Жанр: Электронное издание
PLAGUE
...опки профессора Чейбла прервали их разговор.
- Я благодарю вас за ваше сообщение, - продолжил Чейбл. - Теперь я
вам скажу, что побудило меня собрать это совещание. Совет Безопасности ООН
с самого начала появления болезни Рэнда заседает почти непрерывно.
Участниками заседания, как вы знаете, являются начальники штабов и
президент. Несколько часов назад были приняты решения. Короче, армия
начинает свою операцию, которая получила драматическое название "полная
чистка". Цель этой операции - прекращение распространения эпидемии.
Карантинная зона - это область, в границах которой болезнь существует
сегодня, и она должна быть полностью очищена. Эвакуация населения в
различные карантинные лагеря уже начата. Как только инкубационный период
закончится, и все случаи болезни будут устранены, красная зона должна быть
полностью очищена. Это до известной степени полоса ничейной земли, мертвая
зона, которая входит в красную зону. Мы выравниваем ее, применяя
бульдозеры, взрывчатку, огнеметы, и разбрасываем в ней отравленные
приманки. Синяя зона имеет ширину двести метров и ее будет надо, я думаю,
расширить по крайней мере до полмили. Если какие-нибудь непредусмотренные
события помешают нашим планам, мы должны будем подготовить синюю зону и
полное очищение красной зоны. Потом красная зона будет покрыта
радиоактивным веществом с полураспадом в два с половиной месяца.
За этими словами последовала ошеломляющая тишина, пока собравшимся не
стала ясна вся серьезность этих мероприятий.
Восемь тысяч квадратных миль самой плотно заселенной местности в мире
должны были быть очищены и подготовлены к полному уничтожению. Нью-Йорк,
Сити, Филадельфия должны были стать городами-призраками, в которых вся
жизнь до микроскопически малого вируса должна быть уничтожена. Когда Чейбл
продолжил, голос его звучал твердо.
- Эти мероприятия должны быть проведены немедленно, потому что мир
полон страха. Операция "Полная чистка" будет проведена, как только болезнь
будет локализована и станет переноситься только животными.
Голос его стал тише, так что присутствующие едва могли его слышать.
- Эта программа - вы должны это понять - является компромиссом. Люди
во всем мире живут в страхе, и никто не может обижаться на них за этот
страх. Единственная, другая возможность состоит в том, чтобы сбросить
водородную бомбу на...
Голос отказал Чейблу. Видя выражение ужаса на лицах присутствующих,
он не в силах был закончить свое предложение. Он опустил голову, старый
человек, которого другие заставили быть фактором их страха и угрозы.
- Профессор Чейбл, - сказал Сэм.
Он удивился своему собственному мужеству, но был гоним жгучим
желанием сказать то, что он должен был сказать.
- Операция "Полная чистка" - логический ответ на нашу проблему,
которую мы не можем разрешить медицинскими средствами, во всяком случае, в
данный момент. С точки зрения всего мира, вероятно, было бы правильнее
сбросить водородную бомбу, хотя я, вероятно, превратился при этом в
обугленный труп, и поэтому приветствовал бы это с превеликой неохотой. Я
также думаю о почти неприкрытой угрозе того, что ракеты стоят наготове,
чтобы доставить эту бомбу к цели, как только люди, которых я никогда в
своей жизни не видел, назначат решающий час. Это всего лишь незначительная
деталь. Гораздо важнее невысказанное отчаяние, которое стоит за этим
решением. У нас нет медицинского ответа, поэтому единственным решением
остается уничтожение в определенной области всей жизни. Однако, прежде чем
провести такое отчаянное мероприятие, нужно сделать последнюю попытку
разрешить эту проблему здесь, на месте, медицинскими средствами.
- О какой попытке вы говорите? - нетерпеливо спросил доктор Хатьяр.
- Нужно войти в космический корабль "ПЕРИКЛ" и поискать там записи
или заметки об этой болезни. Должны же быть основания для того, чтобы
командор Рэнд закончил свое последнее сообщение словами "в корабле". В
конце концов, он оставался живым на протяжении всего пути от Юпитера...
Его оборвал резкий стук молотка профессора Чейбла.
- Доктор Бертолли, относительно "ПЕРИКЛА" у нас связаны руки.
Согласно принятому Советом Безопасности решению мы должны держаться от
корабля подальше. Последняя стадия операции "полная чистка" состоит в том,
что после эвакуации населения и нейтрализации почвы радиоактивными
веществами "ПЕРИКЛ" будет уничтожен тактической атомной бомбой. Никто не
хочет взять на себя ответственность за то, что болезнь Рэнда или
какая-нибудь другая болезнь из космоса снова обрушится на людей. Мне очень
жаль. Решение принято, любые протесты против этого бессмысленны, разве что
если бы мы нашли средство, стопроцентно излечивающее болезнь Рэнда. Только
тогда можно было бы остановить операцию "Полная чистка".
После этого говорили мало. Было несколько протестов - особенно
горячих со стороны доктора Хатьяра - но тот факт, что решение было принято
в высших сферах, не оставлял надежды ни на какие изменения.
Чейбл как мог, ответил на все заданные ему вопросы, а потом закрыл
заседание. На этот раз никто не протестовал. Нита и Сэм молча вернулись
назад в лабораторию. Они прошли в открытые двери одного из залов, где
вплотную друг к другу лежали больные.
Нита повернула голову.
- Сэм, я боюсь. Мне кажется, что все выскользнуло у нас из рук. Эта
болтовня о бомбах и радиоактивности практически означает завершение нашей
исследовательской деятельности. Это значит, что все эти больные и все, кто
заразится вирусом Рэнда, уже мертвы.
- Они уже мертвы. Принятое решение превращает нас из врачей в
могильщиков. Но это с нашей точки зрения, а не с точки зрения всего
остального мира. Люди боятся, и готовы принести любую жертву, чтобы спасти
себя. Сделано так, что погибнет только крошечная часть населения Земли,
чтобы остальные могли выжить. Это, кажется, единственное решение, и звучит
оно не так уж неразумно. Оно страшно только для этой крошечной части. Но я
считаю неразумным не это решение, против которого я ничего не могу
поделать, а то, что никого не пускают внутрь "ПЕРИКЛА". Это акт страха и
больше ничего. Ответ на происхождение этой эпидемии может находится в
корабле. Может случится даже так, что все эти больные будут спасены.
- Ты не сможешь этого сделать, дорогой. Ты же слышал, что сказал
Чейбл. В корабль не должен входить больше никто. Таким образом, мы должны
искать решение здесь, в лаборатории.
Она, словно утешая его, положила свою руку на его. Глаза Сэма
расширились, глубокая морщина пролегла между его бровями. Он подошел к
ящику с инструментами и взял измеритель функций организма. Нита, покачивая
головой, наблюдала за ним.
- Зачем тебе понадобился этот инструмент?
- Вероятно, это чушь, но температура моего тела понизилась из-за
недостатка сна, так что твоя левая рука показалась мне слишком теплой.
Он приладил прибор к ее запястью.
Стрелка термометра сейчас же показала тридцать восемь и восемь.
- Вероятно, это обычный грипп, - сказал он.
Он старался, чтобы его голос звучал спокойно.
Хотя не существовало никакой терапии болезни Рэнда, существовали
методы ее распознавания, и они были надежны. Не нужно было никаких
дополнительных проверок.
Пятью минутами позже они уже знали, что эпидемия из космоса нашла
себе новую жертву.
10
Больной врач - только пациент. Он не отличается от других больных и
не имеет никаких привилегий. Сэм смог добиться только того, чтобы Ниту
поместили в маленькую палату, где находилась только одна свободная койка.
Никто не побеспокоился сказать ему, что произошло с предыдущим пациентом
этой койки.
Он сам сделал Ните инъекции, среди которых было сильное снотворное,
и, когда он покинул палату, девушка уже крепко спала. Дверь позади него
тихо закрылась, и он знал, что судьба Ниты была решена. Она была мертва
уже теперь, как будто в ее сердце попала пуля. Не существовало никакого
лекарства для лечения болезни Рэнда.
Сделать можно было только одно.
В кабинете дежурной сестры было видео.
Сэм вызвал исследовательскую группу и попросил соединить его с
профессором Чейблом, если тот еще не покинул госпиталь. Экран оставался
темным, и через плечо дежурной сестры Сэм взглянул на экраны мониторов,
при помощи которых можно было наблюдать сразу за всеми палатами. Пациенты
спали, и в палатах была полная тишина. Но инфракрасное освещение позволяло
сестре видеть всех находившихся в палате так, если бы они были освещены
ярким дневным светом.
Исследовательская группа все еще не отвечала на вызов Сэма. Он взял
трубку, набрал номер койки Ниты, и на экране монитора появилось ее
изображение и данные о функционировании ее организма. Ее состояние заметно
ухудшилось, она ослабела.
- Профессор Чейбл ответил, доктор.
Сэм взял трубку и повернулся к аппарату.
- Профессор Чейбл, мне нужно с вами поговорить, это неотложно.
- Я только что хотел покинуть госпиталь.
- Я не задержу вас надолго, только несколько минут, если это не
помешает вам.
Чейбл глядел на него с маленького экранчика, словно хотел прочитать
все, даже самые потаенные, мысли Сэма.
- Ну, хорошо, если вы на этом настаиваете. Немедленно приходите ко
мне. Я в комнате три тысячи девятьсот одиннадцать.
Пока лифт мчал его вниз, Сэму пришло в голову, что эта комната была
кабинетом доктора Мак-Кея. Таким образом, это значило, что при его встрече
с профессором Чейблом будет также присутствовать и Перкинс. Этого нельзя
было изменить, дело было слишком срочным. Секретарша тот час же провела
его в кабинет. Чейбл стоял за письменным столом и засовывал в портфель
толстую пачку бумаг. Перкинс стоял у стола, и, казалось, интересовался
только своей сигаретой.
- Что у вас там? - спросил Чейбл без обиняков.
- Мне нужно разрешение на вход в "ПЕРИКЛ". Корабль нужно обследовать
и...
- Это же невозможно. Это вам известно. Вы же слышали решение Совета
Безопасности.
- К дьяволу это решение! Мы здесь, и это наши проблемы. Мы не можем
следовать решению конференции, состоявшейся в Стокгольме. Там боятся
возможных опасностей, а наша задача - предотвратить эти опасности уже
теперь. Я могу один войти в воздушный шлюз. Вы же помните, я уже был там,
и со мной ничего не случилось. Я ничего не коснусь, а стальная плита
герметически закроется за мной и отрежет меня от остального мира. Все, что
мне нужно, это телефонная связь, чтобы передавать увиденную информацию
внешнему миру. Разве вы не видите, что в этом нет никакой опасности? Я
могу оставаться на корабле и сообщать вам о том, что я там найду. Я могу
оставаться там, внутри, столько, сколько это будет нужно.
- Вы один хотите решить проблему всего мира? - холодно спросил
Перкинс.
- Это исключено, - ответил Чейбл. - Все слова излишни. Решение уже
принято.
- Мы не должны успокаиваться на этом решении, дело слишком
серьезно...
- Вы постепенно начинаете впадать в истерику, - сказал Перкинс. -
Профессор, вы помните о моем предупреждении? На этого человека нельзя
положиться.
- На меня нельзя положиться? - сердито спросил Сэм. - Очень странно
слышать это из ваших уст, Эдди. Вы никогда не сможете заменить Мак-Кея и
не должны принимать участие в делах, связанных с защитой общих интересов.
Вы рассказали профессору Чейблу, что вы отказались принять необходимые
шаги, когда доктор Мендель сообщила вам о заражении собаки и получении
вируса Рэнд-гамма?
- Достаточно, доктор, - недовольно прервал его Чейбл.
- Я боялся, что это произойдет, - сказал Перкинс.
Он не глядел на Сэма.
- Я вас предупреждал об этом. До сих пор я молчал, потому что это
были личные обвинения, но теперь совершенно очевидно, что с этим надо
что-то делать.
- С этим надо что-то делать, Эдди, в отношении вас, а не меня, -
сказал Сэм.
Он с трудом сдерживал свое раздражение.
- Вы допустили ошибку и лжете, чтобы скрыть свой промах. Вы, может
быть, хороший хирург, но вы абсолютно ненадежны, когда речь заходит об
административных делах.
Оба мужчины повернулись к нему спиной, словно больше не хотели
слышать его слов.
Чейбл подошел к маленькому микрофону на письменном столе, нажал
кнопку и сказал:
- Пригласите сюда служащих.
Сэм сразу понял, что должно было произойти, когда дверь открылась,
чтобы пропустить лейтенанта полиции.
- Я делаю это очень неохотно, - сказала Чейбл, - но у меня нет
выбора. Мне очень жаль, Сэм, но я надеюсь, что вы поймете меня. Лейтенант,
не арестовывайте его, а только возьмите под свое покровительство ради его
собственной безопасности. Вы сами вынудили меня к этому, - сказал
профессор. - Существуют легковерные, которые могут вам поверить. Любая
попытка проникнуть в корабль может привести к печальным последствиям.
Сэм больше не слушал его. Он повернулся, и с опущенной головой и
обвисшими плечами направился к двери. Он надеялся, что они забыли об одном
факторе. У открытой двери он замедлил шаги, и лейтенант взял его за руку.
Сэм старательно скрывал свой триумф. Они забыли об этом! Прихожая, за
исключением секретарской, была пуста. Лейтенант, мужчина тел сорока, с
голым черепом, пришел один, чтобы арестовать врача, который не был
согласен со взглядами других врачей, за политический проступок, который в
военное время наказуем. Сэм повернулся к нему, искоса глянув на Перкинса.
- Спасибо, Эдди, - иронически сказал он.
Потом он начал действовать.
Они забыли, что он десять лет был солдатом и участвовал в боях.
Лейтенант не ожидал такого сопротивления, он был совершенно не готов
к этому.
Сэм схватил его за запястье и приемом дзюдо кинул лейтенанта обратно
в кабинет. Лейтенант налетел на ничего не подозревающего Эдди Перкинса, с
лица которого разом схлынула вся кровь. Краем глаза Сэм увидел, как двое
мужчин упали на пол. Он закрыл дверь и, пройдя мимо перепуганной
секретарши, вышел в коридор.
Как много у него времени? Коридор был пуст, и, когда он побежал вдоль
него, то на ходу попытался обдумать свой следующий шаг. Он знал, что
преследователи начнут действовать через несколько секунд. У него не было
времени ждать лифт. Открыв дверь пожарной лестницы, он стал спускаться по
ней, перепрыгивая три ступеньки за один раз. Двумя этажами ниже он снова
вышел в коридор, быстро пробежал его и прошел сквозь открытые двери в
старое крыло. Что теперь? Лейтенант полиции, вероятно, выбежал в коридор
и, не обнаружив там Сэма, снова вернулся в кабинет. Ни у Перкинса, ни у
Чейза не хватило бы духа предпринять что-нибудь, пока лейтенант находился
вне комнаты, а теперь они, конечно, свяжутся по видео с кем следует,
сначала с постом полиции у главного входа, потом с другими постами, и,
наконец, по всему госпиталю будет объявлена тревога. В его комнате его
тоже будут ждать их люди. Итак, он не может переодеться. Как далеко он
уйдет в своем белом халате, когда покинет госпиталь?
Двери лифта распахнулись перед ним, и он вошел в кабину.
- Что вы делаете, Сэм? Может быть, вы хотите установить новый рекорд
в беге на одну милю? Вы же весь мокрый, как мышь.
Позади него, говоря все это, в лифт вошел доктор Рассел.
- Что вы можете знать о происходящем в госпитале, Кон? Вы же были
снаружи в машине скорой помощи.
- Бешеная ночка, - покачал головой Рассел. - Я потерял вас из виду на
мосту. Что здесь произошло за это время?
Дверь закрылась, и Рассел нажал кнопку своего этажа. Тридцать
второго, как увидел Сэм, бросив быстрый взгляд на Рассела.
Итак, Рассел направляется в свою комнату.
- Произошло многое, но радостного мало. Нита, доктор Мендель,
попалась.
- Эта девушка с рыжими волосами, которая была с вами у "ПЕРИКЛА"?
Они вышли из лифта и медленно пошли дальше.
- Да, положение все осложняется, и всему этому не видно конца. Как
там все это, Кон? Вы не можете дать мне немного суритала? Я должен поспать
хотя бы пару часов.
- Конечно, в моей комнате. А разве его нет в вашей сумке скорой
помощи?
- У меня он весь кончился, и мне абсолютно не хочется отправляться в
долгий путь к аптеке госпиталя.
Сэм закрыл за собой дверь в кабинет Рассела, а тот в это время достал
из шкафчика свой саквояж и начал в нем рыться.
- Вам действительно нужен суритал? - спросил он, наполняя шприц. -
Разве не подойдет нактек или что-нибудь другое?
- Суритал для меня, как молоко матери, ответил, улыбнувшись, Сэм. -
Пару кубиков, и я буду спать, как младенец.
- Примите больше шести кубиков, и весь мир на ближайшие двадцать
четыре часа для вас перестанет существовать, - сказал Рассел, протянув
шприц Сэму, и отвернулся.
Сэм проколол шприцем рукав Рассела и вонзил ему иглу в предплечье.
Потом он опустошил шприц.
- Мне очень жаль, Кон, - сказал он.
Он крепко схватил доктора Рассела и держал его так до тех пор, пока
бурное сопротивление того не ослабло.
"Так, по крайней мере, ты не сможешь мне помешать. А потом, сон тебе
нужен также, как и всем нам".
Он отнес потерявшего сознание Рассела на постель. Случайно они
оказались одного и того же роста. Сэм нашел одежду Рассела. Она пришлась
ему впору. Выглянув в окно, он увидел, что идет дождь. Сэм сунул тонкий
плащ Рассела в его саквояж, закрыл его, запер в кабинете дверь и вышел в
коридор.
Со времени его бегства прошло уже более двадцати минут, времени
вполне достаточно, чтобы поднять посты у всех входов в госпиталь. Но
существовали другие входы и выходы, которые обычно никогда не охранялись.
В какой выход направиться ему? Он быстро подумал и принял решение. Сначала
он пересек новое, еще не открытое для пациентов отделение рентгенологии и
воспользовался лестницей в одной из старых пристроек. Когда он достиг
первого этажа, вокруг никого не было видно. Он натянул плащ и открыл окно
в конце коридора. Выбравшись на карниз, он закрыл окно за собой. Потом он
оттолкнулся от подоконника и спрыгнул вниз, обеими ногами приземлившись на
мягкую, только что вскопанную клумбу.
Он был снаружи, а что дальше? До сих пор он не составил никакого
плана и действовал, только повинуясь инстинкту. Они попытаются задержать
его, а он будет сопротивляться, потому что он знает, он уверен, что они не
правы, что нужно исследование корабля. Только в "ПЕРИКЛЕ" может находится
решение всех проблем, и существует только один человек, который может
помочь ему: генерал Барк из армии ООН.
Дождь все еще шел, порывы ветра каплями секли его лицо. Но дождь был
для него благом. Улицы были пустынны. Он поспешил вниз по тридцать
четвертой стрит - дождь тоже был одной из причин его спешки - и вошел в
первый же открытый бар, который он обнаружил. Это был новейший, полностью
автоматизированный бар, двери которого никогда не закрывались.
Дверь автоматически раскрылась перед ним, и он прошел к видео в
задней части зала.
- Доброе утро, сэр. Снаружи довольно мокро, не так ли? - кивнул ему
из-за стойки робот-бармен, продолжая полировать стакан. Он был почти
точным подобием лысого бармена с толстыми щеками. Только когда он низко
нагнулся над стойкой, стало видно, что это был только торс,
заканчивающийся на высоте бедер.
- Двойной скотч, - сказал Сэм и подошел к стойке.
После того, как первая часть его бегства ему удалась, на него
внезапно нахлынула слабость. Он не мог вспомнить, когда же он в последний
раз спал. Алкоголь должен был помочь ему держаться и дальше.
- Сэр, двойное виски, пожалуйста!
Робот подал ему полный стакан, при этом не пролив ни капли жидкости.
Сэм отдал ему банкноту.
- Мне нужна мелочь для телефона.
Опустошив стакан, он закрылся в кабине видео. Что тогда сказал Барк,
где находится его штаб-квартира? В Форт-Джей? В Бронксе? Нет, конечно,
наверное, на Губернаторском острове. Он набрал номер справочной. Компьютер
дал ему номер, и он взялся за диск. Вместо Форт Джей его соединили с
местной телефонной станцией.
- Мы сожалеем, но номер, с которым вы пытаетесь связаться, можно
вызвать только по военной линии связи.
- И что, нет никакой возможности обойти это предписание даже в случае
крайней необходимости? - спросил Сэм.
- Может быть, можно. Я могу связаться с полицай-президентом на
Центр-Стрит. Если вы объясните им, зачем...
- Нет, спасибо, это дело не настолько важное.
Сэм отключился. Была ли линия Форт Джей полностью зарезервирована
военными, или кто-то соображал быстрее, чем он? Узнать этого он не мог.
В сущности, это было безразлично, результат был бы одни и тем же.
Было совсем нелегко связаться с генералом. Но время поджимало - огонек
жизни Ниты мерцал все слабее и слабее.
Сэм снова поспешил наружу, под дождь, и повернул на запад. Как ему
добраться до Барка? Для этого ему надо было отправиться на губернаторский
остров, это была единственная возможность. Туннель, вероятно, охраняется,
но над этим он поломает голову позже. Сначала он должен добраться до
Баттерфли, где начинается этот туннель. До него было всего три мили. Он
мог легко пройти их пешком, но полицейские, конечно, обращают внимание на
немногих прохожих, поэтому проверят и его. Такси больше не было, в метро
ежечасно курсировал автоматический поезд. Угнать машину? Он не знал,
сможет ли завести ее. Когда он достиг Лессингтон-авеню и на несколько
минут остановился отдохнуть у линии метро, то увидел яркий свет.
Приближался поезд. Сэм помчался к станции. Если он сядет в поезд
прежде, чем его преследователи придут в себя и поймут, что он покинул
госпиталь, его бегство может ему и удастся. Когда он достиг станции, поезд
уже стоял на платформе с открытыми дверями. Сэм сунул мелочь в турникет,
но, казалось, было уже поздно. Двери автоматического поезда начали
закрываться.
- Стой! - сердито крикнул он.
Он увидел стройную девушку, единственного пассажира в вагоне. Она,
услышав его голос, подняла на него свой взгляд, а потом быстро всунула
свои руки между уже почти закрывшимися дверями. Они разошлись и, прежде
чем они успели снова сойтись, Сэм уже ворвался в вагон.
- Спасибо, - сказал он.
Тяжело дыша, он упал на одно из сидений.
- Не стоит благодарить. В следующий раз, может быть, вы сделаете то
же самое для меня.
Сказав это, девушка встала и пошла в другой конец вагона. Там она
опять села, повернувшись к Сэму спиной. Люди в эти дни сторонились друг
друга, как только могли.
Мимо них снаружи бешено проносились здания. Дождь барабанил по
стеклам. Сэм расстегнул воротник и стер пот с шеи, потом открыл сумку и
взглянул внутрь, затем снова закрыл ее. Если ему придется принять
химические стимуляторы, то лучше подождать, пока это действительно будет
необходимо.
Серебристая змея поезда мчалась на юг.
На Уолл-стрит поезд остановился, и Сэм сошел. Девушка с интересом
наблюдала за ним. Он был единственным пассажиром, покинувшим поезд. Он
посмотрел наружу, в пустынные ущелья улиц. Сердце деловой жизни Нью-Йорка,
финансовый центр Северной Америки - в полдень здесь было пустынно, все
было закрыто. Сэм согнулся под дождем и снова устремился на юг.
Полиция охраняла въезд в туннель.
Один из патрульных автомобилей остановился на боковой полосе, потом
вооруженные, одетые в мундиры полицейские проверили платформу, с которой
отправлялись на остров дистанционно управляемые автобусы. Полиция была
здесь уже весь день, или она только что появилась, чтобы воспрепятствовать
его дальнейшему продвижению? Если это так, он не должен оставаться здесь
ни минуты. Какой-то грузовик выехал из туннеля и направился дальше, когда
один из полицейских махнул ему рукой.
Потом к ним приблизился штабной автомобиль, который ехал в сторону
острова, и барьеры закрылись. Автомобиль остановился, два полицейских
подошли к его полуоткрытому окну. Только после тщательной проверки
документов барьер поднялся.
Сэм хотел уже уходить, когда увидел, как из туннеля выехал еще один
автомобиль. Высокие и узкие очертания машины были ему знакомы. Это был
джип-костолом, какие использовались в армии ООН.
Сэму довольно часто приходилось ездить на машинах этого типа. Выйдя
из подъезда дома, где он прятался от полиции, он побежал, как только въезд
в туннель исчез из поля его зрения. Куда направлялась эта машина?
Вероятно, на север, в верхнюю часть города. А потом? Вернется ли она
обратно?
Он должен был перехватить машину прежде, чем она достигнет
перекрестка. Он побежал быстрее. Хриплое дыхание тяжело вырывалось из его
груди.
Когда он обогнул угол, костолом уже проехал мимо, но вдруг
остановился у светофора.
- Стойте! Подождите! - крикнул Сэм, когда у светофора сменился свет,
и джип тронулся с места.
На его крик водитель совершенно автоматически нажал на тормоза, а
офицер, который сидел возле него, направил на Сэма дуло своего пистолета.
- Я врач, - произнес Сэм.
Тяжело дыша, он поднял свой черный саквояж первой помощи. Офицер
что-то сказал своему водителю, машина развернулась и подъехала к Сэму.
Дуло семьдесят пятого оставалось направленным на него.
- Что вы хотите? - спросил офицер, молодой худощавый лейтенант.
Сэм глянул на его погоны и улыбнулся, увидев знакомого потрепанного
голубя с оливковой ветвью в клюве.
- Вы из пятой воздушно-десантной дивизии, таким образом, вы должны
знать Тесака...
- Вы говорите о генерале Барке? Быстрее, чего вы хотите?
Лейтенант подчеркнул свои слова, подняв оружие. Он уста
...Поділитися у соцмережах
