Жанр: Электронное издание
larlar0
...него чужой личностью в специально устроенной для всевозможных пыток камере.
Свою жертву Ара Омба пытала всегда сама, опираясь как на свою фантазию, не
столь уж и богатую, так и на обширную, уже несколько сот лет
коллекционируемую литературу, в которой более или менее подробно
описывались пытки, применяемые на протяжении всей известной истории Элеи.
По истечении года истязания заканчивались, и очередная несчастная женщина
отправлялась в построенное по приказу Ары Омбы подземное жилище. Куда та
частенько наведывалась, испытывая наслаждение от созерцания стареющих тел,
которыми она обладала в состоянии их расцвета.
"Вздорная, глупая женщина, - подумал Аби Кава. - Впрочем, и за всей
этой несуразностью можно, при желании, отыскать некую логику. Тип женской
красоты, который Ара Омба ценила превыше всего, а своему вкусу в этом
отношении она никогда не изменяла, всегда встречался в женщинах с быстро
увядающей молодостью и свежестью. Отсюда понятна частая смена тел. Кроме
того, даже при отточенной технике переселения, не исключены возможные,
пусть и крайне маловероятные срывы. В случае неудачи Ара Омба ушла бы не в
бестелесное существование, а осталась бы в прежнем теле, поскольку во время
операций обновления ш„л взаимный параллельный процесс переселения между
двумя женщинами. Личность при этом могла либо проникнуть в чужое тело, либо
остаться в сво„м. В таком случае, чтобы по ошибке другую женщину не приняли
за вселившуюся в не„ Ару Омбу, последняя подтверждала свою идентичность
тем, что зверски истязала ту, которая отдала ей сво„, более молодое тело.
Ведь никакой другой женщине столь дикая манера поведения никак не могла
придти в голову.
Тем не менее, - продолжал свои размышления Аби Кава, - несмотря на
извращ„нную хитрость и изворотливость, совершенно непонятно то, каким
образом эта, с довольно невысоким потолком личность, да ещ„ с грубым,
вульгарным вкусом, способна столетия удерживать возле себя всесильного
Крокута. С самой Арой Омбой он, глава тайной полиции Элеи, мог бы и не
считаться. Но как с женой Крокута - дело другое. Перейди он дорогу е„
капризу, это могло бы стоить ему карьеры, а то и жизни".
Аби Кава уже достиг пышной, безвкусной при„мной Ары Омбы,
предназначенной для ее интимных посетителей. Стены и потолок внушительных
размеров куполообразной залы покрывали посеребр„нные лепные украшения.
Овальные окна были плотно занавешены тяж„лыми бархатными шторами густого
красного цвета. С потолка свисла тысячесвечовая хрустальная люстра с
лампочками всех цветов радуги. Пол застилал толстый плотный ков„р с
тщательно вышитыми эротическими картинами.
На всю эту безвкусную роскошь Аби Кава, впервые удостоившийся интимной
беседы с Арой Омбой, бросил несколько беглых, почти безразличных взглядов.
Он стоял, поскольку никакой мебели в зале не было, ожидая, когда его
позовут.
"Что же побудило Ару Омбу пригласить его к себе? - продолжал строить
догадки Аби Кава. - Общественными делами она не занималась и маловероятно,
что он здесь как должностное лицо. Правда, не исключено, что ей понадобился
личный детектив. Но с какой целью? Ведь раньше она никогда к сыскным
службам не обращалась. Если пропала дорогая ей вещь, она бы просто передала
сво„ повеление по видеосвязи найти е„. А если человек? Но она беспокоится
лишь о Крокуте, который успешно переселился, жив и здоров. Тогда что же?
Может быть он избран в качестве очередного сексуального каприза? В таком
случае ситуация щекотливая. Стань он е„ очередным любовником, Крокут на
такие связи жены смотрел сквозь пальцы, ему в скором времени, как это уже
бывало тысячи раз, не просто дали бы амурную отставку, но обязательно
внесли бы в число лиц, антипатичных Аре Омбе. Отвергнуть же е„ сексуальные
притязания - значит нанести ей смертельное оскорбление. "Все свои связи с
женщинами Аби Кава держал в жесточайшей тайне, к тому же он никогда не
выбирал объект увлечения в кругу людей, допущенных к элите. "На этом можно
сыграть, - решил Аби Кава. - Все сильные мира сего принимают меня за
аскета. Я же представлю себя импотентом. Быть им не столь поч„тно, как
аскетом, - он иронично скривился, - но в данном случае довольно практично.
Если аскета ещ„ можно пытаться соблазнить, то импотента - бессмысленно".
Наконец появилась горничная Ары Омбы, молодая привлекательная женщина,
облач„нная лишь в короткое прозрачное платье, и попросила его войти.
Комната, а при более подробном взгляде спальня, являла собой полную
противоположность предыдущему помещению. Стены и потолок, как впрочем и
пол, были облицованы ониксом. Прямоугольные окна закрывали витражные
ставни. Светильники в форме лилий, выточенные из цельных рубинов, горели по
всем четыр„м стенам. Часть комнаты занимал круглый бассейн, в середине
которого высилось ложе из пористой мягчайшей пластичной массы. Дно бассейна
было зеркальным, а вода - насыщена терпкими ароматическими веществами.
Ара Омба сидела в одном из двух кресел, закутанная в простой махровый
халат. Волосы растрепались, под глазами появились т„мные круги. Весь е„ вид
говорил о перенесенном потрясении, разбившем е„ душу и тело, состарившем
последнее лет на десять-пятнадцать. В этом жалком существе теперь так
трудно было узнать всегда процветающую, вечно молодую Ару Омбу.
- Чем обязан столь лестной для меня чести быть приглаш„нным к... - Аби
Кава чуть было не сказал красивейшей, но вовремя спохватился, подумав, что
в данной ситуации такой комплимент может отдавать неискренностью, -
величайшей женщине Элеи, - продолжал он.
- Садитесь, милейший Аби Кава, - произнесла она осипшим, плохо
слушающимся голосом. - Вызвать именно вас меня вынудили чрезвычайные
обстоятельства, которые вам необходимо сохранить в строжайшей тайне.
- Само собой разумеется, Ваша Милость.
- Вы великий детектив, Аби Кава, но для уяснения этого дела, боюсь,
детективом быть мало. Боюсь, что в данном случае нужно понимать женскую
душу, е„ страсть, перед которой не может устоять никто, тем более мужчина,
которого ей удалось покорить. А вы, говорят, непреклонный аскет? Сможете ли
вы понять доверившуюся вам женщину?
- Ваша милость, позвольте мне быть откровенным с Вами во вс„м, тем
более я уверен, что доверенные Вашей великой душе тайны не достанутся
первым встречным. К великому сожалению я - аскет поневоле. И мне
приходилось знавать упоение страстью Жажда всепоглощающего, всесильного
чувства постоянно разгорается во мне со вс„ обостряющийся жгучестью. Но,
увы! С некоторого времени тело, вступив и полный разлад с душой, стало
полностью индифферентно. Это ни с чем не сравнимые муки - быть охваченным
жаждой и не иметь рта для е„ утоления.
- В таком случае, Аби Кава, вы пойм„те несчастную женщину. Одну тайну,
при этом, вам следует признать за постулат. Я связана с Крокутом, помимо
чувства любви, особой, непостижимой никому, связью. Считайте, что в самое
ядро его личности вмонтировано нечто, что не может сопротивляться исходящим
из меня сексуальным импульсам. Некоторое время, возможно, он и способен им
сопротивляться, но быть к ним безразличным, бесчувственным - никогда! Когда
закончилась процедура обновления его тела, у меня возникло желание
насладиться с ним в его новом физическом обличье. Разумеется, я знала о его
желании временно, на десять лег забыть о багаже своей прежней личности. Но,
при этом, не узнав меня как Ару Омбу, он не мог не откликнуться на ту
страсть, которой я окутала его снаружи и пронзала изнутри. Но, о ужас! Он
остался холодным и безразличным. Я убеждена - тот человек не Крокут.
- Не Крокут! - поперхнувшись и хрипло закашливаясь, глухо прокричала
Ара Омба.
- Я хочу, прошу, требую, умоляю, чтобы вы выяснили это дело,
разумеется, поднимая возможно меньше шума, - уже более спокойно продолжала
Ара Омба. - Если Крокут уш„л из этого мира, то, как вы понимаете, я буду
лишена всякой власти и влияния. Но я по-прежнему остаюсь сверхбогатой
женщиной. Называйте любую сумму. Согласна не торгуясь.
- Я не могу брать деньги за исполнение своего долга. К тому же, служить
Вам - уже одно это величайшая награда для меня. Правда, данное дело
представляется мне крайне сложным, почти неразрешимым. Достоверно
установить, вселился ли Крокут в новое тело или нет, может лишь особая
экспертиза, для чего необходимо сделать попытку пробудить память его
прежней личности досрочно, не дожидаясь оговоренных десяти лет. Но это
противоречило бы указаниям самого Великого Крокута.
- Однако, в случае чрезвычайных обстоятельств его санкция на досрочное
вскрытие памяти прежней личности заранее была им дана.
- Вс„ это так. Но я один не властен принять такое решение. Это
компетенция Высшего Тайного Совета Элеи. Если будет Ваша санкция обратиться
в Совет и удастся его убедить...
- Нет, нет. Только не это. Не занимайтесь выяснением идентичности
этого... Пьера с Крокутом. Для меня вопрос ясен. Вы можете сомневаться,
дело ваше. Но, не исключено, а скорее всего вероятно, что имел место
заговор с целью лишения Крокута власти пут„м срыва очередного переселения
его в новое тело. Для поисков путей такого возможного заговора вам нет
надобности проводить экспертизу, на которую ни у вас, ни у меня нет прав.
Итак, займ„мся поиском возможных нитей преступного переворота. Поищите
среди претендентов на место Крокута. Ведь всегда надо начинать искать с
тех, кому это выгодно.
- При всей Вашей красоте - такой блестящий ум, Ваша милость. Позвольте
немедленно заняться расследованием.
- Приступайте и держите меня непременно в курсе всего существенного,
что удастся обнаружить.
Когда Аби Кава удалился, Ара Омба мучительно размышляла: подвед„т или
нет? Но вскоре е„ крайне практичный ум отбросил эту мысль как совершенно
бесплодную. Ведь вс„ равно в этом деле довериться другому, кроме Аби Кавы,
она не могла. Все остальные продали бы е„ наверняка. А как насч„т Аби Кавы?
Этот может и не предать. Утопающий же хватается и за соломинку. Так что все
сомнения в сторону. Вс„ же надо подумать о том, чем привязать к себе Аби
Каву. Оказывается, у него червоточина тела, разъедающая душу. Пообещать бы
ему досрочную замену тела. Но это не в е„ власти. Такой привилегией
пользуются лишь входящие в Высший тайный Совет и ближайшие члены их семей.
Во всяком случае, до конца раскрывать карты нельзя. В частности, о
существовании Одиры ему знать не следует. Надо непременно найти и отомстить
тем, кто разлучил е„ с Крокутом. Это первое. А потом можно будет подумать и
о перемене жизни. Надо бы поискать спасение, о котором говорили пророки
всех религий Элеи. Надо бы. Страшные сцены ч„рного конуса и Антисолнца,
которые она видела в магическом зеркале, не давали покоя е„ душе. Может
быть, это вс„ внушения старой ведьмы, трюк, для выколачивания из не„ лишних
денег? Но нет. Внутренне она чувствовала, даже слишком ясно, что в том
зеркале ей была явлена Реальность, страшная, ужасающая. Но если, говорят,
есть спасенье - надо его поискать.
Тем временем Аби Кава обдумывал сложившуюся ситуацию: Вс„ сказанное
Арой Омбой могло быть продуктом больного, сексуально озабоченного
воображения. А если нет? Тем более, что неожиданно исчез некий Арт, чь„
тело намеревался занять Крокут. Притом не просто исчез, а при весьма
странных обстоятельствах, которые ещ„ предстоит выяснить.
Неужели заговор? Но откуда он может исходить? С самого высшего уровня?
Исключено. Отточенная в результате тысячелетних интриг на почве власти,
система управления Элеи исключала всякую возможность даже попыток
переворота внутри высшей касты е„ правителей. Может быть, вс„ же что-то
было упущено? Что ж, посмотрим на не„ и под таким углом зрения. Допустим,
кто-нибудь из шестнадцати членов Высшего тайного Совета, Принципалов,
захотел бы убрать с дороги Крокута и занять его место, стать Великим
Магистратором планеты. Предположим, цель удалась и Крокут покинул сцену.
Тогда, согласно Уставу, который неподвластен абсолютно никому, ибо на его
законности держи вся стабильность господства всего ордена Власти в целом,
выбор нового лидера должен произойти по жребию. Точно так же, согласно
жеребь„вке кто-то один из самого высшего круга власти должен уйти в
отставку. Его место занимает, опять же по жеребь„вке, один из властителей
следующего круга, состоящего из тридцати двух Канцеляров, каждый из которых
ведает тем или иным важным участком жизнедеятельности планеты. В число этих
тридцати двух входил и он, Верховый тайный - страж незыблемости высшей
власти ордена.
Значит ни у кого нет прямой заинтересованности покушаться на Великого
Магистратора, поскольку нет никаких гарантий при его устранении на личное
продвижение по лестнице власти. Кто же будет играть в лотерею, покупая
билет ценою собственной жизни? Ведь риск быть разоблач„нным в тысячу раз
превышает шанс продвинуться на одну ступеньку вверх. Даже если бы и наш„лся
такой безумец, один он не смог бы ничего осуществить. А группа? Даже двое и
те исключены теорией вероятности. Два безумца сразу среди горстки
трезво-расч„тливых правителей появиться не могут.
Следующий круг власти состоял из президентов экспертных Советов, в
настоящее время достигающих стадвадцати. Лишь при возникновении новых,
принципиально важных областей знания, должен быть сформирован ещ„ один
Совет. Последний случай создания такого Совета имел место около 200 лет
назад. Прерогатива назначения президентов этих Советов принадлежит
исключительно шестнадцати Принципиалам. Важно, что ни один из этих
президентов не мог подняться на следующую ступеньку власти. Даже
Принципалы, назначая по своему усмотрению Канцеляров, не властны выбирать
кандидатуры среди президентов экспертных советов.
Следовательно, ни у одного из председателей экспертного совета в
отдельности нет личного стимула плести паутину заговора. А у их части, или
даже у всех вместе? Потенциально такой стимул существует. Действительно,
почему бы им не сбросить Принципалов во главе с Великим Магистратором,
заодно устранить Канцеляров и захватить высшую власть? Но перепрыгнуть
пропасть от власти идей к прямой власти над людьми они не в состоянии. Их
власть состоит в манипуляции общественным сознанием, через фильтрацию
информации, закладываемой в компьютерную память. В принципе, они могли бы
поднять массы против Принципалов и Канцеляров и сбросить их власть. Но это
потребовало бы времени, целой серии шагов. Контроль же за общим
направлением манипуляции общественного сознания сохраняют Принципалы.
Вступи кто из президентов экспертных советов на такой скользкий путь, он
был бы немедленно уничтожен. И каждый президент прекрасно осведомл„н об
этом.
Таким образом, внутри тр„х кругов высшей тайной власти, из которых
только главы экспертных советов, за исключением секретных, имели
официальный статус, возникновение и развитие серь„зного интереса к
подготовке переворота исключены.
Особому контролю подвергался процесс переселения личности. Для его
осуществления были созданы сразу три дублирующих и конкурирующих друг с
другом службы, единственная цель которых состоит в ежесекундном наблюдении
за каждым словом и действием своих "подопечных" и записывании всего этого в
память компьютера. Эти службы не вправе как-либо влиять на опекаемого. Но
зато, соступи он с пути повиновения - это было бы немедленно сообщено куда
надо. В частности, Крысан, возглавляющий секретный экспертный совет по
переселению личностей в новые тела, не зафиксированный в общедоступной
памяти компьютера, также подвергался постоянному наблюдению. И вся
процедура подготовки к переселению Крокута, как и сама процедура
трансплантации личности, были в тр„х экземплярах зафиксированы в
видеозаписи.
Нет, в рамках пирамиды Ордена заговор немыслим. Исключены и какие-либо
подвохи со стороны Крысана, непосредственно организовывавшего и
контролировавшего переселение Крокута.
Но тогда, как могло сорваться, если оно, конечно, сорвалось,
переселение Крокута? Только в случае, если воля того субъекта оказалась
сильнее воли Крокута. Маловероятно. Но полностью не исключено.
А если кто-то специально подсунул Крысану великолепный экземпляр для
трансплантации, заранее зная, что ставит ловушку на Крокута? Одновременно
похитили уже отобранное для переселения тело некоего молодого архитектора,
вызвали болезнь у его дублера. Вс„ это в принципе возможно, но уже
предполагает заговор снизу. Прич„м, пут„м очень ловкого хода - забросить на
самый высокий пост своего человека, выдав его за перевоплощенного Крокута.
Похоже, что поиск нужно сосредоточивать именно в этом направлении. Но
вс„ же перестраховка не повредит, надо внимательно изучить запись о
трансплантации Крокута.
В течение нескольких часов, вглядываясь в видеоэкран, Аби Кава под
разными ракурсами просматривал всю процедуру, произошедшую в тот день в
подземном Храме. И вдруг! Он тут же остановил изображение. На драгоценном
мозаичном полу он увидел ч„рное паукообразное пятно.
- Что бы это могло значить? Такое нужно увидеть своими глазами, - с
этими мыслями Аби Кава отправился в Храм и долго в задумчивости разглядывал
загадочное пятно. Временами у него было чувство, будто оно живое, что
вот-вот оно оторв„тся от пола и вцепятся ему в горло.
Наконец Аби Кава повернулся к выходу и, медленно удаляясь из этого
мрачного подземелья, чувствовал на затылке тяж„лый, зловещий взгляд.
- В этом пятне заключена душа Крокута, низвергнутого судьбой с вершины
власти и обреч„нного на вечное заточение внутри горстки драгоценных камней,
- эта мысль, пришедшая к Аби Каве, вскоре стала его убеждением.
- Плохи мои дела, - думал он. - Как только Принципалы и Канцеляры
узнают о случившемся, ему, в соответствии с Уставом ордена Власти,
неминуемо прид„тся уйти в отставку. Ему, единственному из Канцеляров,
которому по занимаемой должности запрещалось накапливать личный капитал. Он
должен будет переселиться из своей роскошной резиденции, принадлежащей
ордену, в простой домик и отрабатывать по 200 часов в год на общественных
работах. Но главное не это. Он, на всю свою жизнь погрузившийся в стихию
власти, теперь останется не у дел. Зачем же тогда жить? Практически такая
перспектива ничем не лучше казни через повешение, которая ожидает Бэша. Вот
кого надо задействовать немедленно. Здесь мы естественные союзники. Но
сначала надо показать ему пятно. Бэш, будучи невосприимчивым к всевозможным
потусторонний тонкостям, всегда проявляет сверхчувствительность, когда дело
касается его собственной шкуры.
Реакция Бэша была мгновенной. Он тут же, отбросив все свои дела,
ринулся осматривать пятно, о котором доложил ему Аби Кава. Сначала он его
будто не. увидел. Потом остановился на н„м застывшим взглядом и вдруг
пронзительно, голосом порос„нка заорал: "Хозяин! Хозяин!". И опрометью
побежал, постоянно шепча одно и то же: "Хозяин, хозяин...".
Абе Каве пришлось выжидать около двух часов, пока Бэш смог, наконец,
овладеть собой и начать серь„зный разговор. Жалкий вид этого Принципала,
оставленного на десять лет править всей планетой, вызвал у Аби Кавы чувство
брезгливого отвращения, смешанное с опасением вступать с ним в союз в игре,
ставка в которой больше, чем жизнь - сама власть.
- Нет, - подумал Аби Кава, - союз с ним неминуемо привед„т к краху.
Кстати, Крокут никогда не расценивал Бэша, в отличие от других Принципалов,
как человека своего круга. Если остальные были сотоварищами, меньшими
братьями Крокута, то Бэш - его тенью. Испытывая панический ужас перед
Крокутом, Бэш беспрекословно проводил его волю всегда и во вс„м. Но теперь
нет Крокута. Отныне Бэш должен панически бояться его, Аби Каву, потому что
теперь он обладает страшной тайной, раскрытие которой означает неминуемую
гибель Бэша.
- Ваша милость, возьмите себя в руки. Правителю планеты не к лицу
терять самообладание, - с оттенком издевательской насмешки произн„с Аби
Кава. - Я понимаю, что Вы потеряли хозяина, которому верой и правдой
служили не одну сотню лет, а теперь, как следствие, Вы должны потерять и
жизнь. Единственное спасенье для Вас - сменить хозяина. Новый хозяин
подарит Вам жизнь в обмен на верную и безупречную службу. Новый хозяин
найд„т выход. Вы будете наслаждаться ещ„ многими тысячами лет процветания.
Надеюсь, Ваша милость, поняли, кто теперь у не„ новый хозяин?
Бэш молчал.
- Ваша милость, считаю своим долгом сообщить Верховному тайному Совету
о случившемся. Вне всякого сомнения, он назначит экспертизу по
идентификации личности Крокута. Прощайте.
Бэш упал на колени и, схватив Аби Каву за руку, приложил к ней,
приправленный отчаянием, поцелуй.
ПОЛЕТ В НОЧИ
Пьер, который уже раз внимательно всматриваясь в Дэя, не мог
разобраться в его внешности. Достаточно было увидеть лишь мимол„тно этого
человека и уже никогда не возможно было спутать его ни с кем. И это при
том, что ни в чертах лица, взятых сами по себе, ни в фигуре не было ничего
примечательного. Среднего роста, ни худой, ни полный, глаза и нос - ни
большие, ни маленькие. Ч„рные, гладкие волосы, зач„санные назад, правда, не
вязались с земными понятиями о человеке, которому недавно исполнилось -
восемьдесят. Но по земным меркам такому возрасту точно также не
соответствовала гладкая, без единой морщины кожа, невероятная гибкость и
упругость тела, а также чистые, блестящие глаза, постоянно излучающие
одновременно восторженную радость реб„нка и отцовскую готовность помочь,
поддержать и ободрить. Прич„м в отличие от многих старших людей,
покровительствующих более слабым на почве наставления их на свой путь и
свои идеалы, он смотрел на всякое живое существо, человека тем более,
изнутри, ощущая его так, будто он сам им и становился, одновременно
передавая ему частицу своего. неисчерпаемого заряда бодрости и добродушия.
Поначалу Пьера удивило, что Дэй относится к своим растениям, как к
живым существам, разговаривая с ними иногда ш„потом, но чаще мысленно
временами поглаживая стволы и ветви. Время от времени бутоны цветов, мимо
которых проходил Дэй, в то же мгновенье распускались и казалось, что в них,
словно в маленьких, благоухающих зеркальцах природы, отражается улыбка Дэя.
Цветов в парке не срезали. Это было непреклонное требование его
хозяина, который срывал лишь исключительно плоды и овощи.
Однажды, когда они прогуливались вдво„м с Дэем, Пьер задержался у
заворожившего его своей красотой цветка, толстый стебель которого лишь
немного поднимался над густой, мохообразной травой. Несколько десятков
красно-розовых лепестков, формой напоминавших кленовые листья, обрамляли
небольшую полусферу, через матово-прозрачную поверхность которой, казалось,
переливаясь всеми цветами радуги, горела, переходя друг в друга, тысяча
огней. То ли ему показалось, то ли на самом деле, но, во всяком случае,
взгляд Пьера приковало странное существо, неизвестно каким образом
оказавшееся вдруг на цветке. Большая прозрачная бабочка глядела на него
почти человеческим взглядом.
- Что это? - обратился Пьер к Дэю.
Тот молча взял в обе руки висевшее у него на груди приспособление для
научных исследований и на мгновенье нав„л его, словно фотоаппарат, на
цветок. Потом он попросил Пьера взглянуть на небольшой экран в центре
прибора. Там светилась стереоскопическая фотография цветка, производившая
впечатление реальности. Но только таинственной бабочки Пьер не увидел.
Вновь бросив взгляд на цветок, Пьер с удивлением обнаружил, что она
по-прежнему сидит там и пристально на него смотрит.
- Ты видишь душу Онионы, этой королевы цветов, мой друг, - задумчиво
улыбаясь, тихо проговорил Дэй. - Это хороший знак. Цветы всегда открывают
свою душу тем, кто способен с ней сопереживать.
Они постояли ещ„ некоторое время, молча любуясь прекрасным цветком.
Оба обернулись одновременно, почувствовав на себе чьи-то взгляды.
В этот момент из остановившейся в некотором отдалении машины выходили
Эна и Де Синг в сопровождении очень красивой девушки и примерно такого же
возраста юноши лет шестнадцати, довольно крупного, с отч„тливо выраженной,
тренированной мускулатурой и флегматичным лицом, контрастирующим с горящими
каким-то неестественным светом глазами.
Эна, отделившись от приехавших, подошла к Дэю и. поцеловав его в щ„ку,
приветливо, как давнишнему другу, улыбнулась Пьеру. После этого,
наклонившись к уху своего деда, она начала говорить негромко, с едва
заметным волнением.
- Извини, что я, не предупредив тебя, привезла с собой двух молодых
людей. Они - дети наших друзей, отправившихся в долгий космический пол„т.
Лимея в последнее время впала в такую ужасную депрессию, что Де Синг не на
шутку испугался за е„ здоровье. А ведь твой парк..., ты ведь знаешь, одно
пребывание в н„м оказывает чудодейственное влияние на здоровье. Правда,
брату Лимеи грех жаловаться на недомогания. Но и он несчастен по-своему.
Говоря
...Закладка в соц.сетях
