Жанр: Электронное издание
Hranitel
...ебень ближайшего бархана один за другим вылетали
всадники. На отличных конях, свежих, точно и не было утомительного перехода
через раскалённое безводье.
Впереди, сидя на седле боком, по-женски, ехала высокая, статная девушка в белых
одеждах. Рядом с ней - четверо вооружённых до зубов молодцов в широких
белоснежных тюрбанах. Следом - ещё примерно дюжина наездников, все как один -
очень молодые парни и девчонки, Фесс не видел никого старше семнадцати.
Старшая - нетрудно было догадаться, что это была именно она, - ловко соскочила
на песок. Четверо телохранителей остались стоять на месте, она одна шагнула
навстречу некроманту и гибким, кошачьим движением опустилась перед ним на одно
колено. Её примеру тотчас последовали остальные.
- Великий Мастер... - прошептала Старшая, и Фесс невольно вздрогнул, увидав её
глаза, - чем-то они очень напоминали глаза Атлики. - Пророчества сбылись. Передо
мной Великий Мастер...
- Привет тебе, Старшая гнезда, - склонил голову Фесс. - Но скажи мне, отчего ты
так уверена, что я...
что я - тот, за кого вы меня принимаете? Я благодарен вам за спасение, но
вообще-то я - некромант, по имени Неясыть, окончивший факультет малефицистики в
Академии Высокого Волшебства. Я... я не Он, если вы понимаете, о чём я говорю.
- Мы всё понимаем, Великий Мастер, - тем же полушёпотом проговорила Старшая. Из
всего гнезда она на самом деле казалась самой старшей - на вид лет двадцать
пять. - Но пророчества не лгут. Много предсказанного нам уже сбылось. Нет ни
одной ошибки. Почему же мы должны не верить и этому прорицанию? Мы знаем, о
Великий Мастер, что телом ты - не Он, но мы знаем - внутри тебя дремлет дух
Того, кто указал нам путь, и мы знаем, что в должное время этот дух пробудится и
возьмёт нас с собой по великой тёмной дороге, по пути, который не дерзнул пройти
ещё ни один смертный. Прошу тебя, о Великий, садись на коня и продолжим путь. До
эмирских садов дорога неблизкая.
Фесс не стал больше спорить. Во что бы ни верили эти самые птенцы, правы они
были в одном - из пустыни надо убираться, и как можно скорее, пока святые братья
не напали-таки на след.
Горяча коней, кавалькада рванулась с места.
В дороге никто, даже Старшая, не дерзнули беспокоить вопросами Великого Мастера,
вернувшегося к ним из-за черты Инобытия. Фесс оказался предоставлен самому себе,
невольно окидывая взглядом оставшийся за спиною путь - от Арвеста до Салладора.
Всякий раз его тянуло скрипеть зубами от бессильной ярости. Сколько наделано
ошибок! Непоправимых ошибок! И вот он оказался загнан в угол, и если бы не с
неба свалившаяся помощь выучеников Салладорца... "Скажи себе прямо, некромант,
ты уже был бы в лапах милейшего отца нашего преподобного Этлау".
И кто знает, не следствие ли это тяжёлого, неоплатного долга перед Великой
Тёмной Шестёркой, каковой долг он, некромант, так и не удосужился отдать, тщась
сохранить лилейность одежд? И не следствие ли эта бесконечная цепочка неудач или
же удач, оборачивающихся неудачами, что, в принципе, одно и то же - не следствие
ли она его фактического отказа от поручения масок? Да, он знает, где Мечи, но...
Но помнит, что маски - не из тех, кто отступает. Они могут затаиться на время,
они могут притвориться, что забыли о нём, они могут выжидать с поистине
нечеловеческим терпением - но потом, в один прекрасный день, нанесут
сокрушительный удар.
Фессу оставалось только надеяться, что Они, кто бы ни скрывался под этими
масками, промахнутся.
Дорога ныряла с бархана на бархан, юные саллан дорцы скакали, ориентируясь по
одним им ведомым приметам. Для Фесса пустыня была совершенно одинаковым повсюду
песчаным морем, где одна волна-бархан ничем не отличается от другой.
Скакали всю ночь, лишь изредка давая отдых коням. Старшая - если это она вела
отряд - куда лучше, чем вожак скамаров, выводила кавалькаду к "блуждающим"
колодцам. Звёзды медленно поворачивались на ночном небе, и когда темноту на
востоке уже прочертила предрассветная зеленоватая черта, Фесс стал замечать, что
пустыня уже не столь однообразна и безжизненна, как ему казалось вначале.
Барханы сделались плавнее, среди песка всё чаще стали попадаться полоски
жёсткой, каменистой земли. Между барханами, в ложбинах, появились кусты, машущие
вслед отряду тонкими гибкими ветвями, усеянными мелкими остренькими листочками.
Мелькнуло нечто, похожее на русло пересохшего ручья; невдалеке вздыбилась кучка
пальм.
Этих пальм стало попадаться всё больше, так что вскоре копыта коней застучали
уже по настоящей твёрдой дороге оазиса.
Старшая повернулась к некроманту.
- Столица близко, о Великий Мастер. На въезде - прошу вас - не произносите ни
звука. Предоставьте дело мне.
- Ворота охраняются? - деловито поинтересовался Фесс.
- Великий Мастер совершенно прав, - кивнула девушка. - Ворота охраняются
постоянно, днём и ночью. Его светлость эмир, да не оскудеет никогда шевелюра на
его макушке, одержим мыслью о заговорах и покушениях - что не так уж далеко от
истины, если принять во внимание, скольких отпрысков старинных и знатных родов
отправил на эшафот наш доблестный правитель... Но да простит меня Великий
Мастер, его недостойная ученица отвлеклась. Так вот, ни войти в город, ни выйти
из него нельзя, не предъявив подорожную, заверенную печатью визирства сбережения
Его
светлости.
- Неужели даже крестьяне... или там мелкие купцы должны это делать? - поразился
некромант. - Какой убыток торговле... негоциантские гильдии должны высказать
своё...
- Каждый негоциант, - с улыбкой перебила Старшая, - каждый негоциант, о Великий
Мастер, который осмелится осквернить слух Светлейшего подобным вздором, немедля
отправится на корм к соответствующего рода существам, специально для таких дел и
содержащимся в Его светлости зверинце. Иноземные купцы вообще предпочитают не
соваться глубоко в Салладор. Для торговли с ними открыты приморские порты, на
побережье. Те же, кто отваживается на путешествия в столицу, - давно имеют такие
свитки с печатями. А феллахам делать в городе вообще нечего. Пусть продают свои
финики на торжище возле городских стен. Если же оный феллах всё-таки желает
лицезреть небесно-рождённого повелителя, то пусть запасётся соответствующей
подорожной у своего нобиля.
- Понятно, - кивнул Фесс. - Так я и подозревал. Салладор - безжалостная
тирания...
- О нет, - с улыбкой покачала головой Старшая. - Салладор - не тирания.
Правитель не вмешивается в дела удельных владетелей до тех пор, пока оные
владетели исправно платят подати и выставляют положенное количество всадников по
эмирскому приказу.
- А если не выставят?
- А на этот случай Его светлость держит в столице проверенные отряды наёмников,
преданные лично ему. Красное золото, Великий Мастер, красное золото! Его добыча
принадлежит лично Его светлости. На рудниках трудятся рабы. Надсмотрщики
получают долю добычи, и потому... Великий Мастер всё понимает сам.
- Почему же в таком случае нам не укрыться во владениях какого-нибудь ленного
князя? - поинтересовался некромант. - Если эмир не суёт носа в их повседневные
дела?
- Эмир не суёт, - кивнула Старшая.'- Суют другие. И в первую очередь - маги. А
во вторую - святые братья.
- А магам-то что надобно?
- Маги занимаются какими-то своими делами, - Старшая понизила голос. - Как,
несомненно, ведомо Великому Мастеру, маги Салладора формально признают
главенство Белого Совета, но никогда или очень редко носят посох Академии.
Знания передаются либо от отца к сыну, либо от учителя к ученику. Гильдия магов
могущественна, однако... она всецело предана Его светлости.
- Почему?
- Потому что Его светлость сам, к сожалению, сильный чародей, - словно бы со
стыдом пояснила девушка.
- Эмир Салладора? Чародей? - Некромант не поверил собственным ушам. - Впервые
слышу. - Ещё одна тайна, о которой знают немногие, - вздохнула Старшая. - В
руках салладорских эмиров находится некий артефакт или несколько артефактов,
позволяющих им без всяких познаний в магии творить волшбу. Какую именно - не
знаю даже я, хотя птенцы потратили в своё время немало и золота, и жизней,
стараясь это выяснить. Одним словом, маги полностью на стороне Его светлости.
Он, кстати, выдаёт патенты на занятие магией в пределах его владений... И ведь
именно маги Салладора в своё время были теми, кто навёл Инквизицию на след
Великого Мастера, укрывшегося в своём родном городе, - продолжала Старшая. -
Маги, а не стражники Его светлости или сами ищейки серых. И вот маги шныряют
повсюду...
- Так, может, поэтому эмиру и нет нужды самолично следить за всеми и каждым? За
него эту работу делают чародеи?
- Великий Мастер проник своим острым взором в самую суть вещей, - кивнула
Старшая. - Именно маги шарят по всем старым городам, по заброшенным храмам и
выработанным рудникам. И именно потому мы, последнее гнездо, скрываемся не в
горах, не в отдалённых феодах, хотя там почти у всех есть и друзья, и родня, и
мечи. Мы - здесь, в столице, под боком у всех, о ком Великий Мастер уже
осведомлён. Так что со стражниками на входе буду говорить я.
- Но разве у вас нет всех нужных печатей и тому подобного?
- Конечно, есть, о Великий Мастер, - кивнула Старшая. - Но в подорожной
указывается число людей, выехавших за ворота. Мы вернулись в числе большем, чем
выехали. В этом-то всё и дело.
- Не сомневаюсь, что ученики великого Эвенгара Салладорского найдут достойный
выход из положения, - невольно вырвалось у некроманта.
- Благодарю Великого Мастера за доброе слово, - учтиво поклонилась Старшая. -
Конечно же, мы нашли выход. Как только пророчества достигли нас, мы стали
готовиться. Эта мелочь не достойна внимания Великого Мастера. Предоставьте это
вашим прилежным ученикам.
- Конечно, конечно, - старался выдержать роль некромант.
Миновала ночь, небо расцвело белым дневным пламенем. Солнце рванулось в свою
всегдашнюю атаку, но птенцы и не подумали остановиться или хотя бы замедлить
скачку. Точно так же, чуть ли не на ходу, давали омочить губы измученным коням
и, не задерживаясь ни на миг, гнали дальше. Фесс озирался по сторонам: редко
кому из магов Академии случалось бывать здесь, в коренном Салладоре, видеть
могущество этой странной земли собственными глазами.
На востоке уже невдалеке вздымались вершины Восточной стены, вытянувшегося с
севера на юг скалистого горного хребта. На западе горы тянулись к морю длинными
отрогами, словно громадные копья вонзались в просторы песчаного моря. На снежных
вершинах брало начало множество речек и речушек, ни одна из которых не доходила
до Моря Призраков - салладорцы загоняли их все, точно непокорное стадо, в
каменные теснины арыков, в круглые чаши резервуаров, от которых вели начало
арочные акведуки.
Бесплодные барханы уступили место густым рощам, перемежавшимся небольшими,
тщательно возделанными полями. Во всех направлениях пролегли неширокие, но
ровные, вымощенные камнем дороги. Глинобитные домики под зелёными пальмовыми
ветвями отнюдь не выглядели убогими; у арыков толкались боками многочисленные
стада.
- Богатая страна... - вслух подумал некромант. Куда до неё измождённому Эгесту
или стонущему от поборов Эбину! Даже вольное Семиградье не смогло бы с этим
сравниться.
- Красное золото, о Великий Мастер, красное золото. Отгадка очень проста. Эмиры
достаточно умны, чтобы, многое запрещая, многое и позволять. Достаточно
вспомнить гладиаторские игрища... любимое развлечение черни. Платы за вход никто
не берёт, за всё платит Его светлость. - Старшая неожиданно натянула поводья. -
Посмотрите, Великий Мастер, вон там, за отрогами, - столица.
Фесс обратил внимание, что Старшая гнезда ни разу не назвала город по имени.
- Эргри, - вслух произнёс некромант.
- Эргри, - кивнула Старшая. - На старосалладорском, сохранившемся только в паре
горных монастырей, где до сих пор поклоняются Неведомым, это означает - "Приют
Мудрости".
- Разве Его светлость эмир не признаёт Неведомых? - поднял брови Фесс. - Ещё в
Академии мне доводилось слыхать...
- Те обряды при вступлении на престол? Дань традиции. Здесь народ необычайно
цепко держится за старое...
- Но как же это позволяет Церковь? Едва ли они в восторге от подобных обычаев?..
- Не в восторге, конечно же, но... я считаю, они сговорились. В конце концов,
эмир щедро жертвует на храмы Спасителя. Красным салладорским золотом, по слухам,
не брезгует и Святой Престол в Аркине. Оно и понятно - у них расходы немалые.
Одни стражи чего стоят...
Наступило молчание.
- Эргри... - задумчиво проговорил некромант, из-под руки глядя на взметнувшийся
впереди целый лес куполов и шпилей, частью вызолоченных, частью высеребренных, а
частью странноватого красно-золотистого оттенка.
- Приют Мудрости, - с горечью отозвалась Старшая. - Место, где мудрость первой
была принесена в жертву жадности и страху. Вместо того чтобы попытаться понять,
что сулит людям учение Великого Мастера, они в ужасе перед новым уничтожили всё,
до чего смогли дотянуться. Но... - Она подняла глаза на Фесса - взгляд Старшей
был взглядом фанатика, что не колеблясь пойдёт на смерть, отстаивая правильность
точки или запятой в своём учении. - Но Великое потому и Великое, что никакие
усилия глупцов не способны ему помешать. Великий Мастер вернулся, пройдя боль и
скорбь, пройдя дорогами, куда нам, его недостойным и малоумным ученикам,
добираться ещё долгие-долгие годы, и кто знает, хватит ли ничтожно короткой
человеческой жизни на этот труд?..
Старшая опустила голову, вздохнула.
- Но сейчас не время для печали! - повернулась она к обступившим их примолкшим
птенцам. - Великий Мастер вернулся к нам, пророчества исполняются, а это значит
- победа будет за нами! В город!
Кавалькада взлетела на невысокий отрог. Впереди, в укромной долине, утопая в
зелени садов, раскинулся город - нельзя сказать, что поражающий размерами, но
зато поражающий роскошью.
Высокая стена сверху донизу выложена многоцветными изразцами, словно это не
укрепление, которому принимать на себя ядра катапульты и удары таранов, а, к
примеру, стена эмирского дворца. Над стеной возвышались башенки - изящные,
тонкие, все в ажурных арках, с фигурными золочёными крышами и флюгерами, ни один
из которых не повторял другой. Ворота, куда при штурме направлен будет главный
удар врага, вспенивались каменным кружевом. Возле ворот некромант и в самом деле
увидел богатое торжище; а во врат-ном проёме поблёскивала начищенными щитами и
копьями многочисленная стража.
Старшая повернулась к Фейрузу.
- Чары ещё действуют? - отрывисто спросила она.
- Да, Старшая, - поспешно ответил паренёк. - Действуют, Старшая, но уже очень
ослабели.
- Неважно, - махнула рукой девушка. - Всё, что нам надо, - толпе глаза отвести,
чтобы не болтали потом, мол, Чёрный маг в город среди ясного дня въехал.
- Можно просто другой плащ надеть, - удивился некромант.
Старшая покачала головой.
- В толпе не меньше пяти-шести чародеев, что только этим и занимаются -
высматривают, кто не в своей одёжке щеголяет. Говорят, мол, это против воров,
чтобы гостей заморских не обижали, не позорили бы древнее салладорское вежество,
но мы-то знаем, для чего это и зачем. Давай, Фейруз! Птенцы, по моей команде -
все вперёд! И держитесь кучно, не то беды не оберёмся!
Отряд тронулся. Телохранители Старшей прикрыли некроманта со всех сторон. Фейруз
поехал в голове кавалькады; Фесс ощутил слабое покачивание Силы - словно кто-то
приподнял ведро с родниковой водой и слегка встряхнул, наблюдая за колышущейся
водной гладью.
И точно - сквозь кишащий разнообразным народом рынок отряд прошёл, словно иголка
сквозь шёлк, ему равнодушно уступали дорогу, но никто не подумал даже взглянуть
на всадников. Фесс едва хотел спросить, что мешает точно так же миновать и
ворота, но тут ответ пришёл сам собой - некромант ощутил колебания какого-то
амулета, быть может, даже не одного, судя по всему - вмурованных в основания
привратных башен. Безопаснее всего было проехать это место, не прибегая к
колдовству.
- Вот теперь пришла пора и плащ накинуть, - услыхал некромант шёпот Старшей.
Плащ тотчас и появился - кто-то из телохранителей накинул на плечи Фессу
просторный сероватый балахон с широким капюшоном, чуть ли не полностью
скрывавшим лицо.
Старшая резко выдохнула, выпрямилась, проделывая ладонями какие-то замысловатые
пассы. Как и все владеющие Силой, но не прошедшие никакого приличного обучения,
она вынуждена была пользоваться самыми простыми формами, вроде жестов и
произносимых вслух медленных заклинаний. Встряхнулся, что-то пробормотал,
опасливо косясь на ворота, Фейруз. Через проход тёк жиденький людской ручеёк,
все больше почтенные, хорошо одетые горожане, в сопровождении жён и детей - и
все, даже явно люди благородной крови, с кривыми саблями в богато изукрашенных
самоцветами ножнах, показывали страже какие-то свитки тонко выделанной
желтоватой кожи. Судя по всему, стражи здесь умели читать, в отличие от прочих
мест.
Кавалькада Старшей поравнялась с воинами. Было их тут не меньше двух десятков,
несмотря на жару, все в длинных, отливающих серебром кольчугах и высоких шлемах.
Один из стражников лениво шагнул наперерез, протянул руку, произнося что-то посалладорски
- очевидно, требуя эту самую "подорожную". Старшая, не удостаивая
его взглядом, надменным движением протянула свиток. Привратник неторопливо
развернул желтоватую кожу, углубившись в чтение. При этом он то и дело поднимал
голову, тыкая пальцем в сидящих верхом птенцов.
Наконец дело дошло и до некроманта. Палец стражника указывал прямо на него.
Солдат что-то спросил, пока ещё довольно дружелюбно и почтительно - верно,
Старшая гнезда отличалась высоким положением.
Не поворачивая головы, Старшая надменно процедила что-то сквозь зубы. Фесс
ожидал, что сейчас в её руке появится универсальный пропуск всех времен и
народов в виде увесистой золотой монеты, - но воин только расхохотался и махнул
рукой - мол, проезжайте. Он не потрудился даже разглядеть некроманта.
Со всё тем же презрительным выражением на лице Старшая тронула поводья. Отряд
въехал в ворота Эргри.
Конец первого тома.
Ник Перумов
ОДИНОЧЕСТВО МАГА
ТОМ 2
Посвящается сестре
ИНТЕРЛЮДИЯ 9
После встречи со стражем подземелья Клара замкнулась в себе. Проклятая тварь
была права, боевую волшебницу теперь мучил постоянный, неотвязный вопрос: а что,
если?.. Если её пропавший друг и есть это непонятное существо в пещерах под
Пиком Судеб, неизвестно, как и почему оказавшееся в своё время в Долине Магов?
Разум в это верить отказывался, а вот сердце... сердцу очень хотелось поверить.
Впрочем, если это так, то всё ещё хуже - тогда получается, что её, Клару,
бросили, словно надоевшую любовницу, отправившись по каким-то своим, очень
важным, мужским делам. А женщина должна ждать, и стирать, и стряпать, и
воспитывать детей - пока эти тупоголовые мужланы "спасают миры", хотя точнее
будет сказать, ввергают эти самые миры в такие неприятности, что женщинам,
наскоро вытерев руки о передник и не успев даже отставить в сторону ухват,
приходится браться задело самим.
Так она и шла, яростно споря сама с собой, не в силах понять, чего же она,
собственно говоря, хочет, какого исхода этой загадочной подземной встречи, на
время вытеснившей даже мысли о Мечах и Кэре.
Раина как-то слишком уж проницательно поглядывала на кирию Клару, но
помалкивала, и боевая волшебница была благодарна ей за это понимающее молчание,
действовавшее лучше всех и всяческих слов.
Отряд двигался заснеженными равнинами Эгеста. Правда, двигался с известными
удобствами и даже с комфортом. Прослышав о столь знатных и могущественных
особах, все местные владетели, все эти графы, маркизы и бароны, наперебой
спешили выказать своё почтение. Странники ночевали в замках, в жарко натопленных
покоях, на настоящих кроватях. Даже и речи не заходило о холодной ночёвке гденибудь
в чистом поле.
Анэто и Мегана проводили вечера в бесконечных словесных баталиях по поводу того,
кто же на самом деле встретился "госпоже Кларе", откуда он мог взяться и не
связан ли как-то с теми самыми "центрами Силы", о которых, само собой, знал
любой мало-мальски сильный чародей Эвиала.
Остальной же отряд Клары откровенно скучал. Тави, сама по себе далеко не такая
уж слабая чародейка, Кицум, за невзрачной наружностью которого скрывалось, как
подозревала боевая волшебница, отнюдь не только прошлое шпиона Серой мельинской
Лиги, даже Раина - все они как-то погрустнели. Долгая дорога, малопонятный
Разрушитель, которого они в глаза не видели и знать не знали. Та, кого они
добровольно признали своим предводителем, похоже, отнюдь не спешила выполнять
заключённую в Межреальности сделку. Во всяком случае, никаких видимых шагов к
этому Клара не предпринимала.
Иногда, правда, Раина чуть оживлялась - когда вдруг хваталась за меч, заявляя,
что, мол, за ними кто-то следит. Клара устраивала тщательную проверку - всякий
раз ничего, к немалому, похоже, разочарованию отряда, успевшего соскучиться по
доброй драке.
...Путь через зимний Мекамп они одолели быстро. Большую часть верхом, иногда -
на санях. Оставили в стороне Эгест, где, согласно доставленным местной Гильдией
магов новостям, прорыв Тьмы произошел, но достаточно быстро "самопроизвольно"
угас, как говорилось в посланном через кристалл сообщении. Анэто и Мегана вновь
сошлись в жарком, до хрипоты, споре - что это может значить и как "прорыв Тьмы",
к которому так долго и тщательно готовились и Ордос, и Волшебный Двор, рассылая
в самые удалённые точки мира своих наблюдателей, мог прекратиться сам собой.
...Они уже пересекли границу Мекампа, позади осталось два перехода к Агранне,
когда кристалл вновь принёс весть, да такую, что со всего отряда Клары мигом
слетела скука.
Разрушитель вторгся в город.
- Опять! - всплеснула руками Мегана. - Что, ну что ему там надо?!
- Здесь же всё чётко сказано, - не удержался от колкости Анэто. - Пытался
отбить проданных в салладорское рабство эльфиек.
- Я тебе говорила, что за всеми этими безобразиями стоит Вейде! Дура, она
думает, что может заставить Разрушителя работать на неё!..
- Я бы не судил так категорично, - покачал головой Анэто. - Мы не знаем, в
какой степени Тьма сейчас владеет душой и разумом Разрушителя, собственно
говоря, мы не знаем, стал ли он уже Разрушителем.
- Когда узнаем - поздно будет, - мрачно посулила Мегана.
- Я хотел сказать - в какой степени он уже стал Разрушителем, - поправился
белый маг.
- А в чём ты оценишь эту "степень"? - тотчас же кинулась в наступление хозяйка
Волшебного Двора. - В алхимических долях?..
Клара устало поморщилась. Бесплодные препирательства начинали выводить её из
себя. Какая разница, зачем Кэр полез в эту самую, как её?.. Агранну. Гораздо
важнее, что с ним сейчас, можно ли ещё вернуть его душу или же придётся стиснуть
зубы, забыть, что перед тобой племянник ближайшей и единственной подруги, и
просто убить его, как опасное животное, без гнева, с глубокой скорбью? Убить,
если она поймёт, что болезнь зашла слишком далеко и здешняя Тьма (понимай - Зло)
на самом деле целиком и полностью овладела им?
После случившегося в Агранне Анэто и Мегана совсем потеряли покой и как могли
торопили отряд. Вгоняя в панику содержателей постоялых дворов и почтовых
станций, позаимствованных королями Мекампа у старой
Эбинской Империи, Клара и её спутники достигли Агранны всего за четыре дня.
Город кипел. Его наводняли войска, согнанные, похоже, со всего Мекампа,
ополчения городов, сельские чёрные сотни, замекампские степные наёмники и,
конечно же, инквизиторы.
Инквизиторы, инквизиторы, инквизиторы. Сотни серых плащей с кровавым кулаком,
деловито снующие туда-сюда по городу, невесть чего вынюхивающие и
выспрашивающие.
- Собрались, похоже, чуть ли не со всего Эвиала, - нахмурилась Метана. - Весь
Аркин, почитай, здесь, кроме разве что Его святейшества...
- И что мы станем тут делать? - не скрывая раздражения, бросила Клара. - Уж не
предстоит ли нам давать объяснения и оправдываться перед этими... инквизиторами?
За спиной боевой волшебницы глухо и гневно заворчала Раина, словно готовая к
драке пантера.
- Нет. - Мегана не приняла боя. - Мы всего-навсего встанем на след Разрушителя и
как можно скорее покинем этот город. Госпожа Клара совершенно права - ни в какие
объяснения мы вступать не станем. Я сама глубоко и искренне почитаю Спасителя,
но Спаситель - это далеко не то же самое, что его порой чересчур ретивые слуги.
Клара молча кивнула. Слова Меганы прозвучали вполне резонно, во всяком случае,
так тогда показалось боевой волшебнице. Мекампские вояки преградили было им путь
- весь город заставили рогатками, непонятно за кем охотясь - ведь Разрушитель
уже несколько дней как покинул Агранну.
- Ты что, дурак, - с великолепным презрением бросила Мегана десятнику в
мохнатой, мехом наружу, куртке и такой же шапке - явно степняку-наёмнику, - не
видишь, кто перед тобой?
- Угы, вижа, - осклабился степняк. - Баба. Кажи пропуск.
Мегана позеленела. Анэто, кажется, откровенно развлекался. В отдалённых степях,
похоже, Волшебный Двор и его хозяйку почитали более за детскую сказку.
- Я тебе покажу "баба", - прошипела чародейка, взмахивая рукой. Клара ощутила
изрядный толчок Силы - Мегана на самом деле была искусной волшебницей.
С серого зимнего неба, время от времени сеявшего мелким мокрым снежком, внезапно
грянула самая настоящая молния. Вся улица озарилась ярко-белым, слепящим
пламенем. Ветвящаяся огненная плеть хлестнула по десятнику... однако вместо
того, чтобы оставить на его месте лишь горсточку пепла, всего-навсего запалила
мохнатую шапку.
Солдаты попятились, выставляя перед собой короткие копья-сулицы. Кое-кто
потрусливее повалился на колени. В их числе оказался и обеспамятовавший
десятник, судорожно забормотавший какие-то извинения и мольбы, безбожно коверкая
слова.
Удовлетворённая Мегана прошла мимо, не повернув головы. Однако десятник,
несмотря на весь испуг, всё же сумел, очевидно, отправить весть куда следует,
потому что уже через три квартала Кларе и её спутникам оказалась приготовлена
куда более торжественная встреча.
Серые. Инквизи
...Закладка в соц.сетях
