Жанр: Электронное издание
Mesanif1
..., нахлобучил шлем, взял в руки топор или молот и вышел из палатки.
Командиры строили свое войско в ряды.
Наш отряд стоял около палатки Королевского Стражника и тоже занимался последними
приготовлениями.
Морган медитировал, что-то бубня себе под нос: то ли повторял самые опасные из своих
заклинаний, то ли молился: впрочем, ввиду его утверждения, что он не верит в высшие силы,
сей факт казался мне весьма маловероятным.
Сэр Реджи осмотрел свой арсенал, выбрал три клинка показавшихся ему более
подходящими, остальное грудой свалил на землю. В бою лишний вес может сыграть плохую
шутку с тем, кто его несет.
Я бросил в ту же кучу свой тренировочный меч, которым практически не пользовался в
последнее время. Пистолет, по-прежнему полностью заряженный, покоился у меня за поясом.
- Выступаем! - командным голосом крикнул Дарин, сын Дарина, и в ответ ему зазвучал
одинокий рог.
Колонны воинов покидали лагерь, уходившие последними гномы тушили оставшиеся
костры. Сворачивать палатки никто не стал. Гномы не надеялись вернуться обратно, а в
Валгалле палатки не нужны.
Десять тысяч гномов, идущих в военном марше, представляли собой весьма грозное
зрелище, способное повергнуть в трепет сердца врага, если бы у зомби были сердца. Когда
армия отошла от общего лагеря на приличное расстояние, гномы хором, словно сговорившись
заранее, затянули свою древнюю боевую песню, главными словами в которой были
воинственные выкрики "Хумм!".
Хумм! Хумм!
Остер топор, тверда рука!
Хумм! Хумм!
Убьем врага! Сметем врага!
Хумм! Хумм!
Вперед идет наш строй!
Хумм! Хумм!
И каждый гном - герой!
Хумм! Хумм!
Мы с песнею вперед идем!
Хумм! Хумм!
Все сокрушим! Всех разорвем!
Хумм! Хумм!
Свои ты раны не лечи!
Хумм! Хумм!
Вас всех убьют бородачи!
Хумм! Хумм!
Бей, коли, круши, руби!
Хумм! Хумм!
О пощаде не скули!
Хумм! Хумм!
Век Стражника недолог!
Хумм! Хумм!
Наш молот не для полок!
Хумм! Хумм!
И жены не дождутся нас!
Хумм! Хумм!
Врага мы разорвем на раз!
Так пели гномы, и земля дрожала от их шагов.
Они казались непобедимыми, несокрушимыми, от них просто веяло первозданной
каменной мощью. Их боевой марш должен был внушать врагам ужас, от песни должны были
дрожать поджилки. Но я знал, что это впечатление ошибочное. Они шли умирать.
- Кимли, - окликнул я шагающего рядом со мной бородача.
- Я все еще здесь, - мрачно отозвался он.
- Проясни мне, пожалуйста, один вопрос.
- Для тебя - все что угодно.
- В ущелье ведь насыпан оборонительный вал, так?
- Так.
- Высотой около трех метров, как говорил лорд Келвин.
- Ну, если он так говорил, значит, так оно и есть.
- А рост гнома далек даже от двух метров?
- Вотан не обделил тебя наблюдательностью.
- И я не вижу здесь ни одной лестницы.
- Я уже похвалил твою наблюдательность.
- Увы, моя прозорливость далеко не столь велика, - сказал я. - Так объясни же мне,
ради шахт старого Баркуда, каким же образом вы собираетесь штурмовать вал?
- О, - сказал он, - будь уверен, лестницы нам не понадобятся.
- Но как же вы подниметесь...
- По трупам, - сказал Кимли.
Мы вошли в Ущелье Рока.
Ущелье как ущелье, если вы понимаете, что я имею в виду. С одной стороны гора, с
другой стороны гора, более-менее приличный проход между ними. Сзади виднеется
напирающая колонна гномов, спереди вырисовываются оборонительные сооружения Темного
Властелина.
Гномы ведут подземный образ жизни и очень редко выходят на поверхность, да еще и в
таких количествах. Войны, которые они ведут между собой и с редкими внешними врагами,
осмеливающимися бросить вызов подземному народу, протекают под земной поверхностью,
что накладывает определенный отпечаток на стиль боевого искусства гномов.
Например, полная темнота и узкие, извивающиеся проходы напрочь исключают
возможность дальнего боя и использования стрелкового оружия, соответственно, ни у кого из
виденных мною гномов не было ни лука, ни арбалета. В ходу были молоты, топоры, короткие
мечи и небольшие щиты. Щиты и должны были быть небольшими, понимаете? С большим
щитом не в каждую дыру протиснешься.
Но на открытом пространстве это могло плохо обернуться для гномов.
И обернулось.
В том месте, где был насыпан оборонительный вал, ширина ущелья достигала ста метров.
Сам вал не был шедевром архитектурного мастерства, это точно. Обычная насыпь из земли,
камней и деревьев, с узким проходом на относительной середине, прикрытым деревянными
воротами. Но защищала этот вал чертова уйма орков.
Естественно, они нас ждали. Не заметить десять тысяч гномов, идущих на бой и
распевающих свои воинственные песни было бы весьма затруднительно. Едва мы подошли на
расстояние выстрела, как на нас посыпались стрелы.
Часть из них отскакивала от кольчуг, часть впивалась в щиты, но мы потеряли около трех
сотен человек еще на подходе. Если вы читали исторические романы, то вам часто должно
было встречаться выражение "небо потемнело от тучи стрел". И только сегодня я сумел
увидеть подобное зрелище собственными глазами и убедиться, что это отнюдь не
преувеличение.
Действительно, стало заметно темнее. Если быть объективным, на тучу это не было
похоже. Скорее, на стаю саранчи во время миграции. Не знаю, какие звуки издает саранча, но
от этой тучи шел зловещий гул.
Щита у меня не было, кольчуги тоже, соответственно, шансы мои выжить были невелики,
если еще и учесть размер мишени, в два с половиной раза превосходящий размер стандартного
гнома. Но Морган накрыл нашу компанию силовым колпаком, и стрелы отскакивали от
невидимого прикрытия, не долетая до нас двух с лишним метров. Хорошо иметь рядом с собой
волшебника.
Правда, побочным эффектом данного заклинания был тот факт, что, отскакивая от защиты
Моргана, стрелы рикошетом попадали в гномов, шедших рядом, так что они на такое соседство
явно не молились. Пусть и на излете, пусть с погашенной скоростью, стрелы все равно могли
поцарапать кожу в незащищенном месте. А орочьи стрелы могли быть отравленными.
Первые ряды гномов приблизились к валу на сто метров, когда откуда-то из середины
войска донесся богатырский крик Дарина, перекрывающий топот атакующего войска, свист
стрел и стоны раненых и умирающих:
- На штурм!
Так орать могут только прирожденные командиры.
- Барук казад! - заорали бы гномы Толкина и Перумова, бросаясь в атаку. Но местные
гномы с теми явно никогда не пересекались.
- За Сталина! - заорали они. - За Родину! За Подземное Королевство!
- Мак-Гроген! - рявкнул над моим ухом сэр Реджи, да так громко, что я чуть не
оглох. - Честь и слава!
- Мементо мори! - вторил ему голос Моргана.
- Ура! - заорал я, увлекаемый толпой. - Бей их!
Лишь эльфы шли в бой молча, то ли им не было нужды подбадривать себя воинственными
воплями, то ли они не хотели вплетать в эту какофонию свои мелодичные голоса за которые
любая поп-дива из моего мира продала бы душу дьяволу.
Орки свое дело знали крепко.
Либо они понимали, что отступать им некуда, либо наказание за отступление было хуже
смерти, но они и сантиметра своего вала не уступали без боя.
В первые же минуты боя перед валом вырос курган из мертвых тел, гномьих и орочьих, по
которому следующие волны атакующих взбирались на вал, подтверждая слова Кимли. Я с
ужасом представил, что и мне придется по нему подниматься.
Бой кипел уже на вершине вала, в ближнем бою оркам ни за что бы не сравняться с
гномами... если бы орков не было так много.
Атака захлебнулась, и десятки мертвых тел скатывались по внешней стене к нашим ногам.
Наша команда подобралась уже очень близко, но шанса переправиться на ту сторону я пока не
видел.
- Ашкаллар! - грохнул рядом со мной Морган, и огненная волна смела орков с
вершины вала, причем, скажу я вам, смела их в не слишком живом виде.
Следующий эпизод, о котором вы прочтете чуть ниже, я не мог наблюдать лично, но он не
менее важен для истории, чем наш поход, поэтому я описываю его со слов очевидцев.
Маленький старый человек, чье имя ассоциировалось у нескольких поколений со всеми
славными победами, одерживаемыми Двенадцатью Королевствами, перед рассветом задумчиво
сидел в своей палатке, перебирал карты и думал о том, что он уже слишком стар для очередной
войны.
В его палатку вбежал взволнованный адъютант.
- Они атаковали, сэр, - доложил он, задыхаясь от волнения.
- Кто атаковал? - резко, словно просыпаясь, спросил лорд Келвин, чьим прозвищем
была сама Смерть. - Кто атаковал? По чьему приказу? Когда?
- Гномы атаковали, сэр, - сказал адъютант. - Около получаса назад они снялись со
своего лагеря и направились в сторону Ущелья Рока.
- Гномы атаковали, - устало сказал лорд Келвин. - Но почему?
- Номинально они находятся под вашим командованием, но на деле подчиняются только
своему командиру, Дарину из Твердыни Подземного Короля.
- Я это знаю, - сказал лорд Келвин. - Десять тысяч бойцов, одна шестая часть всего
войска. Они погибнут, но какой в их гибели смысл?
- Сегодня ночью в их лагере видели того сумасшедшего волшебника и его спутников, -
сказал адъютант. - Очевидно, он сумел убедить гномов своими речами.
- Проклятье, Стефан, - сказал лорд Келвин. - Сколько мы знаем друг друга?
- Со времен Кантарда, - сказал Стефан. - Это будет, если подсчитать...
- Очень долго, - сказал лорд Келвин. - И все это время мы воевали вместе, прошли
вместе не одну заварушку. Так почему же мы все время лжем друг другу?
- Я не понимаю вас, сэр.
- И ты и я, мы с тобой оба прекрасно понимаем, что тот волшебник совсем не был
сумасшедшим, но мы боимся признать правоту его слов. Потому что в таком случае наше
пребывание здесь теряет смысл. И у нас нет сил для удара, нам нужно втрое больше людей,
коней, копий и мечей. Так что же нам делать?
- Я не знаю, сэр.
- Сидеть здесь и дожидаться, пока мир падет и будет сметен Хаосом, а мы ничего не
сможем сделать? Это ли удел воинов, которыми мы были всю свою жизнь? Или встретить
смерть в бою, с мечом в руках и боевым кличем на устах, с военным знаменем, развевающимся
над головой и могучим конем под седлом? Вели трубить сбор, седлай моего коня, мы
выступаем!
- Сэр, если мы проиграем...
- То никто никогда не сможет нас упрекнуть, что мы не попытались! Где мой меч?
Через два часа после начала сражения, когда гномы были выбиты из-за стены ордами
зомби и приготовились отправиться в Валгаллу с боевыми топорами и молотами в руках и
гордой песней подземного народа, вырывающейся из их глоток, армия лорда Келвина по
прозвищу Смерть вошла в Ущелье Рока.
Наша компания этого уже не видела.
После того как Морган очистил оборонительное сооружение одним из самых действенных
своих заклинаний, гномам не составило труда занять господствующую высоту, используя ее в
качестве плацдарма для следующей атаки.
- Вперед! - крикнул мне Кимли и устремился к валу.
Я посмотрел вперед. Нам всем - и нашей команде, и остаткам армии гномов -
предстояло восходить по трупам своих товарищей и трупам орков, по телам зомби, сваленным
в одну большую кучу у основания вала. Мне эта перспектива не нравилась.
Гномы карабкались по этой кошмарной скале, которая, при условии что я проживу
достаточно долго, будет являться мне в кошмарных сновидениях, и спрыгивали вниз, тесня
орды противника в сторону противоположного выхода из ущелья. Шум вокруг стоял страшный,
хотя отдельные его составляющие разобрать было невозможно. Хрипы, воинственные кличи,
крики боли, звон стали, хруст ломающихся доспехов и костей, свист рассекаемой плоти, все это
сливалось в одну какофонию, и вскоре мой мозг, не в силах более переваривать
предоставляемую звуковыми рецепторами информацию, просто отключил мой слух. И
воцарилась тишина.
Знаете, как если бы вы нажали на кнопку "Mute" на пульте своего телевизора посреди
финальной батальной сцены историко-приключенческой картины, снятой в лучших традициях
Голливуда.
Галадриэль крепко сжала мой локоть, напоминая, что она все еще тут, всегда была тут и
будет тут до самого конца, и жестом указала мне на вал. Я кивнул, вытащил из ножен меч, взял
в левую руку пистолет и устремился вперед, ощущая себя при этом участником идиотской
постановки на альтернативно-историческую тему.
Хорошо, что я ничего не слышал, думаю я теперь. Потому что звуки, издаваемые моими
тяжелыми ботинками, шагающими по мертвой, но еще теплой плоти, вряд ли могли бы пойти
на пользу моему организму. И без звуков было достаточно проблем.
Справа и слева, спереди и сзади от меня шагали гномы, ярость была написана на их лицах,
и им не было никакого дела до того, по чему или по кому они идут. Их интересовало только то,
что находилось по ту сторону вала . Мне же большого труда стоило сохранять равновесие,
ноги скользили по залитым кровью чужим доспехам, проваливались в полости, о
происхождении которых я старался не задумываться, а желудок то и дело подкатывал к горлу.
По ту сторону баррикады нас ожидали проблемы в лице нескольких тысяч орков и еще
большего количества зомби, которые, не испытывая страха и усталости, перли на гномов
сплошной стеной. Битва кипела у самого подножия вала. Оказалось, что мы все-таки угодили в
первые ряды этой постановки.
Только когда наша команда вступила в бой, я понял, с кем именно мне довелось
путешествовать и вообще быть знакомым.
Объясню это на примере, потому что опасаюсь, что вы меня неправильно поймете.
Вот вы, скажем, Бэтмен. Нет, не Бэтмен, это было бы слишком круто и несколько
нескромно. Вы - Робин. Робин, если я правильно понимаю, это начинающий Бэтмен, не так
ли? Если не так, можете меня мысленно поправить. В комиксах, тем более в американских, я не
очень силен.
Итак, вы - Робин. Всю свою жизнь вы провели в компании Бэтмена, Человека-Паука,
Фантома, Супермена и Черного Плаща. Их сверхъестественные способности в борьбе с
проявлениями Мирового Зла вы принимаете за нечто само собой разумеющееся, нечто обычное
и ничего экстраординарного в них не видите. Ваши друзья ловят зубами пули, рассекают по
воздуху, дыханием замораживают озера и держат на своем горбу тектонический разлом.
Можете ли вы по этим наблюдениям сделать выводы о реальном мире, который вас окружает?
Да. Будут ли это выводы правильными? Нет.
Для того чтобы понять, насколько крут Бэтмен, надо сравнить его не с Суперменом, а с
Васей Сидоровым из второго подъезда. Или с Петей Ивановым. Короче, с кем угодно из
множества населяющих любой мир несупергероев.
Конечно, я знал, что мои спутники круты. Конечно, я понимал, что для выполнения этой
миссии были выбраны самые лучшие. Конечно, я догадывался, что изредка доходящие до меня
слухи правдивы.
Но только там, во всеобщей свалке в Ущелье Рока, я понял, насколько они правдивы.
Морган остался на валу, разить молниями с возвышения ему было сподручнее. Зевс ведь
тоже предпочитал оказывать артподдержку, не спускаясь с вершины Олимпа. Зато все
остальные ринулись вниз.
Первым был конечно же сэр Реджи.
Я вам скажу как специалист: те схватки, в которых нам доводилось принимать участие
раньше, не могли дать полного представления о сэре Реджи. Одно дело, когда ты сражаешься с
ограниченным числом противников, другое же, когда имя им - легион.
Движения Парящего Ястреба были столь быстры, что фигура его казалась смазанной по
контуру. Он орудовал двумя клинками, он был быстр и смертоносен. Он словно танцевал
дикий, первобытный танец смерти.
Я не хочу сказать, что его движения напоминали мне движения профессионального
танцора. Он не выделывал головокружительных пируэтов и па, и особой красоты в этом танце
тоже не было.
В нем была только эффективность и смерть. Смертью заканчивалось каждое его
движение, каждый выпад.
Эльфы. Эльфы, они всегда эльфы, не так ли?
Повесив за спины бесполезные в такой рубке луки, они орудовали мечами и длинными
кинжалами.
Кимли выглядел весьма внушительно даже на фоне своих бородатых сородичей. Его
молот, более ему привычный, чем подаренный эльфами топор, вздымался и обрушивался на
голову врагов так же размеренно, как молот кузнеца, и ничто не могло нарушить этого ритма.
Удар, замах, еще один удар.
Я, не слишком полагаясь на полученный от сэра Реджи опыт, стрелял из пистолета, а
Валькирию пускал в ход лишь в случаях крайней необходимости, которые были не так уж
часты. Друзья плотно прикрывали меня, и даже гномы старались не пропускать лезущих в мою
сторону орков и зомби.
Против такого напора зомби устоять не могли, и гномы начали теснить их.
Я пристрелил еще штук пять и обнаружил, что стрелять больше не в кого. Бой откатился
от вала уже метров на сто, вокруг меня колыхалось море бородачей, с неотвратимостью
прилива двигающееся по ущелью.
Я огляделся, ища своих друзей. Морган возвышался на валу, эльфы и Кимли торчали
поблизости, сэр Реджи, как этого и следовало ожидать, находился в первых рядах атакующей
армии, увлекая ее за собой. По-моему, он слишком увлекся. Мы здесь были не для того, чтобы
отбить у сторонников Темного Властелина Ущелье Рока. Нам нужен был проход, Тропа
Павших.
Проход нашел Кимли. Немного отдышавшись после схватки, он подошел к одной из стен
ущелья и в месте, где она нисколько не отличалась от другой такой же стены, вывернул из
земли какой-то валун, нашел какой-то рычаг и явил нашим взорам лаз, в который постеснялась
бы лезть и дрессированная такса.
- Здесь! - крикнул он, и голос его на миг перекрыл шум битвы.
- Вперед, - сказал Теффас, сразу же оказавшийся рядом со мной.
Морган уже спускался с вала.
- Ты уверен, что это то самое, Кимли? - поинтересовался я.
На мой взгляд, начало Тропы Павших должно было быть куда более внушительным, чем
эта крысиная нора.
- Клянусь Молотом Тора, - сказал Кимли и нырнул в лаз.
Ну, подумал я, если протиснулся он, то почему бы и мне не попробовать?
Наверное, когда-то проход был другим, широким и величественным, но долгие годы,
войны, забытье и эрозия почвы превратили его в подобие вентиляционной системы
ультрасовременного небоскреба. Сначала у меня застряла голова, потом плечи, потом грудь,
потом бедра, напоследок я зацепился за какой-то выступ ботинком, так что, когда я оказался
внутри в целости и сохранности, не считая содранной местами кожи, для меня это было
откровением.
Эльфы проскользнули внутрь, как хищники семейства куньих. Кряхтя и театрально
жалуясь на возраст, пролез и Морган.
Последним был сэр Реджи, сумевший перебороть свои инстинкты воина и вырвавшийся
из схватки. К этому моменту фортуна уже отвернулась от подземного народа, и орки начали
теснить их, так что вслед за сэром Реджи в лаз попытались протиснуться сразу двое
представителей этого не самого популярного в здешних краях народа. Сэр Реджи заколол их
мечом. Трупы так и остались посреди лаза в виде импровизированной пробки.
А мы в очередной раз углубились в недра горы.
Если вдуматься, какие-то странные у них тут горы.
Нет ни одной монолитной конструкции, все испещрены какими-то тайными тропами,
проходами, древними поселениями гномов и местами обитания не самых приятных
представителей мира сего. Я имею в виду драконов.
Нет, я понимаю, каждая уважающая себя гора должна обзавестись парой-другой пещер.
Это непременный аксессуар, необходимый, чтобы удостоиться внимания спелеологов и прочих
любителей темноты и клаустрофобии. Но у местных гор в этом отношении наблюдался явный
перебор. Бесконечные анфилады пещер, тайные ходы, которые ни для кого не были тайными,
Тропы Павших, Мосты Дружбы и всякие другие штучки-дрючки. И все это дело рук гномов.
Два солдата из стройбата заменяют экскаватор, а два гнома с кувалдами могут составить
здоровую конкуренцию буровой установке, вот что я думаю по этому поводу.
С некоторого времени мне абсолютно перестали нравиться пещеры.
Во-первых, в них темно.
Во-вторых, душно.
В-третьих, никогда не знаешь, что ожидает тебя за поворотом, потому что... Смотри
пункт первый.
Потолок явно не был рассчитан на пришельцев моего роста. У всего отряда, за
исключением, конечно, нашего доблестного гнома, с этим были определенные трудности.
Ничего не имею против сталактитов. Сталактиты - это художественный изыск
матушки-природы; при соответствующем освещении, обнесенные оградой, они выглядят
просто потрясающе. Я бывал в Новоафонской пещере и знаю, о чем говорю. У меня даже есть
открытки с того тура, фотографии в ту пору делать еще не разрешали. Не знаю, разрешают ли
сейчас.
Но в полной темноте сталактиты могут представлять реальную угрозу правильному
функционированию вашего организма, особенно если велик риск стукнуться о них головой.
Камень, он и есть камень, пусть даже свисает сосулькой с потолка и его форма и
местоположение ничего не меняют в главной его особенности. Он твердый.
После того как Морган, шедший сразу за Кимли, приложился головой в третий раз, он
плюнул на меры безопасности и подвесил впереди нашей процессии маленький светящийся
шар. Идти сразу стало полегче.
Отряд двигался молча. Наверное, перед глазами каждого из нас до сих пор стояли
картины кошмара, с которым пришлось столкнуться в Ущелье Рока.
На данном этапе все шло по плану. Мы попали на Тропу Павших - но какую за это
пришлось заплатить цену? Даже если мы достигнем успеха и повергнем Темного Властелина,
не мы, а гномы будут истинными героями этой войны.
Я надеялся, что кому-то из них все-таки удастся отступить и остаться в живых, хотя
надеялся не столь горячо, как мне бы того хотелось.
У меня была другая проблема.
Сомнения, вроде бы отступившие после последнего сновидения, набросились на меня с
новой силой. Как-то слишком легко там все происходило, слишком легко даже для сна.
И не был ли тот сон очередной галлюцинацией, имевшей цель убаюкать мой разум и
убедить его в том, что галлюцинациями является реальная жизнь? Когда Галадриэль держит
меня за руку, я могу поверить во все, что угодно, но когда она молча идет впереди...
Я боялся, что так никогда и не узнаю правду. А еще больше я боялся ее узнать. Ведь если
вы не знаете точно, реальна ваша жизнь или нет, то какая вам разница? Ведь все равно вы
живете.
Проснуться в один прекрасный день на больничной койке, пусть даже в простой
больнице, а не в подвалах мелкого мафиозо, и понять, что жизнь, которую вы считали
настоящей, на самом деле была ложью и порождением вашего больного мозга... Вот в чем
кошмар.
Понять, что не было в реальности верности, дружбы и любви, приключений и подвигов, а
был только галоперидол и сеансы электросудорожной терапии.
Размышляя столь безрадостным образом, я не заметил, как проход стал шире, выше,
просторнее, и в свете от заклинания Моргана отпала необходимость. Точнее, потом-то я это
заметил, но вот в какой именно момент это произошло, сказать не берусь.
Если раньше проход можно было сравнить с коридором древней подводной лодки, то
теперь мы находились в трюме огромного, предназначенного для перевозки нефти танкера, с
той лишь разницей, что от стен танкера вряд ли могло исходить мягкое голубоватое свечение.
Как объяснил мне Кимли, это светилась одна из разновидностей подземного мха, хотя никакого
мха я на стенах не заметил. Казалось, сияние исходит от самого камня.
Зал был просторный. Сказать так - все равно что сообщить, что для постройки пирамиды
Хеопса понадобилась не одна бригада сезонников. Он был огромный и подавлял воображение
своими размерами.
Потолок исчезал над головами, в полумраке едва виднелась противоположная стена.
Очень хорошо была видна пропасть. Шириной более ста метров, она кольцом опоясывала
центр зала, вплотную подступая к боковым стенам. Как говорил Кимли, и я был склонен ему
верить, пропасть была очень глубока. Возможно, бездонна. Возможно, на ее дне находился сам
ад. Никто этого не знал, и вряд ли кому-то хотелось выяснить это на собственном опыте.
Бездной был окружен каменный остров, Усыпальница Королей. В центре острова
возвышалась огромная каменная статуя. Это был Вотан, верховный бог гномов. Из глаз его
били два потока пламени, нечто вроде вечного огня. Меня это нисколько не удивило. Газ, он и в
Африке газ.
А потом я увидел мост. Наверное, это не совсем точно, ведь он не возник из ниоткуда,
опираясь на каменные берега, он с самого начала был здесь, но мой взгляд, не знаю почему,
остановился на нем в последнюю очередь. И я сразу же обнаружил, что Кимли забыл
упомянуть об одной немаловажной детали.
Мост действительно вел к Усыпальнице Королей и имел не более метра в ширину. Но вот
о чем Кимли забыл упомянуть, так это о том факте, что вместо перил края моста ограждали
ряды длинных, заточенных и нисколько не пострадавших от времени клинков.
Переворачиваясь, мост не просто сбрасывал неосторожных путников в пропасть. Он еще и
нарезал их на ленточки.
Не знаю, почему Кимли об этом умолчал, да это было и не важно. Мы все равно должны
были пройти по этому сооружению, пусть даже вместо клинков там торчали бы живые змеи,
норовящие укусить нас за ноги.
Была еще одна деталь, о которой Кимли не мог знать заранее. Да и никто из нас не мог,
хотя ожидать мы должны были всего.
На мосту кто-то сидел.
Скрестив ноги по-турецки, спиной к нам, но я все равно сразу понял, кто это и зачем он
здесь. Да и вы можете догадаться с трех раз. Вспомните все дешевые приключенческие романы,
все второразрядные фильмы, проследите за ходом собственной мысли. Кто это мог быть?
Конечно же наш старый знакомый. Конечно же один из главных злодеев в очередной
попытке остановить продвижение героя. Конечно же это просто не мог быть Вася Пупкин,
выдернутый Темным Властелином из параллельного мира с целью помешать нам. Конечно же
это был Черный Лорд Келлен.
- Значит, - сказал он, поднимаясь на ноги и оборачиваясь в нашу сторону, - вам
все-таки удалось уговорить гномов пойти на массовое самоубийство. Твой дар убеждения,
Морган, вызывает у меня искреннее уважение. Никогда не пытался ходить по домам и
предлагать товары?
Келлен стоял на середине моста, но его было хорошо слышно. Акустика в пещерах такая,
что Гранд-опера остается только трясти фасадом от зависти.
- Ты стоишь у нас на дороге, - заметил сэр Реджи.
- Вот ка
...Поділитися у соцмережах
