Жанр: Электронное издание
wood
... вы не сбежите?
- Сейчас же, - с ненавистью ответил бывший раб. - Ускачу, как молодой
козел!..
- Ну, вот вы и снова в форме, - заметил гигант. - Немного вздремнете,
и можно начинать все сызнова, верно?
- С вас станется, - пробормотал Олт, отворачиваясь.
Посмеиваясь, Горн повел юношу по карнизу, на сей раз не слишком
торопясь, будто снисходя к слабому... О Духи!
Вход в древний тоннель оказался полузасыпан, словно у него обвалился
от древности потолок. Чернеющая между валунами дыра выглядело довольно
мрачно, походя на провалившуюся пасть неведомого чудовища.
- Я прогуляюсь внутрь, - сказал Горн, снимая с пояса фонарь. - Вдруг
этот ход где-нибудь смыкается с жильем?
- А почему не вместе, старина?
- А как же Ю? - с усмешкой откликнулся гигант. - Кто же за ней
присмотрит, если не ты?
Вымученно улыбнувшись, Эрик хлопнул напарника по плечу, прощаясь. Тот
молча кивнул, нырнул в дыру и сразу растворился в темноте, даже шагов не
было слышно.
Подождав немного, юноша вернулся к богине. Она то ли спала с
открытыми глазами, то ли попросту блаженствовала, заряжаясь от солнца
энергией. А старый Олт спал наверняка, негромко всхрапывая приоткрытым
ртом.
Осторожно Эрик передвинул девушку на свой плащ, тихонько пристроился
рядом. Через минуту заснул и он.
11. ХОЗЯИН ГОРЫ
На пределе терпения Горн углубился в тоннель и полновесными ударами
по стене разрядил ярость, тем более страшную из-за своей беспричинности.
По-прежнему он не ощущал ни усталости, ни страха, ни сомнений, и только
злой голод вгрызался в нутро все больней. Полыхавшая в Горне топка
настойчиво требовала топлива, но не мог же он сходить с ума из-за такой
ерунды! Или это из-за непомерно затянувшегося воздержания? Или из-за того
и другого вместе? А-а!..
Горн снова врезал кулаком в стену и огляделся. Тоннель был древен до
неправдоподобия. Может, огры построили его тогда, когда совершали свои
первые набеги на окрестные племена, еще только пробуя силы, разжигая
аппетит. Наверное, здесь рвали жилы их первые пленники, вместе с пещерными
полузверьми-хозяевами закладывая основы многовекового рабства, и здесь же
огры пожирали своих рабов, когда у тех больше не оставалось сил.
Веселенькие сюжеты!.. Есть, что вспомнить и что возрождать Главе Тору. Или
он все-таки вовремя затормозит? Или его тормознут?..
Горн остановился и присел на корточки, вглядываясь в пыль на
старинном полу. Похоже, здесь отпечатались чьи-то странные следы, причем
довольно свежие, - этого не хватало!.. Ну, если в этих катакомбах
обосновалось семейство питонов - еще куда ни шло, дело обычное. Но ведь
могло подвернуться и другое, о чем лучше бы даже не думать. Жуткая же
должна обитать живность в этих местах, если она сумела выковать из людей
огров!..
Однако следы скоро исчезли и больше не попадались, так что Горну
следовало бы уже успокоиться. В конце концов, мог же и ветер сюда
прорываться?..
Горн углубился в Гору уже довольно далеко, когда внезапный
пронзительный скрип заставил его развернуться. Из трещины в стене
стремительно прорастал черный, отблескивающий в фонарном свете пузырь. Миг
- и в его центре взбухло багряное пятно. Горн шарахнулся в сторону, а из
пятна уже выплеснулась в него длинная струя огня. Почти одновременно Горн
выстрелил навскидку, пропоров пузырь на всю ширь. Крутнувшись на новый
скрип, он пустил молнию во второй пузырь, и тот взорвался смоляными
каплями, не успев разрядиться.
Гигант замер, вслушиваясь. Омерзительный скрип больше не повторялся,
только чуть слышно потрескивали остывающие ошметки на полу. Что-то должно
этому сопутствовать, подумал он, озираясь одними глазами. Что-то
по-настоящему страшное. Но вот что? Где я про это слышал?..
Горн снова взглянул на разбрызгавшуюся по камню, безобразно опаленную
плоть, но, как ни голоден был он сейчас, аппетитным это не показалось. Да
и вряд ли эти пузыри съедобны.
Он попытался сдвинуться, однако не смог сделать и шага, будто вокруг
был не воздух, а прозрачное, неимоверно вязкое вещество. Сначала Горн даже
не испугался: слишком привычным это показалось. Но здесь, без шлема -
откуда?..
Горн рванулся уже в полную силу, но только задрожал весь, точно
износившийся раб перед припадком... Вот! Он вспомнил наконец, кого
охраняли эти плюющиеся огнем капли-переростки. И это действительно было
страшно - особенно для него.
Фонарь по-прежнему был зажат в его руке и светил вдоль тоннеля, чуть
наискось. И там, в отдалении, на Горна двигалось нечто - огромное и
бесформенное, шлепающее и кряхтящее, довольно неуклюжее. И похоже, оно не
торопилось.
Теперь к Горну вернулось спокойствие. Состояние было знакомо ему
отлично, и он давно научился сопротивляться ему, насколько это возможно.
Напрягшись, он сфокусировал зрение на странном этом существе, похожем на
громадный черный мешок, внутри которого вяло копошилось с десяток плотно
спрессованных людей. Потом оставил в покое глаза и переключился на руку,
сжимавшую фонарь. После нескольких безуспешных попыток кисть чуть
повернулась, направив луч прямо на чудовище, и тому вряд ли это
понравилось. Затем Горн принялся за вторую руку, в которой помещалась
единственная его надежда - лучемет. Прежние навыки возвращались, и мышцы
уже откликались на приказы, понемногу, совсем по чуть-чуть, разворачивая
локоть и кисть. Но, в то же время, что-то все сильней тормозило движение -
наверное, приближение чудовища. Дуло постепенно выходило на цель, однако и
времени оставалось все меньше. Напрягаясь так, что жилы вздувались по
телу, гигант подгонял парализованную руку. Ярость вздымалась в нем все
выше, и теперь Горн не удерживал ее - только направлял.
А чудище уже тянулось к нему мягкими удлиняющимися лапами, с которых
что-то капало на пол, и там, куда капли попадали, будто дымился камень.
Захрипев, Горн со всей силой даванул на притопленную клавишу
лучемета, и вплотную к чудовищу сумрак пронизал ослепительный луч. Оно
отпрянуло всей колыхающейся тушей, и Горна слегка отпустило. Он еще
сдвинул дуло, и вокруг смоляной громады вдруг вспыхнула багровая оболочка
- защитное поле. Вот так да! - поразился Горн. Значит, и это огры стащили
у Огранды... Что же тогда у него своего?
Хозяин Горы - да, именно так его поминали в легендах и клятвах -
поспешно отступал к развилке, наконец предоставив Горна себе; зато тот не
выпускал чудище из луча полной мощности, удивляясь прочности биозащиты.
Багровое облако грузно прошлепало за поворот - Горн сейчас же рванулся
следом. Он выскочил на перекресток, и тут индикатор на его лучемете погас.
Мерцающая махина улепетывала не слишком быстро, однако стрелять уже было
нечем. Хотя...
Гигант сорвал с бедра игломет и, одну за другой, выпустил в Хозяина
все стрелы. У-у, тварь!.. Все напасти от тебя: рабошлемы, излучатели, даже
Защита, - все! Научил, урод... Горн готов был наброситься на чудовище с
одними мечами, но слишком бы это выглядело глупо. Хватит с того пока и
стрел - пусть переваривает...
Уже не торопясь, Горн прошел вдоль коридора к следующему повороту, но
крови не обнаружил. Впрочем, откуда у Хозяина кровь? И кстати...
Горн удивленно огляделся и вдруг сообразил, почему отказал лучемет.
Фонарь ведь тоже потух, однако темнота вовсе не стала полной: по всей
длине коридора через равные интервалы светились в стене бледные пятна.
Приблизясь к одному, Горн сквозь несколько слоев металлической сетки
разглядел комнату, вполне благоустроенную и даже обжитую. Выходит, он
все-таки добрался до нынешнего гнездовья имперцев. Уже легче... Вот только
зачем им было врубать Защиту на полную мощь? Чего они там затеяли?
Выпрямившись, Горн повел носом по сторонам и безошибочно направился к
соседнему люку, из которого исходил божественный дух жаренного мяса, не
упоминая уже о прочих. За люком оказалась не кухня, как он поначалу
вообразил, а нарядный, щедро освещенный зал, и ароматами тянуло от
просторного, обставленного многими креслами стола, на котором было собрано
все, о чем мог сейчас мечтать Горн, - ну, почти все. И что это - поминки
по безвременно ушедшему, всеми преданному Уну? Тогда Стражам там самое
место. Дело за малым: своротить решетки так, чтобы никого этим не
побеспокоить.
С усилием оторвавшись от вожделенного зрелища, Горн по собственным
отпечаткам вернулся к месту, где он приметил странные следы. Поблуждав
вокруг, гигант отыскал укрывшееся в глубоких трещинах семейство горных
питонов и среди них выбрал подходящего по габаритам. Против ожидания,
питон был настроен благодушно - наверное, после удачной охоты, - и Горну
пришлось постараться, прежде чем раздразненный гад соизволил выбраться из
норы. Однако напасть тот не успел: мгновенным взмахом Горн вогнал в
угрожающе разверстую пасть последнюю пару усыпляющих игл, и питон
расслабленно шмякнулся на камень. Не дожидаясь, пока на выручку бедняге
подоспеют сородичи, Горн взвалил его на плечи и поспешил к вентиляционным
люками.
В приглянувшемся ему зале было по-прежнему пусто, и не раздумывая
долго, гигант могучим пинком вышиб из люка решетку. В ту же секунду
зашвырнул питона внутрь, следом нырнул сам. Метнувшись к столу, подхватил
блюдо с вожделенным мясом, затем единым махом опрокинул прочее угощение на
медленно пробуждавшегося гада и бросился к двери, на ходу алчно вгрызаясь
в сочащуюся свежей кровью плоть.
Разгневанный питон уже бушевал вовсю, разнося мебель в щепы, когда в
зал ворвался переполошенный наряд стражников. Питон немедленно их
атаковал, а Горн за спинами имперцев выскользнул в коридор и побежал вдоль
самой стены, довольно ухмыляясь и дожевывая мясо. Теперь он снова был на
пике формы, хотя порцию не мешало бы удвоить.
Перед каждым перекрестком Горн переходил на шаг, затем снова
ускорялся, если никто не мог его видеть. Прохожих в коридорах оказалось
меньше ожидаемого, да и те выглядели очень уж озабоченными - во всяком
случае, до Горна им не было дела, и слава Духам.
До секторов, где разместились осколки Избранных родов, занесенные
сюда имперским бегством, Горн добрался быстро и без приключений. Вместе с
Уном к Замку отступило чуть меньше половины Избранных, приведя с собой
гаремы и ближних родичей. Остальные же, насколько Горн знал, вернулись в
свои родовые вотчины, променяв императора на братьев по клану, либо
спасали себя и сородичей в дальних провинциях. Однако Горный Замок - не
Столица, к тому же по пути к отступающим имперцам примкнуло немало
полупородистых изгоев и безродных шатунов, спешно сколачиваемых в новую
гвардию взамен прежней, бесследно сгинувшей за океаном, - так что здешним,
даже изрядно поредевшим, вельможам пришлось потесниться, расселившись
узким кольцом вокруг разросшегося центра. Впрочем, спеси у них от этого не
убавилось, как и гонора у их молодых охранников. Вот и сейчас по самому
центру пограничного коридора вызывающе прогуливалась троица ражих Быков, а
из бойниц нового Медвежьего блока за ними ревниво следили такие же
азартные молодцы, наверняка моля Духов о подходящем поводе, чтобы было чем
оправдаться перед Главой.
Усмехнувшись, Горн остановился посреди коридора и поглубже запахнулся
в потертый плащ, скрывая доспехи Стража и собственные габариты. Железным
клином Быки стремительно надвигались на чужака - ссутулясь и чуть присев
под плащом, гигант окончательно превратился в неуклюжего глухаря-ротозея
из глубинки, в изумлении заглядевшегося на Замковые излишества. Не
притормаживая, передний детина врезался в него плечом и вдруг отлетел,
будто наскочил на столб. Тотчас ринулся снова, тараня препятствие шлемом,
- коротким взмахом Горн отшвырнул его прочь, словно надоедливую шавку, и
повернулся к двум другим Быкам. Без промедления те шагнули к нему
вплотную, разом сложились пополам и опустились на четвереньки, хватая ртом
воздух, - и вряд ли хоть кто-нибудь успел заметить сдвоенный удар Горна,
пробивавший сквозь любые латы.
Однако первый Бык, вожак этой троицы, уже поднимался с плит, выдирая
из ножен толстые клинки, больше похожие на рога. Шутки кончились, теперь
юных задир утешила бы только смерть нахального чужака, хотя сами они
привыкли развлекаться куда грубей. Но за их спинами высился могучий род,
ими гордились, на них равнялись, - а чего вообразил о себе этот
одиночка?..
Молодой вожак сорвался с места, целя мечом по центру широкого плаща.
Уступчиво развернувшись, Горн пропустил острие вскользь гладкой кожи, а
следом прогрохотал и сам Бык, едва не растянувшись по полу снова. Однако
устоял и тут же обернулся, бешеным взглядом высматривая противника.
Сдвинувшись в сторону, Горн насмешливо потряс плащом, провоцируя новый
наскок. С глухим ревом Бык ринулся во вторую атаку и опять провалился
мимо, не оставив на плаще даже царапины. А Горн тем временем сместился еще
дальше, хладнокровно выбирая место. И когда обезумевший парень очередной
раз промахнулся, то получил под зад богатырский пинок, направивший его
точно в цель. Выставив вперед руки, злосчастный Бык вонзился обоими мечами
в дверь Медвежьего блока и увяз накрепко.
Получив долгожданный повод, Медведи отреагировали мгновенно. Входная
плита плавно скользнула вбок, и не успели отдышавшиеся Быки подоспеть на
помощь своему вожаку, как из темного зева навстречу им повалили
оскорбленно ворчащие мохначи. Затем и от Бычьего блока накатилась тяжелая
волна, сметая редких прохожих, - заварушка разразилась наконец!..
Прижавшись к стене, Горн подождал, пока свара заполыхает в полную
силу, потом метнулся ко входу и с налета пронизал небрежный Медвежий
заслон, аккуратно отмахиваясь от растерянных ударов. Ошеломленные латники
вряд ли даже разглядели, что за смерч их разметал, а Горн уже исчезал в
лабиринте, по глаза завернувшись в плащ-невидимку.
Здешние коридорные ребусы любому Стражу были на один зуб, а уж тем
более его не удержала простенькая страж-система, далеко уступавшая даже
Дворцовым. Что же до самого Горна, то он попросту знал все местные
ловушки, знал и помнил в подробностях, и ориентировался в этих блоках
получше самих жильцов. И где искать Медвежьего Главу, гигант тоже
представлял и был уверен, что тот не станет нарушать устоявшийся
распорядок из-за рядовой стычки, затеянной воинственными Медвежатами.
В самом деле, старина Бур, как и обычно в это время, отводил душу в
местной парилке, раздетый до нательной кольчуги и босой. Это был матерый
Медведище, по глаза заросший косматой шерстью, но уже с изрядной плешью на
широком черепе. Обильно потея и покряхтывая от удовольствия, он развалился
на просторном шезлонге, а вокруг хлопотали смазливенькие
девочки-подростки, тоже едва прикрытые, - расчесывали сивые космы,
полировали загнутые желтые ногти. Малышки не были ни рабынями, ни
служанками из Низких, - нет, они происходили из древних огрских родов и
могли похвалиться отменной Истинностью... но только по крови, внешностью
не укладываясь в родовые стандарты. Вот Бур и разжился ими по случаю.
Притом никакого принуждения, боже упаси, - в крайнем варианте Медвежий
Глава мог отослать ослушницу обратно к родичам, где она и прозябала бы в
скуке и бедности, поджидая нового господина, вряд ли лучшего. Так не
разумней ли потакать безобидным прихотям щедрого и благодушного старика,
чем рисковать нарваться на грубияна или сквалыгу, пусть и молодого?..
Бесшумно Горн пронизал белесые клубы пара и возник в поле зрения
размякшего Медведя. Как и ожидалось, тот не дернулся и не вскрикнул - лишь
закаменел мясистым лицом, с полным самообладанием просчитывая варианты. А
девочки и вовсе не обратили на чужака внимания, словно не заметили.
- Неплохо, а? - ухмыльнулся Горн. - Заделаться бы мне ликвидатором -
и что бы меня остановило?
Многоопытный Избранный снова не дрогнул, привычно удерживая себя от
суеты, все равно - испуганной или героической, с отчаянными и безнадежными
попытками отбиться. Это был придворный старой и прочной закалки, каких
сохранилось теперь немного, еще не забывший о родовой чести и даже
величественный в иные моменты. Видя его спокойствие, малышки продолжали
исполнять свои необременительные обязанности, беспечно пересмеиваясь и
бросая на гостя любопытные взгляды.
- Кто ты есть? - внезапно рявкнул Медведь, так что девчушки разом
подскочили и тут же прыснули, словно на очередную стариковскую выходку.
- Призрак, - откликнулся Горн. - Невидимка, бесплотный дух.
- Эдакий верзила? - не поверил Бур. - Ври толще!.. - Помолчав, он
предупредил: - Стоит мне крикнуть, и тут станет тесно от моих Медвежат.
- А он не слишком огорчатся, обнаружив свежий труп своего Главы? -
поинтересовался гигант. - К тому же вряд ли они сюда поспешат - ведь
бодаться с Телятами куда веселей!
- Ах, стервецы, - проворчал Глава, - опять сцепились!.. - Сдвинув
мохнатые брови, он пробуравил пришельца сердитым взглядом. - И как для
тебя кстати, верно? Уж не ты ли и заварил эту бучу?
- А если и так?.. Ничего, пусть разомнутся.
Раздувая ноздри, старик посопел, затем буркнул:
- Ладно, зачем пожаловал?
Все же насколько проще иметь дело с Истинным, да еще таким искусником
в дворцовых дрязгах, одобрительно подумал Горн. Ни тебе истерик, ни
натужной бравады. Это - профессионал, уважаю.
- Да уж не затем, чтобы потискать девчушек за сдобные попки, - еще
надерзил он для пробы и развалился в гостевом шезлонге, будто его и в
самом деле сюда звали. - Разговор есть.
- Может, еще и разденешься? - спросил Бур. - Ну давай, выкладывай...
Или не навыпендривался?
Горн пошуровал длинной рукой в холодильной тумбе и удовлетворенно
хмыкнул, наткнувшись на залежи подслащенных орехов. Поделившись лакомством
с хихикающими девочками, он зашвырнул в рот первую порцию и только затем
произнес:
- Речь пойдет о дворцовом перевороте.
Насторожась, Медведь грузно заворочался под ублажающими ручками. Со
смехом малышки гонялись за ускользающими мохнатыми конечностями, точно
разыгравшиеся котята.
- Кыш, шалуньи, довольно! - проворчал старик. - Идите-ка лучше
поплещитесь.
Радостно повизгивая, девочки наперегонки кинулись в дальний конец
парилки, где от стены к стене струился, призывно журча, обрывок
прохладного ручья. Дождавшись, пока юные прелестницы с разбега попрыгают в
воду, Глава нехотя оторвал от них взгляд и уперся им в Горна, сразу
посуровев.
- А с чего ты заявился именно ко мне? - напористо спросил он. - Это
же прямая забота Дворцовой стражи!.. Обращался ты к Лоту?
- Вы угодили в самую точку, почтеннейший, - со смешком отозвался
гигант. - Как раз Лот все и затеял.
- Что, у тебя есть факты? - живо отреагировал старик. - Или опять
сплошные подозрения?
- Есть все, кроме времени. Вы ведь знаете, что Ун отправился на
переговоры?
- Дурацкая затея, - раздраженно проворчал Медведь. - О чем можно
договариваться с Низкими?..
- Вот Лот и затопил их - вместе с Уном. А теперь наверняка примется
за Избранных, пуская в расход всех, кроме самых преданных, - на что ему
совет, за которым больше не стоят роды? Отныне он будет делать ставку на
беспородных имперцев и сам станет над ними Главой, единственным и
непререкаемым... Кончилось ваше время, Бур!
- Погоди, - сказал Избранный. - Насчет Уна - это точно? Ты совершенно
уверен?.. Ведь всех известили, что император вернулся еще ночью!
- А вы попробуйте, свяжитесь с ним, - предложил Горн, - а заодно и с
Лотом - интересно, чего он скажет?.. Что же до уверенности, так я сам
оттуда едва выбрался, а о перевороте слышал лично от Лота, когда тот
напоследок смешивал императора с грязью.
- По-твоему, я должен поверить тебе на слово?
- Честно сказать, мне плевать, верите вы или нет, - холодно
усмехнулся Горн. - Мое дело было предупредить, снять груз с души. Из всех
Избранных я выбрал вас единственно потому, что вы посообразительней прочих
и достаточно влиятельны, чтобы попытаться сплотить их против Лота.
Конечно, остановить его вы не сумеете, но, может, еще успеете спастись...
Впрочем, это уже ваши проблемы.
- Значит, ты нас пожалел? - недоверчиво хмыкнул старик. - А других
причин нет?
- Не столько вас, сколько таких вот малышек, - кивнул Горн на
резвящихся в ручье девочек. - Представляете, что сотворят с ними
имперцы?.. К тому же, если вам интересно, большая заварушка будет мне на
руку. - Усмехнувшись, он добавил: - Наверняка ведь вы подготовили пути
отхода - чуяли, куда клонится ситуация?
- Все-то ты знаешь, - буркнул Медведь. - Так, по-твоему, Империи
конец?
- Вашей империи, почтеннейший, вашей!.. Если Лоту удастся, он
покончит с родовыми вольностями, разгонит Совет и станет править
единолично. А Избранных он наберет себе новых, прирученных, которые с
охотой будут есть из его рук... Может, самой империи это даже пойдет на
пользу, только вот вам, прежним соправителям, в ней уже не найдется места.
- И куда ж деваться нам, бедным? - насмехаясь, осклабился Бур. -
Неужто вовсе не осталось надежд?
- А попробуйте сдружиться с другим Львом - Тором. Уж он-то еще
способен показать всем, кто тут царь зверей, и ладить с ним все-таки
проще... Или вы не сообразили еще, кто выручил вас на тракте?
- Черт возьми, тебе бы в советники пойти, а не в убийцы, - проворчал
старик. - Откуда взялся ты, умник?
- Я же не спрашиваю, где вы собираетесь укрыться, - возразил Горн. -
И кого вы определили себе в союзники... Не хватало, чтобы вы приняли меня
за провокатора, верно?
Неопределенно заворчав, Медведь с жадностью припал к кувшину,
расплескивая по бороде душистую медовуху. Затем утерся волосатой лапой и
стал поливать лысину водой, черпая ковшиком из неподъемного жбана.
- Смотри-ка - сухой! - подивился он на Горна. - Уж на что я жаролюб,
а в таком панцире давно б спекся. У тебя что там, холодильник?
- Поспешите, Бур, - сказал тот, поднимаясь. - Похоже, Лот уже
подтягивает стражников к вашим секторам - не хотите же вы встретить их
здесь?
Сноровисто он смел остатки орехов в громадный карман своего плаща,
куда вполне могла уместиться любая из здешних игруний, и отступил за клубы
пара. Немного погодя жар Медвежьей парилки уже сменила прохлада каменных
коридоров, притихших и почти опустевших к этому времени.
А ведь прав старикан, подумал Горн, я ощущаю температуру, но и
только. Словно считываю ее с наружного термометра, отгородившись от среды
надежной стеной. Может, и с болью теперь так? Черт возьми, и куда это меня
заведет?..
Для проверки Горн ткнул острием ножа в голую ладонь и, действительно,
почувствовал лишь умеренный зуд, хотя проколол до крови. Это тревожило,
однако страха по-прежнему не было, словно тот атрофировался вместе с
болью. Вот уж о чем горевать не стоило - хватит, натерпелся его в прежней
жизни... К дьяволу все!
Привычно подавив раздражение, Горн вытер ладонь о плащ, затем снова
набил рот отборными медвяными орешками Бура и размашисто зашагал в сторону
императорских покоев. По пути он еще пару раз вовлекался в шумливые
междублоковые потасовки, в которых спускали пары огрские чистокровки,
взбудораженные неясной угрозой, - но пробивался сквозь них, устрашая задир
костедробительными ударами. Все-таки что-то глодало его изнутри, путая
мысли, отвлекая от цели. Не голод, нет, - с этим Горн уже справился, пусть
на время, но отодвинув проблему. Что-то посерьезнее, помасштабней...
Блоки Избранных остались позади, и сразу вокруг стало тесно от
имперцев. Запахнувшись в спасительный плащ, Горн с неприступным видом
шагал сквозь деловито снующие своры, искренне надеясь, что ему не придется
пускать в ход клинки. Впрочем, стражникам вполне хватало собственных
забот, чтобы не обращать внимания на спешащих одиночек.
И вдруг гигант застыл, наткнувшись на дразнящий аромат изысканнейших
благовоний. Женщина!.. Вот чего ему не хватало сейчас больше всего.
Неистовость желания ошеломляла, но противиться этому, Горн уже понимал, не
стоило и пытаться. Это было даже сильнее, опаснее Хозяина, потому что
гнездилось глубоко внутри и убить его можно было только с собой. Ах, Нора,
Нора!.. - который раз вспомнил он. Где же ты?
Раздувая ноздри, Горн покрутился на перекрестке и двинулся по следу,
словно голодный свирепый зверь.
Около двери курсировал постовой. Выждав, Горн скользнул у него за
спиной и просочился внутрь. По счастью, в прихожей никого не оказалось.
Неслышно он пересек комнатку и заглянул в неплотно зашторенный проем. За
ним помещался будуар, и обставлен он был не хуже Дворцовых: видно,
кое-какие предметы роскоши имперцы сюда все-таки довезли. Но и эта комната
оказалась пуста, хотя женские ароматы сгущались тут до умопомрачения -
теперь Горн не отступил бы, выстройся против него все воинство Лота с
народниками в придачу.
В два прыжка Горн проскочил будуар и сунул нос-следопыт в следующую
комнату. Это была спальня - с зеркальными стенами и потолком да роскошным
ложем по центру. Возле дальней стены восседала на пуфе женщина - ладная,
статная, безукоризненно огрских, хотя и странных пропорций, - и
накладывала грим на треугольное надменное лицо и покатые плечи, обнажен
...Закладка в соц.сетях
