточно посмотреть вокруг, капитан. Нужно считать себя вправе бежать,
наплевав на судьбы миллиардов людей, которые теперь, рано или поздно, должны будут
встретиться с ЭТИМ...
Хоук вздрогнул всем телом.
Яна поежилась, укоризненно взглянув на него сквозь выпуклое забрало шлема.
Прямо или косвенно, они действительно оказались ответственны за пробуждение
этого...
Кейн был прав в недавнем, показавшемся Хоуку эгоистичном упрямстве, и он привел
доказательства своей правоты.
- Я согласен принять командование, Патрик.
- Вот и отлично. А ты, Яна?
Она не ответила вслух, только кивнула.
Путь по внешней обшивке "Спейсстоуна" до самых створов парковочного ангара
оказался долгим, утомительным, но прошел без видимых осложнений.
Когда они очутились подле плотно сомкнутых ворот, Хоук вскрыл аварийную панель.
Под кожухом, который, медленно вращаясь, отлетел прочь, обнажилось несколько схем
и два веселых изумрудных огонька.
При виде их помаргивания капитан вздохнул, даже не пытаясь скрыть своего
облегчения.
Через несколько секунд гигантские ворота дрогнули, медленно разъезжаясь в разные
стороны.
Путь к спасению был открыт.
Вакуумные створы внешнего ангара "Спейсстоуна" открывались неторопливо, словно
бы нехотя, и каждый из четверых человек в этот последний, как казалось, миг ожидания
испытывал разные и в большинстве своем противоречивые чувства и эмоции.
Кейн отвернулся от раскрывающегося провала и смотрел на те глыбы металлических
самородков, до которых доставал свет прожекторов "Спейсстоуна". Казалось, Патрика живо
интересует только то, что происходит в космосе, вне корабля, а их собственное спасение и
связанные с ним тревоги занимают его уже не так сильно.
Несколько иначе вел себя Николай. За дымчатым забралом его гермошлема были плохо
различимы черты лица, но по тому, как он стоял, неестественно выпрямившись, устремив
взгляд в одну точку, а именно на вращающуюся неподалеку черную воронку, было видно, он
тоже одержим загадкой данных образований. Однако его одержимость имела несколько
иные корни - Николаем двигало скорее не любопытство, а ненависть.
Разбуженная старым инсектом на планете Хабор память маленького мальчика грозила
полностью завладеть сознанием взрослого Николая Лоури.
Алан Хоук вел себя обычнее других - казалось, что возврат привычного статуса
повлиял на него самым благотворным образом. Он вновь стал собранным, волевым,
профессиональным капитаном, главной заботой которого опять являлся его экипаж, только
теперь уже в ином, новом составе.
Лучше
...Закладка в соц.сетях
