Жанр: Электронное издание
Melirin1
...- В молодости мы с ним не
один приз на скачках брали, и сознаюсь, много раз он меня на финише обходил.
Большой любитель лошадей был Федор
Иоганнович!
- Он до сих пор ими занимается, - улыбнулся барон, - только уже в скачках
не участвует, а разводит лошадей для
кавалерии.
- И об этом нам известно, самолично покупал у него двух вороных красавцев
для государевых конюшен.
Великолепные кони, право слово! - Князь похлопал гостя по плечу и подвел его к
княгине. - Познакомься, матушка!
Алексей Федорович, оказывается, сын моего старинного приятеля барона Кальвица.
Барон склонился к руке княгини и поцеловал ее, а Митя в недоумении
посмотрел на отца:
- А Маша что же? Где она? Неужто уехала?
- О боже! - всплеснула руками Зинаида Львовна. - Действительно, куда она
подевалась? Катерина, - окликнула она
экономку, - Машеньку не видела?
- Да вон же она, барыня, - кивнула та в сторону девушки, попытавшейся
спрятаться за широкой спиной одного из
конюхов.
Митя радостно засмеялся, минуя ступеньки, спрыгнул с крыльца, схватил
Машу в охапку и закружил ее по двору.
- Смотри, Алешка, какова у меня сестрица! - Он наконец-то поставил ее на
землю и с восторгом оглядел с ног до
головы. - А я все думаю, что это за казачок за слугами прячется, и невдомек мне,
что это сестренка моя дорогая! - Митя
стянул с головы Маши папаху и покачал головой. - И впрямь совсем взрослая
барышня! - Он вдруг обнял ее и крепко
поцеловал в губы. Потом отстранил от себя, окинул придирчивым взглядом и
улыбнулся. - Да, и самый главный сюрприз,
что красавица каких поискать! Небось просватана уже? - Он посмотрел на мать. -
Кто жених, сознавайтесь?
Князь укоризненно покачал головой:
- Узнаю своего сына! Не успел дорожную пыль с сапог стряхнуть, а уже не
терпится все новости разузнать. Добро
пожаловать в дом, гости дорогие! - Он посмотрел на сына, продолжающего обнимать
Машу за плечи, и весело приказал:
- А ну-ка, Марьюшка, живо переодеваться! Что же ты в мужском костюме
гостей встречаешь? Подумают, что мы
тебя в черном теле держим!
Через час обедали в парадной столовой. Маша в новом батистовом платье,
украшенном маленьким букетом
фиалок, сидела по правую руку от Владимира Илларионовича и почти не поднимала
глаз от тарелки, боясь встретиться
взглядом с Митей и выдать волнение, охватившее ее после его поцелуя. Он назвал
ее сестрой, чего не бывало в прошлый его
приезд, и встрече радовался по-особенному. Несомненно, он повзрослел, возмужал
и, очевидно, забыл и о прежних стычках,
и о былых обидах.
Ей было приятно, что он сразу же вспомнил о ней, то, как восхищался ее
красотой, но... этот поцелуй... Зачем он
только поцеловал ее?.. На виду у всех, на глазах у родителей и этого странного
молодого человека с огромными темными
глазами, заглядывающими, кажется, в самую душу. Барон сидел напротив Маши, и
стоило ей поднять глаза, она тотчас же
ловила его взгляд, задумчивый и немного печальный, словно этот юноша с тонкими
правильными чертами худощавого и
очень бледного лица хранил в себе какую-то грустную тайну.
Он больше молчал, лишь изредка обращался к княгине, хвалил то одно, то
другое блюдо, отчего Зинаида Львовна
заливалась румянцем от удовольствия и с еще большим усердием принималась
потчевать гостя яствами, приготовленными
по этому случаю старым поваром Климентием, китайцем по национальности, чье
истинное имя никто так и не научился
толком выговаривать. В конце концов китаец крестился и принял православное имя,
которое, в свою очередь, ни разу не
сумел правильно произнести, как и имена хозяев: вот уже добрых тридцать лет
называл их не иначе как "капитана" и
"мадама".
Митя ел быстро, весело, размахивал руками и хохотал во весь голос, когда
узнавал очередную новость про соседей
или хороших знакомых. Он то и дело подмигивал Маше и озорно косился на барона.
Он уже знал, что Маша до сих пор не
просватана, и несказанно радовался этому обстоятельству. Потирая руки, он во
всеуслышанье заявил, что его друг не женат
и Маше стоит приглядеться к нему повнимательнее. Чем вызвал небывалое смятение
за столом: Маша отчаянно покраснела
и чуть не заплакала от смущения, барон еще больше побледнел и сердито прошептал:
- Дмитрий, не зарывайся! Остынь-ка и знай меру, братец!
Князь покачал головой и переглянулся с женой. Их сын, несмотря на внешние
изменения, по-прежнему говорил
вслух все, что придет в голову, не слишком заботясь, какое впечатление
произведет этим на окружающих.
Но Митя тут же забыл о своих словах и, перегнувшись через стол, спросил:
- А что, у Гурвичей гостит кто в этом году?
Помещик Гурвич был их ближайшим соседом и отличался особым
хлебосольством, отчего летом в его имении
всегда жили какие-то лохматые молодые люди, по виду студенты из разночинцев,
худющие девицы с томными взглядами и
желтыми прокуренными зубами. Многочисленные гости постоянно менялись, и,
кажется, сами хозяева не могли
запомнить, кто в это время проживает в их доме, отъедается за зиму, крутит
скоротечные романы, флиртует и кокетничает,
с визгом и хохотом плещется в купальне, а по вечерам, выпив хозяйского вина,
сидит на террасе и проникновенно распевает
русские песни и романсы.
В детстве Митя дружил с младшим сыном Гурвича Леонидом, и его желание
побывать в соседнем имении было
вполне объяснимым.
- Как не гостит! - вздохнула Зинаида Львовна. - Леонид в прошлом году
женился на дочери какого-то чиновника из
Министерства иностранных дел по фамилии Недзельский.
Батюшка твой его хорошо знает, а я всего-то раз и встречалась с ним, так
что и не помню особо. - Она сделала
глоток из бокала с вином и продолжала:
- Девица оказалась неглупой, к тому же красивой и, говорят, держит
Леонида в ежовых рукавицах...
- Завтра же отправлюсь к ним с визитом, - быстро сказал Митя и
переглянулся с бароном. Княгиня заметила этот
взгляд, и что-то в нем, видно, не понравилось ей, потому что она поджала губы и
замолчала.
После обеда Маша поспешила укрыться в своей комнате, испытывая странное
стеснение в присутствии Мити и в
особенности его гостя. Но вскоре в дверь постучали. Она распахнула ее. На пороге
стоял Митя и радостно улыбался:
- Маша, милая! Ты почему сбежала? Я хочу Алешке окрестности имения
показать, а он просит, чтобы ты поехала с
нами. Переодевайся быстрее, я уже приказал лошадей оседлать.
Митя исчез за дверью, а Маша некоторое время раздумывала, что же надеть
по такому случаю. Почему-то ей
хотелось выглядеть не так, как всегда, и поэтому она решила не облачаться в свой
традиционный костюм для верховой езды
- черкеску и папаху, а нарядилась в темно-голубую амазонку и надела маленькую
шляпку с пером. Амазонка была подарком
Зинаиды Львовны и очень шла к Машиным глазам, но девушка не любила ее: в этом
случае приходилось пользоваться
дамским седлом, а она предпочитала мужское.
Молодые люди ждали ее у крыльца, куда конюхи подвели трех оседланных
лошадей, и тут произошла небольшая
заминка: на конюшне Маше по привычке приготовили мужское седло, и пришлось
спешно менять его на дамское.
Князь и княгиня вышли проводить молодых людей. Зинаида Львовна была
немного разочарована. Она надеялась,
что сын пожелает отдохнуть после обеда, и думала поговорить с ним, разузнать
подробности его жизни за эти долгие семь
лет, выведать кое-какие секреты и, главное, выяснить намерения на будущее. Митя
мимоходом проговорился, что ждет
изменений в своей карьере, которые позволят ему видеться с родителями чаще и,
возможно, в какой-то степени
благотворно повлияют на его дальнейшую жизнь.
Княгиня сгорала от нетерпения, но неугомонное детище, как всегда, не
могло усидеть на месте и затеяло верховую
прогулку вместо того, чтобы остаться дома и удовлетворить родительский интерес.
Молодые люди уехали кататься, а князь и княгиня удалились в спальню. Но
распорядок дня был уже нарушен,
утренние волнения взбудоражили старших Гагариновых, и в конце концов Владимир
Илларионович велел лакею принести
на террасу холодного квасу и устроился в кресле покурить трубку. Вскоре и
Зинаида Львовна захватила вышивание и
присоединилась к мужу.
Некоторое время они молчали, переживая в душе радостные минуты встречи с
сыном.
Первой не выдержала Зинаида Львовна:
- Митенька-то совсем взрослым встал. Пора, наверно, и о женитьбе
подумать.
- Ох, матушка, - покачал головой князь, - посмотри на него, он еще в игры
не наигрался. Все бы скакать ему да
бегать! Успеет еще жениться, пусть повеселится, отдохнет от службы, а потом
видно будет!
- Как бы не избаловался, батюшка! Сейчас барышни пошли себе на уме, так и
норовят кого побогаче да познатнее в
мужья заполучить, потому не считаются ни с чем, хитрят, обманывают...
- Не бойся, та снеге, Митя весь в меня! Я ведь тоже любил в молодости и
покутить, и повеселиться, но к
родительским советам прислушивался и женился, когда срок пришел на красивейшей и
умнейшей из всех женщин. -
Владимир Илларионович склонился к жене и ласково поцеловал ее в щеку.
Зинаида Львовна зарделась от смущения и с нежностью посмотрела на мужа:
- Мне очень хочется, чтобы Митя был так же счастлив, как и мы с тобой,
mon chеr!
Князь внезапно оживился, отложил в сторону трубку и озорно улыбнулся:
- Но в одном он, несомненно, изменился, ты не находишь, дорогая?
- Ты имеешь в виду его отношение к Машеньке?
- Вот еще одно подтверждение тому, что я женился на необыкновенной
женщине. - Князь хитро прищурился. -
Признавайся, ты и остальные мои мысли так же легко читаешь?
- А ты еще сомневаешься? - рассмеялась в ответ жена. - За тридцать лет
жизни с тобой я научилась не просто
читать твои мысли, а даже предугадывать их. Ты ведь подумал о том, как хорошо
Митя встретился с Машенькой, и
несказанно рад, что он назвал ее сестрой? Но у тебя ведь все на лице написано,
так что особых трудов не составляет
догадаться, о чем ты в сей момент думаешь.
Князь пожал плечами и усмехнулся:
- Нашла чем удивить, и я про тебя то же самое могу сказать. Ты прямо
расцвела вся, когда увидела, что он к ней как
к родной бросился!
- Право слово, обрадовалась, - перекрестилась Зинаида Львовна. - Слава
богу, что все так хорошо получилось, а то я
грешным делом побаивалась, вдруг у них опять ссоры да обиды начнутся. И барон,
друг Мити, мне понравился. Такой
приятный молодой человек, только худой больно, но я уж постараюсь откормить его.
- Постарайся, матушка, постарайся! Юноша он неплохой, по всему видно! И
состоянием приличным обладает! Ты
заметила, как он на Машеньку поглядывал? Смотри, как бы нам не пришлось ее уже в
этом году замуж отдавать.
- Побойся бога, Владимир Илларионович, - замахала руками княгиня, -
полдня не прошло, как он наш порог
переступил, а ты уже планы строишь, смотри, сглазишь. Может, он пьяница или
болеет чем? Вид-то у него не ахти! Или
тебе не терпится от Машеньки быстрее избавиться, так скажи, не таи.
- Бог с тобой, дорогая! - нахмурился князь. - Машу я люблю не меньше, чем
Митю, и ничего, кроме счастья, им не
желаю. Но согласись, лучше отдать ее за человека нам известного, чем за
богатого, о котором мы ничего не знаем. Со
старшим бароном мы с юности знакомы. Федор Иоганнович - человек честный и
порядочный. Немного суховат и
педантичен не в меру, но он из тех моих знакомых, на кого я могу положиться при
случае без колебания...
Молодые люди успели тем временем отъехать от имения верст на пять, а то и
более. Митя не находил себе места от
восторга и бурно радовался, стоило им оказаться в том или ином заветном
местечке. О многих он подзабыл за долгие годы
отсутствия, а они вдруг появлялись, словно из небытия, напоминая о безмятежной
поре детства, мальчишеских шалостях и
забавах...
Тихие, укрывшиеся в тени ракит речные заводи, прозрачные, кишащие рыбьей
мелочью озера, заливные луга, на
которых наели в ночном коней, дубравы, где каждый листок - словно нанизанный на
веточку золотой слиток, так сильно
пропитан он солнечным светом и теплом...
Наконец они спешились у Богатырского холма. Митя и Алексей бросили
тужурки на землю и прилегли на них,
подставив лица прохладному ветерку, тихо шелестевшему травами и вершинами ракит
на берегу Сороки. В небе заливались
на все лады жаворонки, в траве - кузнечики, одуряюще пахло мятой, чабрецом.
Розовый иван-чай и желтые метелки
донника укрыли основание холма, а дальше до самого берега простерлась поляна,
сплошь белая от расцветшего нивяника.
Крупные ромашки так и просились в букет, точно малые телята толкались головками
в колени, в ладони, и Маша незаметно
для себя отходила все дальше и дальше от задремавших молодых людей, которых она
по-прежнему стеснялась.
За время прогулки она едва перемолвилась с ними парой слов, смущаясь и
краснея, если Митя или барон
обращались к ней с вопросами. Да и друзья, похоже, не слишком страдали от ее
молчания. Митя говорил и смеялся почти
безостановочно. Алексей вел себя более спокойно. Правда, Маша несколько раз
поймала на себе его быстрый взгляд, и ей
показалось, что гость не прочь поговорить с ней, если бы не Митя со своими
восторгами и болтовней...
Маша вернулась через час с большим букетом нивяника.
Молодые люди уже проснулись и тихо переговаривались между собой. Маша,
чтобы не мешать им, пристроилась
на камне в тени кустов уже отцветающей таволги и принялась разбирать цветы.
Наиболее крупные она отложила для букета,
а из мелких сплела три венка. Один тут же надела на голову, а два других взяла в
руки и поднялась с камня, намереваясь
подойти к Мите и барону. Венки получились отменные, и она улыбнулась,
представляя, как забавно они будут смотреться
на головах у молодых людей.
Митя и Алексей уже не лежали. Теперь они сидели на траве и, как
показалось Маше, о чем-то спорили. Она сделала
несколько шагов и вдруг замерла, услышав свое имя.
- ...Маша - чудесная девушка, - быстро и раздраженно говорил Митя, - но о
ней и речи не может быть. Скажи на
милость, как я должен относиться к ней, если она выросла на моих глазах? Я ее
очень люблю, она мне дорога как сестра, не
более.
- Но мне показалось, - тихо сказал барон, - что тебе нужна именно такая
девушка, милая, скромная, спокойная.
Признайся, Машенька необычайно красива. Истинно русская красавица!
- Вот и продолжай к ней присматриваться, даст бог, еще и породнимся! -
Митя со всего размаха хлопнул приятеля
по плечу и рассмеялся. - Я и так уже влюблен в самую красивую девушку на земле и
надеюсь скоро сделать ей предложение.
Надо только узнать у Марии, приехала ли Алина к Гурвичам..
Она клятвенно заверила меня, что родители намерены отправить ее на все
лето к сестре в имение.
- Подальше от ухаживаний великого князя, как я полагаю? - Маша поняла по
голосу, что барон усмехается.
- А это не твое дело! - взорвался вдруг Митя, вскочил на ноги и тут
заметил Машу, застывшую в десятке шагов от
них.
Он весело всплеснул руками. - Смотри, Алешка, что за чудо!
Истинная дриада "Лесная нимфа." к нам в гости пожаловала!
Он подбежал к девушке, подхватил на руки и, не успела Маша опомниться,
вновь поставил ее на ноги уже рядом с
бароном. Отступив на шаг, Митя окинул их придирчивым взглядом и вдруг взял из
рук у Маши венок и водрузил его на
голову приятеля. Барон посмотрел на девушку и сконфуженно улыбнулся, а Маша не
удержалась и прыснула. Алексей
своим видом напомнил ей большой растрепанный подсолнух, одиноко торчащий среди
опустевшего поля. Он попытался
снять венок с головы, но Митя не позволил, а неожиданно вложил руку Машину в
руку барона и дурашливо затянул:
- Венчаются раб божий Алексей и раба божия Мария!..
- Дмитрии, прекрати! - успел крикнуть Алексей, а Маша выдернула свою руку
из его ладони и, не разбирая дороги,
бросилась к прибрежным кустам. Пет, ничего не изменилось! По-прежнему Митя ведет
себя по-свински, не понимая, в
какое неловкое положение ставит ее перед совершенно незнакомым человеком. И
зачем она согласилась на эту поездку?
Ивовые ветки больно хлестали по лицу. Митя догнал ее около реки, схватил
за руку и привлек к себе:
- Ну что ты, дурочка, обижаешься! Алешка на мои шутки давно уже внимания
не обращает. Я ведь не со зла! Вы и
вправду рядышком прекрасно смотритесь, но это не значит, что я сто минуту готов
вас сосватать. Барону месяц у нас жить,
что же, ты так и будешь от него шарахаться?
Он ласково погладил ее по спине и, склонившись ниже, дунул на легкий
завиток, выглядывающий из-под венка:
- Я тебя никому в обиду не дам, а Алешка мой лучший друг, и я его знаю,
как самого себя! Уверяю тебя, он все
воспринял как шутку.
- Митя, дай слово, что никогда больше не станешь выставлять меня на
посмешище, - всхлипнула Маша и подняла
на него заплаканные глаза. - Я не хочу, чтобы обо мне думали, будто я только и
мечтаю поскорее выскочить замуж!
- А разве это не так? - хитро прищурился Митя. - Или у тебя уже есть кто
на примете, только ты скрываешь от
брата? Сознавайся! - Он слегка тряхнул ее за плечи и, взяв пальцами за
подбородок, попытался заглянуть девушке в глаза.
Но Маша сердито дернула головой, стараясь освободиться из его рук.
- Ах, так! - Митя левой рукой перехватил ее за запястья, а правой с еще
большей силой прижал к себе.
- Отпусти сейчас же! - взмолилась Маша.
- Отпущу, - Митя слегка ослабил хватку на запястьях, но продолжал
обнимать ее, - отпущу, если признаешься, в
кого влюблена. Наверняка это кто-нибудь из соседей...
- Ни в кого я не влюблена! - Маша рассердилась не на шутку. Вдобавок езде
венок почти развалился и надвинулся
на глаза. Она попробовала сбросить его с головы, но венок сполз еще ниже, и она
уже почти не видела Митю, смотревшего
на нее со странной улыбкой - немножко удивленной, немножко...
Он и сам не смог бы объяснить, что за странное чувство испытывает при
виде этой девчонки с раскрасневшимися
щеками, растрепавшимися русыми волосами и маленьким хорошеньким носиком,
выглядывающим из-под
разлохмаченного венка. Пытаясь что-то сказать, она слегка приоткрыла рот и
провела языком по верхней губе. И вдруг,
совершенно не понимая, что с ним происходит, Митя прильнул к этим нежным, совсем
еще детским губам в далеко не
братском поцелуе.
Маша вздрогнула, попыталась оттолкнуть его, но в следующее мгновение
почувствовала, что его рука отпустила ее
запястья и прижалась к затылку, поцелуй стал еще настойчивее. Митя на миг
отстранился, что-то прошептал и вновь
припал к ее губам, осторожно обвел их контуры копчиком языка, и они
приоткрылись, пропуская его дальше... Девушка
ощутила, что его язык раздвигает ей зубы, проникает внутрь, и задохнулась от
испуга. Мало того, что она никогда не
целовалась с мужчиной, она даже не предполагала, что ее первый поцелуй будет
настолько бесстыдным и полным
откровенной страсти. А что он именно такой, она поняла по тому, как простонал
вдруг Митя и его пальцы буквально
впились в ее спину и затылок.
"О господи! Что я делаю!" - успела подумать Маша и изо всех сил
оттолкнула Митю от себя.
Застигнутый врасплох, Гагаринов-младший отпрянул от нее и с недоумением
посмотрел на девушку:
- Маша, что случилось?
- Как ты смеешь! - Маша стянула с головы венок и со всего размаха
съездила им по княжеской физиономии. - Ты
что себе позволяешь? Думаешь, что за меня некому заступиться, и смеешь
обращаться со мной, как с дворовой девкой?
Ошибаешься, братец! Я сама в состоянии постоять за себя, и учтя, добром это для
тебя не кончится!
Митя покраснел и попытался взять ее за руку, но она отступила на шаг и
убрала руки за спину. Тогда он тоже
отступил от нее, вытащил из-за пояса плетку и принялся вертеть ее в руках,
старательно пряча глаза.
Какое-то мгновение они молчали, постепенно сознавая, что же такое они
натворили...
Митя, то краснея, то бледнея, заговорил первым. Но по-прежнему не глядя
ей в глаза.
- Прости, не знаю, что на меня нашло! Очевидно, я так и не смогу
относиться к тебе как к младшей сестре. Ты
взрослая и очень красивая девушка и способна возбуждать у мужчины определенные
желания.
Он вздохнул и оглянулся. В просвете между деревьев видны были лошади и
дожидавшийся их барон. Он с
нетерпением вглядывался в кусты, укрывающие Машу и Митю.
Митя опять виновато посмотрел на Машу и попросил:
- Если сможешь, забудь про этот поцелуй. Он ровно ничего не значит. И я
даю тебе слово, что никогда более не
позволю себе подобных вольностей. Тем более... - он замялся на мгновение и тихо
добавил:
- Я люблю другую женщину и намерен к зиме жениться на ней.
- Кто она? - шепотом спросила Маша, неизвестно почему почувствовав вдруг,
что ее сердце словно окунули в
ледяную прорубь и оно вот-вот превратится в сосульку.
- Ее зовут Алина Недзельская. Она свояченица моего старого товарища
Леонида Гурвича. По моим подсчетам, она
должна уже приехать, и я намерен завтра с утра нанести визит Гурвичам. Надеюсь,
ты не откажешься поехать с нами в
гости?
- С кем - с вами? - произнесла Маша тихо, стараясь не расплакаться.
- Как с кем? - удивился Митя. - Со мной и с Алексеем.
Советую тебе быть с ним внимательнее. Он едва-едва оправился от
тяжелейшего ранения. Меня в том бою слегка
осколком задело, вот смотри, какую отметину от турецкой картечи заработал.
Он склонился к Маше, и она, неожиданно для себя, коснулась пальцами
небольшого красноватого рубца чуть ниже
уха и ласково погладила его.
Митя опять покраснел и прижал ее пальцы к своей щеке:
- Мария, не шути так со мной! Иначе я опять что-нибудь не то сделаю!
- Митя, Маша! Где вы там? - раздался поблизости голос барона. Митя с
недовольным видом оглянулся и отнял
свою ладонь от Машиной руки.
Девушка пригладила волосы и, вздохнув, направилась следом за Митей
навстречу барону, пробиравшемуся к ним
через заросли молодого ивняка. Митя придержал шаг, взял Машу за руку и повел,
как маленькую, к поляне, заботливо
отводя ветки от ее лица.
Барон встретил их на полпути и взял Машу за другую руку.
В отличие от Митиной, его ладонь, несмотря на жару, была холодной, и Маша
вновь почувствовала странный
озноб.
И ужас. Она поняла, что более всего на свете хочет сто же минуту
вернуться на берег реки и чтобы Митя опять
поцеловал ее. Маша судорожно вздохнула. Барон посмотрел на нее задумчиво, с едва
заметной печалью, словно разглядел в
ее глазах что-то, до сих пор ей самой неведомое и оттого непонятное.
3.
- Вам скучно, Машенька? - Барон Алексей Кальвиц слегка наклонился к
девушке и коснулся ее локтя кончиками
пальцев. - Позвольте пригласить вас прогуляться к реке, если не возражаете?
- Не возражаю, - тихо сказала девушка и подала ему руку.
Они спустились с крыльца террасы, на которой шла веселая игра в шарады.
Митя весь светился от счастья и не
замечал вокруг никого, кроме милой его сердцу Алины. Весь день он не отходил от
нее ни на шаг, не обращая внимания на
многозначительные взгляды родителей и шуточки своего давнего приятеля Леонида
Гурвича. Бодрый толстячок был без
ума от своей красавицы жены Елизаветы Михайловны, особы сдержанной и молчаливой
и, очевидно, не совсем одобрявшей
слишком шумное проявление чувств и неумеренный восторг, которые Митя
демонстрировал все эти дни по отношению к ее
сестре...
На следующий после приезда день Митя в сопровождении барона отправился с
визитом к соседям. И теперь дня не
проходило, чтобы он не появлялся в их имении или все многочисленное семейство
Гурвичей в сопровождении доброго
десятка гостей не прибывало с ответным визитом в Полетаеве.
Маша в тот раз поехать к Гурвичам наотрез отказалась, сославшись на
головную боль. После злополучной
прогулки она стала испытывать еще большую неловкость в присутствии Мити и
барона. Стараясь лишний раз не
попадаться им на глаза, она попросила приготовить ее комнату в дальнем от дома
флигеле, прятавшемся в тени огромных
старых лип, объяснив свое желание тем, что в доме слишком жарко и шумно, С
приездом Мити к семье воцарились
суматоха и какое-то особое напряжение, отчего все в доме испытывали немыслимое
беспокойство. Прознав о появлении
молодого князя, в имение зачастили гости - соседи-помещики с чадами и
домочадцами. Все спешили высказать свое
расположение и разделить радость старших Гагариновых по поводу приезда сына.
Все эти визиты неизменно сопровождались застольем, танцами, заканчивались
далеко за полночь, по не успевали
хозяева свободно вздохнуть после отъезда гостей, у ворот появлялся новый экипаж,
а то и два - и все начиналось сызнова...
Зинаида Львовна старалась не показывать, насколько она устала, но Маша
видела, что под прекрасными карими
глазами княгини залегли тени, а у губ выступили тонкие морщинки. С гостями она
была неизменно весела и приветлива,
легко танцевала польку и мазурку, кружилась в вальсе с Владимиром Илларионовичем
или с кем-то из гостей, но однажды
Маша застала ее плачущей в своем будуаре.
- Что с вами? - Маша присела рядом с ней на подлокотник кресла и обняла
за плечи. - Кто вас обидел?
- Никто меня не обидел. - Зинаида Львовна всхлипнула и смущенно
улыбнулась девушке. - Я сама себя обидела.
Думала, Митя приедет и, как в детстве бывало, ни на шаг от меня не отойдет, а
оно все не так повернулось. С Владимиром
Илларионовичем еще найдет время словом переброситься, а со мной и не поговорил
как следует ни разу. Две педели уже
прошло, а он все больше у Гурвичей пропадает. Дома если и появится, то опять же
только гостями и занят.
А эти бесконечные танцы, шум, смех, суматоха!.. Как я устала от всего
этого, Машенька. Потом эта девица, Алина!
Она ж ему весь свет затмила! Только и слышишь: "Алина, Алина!.."
Честно сказать, я не нахожу в ней ничего особенного и не понимаю, из-за
чего вдруг Митя потерял голову.
- Она очень красива, Зинаида Львовна, - тихо сказала Маша и погладила ее
по руке. - А Митя уже в первый день
заявил, что намерен вскоре жениться на ней.
- Вот видишь, а разве он с родителями посоветовался, попросил их
благословения?
- Она вам не нравится? - спросила Маша и отвернулась, чтобы княгиня не
заметила, как она покраснела при этом.
- Как тебе сказать, - пожала плечами Гагаринова, - конечно, Алина -
весьма смазливая девица, тут
...Закладка в соц.сетях
