Жанр: Электронное издание
Prosh-09
...писать секретарь, Иван Адольфович пояснить не успел. Его
щека поймала тупой нос ботинка, и адвокат, не вынимая рук из карманов халата,
оказался в дальнем углу, между креслом и напольной вазой.
- Денег у меня нет! - выпалил он, прикрываясь ладонью, хотя теперь их разделяло
метров пять наборного паркета.
- Могу одолжить. - Андрей увидел работающий монитор и прислушался.
Выступал Президент. За спиной у него маячил крейсер "Адмирал Мельник", снятый с
высоты птичьего полета. Виктор Ф. Кастель, по обыкновению, бубнил, как пономарь,
и Андрей разобрал лишь отдельные фразы: "акт милосердия", "представители
Миссии", "торжество гуманизма". Президента на мгновение сменил зэк в полосатой
шапочке. Андрей отметил, что в "Каменном Чертоге" таких не выдавали. Затем
показали перекличку в колонии, самолет, спускающегося по трапу мужчину того же,
но уже без шапки, и трех женщин с цветами, плачущих от счастья. Мать, жена, дочь
- угадал Андрей. Правильный набор. Все ждали, и все дождались. Почти как в
жизни.
- Что вам угодно? - прокряхтел Мейстер, поднимаясь. - Кто вас послал?
- Смотря куда. Если в лагерь, то плохая работа адвоката.
Иван Адольфович почесался, чем окончательно разрушил образ надменного
интеллектуала.
- Я вас не помню, - сказал он. - Я много дел проиграл.
Андрей со значением оглядел дорогую мебель.
- Некоторые дела я выигрывал, - отозвался Мейстер.
- Хорошо, что не все. А то куда бы вы девали деньги?
- В доме наличных нет! - воскликнул адвокат. - И на счету тоже, - неуверенно
добавил он. - В этом году я погасил остаток кредита за квартиру и еще...
- А я в этом году впервые мог подать прошение о помиловании, - перебил Андрей.
- Н-да? Ну тогда я вас поздравляю!
- С чем?
- Прошение удовлетворили? Вы же на свободе.
- Нет. - Андрей прошелся по комнате и встал под какой-то репродукцией: красные
брызги на зеленом фоне. - Это нельзя назвать свободой.
- А-а!.. - Мейстер напряженно улыбнулся. - А то я сначала решил, что вы... кхекхе...
- Сбежал? С Шиашира убежать нельзя. Оттуда нельзя даже уплыть: вода холодная.
- Вы отбывали наказание на Шиашире? Миссия амнистировала несколько человек, но
из "Каменного Чертога", кажется, никого не выпустили. - Иван Адольфович
оглянулся, словно призывая в свидетели самого Президента, однако выступление
Кастеля уже завершилось, и на экране появились таблетки от запора.
- Само собой, - сказал Андрей. - Спецлаг построен для конченых подонков, там
прощать некого.
- Так вы, значит, пошутили?
- Да, сегодня день юмора,
Мейстер с сомнением пощупал опухающее лицо.
- Паром "Данциг", - резко произнес Андрей.
- А?.. Ах, да. Пять лет назад, точно. И вы... Это он вас просил? Как его...
забыл фамилию, вот же черт...
- Не важно. Звали его Андреем.
- Может быть, может быть. И чего он хочет?
- Хотел. Тщательного расследования и компетентной защиты. А получил
исключительную меру.
- Там никак нельзя было... - Мейстер изогнул губы скорбным полумесяцем. - Никак!
Никаких вариантов. Это я помню. Уйма доказательств! Я сперва подумал: вот он,
мой шанс. Смогу отстоять клиента - заработаю имя на всю жизнь. А когда взялся и
получил материалы, сразу понял, что дело швах. Я ведь ему предлагал, другу
вашему...
- Под психа косить?
- Сейчас лежал бы себе в больнице. Ну не лежал бы, ходил. Принимал бы передачи.
Встречался бы с родственниками.
- Он не хотел симулировать. Он хотел справедливости.
- С такими-то уликами? Их на двадцать человек хватило бы! Случается, клиента на
одних только тещиных показаниях за решетку отправят, а там был полный комплект:
частицы кожи, следы, волосы. Все подтверждено. Это ведь он потопил паром, дружок
ваш. И вы ... ладно, так уж оно повернулось. Возможно, я не буду заявлять в
полицию. При условии, что вы немедленно уберетесь.
Андрей отклеился от стены, но к двери не пошел.
- Я не буду вас бить. Возможно, - сказал он, хватая адвоката за лацкан. - При
условии, что вы перестанете пудрить мне мозги.
- Даже не представляю... ох-х-х!.. - тот согнулся пополам.
Андрей отпустил халат, и Мейстер упал.
- Это уже тянет на три года, - выдавил адвокат.
- На четыре, - возразил Андрей, впечатывая ботинок ему в живот.
- Что вы... что вы... - проблеял Мейстер, пытаясь вдохнуть. - Не спешите, мы все
обсудим...
- Мой друг сомневается в том, что "Данциг" уничтожил он сам.
- Сомневается?! - Иван Адольфович выпучил глаза и, нелепо извиваясь, пополз
назад. - Я бы мог понять, если бы он отказывался. Но - сомневаться?!
- Отказываться сложно, улик действительно до хрена.
Цепляясь за подлокотник, адвокат перебрался в кожаное кресло и болезненно замер.
- Так бы сразу и сказали, - пробормотал он. Во взгляде у него вдруг забрезжила
догадка. - Ясно, про -блема в уликах. Ясно, ясно. Но при чем тут я? Это
следственная группа. Даже не она, а экспертный отдел, спецы.
Андрей присел на журнальный столик.
- Ну? Дальше, - произнес он.
- А что дальше?.. Обратиться в Комитет по правам человека, инициировать
доследование, служебную проверку...
Андрей прерывисто вздохнул.
- Да, это химеры, - быстро согласился Мейстер. - Но таков порядок. - Заметив,
что Андрей встает и движется навстречу, он снова вытянул руки. - Верно, все
верно! Процедурные вопросы не должны мешать правосудию. Частные контакты
эффективней. Кстати! Один мой знакомый работал в экспертном отделе ФСБ. Раньше.
Давно. Да и не то чтобы знакомый, а, наверно, родственник. Хотя какой он мне
родственник...
Подойдя вплотную, Андрей навис над креслом, и адвокат мгновенно сосредоточился:
- Я дам его координаты!
В новостях заговорили о падении цен на нефть и о чем-то еще, не менее
значительном.
- Я никому ничего не скажу, - заверил Мейстер.
- Я знаю.
- Нет, правда!..
- Правда, - повторил Андрей, переключая монитор на музыкальный канал.
Из динамиков понеслось что-то быстрое, в навязчивом ломаном ритме. Он прибавил
громкость и поднял голову к потолку. Между встроенными плафонами висела
старомодная люстра. На мощном стальном крюке.
- О чем это вы?.. - пробормотал Мейстер. Андрей улыбнулся и посмотрел в зеркало.
Хорошо.
В смысле, четыре балла - за улыбку. Или даже пять, но с минусом.
"Найден повешенным".
"Задушила совесть".
"Месть или конкуренция?"
Канунников швырнул газеты Андрею в лицо. Тот не шелохнулся, лишь проследил за
тем, как листы, разлетаясь, покрывают пол. Номер в отеле "Сандэй" сразу приобрел
нежилой вид.
- Ты что это, дружок? - прошипел майор. - Офонарел? С цепи сорвался?!
- Хуже. Я из одиночки, Коля, - невозмутимо ответил Андрей, наблюдая за его
метаниями у стола. - Давай. Ты же принес?
- Чего "давай"? Совсем оборзел, урка полосатый?! Я что тебе, курьер - за водкой
бегать? Миска каши и морковный чай!
- Это я пять лет жрал. Хватит.
- Ты снова сядешь, урод! - крикнул Канунников, загребая ногой газеты. - Тебе
морду новую слепили, так ты и ее под статью подводишь! Это же безумие какое-то!
- Он воздел руки к небу за наклонным тонированным потолком. - Думаешь, я тебя
отмажу? Или на гадов надеешься? Зря, урка. Им проблемы не нужны. И дураки -
тоже. Слушай, тебе мозги-то не проверяли, а? Надо бы. А то сомнения у меня в
твоей адекватности. Большие, брат, сомнения!
- Я не убивал Мейстера, - сказал Андрей.
- Ну да-а! Адвокатишка сам убился! "Задушила совесть", как эти пишут!
- Совесть у него вряд ли была. Уж точно не в таком количестве. Не в смертельном.
- Со-овесть!.. Трос его задушил, а не совесть. Классная веревка! Нейлоновая,
скользкая, ее и мылить не нужно было. Правда, Андрюх? - вкрадчиво спросил
Николай. - И откуда у судебной крысы тросик то взялся? Может, Иван Адольфыч
такелажником подрабатывал? Ему как раз пять рублей до миллиона не хватало. - Он
резко умолк и достал из плаща жужжащую трубку. - Ну!.. Что?..Что?! Ну... спасибо
тебе, капитан. Да. Копай дальше.
Канунников придвинул кресло к столу и, усевшись, вытащил из-за пазухи литровую
бутылку перцовки.
- Нашли чек в мусоре, - сообщил он. - Супермаркет на Смоленской. Трос куплен
вчера в десять утра. Кассирша подтвердила: это был Мейстер. Приобрел сам, за
день до смерти. - Майор хмуро взглянул на Андрея. - Стаканы несешь, нет?! Так
зачем ты к нему таскался?
- Как будто не знаешь.
- Знать-то знаю. - Канунников кинул на стол сигареты. - Понять не могу!
Андрей вернулся с двумя рюмками и пакетом апельсинового сока.
- Хочу кое-что выяснить, - сказал он.
- Чего тут выяснять? Ты Волков Андрей Алексеевич, у тебя новый паспорт и новая
морда. И это дело уже не твое.
- Мое, - возразил Андрей. - Потому что пять лет на Шиашире провел я, а не кто-то
другой. И сейчас у меня все могло быть иначе. Это не мой крест, на меня его
взвалили по ошибке. Ошибки надо исправлять. Кто ведет расследование?
- Конечно, не мы, - ответил Канунников, наливая - Какой-то важняк с Петровки.
Если экспертиза установит, что Мейстер самолично вздернулся, дело спихнут вниз.
- Экспертиза установит, - кивнул Андрей.
- Спихнут, да не закроют! У адвоката работала система безопасности. Дешевая и
старая, писала кое-как. С помехами и без звука. Но - писала. С двух камер в
холле.
Андрей посмотрел на рюмку и опрокинул ее в себя.
- Показывай.
- Ох ты какой! - возмутился майор. - А погоны генеральские на жопу тебе не
пришить?
Сходив за терминалом, Андрей раскрыл его перед Канунниковым.
- Давай, Коля. Что у вас за кино?
Тот, вздохнув, положил рядом телефон и потыкал в кнопки. Блок с трубкой
законнектились и пискнули на разные голоса.
- Кино немое. - Канунников принялся что-то набирать на клавиатуре. - Мейстер был
жмот и лентяй. Камеры все время отключались. То одна, то вторая, а то и обе
сразу. С такой системой его могли убить прямо на глазах у дежурного. Дубина, -
подытожил Николай.
Экран разделился на два окошка: в каждом был холл, снятый с противоположных
сторон. Иван Адольфович, в шелковом халате и в сеточке для укладки волос,
смотрел выступление Президента - в обоих кадрах, слева и справа.
- Вот сейчас ты звонишь в дверь, - прокомментировал Канунников.
- Я не звонил, я постучался.
- Да? Ну я же говорю, звука нет.
Мейстер неохотно встал, спрятал сетку в карман и куда-то пошел. В левом окне он
исчез, в правом интерьер сдвинулся так, что дверь оказалась ровно по центру.
Адвокат потянулся к замку.
- Счастливое совпадение, - процедил майор. Как только дверь приоткрылась, в окне
замельтешили цветные точки.
- Вырубило камеру. Теперь смотри на вторую. Через несколько секунд в левом
окошке возникла такая же рябь.
- О чем вы с ним толковали? - спросил Николай.
- Пускать не хотел. Посылал к секретарю.
- Естественно. Смотри внимательней, - сказал он.
Вторая камера включилась и сразу дала чистую картинку: Мейстер, опираясь на
вазу, поднимается с колена.
- Он как будто и не падал, - заметил Канунников, - Вроде нагнулся, а потом
выпрямился. Но если учесть, что это уже у другой стены...
- Я и не отрицаю, - буркнул Андрей.
- Чем и куда?
- Ногой по харе.
- Отлично. Теперь правое окно.
Едва Николай это сказал, как заработала первая камера. Возле двери уже было
пусто. Панорама поехала обратно и вновь пропала. В левом окошке по-прежнему был
только Мейстер.
- "Кто вас послал?" - проговорил за него Канунников.
- Ты читаешь по губам? - удивился Андрей.
- Ничего сложного. Что ты ему ответил?
- Сказал, что мы уже встречались.
- Очень умно!
Адвокат на экране озадаченно почесался.
- "Я вас не помню", - продолжил комментировать Канунников. - "Я много дел
проиграл. Некоторые дела я выигрывал. В доме наличных нет, и на счету тоже. В
этом году я погасил остаток кредита за квартиру". Ты что деньги с него
требовал?! "Поздравляю"... С чем он тебя поздравлял? "Прошение удовлетворили? Вы
же на свободе". Вот это самое непонятное место. Я тебя по хорошему спрашиваю:
кем ты ему представился?
- Бывшим клиентом, кем же еще.
- Каким клиентом? - с нажимом произнес майор.
- Да у него их много было. Он всех не помнит.
Левая картинка снова пропала. Одновременно появилась правая, но Мейстер на ней
стоял вполоборота. Что он говорит, разобрать было невозможно.
- Холл не прямоугольный, - заметил Николай. - Двух камер для такого помещения
недостаточно. Остается мертвая зона. Метра три, примерно.
- Там еще репродукция висит идиотская, - подтвердил Андрей.
- Рядом с ней ты и прятался?
- Я не прятался.
- Разве я сказал "прятался"?
- Да, именно так ты и сказал.
- Ну не-ет! Все вышло случайно, - с издевкой произнес Канунников. - Провел
полчаса под камерами и ни разу не попал в кадр.
- Ни разу? - переспросил Андрей.
Майор вздохнул и налил по рюмке.
- Как ты думаешь, если бы у полиции была твоя рожа, где бы ты сейчас был сам?
Так что следующий тост - за неисправную систему слежения. - Он подмигнул и
выпил. - И вот такой фиговины на записи минут пять. Ничего не видно. О чем хоть
трепались-то?
- О погоде в основном.
- Понимаю. Скоро опять провал будет, обе камеры сразу. Ты, наверно, от картины
отошел? Точно, отошел. Потому что после этого адвокат окажется в кресле. Опять
ногой в харю?
- В пузо. Коленом.
- Не смертельно. Зато теперь мы его слышим. "Так бы сразу и сказали. Ясно,
проблема в уликах". - Майор вновь принялся читать по губам.. - "Ясно, ясно". Гм,
все ему ясно. Надо же, какой молодец! "Но при чем тут я? Это следственная
группа. Даже не она, а экспертный отдел, спецы", - закончил он монотонно. - О
как. Спецы. Н-да...
Обе камеры перестали работать.
- В принципе все, - объявил Николай. - Кроме последнего эпизода. Есть там еще
один отрывочек. Мейстер говорит следующее: "Я дам его координаты". Посмотрим?
- Верю, - отмахнулся Андрей.
- Значит, координаты он тебе дал?
- Нет.
Канунников покачал головой.
- Я тот кусок раз десять пересматривал. Надеялся, он хотя бы первый слог вякнуть
успевает. Нет, не успевает. Аппаратура у Мейстера ни к черту. Но адрес он всетаки
назвал. Иначе ты бы его не повесил.
- Я его не вешал.
- Ну-ну, - майор загадочно улыбнулся, - Мейстер сам, да. Пообедал в хорошем
ресторане, побрился, посмотрел новости и влез в петлю. С кем не бывает?..
Идиот!!! - Он ударил рюмкой по столешнице - сильно, но так, чтобы не разбить. -
Думаешь, если ты камеры охмурил, так тебя и не найдут? Найдут. Сейчас опрашивают
возможных свидетелей и разрабатывают старые связи. Пока самоубийство не
доказано, делом занимается следователь по особо важным. А он еще не такие
"глухари" вытягивал. Он умеет. И я на него повлиять не могу. Вот мне и остается
- либо сразу тебя пристрелить, чтобы не валил всю ячейку, либо отправить на
новую перелицовку. Только смысл?.. Ты ведь снова к кое-кому вломишься. К тому,
чей адрес тебе назвал адвокат. Ты ведь не угомонишься, дружище?
- "Пять ле-ет"!.. Ему пять лет жалко! - Канунников резко подался вперед и,
поймав Андрея за воротник, привлек к себе. - Да видел я, видел заключение
экспертизы по "Данцигу". Отпечатков ты налапал сотни. Сотни! И камеры в порту
тебя засняли. Вот у Мейстера ты как-то сумел... пёс тебя знает... А тогда, пять
лет назад, во всех ракурсах остался. Да еще с голосом. По голосу тоже
идентифицировали. По запаху, по поту с ладоней, по волосам на подушке в
мотеле... Все совпало! Там столько улик, что и десятой части было достаточно. -
Майор оттолкнул Андрея и подвинул к себе бутылку. - Паром взорвал ты. И не надо
разыгрывать жертву. Шестьсот человек утонуло. Вот они - жертвы. А ты... - Он
склонил голову и прищурился. - Ты, вообще-то, странный парень, Андрюша. Если
вдуматься.
- Мейстера я не убивал, - повторил тот. - Тебе ведь про веревку доложили?
- Может же в этой истории быть хоть одно совпадение? Одно настоящее совпадение.
На столе задребезжала трубка, и Николай, ответив, пару минут молча слушал. Потом
спросил:
- Это я сошел с ума или ты, капитан? Считаешь, мы оба? Ну что ж, примем за
версию. Спасибо.
Бросив телефон, он налил себе до краев и сделал большой шумный глоток. Выдохнул,
с удивлением посмотрел на пакет сока и, снова налив водки, занялся терминалом.
Запись пошла с начала, Мейстер опять был в сеточке для волос. Николай остановил
изображение и, развернув окно на весь экран, показал на него пальцем. Иван
Адольфович сидел у монитора и увлеченно смотрел выступление Президента.
- После супермаркета, где Мейстер купил тросик, у него была еще одна поездка, -
тяжело произнес Канунников. - Адвокат наведался в банк и арендовал сейф. Только
что открыли. Там записка. - Он прикурил и рассеянно поиграл пачкой сигарет. -
Вот так вот... Человек покупает веревку и оставляет предсмертное письмо. На
следующий день идет обедать. Заказывает харчо и цыпленка. На десерт - сливочный
торт. Потом возвращается домой и принимает ванну. Надевает сеточку, включает
новости. Кого-то ждет?.. - Николай исподлобья взглянул на Андрея и пожал
плечами. - Возможно, ждет. Беседует с гостем, провожает его до двери. Потом
просматривает запись охранной системы и половину стирает. Что скажешь?
- Потом вешается.
- Да.
- Надеюсь, разговор окончен?
- Нет. Кто следующий? Кто у тебя стоит под третьим номером?
- Под третьим? - нахмурился Андрей. - А разве второй уже был?
- Второй - это Мейстер. Первой была Ирина Дмитриенко из Хабаровска, - равнодушно
проговорил Канунников. - Смертельная доза снотворного. Для полиции - никакой
связи. Для меня она очевидна. Поэтому я спрашиваю еще раз: кто третий? Чей адрес
тебе дал адвокат?
- Лена... - прошептал Андрей. - Лена, Лена... Когда?!
- По Москве - в пятнадцать ноль-ноль. Иван Адольфыч как раз откушал харчо.
- Лена, зайчик... Зачем ты, зачем?..
Андрей спрятал лицо в ладони, но Канунников дернул его за руку.
- Не кривляйся! Ты не знал как будто? Даже не догадывался? Она тебя бросила, и
ты ее ненавидел.
- Она не бросила...
- Скажем иначе: не стала тебя ждать.
- Как можно ждать того, кто приговорен пожизненно?
- Меня другое интересует: как можно лишить жизни на расстоянии в несколько тысяч
километров?
Андрей поднял голову и посмотрел на майора.
- Пошел вон, сволочь гэбэшная, - тихо, но внятно произнес он.
- Чё?..
- Это ты организовал. В Хабаровске. Ты, ты.
- Ну-ну-ну, любезный! - Николай нетвердо встал и похлопал его по затылку.
Андрей разъяренно отмахнулся.
- Катись!
- Пузырь не забираю, тебе пригодится. - Канун-ников, клацая подошвами, двинулся
в прихожую. - Стиву или Ксене что-нибудь передать?
- Катитесь втроем!
- Ладно. - Он шмыгнул носом и, о чем-то размышляя, пошатался возле двери. -
Это... ну какой адрес-то, Андрюх? Что тебе адвокат шепнул? Скажи, скажи, я ведь
сам раскопаю. И будет хуже. Гораздо.
Андрей схватил бутылку, и майор, не дожидаясь броска, вывалился в коридор.
Через несколько минут он был на улице. Парковщик подогнал черную "Волгу", и
Николай, абсолютно трезво обойдя машину, сел за руль. Прежде чем отъехать, он
высунул руку в окно и сделал "бай-бай". Канунников не сомневался, что за ним
наблюдают.
Андрей оторвался от окна и, вздохнув, посмотрел на стол. Водки оставалось грамм
четыреста, в самый раз, чтобы догнать себя до свинства. Он взболтнул бутылку -
красные стручки на дне закружились, как фальшивые снежинки в рождественском
сувенире, - и вставил горлышко в рот. Симбионты уже начали приводить организм в
порядок, однако новая доза свела их усилия на нет.
Перцовка стекала по горлу и жгла кожу. Андрей не обращал внимания, он
зафиксировал взгляд на потолке и целеустремленно глотал. Ему хотелось оказаться
в каком-нибудь другом мире или самому стать другим, но водка не уводила, а
вбивала его в этот кошмар все глубже.
Стив застал Ксену возле терминала. Она сидела в мягком кресле, с низкого столика
ей в лицо светил монитор.
- Не спите? - спросил он. - Тяжелый день?
- Получила доклад от майора. Пытаюсь найти в этом какой-то смысл.
- В докладе? - уточнил Стив.
- Во всем этом. - она повращала пальцем и, утомленно сощурившись, приникла к
экрану. - Два подтвержденных самоубийства: бывшая жена и бывший адвокат.
- Тогда... - Он замялся. - Получается, Волков не связан со Сферой?
- Получается, Стив, совсем другое. Волков безусловно резидент Сферы. Но строка,
которую мы приняли - которую я приняла за сигнал сбора, была чем-то иным.
Возможно - ничем, воздухом между ключевыми фразами. Возможно - приказом к
самоуничтожение. Или агенты заранее располагали какими-то инструкциями. Это не
принципиально. Важно вот что: Волков попал в число сотрудников Миссии, сообщил
об этом, и его сеть, вместо того чтобы сконцентрироваться и приступить к
работе... она начала себя устранять, Стив.
- Как модули поддержки, - проронил он.
- Что?!
- Не обращайте внимания, это из прошлой жизни.
- Стив! - требовательно произнесла Ксена.
- Перед боем, а иногда уже и в бою, крейсеры авангарда перегружают балласт в
специальные модули, - с неохотой сказал офицер. - Пустышки, едва управляемые.
Все, что не служит выполнению тактической задачи, выводится в открытое
пространство. Это и пища, и средства личной гигиены, и многое другое. Иногда
корабль избавляется даже от резервного вооружения. В невесомости масса не
перестает быть массой, а лишняя инерция маневру не способствует. Потом, после
боя, модули возвращаются на борт - чаще сами, но иногда их приходится
отлавливать, это зависит от ценности содержимого. В случае гибели крейсера его
модули, как правило, самоликвидируются.
- Волков непохож на гибнущего, - заметила Ксена.
- Ну... они могут быть уничтожены, например, если корабль оказался слишком
далеко и возврат к месту сброса нецелесообразен. В каждом случае это решается
отдельно. Суть в том, что когда модули поддержки становятся не нужны, их либо
активируют, либо просто расстреливают, если отказывают бортовые взрыватели.
- Становятся не нужны... - заворожено повторила Ксена. - Стив, хотите бутылку
шампанского?!
- Я не употребляю, - с легким удивлением ответил он.
- Я тоже, но ведь надо же вас как-то отблагодарить!
- Вы хотите сказать, что старые связи Волкова рвутся...
- Они взрываются, Стив. В точности как модули поддержки. Ему они больше не
нужны, но и нам достаться они не имеют права. - Ксена загоралась идеей
постепенно, будто и сама не верила, что наткнулась на ответ. - Стив? Ну-ка,
поворошите свои знания о Земле. Человек уничтожает паром с шестью сотнями
пассажиров. И делает он это в одиночку.
- Мы обсуждали его преступление. Оно выглядит абсурдным, но вы же сами...
- Я говорю сейчас только о выполнимости. Мог ли Волков совершить это физически?
Будучи обыкновенным человеком?
- Ваш учебный курс глубже моего, - сдержанно ответил Стив.
Ксена ненадолго задумалась.
- Конечно, не мог, - сказала она. - Волкова поддерживали на всем пути - от
подготовки акции до отправки в лагерь. Теперь, когда он сообщил своим, что
очередной пункт плана реализован, вспомогательная сеть приступила к
самоликвидации. Ваши предложения?
- Мои? - Стив растерялся и не сразу понял, о чем его спрашивают. - Срочно
проверить все контакты вплоть до самых незначительных.
- Поздно. Искать на этом поле новые подарки - верх наивности. Будь у Волкова
двадцать помощни-к°в, мы бы уже получили двадцать трупов, я не сомнеюсь.
Кстати... - Ксена снова взглянула на экран. - Есть и еще кое-что. Волков узнал у
адвоката чей-то адрес. Сетевой или городской - майору неизвестно даже это.
Возможно, адрес - невольный вымысел майора, но я все-таки склонна считать это
правдой. В противном случае Волкову не имело смысла навещать Мейстера лично,
ведь адвокату, как и бывшей супруге, он мог бы дать сигнал по Сети.
- Неустановленный адрес? Это очень серьезно.
- Волков спонтанно меняет места проживания, кроме того, ему доступен любой
общественный терминал Москвы. В таких условиях мы не способны отслеживать все
его звонки, да и майор не вполне справляется с наблюдением.
- Кажется, вы приняли какое-то решение, - озаботился Стив. - Уж не хотите ли вы
отменить легализацию Волкова?
- Зачем же мы вытаскивали его из "Каменного Чертога"? Нет, он останется
свободным. - Ксена дотянулась до столика и взяла в руки терминал. - Свободным, -
повторила она. - В некоторых пределах.
Андрей посмотрел на часы и громко, сквозь зубы, втянул воздух. Сон - если это
можно назвать сном - длился часа полтора или около того, точное время выпадения
из реальности отметить не удалось.
Его вызывали, причем экстренно, и Андрей догадывался, что это не портье.
На экране была Ксена.
- Здравствуйте, Волков, - сказала она.
Андрей подумал, что уже забыл ее лицо, но стоило ему взглянуть на монитор, как
он понял, что это иллюзия.
- Почему вы пьяны? - Ксена не осуждала, к этому она была не способна. Она
смотрела ровно и внимательно, как могла бы смотреть и на своего ребенка, и на
убийцу своего ребенка.
- Выпил, - проронил Андрей. - А вы что подумали?
- Ваш испытательный срок подошел к концу, - объявила она.
От неожиданности Андрей икнул.
- И что? - отрывисто произнес он.
- Улыбнитесь, Волков.
- Да я уже улыбался!
- Улыбнитесь, это необходимо. Но если вам трудно...
- Не трудно, не трудно. Вот, пожалуйста.
- Удовлетворительно, - оценила Ксена. - Глаза отстают. Помните, что улыбка
осуществляется не поэтапно, а сразу всем лицом.
- Всем лицом. Осуществляется, - раздраженно повторил Андрей. - Учту. Когда мне
станет смешно.
- Смешно вам уже не будет.
Он приготовился выслушать пояснения, но Ксена лишь сказала:
- До свидания.
Фыркнув, Андрей захлопнул терминал и пошел в ванную.
- Ну что вы там, заснули? Симбионты, работайте. - пробормотал он, хлопая себя по
животу. - Хочу бить как огурчик.
Внутри глухо булькнуло, словно кто-то и впрямь отзывался.
Андрей разделся, залез под горячий душ и начал поворачивать регулятор влево,
пока на табло не замигало: "с +7". Остатки хмеля быстро улетучились, он снова
был свеж и бодр. Не вытираясь, он вернулся к терминалу.
"Смешно вам уже не будет". Это звучало как угроза, но едва ли Ксена собиралась
его пугать. Зачем, когда у него в крови - симбионты, а у нее - доступ к их
управлению. Возможно, кнопка. Возможно, что-то еще. Андрей рассмеялся: ему вд
...Закладка в соц.сетях
