Жанр: Электронное издание
Hranitel
...перед
глазами, вытесняющее собой даже "реальный" мир: старое кладбище, каменная
ограда, развороченные могилы... не хватало только незадачливого волшебника
Фрегота с его молниями.
Что-то случилось. Что-то произошло в эту ночь. Что ему снилось?.. Какая-то
встреча, разговор... мечи... что за мечи? Ничего не помню. А вот с Силой что-то
неладно, что-то не так... какое-то великое возмущение, отзвук какого-то
исполинского удара - словно докатившееся наконец дальнее-предальнее эхо. Откуда?
Почему? Что это значит?..
Даэнур возник на пороге неслышной тенью.
- Ты почувствовал? - негромко спросил Тёмный - видно, не сомневался, что его
ученик тоже не спит.
- Да, мэтр. (Вообще-то декана полагалось именовать "милорд", "мэтр" был титулом
простых преподавателей, но Тёмный, как известно, обращение "милорд"
недолюбливал.)
- Я не понимаю, что это, - покачал головой декан. - Тьма пришла в движение... но
это не наша Тьма. Следующей ночью обратимся к нашим богам, Неясыть, спросим их -
если, конечно, они ещё не разучились говорить.
После этого Фесс проворочался на узкой постели до самого утра, так и не сомкнув
глаз.
Наступил день экзамена. С моря задул не по-весеннему холодный ветер, и Фесс,
выходя во двор, накинул чёрный плащ - единственное чёрное пятно в пёстрой толпе,
двигавшейся к главному корпусу Академии. Первый курс экзаменовался первым, более
старшие - в последующие дни. Но поглазеть на испытания недавних новичков
собирались все без исключения, согласно старой академической традиции.
Никакой зал не смог бы вместить сразу все курсы, и потому аколиты первого года
экзаменовались публично, на огромном дворе Академии, невдалеке от роскошного
фонтана, где белый каменный маг поражал водяным копьём груду тёмных камней.
Ради столь торжественного случая во дворе сооружался длинный помост с навесом,
вешались роскошные драпировки цвета четырёх великих стихий. Мэтры и деканы чинно
рассаживались на вынесенных из аудиторий резных креслах, весёлая гурьба аколитов
довольствовалась жёсткими деревянными скамьями, а менее расторопные - и
каменными плитами двора.
Согласно обычаю. Тёмный тоже сидел рядом с остальными деканами - и вновь, как и
осенью, его отделила от других пара пустых кресел, а маленький мастер Алхимик,
которому досталось крайнее место, постоянно морщился и делал вид, будто страдает
от скверного запаха. Даэнур сидел точно каменное изваяние - ни единого движения.
Здесь он был безгласен. Тьма не смела смущать неокрепшие умы, вопросы декан
факультета малефицистики имел право задавать только выпускникам.
Милорд ректор начал речь. Слушатели приуныли - глава Академии отличался изрядной
разговорчивостью, вдобавок был очень высокого мнения о своем ораторском
искусстве.
Длинные элегантные обороты на идеальном эбинском Неясыть-Фесс пропускал мимо
ушей. Он почти не сомневался, что его вызовут первым, - пока экзаменаторы не
утомились.
...Так оно и случилось.
- Рекомый Неясыть, факультет малефицистики, кафедра некромантии! - негромко
произнёс дежурный мэтр-распорядитель, однако благодаря магии его голос услышали
все до единого, собравшиеся на площади.
Фесс с самого начала занял позицию впереди. В отличие от остальных он не пытался
захватить местечко на скамье - какой смысл, если его все равно позовут первым?
Оставаться же и смотреть, как экзаменуются остальные, у него просто не было
никакого желания, хотя умом он понимал, что посмотреть стоит, - чтобы одолеть
врага, надо его знать.
- Приветствуем тебя, аколит, - строго, но в то же время благожелательно сказал
ректор. - Покажи нам, чему ты научился; нам всем не терпится, у нас ведь так
давно не экзаменовалось ни одного студиозуса с этого факультета!
Фесс молча и коротко поклонился. Он хорошо умел повиноваться, когда нужно, - но
вот совсем не умел гнуть спину.
Ректор едва заметно усмехнулся.
- Кто пожелает первым сформулировать вопрос, милорды? Торопиться не стоит, мне
так кажется. Поспрашиваем его побольше.
- А остальные, милорд? - тотчас спросил толстый мастер воды.
- Слегка придержим время, - небрежно махнул рукой ректор, и Фесс невольно
поёжился: неужто здешние маги сумели найти брод даже в этой Великой Реке? -
Итак, милорды?
Наступила тишина. Толпа аколитов за спиной Фесса тоже затаила дыхание.
- Позвольте мне, - поднялся высокий, тощий и взлохмаченный волшебник, по виду
самый молодой из всех деканов - мастер пограничной магии, предводитель молодых и
дерзких чародеев, что, не боясь ничего, пробивали своими заклятиями дорогу к
самому сердцу Естества. Им Фесс, пожалуй, симпатизировал больше всех. -
Пожалуйста, в нескольких словах - отличие Тёмного принципа действия от Светлого!
За спиной Фесса вздохнула толпа, словно один очень большой великан.
- Это не вопрос, милорд, - поморщился ректор. - Это тема для диссертации того,
кто будет претендовать на пост ректора сей Академии. Вы ведь и сами на него не
знаете ответа. Спросите что-нибудь менее выспренное!
Однако пристыженный мастер только махнул рукой и сел, густо покраснев, -
понятно, что такой отповеди он не ожидал.
- Разрешите, - не стерпел мастер воды. - Сударь... э-э-э... а не покажете ли вы
нам малый каскад иллюзий, источник - моя стихия, колебания Силы и ее откат - не
более полупяди, ну, а высота - на сколько вам хватит... э-э-э... дыхания. Я бы
рассчитывал на триста саженей. Благодарю вас.
И вновь Фесс поклонился молча, не ответив ни слова. Малый каскад иллюзий в
деталях изучали только на втором году, и то лишь те, кто принял именно знак
воды; Неясыть помнил лишь несколько общих принципов.
За спиной кто-то издевательски свистнул. Виски Фесса закололо - мэтры и магистры
предусмотрительно ставили защиту.
Каскад иллюзий - это если создаешь некую форму заклятия, вложив в неё достаточно
Силы, чтобы хватило на несколько, как говорили студиозусы, "перевертышей" -
когда чары и, соответственно, вызванный ими мираж стремительно меняются, плавно
переходя один в другой, но без всякого вмешательства сотворившего волшебство
мага.
"Ну, хорошо. Будет вам каскад, да такой, что не обрадуетесь!" Гнев привычно
толкнулся в сердце, и Фессу вновь пришлось поспешно его смирять - исполнить
задуманное он мог только при полном внутреннем спокойствии.
Площадь затаила дыхание. Все видели, как аколит в чёрном плаще медленно развел
руки, а затем его ладони начали стремительный танец - жест пришёл на помощь
мысли.
Тёмный с удивлением воззрился на происходящее, не замечая внимательного взгляда
милорда ректора. Этому он своего подопечного никогда не учил.
Фесс работал стремительно. Никто на площади не мог уловить и малейших колебаний
или отката Силы, означавшего, что маг не может справиться с устремившимся на
него потоком мощи и от него, как от брошенного в воду камня, все шире и дальше
расходятся круги возмущений.
...Чувство было такое, словно он поднимается по узкой и скользкой тропе, таща на
спине многопудовый груз. Икры ног то и дело сводило судорогой, Неясыть-Фесс лишь
огромным усилием удерживался от стона. Он всеми силами тянулся к воде, вызывая в
сознании образ голубой стихии, - но чужая, враждебная сила словно бы
сворачивалась в мокрый, скользкий комок, упрямо выскальзывавший из негнущихся от
внезапного холода пальцев. Фессу показалось, что он уже слышит издевательские
смешки за спиной, что различает голоса полуэльфа с Бахмутом. Интересный всё-таки
сон снился... к чему б такой?.. Он отвлёкся всего лишь на миг, и этого, к
счастью, хватило, чтобы неведомые враги решили, будто бы он обратился в бегство.
Водопады... ревущие пороги... вода, прорывающая плотины... чёрный рвущийся с
горы поток, с легкостью переворачивающий громадные камни... Руки помогали мысли
завершить плетение. В небе над головами зрителей заискрились белые звёздочки,
еще миг - и из пены стал сам собой воздвигаться роскошный дворец. Мелькнули
арки, башенки, можно было различить даже стрельчатые окна - а потом всё это,
застыв ровно на миг, как и полагалось по канону, стало плавно превращаться в
дремучий лес, башенки обернулись до небес вознёсшимися деревьями, тысячелетними
секвойями, арки встали на мощные ноги и неспешно отправились на прогулку
величественными мастодонтами; и дальше, дальше, дальше, картинки в небе сменяли
одна другую, над иллюзией заискрилась радуга...
Когда всё наконец исчезло - у самой земли, в чём тоже был своеобразный шик,
Фесса словно бы оглушило зловещим молчанием. Молчали деканы и студиозусы,
молчали мэтры и магистры - молчали все, и Неясыть не мог понять почему. Ведь в
том, что он сделал, не было ничего сверхъестественного. Обыкновенная иллюзия, за
проведённую в Академии зиму ему случалось видеть куда более красочные миражи;
так в чём же дело, что произошло? Они дают ему понять, что он провалился?..
- Удовлетворены ли вы, милорд? - набатом прозвучал в этой тишине голос ректора -
спокойный и даже какой-то расслабленный. - Желаете задать более жёсткие
граничные условия?
- Нет, милорд. - В отличие от ректора мастер воды голосом своим, как и лицом,
владел плохо. У него был такой вид, словно он только что узрел во плоти саму
Западную Смерть и Тьму в одном лице.
- Вы удовлетворены ответом? - с некоторым нажимом произнёс ректор.
- О... о да, вполне, милорд. - Мастер воды судорожным движением вытер пот со
лба,
Тогда кто хочет задать следующий вопрос? - невозмутимо обратился ректор к
замершим деканам. - Может быть, вы, мастер Алхимик?
- Я?.. Ну что вы, милорд, им же ещё ничего не читали из наших курсов! Мне
кажется, кто-то ещё из стихийных...
- Разумное замечание; как насчёт вас, мастер огня?
- Почту за честь, - отрывисто бросил чародей, вставая. На Фесса жёстко смотрели
глубоко посаженные тёмные глаза под выкрашенными в алый цвет густыми бровями.
Воля столкнулась с волей. Мастер огня, похоже, искренне верил, что стоит сейчас
лицом к лицу со злейшим врагом, когда или ты, или тебя и третьего не дано.
В десяти шагах от Фесса прямо на голых камнях вскипело, рванулось к небу жгучее
рыжее пламя. Не иллюзия, самое настоящее, обжигающее, так что Неясыти пришлось
попятиться, прикрывая лицо рукавом плаща, - жар шёл нестерпимый.
- Гасите, - коротко бросил мастер.
Огонь. Это плохо, это, пожалуй, самое антагонистичное Тьме колдовство. По лицу
Фесса градом покатился пот, и не только от вызванного чужим волшебством костра.
Воздух... Земля... Вода... самое напрашивающееся сейчас и уже потому
неприемлемое. Не так и сложно измыслить пламя, которое будет гореть, даже
заливаемое водой. Вспоминай, Фесс, вспоминай! Средство должно быть!..
Он увидел, как мастер огня со лживо-скорбным выражением начал поворачиваться к
ректору. Увидел стиснутые кулаки Тёмного. И отчего-то невольно вспомнил о
Салладорце - наверное, он тоже стоял вот так, окружённый со всех сторон врагами,
стоял и читал нараспев им самим сплетённое жуткое заклинание, вырывавшее его из
власти палачей; и милосердная Тьма пришла ему на помощь, та самая, которая,
"никого не любя, никому и не отказала в помощи".
Небо над площадью внезапно омрачилось. Солнце сделалось тусклым, точно
подернувшись пеплом; в рядах студиозусов кто-то истошно завопил. Деканы вскочили
с мест; сидеть остались лишь двое - Даэнур и сам милорд ректор.
Громадная чёрная птица разворачивала над костром свои крылья. Сотканная из
сплошной непроглядной черноты, она казалась овеществлённой тенью. Ни малейших
следов иных оттенков, кроме чёрного; казалось, свет тонет в этом невиданном
существе, чем-то похожем на громадного ворона. Опустившись, крылья сдавили,
сжали полыхающий костёр; очертания маховых перьев задрожали, начали расплываться
- по лицу Фесса прошла гримаса боли, и в следующий миг птица рухнула прямо на
костёр, подмяв его под себя. Пламя исчезло, полностью поглощённое Тьмой.
Фесс лишь огромным усилием удержал себя на ногах. Казалось, от ожогов на теле не
осталось живого места. Однако стоял он прямо и глаз не опускал - в отличие от
мастера Огневика, пробурчавшего что-то невнятное и поспешно бухнувшегося назад в
кресло, как будто это враз отгородило его от всего мира.
Теперь уже вновь поднялся милорд ректор.
- Благодарим тебя. Неясыть, - по-прежнему дружелюбно сказал он. - Мы видим, ты
не тратишь времени зря. Полагаю, милорды, - он пристально оглядел остальных
деканов, - продемонстрированного вполне достаточно. Думаю, ни у кого не будет
возражений против того, что сей аколит достоин перевода на второй курс.
Никто не возразил.
ИНТЕРЛЮДИЯ II
НАЙДЁНЫШИ
Маленький отряд Клары двигался медленно и с огромным трудом. Тави так и не
пришла в себя, сменяясь, ее тащили на себе то Эгмонт, то Мелвилл, то Раина, а то
и сама Клара. Обиженной на такую несправедливость Эвис поручили любой ценой
отыскать Источник магии, пусть даже для этого ей придётся самолично прорываться
в какой-то из закрытых миров.
Магия была нужна сейчас даже больше, чем воздух. Волшебники умели обходиться без
него в Межреальности. Однако насчёт всего остального дело обстояло куда как
плохо. Стало невозможно даже развести огонь. Угасала собственная магия оружия,
рубины на рукояти Клариного клинка умерли, перестав светиться.
- Это место пьет Силу! - не выдержав, вскричал как-то Эгмонт.
"День" сменялся "днём", запасы провизии таяли.
- Нам надо найти мир. Хоть какой, - твердила почерневшая от усталости, с
ввалившимися глазами Эвис. Она так ничего и не обнаружила - это место казалось
воистину проклятым. Вдобавок Тропа стала загибаться куда-то совершенно не туда -
впереди растеклась странная чернота, невидимая, ощутимая лишь для сверхчувств,
рождённых в Долине.
Великий тупик. Или - что тоже возможно - закрытый мир, мир, куда нет доступа
даже им, магам Долины.
Клара попыталась свернуть. С огромным трудом удалось отыскать слабую, едва
заметную развилку; пришлось прибегнуть к последнему средству - магии крови,
чтобы хоть как-то упрочить и расширить только-только намеченный дланью Создателя
путь.
Ничего не помогло. Несколько дней спустя впереди вновь замаячила всё та же
чернота.
...Выругавшись, Клара скомандовала привал. Её отряд всё больше и больше походил
на беглецов, чудом уцелевших после разгрома своего войска. Лучше других,
пожалуй, держалась Раина - валькирии было не привыкать к самым безвыходным
положениям. Остальные же, похоже, изрядно пали духом,
Все молчали. Да и о чём говорить, если последняя Тропа вновь оказалась ведущей в
ловушку?
- Надо поворачивать, - решительно произнёс Мелвилл. - Вернёмся в твой Мельин,
Клара. Если, конечно, - он кивнул головой, - этот чёрный монстр нас выпустит.
Клара не ответила. В голове у боевой волшебницы уже давно свило гнездо страшное
подозрение - что здесь искривлены и искажены вообще все пути, что после Разлома
Тропы Межреальности изломало настолько, что возвращайся не возвращайся, а дорогу
теперь не найдёшь даже обратно, к Мельину.
- Не получится. Мел, - покачал головой Эгмонт. - Девочка не дотянет. Ты что же,
не видишь, что она умирает? У неё только один шанс - что мы немедленно, сейчас
же отыщем здесь Источник. Правда, скорее уж мы найдем вот прямо здесь саму
Долину.
Тави и впрямь становилось всё хуже, словно чёрный спрут вытягивал из неё
последние силы. Несмотря на действие корпида, жизнь покидала её тело, убегая,
точно вода из решета.
Клара в ярости вонзила ногти в ладони, изо всех сил стараясь, чтобы никто из
спутников не заметил этой её вспышки. Положение оказалось безвыходным. Боевые
маги не бросают своих. Они обязаны вынести с поля боя даже мёртвых - что же
говорить о раненых!
Хюммель вновь обвела взглядом небольшой отряд. Эвис Эмплада - похудевшая,
растрёпанная, глаза лихорадочно блестят, - совсем юная по меркам Долины
девчонка, не может смириться с тем, что они оказались на самом краю гибели.
Смерти она ещё не научилась бояться.
Эгмонт - сумрачен, собран, но тоже держится из последних сил. Этот гордец скорее
молча умрёт, чем признается в своей слабости. Мелвилл, напротив, - напоминает
сейчас волка в капкане. Этот все силы вложит в последний самоубийственный
бросок, чтобы погибнуть вместе с торжествующим победителем.
Ну, и наконец - Раина. Валькирия каменно спокойна. Она верит в неё, Клару
Хюммель, верит куда больше, чем в ежедневный восход маленького, искусственно
сотворённого солнца над Долиной. Воительница сохранила больше телесных сил, чем
остальные, - в отличие от чародеев, она привыкла рассчитывать только на себя, а
не на магию. Да, верно. Так она и сделает. Эвис чувствует магию лучше, чем она,
Клара, но девчонка держится только на гордости. А этот последний резерв нельзя
растрачивать понапрасну. Что ж, значит, решено.
- Слушайте меня внимательно, - заговорила Клара, по очереди взглянув в глаза
каждому из своих спутников. - Сейчас мы с Раиной пойдём на поиски. Давайте
скажем друг другу правду - похоже, мы около одного из тех запретных миров,
которые слишком долго считались выдумкой и сказками. Мне не нравится слово
"запретный", мы скорее уж скажем "закрытый", но суть от этого не меняется. Здесь
исковеркана и искажена сама Межреальность. Нет смысла сейчас спорить, почему и
как это произошло. Факт остаётся фактом. А когда вокруг обломки и руины, есть
смысл поискать в них - не осталось ли чего ценного. Вот мы с Райной этим и
займёмся. Ждите нас два дня по счету хронометра. Если мы не вернёмся -
попытайтесь пробиться в Мельин, хотя я уверена, что это нам не удастся.
- Постой! - вскинулась Эвис. - Клара, ты же знаешь, я умею находить Источники
лучше тебя. Так почему же...
Эгмонт быстро сжал ей руку чуть поверх локтя. Эвис поперхнулась и замолчала.
- Позвольте сказать, кирия, - негромко попросила воительница. - Госпожа Эвис,
кирия Клара взяла меня потому, что, если придётся прибегнуть к последнему
средству - магии крови, - я способна отдать больше, чем вы. Просто потому что я
сама больше и сильнее. - Она улыбнулась уголками губ.
Клара не выдержала - покраснела. Такой прыти от смертной валькирии она не
ожидала.
- Кирия Клара поступила совершенно правильно, - прежним ровным голосом
продолжала Раина. - Вдвоём с ней мы сможем уйти дальше, чем кто бы то ни было, и
отыскать Источник. Или не Источник, но то, что сможет вернуть чародеям силу. Я
права, кирия? - Воительница взглянула Кларе в глаза и, не дожидаясь ответа,
промолвила: - Кирия Клара совершенно права. Я пойду с ней хоть в сам Хаос и
отдам, если надо, всю свою кровь - коль скоро это потребуется для спасения тех,
кому я присягнула. Простите за красивые слова, госпожа Эвис, и вы, господа
Мелвилл и Эгмонт...
Мелвилл неожиданно и порывисто поднялся, сгрёб Раину в охапку и крепко поцеловал
в губы - так, что воительница даже зажмурилась, словно простая смертная
девчонка.
Клара, в свою очередь, тоже обняла валькирию.
- Ты права, Раина. Пойдёшь со мной?
- Пойду, кирия. Разве я уже не сказала этого?..
- Всё это очень хорошо и трогательно, Клара, - мрачно заметил Эгмонт, - однако
мне интересно, как ты свернёшь с Тропы, здесь, когда все наши силы иссякли?
Вместо ответа Клара извлекла со дна своего заплечного мешка небольшую
причудливой формы ракушку на простом конопляном шнурке.
- Берегла на чёрный день, - пояснила она, глядя на покачивающийся перед глазами
амулет. - В нём Сила не иссякла, но её мало. Хватит только пробить поворот, не
больше. Даже вылечить Тави он бы не смог.
Раина внезапно остро и пристально взглянула на незатейливую вещицу и неожиданно
отвернулась, со вздохом опустив голову.
Узнала, подумала Клара. Какой же ты молодец, Раина; ну почему судьба так
несправедлива к вам, валькириям, отнимая возможность иметь хоть самый слабый
магический дар?.. Какие превосходные боевые маги получились бы из вас!..
- Идём, Раина, - резко бросила Клара, вешая амулет себе на шею. - Время дорого.
- Да ты хоть знаешь, что тебе искать? - простонала Эвис.
- Нет. Во всяком случае, не обычный Источник, иначе ты бы его уже обнаружила, -
очень серьёзно и спокойно ответила Клара. - Я знаю, ты лучше меня ищешь их,
Эвис. Но я лучше ищу то, для чего ещё не придумано названий.
С этими словами она решительно сдавила ракушку пальцами, взяла свободной рукой
Раину под локоть и шагнула с Тропы.
Тёмная неощутимая "влага" Межреальности сомкнулась над их головами. Клара
ощутила струящуюся по пальцам кровь; сама раковина мгновенно раскалилась. Глаза
заволокло непроницаемой пеленой, лишь изредка пронзаемой фиолетовыми сполохами.
Они брели, точно в густом и плотном тумане, раздвигая его закованным в сталь
плечом. Ноги, казалось, проваливаются в зыбучую топь, - впрочем, на самом-то
деле никакой "топи" тут и в помине не было, под ногами Клары тянулись
несчитанные лиги пустоты, мириады мириадов этих лиг, и всё, что удерживало двух
воительниц от немедленной и страшной гибели, была сила, заключённая в неказистой
на вид раковинке.
Шли молча. Раина держала наготове клинок; Клара тоже взялась свободной рукой за
оружие, хотя сама не чувствовала никакой опасности; впрочем, в этом стоило
больше доверять валькирии: ей-то никогда не приходилось пользоваться магией и
она могла полагаться только на собственное чутье.
Чародейке и валькирии нужна была Жизнь. Пусть даже совершенно чудовищная, вроде
обитателей Дикого леса, острова которого медленно дрейфуют из края в край
Упорядоченного. Жизнь, и чем злее она будет, тем лучше. Нужна живая, тёплая
кровь. Эвис, кстати, об этом лучше не знать, чистоплюйке. Только так они смогут
вырваться из чёрных объятий. Думать, чьи это козни, они станут после. Пока что
надо спасать себя и остальных.
Как и положено, они очень быстро потеряли чувство времени и направления. Ни
зрение, ни слух здесь им помочь не могли. Клара всецело положилась на своё чутьё
мага, доверившись Раине, - если что, воительница прикроет.
Мрак вокруг них стал мало-помалу блекнуть. Сквозь серый полусвет Клара заметила
впереди нечто вроде плавающего в пустоте островка, с него свисали длинные,
постоянно шевелящиеся плети не то щупалец, не то ветвей, что-то жадно
вылавливавших в бездне. Такого обитателя Дикого леса Клара не знала - впрочем,
упомнить их всех не мог даже сам великий Архимаг Игнациус Коппер.
- Нашли! - горячо шепнула Клара на ухо мгновенно подобравшейся, точно хорошая
гончая. Раине. Правда, живой остров был явно слишком велик для пары клинков, тем
более - лишённых магической составляющей своей мощи.
Тем временем "островок" - или кем он там был на самом деле - их заметил. Длинные
плети вздрогнули, свиваясь в кольца, медленно потянулись к застывшим неподвижно
воительницам.
- Придётся их рубить, кирия, - спокойно сказала Раина, похлопывая мечом плашмя
по ладони. - Задушат. Или кровь высосут.
- Стреляй, Раина! - приказала Клара, ещё крепче сжимая раковину и невольно
морщась от боли в порезанной ладони. - Давай, пэру стрел в самую густоту!
- Слушаюсь, кирия. - Воительница повиновалась тотчас, как хорошо отлаженная
боевая машина. Раина вскинула небольшой арбалет, стрелявший короткими железными
дротиками, и хладнокровно всадила болт прямо в фиолетово-розовое сплетение
шевелящихся отростков, заполнявших середину островка.
Однако даже каменно-спокойная валькирия невольно вздрогнула, когда оттуда
раздался отчаянный вопль - на человеческом языке мельинской Империи:
- Не стреляйте!!!
Клара почувствовала, что глаза у неё сейчас вылезут из орбит. Что такое? Почему?
Откуда?..
Лохматые заросли на "островке" раздвинулись. Взорам остолбеневших Клары и Раины
предстала донельзя странная пара - немолодой уже человек с одутловатым лицом в
истрёпанном коричневом плаще, под которым угадывались совершенно невозможные
здесь обрывки клоунского одеяния, когда-то яркие, а теперь выцветшие и
заношенные до невозможности; а рядом с ним - девчонка, девушка, тоже в лохмотьях
и с туго обтянутой грязными тряпками головой. Одежды были щедро испятнаны
засохшей кровью. Оба они, и старик и девочка, были ранены, притом тяжело - у
каждого на груди виднелись жуткие корки запёкшейся почерневшей крови.
- Да они помереть должны были! - вырвалось у Райны.
- Вы кто? - В тот момент Клара не придумала ничего лучше.
- А вы кто? - в тон ей отозвалась девчонка, однако с внезапным болезненным
стоном схватилась за грудь. - О-ох...
- Не будем мешкать, кирия, - с неожиданной твёрдостью сказала Раина. - Сделаем
то, зачем пришли.
- А этих куда? - Клара до сих пор не могла пошевелиться от изумления.
- С собой возьмем, - пожала плечами воительница. - Не бросать же их тут-
Милостивые госпожи... - умоляюще заговорил старик, прижимая руки к груди. - Не
дайте помереть голодной смертью. Не знаем, как попали сюда, не можем
выбраться... не нашего это всё понятия... смилуйтесь, пресветлые... - Старик
опустился на колени.
- Не стони, отец, - решительно сказала Раина, направляясь к островку. - Сейчас
снимем вас отсюда...
"Вот это да, - мелькнуло в голове Клары. - Как же, хотела б я знать, двое
говорящих на мельинском языке оказались здесь, да ещё как смогли выжить?!"
Ракушка в ладони отозвалась внезапной холодной болью, и Клара мгновенно
покрылась потом. Это означало, что пора поворачивать назад - силы амулета на
исходе, и даже кровь самой Клары не смогла уберечь чары от чёрного монстра
закрытого мира.
- Раина! Бери этих двоих - и держись поближе ко мне. Надо тащить обратно этот
живой матрас.
Как бы там ни было, но дело они сделали - живое существо, и притом достаточно
крупное, было найдено. А есть ли у него жидкая кровь - для той магии, которой
владела Клара, это было совершенно неважно.
- Эй, вы что задумали? - без всякого почтения выкрикнула девчонка.
- Вас спасти, - без колебаний откликнулась Раина. - Иди сюда, ты же вся в
крови... О-о, а это что ещё такое?!
Девчонка бестрепетно вышла на самый край островка. В руках она держала громадный
чёрный меч-фламберг с характерным волнистым клинком. От меча шла злая, упорная
сила, так что Клара даже прищурилась, словно от яркого света.
Каким образом эта штуковина сохранила свою мощь тут?!.
И кто тогда эта окровавленная малышка?
- Меня зовут Сильвия, - прозвучал ответ на незаданный вслух вопрос. - Сильвия из
красного Ордена Арк.
Слова эти ничего не говорили валькирии, но Клара нахмурила
...Закладка в соц.сетях
