Жанр: Электронное издание
STARWOLF
...ди
звезд.
В голове беспорядочно суетились мысли.
Что произошло?
- Всем оставаться на своих местах согласно боевому расписанию, - распорядился
Кори.
- Что произошло? - послышался в наушниках голос Ходела.
- Точно не знаю, - ответил Кори. - Похоже, болсоверы приняли нас за
троянского коня. А может, "сделали ручкой" из уважения к нашему хладнокровию.
На самом деле, Кори отлично понимал, что случилось. В горле саднило,
грудь так сильно сдавил стальной обруч, что было ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Ли, показав "Дракону" палец, намеренно оскорбил его. И "Дракон" в ответ
убил Ли... Но этого ему показалось мало. Он оскорбил корабль, на котором
служил Ли.
Когда Кори добрался до флюктуатора, в ушах его зазвучал голос Чарли:
- Мистер Кори. Не возражаете против конфиденциальной беседы?
Кори взглянул на монитор в шлеме. Чарли разговаривал с ним по отдельному,
гарантированному от подслушивания каналу.
- Слушаю, Чарли.
- Мне совершенно очевидно, что ваше объяснение, почему болсоверы не
тронули наш корабль, ошибочно. Я уверен, что они не уничтожили наш корабль
потому, что сочли нас недостойными такой чести.
- Ты, Чарли, как всегда зришь в самый корень.
- Но почему же тогда, мистер Кори, вы солгали?
Кори остановился на узкой платформе перед люком в носовой воздушный
шлюз и, глядя поверх плавно изгибающегося корпуса корабля на немигающие
звезды, задумчиво проговорил:
- Болсоверы хотели, чтобы мы возвратились домой деморализованными,
хотели, чтобы мы рассказали всем, какие они могущественные. Представляешь,
что станет с экипажем, если откроется правда? Люди не смогут поднять
голову. Ведь получается, что мы опозорили не только себя, но и весь
флот. После того, что перенес экипаж, он заслуживает лучшей доли. Вот
почему я солгал.
- Я понимаю вас, мистер Кори.
- Ни черта ты не понимаешь! Я дал капитану Лоуэллу обещание, что не
буду обманывать экипаж, но снова и снова нарушаю слово и все глубже погружаюсь
в трясину лжи.
- Я и это понимаю, мистер Кори.
- Теперь придется и тебе, Чарли, соврать.
- Но вы же знаете, мистер Кори, я не способен на ложь.
- Речь идет о спасении корабля, Чарли. До Звездного Дока не меньше
четырех месяцев пути, а если люди упадут духом, то мы обречены.
- Мне, наверное, недостает опыта работы человеческих эмоций, мистер
Кори, поэтому я не вижу необходимости прибегать ко лжи. Ведь мы уцелели,
не так ли? А уж каким образом, не так важно.
- Поверь, Чарли, людям мало просто уцелеть. Людям непременно нужна
вера в себя, им необходимо знать, что они на этом свете хоть чего-то да
стоят.
- Тогда помогите мне, мистер Кори. Дайте прямой приказ утаить от экипажа
информацию, касающуюся причин, побудивших болсоверов уйти.
- Хорошо, Чарли, я даю тебе такой приказ.
- Спасибо, сэр.
ДОМОЙ!
На командный мостик Кори взошел под оглушительные аплодисменты экипажа.
Смутившись, он поднял руки, призывая к тишине. Вокруг сияли восторженные
лица. Все в команде ЛС-1187 действительно восхищались им.
Кори надел на голову наушник с микрофоном и, включив интерком на вещание
во всех отсеках и коридорах корабля, сказал:
- Экипаж вел себя превосходно. Я горжусь тем, что командую кораблем,
на котором служат такие люди! Но считаю, что устраивать празднество пока
рановато. Поблизости наверняка шныряет еще немало вражеских кораблей, и
болсоверы на них могут оказаться не столь смышлеными, как те, что служат
на "Повелителе Драконов". Так что будем придерживаться первоначального
плана - отправимся к Звездному Доку на ракетной тяге.
По кораблю пронесся гул одобрения.
К Кори подплыл Ходел.
- Сэр, экипаж поручил мне преподнести вам подарок. Мы хотели вручить
его по возвращении домой, но... Мы решили, что сейчас самое время.
Ходел достал из-за спины коробку и отдал ее Кори. Тот открыл крышку.
В коробке оказались капитанская фуражка и китель. Кори достал фуражку.
- Переверните ее, пожалуйста, сэр.
На пришитом к подкладке белом лоскутке было аккуратно выведено: "Капитан
корабля ЛС-1187 Джонатан Томас Кори".
- Наденьте ее, сэр, - попросил Ходел.
Кори несколько секунд колебался, но, поборов соблазн, твердо сказал:
- Нет, этим кораблем все еще командует капитан Лоуэлл. Хотя, признаюсь,
я до глубины души тронут вашим подарком. - Кори понял, что облечь в
слова нахлынувшие на него чувства не сможет. - Более ценного подарка я
никогда в жизни не получал и не получу. - Кори несколько раз быстро
моргнул, не желая, чтобы из его глаз скатились слезинки, потом сунул фуражку
в коробку, закрыл крышку и добавил:
- Мы по-прежнему на военном корабле, и нам предстоит дальняя трудная
дорога. Так что не расслабляйтесь и не забывайте о дисциплине и бодрости
духа.
Кори поспешно направился в свою каюту, надеясь, что никто из команды
не заметил, насколько он близок к нервному срыву.
ЗВЕЗДНЫЙ ДОК
Дорога домой заняла не четыре месяца, как планировалось вначале, а
чуть больше шести с половиной. Но экипаж ЛС-1187 справился.
Корабль на самой малой скорости покинул сектор космоса, где велись
бои, и в погоню за ним никто не пустился. Корабль был слеп и почти до
самого конца путешествия оставался слепым, подчиняясь воле исполняющего
обязанности капитана корабля Джонатана Томаса Кори, старавшегося свести
риск к минимуму.
ЛС-1 187, непрерывно разгоняясь, шел на ракетной тяге, но лишь через
несколько недель его скорость превысила один процент скорости света.
Каждый из оставшихся в живых членов экипажа работал за троих. Положение
осложнялось еще и тем, что почти все работы приходилось выполнять
вручную, да еще в условиях невесомости.
Сингулятор не включался, поэтому ракетные двигатели не могли быть запущены
на полную мощность, и аварийный источник питания не подзаряжался.
Из-за нехватки энергии на борту не поддерживалась искусственная гравитация,
и, как следствие, не запускались осмотики. В атмосфере корабля катастрофически
падало содержание кислорода, и уцелеть людям удалось лишь
потому, что по распоряжению Кори почти во всех помещениях были высажены
растения.
Продовольственные запасы таяли на глазах, и в пищу пошли сначала лунный
мох и зерна недозревших злаков, потом молодая картошка, бобы, горох
и, конечно, крылатая фасоль. Но пищи все равно не хватало. На корабле
начался голод.
Дорога домой была не только долгой, но и ужасно трудной. Самой сложной
задачей оказалось откалибровать оборудование, предназначенное для
перемещения в гиперпространстве. Согласно расчетам Чарли, для выхода в
гиперкосмос необходимо восстановить как минимум восемьдесят пять процентов
гиперпространственной системы. Пришлось калибровать каждый прибор по
отдельности, а затем, соединив, отлаживать всю систему. После того как
вручную был отремонтирован весь комплекс, показатель его работоспособности
оказался ниже требуемого. Калибровку пришлось повторить. Опять неудача.
Лишь после седьмой попытки показатель работоспособности комплекса
перевалил за отметку восемьдесят семь процентов. Но Кори и этого показалось
мало. После еще двух попыток заветный показатель достиг восьмидесяти
девяти процентов, и Чарли сказал, что улучшить его уже вряд ли удастся.
Кори долго и напряженно размышлял. Не раз и не два подолгу разговаривал
с Ходелом, Лином и Чарли. Взвешивал шансы на успех. Наконец убедившись,
что иного не дано, он скрепя сердце отдал приказ включить гиперпривод.
И корабль добрался на гипертяге почти до самого Звездного Дока. Гиперпространственный
пузырь колыхался, словно мыльный; управлять полем
удавалось лишь ценой неимоверных усилий; судорожно корректируя курс, они
промчались по гиперкосмосу подобно тому, как мчится кусок льда по раскаленной
сковородке. За два часа до того как ЛС-1187 достиг нужного сектора
пространства, гиперполе начало резко терять стабильность, и старший
инженер корабля Лин поспешно отключил его. Еще раз искушать судьбу Кори
не решился, и дальше корабль тащился на досветовой скорости.
Но команда ЛС-1187 все же благополучно привела свой поврежденный корабль
в Звездный Док.
Звездный Док был маленьким городом, гостеприимным портом, затерянным
в вечной ночи. Он состоял из куполов, платформ, антенн и ремонтных доков,
соединенных между собой решетчатыми фермами и воздушными тоннелями.
Здесь обитали пятнадцать тысяч человек и две тысячи роботов-ремонтников.
Благодаря тому, что попасть сюда можно было, лишь зная точные координаты,
Звездный Док стал безопасной гаванью для кораблей Содружества,
уцелевших в битве с болсоверами. Но уцелеть, к сожалению, удалось немногим,
большинство ангаров пустовало.
ЛС-1187 вошел в темный полупустой ангар, рассчитанный на десятки кораблей
малого и среднего тоннажа. На борт поступила радиограмма, в которой
не было ни слова поздравления с благополучным прибытием, только приказ,
предписывающий капитану корабля немедленно явиться с докладом к
контр-адмиралу.
В КАБИНЕТЕ КОНТР-АДМИРАЛА
- Если бы капитан корабля Лоуэлл остался жив, то был бы отдан под
трибунал, - категоричным тоном заявила контр-адмирал. - И, исходя из записей
в бортовом журнале корабля, ваши действия в период командования
кораблем тоже представляются весьма сомнительными.
- Я привел корабль домой, - напомнил Кори.
- На дорогу у вас ушло более полугода, корабль серьезно поврежден,
часть торпед разобрана, а другая так и не была выпущена по врагу... Не
буду перечислять все претензии. Самым серьезным нарушением устава представляется
то, что вы возглавили корабль задолго до занесения в бортжурнал
официальной записи.
- Мадам, позвольте и мне напомнить вам устав. Он гласит, что если ради
спасения корабля и членов его экипажа офицеру военно-космических сил
необходимо превысить свои полномочия, установленные параграфами устава,
то сделать это он не только может, но даже обязан. Долг обязывал меня
привести корабль и экипаж в целости и сохранности на базу, что я и сделал.
Не считаю хотя бы одно свое распоряжение ошибочным и не представляю,
как можно было выполнить эту задачу быстрее или эффективнее. Если
вы располагаете доказательствами обратного, то я готов предстать перед
трибуналом.
- Завидую вашему самообладанию, - хмуро пробормотала контрадмирал. -
Хотя признаю, вы действительно уцелели там, где другим не удалось. А это
кое-что значит.
- Все же хотелось бы услышать, какие конкретно действия вы считаете
ошибочными.
- Это ваше право. Итак, почему с корабля, когда он находился в непосредственной
близости от "Повелителя Драконов", не было выпущено ни одной
торпеды?
- Мадам, вам отлично известен ответ.
- Мне-то известен, но сможете ли вы его втолковать членам трибунала?
- Если возникнет необходимость, то смогу.
- Поймите, мистер Кори, пока вы со своими людьми тихо-мирно тащились
домой через обычный космос, ваши товарищи сражались. В Звездном Доке не
найдется, пожалуй, никого, кто бы не потерял в боях с болсоверами родных,
близких или друзей. Мы еще долго не оправимся от шока. Людей охватила
ненависть, им нужен объект, на который можно излить эту ненависть,
но выступить против болсоверов мы пока не готовы, и потому руководство
флота решило найти "козла отпущения". А так как "Повелителя Драконов" к
каравану привел ЛС-1187, ему и нести всю тяжесть обвинений.
- Но обладая гораздо более крупным гиперпространственным пузырем, а
следовательно, и гораздо более широким обзором, чем любой корабль Содружества,
"Повелитель" мог незамеченным проследовать за кем угодно, - возразил
Кори.
- Сожалею, но "Дракон" увязался именно за вашим кораблем. Вам и держать
ответ. Скажу больше, даже если бы вы уничтожили "Повелителя Драконов",
ЛС-1187 все равно стал бы отверженным кораблем.
У Кори будто пол ушел из-под ног. Теперь он понял, что вверенному ему
судьбой кораблю суждено стать символом предательства. С трудом поборов
головокружение, он спросил:
- И что же нам грозит?
- Не знаю, - ответила контр-адмирал. - Никому из руководства флота не
хочется обременять свою совесть решением. Мне и подавно. Пока точно могу
сказать лишь одно: лично вам командовать кораблем уже вряд ли доведется.
Кори показалось, что он вниз головой стремительно падает в черную
бездну.
- Понимаю, - выдавил он. - Завтра утром мой рапорт с просьбой об отставке
будет у вас на столе.
- Я не приму его.
- Не понимаю, мадам.
- Мистер Кори, флот все еще нуждается в мистере Кори.
- Вы назвали наш корабль худшим, но в то же время согласились, что
наша команда справилась с тем, что другим оказалось не под силу; затем
заявили, что доверять командование кораблем мне впредь нельзя, но принять
мою отставку наотрез отказались. Не вижу логики, мадам.
- Флоту не хватает квалифицированных офицеров, а вы умудрились привести
ЛС-1187 на базу. То же самое касается и экипажа корабля. Поэтому
предоставим вашей команде возможность побыстрее отремонтировать корабль
и отошлем вас с глаз долой на задание.
- Но капитаном корабля мне уже не быть?
- Вы все правильно поняли.
- Но где же справедливость, мадам? Ведь после отставки капитана Лоуэлла
корабль должен был по всем писаным и неписаным законам стать моим!
К тому же я заслужил это право, когда привел звездолет на базу.
- Мистер Кори, меня не интересуют вопросы этики. И дискутировать на
тему, существует ли во Вселенной справедливость, мы сейчас не будем. Сообщу
лишь, что, как только найдется подходящий кандидат, на ЛС-1187 будет
назначен новый капитан.
- Я еще раз настаиваю на своей отставке.
- Вам еще раз в ней отказано.
Кори подавленно замолчал. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким
одиноким.
- Хорошо, мистер Кори, скажу не для протокола. Я согласна, что с вами
обошлись несправедливо. Но Содружеству нужно, чтобы вы продолжили службу
на ЛС-1187 в качестве старшего помощника капитана.
- Мадам, разрешите говорить откровенно?
- Мне казалось, у нас откровенная беседа. Хорошо, говорите.
- Мадам, если вы не даете нашему кораблю сохранить гордость, то разрежьте
его на части, а команду распределите по другим кораблям.
- Это невозможно. Видите ли, проблема не в корабле, а в его экипаже.
На вас теперь до конца дней клеймо ЛС-1187 - корабля-неудачника. Сомневаюсь,
что во всем флоте найдется капитан, который согласится взять кого-нибудь
из команды на свой корабль.
- А мне что же теперь, совершить ритуальное самоубийство?
- Боюсь, самоубийство для вас тоже не выход. Надеюсь, что чувство
долга окажется сильнее личных амбиций или желания сделать карьеру и вы
приложите все силы для выполнения своих служебных обязанностей.
- Мадам, свой долг перед отечеством я могу выполнять и не служа во
флоте. До поступления в академию я был весьма неплохим инженером по гипердвигателям
на орбитальном заводе, где собирались свободные корабли.
Ведь вам сейчас как никогда нужны военные корабли. Я могу вернуться на
Шалин и снова поступить на завод. Таким образом окажутся решены как мои,
так и ваши проблемы - я буду рядом со своей семьей, которую давно не видел,
а вы избавитесь от "паршивой овцы".
- Господи!.. - контр-адмирал запнулась. - Вам что же, ничего не сказали?
У Кори вдруг засосало под ложечкой.
- Три месяца назад на Шалин напал "Повелитель Драконов". На всей планете
не осталось ни одного живого человека.
Остального Кори не услышал.
ПИСЬМО
Кори предоставили месяц отпуска.
Этого оказалось мало.
Даже если бы ему дали год, то и его бы не хватило.
Первые дни перед глазами у него все плыло, в голове ни на секунду не
утихал раскатистый гул.
Его пичкали успокоительными, проводили сеансы психотерапии, но из
глаз у него текли слезы. Когда слезы наконец иссякли, его выписали, и он
поселился в квартире для офицеров флота. Первым делом он заказал андроида-болсовера,
и как только заказ прибыл, набросился на него с дубинкой.
Вначале андроид сносил побои с улыбкой, затем от его лица отхлынула
краска, взгляд обеспокоенно заметался. Кори снова и снова наносил беспорядочные
удары. Андроид стал отступать. Кори последовал за ним. Вскоре
зажатый в угол андроид, стоя на коленях, взмолился о пощаде.
Кори и этого было мало.
Когда андроид затих, Кори принялся крушить все в квартире. Он оставил
заметные вмятины на твердых металлических стенах, разбил все, что можно
было разбить. Поначалу отчаяние придавало ему сил, но постепенно движения
замедлились, в коленях появилась дрожь. Он упал раз, потом другой.
Очнулся Кори у стены, весь перепачканный собственной кровью из многочисленных
порезов и ссадин на руках. Но и этого ему было мало.
Он принялся ходить кругами. Шли часы, а он, как заведенный, все кружил,
кружил, кружил по комнате, и щеки его снова были мокры от слез. Наконец
он упал, ослабев настолько, что не мог даже умереть. Он лежал на
полу и представлял гибель цветущего мира - планеты Шалин.
Через некоторое время в голове появилась звенящая пустота, и ему даже
удалось встать. Кое-как он доковылял до душа. Полчаса под упругими ледяными
струями помогли ему прийти в себя, но не до конца.
Он вернулся в комнату и попытался дозвониться до друзей и знакомых.
Кораблей в Звездном Доке оказалось немного, но они все же были, а вот
офицера, пожелавшего поговорить с Кори, не нашлось.
Кори лег спать. Сон пришел на удивление быстро, и проснулся он через
восемнадцать часов.
Но и сон не принес Кори облегчения. Случайно увидев свое отражение в
зеркале, Кори не сразу узнал себя, настолько опухло от слез и потемнело
от горя его лицо, а глаза воспалились и покраснели.
На столе лежал пакет.
Письмо.
На прямоугольной пластиковой пластине от руки было аккуратно выведено:
"Мы тебя очень любим".
На глазах опять выступили слезы, и он трясущейся рукой вставил карточку
в настольный ридер.
В комнате возникли его жена и двое сыновей. Их лица ласкал согретый
солнечными лучами ветерок. Тимми и Робби расхохотались и закричали:
- Привет, па!
- Бегите же, обнимите отца, - велела им Кэрол.
И они рванулись к Кори. Тот встал на одно колено и раскинул руки, но
голографические изображения, даже не коснувшись его, пронеслись мимо.
Подошла Кэрол, Кори поднялся на ноги, и она запрокинула лицо для поцелуя.
Сквозь слезы он уже с трудом различал до боли знакомые черты.
- Мы гордимся тобой, но если бы ты только знал, до чего нам тебя не
хватает, - сказала Кэрол. - Джон, возвращайся домой поскорей. Нам очень
хочется быть вместе.
- И мне, - едва слышно пробормотал он.
Но она его не слышала. Ее уже не было на белом свете. Осталась только
карточка с последним посланием.
На борт ЛС-1187 Кори вернулся совершенно другим человеком.
Экипаж сразу уловил эту разительную перемену и старался держаться от
него подальше. И немудрено, ведь даже когда он отдыхал, в нем чувствовалась
угроза, а оказаться мишенью для его гнева не хотел никто.
ЭКИПАЖ
У каждого корабля есть номер, а у отличившихся в боях есть еще и имя.
Некоторым кораблям, заслужившим особую репутацию, дают неофициальные
клички.
ЛС-1187 был окрещен "Ионой", дурным знамением.
Вначале экипажи кораблей, находящихся в Звездном Доке, нарекли
ЛС-1187 "Иудой", но эта кличка не прижилась, поскольку было сочтено, что
для Иуды ЛС-1187 недостаточно умен.
На ЛС-1187 не было капитана, и ходили упорные слухи, что никогда во
всем флоте не сыщется старшего офицера, добровольно или по принуждению
согласившегося взять под свое начало сей овеянный дурной славой корабль.
Но из флота ЛС-1187 не списывали, поскольку он до сих пор считался
"функциональной боевой единицей". На борт корабля никто не желал ступать,
а людей из экипажа ЛС-1187 не брали в команды других кораблей.
Экипаж ЛС-1187 пал духом. Ремонт не клеился. Старший инженер Лин не
день и не два пытался наладить график ремонтных работ, но вскоре махнул
рукой. Лишь старпом Кори, изредка появлявшийся, словно мрачная тень,
поддерживал на корабле относительную дисциплину и порядок.
Экипаж ждал и надеялся, что наконец появится кто-то, кто возьмет
бразды правления в свои руки, и на корабле сразу же все наладится.
Их было шестеро, и поначалу они ни о чем не ведали.
Только что пройдя курс обучения, они прибыли на последнем транспорте
и, конечно же, всей душой рвались в бой.
Бах, Столчак, Джонси, Амстронг, Хаддад и Нахакари.
Офицер службы безопасности младший лейтенант Хелен Бах была ниже всех
в группе. Даже в полном боевом снаряжении она едва достигала пяти футов
девяти дюймов. В ее речи явственно слышался афроальтаирский акцент. Неизменно
кроткое выражение ее лица было обманчиво. Доподлинно известно,
что в кадетской школе она на третьем занятии по каратэ сломала руку
инструктору.
Инженер-техник по системам жизнеобеспечения младший лейтенант Ирма
Столчак возвышалась над подругой почти на голову. Она была широка в кости
и выглядела дружелюбной, но ее глаза были постоянно прищурены, будто
ее часто обижали в прошлом, и теперь она не доверяет всему человечеству.
Специалист по квантомеханическим системам мичман 1 класса Эйоуб Хаддад
говорил с сильным иорданским акцентом, хотя никто из его предков
вплоть до седьмого колена не ступал на Землю. Хаддад был зачарован машинами,
поскольку считал, что они, в отличие от людей, всегда делают
только то, что им положено. Даже когда ломаются.
Не имеющий пока специальности мичман 1 класса Ори Нахакари был младшим
сыном в богатой и влиятельной японо-марсианской семье. На второй
день после вероломного нападения болсоверов он добровольцем записался в
армию, за что был лишен наследства. По этому поводу он не проронил ни
слезинки.
Младшего лейтенанта Майкла Джонса, также пока без специальности, все
называли Джонси, поскольку всем Джонсам дают прозвище "Джонси". Джонси
был несколько высоковат, суховат и угловат, а на лице застыло бесхитростное,
простоватое выражение. Бытовало мнение, что Джонси все еще
девственник, так как пока не определился, какого же он пола.
Не имеющий пока специальности мичман 1 класса Брайан Амстронг выглядел
не астронавтом, а мускулистым атлетом-тяжеловесом. Неизменно дружелюбный
и бойкий на язык, он сразу располагал к себе и без труда обзаводился
новыми приятелями. О таких обычно говорят "душа общества". Как же
его угораздило попасть на ЛС-1187? Виной тому - отец соблазненной им девушки,
на беду оказавшийся контр-адмиралом.
Все шестеро были новобранцами, все шестеро рвались в бой, ни сном ни
духом не подозревая, какую дыру ими заткнуло командование.
Впервые ЛС-1187 они увидели из обзорного окна транспортного дока, и в
души их сразу закралось недоброе предчувствие.
- Вы только посмотрите на него! - Столчак ткнула пальцем в стекло. -
Весь в шрамах, царапинах и копоти. И дезинтеграторы на правом борту
взорваны.
- И команда наверняка расскажет нам, что в пространстве между внутренним
и внешним корпусами по кораблю с жутким воем разгуливает привидение,
- шутливым тоном подхватил Амстронг.
- Не берите в голову, ребята, - посоветовала Бах. - Это всего лишь
корабль.
- Действительно, просто корабль, - заявила Столчак. - И даже имени у
него нет.
Они спустились в док и, пройдя по герметичному трапу-шлангу из эластичного
прогибающегося под ногами пластика, достигли кормового воздушного
шлюза ЛС-1187. Шлюз, как ни странно, никто не охранял. Новобранцы,
обменявшись удивленными взглядами, сунули один за другим свои идентификационные
карточки в щель терминала, вмонтированного в корпус корабля.
Индикатор загорелся зеленым светом, входной люк отошел в сторону, и молодые
люди проникли в судно.
Внутри корабль оказался еще более непривлекательным. Панели на стенах
болтались или были вообще оторваны; на потолке горели не все светильники,
а из тех, что горели, многие мигали; отовсюду торчали разноцветные
провода; там, где полагалось быть электронным модулям, темнотой зияли
дыры; повсюду были нацарапаны или выведены краской из распылителей ругательства
и похабные рисунки; коридорные динамики хрипели, надрываясь от
громкой танцевальной музыки.
В дальнем конце коридора, привалившись спинами к стенам, стояли, покуривая,
с полдюжины хмурых матросов. Двое из них вместо формы щеголяли
черт знает в чем, и всем давно следовало побриться.
Новобранцы двинулись к носовым помещениям корабля. Мимо прошла красивая
молодая женщина с голубой кожей. Тонкая, гибкая, с правильными чертами
лица - и лысым черепом, увенчанным лиловыми и розовыми отростками,
похожими на страусиные перья.
Амстронг встал перед ней точно вкопанный и, восхищенно присвистнув,
обронил:
- Какова красотка!
Красотка улыбнулась и, не замедляя шага, одарила его манящим, многообещающим
взглядом. Бах и Нахакари дружно рассмеялись. Ирма Столчак недовольно
пробормотала:
- Куила! Только этого нам не хватало!
Нахакари, легонько ткнув Амстронга локтем в бок, посоветовал:
- Держись от нее подальше.
- А что такое? - удивился тот.
- У куил коллективный разум, а значит, что известно одной, знают они
все. На корабле с куилами на борту нет и не может быть секретов.
- Интересно, что случилось с мужчинами на этой посудине, - обратилась
Столчак к Хелен Бах. - Ни один даже мельком не взглянул ни на тебя, ни
на меня.
- По мне, пусть так будет и впредь. - Хелен с улыбкой покачала головой.
- Закрутить роман с одним из тех грязнуль, что я видела, не соглашусь
ни за какие коврижки.
Новобранцы достигли открытой двери в машинный отсек. Его принято считать
сердцем корабля, и, судя по всему, сейчас шла серьезная хирургическая
операция на сердце ЛС-1187: весь отсек был в грубо сколоченных лесах
и уставлен лестницами-стремянками; на полу в беспорядке валялись инструменты;
многие компьютерные терминалы у стен были разобраны; один из трех
огромных цилиндров рядом с сингулятором клубился маслянистым дымом, с
которым отчаянно сражались двое техников, а еще с десяток по углам не
спеша ковырялись с аппарат
...Закладка в соц.сетях
