Жанр: Электронное издание
Ushi
...а,
щебетала и щебетала, удавил бы, но зато допустила к звездному каталогу, где я вроде бы
смотрел объемные картинки, восхищался и ужасался, чтобы сделать ей приятное, а сам,
ессно, смотрел не только картинки, но и быстро научился ориентироваться по древу и
поддиректориям.
Где-то на исходе второй недели Гого слегка ожил, в глазах появился некий намек на
интерес.
- Странноватая планета... Мы пройдем через созвездие АС90, там не было пригодных
для жизни планет...
- А сейчас появились? - спросил Додо скептически.
- Как ни странно, да. Пеленгатор четко указывает, что там есть жизнь, причем
разумная. Более того, характеристики полностью совпадают с нашими!
Икана фыркнула, как новорожденный жеребенок:
- Полностью?
- Да, почти. Не могу понять, как могли в этой части Галактики оказаться телурийцы?
- Даже телурийцы?
Гого кивнул, лицо было очень серьезным.
- Все психические характеристики!
Додо думал долго, но Икана смотрела умоляюще, Гого сопел и копытил пол, я наконец
услышал, что оба хотели услышать от капитана:
- Пройдем поближе, взглянем сверху.
Гого тут же что-то тронул на пульте, корабль неуловимо изменил курс. Додо покачал
головой, но Гого дал форсаж, тьма за окнами стала лиловой, а потом вовсе тахионной, затем
снова тьмой, мы ощутили торможение. На головном экране появилась планета, скудно
укрытая облаками, почти без водоемов, растительности. Даже я бы назвал ее планетой
шахтеров, очень уж она по виду напоминает Донбасс.
Додо сам настроил телескопы, Икана ахнула, на боковых экранах разрастались
крохотные строения, распадались на отдельные здания. Довольно причудливые, я в
архитектуре не смыслю, вижу только, что не барокко, не барокко точно. Правда, какое оно,
барокко, не знаю, но что не барокко - чью-нибудь голову наотрез. По крайней мере, не
муравьи натаскали эти кучи камней, не муравьи. Муравьи - звери толковые, у них вкус и
чувство пропорций. Правда, то земные муравьи.
Додо пробормотал:
- Я бы скорее предположил, что здесь жизнь пойдет на кремниевой основе.
- Почему? Температурный режим почти наш.
- Но одни камни...
Оба напряженно всматривались в экран. Додо добавил мощности лайфоскопа до
предела. Приборы загудели от нагрузки. Среди пляшущих кривых и цветных пятен
вспыхивали редкие точки, их смывало разгулом черного и коричневого света, но вспыхивали
снова, снова.
- Ничего не понимаю, - сказал командир. - Не только жизнь, но даже интеллект?
- Видно же! - возразил Гого сварливо.
- Вдруг потерпел крушение какой из кораблей? - предположила Икана.
- Наши корабли никогда не бывали в этой области.
- Но... если чужой?
Командир сухо бросил:
- Икана, ты слишком много общаешься с варваром. Фантазии - признак примитивного
уровня.
Икана смолчала, я решил, что надо нахмуриться и грозно засопеть. Икана потрепала
меня по спине, с ее тонкой лапкой это в самом деле было как по скале, почесала за ухом.
- Твое решение, командир? - спросил Гого.
Додо подумал, сказал неохотно:
- Подойдем ближе, сделаем круг над планетой, рассмотрим лучше. Возможно,
электронная галлюцинация. Гого сказал обидчиво:
- В таком случае придется перемонтировать всю систему наблюдения. А это можно
сделать только дома, на космодроме. Но и без электроники, уже голым глазом видно... почти
видно, что там наши города! А должна быть голая, совершенно голая!
Додо нахмурился:
- Она и есть голая. Почти нет лесов, а как без них?.. Воды недостаточно, а чтобы
производить из почвы, требуется немалая энергетическая мощь.
Гого сказал победно, словно он сам сотворил эту удивительную планету и этот
удивительный мир:
- Но она существует!
- Посмотрим ближе? - предложила Икана. - Это же явно наши, телурийцы!
Додо нехотя кивнул:
- Учтите, это задерживает нас.
- Но ведь ненадолго?
Додо держится, как и подобает держаться отцу-командиру, хотя вижу, самому до
свинячьего писка хочется побывать на этой странной планете: в корабле все привычно и
скучно до чертиков, а там новые морды, а может, и открытия.
Я осторожно поинтересовался у Иканы:
- А там не может быть... другой режим?
Она спросила удивленно:
- Что такое другой режим?
- Ну, в смысле, иная форма правления... или другая раса. К примеру, негры, а то и
вовсе телурийские моджахеды или чечены. Ваш Сталин их... так сказать, депортировал для
осваивания новых целинных земель, но они помнят старые обиды.
Она отшатнулась, донельзя шокированная таким варварством:
- У нас единый народ!.. Единый язык!.. Это в глубочайшей древности, миллионы лет
тому назад, по недошедшим обрывкам и предположениям... существуют версии про разные
группы людей... хотя это, конечно же, дикость, верно? Не могли же произойти
одновременно в разных точках планеты люди от обезьян одного вида? Но в каком бы месте
это ни случилось, сразу же получили бы преимущество над остальными видами, начали
заселять планету, так что второго или третьего очага цивилизации просто быть не могло.
Верно?
- Верно, - подтвердил я. - Это я так... в виде дикой гипотенузы. Я ж варвар, мне
можно!
За окнами на миг затянуло белым, тут же исчезло, это прошли чахлый облачный
покров. Еще несколько томительных минут, под ногами дрогнул пол, а неслышный рев
могучих турбин оборвался, как будто отрезало ножом.
Додо объявил:
- Я посадил вблизи города. Думаю, к нам сейчас пожалуют.
Набежал народ, мелкий, все настолько похожи на Додо и Гого, что я начал
оглядываться, здесь ли они. Даже несколько икан промелькнуло в толпе встречающих.
Звездолетная Икана проследила за моим взглядом, объяснила с некоторым недоумением:
- А как же иначе? Даже если предположить такую дикость, что некогда были разные
люди, высокие, низкие, толстые, худые, белые и черные, то за миллионы лет все должны
были перемешаться так, что в потомстве не будет никаких различий в помете!..
- Да я не спорю, - ответил я, - только бы пометить их как-то... Моя бабушка кур
краской по спине мазала. Цветных не трогала, а белых - метила. Кому крылья, кому спину,
кому хвост. Ладно, мне все равно, это ж вам общаться. Додо сказал, чтобы я оставался на
корабле.
Она кивнула:
- Да, надо же кому-то сторожить корабль. Мы отлучимся ненадолго, нас пригласил
правитель в свой дворец. Там мы узнаем тайну, откуда здесь телурийцы.
- Да-да, - ответил я. - Трезор останется сторожить. Или Барбос. Лучше Барбос - от
"Барбар", это "барбарячий босс".
Они отбыли с почетным эскортом, я наблюдал их со всех сторон, летающие
микроскопические видеокамеры позволяют наблюдать сверху, сбоку, издали или
рассматривать при таком увеличении, что одна ресница Иканы выглядит корабельной
мачтой.
Я расположился на диване, ноги забросил на спинку, на больших экранах хорошо
зримо, как приближается горный массив, вырубленный из темного камня огромный дворец, а
дальше множество высоченных домов. Конечно же, повели во дворец, через анфиладу залов,
яркий свет, в стенах драгоценности этой планеты, а в последнем зале на троне крепкий такой
мужик с разбойничьими глазами. Однако встал навстречу, обменялся рукопожатием со
всеми троими, пригласил сесть.
Я следил, как они подробно рассказали, кто и с какой миссией, как удивлены, что
встретили планету с телурийцами, хотя известно, что телурийцев здесь просто быть не
может, президент улыбался, кивал, спросил неожиданно:
- Так вы говорите, на корабле остался только варвар?.. Дикий человек, которого
подобрали на дикой планете?
- Да, - сказал Додо, он криво улыбнулся, - мы настолько соскучились в долгом полете,
что начали подбирать разных зверушек... А этот варвар хотя бы обладает зачатками разума,
даже умеет говорить.
- Ого, - сказал правитель, - но вы рисковали, рисковали... Как можно оставить такой
могучий звездолет без охраны?
Гого объяснил:
- Все люки закрыты паролем. Никакой зверь не проникнет... А охранять... от кого?
Ведь вы свои, телурийцы.
Правитель криво усмехнулся, взгляд внезапно стал жестким:
- Вы забыли про ересь Зелурга, что расколола общество всего пару тысяч лет тому! Ну
ладно, расколола - слишком сильное слово, но у него было много сторонников, власти
забеспокоились. Его со всей сектой приговорили к смерти, он попросил дать ему и его
сторонникам корабль с малым запасом топлива и выбросить в космос. Да, у Зелурга
практически не было шансов выжить, но счастливый случай позволил ему сразу же
обнаружить эту планету и на последних каплях горючего посадить корабль. Две трети
вымерло в первые же месяцы, но остальные сперва сумели приспособить корабль для жилья,
а потом отыскали и пещеры в недрах этой планеты. Теперь нас триста миллионов, у нас сеть
небольших городов, у нас заводы и рудники. Настанет час, сумеем построить свои
звездолеты и вернуться, чтобы отомстить...
Дальше я слушать не стал, все ясно, поспешно бросился к пульту. Так и есть, все
шлюзы, включая транспортный и аварийный, запечатаны плотно, а код... какой может быть
код, если учесть, что никто из них не в состоянии запомнить больше четырех знаков?
Голова разогрелась от жара, я перебирал все варианты, на экранах творилось черт-те
что, едва успевая за моими пальцами, компьютер чуть не рехнулся от моей землянской
логики, наконец я услышал, как заработали мощные моторы, а все бронированные входы и
выходы начали открываться. Я набрал последнюю команду, ткнул в Enter и стремглав
бросился к ближайшему выходу. Со мной только небольшой лазер, которым Гого
пользовался при заваривании дыры в корпусе.
Я успел выскользнуть из люка и шмыгнул за камни, когда заметил машины, мчащиеся
на полной скорости по направлению к звездолету. В одной, открытой, блестят металлические
каски на головах, стволы винтовок грозно смотрят в небо. При виде широко зияющих входов
в звездолет люди радостно закричали, я видел, как их командир быстро докладывает по
рации, что, мол, все в порядке, корабль захвачен, но массивные плиты уже поползли вниз.
Машины помчались быстрее, все восемь остановились перед кораблем в тот момент, когда
бронированные двери полностью закрыли проходы. А закрывают они, как я уже не раз
убеждался, так, что не отыскать щелочку, как будто металл двери срастается с металлом
обшивки. А может быть, и в самом деле срастается.
Я поспешно отполз, стараясь не приподнимать головы, а когда камни покрупнее
скрыли из виду, поднялся и побежал подальше от корабля.
На одном камне оступился, грохнулся лбом, хотелось помянуть мать и ее перемать, но
прикусил язык и, постаравшись выдавить мужественную улыбку, побежал дальше.
Летающих видеокамер не заметно, но они бывают меньше микроба, так что на хардах
откладывается мое трехмерное изображение в триколоре, записываются и анализируются
мои слова, звуки, произносимые моим ртом, носом и другими более удаленными частями
тела.
По спине похлопывает рюкзачок, пришлось остановиться и туже подтянуть ремни. Там
наладонник, так его называют, жратва, еще какая-то дрянь, перед бегством хватал все, что
попадалось под руку.
Быстро темнеет, в укромном месте раскрыл ноутбук, как я его называю, хотя это
совсем не ноутбук, на экране появился большой зал. Все трое стоят со связанными за спиной
руками. Черный диктатор все там же на престоле, морда перекошена, едва не плюется
слюной:
- Мне нужен ваш корабль!.. Я его заполучу!
- Зачем? - спросил Додо.
- Дурак, не понимаешь? Либо нам самим проходить весь длинный путь до создания
космических кораблей, либо взять ваш за основу. Изучить и прыгнуть сразу на три
ступеньки! Через пять лет у нас будут свои звездолеты!.. И наша мечта отомстить
приблизится!
Додо ответил с твердой дрожью в голосе:
- Я не скажу код доступа.
- Скажешь, - пообещал диктатор. - Скажешь.
- Не скажу, - повторил Додо и побледнел до синевы. - И никто не скажет.
Диктатор усмехнулся, сделал знак стражам. Всех троих усадили в железные кресла,
привязали. Два жуткого вида мясника в окровавленных халатах подвезли тележку с
длинными ножами, щипцами, пилами и крючками.
- Это вы еще можете выдержать, - сказал диктатор, - хотя... сомневаюсь. Но затем
вскроем ваши черепа. Знаете, есть аппаратура, что считает все-все, несмотря на защитные
гипноблоки. Это у живых они действуют, а у мертвых воли нет... Ну так как? Я все-таки
предпочел бы вас не убивать. И даже не калечить... особенно.
Икана вскрикнула:
- Почему?
Он страшно улыбнулся:
- А мне нужны свидетели моих побед! Вы должны видеть, как я разгромлю вашу
звездную систему и все телурийцы примут священное учение Зелурга!
Гого проговорил устало:
- Командир, не стоит упрямиться. Ты же знаешь, они это могут сделать.
Додо минуту колебался, лицо осунулось, он произнес мертвым голосом:
- NGR8kD. Этот код открывает все двери.
Диктатор хищно усмехнулся, в выпуклых глазах появилось сдержанное одобрение.
Несколько человек по его взгляду опрометью выбежали из зала. Я выключил, сложил
ноутбук до размеров зажигалки, и через минуту уже бежал навстречу лиловому закату.
Глава 4
Эта ночь прошла как в кошмарном сне, никогда я еще так много не работал, не
перетаскивал столько тяжестей, не бил такое количество людей по голове и другим частям
их тела, а когда на востоке забрезжил рассвет, улучил минутку и развернул ноутбук. На
экране все тот же зал, распахнулись двери, четверо дюжих ребят втащили Икану, Додо и
Гого. Диктатор занял место на троне, прохрипел с яростью:
- Почему вы дали неверный код?
Додо ответил с недоумением:
- Верный...
Икана и Гого переглянулись, Икана пожала плечами, а Гого нагло улыбнулся.
- Уже и в раскрытые двери не могли войти?
Диктатор проревел:
- Там все перекрыто!.. Вы солгали!
Вперед выступил один из мясников, поклонился:
- Дозволь...
- Говори, - рыкнул диктатор.
- Запертые двери обнаружили сразу. Тут же проверили их мозги, все записали. Эти
червяки не врут, Ваше Величество. Код верен, однако...
- Что?
- Не знаю, - ответил мясник. - Возможно, дверь заклинило?
- Все восемь?
- Тогда испортился подъемный механизм?
Диктатор прорычал:
- Маловероятно. Но тогда нам не попасть в звездолет! Защитный корпус не взрезать, до
подобной технологии нам идти еще сорок лет. Что можно придумать?
Я сел поудобнее, сделал надменное лицо, мой палец ткнул на кнопку с надписью
"Связь". Огромный экран над входом в зал ожил, на нем появилось мое лицо, я всмотрелся,
еще больше выпятил нижнюю челюсть. Диктатор вздрогнул, экран через зал прямо перед
ним, вперил в меня неверящие глаза. Икана, Додо и Гого обернулись, я видел, как их глаза
расширились в великом изумлении.
- Говорит великой воин Пылающее Сердце, - сказал я как можно более сурово и
надменно. - Ты, жалкий червь, осмелился захватить моих друзей в плен?.. Я объявляю тебе
войну!
Диктатор нашелся первым, я видел, как он сглотнул, подлокотники затрещали под его
костлявыми руками, он прохрипел, задыхаясь:
- Ты... ты тот самый варвар... которого...
Я кивнул, прервал:
- Я тот самый, которого благородная леди Икана и ее слуги спасли от врагов. Теперь я
обязан ей. И если ты ее не отпустишь...
- То ты нас уничтожишь, - договорил диктатор, он уже пришел в себя. - Как ты сумел
выскользнуть из корабля?
Судя по лицам моих телурийцев, их это волнует тоже.
Я поморщился:
- Код был прост, я его разгадал с двух раз. Но когда уходил, я запечатал корабль своим
кодом, понадежнее. Вот его тебе придется ломать не меньше семи миллионов лет. Но если
повезет, то уложишься в шесть.
На лицах Иканы и ее челяди, так я их назвал, сильнейшее недоверие, диктатор же
вперил в меня пристальный взгляд, наконец голос его заполнил весь зал:
- Великий воин... я признаю, что ты великий!.. У меня есть к тебе предложение...
- Говори, - разрешил я высокомерно.
Он бросил быстрые взгляды по сторонам, никто не хихикает ли, видя его унижение,
сказал все так же льстиво:
- Ты великий и отважный, что уже доказал... Почему бы тебе не пойти ко мне на
службу?
Я задумался, подвигал складками на лбу, пожевал, ответил в нерешительности:
- Надо подумать.
- Решай быстрее, - сказал он настойчиво.
- У меня плохо работает голова, - пояснил я. - Очень давно не воевал, не лил кровь, не
снимал скальпы, не распарывал животы... Давай так, ты заставь меня поступить к тебе на
службу, а я попробую тебя заставить признать меня не просто великим воином, а
величайшим.
Он сказал быстро:
- Да я хоть сейчас назову тебя величайшим. Я поморщился:
- Я не люблю без драки. Мое племя очень драчливое. Мы - самый драчливый народ во
Вселенной! У нас пуля дура, у вас мозги умные, вот и посмотрим, кто кого?
Диктатор кивнул, бросил взгляд на двух стражей, те выметнулись из зала. Икана
раскрыла рот, готовясь мне что-то крикнуть, но ей зажали рот, а затем и всем остальным,
заклеили скотчем.
- Хорошо, - ответил диктатор. - Думаю, ты уже скоро будешь у меня в руках.
- Помечтай, помечтай, - разрешил я. - Мечтать так приятно... хоть и бесполезно. Ты
лучше вышли не этих двух дураков к телефонной будке, откуда я вроде бы звоню... такие
трюки я знаю и звоню тебе через прокси, который хрен засечешь, я бросил три миллиарда
ложных следов... ты лучше вышли хороших воинов с хорошим оружием. Я очень люблю
убивать, вспарывать животы, чтобы вываливались внутренности, а потом сесть и пожарить
кабанчика... еще я люблю черный кофе, обязательно крепкий и сладкий, а в промежутках
всех убиваю, вспарываю, разбиваю головы, рассекаю, режу, жарю кабанчика, пью крепкий
горячий кофе с сахаром и снова убиваю и убиваю вас, юсовцев.
Он помрачнел, бросил косой взгляд на боковой экран. Там проплывает скудно
населенная местность, мелкие домики. Один начал увеличиваться, расти. Судя по всему,
вертолет опустился перед домиком, появились бегущие солдаты. С оружием наперевес
ворвались в дом, а еще с десяток остались снаружи, держа единственную дверь и окна под
прицелом.
- Где же это ваши ребята? - поинтересовался я. - Давайте дам след еще дальше... У вас
тут Антарктиды нет?.. Лучше пошли отряды по всей своей земле. Я буду охотиться на них,
убивать, вспарывать животы...
Он поморщился, прервал:
- Теперь я верю, что ты рожден для войны. Кажется, твои спасители тебя недооценили.
И меня ввели в заблуждение.
- Я, - сказал я гордо, - великий воин!
- Да-да, - согласился он, - потому я и зову тебя к себе. Приходи, будем править
вдвоем.
- Приду, - сообщил я. - Ты тоже великий воин. Не такой великий, как я, но тоже
великий. Будем править вместе. Будем убивать и вспарывать животы...
- Где ты сейчас? - прервал он.
Я видел испуганные глаза Иканы, как же, щас скажу все, еще и ключик ему дам от
квартиры, где девки визжат! Размечтался.
- Близко, - сообщил я. - Устал я за эту чертову ночь. Ты щас отпусти благородную
леди Икану и ее челядь, пусть идут в небесную колесницу, а мы...
Он прервал, нетерпеливый такой:
- Их я отпустить не могу, они мои гости.
Икана жестами старалась дать понять, что в гробу она видала такое гостевание, да и
Додо с Гого дергались, выражали протест, я подумал и повторил:
- Нет, пусть идут.
- Не могу.
- Ты со мной споришь? - удивился я. - Я ищщо не закончил, а ты уже прерываешь,
нехорошо! Дикий ты какой-то. Я, как победитель, накладаю на вас репа... репу... словом,
репатриации. И контрапункции. Первое и самое важное требование - это... признать Икану
самой красивой и прекрасной женщиной вашей планеты! Той самой, за которую ломают
перья, клювы и копья рыцари с баронами.
Они смотрели непонимающе, ошарашено, диктатор с великим изумлением повернул
голову в сторону перепуганной пленницы:
- Этой, что ли?
Я кивнул:
- Понимаю ваше недоумение. Захватив ее... вместе с ее челядью, вы уже тем самым
признали ее самой прекрасной, ибо как, если не за самую прекрасную женщину Вселенной
стоит рисковать жизнями, богатством, здоровьем и самой планетой?.. Но все же надо как-то
подтвердить пригерольдно, в смысле, через массмедию. Врубился? А также я накладаю
кое-что по мелочам, как то: доставить их на звездолет с почетом, снабдить звездолет
продовольствием, а населению планеты трое суток не стричь ногти...
Весь зал превратился во множество распахнутых ртов, а у Додо челюсть отвисла до
пола. Диктатор спросил непонимающе:
- А ногти... зачем?
- Должен же я придумать еще что-то, - объяснил я, - демонстрирующее полную
победу? Врага нужно унизить. Сперва хотел было первой брачной ночи у всех женщин этой
планеты, но... гм... боюсь, это несколько заденет благородную леди Икану... так что с
превеликим, надо признаться, сожалением вынужден отказаться. Или вы не совсем
счастливы принять эти условия?
Диктатор проговорил медленно, на глазах наливаясь гневом:
- Нет.
- А, ну ладно, я так и знал. У тебя сколько городов на этой планете? Всего четыре?.. Ну
тогда скажи, какой из них... э-э... сжечь, как Содом и Геркуланум?
В зале настала мертвая тишина, затем он спросил осторожно:
- Ты о чем, великий воин? Даже величайший?
Я повторил терпеливо, словно говорил с умственно недоразвитым:
- У тебя есть урановый рудник. Твои рабы накопали много руды. Там же изготовили
пару сот атомных бомб. Верно?.. Так вот я этой ночью проник туда, украл и спрятал в твоих
городах.
Он покачал головой:
- Ты что-то путаешь. Там такая охрана...
- Липа, - опроверг я. - Вам не от кого было охранять, так что ваша охрана спала, как
суслики... Суслики - это такие звери, похожие на барсуков, только барсуки спят еще
больше. Барсуки - это такие звери, похожие на хомяков, только насчет спанья им до хомяков
далеко... Словом, я вывез на украденном вертолете, а за спиной, чтобы не погнались,
обрушил крышу всего рудника.
По залу бегали люди, на экранах сменялись морды, что-то докладывали, наконец
диктатор снова повернулся ко мне, лицо угрюмое, раздраженное.
- Да, там небольшая авария... Просел свод, завалило часть туннеля. На очистку
потребуется не больше одного дня. Ты это мог увидеть, а теперь пытаешься шантажировать.
Я вздохнул:
- Так и знал, что ответишь... такое умное. Ну почему мне всегда попадаются не
противники, а просто стыд такой? Одни тряпочки. Все как на ладони, прям неинтересно!..
Ладно, я взорву город, что в долине между двух гор... как его... ага, Наблус, во-во!.. Наблус.
Тогда ты поверишь, надеюсь?
Он саркастически улыбнулся, но по лицу пробежала тень тревоги.
- Поверю, поверю.
Я быстро набрал код, энтерякнул и сказал с сожалением:
- Смотри, нещщасный.
Некоторое время ничего не происходило, я чуточку забеспокоился, вдруг да не... но в
этот миг экраны вспыхнули красным, затем ослепительно белым. Все сменилось чернотой,
только на одном, что дает панорамную картинку, медленно вырос багровый столб огня,
поднялся в верхние слои атмосферы, там начал разрастаться в багровую с оранжевыми
проблесками шапку гриба, очень похожую на гнойный нарыв.
В зале окаменели, только Икана повернулась и бросила на меня отчаянный взгляд. Я
подмигнул ей, она сжалась и отвернулась, словно я сделал что-то нехорошее, а не
всего-навсего взорвал, даже проще - активировал атомную бомбу!
Диктатор, весь серый, как пепел, сгорбившийся, повернулся, словно в густом клее, в
мою сторону. На лице страх и отчаяние, ужас, недоверие, он прошептал:
- Что это... было?..
Я удивился.
- Я не сказал? Пришлось, понимаешь?.. Я люблю отсекать головы, вспарывать животы,
и чтобы кишки вываливались теплой кишащей массой... а потом зажарить кабанчика, но тут
хрен где отыщешь кабанчика, пришлось вот развести костер... Ну что, повторить еще, что я
очень люблю? И активировать, как говорят умники, второе устройство?
Он простер усталую дрожащую руку к экрану, пальцы тряслись, как будто их трепало
током.
- Я отпущу, отпущу всех!.. Только скажи, где ты положил второй заряд?
- Когда мои войдут в корабль, - сообщил я. - Понял?.. Когда войдут в корабль, тогда и
продолжим базар.
- Но...
Я рыкнул:
- Ты перечишь мне, великому воину?
Он почти прошептал, раздавленный моим гуманизмом, как асфальтовым катком:
- Нет-нет, да чтоб я когда-то перечил человеку с... как говоришь, называется твой
звездный мир?
- Военная тайна, - сообщил я.
Икану развязали первой, затем Додо и Гого, ухватили за локти и почти бегом повели из
зала. Я вскинул голову, осмотрелся, вроде бы не видно в небе боевых вертолетов, все путем,
но на всякий случай отступил глубже в пещеру. На экране появились длинные коридоры,
наконец троих пленников вывели, усадили в вертолет. Я проследил, как их усадили,
курсором мышки поймал одну летающую видеокамеру и оставил в зале над ничего не
подозревающим диктатором.
Я снизился на украденном вертолете возле самого звездолета, немногочисленная
охрана, обломав зубы о титановые стены, в разочаровании расселась, как вороны на
окрестных камнях, зевают и чешут в подмышках и ниже, намного ниже. На
приближающийся вертолет смотрят с вялой заинтересованностью. Я вышел и сразу дал
длинную пулеметную очередь, дурни только глупо таращились и даже не пытались
прятаться, ну прямо русский спецназ в юсовских баймах.
Когда пулемет отщелкал последние пули, я выронил бесполезное устройство и,
выхватив лазерный пистолет, добил последних. Дверь послушно распахнулась и тут же
захлопнулась за спиной, я промчался по длинным коридорам в центральную рубку. На всех
экранах мелькают картинки, видеоглазки работают исправно, только хаотично, я быстро
отыскал картинку, где трое бывших пленных сидят, как испуганные птенчики, прижавшись
друг к другу, вокруг вооруженные до зубов крепкие ребята, хотя, конечно, крепкие только в
сравнении с ними, но не с нами, землянами, людьми огня и железа!
На одном из экранов на всякий случай я оставил зал с диктатором, он все еще выглядит
раздавленным, в зале паника, одни орлы сомкнулись вокруг вожака, остальные бегут
стремглав. Возможно, скоро начнется народное восстание, антинародную диктатуру сметут
на фиг, слишком велик просчет, чересчур большой спад экономики и добычи полезных
ископаемых...
В небе появился вертолет, снизился и сел в сторонке. Группа стражей выбежала
первыми и помчалась к звездолету. Выждав, когда затаились, я включил громкую связь и
объявил трубным голосом с неба:
- Ребята, мне за вас стыдно. Ну что за детски
...Поділитися у соцмережах
