Жанр: Электронное издание
SOURCE
...- я имею в виду Журавлиную стаю -
будет обнаружено, капитан должен немедленно принять меры для того, чтобы
пройти в максимальном удалении от стаи. Своевременно же заметить ее -
нетрудная задача для тех дельта-устройств, которыми даже рейсовые корабли
оснащены в изобилии. А что касается убийц, то Журавли были ими в той же
мере, как молния, сжигающая дом с людьми. Хотя, разумеется, и к молнии
можно испытывать ненависть.
Старик произнес это, как будто ставя точку. Но, по-видимому, ему
показалось, что рассказ не произвел должного впечатления, и он добавил:
- Теперь вам ясно, почему я брожу на этих задворках мироздания?
Игорь ответил не сразу, похоже было, что он собирается с мыслями.
- Прежде всего, - сказал он наконец, - мне ясно вот что: у каждого из
нас - свои интересы, и совместить их невозможно.
Вряд ли Старик ожидал, что разговор повернется таким образом. Однако он
не выказал ни удивления, ни осуждения. Он лишь выжидательно взглянул на
Игоря.
- То, что вы рассказали, очень интересно, и я не могу не уважать...
ваши чувства. Но сама по себе проблема Журавлей кажется мне исчерпанной.
Она бесперспективна. По сути дела, их осталось только найти и
проанализировать состав. Если говорить откровенно, меня несколько
удивляет, что вы не сделали этого до сих пор.
- До сих пор, - сухо ответил Старик, - кроме всего прочего, надо было
испытывать корабли. Заниматься более актуальными исследованиями. И затем -
вы ошибаетесь, полагая, что это так просто. Попробуйте-ка разыскать их в
пространстве! Это и по сей день зависит от удачи. Орбиты их не вычислены,
неизвестно даже, обращаются ли они по орбитам, поскольку никто не знает,
тела ли это, если нет, они могут и не иметь орбит, а двигаться по прямой,
как излучение. Но если даже орбиты имеются, их пока еще нельзя вычислить:
не хватает данных. Взаимодействуя с другими полями или телами - а это
представляется неизбежным, - Журавли наверняка подвергаются стольким
влияниям, что вряд ли можно вообще говорить об орбитах в обычном понимании
этого слова. И если на Земле исследователь заранее знает, где он сможет
наблюдать, допустим, тех же журавлей, а где надежды на это будут равны
нулю, то мне все время приходится бродить наугад.
- И вы так больше и не встречали их?
- Однажды... Тогда у меня еще не было этого корабля. Я сконструировал
дельта-ловушку именно на случай встречи с ними и установил ее на
"Ломоносове", на котором тогда ходил. Я болтался на нем два года, и
программа исследований уже подходила к концу, когда мне повезло: я
все-таки наткнулся на Журавлей. Я сблизился и выбросил ловушку - иными
словами, создал мощные заряды, статическое поле которых...
Игорь кивнул, внимая рассуждениям о векторе напряженности, суперпозиции
полей и прочем, имеющем отношение к ловушке. Потом он ухитрился вставить
словечко:
- Но все же вам так и не удалось?..
- Я же говорю: взаимодействуя с полем, Журавли должны были потерять
скорость. И одно из этих полотнищ действительно угодило в ловушку. Я
кричал от радости, пока не убедился, что мощности моих устройств оказалось
недостаточно. Телу удалось вырваться, вернее, оно прошло через ловушку,
как сквозь пустоту. Я постарел после этого дня, а точнее - в тот миг,
когда стало ясно, что они уходят. Догнать я не мог, скорость "Ломоносова"
была, по теперешним временам, невелика. Они беззвучно проносились мимо
корабля... Честное слово, в этом было что-то мистическое. Да, стареют
только от разочарований.
- Да... - согласился Игорь.
- Но, между прочим, именно тогда мне удалось доказать, что Журавли не
могут быть просто движущимися участками перехода, иными словами -
проекцией каких-то событий, происходящих в надпространстве, на наш
четырехмерный континуум. Такие догадки относительно природы Журавлей
существовали, но после этого случая стало ясно, что Журавли - явление,
целиком принадлежащее нашему пространству. Немалый результат.
- А кроме вас, их наблюдал кто-нибудь?
- Конечно. Трудно увидеть что-то в первый раз; потом, когда становится
понятным, чего можно ожидать, люди стараются использовать каждую
возможность. У меня есть записи приборов, отчеты капитанов кораблей... Но
они не дают ничего нового. Так что узнать предстоит очень многое, до
исчерпания проблемы, как вы выразились, очень далеко.
- И все же я полагаю, что у этой проблемы нет будущего. Не сомневаюсь,
что она будет решена, вы все найдете и опишете. А дальше? Дальше - ничего.
А мне хочется дальше. И вопросы, интересующие меня, могут простираться
очень далеко. Но так или иначе наши интересы несовместимы.
- Вы в этом уверены?
- Да. Слишком разные области. У меня - Новые звезды, у вас - Черные
Журавли. Общего между ними нет. Кроме того, я преследую практическую цель:
получить возможность прогнозировать вспышки. А каким может быть
практическое значение Журавлей? Вы знаете?
- Я не прикладник, - сказал Старик. - Но в принципе нельзя представить
себе ничего такого, чем не смог бы овладеть человек. Если в природе есть
вещи, для нас бесполезные, то это объясняется только низким уровнем наших
знаний о природе. А значит, я поступаю правильно.
Игорь пожал плечами.
- Я больше и не надеюсь, - сказал он, - что вы измените курс и пойдете
к Новой.
- И правильно делаете. Даже если бы у меня не было других причин,
хватило бы того, что там мне не увидеть Журавлей: слишком силен
дельта-фон, неизбежны помехи.
- Понимаю. Но послушайте, капитан, не могу же я столько времени сидеть
без дела!
- Разве вам нечем заняться? Не думаю, чтобы вы успели в достаточной
степени изучить всю дельта-аппаратуру корабля. Штудируйте ее, когда-нибудь
это вам пригодится, если вы не откажетесь от своих замыслов.
Игорь усмехнулся.
- Такой опасности нет. Но этого мне мало.
- Что же еще? Занимайтесь своими теориями. Более спокойной обстановки
для занятий вам не найти. Вся кибернетика к вашим услугам.
- Это я делаю и так.
- Тогда я просто не знаю... - Старик развел руками.
- Я не умею управлять кораблем.
Старик нахмурился.
- Миллионы людей не умеют управлять кораблем.
- Но их здесь нет, а я - тут.
- И что же?
- Обладая определенными навыками, я при случае мог бы вам помочь.
- Благодарю за доброе намерение, - холодно сказал Старик. - Но я уже
десятки лет хожу один и до сих пор не чувствовал, признаться, надобности
во втором пилоте.
- Однако, у вас и у меня есть время; и если бы у вас имелось желание
помочь мне...
- Конечно, чтобы в одно прекрасное утро проснуться и убедиться в том,
что корабль идет к Новой...
- Вы действительно так подумали?
- Я думаю, что вы еще недостаточно зрелы, чтобы всегда отдавать себе
отчет во всех поступках... и гипотезах.
Игорь поднялся.
- Ничего другого вы не скажете?
Старик вздохнул.
- Подождите...
Он сильно потер лоб. Как и во всем, что касалось космоса, он и в
психологии полета разбирался неизмеримо лучше этого парня и знал наперечет
все несчастья, которыми грозило создавшееся положение. По-видимому,
виноват был он сам; признаться, мгновенное напряжение, когда ему
показалось, что приближаются Журавли, выбило его из колеи. Такие
напряжения должны получать разрядку... Вместо конуса Журавлей судьба
подсунула тогда обычную комету, кучу камней, путешествующую вдали от
светил. Он на миг расклеился. Подвернулся парень - накричал на парня...
А мальчишка? Обвинил его в трусости. Его!
Конечно, мальчишка тоже изнервничался. Столько времени без дела. Чего
же он летел?
Чего же ты его брал?
Ну, взял. Были замыслы... Всего не заберешь с собой, должен остаться
кто-то, кому можно завещать... Но ничего не выходит. Парню нужны Новые.
Тебе они не нужны. Ты прав, потому что старше и у тебя меньше времени.
Хочется, конечно, летать еще долго. Но статистика на этот счет не
обнадеживает.
Дико подумать: пустить кого-то к управлению кораблем. Ему, не
пускавшему друзей, первоклассных пилотов, пилотов экстра-класса. И тем не
менее... Если не дать ему занятие по сердцу, вспыхнет открытая вражда. Он
не сдержится, потому что не знает, что это такое. А ты знаешь.
Вражда двух человек разных поколений, закупоренных в маленьком корабле,
заброшенных в такую даль, из которой добраться до Земли можно только в
надпространстве. Вражда на месяцы, а то и больше.
Да, выхода нет. Старик еще раз вздохнул и сказал:
- Хорошо.
Игорь поднял глаза, в них была радость.
- Хорошо. Но при одном условии: вы обещаете мне, что без моего
разрешения не измените курса корабля даже тогда, когда научитесь это
делать.
Игорь сказал:
- Обещаю.
- Как вы ориентируетесь по стереокарте?
- Плохо, - признался Игорь.
- Значит, начнете с карты. Завтра.
- Капитан! Сегодня...
Голос Игоря был жалобен. Капитан едва заметно улыбнулся.
- Пусть сегодня.
Сегодня он впервые уселся в кресло. В главное кресло на корабле, где и
капитан, и пилот, и инженер - одно лицо. Какое угодно - только не
пассажирское. Так что можно вообразить себя капитаном.
Первый урок уже окончился. Кое-что о карте, что-то об основах
пилотирования, немного об органах управления. Закрытый створками второй
пульт пока неприкосновенен, но и о нем уже известно, что это пульт
ловушки. Он нужен только Старику.
Сиди, капитан. Прямо перед тобой видна на экране вселенная. Уголок ее.
В нем нет ни одной Новой. Но если повернуть корабль совсем немного, так,
чтобы центральный видеоприемник смотрел вот туда, то в уголке экрана
появится Новая.
Игорь покачал головой. Поворота не будет.
Не будет, и все. Но когда-нибудь потом...
А пока можно помечтать, изобразить на бумаге.
Стопка бумаги, прижатая зажимами, лежала с краю. Игорь осторожно вынул
один листок, положил перед собой и достал из кармана карандаш.
Вот они - направления, ведущие к Новым. Рука вычерчивала их уже столько
раз - и все зря, потому что ни одним из этих курсов корабль не пойдет.
Но применим полученные знания и посмотрим, как это будет выглядеть на
стереокарте.
Игорь нажал выключатель, и карта засветилась. Плоская карта, но со
стереоэффектом: казалось, ты смотришь в глубину пространства. Игорь
прикинул, как на ней будут выглядеть его линии.
В следующий миг он вздрогнул: для него было новостью, что взгляд его
обладает магической силой. Но каким еще образом могли начерченные им на
бумаге линии вдруг оказаться перенесенными на эту карту?
Он всмотрелся в одну из линий. Она была нанесена карандашом - другим,
не его карандашом. Над линией стояла дата и слово "Диофант". При чем тут
"Диофант"? Игорь напряг память и вспомнил, что ему приходилось некогда
слышать о таком корабле. И около другой линии обнаружилась дата, уже иная,
и рядом тоже стояло название - правда, уже другого корабля. А остальные
линии? Оказалось, что и они были снабжены таким же непонятным
комментарием. Что бы это могло значить?
Он еще раз сравнил линии на карте со своими, намеченными на листке, еще
раз ввел поправку. Нет, конечно, они не совпадали в точности, но
расхождение не превышало двух-трех градусов. Естественно - он же чертил по
памяти. Разберемся-ка получше с картой. Да и эти линии, если их
продолжать, может быть, и не упрутся в Новые, но, во всяком случае,
пройдут в непосредственной близости от них. А какой из этого следует
вывод?
И сейчас же он понял, какой следует вывод. Не выпуская из рук листа
бумаги и карандаша, он повернулся и бросился из рубки.
Он стремительно ворвался в каюту; Старик удивленно поднял голову, но не
произнес ни слова, ожидая.
- Скажите, командир, - начал Игорь голосом, хриплым от волнения. - Эти
линии на стереокарте - они ведь показывают направление полета Журавлей?
Тогда, когда с ними встречались другие корабли?
- Совершенно точно, - сказал Старик.
- А вам не показалось любопытным, что эти линии, если их продолжить, во
всех случаях пройдут невдалеке от Новых? Мне кажется, здесь можно говорить
о закономерности!
- Предположим.
- Но неужели вы не пытались построить на этом...
- Интересно, а что построили бы вы?
Игорь даже развел руками от удивления.
- Но ведь выводы напрашиваются сами собой! Кстати, они убедительно
подтверждают вашу гипотезу! Такие сгустки энергии и могли возникнуть во
время вспышек Новых! Как вы не задумались над этим? Ведь если в каждом
случае эти конусы движутся от Новых...
Насмешливый блеск глаз остановил его. Игорь умолк, все еще не опуская
занесенную для решительного жеста руку.
- Мальчик... - сказал Старик не то с сожалением, не то с иронией. -
Милый мой юноша, вы опять торопитесь. Ждать, говорил я вам, надо уметь
ждать. И не торопиться с обобщениями. Почему вы решили, что Журавли
движутся именно от Новых, а не к ним?
- Но на карте ясно указано направление...
- Да, указано. Но из того, что там записаны даты и названия кораблей, с
борта которых делались наблюдения, следовало сделать один промежуточный
вывод, мимо которого вы пробежали.
- А именно?
- С точки зрения находившегося на корабле наблюдателя, Журавли
действительно имели направление от Новой. Но это не значит, что расстояние
между Новой и Журавлями увеличивалось. Это могло быть - и было - простым
следствием того факта, что корабль, идя параллельным или почти
параллельным курсом имел скорость большую, нежели Журавли. Поэтому для
наблюдателя Журавли имели отрицательную скорость: они с каждым мигом
оказывались дальше от Новой, чем корабль. Это относительное движение и
указано на карте, потому что наблюдения, как это обычно делается, велись и
регистрировались в системе координат корабля. Если же перенести их в
систему координат Новой - а мы именно так и должны поступить, - то
окажется, что Журавли вовсе не удаляются от звезды, а приближаются к ней.
Кстати, об этом же говорит и ориентация конусов в пространстве. Вы же не
поинтересовались ни тем, ни другим и сразу принялись строить гипотезу. И
вот результат...
Игорь густо покраснел. Действительно, дилетантская манера. Старик
правильно упрекнул его. Надо было еще подумать, не следовало так сразу
бежать и беспокоить Старика изложением несостоявшегося открытия.
- Я понимаю... - пробормотал Игорь.
- Не обижайтесь и не падайте духом. Ведь объяснение сущности Журавлей -
не ваша цель, и поэтому разочарование не должно быть особенно большим. Вот
если бы что-либо подобное постигло меня...
Он умолк и покачал головой, то ли отрицая самую возможность такого
события, то ли выражая этим движением мысль о том, как плохо ему тогда
было бы. Очевидно, правильным было последнее, потому что Старик закончил:
- Если бы меня постигло даже полное крушение гипотезы - это я еще
перенес бы, потому что на обломках рухнувшей поднялась бы новая идея. Но
если бы я еще раз встретился с Журавлями и не смог бы сделать ничего для
решения своей задачи, последней и единственной, - то я, пожалуй, никогда
больше не вышел бы в пространство. Для меня это стало бы последним
разочарованием.
- Почему вы говорите так категорически?
- Ибо знаю: у меня не хватит сил убедить себя в том, что есть смысл
продолжать поиски.
Игорь кивнул; слова Старика относительно разочарований объяснили, как
ему показалось, перемену в отношении командира к нему: как-никак они
оказались товарищами по несчастью, друзьями по одиночеству, хотя причины
его были разными. Конечно, какое-то неосторожное слово могло заставить
Старика снова уйти в раковину молчания. И все же возможность узнать о
Журавлях как можно больше следовало использовать до конца: страшно было
подумать, что еще много месяцев - а может быть, и лет, ведь "Летучая рыба"
пока не приближалась к Земле, а по-прежнему удалялась от нее, от солнечной
системы, от обжитого района космоса, - много времени еще придется
провести, ничего не делая, а это может привести в отчаяние даже куда более
выносливого человека. Поэтому вопрос он приготовил заранее:
- Почему вы так уверенно говорите, что на этот раз встретите их?
Интуиция? Или что-то более конкретное?
- На сей раз мы их найдем, - подтвердил Старик. - Разве я не говорил
вам? Получено сообщение патрульного корабля: он видел их и определил
направление.
В глазах его была улыбка, показывавшая, что он отлично помнит, говорил
или не говорил о принятом сигнале. "Тебе не было дела до этого, вот я и
молчал", - понял Игорь.
- Спасибо за беседу, - сказал он, - и за критику тоже, разумеется.
- Вы уходите?
- Пойду в салон. Мне надо кое о чем подумать.
- Подумайте, - сказал Старик; он словно не почувствовал изменившегося
тона Игоря. - Подумайте, - повторил он. - Но, - он поднял палец, - не
торопитесь с выводами. Умейте ждать.
Затворяя за собой дверь, Игорь оглянулся. Старик сидел в привычной
позе, взгляд его был устремлен на дубль-экран, на котором, как всегда, не
было видно ничего.
"Умейте ждать!", "Умейте ждать!" Игорь повторял эти два слова на разные
лады, расхаживая по салону. Стояла тишина, мягкий ковер скрадывал шаги.
"Умейте ждать!" Но бывают случаи, когда ждать так же бесполезно, как
глядеть на этот вот иннерфон и надеяться, что когда-нибудь он все же
нарушит молчание и зазвонит.
Игорь сердито взглянул на аппарат.
Аппарат был нем.
Игорь усмехнулся. Аппарат иннерфона, пульт для ловли Журавлей, - как
много на этом корабле механизмов, которым нечего делать, которые вряд ли
когда-нибудь пригодятся. Иннерфон не звонит, потому что людям нечего
сказать друг другу. А что касается Журавлей...
Он вздрогнул. Странная мелодия раздалась: клавесин сыграл фразу, что-то
очень старое и нежное.
Игорь недоуменно обвел салон взглядом. Все стояло на своих местах. Но
клавесина не было, потому что его не было вообще. Зачем он на корабле?
Но мелодия возникла снова.
Тогда Игорь догадался. Он вытянул руку. И нажал на клавишу иннерфона.
Фраза оборвалась. И торопливый голос, вовсе не похожий на обычную
медлительную речь Старика, проговорил:
- Наконец-то! Идите в рубку!
- Что случилось?
- Идите сюда!
Он открыл дверь рубки и на миг задержался на пороге; ему почудилось,
что он ошибся и вместо привычного помещения попал в бескрайнюю ночь.
Свет в рубке был выключен. Только мерцали шкалы приборов, и большой
светло-серый экран дельтавизора казался распахнутой дверью, ведущей в
пространство.
Привычное согласное звучание приборов теперь рассекали тугие щелчки.
Словно тяжелые капли падали на звонкий металл.
Ведя рукой по переборке, Игорь добрался до фильмотеки и уселся.
Глаза привыкли к мраку, а может быть, это экран все больше наливался
светом - видимый на нем мир становился все четче и рельефнее. Игорю
показалось, что еще немного, и он сможет без помощи приборов определять
расстояние до звезд. Конечно, это лишь казалось.
Мир был не таким, каким Игорь привык его видеть в телескопы или на
экранах обычных устройств. Величина дельта-излучения часто не совпадала с
видимой яркостью звезд, и самые яркие маяки горели теперь в иных
направлениях.
Только середина нижней части экрана была занята чем-то непроницаемо
черным. Игорь напрягся; в следующий миг он понял, что это лишь силуэт
Старика.
Старик молчал, но дыхание его было необычно громким.
- Что случилось? - спросил Игорь шепотом.
Старик тоже шепотом ответил:
- Они.
- Где?
На светлом фоне экрана обрисовалась черная рука, Длинный палец уперся в
правый нижний угол.
Игорь вгляделся. Там что-то мерцало.
- Один? - все так же шепотом спросил он.
- Это конус. Стая.
- Сколько до них?
- Два с половиной миллиона. Десять минут.
- Я могу вам помочь?
Старик чуть повернул голову.
- Нет. Я позвал вас, чтобы вы видели. Это стоит видеть.
- Да, - сказал Игорь. Наклонившись вперед, он стал вглядываться,
напрягая зрение.
Мерцающая точка стала ярче. Ее движение было незаметно глазу, но за то
время, пока Старик обменялся с Игорем несколькими словами, она все же
передвинулась. Так движется минутная стрелка часов.
Тяжелые капли стали падать чаще; расстояние между кораблем и Журавлями
сокращалось, и отраженные импульсы дельта-локатора возвращались все
быстрее.
Через две минуты точка перестала быть точкой. Теперь на экране
виднелось мерцающее пятнышко. Оно летело, оставляя позади все новые
звезды. Сейчас движение стало заметным глазу.
- Скорости почти равны, - проронил Старик.
Точка приобрела конкретные очертания. Она превратилась в сильно
вытянутый треугольник. Старик уже проделал все необходимое.
Дельта-генераторы работали. Конденсаторы заряжались для первого удара. Он
должен был получиться самым мощным.
Все лишние антенны были втянуты внутрь корабля. Защитное поле
усилилось; широко раздвинутые конструкции ловушки теперь светились
странным зеленым светом. Решетчатые шары на концах их торопливо вращались.
Зеленое пламя срывалось с них и растворялось в пространстве.
Когда Игорь отвел глаза от шаров, он увидел, что наконечник стрелы
приблизился. Теперь было ясно видно, что это не треугольник, а конус.
- У меня стереовизоры, - пояснил Старик. - На этот раз я готов ко
всяким случайностям. Все, начиная от наблюдения и кончая...
Он не договорил. Какой-то из приборов привлек его внимание. Игорь
воспользовался паузой.
- Я все-таки хотел бы вам помочь.
Старик с досадой оглянулся.
- Ну... сядьте за контрольный пульт, что ли. Следите, чтобы генераторы
не вышли из режима. И приглядывайте за двигателем.
Затем Старик проворчал что-то под нос. Игорь разобрал лишь: "Автомат
есть автомат, но и человек..." Очевидно, командир оправдывался перед самим
собой в том, что к управлению оказался допущен посторонний. Игорь
повернулся и стал смотреть на экран.
- Теперь не вертитесь.
- Мне не видно.
- У вас над пультом малый экран. Включите. Снизу, снизу берутся за эту
рукоятку, а не сверху! - Старик выкрикнул эти слова, и в голосе его
прозвучала чуть ли не ярость.
Только теперь Игорь понял, до какой степени напряжены нервы капитана.
Больше не оборачиваясь, Игорь стал по своему экрану следить, как
приближались Черные Журавли.
Наступали решающие минуты. Конус на экранах уже распался на отдельные
пятнышки. Ничем не связанные, они летели, как будто раз и навсегда
закрепленные в этом необъяснимо точном коническом строю. Они росли все
быстрее и быстрее, расстояние до них сокращалось. Щелчки в рубке слились в
трель, светлые линии на шкалах дельта-индикаторов заплясали бешеный танец.
- Внимание!.. - высоким, протяжным голосом прокричал Старик.
Игорь задержал дыхание. Потом ему не хватило воздуха, и он, широко
разинув рот, шумно вдохнул. И в этот миг Старик резким движением - тем
движением, ожидание которого не раз, наверное, сводило ему во сне руку
судорогой, - двинул красный рычаг вперед.
Игорю показалось, что кто-то схватил его за горло, сильно ударил в
грудь, в живот, обрушил на голову тяжесть. Это антенны ловушки выбросили,
разряжая конденсаторы, первую гигантскую порцию дельта-квантов. На шкалах
дрожали стрелки, а иногда начинали широко раскачиваться, описывая
плавно-резкие кривые, как топор над головой дровосека. Приборы, требующие
в этот момент наибольшего внимания, вспыхивали, наливаясь то синим, то
красным огнем; уследить за ними было трудно.
Приборы лихорадило: дельта-поле ловушки уже вступило во взаимодействие
с полем Журавлиной стаи. Стрелкам оставалось продвинуться вправо еще на
четверть шкалы, чтобы показать наконец такое соотношение мощностей, при
котором можно было бы с уверенностью полагать, что поле хотя бы одного из
Журавлей не только нейтрализовано, но и преодолено, и что теперь можно
начинать торможение, и Журавль этот, вырванный из стаи, послушно
затормозится вместе с кораблем. В этом и состояла задача - задержать,
вырвать, и уж тогда, ни на минуту не ослабляя мощности ловушки,
исследовать и понять, что же это, в конце концов, такое... И стрелки
двинулись в эту свою последнюю четверть, а взгляд Старика словно бы
подгонял их. Но, видимо, этой поддержки было недостаточно: движение
стрелок становилось все медленнее, все труднее давался им каждый
последующий миллиметр шкалы. Старик повернул регулятор, отдавая ловушке
последние мощности, по телу корабля вновь прошла дрожь от заработавших на
пределе генераторов. Стрелки едва заметно, но все же поползли вправо, и
Старик облегченно вздохнул.
Но уже через секунду пальцы его сжались в кулаки.
Стрелки остановились. Какое-то мгновение они дрожали на месте, словно
раздумывая, продолжать ли путь. И наконец, стремительно рванулись, но не
вправо, а влево, к нулевым ограничителям. Одновременно другие приборы
показали, что силовые линии поля ловушки, до сих пор как бы сжатые
сопротивлением поля Журавлей, внезапно перестали ощущать это
сопротивление, как если бы поле Журавлей - а следовательно, и они сами -
вдруг исчезло.
Это было необъяснимо, но в первый момент думать об этом не пришлось.
Корабль завибрировал, и какую-то долю секунды казалось, что он разлетится,
рассыплется, рассеется, превратится в лом, в горсть осколков. Это
дельта-генераторы, внезапно лишившись нагрузки, развили угрожающее число
оборотов. Контрольные приборы на панели Игоря вспыхнули, как красные глаза
ужаса. Игорь еще не успел найти слов, как Старик п
...Закладка в соц.сетях
