Жанр: Электронное издание
STARWOLF
...урой или вели меж собой ленивые беседы.
Флюктуаторы были специальностью Хаддада, и потому он, словно зачарованный,
вошел в машинное отделение и замер, не зная, что делать дальше и
следует ли вообще что-то делать.
Остальные новобранцы как ни в чем не бывало двинулись дальше, но едва
сделали полдюжины шагов, как мимо них пронеслись и скрылись в машинном
отделении несколько роботов и целая бригада людей в жаропрочных спецовках.
Столчак, покачав головой, поинтересовалась:
- Неужели на этом корабле всегда аврал?
За пожарной командой по пятам следовали Кори и Лин. Главный инженер
на ходу пробасил:
- Я пальцем не пошевелю, пока вы собственными глазами не взглянете на
это!
- Черт бы вас всех побрал! - в тон инженеру выкрикнул Кори и, оттолкнув
с дороги Амстронга и Нахакари, ворвался в машинное отделение. Не
отставая от него ни на дюйм, Лин сразу направился к флюктуатору.
Из аппарата уже вовсю валил дым. Роботы под руководством пожарных-людей
принялись заливать флюктуатор пеной. Во все стороны брызнули искры:
запахло озоном, а там, где пена попала на силовое поле, к потолку взметнулись
облака зловонно-кислых испарений.
- Черт! - выругался Кори и, подбежав к аварийному щиту, распахнул панель
и рванул вниз ярко-красный рубильник. Силовое поле, окружавшее
флюктуатор, немедленно свернулось; вентиляторы в системе кондиционирования
завертелись быстрее, и завеса из дыма и пара начала понемногу рассеиваться.
Кори повернулся к двум техникам и сухо сказал: - Прежде всего
надо было, как здесь и написано, отключить энергию. - Он ткнул пальцем в
табличку, прикрепленную к щиту, потом повернулся к компьютерному терминалу,
вызвал на монитор схему флюктуатора и, быстро отыскав на ней горящий
тревожным красным светом элемент, поинтересовался:
- Кто-нибудь знает, что это такое? - Взгляд Кори уткнулся в бирку на
груди у Хаддада, и он, нахмурившись, спросил: - Хаддад? Что-то не припоминаю.
Давно на борту?
Хаддад, мельком взглянув на наручные часы, ответил:
- Тридцать секунд, сэр.
- Понятно. Ну, и что это такое, по-вашему?
- Комплексный дроссель, сэр. Вышел из строя, скорее всего, из-за неполадки
в узле синхронизации.
- Правильно. - Кори одарил Лина победным взглядом и снова обратился к
Хаддаду: - Разберите его и отыщите причину поломки.
- Есть, сэр.
Хаддад, козырнув, немедленно натянул толстые резиновые перчатки,
вскрыл кожух блока, привинченного к панели флюктуатора, и бодро принялся
за работу.
- Старший инженер, наладьте наконец ремонтные работы, - устало распорядился
Кори и направился к выходу.
- Этот корабль ремонтировать бессмысленно. Нужно изгонять из него
порчу, - мрачно изрек Лин.
- Если понадобится, будем изгонять, - не оборачиваясь, проворчал Кори.
ЭЗОТЕРИКА
Случилось так, что лицензированным магом на борту ЛС-1187 оказался
Ходел.
Он специализировался на чудотворстве начального уровня, светлой магии,
фиолетовом колдовстве, лишающих воли проклятий, вызывании демонов,
заклинаниях, любовной ворожбе, отдельных разделах зеленой магии, изготовлении
чудодейственных благовоний из змеиного яда и, что оказалось
сейчас самым важным, эзотерике.
Кори завел разговор издалека, со свойств змеиных снадобий.
- Дело в том, что объяснения разрушают магию, - с ходу заявил штатный
колдун. - Но раз вы настаиваете, я кое-что вам расскажу. Магия существует
только для тех, кто верит в нее, а убедить остальных в ее безграничной
мощи практически невозможно. - Ходел указал на кофейную чашку, стоящую
на столе перед ним. - Вот вам пример. Прочитать такое заклинание,
чтобы эта чашка воспарила и переместилась в другой конец комнаты, я не
могу, но зато способен сделать так, чтобы кто-нибудь поднял и перенес
чашку. Вот вам первый закон эзотерики: все, что может быть сделано без
вмешательства богов, духов, демонов и любых иных высших сил, совершается
без их участия.
- Но если чашка будет перенесена чьими-то руками, то кто же поверит,
что это совершено с помощью магии? - удивился Кори.
- Поверят или нет, неважно. Главное, во Вселенной произойдет желаемое
изменение.
- Понятно, - буркнул слегка разочарованный Кори.
- Сразу отвечу на вопрос, который вы, судя по всему, намереваетесь
задать. Да, я могу снять злое заклятие с нашего корабля. Плевать, поверите
ли вы или кто-нибудь во вмешательство высших сил. Важно лишь то,
что экипаж снова обретет веру в себя.
- Хорошо, - сказал Кори. - Действуйте.
Через два дня экипаж собрался в отсеке с шаттлами - единственном помещении
на корабле, достаточно просторном, чтобы вместить всех. Люди не
знали толком, чего ожидать, хотя многие предполагали, что Кори приказал
всем явиться сюда на праздник, устраиваемый по случаю завершения ремонта
флюктуаторов.
Едва порог отсека переступил последний член экипажа, не занятый в
этот час на вахте, как свет медленно померк, торжественно зазвучали фанфары.
Отсек зигзагом пересекло яркое пятно света и замерло на дальней
стене над сооруженным из ящиков неким подобием сцены или трибуны. Тотчас
с хлопком взвился клуб оранжевого дыма, и на ящиках возник Майк Ходел.
Ходел был в обычном комбинезоне, который покрывал плащ с ниспадающими
мягкими складками; на шее и руках гремели бусы и браслеты из змеиных
погремушек и мигающих всеми цветами радуги индикаторов, за спиной трепыхался
чудовищный веер из перьев.
Экипаж разразился восторженными криками.
Фанфары стихли, заиграла тихая мелодичная музыка, а в воздухе у
дальней стены возникли многоцветные формы и образы, спроецированные лазерными
лучами и хитроумными системами зеркал. Зрители засвистели, зааплодировали.
Ходел, воздев руки, заголосил:
- О великий Гу! - Дальнюю стену заволокло шевелящимся золотистым туманом.
- О могущественный Фоссил Фелатауса! - Грянуло несколько слабеньких
взрывов, а на зрителей обрушился поток конфетти. - О несравненный
Пуба! - На потолке замерцало сияние. Удостоил ли ты нас своим высочайшим
вниманием? - Над зрителями вспыхнули и тут же погасли огни фейерверка.
- Ходят слухи, что на наш корабль наложено страшное заклятие, -
продолжал Ходел, понизив голос. - Я прошу тебя, о великий Гу, смилуйся
над нами. Ниспошли нам удачу. Понимаю, о могущественнейший, что тебе мало
дела до бед и чаяний взывающих к тебе безволосых приматов. - Голос
Ходела звучал все громче, все возбужденнее. - Но мы долго, всей душой
уважали тебя и, как тобой и завещано, не поклонялись тебе. Мало того, мы
делали вид, что вовсе не замечаем тебя. И теперь мы ждем от тебя заслуженной
награды. - Свет в отсеке почти совсем погас, дымы, вспышки и искры
запульсировали в унисон с набравшим полную силу голосом Ходела. -
Развей дурные чары, ниспошли нам удачу!
Экипаж, быстро уловив ритм, подхватил заклинание:
- Развей дурные чары, ниспошли нам удачу!
Решив, что такой прием вполне может сработать, Кори улыбнулся. По отсеку
меж тем, набирая с каждым выкриком уверенность и звук, разносился
дружный, многоголосый хор:
- Развей чары, ниспошли удачу!!!
Когда скандирование достигло максимальной силы, Ходел поднял руки, и
люди мгновенно притихли. Выдержав паузу, Ходел закричал:
- О великий Гу! Яви нам знамение!
Немедленно грянул оглушительный, ослепительный сгусток красок и звуков:
воздух заискрился, зарябил световыми образами, с потолка ливнем посыпались
конфетти, в углах отсека вверх вознеслись клубы благоухающего
дыма, послышались подчиненные определенному ритму хлопки взрывов. Кори
показалось, что где-то невдалеке величественно трубит слон. Команда в
восторге орала и свистела, хлопала в ладоши и топала ногами, на щеках
многих блестели искорки-слезы.
Но внезапно магическое изгнание злых сил кончилось, световые эффекты
пропали, по отсеку пронесся то ли вздох, то ли стон, и повисла гробовая
тишина. Члены экипажа, как по команде, повернули головы.
В дверном проеме, освещенный со спины, стоял незнакомец в черной форме
командора военно-космических сил Содружества. Верхняя правая четверть
его черепа была металлической, вместо правого глаза сияла линза.
- Тысяча чертей! - сквозь зубы выругался Кори.
Командор уверенно двинулся вперед, и люди в страхе расступились, давая
ему дорогу. Посреди отсека командор остановился и, оглядевшись, холодно
поинтересовался:
- Кто из вас старпом Кори?
Кори сделал неуверенный шаг вперед.
- Это я.
- Пройдемте со мной.
- Есть, сэр.
В мертвой тишине они покинули отсек с шаттлами. После их ухода первым
голос подал Ходел:
- Чтоб тебя!
К нему приблизились удивленные Амстронг и Джонси, за ними подтянулись
остальные члены экипажа. Джонси спросил:
- Что случилось?
- О Господи, - простонал Ходел. - Плохи наши дела.
- Но почему? - поинтересовался Амстронг. - Кто это был?
- Капитан Ричард Хардести.
- Звездный волк?!
Ходел с несчастным видом кивнул и принялся поспешно стягивать с рук
браслеты.
- Клянусь, никогда в жизни больше не побеспокою богов. - Он на заплетающихся
ногах направился к выходу, бубня под нос: - Иначе в следующий
раз они непременно выкинут что-нибудь похлестче.
В КАЮТЕ КАПИТАНА
Из каюты капитана были убраны все личные вещи Лоуэлла, отчего она казалась
нежилой и запущенной.
С явным неудовольствием оглядев помещение, Хардести уселся за
письменный стол и, не предлагая Кори присесть, принялся в упор изучать
его. Тот постарался сохранить на лице непроницаемое выражение. Наконец
Хардести сказал:
- На этом корабле царит хаос.
- Нам сильно досталось от болсоверов, сэр, - пояснил Кори. - И мы не
покладая рук занимаемся ремонтом.
Хардести взмахнул рукой, как бы отметая оправдания.
- Я познакомился с записями, касающимися текущего состояния дел. Это
не корабль, сэр, а балаган.
- До посещения приемной комиссии еще три недели.
- Я взялся командовать кораблем. Поэтому он должен быть лучшим во
флоте, - процедил Хардести.
Кори без особого успеха попытался не выказать признаков удивления и
гнева.
- Меня никто не поставил в известность о том, что вы заступаете на
пост капитана, сэр.
- Решение было принято час назад.
- Понятно, сэр. Будут какие-нибудь распоряжения?
- Нет, прежде я лично осмотрю весь корабль, а уж потом буду отдавать
приказы. Пока скажите мне, какие цели преследовало сборище в отсеке с
шаттлами?
- Там проходило празднество. Люди его заслужили, сэр.
- Совершенно не согласен с вами, поскольку корабль стал изгоем. Но
ничего, в самое ближайшее время мы вылижем его сверху донизу.
- В голосе Хардести послышались металлические нотки. - И зарубите себе
на носу, я не капитан Лоуэлл. Человек я не из приятных. И друзей не
завожу. Цель моей жизни - уничтожать врага. А вы знаете, в чем заключается
ваша работа?
Хардести уставил на Кори немигающий левый глаз и линзу, заменившую
ему правый. Кори, не потупив взора, тщательно подбирая слова, ответил:
- Моя работа, сэр, заключается в том, чтобы сделать все возможное для
успешного выполнения вашей работы.
Хардести, почти улыбнувшись, сказал:
- Достойный ответ. А разочарование из-за того, что вам не позволено
командовать кораблем, не помешает работе?
- Сэр, я приложу все свои силы и способности, чтобы служить на благо
корабля и флота Содружества.
Хардести понимающе кивнул.
- Командование уверило меня, что именно такого ответа мне и следует
ожидать. А теперь слушайте меня внимательно. Мы не нравимся друг другу,
и я предпочел бы, чтобы такими наши с вами отношения оставались и
впредь. Но нам придется работать сообща, а совместная работа потребует
от нас хотя бы минимального уважения друг к другу.
Хардести выжидающе замолчал, но Кори ничего не сказал. Напряженная
тишина затянулись. Наконец Хардести продолжил:
- Хорошо, перейдем к делу. Вы будете каждодневными тренировками подгонять
экипаж под стандарты флота, а я буду подгонять вас под свои, значительно
более строгие стандарты и, быть может, со временем сделаю из
вас капитана. Вас устраивают задачи?
- А разве у меня есть выбор?
- Разумеется, нет. Меня лишь интересует, могу ли я на вас положиться?
- Я не подведу вас... капитан.
- Вы свободны.
НОВЫЙ НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА БЕЗОПАСНОСТИ
Едва Кори переступил порог рубки управления, как неестественная тишина
и напряжение на лицах вахтенных подсказали ему, что произошло что-то
непредвиденное.
Кори огляделся и застыл.
Взгляды всех вахтенных в рубке были прикованы к старшему лейтенанту
Брику. Брик был девяти футов ростом, четырех футов в плечах, его морду
покрывала короткая жесткая оранжевая в черную полоску шерсть, изо рта
торчали клыки почти в локоть длиной.
Брик был тигром-болсовером - выведенным в пробирке грозным воином.
Его вид устрашал. Казалось, он весь состоит из тугих мышц, обтянутых
шкурой. От него явственно исходил запах раскаленного пустынного песка,
замешенного на крови. Он был живым воплощением самых страшных кошмаров
Кори. И на нем была форма военно-космических сил Содружества. К тому же
он улыбался.
Отворилась задняя дверь рубки, на капитанский мостик широким шагом
поднялся капитан Хардести и, подойдя к оградительным поручням, громко,
чтобы слышно было всем в рубке, сказал:
- Перед вами новый шеф отдела безопасности корабля старший лейтенант
Брик. Вас что-то беспокоит, мистер Кори?
Кори повернулся и, сверля глазами капитана Хардести, ответил:
- Так точно, сэр. На корабле болсовер.
Хардести, будто не заметив гнева старпома, заявил:
- Как на стороне Единовластия воюет определенное число людей, так и
на стороне Содружества сражаются болсоверы. Война затеяна не игрушечная,
и потому место в ней найдется всем желающим. Старший лейтенант Брик находится
здесь по моей личной просьбе. Он лучший офицер службы безопасности
по эту сторону преисподней.
Кори повернулся и, задрав голову, взглянул на старшего лейтенанта
Брика. С близкого расстояния видна была только необъятная грудная клетка
Брика, а разглядеть лицо Кори удалось, лишь отступив на шаг.
Брик улыбнулся во весь рот. Его клыки оказались крупнее, чем Кори показалось
вначале. Брик заговорил, и его голос загромыхал по рубке подобно
реву ракетных двигателей:
- Я-не ваша схватка. Ваша схватка... далеко отсюда.
Кори, неотрывно глядя в зеленовато-желтые с вертикальными зрачками
глаза болсовера-воина, спросил:
- Тогда где же ваша схватка?
Брик медленно, аккуратно, будто боясь кого-нибудь испугать, прижал
правую ладонь к своей груди.
- Моя схватка - здесь.
Не представляя, как вести себя дальше. Кори повернулся и невидящим
взором уставился на экран терминала перед собой. Хотя в его сердце клокотала
ярость, усилием воли ему удалось унять нервную дрожь и выровнять
дыхание.
Кто-то коснулся его руки. Кори повернулся и, увидев перед собой отлично
сложенную, привлекательную незнакомку лет сорока, растерянно заморгал.
- Старший помощник Кори? - спросила она, а после его кивка представилась:
- Старший лейтенант Сигнус Тор, назначена новым старшим астронавигатором
на этот корабль.
- А... - растерянно сказал Кори. - Рад встрече с вами. Вам знакомы...
Э-ээ... - Кори кивком указал на астронавигационный пульт.
- Низкоциклические флюктуаторы шестнадцатой модели? - без труда догадалась
Тор. - Конечно.
- Отлично. Извините, я отвлекусь на секунду. - Кори повернулся к Брику
и, с видимым усилием протянув ему руку, сказал: - Приношу свои извинения,
сэр. Будем работать.
Брик медленно кивнул и пожал Кори руку. Пожатие было не слишком крепким,
по меркам болсоверов, но Кори после него пришлось массировать
пальцы.
Внезапно в рубке надрывно взвыл сигнал тревоги, приборы замигали тревожными
красными огоньками. Послышался голос Чарли:
- Авария в машинном отделении. Вырабатываемое третьим блокировочным
модулем поле нестабильно. Прорыв силовой оболочки сингулятора ожидается
через... - компьютер помедлил долю секунды, производя вычисления, - три
минуты.
Вахтенные кинулись к своим рабочим местам, Тор заняла место за навигационным
пультом, Ходел уселся в соседнее кресло дублера и поспешно
включил приборы. Экран осветился, затем вдруг погас. Ходел саданул по
нему кулаком, и экран ожил вновь. За всей этой суматохой с капитанского
мостика невозмутимо наблюдал Хардести.
Через считанные мгновения каждый вахтенный в рубке управления либо
взахлеб орал что-то в микрофон, либо с сумасшедшей скоростью вводил в
компьютер команды. Кори двигался от пульта к пульту. Брик посторонился,
пропуская его, а затем поднялся на мостик и встал рядом с Хардести.
Рубку управления, как и после прямого попадания луча деструктора,
озарили вспышки молний. В машинном отделении молнии были такими мощными,
что могли запросто уложить человека. Дежурная команда быстро облачилась
в защитные костюмы и только потом припала к пультам.
- Силовое поле сингулятора входит в "паразитный" резонанс, - сообщил
Чарли. - Поле стремительно теряет фокусировку. Прорыв силовой оболочки
сингулятора ожидается через две минуты. Если черная дыра покинет пределы
магнитной клети, будет уничтожен не только наш корабль, но и весь Звездный
Док.
- Начать подготовку к аварийному старту, - скомандовал в микрофон Кори.
Ходел, ударяя по клавишам пульта, почти сразу же доложил:
- Воздушные люки задраены. Ракетные двигатели прошли предстартовую
проверку и готовы к запуску. Команда закрепляет все массивные предметы
и...
- Немедленно покидаем Звездный Док, - распорядился Кори, не дожидаясь
окончания предстартовой процедуры.
Корабль накренился, круша швартовые балки, с корнем выдирая крепежные
болты, разрывая подходящие к нему кабели и герметичные трапы, и медленно
двинулся из дока.
- Есть выход из дока! - сообщил Чарли. - Скорость отхода тридцать километров
в час. Звездный Док вне опасности. - И через секунду добавил: -
Прорыв силовой оболочки сингулятора ожидается через одну минуту.
Ходел ударил по пульту и что есть мочи завопил в микрофон:
- Черт возьми! Почему до сих пор не включен аварийный модуль? - Выслушав
ответ, снова закричал: - На это нет времени! Разъединяйте силовые
обмотки флюктуаторов! Шевелитесь же, черт вас дери!
Позади него орал Кори:
- Быстро освободите машинное отделение! Подготовьтесь к блокированию
взрывной волны! - Он взглянул через плечо Ходела на экран терминала и
скомандовал: - Освободите машинное отделение!
Внезапно сирена тревоги смолкла, вспышки электрических разрядов стали
утихать, а индикаторы на пультах поменяли цвет с тревожного красного на
зеленый. Вахтенные в недоумении переглянулись. Они проиграли битву за
выживание корабля, но при этом непостижимым образом остались живы.
- Произошел прорыв силовой оболочки сингулятора, корабль был уничтожен,
- сообщил Чарли. - Тренировка закончена. Эффективность действий команды
в экстремальной ситуации признана неудовлетворительной.
Кори медленно повернулся и взглянул на Хардести, по-прежнему стоящего
на мостике. Тот ответил Кори холодным взглядом. Тут на ноги вскочил Лин
и в ярости заорал на капитана:
- Вы что, принимаете нас за идиотов?!
- Спасибо, - спокойно сказал Хардести, глядя мимо Лина на Кори. - Теперь
мне совершенно ясно, почему ЛС-1187 так и не заслужил имени. Астронавигатор
Тор, пришвартуйте корабль на прежнее место в доке. Мистер Кори,
жду вас в своей каюте через десять минут.
Хардести повернулся и решительным шагом покинул рубку управления.
Брик с улыбкой оглядел пораженных до глубины души вахтенных. Дрожащий
от возмущения Ходел уставился на Кори. Тот, избегая взгляда, посмотрел
на Тор, но она, казалось, была всецело поглощена управлением кораблем.
Кори едва слышно вздохнул и, сопровождаемый сочувственными взглядами
вахтенных, покинул рубку управления. Очень тихо, ни к кому конкретно не
обращаясь, Тор сказала:
- Интуиция мне подсказывает, что служба здесь раем не покажется.
РАЗГОВОР
В каюте капитана Кори вытянулся по стойке смирно. Хардести некоторое
время изучал экран терминала, а затем без вступления сказал:
- Я ознакомился с вашим личным делом, так что мне известно, что вы
прошли. Вы пока не оправились после утраты и, возможно, никогда уже не
оправитесь. Вам еще самому не известно, кем вы станете. Быть может, безжалостным
ублюдком, а может, врачевателем душ. Но ни одна из этих ролей
не подходит для офицера военного корабля. Хотя от безжалостного ублюдка,
возможно, и будет некоторый прок. Хардести взмахнул рукой. - Садитесь.
Кори сел.
- Урок первый, - продолжил Хардести. - Научитесь скрывать свои
чувства от подчиненных. Экипаж, словно губка, впитывает все ваши эмоции,
а потом выплескивает их на вас же, но тысячекратно усиленные. Люди не
знают, кто вы сейчас, и потому гадают, кем следует прикинуться им. Поэтому
перво-наперво вам необходимо разобраться с самим собой.
Урок второй. Военный корабль - не демократическое государство. Вы же
управляете кораблем так, словно экипаж имеет право наложить вето на любое
ваше решение. Старший инженер, например, вслух оспаривает ваши приказы,
и потому людям кажется, что его мнение вполне весомо. Вы, мистер
Кори, слишком озабочены собственной популярностью. Намотайте на ус: если
экипаж любит офицера, то работа остается невыполненной. Ваша задача заключается
в том - и только в том, - чтобы добиться результатов. Если экипаж
не справляется со своей работой, то из этого следует, что с работой
не справляетесь именно вы. Я доходчиво объясняю?
Кори, сглотнув, согласился:
- Так точно, сэр.
- Но вам, судя по всему, моя позиция не нравится?
- Неважно, сэр, нравится она мне или нет. Мои чувства не имеют значения.
Хардести ухмыльнулся.
- Достойный ответ. Вы быстро учитесь, хотя, полагаю, пока не до конца
верите в то, что говорите. Ну, ладно, продолжим занятия. Итак: играть в
доброго и злого полицейских мы не станем. Вам известны правила этой игры?
- Так точно, сэр. Некоторые капитаны предпочитают чинить расправу руками
своих помощников.
- Правильно. И я не в восторге от такой системы. Если звучит непопулярный
приказ, то настоящий капитан обязан отвечать за него. К тому же
эта шапочка, - Хардести постучал указательным пальцем по металлической
части своего черепа, - уже сделала меня в глазах подчиненных монстром, и
если мы будем играть в эту игру, то роль доброго полицейского, несомненно,
достанется вам, что меня, конечно же, не устраивает. Вот еще одна
веская причина, почему мистеру Кори следует забыть о собственной популярности.
Вам понятно?
- Так точно, сэр.
- Вместо игры в доброго и злого полицейских мы будем играть в пару
злых полицейских. Как в нее играют вам тоже известно?
- Никак нет, сэр.
- Правила чрезвычайно просты: я стану самым гнусным сукиным сыном во
всей галактике, вам же уготована на борту корабля роль сукина сына под
номером два. Экипаж уже ненавидит меня, очень скоро он возненавидит и
вас. О ЛС-1187 пойдет молва: дескать, служить на этой посудине не пожелаешь
и врагу. Но помяните мое слово: пройдет время, и экипаж сочтет
службу на этом корабле высокой честью! Знаю, о чем вы думаете. Вас беспокоит
нынешняя репутация корабля. Забудьте! Выкиньте из головы прошлое.
Оно мертво.
- Есть, сэр.
- В вашем голосе не слышно уверенности, мистер Кори. - Хардести слегка
подался вперед. - Мне не нужен старпом-подхалим. Я настаиваю, чтобы
вы в личных беседах со мной обсуждали мои решения, если считаете их неверными.
- Вам угодно, сэр, чтобы я не соглашался с вами? Хорошо. Но в данном
случае вы столь детально описали, как намереваетесь командовать кораблем,
что возражать - пустая трата времени. В дальнейшем я буду выражать
несогласие с вами лишь в тех случаях, когда обсуждение, на мой взгляд,
сможет хоть как-то повлиять на ваше окончательное решение.
- Отлично. - Хардести удовлетворенно кивнул. - А вы, оказывается,
быстро учитесь уму-разуму. - Не отрывая пристального взгляда от Кори, он
продолжил: - Одна из задач капитана корабля - готовить себе смену.
- Понятно, сэр.
Хардести принялся стучать пальцами по крышке стола. Ни холодно поблескивающая
линза, заменившая ему правый глаз, ни здоровый левый не давали
Кори даже малейшего намека на то, какие мысли бродят у капитана в
голове. После долгой напряженной паузы Хардести произнес:
- В ближайшие недели мы разберем корабль до винтика и соберем его
вновь. Таким образом мы достигнем разом трех целей: во-первых, получим
отлаженный и работающий, как часы, корабль; во-вторых, поработав не с
документацией, а с механизмами, экипаж досконально изучит их; и наконец,
собрав корабль своими собственными руками, команда будет гордиться им.
Ручаюсь головой, что на стенах после этого уже не появится ни одной надписи,
ни одного непристойного рисунка. Что-нибудь неясно?
- Никак нет, сэр.
- Следующее, - продолжал Хардести. - Тренировки. Я хочу, чтобы экипаж
каждый божий день тренировался до полного изнеможения. Разбейте людей на
группы. Пусть любой матрос досконально изучит свои обязанности, затем
перетасуйте людей, чтобы каждому достался новый пост. Член экипажа обязан
не только в совершенстве овладеть навыками своей специальности, но и
хорошенько освоить смежные. Вот вам расписание первой недели занятий на
боевых постах.
Хардести взял со стола папку и протянул Кори. Тот раскрыл ее и,
мельком взглянув на первый лист, сказал:
- Сэр, у нас нет ни малейшего шанса сделать все, что здесь предписано.
- Справитесь, - уверенно заявил Хардести. - И помяните мое слово,
тренировки первой недели вскоре будут вспоминаться с ностальгией. Каждую
последующую неделю, вплоть до старта корабля, задача будет усложняться.
Тренировки станут самым серьезным испытанием, с которым когда-либо сталкивался
экипаж. После этого любое сражение покажется им забавой.
- Понятно, сэр.
- Вопросы есть?
- Никак нет, сэр.
- Тогда выметайтесь из моего кабинета и немедленно приступайте к работе.
Вы уже отстаете от графика н
...Закладка в соц.сетях
