Жанр: Электронное издание
Ushi
...чрезвычайно опасная.
- А чрезвычайно опаснейшая? - поинтересовался я.
Он подумал, сдвинул плечами:
- Пожалуй, опаснее будет только ситуация самого восстановления Древней Империи.
- Ну и слава Богу, - сказал я. - Всего-то в одном моменте. С этим одной левой. Как
говорят, ол лефт. Кстати, из-за чего все началось по новой? Ведь о наследии Древних
Королей забыли вроде бы миллионы лет тому.
Иван и торкесса уже пошли знакомиться с экипажем, очень благоразумно, надо знать,
на кого опираемся, Урган попросил позволения расстелить звездную карту тут же на столе,
начал водить по ней пальцем:
- Вот здесь границы гангенов, а этот сектор принадлежит бгагистам... по этой линии
кордон Федерации исламистов... а вот крохотное, но очень воинственное образование
корсангов...
- Насколько крохотное? - уточнил я.
Он отмахнулся:
- Да всего две жалкие галактики, можно бы не принимать в расчет, но у них там
уникальная дыра в соседнюю Вселенную, которую умело контролируют... Зато рядом
обширные пространства Темных Баронов, весь этот сектор принадлежит им, представляете?
Более того, постепенно расширяют, не бароны, а купцы какие-то...
- Позор, - согласился я. - бароны должны мечом, а не долларом.
- Абсолютно верно, Ваше Величество!.. А вот здесь Свободные Имперцы...
Я присмотрелся внимательнее:
- Там же бгагисты?
- Это если в плоскости, а это же... позвольте, я ее сейчас в трехмерную...
Щелкнуло, карта вздулась, в ней появился объем, превратилась в нечто наподобие
пирамиды с размытыми краями. Я представил себе, что там Вселенную грызет жуткий хаос,
ничто, внутренне содрогнулся, но на лице и ухом не моргнул, кивнул, одобрил:
- Да, так яснее.
С полчаса он давал вводную, рассказывая о звездных империях, королевствах,
федерациях, объединениях, консорциумах, племенах, свободных торговцах, что, конечно же,
обыкновенные пираты, но, как я понял, здесь даже пираты владеют каким-нибудь хоть
пустяковым шаровым скоплением в сто миллионов звезд, и вообще живут здесь нехило,
нехило...
Я напомнил вопрос:
- Но кто все-таки начал смуту?.. Ведь о Древних Королях не вспоминали миллионы
лет.
Он поморщился:
- Будете смеяться, когда я вам их покажу. Взгляните вот сюда... А теперь увеличим,
еще увеличим, еще и еще... Видите это крохотное пятнышко? Здесь микроскопическое
государство регорнов. Эти регорны считают себя самыми лучшими воинами, хотя это далеко
не так. Были бы лучшими, давно бы захватили для себя участок пространства с более
богатыми угодьями.
- Резонно, - согласился я. - Они и начали борьбу за передел мира?
- Они, - согласился Урган, вздохнув. - Правда, мир был готов к новому переделу,
регорны всего лишь первыми начали. Правду сказать, они достигли немалых успехов! Это
пятнышко - нынешний сектор, а в начале смуты его было вовсе не рассмотреть. Пока что
регорны продолжают расширять свое пространство, хотя уже и не так быстро... И
сопротивление им растет, и Сами они теряют наступательный дух, захватывая богатые
энергией коллапсары, черные звезды, восьмимерные струны, миры из антивещества...
- Ну, - сказал я понимающе, - это мне знакомо.
Урган посмотрел в изумлении:
- Откуда?
- Дык Юса из-за чего в маленький Ирак рвется?.. На Китай вон и не гавкнет, хотя там
коммунисты и всякое попирание общечеловеков. А в Ираке половина всех мировых
ресурсов!
Урган сказал с великим уважением:
- Я не знаю такой звездной системы, как Ирак, но суть вы уловили верно, Ваше
Величество. Регорны - малый мир, в нем не больше трех тысяч планет, а народу всего
семьсот триллионов, но это храбрые воины, у них строгая кастовая система. К тому же у них
постоянно наступательный дух...
- Что, собственно, понятно, - сказал я.
- Простите, Ваше Величество?
- Прощаю, - ответил я великодушно.
- Но... Ваше Величество... Почему?
- Они обижены, - объяснил я. - Или считают себя обиженными, что, собственно, одно
и то же. Для формирования реваншистских настроений нет лучше, чем чувство обиды. Было
бы у них все хорошо, они бы уже оскотинились, онаркоманились, растолстели, освинели,
словом, обобщечеловечились и стали демократами. А так держат себя в руках, не
распускаются, тренируют тело и дух, скоро засадят вам по самые... вы же знаете, что малые
числом народы нередко бивали в сто раз более многочисленные! Главное - пассионарность,
как сказал сын одного великого поэта, сам поэт, укрывший свою поэтичность под личиной
ученого. Регорны - пассионарны. Подумайте, может быть, проще пойти на компромисс?
- В смысле?
- Что-то дать им, - пояснил я. - То ли Курилы, чтобы не отдавать японцам, то ли
Калининградскую область, с нею одна морока...
Урган покачал головой, глаза были полны симпатии и сожаления:
- Нельзя.
- Почему?
- Нельзя создавать прецедент, - пояснил он. - Отдать хоть песчинку - это же сдвинуть
лавину! Все территории когда-то кому-то да принадлежали, и если начинать возвращать, то
такое начнется! Все империи, королевства и даже мелкие княжества придется переделить
заново. Нет, этого делать нельзя. Некоторые звездные королевства вообще предлагают
уничтожить регорнов... как вечных смутьянов Вселенной.
К нам подошел один из генералов, сказал с великой тоской:
- Придется воевать... А это строить огромный боевой флот, который ни на что не
годен, кроме как разрушать, а потом быть разрушенным. Сколько ресурсов потратим зря!
- Мир несовершенен, - сказал Урган невесело. Глаза его сверкнули огнем, совсем
другим голосом добавил: - Но, как говорят на Земле, это и прекрасно!
Генерал спросил обалдело:
- Почему?
- Опрекрасним его мы, - пояснил я.
Галактики перестали мелькать за окном, как искры из трубы паровоза, сейчас только
одна светлая точка впереди, все остальное - чернота, экипаж вовсю готовит корабль к бою,
хотя, по их словам, это простой разведывательный кораблик. Иван перезнакомился с
экипажем, оказывается, в его эпоху эти ребята уже бывали на Земле, он отыскал двух
знакомых, торкесса появлялась часто, но я всецело занимался подготовкой предстоящей
операции, она надувала губки и исчезала.
Урган время от времени представлял мне боевых генералов, которым предстоит
сыграть роль в восстановлении империи Древних Королей, кроме того, я принимал
королевских механиков, техников, ученых, астрономов, а однажды ко мне подошел уже по
своей инициативе человек в белом халате с эмблемой змеи, обвившейся вокруг чаши,
шепнул:
- Ваше Величество, у меня для вас кое-что есть...
Я ответил таким же шепотом:
- Что?
- Мой кабинет - шестая дверь, считая от этой.
Я покачал головой:
- Вот так и ринусь туда, не зная, что вы продаете?
Он усмехнулся, помялся, проговорил совсем тихо, глядя в сторону:
- Ваше Величество, я обратил внимание... уж простите, но ваша реакция, ваши
знания... и многое другое, простите великодушно... сильно уступают даже командирам
среднего звена...
Я пожал плечами:
- Ничего удивительного. Зато они не знают, как огонь разводить трением. Еще я могу
научить стирать целлофановые пакетики и сушить на веревке.
- Наверное... наверное, это удивительные знания, - ответил он с запинкой. - Но если
хотите в кратчайший срок пополнить свой багаж...
Я ответил злым шепотом:
- А кто их не хочет? Теперь на острове Сокровищ пираты прячут хардиски с базами
данных! А не какое-то там вшивое золото.
Он указал глазами в сторону двери, а сам ушел. Я некоторое время слонялся без дела,
потом перебросился парой слов с Урганом, повернулся и пошел искать шестую от этой двери
комнату. В самом деле оказалась комната, а не кинозал или стадион, свет яркий, люблю,
только вот посреди зубоврачебное кресло, хоть с виду и комфортабельное, современное,
даже подлокотник только с одной стороны, чтобы легче сбежать. Медик обернулся на скрип
двери, улыбка стала широкой. Рука в белой перчатке указала на кресло:
- Садитесь, прошу вас.
Я пробормотал, не двигаясь с места:
- Да, с зубами у меня есть проблемы... но как-нибудь в другой раз. Правда, с этой
стороны два коренных тю-тю, но я стараюсь не шибко улыбаться на эту сторону. Несколько
искривленный рот придает значительность и так необходимую ироничность.
Он выставил протестующе ладони:
- Это не то, что вы подумали!
- А что?
- Сидиреврайтер знаний, информации. Чтобы вам не перелопачивать файлы вручную,
вам их просто вложат в... так сказать образно, голову. Ту, что сверху, на плечах. А что не
поместится, расположим вдоль хребта по всему спинному. Самые же ценные поместим в
наиболее охраняемое место...
- В задницу?
Он поклонился:
- Сами понимаете, Ваше Величество, утолщение мозга на нижнем конце спинного
хребта лучше защищено, чем на верхнем.
- Ладно, - сказал я дрожащим голосом, - только пусть это останется тайной.
- Конечно-конечно! Враги не должны знать, где у вас уязвимое место!
- Нет, чтоб не сказали, чем я думаю... Но это в самом деле возможно?
- Да, Ваше Величество.
- Так это же, - прошептал я, - щука... вот так щука! Прямо щучища!
Он не понял, переспросил:
- Какая щука?
- Огромная, - заверил я. - Космическая!.. Это же мечта всякого Емели - поймать такую
щуку, а в этом мы все емели. Только ловим не мы щуку, а ловят нас. Но какой класс - не
надо ходить в школу, а все знания сразу загнать под черепушку! Ребята, да вам все
второгодники жопы изотрут поцелуями.
Он быстро настраивал аппаратуру, я взобрался на сиденье, вытянул ноги, там удобная
приступка, медик быстро пощелкал по клаве, на мониторе появились надписи "История",
"Политика", "Военное дело", "Технологии"...
Я спросил шепотом:
- И все это можно записать за один сеанс?
Он кивнул:
- Да, это займет не больше десяти минут. Конечно, установку пришлось собирать на
месте из подручных деталей, а там, у себя дома, я перебросил бы вам прямо в мозг за долю
секунды. Увы...
- Ничего-ничего, - заверил я его, - у меня тоже сорокаскоростной, а при записи так и
вовсе четырехкратная скорость. Так что все путем. А можно еще записать "Искусство"? У
вас такое понятие есть?
- Есть, есть, - ответил он. - Вы сразу скажите, что еще хотите! Еще займет разве что
лишних десять-пятнадцать минут, но если вы готовы потерпеть...
- Готов, готов, - заверил я торопливо, - да хоть полчаса! Или час. Это не долгие годы и
годы протирать штаны в академиях, наживать геморрой, лысину и подагру. Давайте все, что
у вас есть.
Он сказал задумчиво:
- Все - это очень много. Понадобится больше часа. Если не полтора.
Я воскликнул:
- Да чтоб я за все знания Вселенной не посидел в этом кресле лишний час? Не
смешите!
Он сделал несколько переключений, сказал ворчливо:
- Ладно, все знания заброшу, но вот насчет дополнительных... не знаю, стоит ли?
- А что за дополнительные?
- Ну, всякие там бойцовские навыки нужны ли царствующему роду? Это удел простых
людей, касты воинов. Или там умение говорить на разных языках...
Я подпрыгнул, едва не выпав из кресла:
- Да ты что, издеваешься? Запас не койтусирует и есть не просит. Давай умения
драться! Все-все, и побольше, побольше! Император что, бесполое?
Он посмотрел восхищенно и с великим изумлением:
- Вот это дух! Что значит забросить ребенка в варварский мир! Либо голова в крестах,
либо грудь в кустах... Хорошо, Ваше Величество, добавим в список и умение драться... Так,
наверное, все?
Я спросил с разочарованием:
- Что, у меня голова узковата? Больше не влезает? А если расположить вдоль спинного
мозга, как вы предлагали?..
Он отмахнулся:
- Да все поместится, Ваше Величество. У вас голова поистине царская, можно сразу
сказать - императорская! Что значит - совершенно пустая. Сколько туда ни вали, еще и
место останется.
- Так что у вас есть еще?
- Ну всякие мелочи, вроде умения перемещаться мгновенно в любую точку
пространства, но это необходимо только простолюдинам, слугам, а благородные обычно
брезгают, предпочитая двигаться медленно и величественно... Можно способности
перевоплощаться в любого зверя, птицу, рыбу, даже насекомое... Для этого надо только
указать из справочника, в каких именно...
Я спросил жадно:
- А во всех можно?
- Да хоть и в амеб, - ответил медик, ничуть не удивившись. - Только это займет почти
сутки, ведь количество форм жизни во Вселенной приближается к семи ундециллионам.
- Истратим сутки! - сказал я твердо. - Все равно в полете не фиг делать! Вообще давай
вали все! Это ж на халяву, подумать только, как повезло... На халяву и уксус сладкий.
Он сказал, как мне показалось, с некоторым беспокойством:
- Великоват объем... Вы уверены, что все усвоите?
- Усвою, усвою, - сказал я. - Наиболее усваиваемыми, калорийными и полезными для
здоровья являются халявные продукты. На халяву и "Рама" - сливочное масло! По
соотношению цена-качество халявное не имеет конкурентов. Да и вообще халявной мыши
под шарик не заглядывают... Давай начинай!
Он послушно переключил пару верньеров, его палец завис над клавишей "Enter", как
вдруг меня молнией пронзило воспоминание о звездолете Иканы, армаде контрабандистов,
грандиозной космической битве, что на самом деле не битва, как мне тогда объяснили, а
мелкая стычка с пытавшимися проскользнуть контрабандистами.
- Нет! - заорал я. - Нет!.. Я передумал!
Он зловеще улыбнулся, его палец с костяным стуком победно ударил по клавише.
- Прекрати! - закричал я. - Это же... Я вспомнил, это же наркотик!.. Прекрати, я не
хочу!...
Он сделал еще пару переключений, по барабанным перепонкам ударила грохочущая
музыка. Я чувствовал, что разеваю рот, но сам не услышал собственных воплей.
Дверь с треском распахнулась. Я смутно видел, ворвались рослые фигуры в пятнистых
комбинезонах. Медик отпрыгнул, быстро повернул голову и укусил себя за воротник. Урган
подбежал, крепкие пальцы ухватили за челюсти, разжали. Я с омерзением увидел синий,
измазанный как чернилами язык, пену во рту. Медик захрипел, нога пару раз дернулась, он
вытянулся всем телом. Урган отпустил, тело грохнулось на пол с деревянным стуком.
Меня вытащили из кресла, Урган тряс и кричал прямо в лицо:
- Ваше Величество!.. Ваше Величество!.. Он успел?
Еще как, хотел я сказать, но понял, это конец не только мне, но всей нашей авантюре,
мотнул головой:
- Нет... Он только изготовился...
Урган с облегчением выдохнул:
- Фу-у-у... Мы только минуту назад получили данные, что это кулунганский шпион!
Он нашел самое уязвимое место...
- Ничо, - прохрипел я. - Я оказался ему не по зубам... У кого-нибудь есть пиво?
Урган счастливо заулыбался, один из генералов прокричал радостно:
- Есть! Есть!... Ура!
Вокруг радостно шумели, я понял, что, попросив пива, лишний раз подчеркнул, что
остался таким же дураком, как и был, ведь умные пива, похоже, не пьют вовсе. Во всяком
случае, эксперты и знатоки, кем я чуть было не стал из человека вольного и со свободными,
совсем свободными мозгами.
На пороге появился человек с нашивками майора.
- Ваше Величество, - обратился он ко мне, минуя Ургана и других генералов, - мы в
трех минутах от нашей столицы. Прикажете посадку?
- Прикажу, - ответил я. - Вот прямо как прилетишь, так и садись. Если сумеешь,
конечно...
Снова все расхохотались, как удачной шутке. Подхалимы, как вижу, никогда не
переведутся.
Три минуты на подлет, это значит - впереди возникло светлое пятно, разбежалось на
множество светящихся спиралек, одна стремительно разрослась, заняла все небо, по
сторонам замелькали звезды, звезды, звезды, наконец осталась только одна, на экранах
появилась быстро увеличивающаяся планета, тут же заволокло белесым, пробиваем облака,
едва слышный толчок под ногами, все стихло, из динамиков донеслось:
- Начинаем высадку.
Я взглянул на часы, ровно три минуты с того момента, как я скомандовал посадку. На
экранах видно, как из люков выдвинулись бронетранспортеры, доверху наполненные
звездными рейнджерами. Рядом кашлянул Урган:
- Ваше Величество...
- Да-да, - сказал я, слегка вздрогнув. - Простите, задумался чуть...
- О величии Древней Империи?
- О величии Новой, - поправил я и добавил: - А также о более достойном месте в ней
для регорнов.
Урган едва заметно вздрогнул, но смолчал, лишь поклонился ниже обычного, пряча
взгляд сразу вспыхнувших глаз. Я двинулся к выходу, коридор уже опустел, на местах
только минимум техников, остальные занимают позиции, ведь все они только мои самые
близкие телохранители, это даже не ядро войск, у меня вообще пока нет войск.
Я сделал шаг из люка, дыхание вырвалось из груди со всхлипом, словно туда ударили
тараном. Колени стали ватными, ноги задрожали. Я смотрел выпученными глазами, сердце
остановилось: впереди в долине - город из сказки, огромный, немыслимо роскошные
небоскребы на тонких, как спицы, колоннах, другие дома вообще в воздухе, как
приклеенные. Внизу мириады блестящих, как елочные игрушки, машин всех размеров и
форм, они же с невероятной скоростью носятся между зданиями, ныряют в землю, в воду, а
некоторые с размаха влетают в здания... и стены пропускают их, как будто этих стен нет
вовсе!
Урган сказал с болью в голосе:
- Запустение, запустение... А когда-то это был великий город, Ваше Величество!
Я прохрипел перехваченным горлом:
- Ага... да... ноги бы повыдергивать из задницы...
- Вот-вот, - поддакнул он. - Довести звездную Империю до такой степени убогости,
что прозябаем вот так, как жалкие дикари.
- Ага, - проблеял я сипло, - как миклухомаклаевцы.
Он со скорбью смотрел на город.
- Даже не знаю... сумеем ли восстановить, если нам повезет... если будет удача...
- Ничего, - проговорило из меня нечто упрямое, ибо я человек, а это такая упрямая
скотина, что ни за какие пряники не признается в поражении, - мы еще покажем, как свистят
на горе раком после дождичка в четверг! Да, сейчас это жалкое стойбище с юртами и
чумами... запомните, каким оно было! Я знаю, город будет, я знаю - саду цвесть... Гвозди
бы делать из этих людей, стало бы больше в мире гвоздей! Словом, пусть разбегаются, гады,
начинаем строить светлое будущее для всего человечества, где от каждого по способностям,
каждому - по потребностям, или что-то в этом роде с поправкой на человеческий оскал.
Пока что здесь дикая тайга, но я уже вижу голубые города! И начнем строить Империю
Зла... тьфу, царство света и всеобщей благодати уже сегодня!
Глава 11
Десантники просачивались в город, я вспомнил, что давно не видел ни Ивана, ни
торкессу, поинтересовался:
- А где та сладкая парочка, что прибыла со мной? Урган подумал, сдвинул плечами:
- Варвар уехал на первом же бронетранспортере, а женщина... гм... ах да, она тоже
вышла из корабля в числе первых.
- Не на бронетранспортере? - изумился я. Сказал с беспокойством: - Эта дура ни
стрелять, ни прятаться от пуль не умеет! Лучше ее держать от схватки подальше.
Урган кивнул:
- Будет сделано.
Мы сделали несколько шагов от корабля, под ногами матовое стекло, так мне казалось,
поверхность идеально ровная, однако просто неслыханно прочное сцепление подошвы с
почвой. Я нарочито шаркнул ногой, будто примериваясь проехаться, как на ледяной
дорожке, однако не сдвинулся и на сантиметр. Эта удивительная дорога, впятеро шире, чем
Окружное шоссе, ведет, похоже, к дивному сверкающему городу за горизонтом, отсюда
видно только макушки, крыши башен. Справа и слева снуют механизмы, некоторые
проносятся со скоростью пуль, лишь завихряется воздух, по бокам бьют немыслимо высокие
фонтаны, что переливаются всеми цветами радуги, и звучит волшебная музыка. Я страшился
подумать, под каким давлением должна подаваться вода и что будет, если трубы лопнут.
Проплыла тень, я вскинул инстинктивно голову и застыл, проклиная себя за
любопытство: над головой всего в сотне метров бесшумно двигается горный хребет, снизу
сглаженный и отполированный до блеска. Видны огромные закрытые люки, щели, зазоры,
немыслимая тяжесть обрушилась на меня, я старался вообразить, что эта штука в миллионы
тонн просто ползет по воздуху, здесь овладели гравитацией, не обязательно все это рухнет
мне на голову, вовсе не обязательно! Простой транспортник, ползет себе и ползет.
Возможно, даже управление автоматическое.
Но жуткий страх замораживал кровь, это инстинкт, ни одно живое существо,
рожденное на Земле, не может вынести вида падающего на тебя потолка. Мы можем
находиться в сколь угодно огромных храмах, там свод опирается на стены, видим, а здесь
стен нет, зато крыша едет, в самом деле едет.
- Что с вами? - спросил Урган обеспокоено.
- Крыша поехала, - объяснил я белыми губами.
Он не успел переспросить, донесся лязг гусениц. В нашу сторону несся на большой
скорости бронетранспортер. Урган насторожился, положил ладонь на рукоять бластера.
Бронетранспортер остановился в трех шагах, выволокли маленького человечка, похожего на
адвоката, что приносил нам документы на поместье, но в очень растрепанной одежде. Он
выгибался от боли, шипел сквозь зубы.
Майор в форме десантника доложил:
- Местный резидент!.. Не успел скрыться, поймали на пороге.
Урган потемнел, из бронетранспортера вылезали генералы, смотрят вопросительно, я
сказал быстро:
- Волоки в корабль. Мы скоро придем.
В прежнем зале, куда мы стянулись снова, майор поставил пойманного на колени,
заломив руки за спину. Я слышал, как затрещали кости. Адвокат прохрипел с торжеством:
- Да, вы можете меня убить... можете пытать долго и больно... но все равно ваша
гибель неминуема!
Я спросил с интересом:
- Это почему же?
- Я верен принцессе Изольде, - выдавил он сквозь зубы. Майор ломал ему плечи,
резидент от боли едва шевелил языком, но все еще выглядит несломленным. - Я передал ей
по системе свифт, что самозванец уже здесь... и сейчас в планетной системе появится из
нуль-поля суперзвездолет "Гремящий". Это боевой крейсер, что в состоянии одним залпом
разнести всю эту планету... и три соседние.
Я вскинул голову, но над головой только высокий свод зала корабля.
- И скоро он будет здесь?
- Он уже здесь, - ответил резидент с торжеством. - Над планетой! Только ждут моего
доклада.
Генералы, маршалы и фельдмаршалы ломанулись, как стадо баранов, к дверям,
толкались и дрались у слишком узкого выхода. Я оглядел десяток оставшихся:
- А что же вы?
Урган ответил за всех бесстрашно:
- Ваше Величество, мы настолько глупы, что не понимаем своей выгоды! Мы
предпочитаем умереть с честью, чем жить в позоре!
- Ну что за слова, - сказал я, - демократ сказал бы, что никакого позора вообще на
свете нет, а все божья роса. Ну да ладно, мы лучше подумаем, чтобы это наши враги
померли. Без всякой чести, на то они и общечеловеки. Майор, держи пистолет у виска этого
демократа. Слушай, резидент, ты труп, если не повторишь все, что я скажу, тем наверху, в
той жестяной коробке, именуемой суперзвездолетом. Ты скажешь, что мы тут на радостях
упились, как ирландцы, что вообще-то еще те русские свиньи, нас приходи и голыми руками
бери, а то и вовсе ставь... ну, там наверху поймут и одобрят. А если хоть хрюкнешь что-то
не так, если интонация твоя не пондравится, то майор просто пустит тебе пулю в висок. И
умрешь ты спокойно, без мук и пыток. Но все-таки умрешь. Все понял?
Резидент сказал затравленно:
- А что я буду иметь, если скажу, как вы хотите?
- Во-первых, - объяснил я, - проживешь дольше, а ведь каждое мгновение бесценно,
как учит великий Адамыч? И ради него можно и попресмыкаться?
Он посмотрел злобно, прошипел:
- Можно.
- Все запомнил?
- Да, - ответил он. - Все сделаю, но зачем вам меня убивать, пощадите!.. Я буду
послушным гражданином в вашей великой стране. Вы же сами знаете, демократы - трусы, а
трусливые люди - самые законопослушные.
- Да, - сказал я нетерпеливо, - пожалуй, могу и пощадить... Но пока только могу,
понял?
- Все понял, - ответил он затравленно. - Буду работать за надежду.
- Сообразительный, - похвалил я. - Что касается своей шкуры - демократы самые
сообразительные. Эти отечество в упор не видят. Ну, теперь давай, общечеловече, выходи на
связь.
Общечеловека отвели к пульту, он быстро-быстро простучал по клавиатуре со
скоростью не меньше чем девятьсот семьдесят знаков в секунду, причем ни разу не задел
пробел, но слова появлялись на экране раздельные, написанные правильно, без единой
ошибки, ну и компьютер у них, хотя буквы, как обычно, возникают на экране каждая с
тарелку. На экране после этого обмена паролями возникло изрезанное шрамами лицо
немолодого человека в железном шлеме с поднятым забралом.
- Кулях, - буркнул он. - Ты долго... Почему тебя не видно?
- Я в самом замке, - ответил резидент тихо. - Все перепились, как русские свиньи, так
и не принявшие ислама...
- Так и не приняли?
- Нет, хоть попытки были.
- А этот, как его...
- Имортизм? - догадался резидент.
- Он самый... Слово-то какое, язык сломаешь.
- Можно имортство, - пояснил резидент. - С этим еще неясно. Все впереди, к тому же
он только для умных, а у нас, сами знаете, умных раз-два, и обчелся. К тому же всякий хочет
быть богатым, а не умным.
- Понятно, - проговорил командир суперзвездолета. - Значит, приходи и бери голыми
руками?
- Так точно!
За спиной командира звездолета появился еще один, лицо вроде бы знакомое, только
шрам свежий, переспросил недоверчиво:
- А Урган и Нарг? Они же не пьют.
- Теперь пьют, - сказал резидент быстро. - Дабы угодить этому... прынцу.
- Он в самом деле принц или самозванец?
- Еще не выяснил, но разве это важно?
Человек на экране кивнул с хмурым видом:
- Ты прав, для нас он - знамя мятежа. А знамя нужно сломать и растоптать. Надень
цвета нашего королевского дома, чтобы в тебя не стреляли. Приземлимся на северном
склоне, оттуда до их резиденции три минуты.
Небо распахнулось, как гигантский занавес. Исполинский звездолет, во много раз более
громадный, чем любой из небоскребов, возник на фоне зеленого неба. Сердце мое сжалось,
это даже не звездолет, эта целая Антарктида, почти планета, наш кораблик рядом с ним -
песчинка...
Звездолет опустился на планету, поверхность затрещала, но ни один стебелек травы не
прогнулся. Только одно мгновение он выглядел неподвижным, затем со скрежетом
распахнулись люки. Я ждал, что по широким пандусам быс
...Поділитися у соцмережах
