Жанр: Электронное издание
PLAGUE
... головы. Мне нужна
ваша помощь.
- Я не могу сделать многого, Тесак. Я больше не служу в армии, я
всего лишь маловажный ассистент врача, который до этого мгновения был
занят по горло.
- Я знаю. Вы снова можете вернуться к своей работе, как только мы все
обсудим. Вы были при том, когда Рэнд вышел из корабля, вы говорили с ним,
видели, как он пытался нацарапать свое сообщение. Вы имеете какое-нибудь
представление о том, что он хотел этим сказать, или почему он герметически
запер корабль после того, как покинул его?
- То, что я знаю, я изложил в своем сообщении. Я провел вскрытие. Мне
кажется, тому, что он хотел написать, не стоит придавать слишком большого
значения.
- Почему?
- Только избавьте меня от подробного клинического доклада. Я думаю,
что его рассудок помутился. Он уже почти потерял сознание, у него была
высокая температура, и кровь его была полна ядовитых веществ. То, что он
написал о болезни в корабле, может быть всего лишь движением умирающего
мозга.
Генерал Барк длинными шагами мерил комнату.
Он обернулся и бросил на Сэма испытующий взгляд.
- Это все предположения. Может быть так, а может быть все иначе. Что
случилось с "ПЕРИКЛОМ"? Когда вы воспользовались корабельным видео, вы не
заметили ничего необычного? Может быть, вы видели следы борьбы?
- Только то, о чем я сообщил, Тесак. Я не особенно хорошо знаком с
внутренним устройством космических кораблей, но то, что я видел, мне
показалось в полном порядке. Во всяком случае, со мной никто не связался
из внутренних помещений, и я тоже никого не увидел. Но это легко можно
проверить. Кто-нибудь может войти в воздушный шлюз с камерой, набрать те
же номера, что набирал и я, и все это заснять на пленку.
- То, что вы предложили, звучит дьявольски просто. Но через полдюйма
стали трудно делать снимки.
- Что вы имеете в виду?
- Я имею в виду, что эта старая дева Чейбл так напуган этой
эпидемией, что он приказал заварить выход из "ПЕРИКЛА" стальной плитой. Он
отказался удалить плиту, чтобы кто-нибудь мог поработать с замком, или
сделать вышеупомянутые снимки.
- Принимая во внимание то, что произошло, когда открылся шлюз, его
едва ли можно упрекнуть, - сказал Сэм. - Предупреждение Рэнда принято
всерьез. Пока мы больше не узнаем о болезни Рэнда, самым умным будет как
можно дальше держаться от этого корабля.
Генерал Барк сердито провел рукой по волосам.
- Может быть. Но также может быть, что в корабле находится важнейшая
информация, которая даст нам объяснения по поводу происхождения этой
болезни. Бортовой журнал должен содержать записи, указывающие на это. Но
даже самый малейший намек может быть для нас очень важным.
- Но также может быть, что на корабле нас подстерегает еще более
ужасная болезнь. Это одно из оснований, почему Чейбл заварил люк. Может
быть, именно потому Рэнд запер вход внутрь корабля. Он мог, прежде чем
совершить посадку, сунуть в карман сообщение о самом важном. В конце
концов его разум был достаточно ясен, чтобы привести корабль назад и
сравнительно гладко совершить посадку. Почему мы должны подвергать себя
новым опасностям? Мы, хоть и медленно, но все же берем эту болезнь под
свой контроль. Потому что ее, как вы знаете, могут переносить только
птицы, поэтому мы должны уничтожить всех птиц, которые могут носить ее в
себе. Если мы закроем источник инфекции, болезнь перестанет представлять
для нас опасность.
- Я знаю все об этих проклятых птицах. Моя штаб-квартира находится в
Форт Джей, но моя дивизия рассыпана по всему Лонг Айленд, она уничтожает
птиц. Я позаботился о том, чтобы они провели эту работу, но это не способ
ведения войны. Нам нужны конкретные данные, и я убежден, что все, что мы
должны узнать, находится в корабле. Я прошу вашей помощи, Сэм. После
всего, что вы сделали, вы высоко поднялись в глазах общественности. Если
вы предложите бросить быстрый взгляд внутрь корабля, мы сможем так нажать
на Чейбла, что он вынужден будет сдастся. Что ты скажешь на это, Старая
дева?
Сэм уставился на свой стакан, на плескавшуюся там жидкость янтарного
цвета.
- Мне очень жаль, Тесак. Мне хотелось бы, чтобы я смог помочь вам, но
я не могу. Не в этом случае. Вы же видите, что я разделяю мнение Чейбла.
- Это ваше последнее слово, Сэм?
Барк встал и сжал под мышкой свою фуражку.
- Это мое последнее слово, Тесак.
- ВЫ сели не на ту лошадку и вы твердолобы, но я могу оценить, как
человек держит свое слово. Обдумайте мое предложение. Если вы измените
свое решение, приходите ко мне.
Он пожал руку Сэма.
- Я обдумаю его, Тесак, но я не думаю, что изменю свое мнение, если
только не возникнут какие-нибудь новые обстоятельства.
Дверь за Барком закрылась. Сэм усмехнулся и уставился на свою руку,
которая болела так, словно побывала в тисках: десять лет нисколько не
уменьшили силу Барка.
Сэм опустошил стакан и взял из ящика стенного шкафа новый халат.
Теперь он уже мог себе представить, почему Чейбл хочет говорить с ним.
Секретарша доктора Мак-Кея исчезла, чтобы доложить о приходе Сэма.
Когда дверь открылась для него, он вошел в зону тишины и молчания.
Мак-Кей сидел за широким письменным столом, профессор Чейбл занял
место в углу и, казалось, интересовался раскуриванием своей трубки.
Сэм приблизительно знал, о чем они хотели говорить с ним, и это тут
же подтвердилось.
- Вы хотели говорить со мной, Мак-Кей?
- Да, Сэм. Профессор Чейбл и я хотели бы с вами поговорить. Возьмите
себе стул и садитесь.
Мак-Кей пошелестел лежавшими перед ним бумагами. Он ни в коем случае
не выглядел счастливым.
- Хорошо, Сэм, не будем ходить вокруг да около. Ваша встреча с
Хаупером Барком подстроена нами. Мы сочли за лучшее взять быка за рога.
Барк хотел, чтобы вы помогли ему, не так ли?
- Да.
Внезапно в комнате воцарилось напряжение.
Чейбл нагнулся вперед.
- Какой ответ вы ему дали?
- Единственный ответ, какой я мог дать ему, учитывая теперешнее
положение вещей. Я сказал, что не смогу ему помочь, и объяснил, почему. Я
решил, что герметически закрытый корабль - единственно разумное решение,
профессор Чейбл. Я не знаю, что мы можем получить, проникнув внутрь
корабля, но я думаю, что мы можем потерять все.
- То, что я услышал от вас, обрадовало меня, доктор Бертолли, -
сказал Чейбл.
Он откинулся в кресле и пальцем набил табак в трубку.
- У меня много забот в борьбе с болезнью Рэнда, но наши затруднения
удвоятся, если мы в это время будем сражаться и против генерала Барка.
Генерал - упрямый парень, что в бою делает его героем, но, к сожалению, он
имеет склонность вмешиваться в политику. Он достаточно умен, чтобы создать
подпольное движение. До сих пор он был вдохновителем всего лишь небольшой
группки экстремистов, которые хотят проникнуть в "ПЕРИКЛ", но служба связи
и ее агенты работают на нас, чтобы не позволить этой группке выступить
перед народом. Положение для Барка может, конечно, измениться в одно
мгновение, если он сможет заручиться поддержкой у признанного лица
общественности - как, например, вашей, доктор Бертолли. Если это
произойдет, мы больше не сможем удерживать эту ссору в своих стенах. Я
уверен, что в настоящем положении проведение открытых политических дебатов
не пойдет нам на пользу. Положение и так отчаянное.
- Отчаянное? - спросил Сэм.
Он был удивлен.
- Я думал, что нам скоро удастся овладеть положением.
- Временно и только в этом городе. Становится все труднее
одновременно контролировать движение людей и уничтожение птиц. Мы должны
расширить радиус действий, потому что вспыхивают все новые очаги
заболеваний. Фермеры, разводящие птицу, выступают против нас с оружием в
руках, когда мы приходим, чтобы уничтожать их птиц. Они не хотят понять,
что существует связь между их здоровой птицей и болезнью людей, которая
вспыхнула на расстоянии восьмидесяти миль от них. Мы также не можем не
обратить внимания на такой фактор, как человеческий страх. Достаточное
количество мужчин и женщин видело блуждающую вокруг них болезнь, и каждый
знает, что болезнь эта всегда заканчивается смертью. Там, где возникает
случай заболевания, население пытается тайком сменить место жительства и
даже не останавливается перед применением насилия, если перед ними нет
другого пути. Пока мы не найдем действенного метода лечения этой болезни,
ее очаги должны быть строго локализованы.
Взгляд Чейбла автоматически переместился на Мак-Кея, Сэм тоже
повернулся к нему.
- Дали ли исследования какой-нибудь результат? - спросил он в тишине,
последовавшей за словами Чейбла.
Мак-Кей покачал головой. Он судорожно сцепил руки на крышке стола,
чтобы скрыть их дрожь. Сэм осознал огромную ответственность, которая
лежала на докторе Мак-Кее.
- У нас имеется много команд, и все они работают круглые сутки, но до
сих пор мы не добились ни малейшего успеха. Мы только в состоянии яснее
описать развитие болезни. Теперь мы знаем, что первые симптомы появляются
через полчаса после заражения. Мы разработали их терапию, которая
замедляет течение болезни, и это все. Ни в одном случае не наблюдалось
выздоровления. А случаи заболевания множатся с пугающей быстротой.
Мак-Кей поднял голову.
- Итак, вы видите, у нас достаточно проблем, которыми нам приходится
заниматься. Генерал Барк в наших глазах только одна из проблем, от которой
мы по возможности стараемся держаться подальше. Сэм, я прошу вас помочь
нам.
- Если это будет в моих силах...
- Я могу использовать вас в своей команде, мы стараемся сделать все
возможное, чтобы одержать над болезнью верх, и нам нужна любая помощь,
которую мы сможем получить. Ваше сотрудничество будет иметь для нас
огромное значение, Сэм.
Мгновение Сэм колебался, чтобы подыскать нужные слова.
- Я не завидую вашему положению и стоящей перед вами задаче, доктор
Мак-Кей, даже при той поддержке, которую вы имеете. Я не сомневаюсь в том,
что в вашем распоряжении находятся лучшие специалисты из всех областей
знаний. Что же касается меня, то я всего лишь маленькое колесико в
огромном механизме. Я случайно оказался на месте, когда Рэнд покинул
корабль, а позже я был подходящим подопытным кроликом, чтобы на мне был
опробован вирус Рэнд-бета, но это и все. Я ассистент врача и надеюсь
когда-нибудь стать хорошим хирургом, но именно теперь я думаю, что мне
будет лучше вернуться в машину скорой помощи. Большое спасибо за честь,
которую вы мне оказали своим предложением, но я ни в чем не могу помочь
вашим опытным специалистам.
Чейбл выпустил из своей трубки густое облако дыма, а Мак-Кей
принужденно улыбнулся.
- Спасибо, Сэм. Я охотно увидел бы вас в своей команде, но я,
конечно, не могу и не хочу принуждать вас. Впрочем вы правы - работы
достаточно для нас всех и для каждого в отдельности.
У него на столе загудел интерком, он включил его, и оттуда доктору
Мак-Кею тихо был задан какой-то вопрос.
- Да, конечно, - сказал он, - направьте ее ко мне.
Они уже собирались попрощаться, когда со стопкой бумаг вошла Нита
Мендель. Она остановилась возле стола.
- Доктор Мак-Кей, я могу подождать, если вы заняты, - сказала она.
- Нет, положите бумаги вот сюда. Мы с профессором Чейблом просмотрим
их.
Сэм и Нита вместе вышли из кабинета, и Сэм сказал:
- Кофе, или проглотить что-нибудь основательное - это то, что мне
сейчас нужно. Я уже пропустил несколько завтраков и обедов.
- Держу пари, что этот кофе будет не так хорош, как тот, который мы
пили во время нашего заключения в карантине, - сказала ему Нита и
улыбнулась.
Получасом позднее они закончили свой обед в столовой госпиталя. Сэм
закурил сигарету и спросил:
- Что было в сообщениях, которые вы отнесли Мак-Кею, Нита? Если это
тайна, то вы, конечно, можете мне не отвечать.
- В этом нет никакой тайны, но это не предназначено для
общественности. В одном Манхеттене госпитали сообщили о восьми тысячах
случаев заболевания, и из других предместий было сообщение о еще двух
тысячах пятистах. Армия конфисковала несколько отелей и освободила их,
чтобы использовать их как аварийные госпитали. К сожалению, не хватает
медицинского персонала и необходимых средств, хотя поток добровольцев и не
уменьшается.
Сэм затушил свою сигарету и встал.
- Вернемся к работе. Я не знал, что это выглядит так скверно.
- ...для доктора Бертолли, - донеслось из динамика, укрепленного на
столе. - Пожалуйста, немедленно свяжитесь с кабинетом доктора Мак-Кея.
Доктор Бертолли, пожалуйста, немедленно свяжитесь с...
Сэм мгновенно покинул столовую и поспешил вверх по лестнице. Он
вошел, не постучавшись. Мак-Кей и Чейбл стояли у стола. Перед ними лежала
узкая бумажная лента с сообщением.
- Мне кажется, здесь есть кое-что для вас, Сэм, - сказал Мак-Кей.
Он улыбнулся и протянул сообщение Сэму.
- Это сообщение одного врача, практикующего в Оранди Кантри. Он лечил
один из случаев болезни Рэнда и утверждает, что ему удалось вылечить этого
человека.
7
Белый полицейский вертолет совершил посадку на предназначенной для
этого площадке на двадцать пятом этаже.
Сержант полиции, негр, кожа которого была почти такой же черной, как
и его мундир, стоял в дверях. Он залез в машину и помог Сэму разместить
багаж, а потом закрыл дверцу. Дюзы на концах лопастей ротора запели, и пол
задрожал, когда машина поднялась в воздух, описала крутую кривую и
повернула на Север. Когда они пролетали над Хадсон Ривер, сержант
отвернулся от окна.
- Вы доктор Бертолли, - сказал он. - Полицай-президент отдал мне
персональный приказ сопровождать вас в это захолустье Оранди Кантри, и
целым и невредимым доставить обратно. О цели этого полета он не сказал
ничего. Это тайна?
- Нет, - ответил Сэм. - Ваш шеф не хотел, чтобы пошли слухи, прежде
чем мы выясним все это. Там должен быть один пациент, которого лечил
местный врач, и он, якобы, вылечил его от болезни Рэнда.
- От болезни Рэнда? - спросил пилот.
Он наполовину повернул голову.
- Кого она заразит, тот должен заказывать отходную, без исключений,
во всяком случае, я так слышал.
Сержант улыбнулся и пожал плечами.
- Пилота зовут Форсон. К сожалению, у него не только большие уши, но
и длинный язык, и он жалкий и скверный пилотишка. Насколько я знаю, он
родился там, в захолустье, и хорошо в нем ориентируется. Поэтому мы его и
используем.
- Док, это правда, что там живет человек, который излечился от
болезни Рэнда? - спросил пилот.
- Для того, чтобы это выяснить, мы и летим.
Сэм внимательно посмотрел на обоих полицейских, которые выполняли
свои обязанности с равнодушным спокойствием. Он решил, что будет разумнее
рассказать им чистую правду.
- До сих пор нет никакого действенного средства для лечения болезни
Рэнда, - сказал он. - Кто заболел ею - должен умереть. Таким образом, вы
можете себе представить, как важно то сообщение, которое мы получили. Мы
должны найти нужный дом и забрать с собой больного и врача.
- Я знаю эту местность как свои пять пальцев, - сказал пилот с
неподвижным лицом.
Глаза его были скрыты за большими черными очками.
- Я сяду посреди Стоунбридж.
Над Хаверстоу они миновали реку и полетели дальше. Под ними
проплывали усеянные деревьями склоны холмов и озера, исчезавшие позади
них.
- Мы скоро будем на месте, - сказал Форсон. - Там, внизу, ближайшая
дорога ведет к Стоунбриджу. Вблизи него должны находиться фермы.
Они опустились ниже и вертолет описал крутую кривую, чтобы пролететь
над узкой полевой дорогой, на другом конце которой была видна группа
зданий. На дороге не было видно ни одной машины, и даже тротуары в городке
под ними были пусты и покинуты. Они пролетели над городком и заметили на
краю поселения дым, поднимавшийся в небо из-за небольшой рощицы.
- Это может быть там, - сказал пилот.
Он нажал на один из рычажков на пульте управления.
- Здесь поблизости от Стоунбриджа находится ферма, и нам зажгли
огонь, чтобы мы могли сориентироваться по дыму.
Когда они миновали небольшой лесок, они увидели дымившиеся обломки
дома фермера и сарая.
Пара коров и кур в паническом ужасе помчались прочь, когда над ними
появился вертолет. Но нигде не было видно ни одного человека.
- Это мне не нравится, - сказал сержант. - Дом еще дымится, и нигде
никого нет. Этот ли дом нам нужен?
- Отсюда сверху мы ничего не сможем узнать, - вмешался Форсон.
Он еще раз описал круг.
- Мне идти на посадку или сначала посмотрим, что творится в городке?
- Сначала городок, - сказал сержант. - Там внизу нет никакого
движения, и мы всегда можем вернуться сюда. Согласны, доктор?
- Конечно. Непохоже, что мы можем помочь кому-нибудь там внизу. Кроме
того, ничто не указывает на то, что это именно тот дом, который мы ищем.
- Прямо снова дым, - выкрикнул пилот.
Они подлетели к городку с западной стороны. Пилот повел машину над
узкой проселочной дорогой, которая вела к бедному деревянному зданию на
широкой просеке. Во дворе усадьбы стоял мужчина и махал им руками. Из
дымовой трубы поднимались густые клубы дыма.
- Кажется, это то, что нам нужно, - сказал сержант.
Он прищурил глаза, когда они полетели против солнца и автоматически
отработанным движением открыл висевшую на бедре кобуру своего
пятидесятого.
- Достаточно ли здесь места для посадки?
- Разумеется, - кивнул пилот.
- Внимание, я иду на посадку.
Секундой позже колеса мягко коснулись почвы. Сэм схватился за дверцу,
но сержант положил ему на плечо свою руку.
- Мне кажется, что сначала нужно выйти мне, доктор. Городок
подозрительно тих. Кроме того, эта сгоревшая ферма... Я не могу доказать
этого, но мне кажется, что здесь сложилась чертовски сложная обстановка.
Оставайтесь на своих местах. Форсон, держите глаза открытыми. Вы отвечаете
за нашу железную птицу.
Пилот выключил дюзы и кивнул.
- Вы не имеете никакого представления о сельских жителях. Здесь
снаружи всегда тихо. Как вы думаете, почему я переехал в город?
Сержант спрыгнул на землю и медленно подошел к человеку, который
махал ему рукой от входа в здание. Это был седоволосый человек, и он носил
поверх белой рубашки старомодные подтяжки.
- Пойдемте внутрь, - крикнул он. - Я доктор Стиссинг. Я тот человек,
который послал вам сообщение. Больной там, внутри.
Сержант окинул врача быстрым взглядом и вошел в дом. Секундой позже
он вышел наружу и крикнул:
- Это нужный нам дом. Больной лежит в постели.
Сэм, ожидавший в вертолете со своим черным саквояжем выбрался из
машины и приблизился к дому. Стиссинг выглядел немного смущенным. Он
нервными движениями провел ладонями по белой щетине на своем подбородке.
Сэм подумал, что ему не меньше семидесяти. Он протянул свою правую руку и
пожал руку доктора.
- Я доктор Бертолли из госпиталя Бельвью. Я хочу видеть вашего
пациента, если вы не возражаете.
- Конечно нет, доктор. Идемте. Сюда, внутрь. Я действительно очень
рад видеть вас. Я на ногах уже два дня и одну ночь, а это довольно много
для человека в моем возрасте. Хэдли, тот, который там, в доме, вызвал
меня. Он был в панике, но я не мог обижаться на него, потому что я увидел
симптомы болезни Рэнда, а он знал, что заболел ею. С тех пор я начал
лечить его. Жар прошел, и теперь ему лучше.
- Вы можете отдернуть портьеру? - спросил Сэм.
В помещении было почти темно. На постели был смутно виден лежащий
человек.
- Конечно, я задернул портьеру, потому что у Хэдли очень
чувствительные глаза.
Сержант отдернул портьеру. Сэм подошел к постели и взглянул на
человека с лицом, покрытым типичными красными узелками. Он прижал к его
запястью измеритель функций тела.
- Как вы себя чувствуете, мистер Хэдли? - спросил он.
- Хэдли - это мое имя. Как я себя чувствую? Гм, мне уже значительно
лучше. Если бы доктор не пришел...
Сэм расстегнул спальную пижаму больного и обнаружил у него на груди
два красноватых нарыва. Тогда он ощупал подмышки больного. Лимфатические
узлы припухли.
- Мне больно, - сказал Хэдли.
- Не обращайте на это внимания. Через два дня вы снова будете на
ногах.
- Итак, он вылечен? - возбужденно сказал доктор Стиссинг. - Я знал
это. Я ему говорил. У меня был этот новый антибиотик. Эпидемия - я имею в
виду болезнь Рэнда...
- Хэдли - счастливый человек, - сказал Сэм. - У него не было никакой
болезни Рэнда. Это был обычный фурункулез, осложненный воспалением
лимфатических узлов, который вы излечили этим антибиотиком.
- Но симптомы, лихорадка, язвы! - пробормотал доктор Стиссинг. - Я
практикую достаточно долго, чтобы...
- Когда вы заболели, Хэдли? - спросил Сэм.
- Два дня назад. Лихорадка началась почти сразу же после посадки
корабля, так мне сказал доктор. Мне было очень плохо, я почти уже умирал.
- Ничего странного при такой лихорадке. А фурункулы, когда они
появились у вас?
- Примерно в тоже время. Конечно, я ощущал их дня за два до этого.
Потом меня схватила лихорадка, и я понял, что заразился этой болезнью...
- Это не болезнь из космоса, Хэдли, - сказал доктор Стиссинг.
Он тяжело опустился на кухонную табуретку.
- Вы слышали, что сказал доктор Бертолли? Это всего лишь фурункулез.
Мне очень жаль, доктор Бертолли, что я вызвал вас сюда из города.
Снаружи раздались выстрелы. Сержант схватил пистолет и выбежал из
комнаты.
Сэм держался позади него.
- Оставайтесь на месте, - крикнул он доктору Стиссингу.
Сэм достиг небольшой прихожей как раз в тот момент, когда сержант
открыл наружную дверь. Град пуль просвистел в воздухе, полетели осколки
дерева. Сэм не впервые оказался под обстрелом. Он отреагировал
инстинктивно, упав на пол и откатившись в сторону. Сержант упал в дверной
проем. Его вытянутая рука пыталась нащупать пистолет, который он выронил.
Сэм схватил сержанта за ногу и оттащил его в укрытие. Мундир на
правом плече сержанта был пропитан кровью. Малокалиберная пуля попала ему
в плечо. Она, должно быть, была выпущена из "Магнума", потому что сержант
был опрокинут гидростатическим давлением пули. Сэм перевернул его на
живот, чтобы осмотреть выходное отверстие. Рана была маленькой и почти не
кровоточила.
Сержант открыл глаза и попытался встать. Сэм мягко удержал его.
- Спокойнее. Вы ранены.
- Да. Должно быть так.
Сержант отвел руку Сэма и выпрямился.
- Что происходит там, снаружи?
Сэм отодвинул край портьеры и бросил быстрый взгляд наружу. Он
отдернул голову в сторону прежде, чем выстрел разбил стекло. Он увидел то,
что можно было увидеть - темные фигуры бежали к вертолету. Пилот
наполовину свесился из двери.
- Не делайте глупостей, - крикнул голос снаружи. - Если вы не будете
стрелять, мы тоже не будем.
Сэм встал за портьерой. Сержант переполз на его сторону и последовал
его примеру. Мужчины бросили безжизненное тело пилота на землю и стали
забираться в вертолет. Один из них, тот, что крикнул им предупреждение,
как щит держал перед собой юную девушку. Девушке было едва ли больше
двадцати лет. Голова ее свесилась, одежда была разорвана.
- Если вы попытаетесь задержать нас, я застрелю девушку, - крикнул
мужчина. Я не шучу. Это чертовски серьезно. Нам надоела эта возня. Мы
всего лишь хотим ускользнуть от эпидемии. Эдди может водить этот ящик, он
обучился этому в армии. Будьте разумны и не нужно дальнейшего
кровопролития.
Он задом отступил ко входу вертолет и поднял девушку с собой. Дюзы
загудели, лопасти винта начали вращаться. Мужчина оттолкнул девушку от
себя и быстро скрылся в машине. Сэм и сержант отскочили назад, когда град
пуль ударил в окно. Мужчины, очевидно, использовали пистолет пятидесятого
калибра, который они забрали у пилота. От рамы откололся большой кусок
дерева.
Медленно, не обращая внимания на ударявшие позади него в стену пули и
шум сержант покинул дом через переднюю дверь. Его левая рука потянулась к
правой, нащупала пистолет. Обстрел закончился, когда вертолет поднялся в
воздух.
Тщательно, без всякой спешки, сержант снял пистолет с предохранителя
и поднял его. Он подождал, когда вертолет удалится от девушки, которая все
еще лежала на земле, потом прицелился в вертолет и начал стрелять. Трижды
рявкнул пистолет с безоткатным приспособлением, и полудюймовые пули в
стальной оболочке вырвали большой кусок алюминия из корпуса машины. Свист
дюз прекратился, лопасти вращались все медленнее и медленнее. Пистолет
сержанта рявкнул еще дважды, вертолет скользнул в сторону и вниз и упал в
кленовой роще позади дома. Раздался глухой взрыв, вспыхнувшее пламя
охватило машину. Никто из ее пассажиров не избежал этого огненного ада.
- Они хотели бежать из зараженной области, - сказал сержант.
Он пытался переложить пистолет из левой руки в правую.
- Это значит, что я должен был сбить вертолет.
Он мрачно взглянул на мертвого полицейского.
- Форсон был хорошим полицейским, - сказал он.
На его лице появилось выражение яростной решимости, и он прикоснулся
к золотому значку, который носил на левой стороне груди.
- Это значок за победу в соревнованиях по стрельбе из пистолета с
обоих рук.
Колени его подогнулись, но Сэм подхватил его прежде, чем он упал на
землю.
- Посидите спокойно, я вас перевяжу.
Сержант молча повиновался. Сэм раскрошил на рану стрептоцид, потом
взял бинт. Доктор Стиссинг, поколебавшись, появился в дверях.
- Перебинтуйте его, доктор, - сказал Сэм.
Он выпрямился.
- Я тем временем позабочусь
...Поділитися у соцмережах
