Жанр: Электронное издание
Barry-01
... в тот день. Ты должна была
сказать мне, что я первый мужчина в твоей
жизни.
Фредерика покраснела. Внезапно она почувствовала себя униженной и ничего
не могла с этим поделать. Крупная слеза
скатилась по ее щеке. Черт возьми! Она собиралась соблазнить его, помучить, а не
распускаться и рыдать как дурочка!
Лоркан Грин, побледнев, вскочил со стула.
- Не надо, Фредерика! - крикнул он.
Быстро обойдя вокруг стола, Лоркан попытался поднять Фредерику на ноги, а
она сопротивлялась и прятала от него
свое залитое слезами лицо.
Грин взял ее за подбородок.
- Не плачь, солнышко мое, - нежно сказал он. - Пожалуйста, не надо. Прости
меня. Я поступил так бестактно.
Он прижал ее к себе, чувствуя ее щеку на своей груди. Ее горячие соленые
слезы проникали сквозь рубашку, и он
ощущал их на своей коже. Лоркан закрыл глаза. Это было так мучительно, гораздо
хуже, чем он вообще мог себе
представить.
- Я люблю тебя!
Фредерика быстро открыла глаза. Эти слова подействовали на нее как наркоз,
все переживания куда-то исчезли.
- Что? - всхлипнув, переспросила она.
На мгновение почти невыносимое чувство огромной радости и счастья
вспыхнуло в душе как яркое пламя. Но оно
исчезло так же быстро, как и появилось. Это было слишком хорошо, чтобы быть
правдой.
Лоркан прерывисто вздохнул. Неужели он произнес эти слова? Но она лежала в
его объятиях, глядя на него
удивленными бездонными глазами, и Лоркан понял, да, он действительно понял, что
любит ее. Это было правдой.
- Я сказал, - хмуро повторил он, - что люблю тебя.
Фредерика почувствовала, как пол уплывает у нее из-под ног, но, несмотря
на это, она сейчас спрашивала себя, какую
игру он с ней затеял, предупреждала себя, что это всего лишь очередной трюк.
А Лоркан уже поднял ее на руки и понес к постели.
- Тебя это правда так удивило? - ласково спросил он, опускаясь на колени
перед кроватью, куда он осторожно
положил Фредерику.
Девушка накрутила на палец локон каштановых волос, прилипших к влажной
щеке. На мгновение их взгляды
встретились.
"Я тебе не верю, - мрачно подумала Фредерика. - Но очень хочу верить. О,
как же мне хочется верить тебе!"
Лоркан грустно покачал головой.
- Фредерика, ты не представляешь, в какое ужасное положение я попал, -
произнес он и мрачно улыбнулся.
Если бы месяц назад кто-нибудь сказал, что он совершенно потеряет голову
от девушки гораздо моложе его, к тому же
подделывающей картины, да еще и невинной, он смеялся бы до слез, считая это
полной чепухой.
Лоркан глубоко вздохнул, собираясь с силами. Теперь или никогда.
- Фредерика, - мягко сказал он. - Что там на этом холсте, закрытом тканью?
"Скажи мне правду, - мысленно умолял он ее. - Дорогая, доверься мне, и я
скажу Ричарду, что ошибся. Доверься
мне, и я позабочусь о том, чтобы тебе никогда в жизни не пришлось больше
подделывать картины. Поверь мне, и я прощу
тебе все".
Фредерика с трудом перевела дыхание. "Сначала он говорит, что любит меня,
- мрачно думала она. - Потом он
хочет увидеть картину. Какие же доказательства тебе еще нужны, Фредерика? Он
сделал и сказал все, что ты хотела. Он
победил тебя еще до начала сражения".
У нее есть одна последняя карта, которую можно разыграть в этой последней
опасной игре.
- Почему бы тебе не подойти и не посмотреть самому на картину? - спросила
Фредерика. И, когда Лоркан уже
собрался подняться с колен, мягко добавила:
- Или мы можем заняться любовью.
Зеленые глаза Лоркана потемнели. На лице его мелькнуло выражение острой,
невыносимой боли, когда он понял ее
слова.
- Но я ведь не могу сделать то и другое одновременно, правда, Фредерика? -
хрипло прошептал он.
Фредерика покачала головой.
- Нет, - грустно сказала она. - Не можешь.
Лицо Рива покраснело и исказилось от гнева и злобы.
- Почему ты не хочешь признать, Хендрикс, - прошипел он, - что я лучше,
чем ты, понимаю эту книгу?
Делегаты конференции, собравшиеся на обед в большом зале, сначала
продолжали беседовать, с удовольствием
поедая холодного цыпленка с салатом, потом постепенно замолчали. Все стали с
любопытством прислушиваться к спору
между Ривом и Джоном, которые разыгрывали свою сцену.
- Я лучше тебя разбираюсь в редактировании, редактирую профессионально,
качественно, - с ненавистью отвечал
Джон. - Тебе никогда этому не научиться. Это может показаться странным, Рив, но
в нашем деле приятная внешность не
поможет тебе добиться успехов. В нашем деле нужно иметь голову на плечах.
Рив приподнялся и с силой оттолкнул кресло. Оно проехало по плиткам пола
со скрежетом, от которого ныли зубы.
Рив угрожающе склонился над столом.
- Я догадываюсь, на что ты намекаешь, ты...
- Молодые люди, прекратите, - вмешался Рей, бросая на взволнованных
зрителей смущенный взгляд. -
Пожалуйста, не устраивайте сцен, - попросил он Рива и Джона с глубоко спрятанной
иронией в голосе. - Сейчас не время
спорить об этом.
Рив метнул на Рея уничтожающий взгляд:
- Хотите убедить меня в том, что эта дрянь не пыталась сделать все, чтобы
меня вышвырнули с работы?
- Моя помощь тебе совсем не нужна, - отрезал Джон. - Твоя некомпетентность
проявилась бы в конце концов.
- Ах, вот как? - зло усмехнулся Рив. - А кто подписал контракт с автором
мистерии с убийством?
Атмосфера накалялась. Казалось, даже воздух пропитался враждебностью.
Актеры играли так хорошо, что делегаты,
уже понимая, что они только играют свои роли, были захвачены происходящим.
Джон вскочил на ноги.
- Это была просто счастливая случайность! - взволнованно выкрикнул он. -
Ты просто случайно наткнулся на
него!
- Наткнулся, ха! Как бы не так! - Рив уже просто разбушевался. -
Признайся, что я подцепил автора, который
может принести мне большие деньги, а тебе - нет.
- Это мы еще посмотрим! - оборвал его Джон. Актеры с ненавистью уставились
друг на друга. Рив изобразил на
лице крайнее удивление.
- Неужели ты попытаешься задержать выход книги в свет, Джон? - воскликнул
он. - Так вот почему ты
настаиваешь на этих бесконечных, никому не нужных изменениях? Надеешься, что все
провалится?
- Не будь таким идиотом, - буркнул Джон, он покраснел, потому что Рив
разгадал его гнусный замысел. - Я тебя
когда-нибудь убью, ты, мерзкая гадина.
- Дорогие мои, не нужно ссориться, - протяжно произнесла Джерри, точно по
сценарию. - Остыньте и ешьте
помидоры, как хорошие мальчики.
Джулия, опять же по ходу своей роли, рассмеялась. Эннис обернулась к
соседу.
- Мне очень нравятся современные истории, где все вертится вокруг
убийства. А вам? - громко спросила Эннис,
пытаясь завязать общий разговор. Так поступила бы любая хорошо воспитанная дама,
чтобы разрядить обстановку после
неприятной сцены.
Рив и Джон с явной неохотой заняли свои места. Выступление закончилось,
люди вернулись к своему обеду. И втайне
ожидали, что до конца дня Рива или Джона укокошат.
Фредерика, задыхаясь, вцепилась в пшеничные волосы Лоркана, а он страстно
целовал ее отвердевший сосок.
Фредерика откинула голову на подушку, испытывая сильное до боли удовольствие от
того, как Лоркан покусывал ее нежную
грудь.
Его руки нащупали резинку шорт и нетерпеливо сдвинули их к коленям. Ее
ягодицы легли в его согнутые ладони, как
в чаши. Сейчас Лоркан утратил весь свой светский лоск. Он сдался, его
захлестнула волна горячего страстного желания.
Теперь ему казалось, что это было неизбежно с самого начала. Любовь приютила его
полностью.
Лоркан застонал. Фредерика царапала его спину, оставляя следы от ногтей на
гладкой коже. В его ушах звучали ее
невнятные нежные возгласы. Лоркан потянулся к брючному ремню, повозился с ним,
снимая брюки. Длинные стройные ноги
девушки обхватили его, прижали требовательно, настойчиво. Фредерика действовала
так же бессознательно, как и он.
Лоркан, задыхаясь, в последний раз безнадежно попытался оторваться от
Фредерики, но, когда она открыла свои
темные бездонные глаза и приоткрыла рот, ожидая его поцелуя, он сдался
окончательно и бесповоротно. Лоркан закрыл
глаза и вошел в нее, застонав, когда она крепко сжала его член. Фредерика с
нежностью наблюдала за ним. Слезы снова
подступили к ее глазам. Она поняла: кем бы Лоркан ни был - он принадлежит ей. По
крайней мере сейчас, в этот момент
невыразимого наслаждения.
Фредерика прильнула к Лоркану, крепко прижимая его к себе и вскрикивая,
когда он опять и опять глубоко проникал в
нее. Его движения теперь не доставляли ей боли, а с каждым толчком только
поднимали все выше и выше, все ближе к той
вершине, где ты превращаешься в расплавленную лаву. Ее пятки впились в его
спину, отвердевшие груди прижимались к его
груди. Фредерика почувствовала, как его тело поднялось и опустилось, он
выкрикнул ее имя и без сил тяжело опустился на
нее.
Фредерика медленно возвращалась на землю. В ушах как эхо звучало ее
собственное имя, которое повторял Лоркан.
Девушка открыла глаза. Первое, что она увидела, была трещина на потолке. Это
вернуло ее к действительности. Она
вынудила Лоркана сделать выбор между ней и картиной. Он предпочел ее. На этот
раз. А что будет потом? Фредерика встала
с кровати и надела длинное простое платье, закрывающее ее тело от шеи до ног.
Тело, которое Лоркан целовал с такой
любовью. Девушка задрожала, как будто в платье ей стало холодно. Она посмотрела
на обнаженного Лоркана, лежавшего в
ее постели. На нем не было элегантной одежды. Волосы взлохмачены, на коже
поблескивают капельки пота. Одной рукой он
прикрывал глаза, как будто был не в силах смотреть на мир.
Ей захотелось убить его. И любить его вечно.
- Сейчас вернусь, - тихо шепнула она и в ответ на его вопросительный
взгляд добавила: - Я в ванную.
Фредерика вышла за дверь, спустилась на несколько ступенек и остановилась.
Сердце билось так сильно, что,
казалось, сейчас выскочит из груди, когда она повернулась и на цыпочках
подкралась к двери, которую предусмотрительно
оставила приоткрытой. Девушка уже знала, что ее ожидает: как только она выйдет
за дверь, Лоркан встанет с постели,
подойдет к картине и снимет с нее простыню. Фредерика глубоко вздохнула,
готовясь собственными глазами убедиться в
предательстве любимого человека. В его лжи, сладостной, прекрасной, сказочной
лжи. Она заглянула в приоткрытую дверь и
увидела, что картина стоит на своем месте и по-прежнему закрыта тканью. А Лоркан
лежит, великолепный в своей наготе, на
ее постели, прикрыв глаза рукой. Неужели он действительно любит ее?
Конечно, она не догадывалась, что Лоркану и не нужно было смотреть на
картину сейчас. Он ее уже видел. Лоркан
лежал, закрыв глаза, удовлетворенный, переполненный волнующими воспоминаниями о
том, как они занимались любовью, и
раздумывал, как же ему поступить дальше. И сколько бы он ни думал, ответ на этот
вопрос был один.
Глава 17
Фредерика стояла в коридоре и наблюдала за Лорканом через приоткрытую
дверь своей комнаты. Лоркан медленно
поднялся с постели. Лучи солнца освещали его стройное обнаженное тело. Фредерика
облизнула внезапно пересохшие губы.
Каждое движение Лоркана было для нее прекрасно, ее сердце переполнила нежность.
Лоркан стал собирать разбросанные по
полу вещи и одеваться. Страстный любовник превращался в спокойного,
выдержанного, умудренного жизненным опытом
владельца галереи. В этом человеке каким-то чудесным образом соединялись в
единое целое два разных существа. Но
Фредерике сейчас было важно знать только одно: этот человек ее друг или враг?
Лоркан пригладил ладонями волосы. От этого теперь такого знакомого жеста
сердце у нее дрогнуло. Лоркан подошел
к окну, а не к картине. Фредерика заволновалась. Чего он ждет? Почему не
заглатывает соблазнительную наживку?
Фредерике казалось, что она стоит под дверью и подглядывает за Лорканом уже
целую вечность, ну, не вечность, а очень
долго. Когда же он подойдет к картине? Однако Лоркан продолжал стоять у окна,
любуясь знаменитыми серебристыми
березами и небом над Оксфордом. Он выглядел усталым.
Фредерика чувствовала глухие, тяжелые удары своего сердца. Что это должно
значить? Почему он не смотрит на
картину? Стоять под дверью дальше не имело смысла, поэтому Фредерика толкнула
дверь, вошла в комнату и остановилась у
порога. Не нужно спешить и раньше времени надеяться.
Лоркан обернулся на звук шагов и посмотрел на Фредерику. Его ореховые
глаза внимательно оглядели ее с головы до
ног, замечая каждую деталь. Великолепные спутавшиеся волосы. Просторное платье,
скрывающее фигуру. Удивленный
взгляд ее милых глаз. Лоркан вздохнул.
- Может быть, поедем ко мне и что-нибудь выпьем? - предложил он. - Я хотел
бы показать тебе кое-что.
Оба старательно избегали разговора о том, что только что произошло между
ними.
- Хорошо, я согласна, - тихо сказала Фредерика, которой не удалось
придумать никакой отговорки.
Они закрыли дверь комнаты, оставив неубранной постель, и вышли на залитую
ярким солнечным светом улицу.
Картина, закрытая простыней, осталась на мольберте. Лоркан помог девушке сесть в
машину и повел свой "Астон-Мартин"
по Вудсток-роуд. Фредерика сидела так близко от Лоркана, что чувствовала тепло
его тела. На ней не было ничего, кроме
легкого платья и сандалий. Фредерика безмерно устала. Устали ее чувства, сердце,
душа и ее тело. Но все-таки она
испытывала удовлетворение.
Фредерика ощущала себя распутницей, сидя вот так, без нижнего белья, в
шикарном автомобиле рядом с красивым
мужчиной. Она чувствовала себя повзрослевшей и более раскрепощенной. Девушка
грустно вздохнула и взглянула в окно на
крупные желтые кисти золотого дождя, свисающие с садовых оград. На душе у нее
было тяжело, собственное будущее
казалось мрачным. Она любит человека, который, похоже, и сейчас строит планы,
как бы отправить ее за решетку. То, что
она не сделала ничего противозаконного, казалось, не имело для этого человека
никакого значения. Лоркан, услышав
тяжелый вздох, оглянулся и посмотрел на Фредерику. На ее лице было написано
страдание.
- Фредерика, - сердито воскликнул он, - что, черт возьми, мы с тобой
делаем?
Девушка засмеялась. Смех ее был слабый и безрадостный. Он отражал ее
теперешнее состояние.
- Не знаю. Думала, может быть, ты знаешь.
Лоркан промолчал, делая поворот и подъезжая к белой вилле на Файв-Майлдрайв.
Он открыл дверь, ведущую в
большую пригожую, и пригласил Фредерику войти. На огромном бледно-зеленом ковре
стояли кремовые кресла и диваны.
Занавеси и подушки на диванах были одинакового холодного цвета мяты.
- Хочешь выпить? Вино? Или чай?
- Лучше чай, - тихо сказала Фредерика. "Только послушайте, как они
разговаривают - два дружелюбно
настроенных, вежливых, цивилизованных, незнакомых человека", - подумала она.
Сейчас Фредерика не была настроена
дружелюбно. Да и Лоркан совсем не был таким уж цивилизованным, когда занимался с
ней любовью. "Но по крайней мере
можно быть вежливыми друг с другом", - подумала Фредерика. Она подавила в себе
желание громко расхохотаться.
Лоркан вернулся с полным подносом, на котором стояли чайник, чашки,
сахарница и молочник, поставил все это на
стол и налил чай в чашки. Он спросил, пьет ли она чай с сахаром или без.
Ощущение нереальности происходящего росло.
Когда Фредерике позвонил отец, у нее появилось такое чувство, будто из реального
мира она шагнула в какой-то другой,
нереальный. Теперь она чувствовала себя как в кошмарном сне, от которого не
может очнуться.
Лоркан протянул Фредерике чашку и заметил, что его рука дрожит. Фредерика
взяла чашку, ее рука тоже дрожала.
Лоркан Грин откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул. Настало время
поговорить открыто. Он не привык, чтобы его
жизнью распоряжались другие. Он должен заставить ее признаться и отказаться от
задуманного, потому что Фредерика
должна быть с ним всегда, чего бы это ему ни стоило.
- Фредерика, - начал он.
И тут неожиданно зазвонил телефон.
Она подскочила на месте. Звонок вернул ее к жизни. Исчезло ощущение
нереальности происходящего. Фредерика
насторожилась, она мыслила четко и ясно.
- Сними трубку, - сказала она и встала с дивана. Чтобы дать Лоркану
спокойно поговорить, девушка подошла к
окну и встала спиной к дивану. Лоркан поднял трубку.
- Лоркан! Это я, Ричард. Рад, что ты дома. Думал, что придется оставлять
сообщение на автоответчике. Хотел только
сообщить, что наш информатор исчез.
- Что? - переспросил Лоркан, едва слушая, что говорит ему Ричард.
Нашел время, когда позвонить! Потом подумал, что Ричард тут ни при чем, и
перестал злиться на друга. Лоркан
бросил быстрый тревожный взгляд на Фредерику. Девушка стояла у окна, глядя в
сад.
- Исчез, испарился, - повторил Ричард. - Нам известно только, что его нет
в городе. Прежде он так никогда не
поступал. Я понять не могу, почему он нам ничего не сказал.
Лоркан вздохнул.
- А может, он вас обманывал? - тихо, почти шепотом спросил он. Он говорил
очень тихо, но Фредерика все-таки
расслышала его слова.
- Что ты хочешь этим сказать? - резко спросил Ричард.
Лоркан взял трубку и направился в кухню, благо телефонный провод был
достаточно длинный. Фредерика выждала
некоторое время, потом тихо и осторожно, чтобы ее не заметил Лоркан, подкралась
к двери на кухню.
- Я хочу сказать, - спокойно ответил Лоркан, - что осведомитель вас,
возможно, просто дезинформировал.
- Зачем ему это нужно было? - удивился детектив. - Тебе удалось что-нибудь
обнаружить?
- Полагаю, - ровным, спокойным голосом продолжал Лоркан, - он лгал вам,
чтобы скрыть какое-то другое
преступление. Ему нужно было привлечь ваше внимание к Оксфорду. - Лоркан
взглянул на полуоткрытую дверь в кухню,
не догадываясь, что за ней притаилась Фредерика и подслушивает их разговор. - А
в это время его дружки быстро
провернут свое дельце совсем в другом месте.
Фредерика закусила губу. Быстро? Привлечь внимание к Оксфорду? Значит, он
разговаривает с полицией! Наверное,
так и есть. Именно здесь и сейчас, после того, как только что занимался с ней
любовью! Фредерика зажала себе рот рукой,
чтобы не вскрикнуть от пронзившей ее боли. Ей нужны были точные и неопровержимые
доказательства его предательства?
Она хотела покончить с мучительной неопределенностью в их отношениях? Ну вот,
теперь она получила это. Сполна.
- Я так не думаю, - осторожно возразил Ричард Брейн. - До сих пор
информатор нас не подводил.
- Люди, подобные ему, со временем начинают служить и нашим и вашим, -
хмуро сказал Лоркан. - Откуда ты
знаешь, может, ему заплатили за то, чтобы он выдавал вам дезинформацию?
Лоркан поморщился, произнося эти слова. Теперь он сам совершал
предательство. Он внезапно перешел на вражескую
сторону, как перебежчик во время битвы. В действительности он принял решение в
тот момент, когда Фредерика предложила
ему сделать выбор между ней и картиной. И теперь у него не было пути назад. Он
не мог отдать ее в руки полиции.
- Лоркан, - спокойно сказал Ричард. - Ты что-то обнаружил?
Лоркан снова взглянул на дверь кухни. Мысленно он видел перед собой
стройную спину Фредерики, стоящей у окна.
Он вспомнил, как она вздыхала, прижимаясь к нему. Ее груди касались его груди.
Он глубоко вздохнул:
- Да, ты прав. Я понял, что был на ложном пути. Та студентка, о которой я
тебе говорил, она тут ни при чем.
Все. Он сделал это. Какое ему теперь дело до собственной гордости, когда
он может потерять Фредерику? Что
хорошего в принципах и убеждениях, если от этого может пострадать женщина,
которую он любит?
Фредерика снова зажала рукой рот, чтобы не закричать, но на этот раз от
радости. Радость ее была такой
ошеломляющей, такой острой, что она едва не упала в обморок.
Лоркан защищает ее! Лжет ради нее. Для такого человека, как Лоркан, это
имело очень большое значение.
- Что ты хочешь сказать? Ты же, кажется, говорил, что...
Лоркан услышал шорох бумаги на другом конце провода. Он представил, как
его друг вытаскивает из кипы бумаг и
кладет перед собой фотокопию картины Форбс-Райта "Старая мельница и лебеди".
- Я ошибался, - без всякого выражения произнес Лоркан. - Ее преподаватель
по живописи, зная, что девушка
любит писать современные строения, поставил перед ней совсем другую задачу. Она
должна взять за основу картину
известного художника, где изображено строение девятнадцатого века, и написать
его таким, каким оно стало сейчас. Я
обнаружил ее наброски в колледже. Поскольку она живет рядом с мельницей в КроссКиз,
то, естественно, выбор пал на
Форбс-Райта.
Звучало все очень гладко. Даже убедительно. Настолько убедительно, что
Фредерике захотелось ему поаплодировать.
Ей хотелось броситься Лоркану на шею и сказать, что она будет любить его всю
жизнь. Но что-то останавливало ее.
Ричарда Брейна не так-то легко было сбить с толку.
- Мне помнится, ты говорил, что она делает точную копию картины?
Лоркан зажмурился. Ему не нравилось то, что он собирался сказать.
- Да. Это и поразило меня сначала. Но сейчас я увидел ее работу и все
понял. Девушка переписала в своей манере
подготовленную копию. Теперь у этой проклятой мельницы есть даже веранда.
На другом конце провода воцарилось такое долгое молчание, что у Лоркана от
напряжения пот выступил на лбу. Он
еще крепче сжал телефонную трубку. Лоркан давно и хорошо знал Ричарда. Если уж
Ричард что-то вбил себе в голову, то
переубедить его никому не удастся. Когда речь шла о деле, которое он
расследовал, Ричард был похож на упрямого терьера.
- Значит, этот старинный холст и манера письма викторианской эпохи?..
- Она перфекционист - всегда стремится к совершенству, - сказал Лоркан. -
Я уже в этом убедился. В школе
Рескина она - лучшая студентка, хотя вслух об этом не говорится. Все думают, что
именно она получит наивысший балл на
выпускном экзамене.
- Понятно, - сказал Ричард, но уверенности в его голосе не было.
- Вот поэтому внезапное исчезновение вашего информатора заставляет меня
думать, что вас просто надули, -
прибавил Лоркан, ловко подбрасывая, как опытный рыбак наживку, новую тему для
разговора. - Говоришь, что раньше он
таких фокусов не выкидывал?
- Нет, - подтвердил Ричард.
- Ты не считаешь, что ему могли заплатить за дезинформацию? И, зная, что
ты скоро все обнаружишь, он скрылся.
Это больше похоже на правду, чем то, что студентка-второкурсница становится
мошенницей.
Лоркан с трудом перевел дух. Сердце у него бешено колотилось. Так же
бешено колотилось сердце у Фредерики.
Может ли она действительно доверять ему? Даже теперь? Подозрение, как
червяк, точило Фредерику изнутри: Лоркан
при ней подошел к телефону, он взял трубку и ушел на кухню, громко сообщив, что
это очень важный звонок. Дверь в кухню
нельзя было плотно закрыть из-за телефонного шнура. А Лоркан достаточно умен,
чтобы догадаться, что она может
подслушивать его разговор. Может быть, он просто разыграл эту сцену для нее,
чтобы она поверила, будто ей не грозит
никакая опасность? Или у нее мания преследования? Или она, наоборот, реально
смотрит на вещи?
И снова Фредерика почувствовала себя как в ночном кошмаре. Кто же Лоркан -
бессердечный обманщик, хитрый
безжалостный охотник? Или он говорил правду, уверяя ее в своей любви?
- Хм, может быть, ты и прав, - осторожно согласился с Лорканом Ричард.
Лоркан облегченно вздохнул и как бы между прочим добавил:
- Хорошо, буду тут держать ушки на макушке. На всякий случай.
- Хорошая мысль, - сухо ответил Ричард. И, когда Лоркан уже собирался
положить трубку, спросил: - Она очень
красива, Лоркан?
Лоркан Грин похолодел. Он молча уставился на стену. Потом спокойно сказал:
- Да, она очень красива!- И повесил трубку.
Фредерика быстро подошла к окну. Лоркан, вернувшись в комнату, обнаружил
ее на прежнем месте. Он поставил
телефон на столик и окликнул девушку. Она обернулась. У Лоркана дыхание
перехватило. Она смотрела на него своими
темными бархатными глазами, и сердце его таяло. Он понял, что так должно быть
всегда. Лоркан подошел к девушке,
протянув к ней руки. Фредерика испугалась.
- Ты обещал мне что-то показать, - напомнила она, поспешно делая шаг
назад.
Сейчас ей нужно было все обдумать, прийти в себя, разобраться в том, что
произошло. Если она позволит Лоркану
обнять себя, то опять проиграет.
- Что? Ах да...
Лоркан сделал вид, будто не обратил внимания на то, как демонстративно
Фредерика уклонилась от его объятий.
Сделал вид, что не придал этому особого значения. Убеждал себя, что еще наступит
время, когда он окончательно завоюет
ее. Кроме того, он только что пожертвовал ради нее своей дружбой с Ричардом
Брейном. Ему не нужно было спрашивать
Ричарда, он и так знал, что инспектор никогда больше не попросит его о помощи. А
еще его будет мучить сознание того, что
эту жертву он принес ради женщины, которая его даже не любит. Но это уже не
имело никакого значения.
Он любил Фредерику. Такова власть любви. Лоркан был счастлив, что не
предал своего чувства. И не важно, как все
обернется. Он не предал Фредерику. И внезапно как яркая вспышка мелькнула мысль,
что ему никогда не придется пожалеть
о том, что он сделал. Фредерика заметила странное выражение его лица и гадала,
что случилось с Лорканом. Сама не
сознавая, что делает, девушка шагнула к нему. Сейчас произошло какое-то чудо.
Она была в этом уверена. Она чувствовала
это. Но тут же вернулась на землю. Все-таки ему нельзя доверять.
- То, что я хотел показать тебе, находится здесь, - спокойно сказал
Лоркан. Он подвел Фредерику к углу комнаты,
где в простой скромной раме стояла картина. - Я случайно увидел ее в лавке
старьевщика в Ботли и купил. Тебе нравится?
Лоркан повернул картину, и Фредерика увидела яркий цветной эстамп. Эта
была карикатура Роя Лихтенштейна.
- Ты, конечно, знаешь, что Лихтенштейн - очень известный американский
художник, работает в жанре поп-арта. Но
почему его работа оказалась именно в Ботли, как ты думаешь?
Фредерика покачала головой. Ей вдруг стала совершенно неинтересна эта
картина. Она отвернулась, даже не спросив,
что это за оттиск - авторский или нет. Лоркан поставил картину на место и как бы
между прочим заметил:
- Конечно, его работы очень легко подделать. Любой талантливый и даже не
очень талантли
...Закладка в соц.сетях
