Жанр: Электронное издание
GENRIH3
... ты сильнее отомстишь Рене, чем
если будешь действовать на собственный страх и риск!
-Я готова во всем повиноваться вашему высочеству,- покорно
ответила Фаринетта.
-В таком случае посмотри повнимательнее на это кольцо,-
сказал принц, показывая Фаринетте перстень своего покойного
отца.- Узнаешь ли ты его, если тебе впоследствии покажут его?
-О, узнаю хотя через сто лет! - уверенно ответила
Фаринетта.
-Ну так вот, если к тебе явится человек, который покажет
вот это кольцо, то ты будешь повиноваться ему так же, как мне
самому; этот человек придет от моего имени! Теперь еще вопрос.
Ты, кажется, говорила, что обитатели Двора Чудес поклялись
помочь твоей мести за Гаскариля? Да? Значит, если понадобится
пара-другая бесшабашных молодцов, у тебя таковая найдется? Да?
Отлично! Ну так теперь ступай домой, голубушка, и терпеливо жди
моего посланного!
Теперь, когда читателю известна эта сцена, происшедшая
между принцем и Фаринеттой, он поймет также, что значило
поручение, данное принцем Генрихом Маликану сейчас же после
ухода зловещей пророчицы Нанси.
-Милый Маликан,- сказал принц,- вот тебе кольцо, ступай
сейчас же на улицу Гран-Хюрлер и спроси в доме суконщика Трепа
девицу Фаринетту. Ты покажешь ей это кольцо и скажешь: "Мой
господин приказал сегодня же ночью похитить известную вам
девушку. Вы не должны причинять ей ни малейшего зла, пока я
буду ежедневно навещать вас. Но в тот день, когда я не приду к
вам, эта девица поступает в ваше полное распоряжение!"
Вечером того же дня Паола вместе с Годольфином поджидала
возвращения отца, который обещался прийти ночевать домой. Вдруг
послышался стук.
-Вот и отец! - радостно крикнула Паола.
Годольфин, ничего не подозревая, открыл дверь, но в тот же
момент удар чьей-то сильной руки сбил его с ног, и в лавочку
ворвалась Фаринетта вместе с тремя рослыми оборванцами.
-Ко мне! На помощь! - отчаянно закричала Паола. Но
Фаринетта схватила ее за горло мускулистыми, сильными пальцами
и грозно сказала: "Только крикни еще, и я задушу тебя!" - а
затем повелительно приказала своим подозрительным спутникам:
-Эй, вы там! Одышка и Волчье Сердце! Свяжите этого молодца
и заткните ему рот! Да поскорее!
Приказание Фаринетты было немедленно исполнено. Тогда она
обратилась к третьему спутнику, парню колоссального роста,
отличавшемуся оглушительным басом:
-А ты, Шмель, взвали себе на плечи девчонку и пойдем'
Шмель взвалил себе на плечи упавшую в обморок Паолу, и все
четверо поспешно вышли из лавочки.
XVI
Мы расстались с Рене в тот момент, когда он отравлял в
присутствии Паолы и Годольфина пару женских перчаток. Покончив
с этой операцией, он сказал:
-А теперь, Паола, перевяжи меня потуже. Мне надо в Лувр к
королеве!
-Берегись, папа,- заботливо сказала Паола,- как бы твоя
рана опять не открылась!
-Что же мне делать, если мне необходимо теперь же видеть
королеву? - ответил парфюмер.
Паоле не оставалось ничего, как повиноваться, и через
десять минут Рене уже выходил из лавочки. Он был бледен, слегка
пошатывался, но его взгляд и поступь говорили о твердой
решимости. Однако он направился не к Лувру, как сказал Паоле,
а, дойдя до площади Шатле, свернул на улицу Святого Дионисия.
На этой улице помещалась богатая лавочка с роскошной вывеской,
золоченые буквы которой гласили: "Венецианский лев. Пьетро
Довери, перчаточник короля".
Пьетро Довери получил от короля звание перчаточника и
парфюмера его величества исключительно потому, что Карл IX
ненавидел Рене Флорентийца. Поэтому Рене считал Довери своим
смертельным врагом; но, несмотря на это, он на сей раз шел
прямо к своему конкуренту.
Когда Флорентинец вошел в магазин, ему навстречу встал
молодой человек, сидевший за конторкой. По низкому,
подобострастному поклону, которым он приветствовал парфюмера
королевы, можно было сразу понять, что приказчик Довери был в
тайных отношениях с конкурентом своего хозяина.
-Довери еще не вернулся, Тибо? - спросил Рене.
-Нет, ваша милость,- ответил приказчик,- ведь я же говорил
вам, что он не вернется ранее завтрашнего вечера!
-Это хорошо. Ты мне нужен!
-Чем я могу служить вашей милости? Должен предупредить,
что на этот раз в моем распоряжении нет никаких хозяйских
секретов или рецептов.
-Я пришел не за этим. Видишь этот ящик? Не правда ли, он
очень хорошо сработан?
-О! Великолепно!
-Ну так вот, возьми его и положи на полку. Это - мой
подарок твоему хозяину!
Тибо изумленно посмотрел на Рене. Ведь парфюмер королевы
был злейшим врагом Довери и пользовался всяким удобным случаем,
чтобы сделать ему гадость, а теперь он ни с того ни с сего
неожиданно делает ему такой ценный подарок.
-Не удивляйся,- улыбаясь, сказал Рене,- сейчас я все
объясню тебе, и ты поймешь, в чем тут дело. Вчера наваррская
королева выразила в присутствии их величеств желание купить у
меня духи и перчатки. Но король, который сильно недолюбливает
меня, скорчил гримасу и стал порочить мой товар, уверяя, что у
Довери все гораздо лучше и дешевле. Конечно, ты сам понимаешь,
что королева Екатерина была очень недовольна этим: ну да и я
тоже недоволен, что меня так опорочили в глазах иностранной
гостьи. Вот я и придумал следующее. Этот ящичек - моей работы;
он действительно очень удался. и королева Жанна непременно
купит его, если увидит. А когда она купит его, то я в
присутствии короля объясню ей, каким образом ящичек очутился в
магазине у Довери. Понял теперь?
-Понял,- ответил молодой человек.- Сколько стоит этот
ящик?
-Пятнадцать экю.
-Хорошо. Я запрошу двадцать. Ну а если королева Жанна не
купит его?
-Тогда ты вернешь мне его перед приездом твоего хозяина!
Подстроив эту адскую махинацию, Рене направился в Лувр.
-Что с тобой? Почему ты так бледен? - спросила его
королева.
-Сегодня ночью, когда я выходил из Лувра, на меня кинулась
какая-то нищая и ударила меня кинжалом. По счастью, рана
оказалась легкой и не могла помешать мне позаботиться об
интересах вашего величества!
-А! - ответила королева, которая поняла смысл последней
фразы, а затем, помолчав немного, прибавила: - И ты даже не
знаешь, кто эта женщина?
-Не знаю, ваше величество, так как никогда не видал ее. Но
по ее взгляду и тону ее голоса я сразу понял, что она
смертельно ненавидит меня. Только влюбленная, мстящая за своего
возлюбленного, может иметь такую страсть и свирепость!
-А знаешь что! - вскрикнула королева, которую осенило
внезапное наитие.- Помнишь, президент Ренодэн рассказывал о
возлюбленной того воришки, которого повесили за тебя? Кажется,
Ренодэн называл ее тогда Фаринеттой! Так не она ли это?
-Весьма возможно, ваше величество. Но в данный момент меня
этот вопрос совершенно не интересует, и я пришел к вашему
величеству вовсе не с просьбой о возмездии. Я хотел только
напомнить, чтобы сегодня отнюдь не забыли исполнить старинный
придворный обычай, в силу которого король показывает
венценосным гостям свою столицу и заходит с ними к своим
поставщикам за подарками!
-Об этом тебе нечего беспокоиться,- ответила королева.-
Подойди сюда к окну. Видишь всадника, который выезжает за
ворота? Это - Пибрак. Король послал его в Босежур, чтобы
спросить у королевы Жанны, в какой час ей заблагорассудится
отправиться с ним на прогулку!
Действительно, как и сказала всезнающая королева
Екатерина, в этот самый момент Пибрак выезжал за ворота Лувра.
направляясь к королеве Жанне. Во дворце он застал
трогательную семейную сцену. Королева Жанна ласково говорила
что- то племяннице Маликана; последний со смущенно-радостным
видом мял в руках свой неизменный колпак, а юный Амори де Ноэ с
сияющим видом держал Миетту за руку.
-А, Пибрак! - сказала королева, увидав капитана
королевской гвардии.- Вы попали как раз на обручение.
Пибрак недоверчиво улыбнулся и чуть-чуть повел плечом.
-Граф де Ноэ женится на маркизе Миетте де Люссан, дочери
покойного маркиза, который, как вам известно, умер в бою,
защищая жизнь моего покойного супруга! - пояснила королева.
-Батюшки! - удивленно буркнул Пибрак, которому не могло и
в голову прийти, что племянница популярного кабатчика окажется
такой знатной дамой.
-Вот мы и решили сейчас, что они поженятся в тот же день,
когда состоится свадьба принца Генриха и принцессы Маргариты,-
продолжала королева.- А теперь рассказывайте, Пибрак, какой
добрый ветер занес вас сегодня ко мне?
-Его величество король Карл IX послал меня к вашему
величеству, чтобы узнать, когда вашему величеству будет угодно
совершить с его величеством прогулку по городу,- официально
доложил капитан гвардии.
-Да когда будет угодно его величеству,- ответила королева
Жанна.- Хоть сейчас, если это удобно королю! Пибрак поклонился
и ушел.
-Мне надо принарядиться,- сказала затем королева.- Ну,
милочка,- обратилась она к Миетте,- так как графиня де Ноэ
будет назначена мною статс-дамой, то ты должна теперь привыкать
к придворным обязанностям. Пойдем со мной, ты поможешь моему
туалету!
-Если я больше не нужен вашему величеству,- сказал
Маликан,- то не разрешите ли вы мне уйти? А то я оставил свое
заведение без присмотра.
-Ступай, милый Маликан! Но теперь-то ты, конечно, продашь
свой кабачок?
-Конечно нет, ваше величество. Мне надо чем-нибудь жить.
-Но твоя племянница достаточно богата, чтобы ты мог не
работать больше!
-А я сам достаточно молод, чтобы не жить в праздности. Я
кабатчик и, наверное, умру кабатчиком, ваше величество! В этот
момент во дворе послышались шум и топот копыт. Генрих подбежал
к окну и, взглянув в него, произнес:
-А вот и король!
Действительно, это был король, подъехавший к Босежуру с
роскошной свитой, во главе которой был неустрашимый Кри-льон.
Около королевских носилок ехала прекрасная амазонка, при виде
которой сердце Генриха радостно забилось. Это была принцесса
Маргарита; никогда еще она не казалась жениху такой
обольстительной, как сегодня!
Король остался в носилках, принцесса соскочила на землю и
поднялась во дворец, чтобы приветствовать королеву и передать
принцу приглашение короля сопровождать их величеств на
прогулке. Королева сейчас же сошла вниз и по приглашению Карла
IX заняла место рядом с ним. Принц уже сидел верхом на лошади,
держась поближе к Маргарите.
Король дал рукой знак, и кортеж направился по улицам
Парижа. На улице Святого Дионисия кортеж остановился, и король
сказал своей спутнице:
-Прелестная кузина! Дайте мне вашу ручку и выйдем на
минуточку из экипажа. Я хочу повести вас к своему поставщику,
искусному парфюмеру и перчаточнику Пьетро Довери, чтобы выбрать
там для вас какой-нибудь пустячок на память о посещении вами
Парижа!
-Я к вашим услугам, любезный кузен! - ответила королева
Жанна, выходя из носилок.
На пороге магазина их встретил Тибо, который был уже
предупрежден посланным из дворца, что король с высокой гостьей
будут вскоре в магазине.
-Ну-ка, молодец,- сказал ему король,- покажи нам все, что
найдется лучшего у твоего хозяина!
Но королева Жанна уже подбежала к прилавку и с
любопытством рассматривала ящичек для перчаток, положенный так,
что его нельзя было не заметить с первого взгляда.
-Какая дивная работа! - с восхищением воскликнула
королева.
-Работа действительно очень хороша,- согласился король.-
Благоволите принять этот ящичек на память от меня!
-Я с благоговением буду хранить этот подарок,- сказала
королева Жанна, кланяясь Карлу IX.
Генрих и Маргарита, как истинные влюбленные, беззаботно
шептались о чем-то в уголке и не обратили внимания на ящичек с
отравленными перчатками, который был уже в руках у наваррской
королевы.
XVII
За час до отъезда короля Карла IX на прогулку Нанси
усердно занималась туалетом своей госпожи, принцессы Маргариты.
Последняя не любила молчать во время этой скучной и
довольно-таки длительной процедуры, и она стала расспрашивать
свою камеристку о впечатлении, произведенном на нее королевой
Наваррской, будущей свекровью принцессы.
-Ну, крошка,- сказала Маргарита,- как тебе показалась
королева Жанна?
-К сожалению, она очень красива!
-К сожалению?
-Ну да, потому что ее красота вызвала ревнивую зависть
королевы Екатерины!
-Ах, что за пустяки!
-Ваше высочество,- серьезно и грустно заметила Нанси,- вот
уже третий день я играю при дворе неблагодарную роль
Кассандры...
-Которой никто не верит? Но как же верить тебе, если ты
уверяешь, будто королева Екатерина, всецело занятая политикой,
находит время для таких глупостей, как женская ревнивая
зависть? В ее-то возрасте!
-Вот именно, ваше величесто! В нашем возрасте, например,
нечему и не к кому завидовать и ревновать, а когда женщина
перестает уже быть таковой, она особенно ревниво относится к
соперничеству в этой области. Да что и говорить! Я поймала
такой злобный, ненавидящий взгляд королевы Екатерины, брошенный
на королеву Жанну, что для меня этот вопрос вне всяких
сомнений.
-Ну, если ненависть тут и есть, то она политического
свойства. Кроме того, королева Екатерина ненавидит гораздо
больше принца Генриха, чем его мать. Ну а как ты знаешь, она
дала клятву, оберегающую принца от всяких покушений.
-Вот именно! И за это она ненавидит принца еще больше.
Поэтому она и воспользуется тем, что принц не оговорил в списке
неприкосновенных лиц имени королевы Жанны. Ведь чем еще больнее
поразить любящего сына, как не злом, нанесенным его матери?
-Да ты с ума сошла! Никогда моя мать не решится на это! К
тому же у королевы Жанны образцовая охрана, и сопровождающие ее
беарнцы не подпустят никого!- воскликнула принцесса.
-Яд всюду проникает, принцесса!
-Молчи! - невольно крикнула Маргарита, вздрогнув от тона,
которым были произнесены последние слова.- Ты только накликаешь
беду! Знаешь, почему Кассандре никто не верил? Потому что она
болтала слишком уж много!
-Но ее предсказания все же сбывались, хотя им и не верили!
-Вот в этом-то существенное различие между тобой и
Кассандрой! Ты предсказываешь совершенно невозможные вещи. Ну
как королева Екатерина решится на покушение против матери того,
кого она сама хотела видеть моим мужем?
-Хотела -да, но хочет ли еще и теперь? Ведь королева, в то
время когда хотела этого брака, рисовала себе принца Генриха
замарашкой-пастухом, который растеряется в непривычной для него
жизни французского двора, а потом станет послушным орудием в ее
руках; теперь же она увидала, что Бурбоны гораздо опаснее
Гизов, которых ее величество так боялась.
-Ты скажешь еще, пожалуй, что моя мать задумала
расстроить мой брак с принцем!
-Ее величество сейчас же сделала бы это, если бы это было
возможным. Но теперь дело зашло слишком далеко, брака с причцем
Наваррским желают король и вы, принцесса. Но... но не думаете
ли вы, ваше высочество, что сам принц захочет совершения брака,
если до этого с его матерью что-нибудь случится здесь?
Принцесса вздрогнула еще сильнее и побледнела.
-Как знать? Может быть, ты и права,- задумчиво сказала
она.- Во всяком случае, хорошо было бы ухитриться удалить Рене
на эти дни...
-Едва ли и это поможет,- грустно ответила Нанси, покачивая
головой.
Маргарита хотела ответить ей что-то резкое, но в этот
момент в дверь постучали, и в комнату после разрешительного
ответа принцессы вошел Крильон. Он передал принцессе
приглашение короля сопровождать его величество на прогулку с
наваррской королевой. Когда он повернулся, чтобы уйти,
Маргарита остановила его:
-Постойте, герцог, вы мне нужны!
-Счастлив, ваше высочество, и готов служить! - ответил
Крильон,
-Скажите, герцог, ведь недаром вас называют самым
неустрашимым человеком во Франции? Я спрашиваю это потому, что
у меня имеется для вас поручение, за которое, ручаюсь, никто не
захочет взяться!
-О, в таком случае я заранее берусь за него! - воскликнул
Крильон.
-Дело идет о Рене Флорентийце. Хотя он и дал клятву не
покушаться на жизнь и спокойствие моего будущего супруга, но я
не очень-то доверяю этой клятве...
-А я еще менее!
-Тем более что принц не упомянул в своем требовании о
неприкосновенности близких ему лиц имени королевы Жанны, ну а
Рене - такой человек, который решится на все. Вот я и хотела
просить вас, не можете ли вы тайно арестовать его и продержать
под замком в течение всего нескольких дней?
-А почему не всю жизнь? У меня в Авиньоне имеются надежный
замок и надежные люди, из рук которых проклятому колдуну не
вырваться до самой смерти!
-Нет, этого мне совершенно не нужно. Я хочу обезопасить
себя и принца до свадьбы, а на другой день, когда мы уедем в
Наварру, вы можете выпустить его.
-Великолепно, можете рассчитывать на меня, принцесса!
Сегодня же вечером Рене будет в надежном месте, и я сделаю все,
чтобы оградить безопасность принца и его близких!
-Конечно, ни король, ни королева ничего не узнают об этом?
-Решительно никто, кроме меня, не будет знать об этом,
ваше высочество!
-Благодарю вас, герцог! - сказала Маргарита, протягивая
Крильону руку.
Тот почтительно поцеловал ее и вышел.
XVIII
Королева Екатерина занималась важными государственными
делами, когда лошадиный топот во дворе Лувра дал ей знать, что
король возвращается с прогулки. Она подбежала к окну и увидела,
что Карл IX вернулся один: королева Жанна и принцесса Маргарига
остались во дворце Босежур. Тогда королева Екатерина поспешила
навстречу сыну и спросила его:
-Ну, как же понравился Париж наваррской королеве, ваше
величество?
-Королева в полном восторге,- ответил Карл IX.
-А церкви вы показали ей?
-Конечно!
-И дворцы?
-Тоже!
-А в модных лавках вы были с нею? - продолжала Екатерина.
-Господи, да я совершенно разорился на нее!
-Неужели? - улыбнулась королева.
-Да как же! Эта прогулка по Парижу стоила мне триста
пистолей.
-Однако! Чего же вы накупили?
-Мало ли чего! Мы зашли к моему суконщику Русселю и
накупили там материй.
-А потом?
-Потом мой ювелир Даникан ограбил меня на приличную сумму.
-Ого!
-Должен вам сказать, что королева Жанна каждый раз
порывалась платить сама и хваталась за свой кошелек, но я,
разумеется, не мог позволить ей это.
-Это было очень любезно с вашей стороны! - поощрительно
заметила королева.
-А она хитра, как настоящая беарнка. Я уверен, что
королева вовсе не собиралась платить из своих средств и всецело
рассчитывала на мою щедрость, но тем не менее приличия она
вполне соблюла! Вот я и разорился!
-Готова держать пари на что угодно, что мой бедный Рене не
участвовал в разорении вашего величества,- сказала Екатерина
улыбаясь.- Наверное, уж вы ничего у него не купили!
-Конечно ничего. Мы даже не были в той стороне, где он
живет,- ответил Карл IX.- И это вполне понятно. Не говоря уже о
том, что я ненавижу этого негодяя, ведь у меня имеется
собственный поставщик, которого мне совершенно не к чему
обижать.
-Я совсем забыла об этом,- ответила королева.- Значит,
парфюмерию вы купили у Пьетро Довери?
-О да, и я ручаюсь, что у вашего Рене не нашлось бы такого
очаровательного ящичка, какой мы только что купили у Довери!
-Вот как? А что было в этом ящичке?
-Надушенные перчатки.
-А!
-И даю вам слово, ваше величество, что редкоможно
встретить такую неподражаемую работу!
-Ну а я готова ручаться, что и у Рене вы нашли бы чтонибудь
в этом роде.
-Сомневаюсь,- сказал король и ушел, поцеловав руку матери.
Королева вернулась к себе и застала там Рене.
-Ах, бедный друг мой,- сказала она,- должно быть, и в
самом деле у тебя нет такого роскошного товара, как у Довери.
По крайней мере, король говорит, что купил там очаровательный
ящичек с надушенными перчатками для королевы Жанны.
-Я знаю этот ящичек,- сказал Рене.
-Неужели?
-И ваше величество тоже знает его,- шепнул Флорентинец.
-Тише! - остановила она его.
-Ваше величество, может быть, соблаговолит заметить,
какого цвета перчатки будут надеты у королевы Жанны сегодня
вечером?
-Будь спокоен. Приходи к десяти часам, и я скажу тебе. К
десяти часам Рене был уже у королевы.
-На королеве были коричневые перчатки,- сказала Екатерина
Медичи.
-Значит, это не те,- заметил Рене.- Она еще не открывала
ящичка.
-Ты думаешь?
-Ну конечно! Ведь первая пара перчаток светло-желтого
цвета.
-Что же, подождем! - пробормотала королева.
Рене вышел из Лувра и направился к мосту Святого Михаила,
не замечая, что за ним по пятам следует какой-то мужчина,
плотно закутавшийся в плащ.
Это был герцог Крильон, решивший немедленно исполнить
обещание, данное принцессе.
Он шел и думал: "Для этого дела мне не нужно никого, кроме
Фангаса, моего конюшего!"
XIX
Рене тоже думал о своих делах.
"Мне не меньше королевы Екатерины хотелось бы, чтобы
наваррская королева поскорее надела светло-желтую пару
перчаток! - рассуждал он сам с собой.- Но мне кажется, что
беспокоиться нечего: наверное, завтра она наденет их на
придворный бал, чтобы показаться королю в его подарке. Поэтому
я могу спокойно идти спать и позаботиться о своей ране, о
которой я совершенно забыл".
Действительно, рана Рене была так легка и так хорошо
перевязана, что все время, пока парфюмер королевы занимался
своим злодейским делом, она не давала ему знать о себе. Теперь
же она напомнила Флорентийцу о вчерашнем происшествии.
Рене обнажил кинжал и подумал: "Если вчерашняя фурия опять
кинется на меня, то она уже не застанет меня врасплох!"
Но Рене опасался нападения совершенно напрасно: вплоть до
дверей лавочки он не встретил ровно никого.
Тем не менее он подошел к лавочке далеко не спокойный: его
взволновало то, что из окон дома не виднелось ни малейшего
света, а ведь он предупредил дочь, что будет ночевать дома.
"Неужели и Паола, и Годольфин преспокойно улеглись спать?"
- подумал он.
Флорентинец постучал в дверь, но никто не поспешил открыть
ему.
-Годольфин! Паола! - крикнул Рене.
В ответ ему раздался слабый, еле слышный стон.
Рене с ужасом схватился за ручку двери: та, к его
изумлению, сразу подалась: дверь магазина была не заперта, и
теперь из глубины стоны неслись еще явственнее.
Флорентинец бросился по направлению к этим стонам, но чуть
не упал, запнувшись за какой-то металлический предмет. Он
поднял его и увидал, что это был подсвечник со свечой, фитиль
которой еще не совсем остыл. Тогда Рене понял, что тут
случилось какое-то несчастье. Он поспешил достать из кармана
огниво, высек огонь и зажег свечку.
В магазине все было поставлено вверх дном, на пороге
комнаты Паолы лежал какой-то человек, скрученный, словно
колбаса.
Это был Годольфин.
Рене поспешил развязать его, освободил ему рот от
засунутого туда кляпа и лихорадочно спросил:
-Где Паола?
-Похитили! - прохрипел Годольфин.
-Ноэ?
-Нет.
-Значит, принц Генрих?
-Нет. Ворвалась женщина с тремя оборванцами. Они связали
меня, схватили Паолу и унесли прочь. Я слышал только, как один
из оборванцев назвал женщину Фаринеттой. Больше я ничего не
знаю.
Рене понял, что предположение королевы было верно:
напавшая на него женщина была вдовой Гаскариля и, видя, что ее
покушение не удалось, решила прибегнуть к иному способу мести.
Дрожь охватила Флорентийца при мысли, что его Паола
находится теперь во власти мстителей.
-Ну хорошо же! - крикнул он.- Я сейчас побегу к королеве,
она даст мне солдат, и я переверну вверх дном весь Двор Чудес,
но найду Паолу!
Рене с ужасом оглянулся и увидал того, кого он и вообще-то
не любил встречать слишком часто и кого в данный момент
совершенно не ожидал встретить в своей лавочке.
-Герцог Крильон! - испуганно вскрикнул он.
-Ну да, это я,- ответил герцог.- Что у вас здесь
случилось? Почему здесь такой беспорядок и чего это вы галдите
здесь?
-У меня похитили дочь Паолу, герцог! - простонал
Флорентинец.
-Кому она понадобилась? - недоверчиво спросил Крильон.
-Судя по всему - той женщине, которая вчера бросилась на
меня с кинжалом. Это вдова Гаскариля.
-А, того самого, которого повесили для того, чтобы
избавить вас от колесования? Так-с... Ну, и вы собирались
поднять ее величество с кровати из-за этого? Сомневаюсь, чтобы
королева даже для вас нарушила свой сон. Впрочем, разве
королева действительно так уж нужна вам? Я пригожусь вам более,
чем она. Ведь я - главнокомандующий войсками королевской охраны
и непосредственно распоряжаюсь швейцарцами и ландскнехтами.
-О, ваша светлость! - взмолился Рене, падая на колени
перед герцогом.- Если бы вы только захотели...
-А почему бы мне и не захотеть? - надменно ответил
Крильон.- Конечно, если бы это ты сам попал в лапы приятелей
Гаскариля, я и не подумал бы выручать тебя; но дочь не виновата
в грехах отца, и долг всякого дворянина спешить на помощь
женщине, попавшей в затруднительное положение. Кроме того, твоя
дочь вообще очень мила: я как-то заходил в твою лавчонку, и она
очень мило улыбалась мне, когда я покупал какое-то снадобье.
Ввиду всего этого почему бы мне и не выручить ее?
-Вы смеетесь надо мной!..- простонал Рене, который не мог
верить в такое великодушие своего врага.
-Иди за мной! - ответил герцог.- Даю тебе слово, что я
сделаю все от меня зависящее, чтобы спасти твою дочь! Ну, а
слово Крильона... ты знаешь!
-О, я знаю, знаю! Только поспешим! Как знать... вдруг эти
негодяи...
-Пойдем! - коротко приказал
...Закладка в соц.сетях
