Жанр: Электронное издание
Nomeddle2
.... вместе пользуемся ископаемыми. Ведь им они и
не нужны...
— Пока они не вышли на высокий уровень развития... ладно... — Нэд
глянул на часы. — Пора закругляться. Славно поговорили.
— Ты должен пойти со мной. Мы все равно тебя найдем.
— Может быть. Ты проболтался. Только с двадцати метров, только с
двадцати.
Хорте скрипнул зубами, вскинул голову. Подловил его этот щенок.
— И еще. — Нэд незаметно достал нож. — Судя по всему, твои игрушки
работают в радиодиапазоне. Так?
— Ну?
— А радиоволны имеют свойство не проходить сквозь железобетонные
стены. Даже если сканер и радиостанция и посылают сигналы «СОС», они не уходят
из подвала. Неужели не заметил, что стены армированы?
Хорте дико огляделся, взгляд зацепил край стального стержня,
торчавшего из стены.
— Ах ты, сука!
Обер-официал рванулся, взлетая на ноги, правая пошла на удар, грозя
пробить живот противника.
Нэд мягко отшагнул, пропуская выпад, и скользнул обратно. Левая рука
схватила ворот куртки Хорте и притянула к себе, а правая ударила ножом в шею.
Кровь хлестнула фонтаном, пятная пол, официал захрипел, ноги сразу
ослабели. Тускнеющие глаза успели отметить невероятно яркий свет, что ударил из
квадрата лаза, а потом все завертелось, поехало прочь, унося вдаль все...
Несколько ударов превратили сканер в хлам. Радиостанция и топокарта
последовали за ним. Куча осколков пластика, микросхем, мелкие детальки усеяли
пол.
Нэд отволок тело официала в угол, установил на груди и ногах две
мины с часовым механизмом — нашел у боевиков Василка, — поставил время — 3
минуты — и спешно вылез из подвала.
...Мощный сдвоенный взрыв поколебал дом, стены дрогнули, с чердака и
крыши полетели кирпичи и черепица. Чуть позже рванули еще три мины, дом
сложился, словно карточный, крыша накрыла развалины огромным зонтиком. Следом
взлетели на воздух машины вместе с содержимым.
Когда через полчаса на хутор въехали четыре джипа с боевиками, они
застали чадящие машины, разрушенные дома и коченеющие трупы. Мертвую тишину
нарушал только клекот голодных ворон и шелест листвы в саду.
— ...Когда он должен был выйти на связь?
— Три часа назад. После сообщения мы подготовили группу. Хотели
выдвинуться ближе к нему, но потом передумали.
— Почему?
— Обстановка... там полно боевиков, дороги забиты, в поселки и
города не войдешь, всюду проверка. Я докладывал...
— Я знаю, что вы докладывали! Меня не интересуют подробности. Меня
интересует, как могло выйти, что начальник оперативно-поисковой группы ушел на
контакт один?
Уверан потер ладонью шею и расстегнул верхнюю кнопку форменной
рубашки.
— Почему вы допустили разделение пар? Почему вы не настояли на
срочном выделении помощи при вероятном обнаружении объекта?
Куратор третьего направления Свард чеканил слова, глядя на
молчавшего обер-официала. Тот уловил паузу в словах начальства и вставил:
— Оперативно-поисковая группа имеет право на независимое
расследование. Мы не можем вмешиваться...
Куратор махнул рукой, сел в кресло и кивнул Сварду. Вид у него был
потерянный, в глазах застыли боль и отчаяние. Но только в глазах.
— Когда вы потеряли сигнал радиостанции?
— Два часа назад. Сигналы сканера, радиостанции и топокарты исчезли
разом. Мы не особо переживали, так как незадолго до этого сигналы тоже уходили,
но вновь появились. А потом как отрезало.
Свард тронул подбородок, машинально разглаживая небольшой шрам. Он
так делал всегда, когда ситуация выходила из-под контроля и не было четкого
плана действий.
Помолчали.
В кабинете было прохладно, кондиционер работал с двойной нагрузкой,
насыщая воздух озоном и влагой. Стереоэкраны показывали мрачный пейзаж ущелья:
серые камни, скудную растительность, быстрых ящериц, что изредка мелькали между
валунами, плотный туман над узкой мелкой рекой, медленно текущей по дну.
На столе стояли несколько тарелок с закуской и фруктами. Рядом
бутылка равитанского белого флапна — розового вина, горько-сладкого,
охлажденного в морозильнике. Уверан выставил любимый сорт куратора, но, видимо,
вино не пригодится. Сварду не до угощения.
— Как проходит поиск? — наконец нарушил молчание куратор.
— Никак. До этого момента результаты сканирования равнялись нулю.
Агреда зафиксировал слабое возмущение поля на юге Зоны, но это могло быть и
фоновое излучение. Мы даже не стали посылать оперативников. Граница с Ламакеей
— бочка с порохом. В любой момент рванет. Особенно теперь...
— Да знаю. Читал я ваши сообщения... — На широкоскулом лице куратора
отразилось нетерпение. Раскосые глаза мигнули. — Где вы фиксировали последний
сигнал?
— Квадрат 3-2. Это центр Зоны. В тридцати километрах от Кахова и
Волковки.
Монитор компьютера высветил карту Зоны. Зеленая точка
запульсировала, над ней возникли буквы. Над входом загорелась панель вызова,
серый прямоугольник двери скользнул в нишу, и на пороге возник помощник
Уверана.
— Прошу прощения. Приват-доцент Агреда просит вас пройти в
лабораторию.
Уверан покосился на начальника, тот упруго встал, демонстрируя
отменную выправку.
— Посмотрим, чем порадует наука...
Приват-доцент — среднего роста сухощавый мужчина лет пятидесяти —
нервно приглаживал пышную шевелюру и то и дело откашливался.
— Кхм... как видите, анализатор упорно показывает негатив
обнаружения. Экспонента графика не дает возможность экстраполировать данные по
осям коорди...
— Господин доцент, нельзя ли обойтись без терминов? Мы и так видим,
что ваша экспонента ни черта не показывает...
— Кхм-кхм... Конечно. — Агреда закашлял сильнее. — Проще говоря, мы
не в силах определить ни местонахождение официала, ни отследить возможные
перемещения... э-э... объекта. Анализатор не ловит их. Единственное, что могу
сказать...
Приват-доцент сглотнул тягучую слюну, с испугом посмотрел на
куратора.
— В общем...
— Не тяните!
— В Зоне кто-то есть.
Уверан фыркнул, виновато покосился на куратора, опустил голову.
Тонкое умозаключение. А то и так не ясно, что на этой планете происходит что-то
из ряда вон выходящее.
Куратор не обратил внимания на обер-официала.
— Конкретнее, уважаемый. Кто-то — это кто?
— Это объект, никаким образом не принадлежащий к флоре здешнего
мира! Кто-то, кто умело скрывает свое присутствие, но при этом выдает общий фон
излучения, отличный от нормального своей плотностью.
Свард достал платок и вытер вспотевший затылок. Умные речи
специалиста ставили в тупик.
— Что вы имеете в виду?
— Из донесений... ваших э-э... агентов очевидно, что общий фон
сканируемых площадей одинаков. Но при этом фон таков на определенной площади.
Простите за тавтологию, но это профессиональная терминология... Плотность фона
по отношению к площади сканирования.
— Я уловил... Выходит, — заговорил Свард, тщательно подбирая слова,
— значения фона зависят от площади сканирования. И если значение одинаково для
разных площадей...
— То на меньшей площади фонит сильнее, — подхватил Агреда,
довольный, что его поняли. — А это как раз показатель присутствия некоего
источника излучения.
Куратор строго посмотрел на приват-доцента и, сдерживая раздражение,
процедил:
— Так почему же вы ни разу не заикнулись об этом в прежних
донесениях?
— Видите ли, — Агреда распрямил спину и взглянул в глаза куратора, —
это мое открытие. И сделал я его три дня назад. Никто раньше не догадался
сопоставить плотность фона и...
— Прошу вас, — перебил его Свард, — в срочном порядке подготовить
распечатку по всей Зоне и указать те районы, где плотность фона наиболее
велика.
— Я могу и так сказать. На двенадцать часов сегодняшнего дня — центр
Зоны, квадрат 3-2 и север Ламакеи. Квадрат 3-5-1. Но там вероятность несколько
ниже.
— Благодарю. — Куратор кивнул Агреде и быстрым шагом вышел из
лаборатории.
Они миновали длинный широкий коридор и встали на повороте. Сард
вызвал своего помощника и скомандовал:
— Лейтина Тумира ко мне. — Повернулся к Уверану: — Кто замещает
Хорте?
— Унтер-официал Ночар.
— И его сюда.
Лейтина Уверан увидел издалека. Огромная фигура в форме офицера
пехотных войск — на плече погон с двумя полосками, на поясе кобура с
пистолетом. Бритая голова, мощная шея, выпирающие скулы и тяжелая челюсть.
— Господин куратор.
— Тумир, подготовьте два книпа и восемь человек десанта.
— Задача?
— Поиск. Возможно столкновение с вооруженным противником. Типы
местного оружия вы, думается, изучили.
— Так точно. Хорошее вооружение. Мало уступает нашему.
— Готовность через десять минут.
К ним подошел унтер-официал Ночар. Встал рядом, слушая куратора. Тот
кивнул на Ночара.
— Унтер-официал пойдет проводником.
— Есть.
Уверан слушал куратора, внутренне холодея от ужаса. Свард задумал
дело, способное поставить на грань провала всю экспедицию. Это прямое вторжение
в чужую реальность. Это грубое нарушение всех писаных и неписаных инструкций.
Это... это война!
Обер-официал едва дождался, когда лейтин и Ночар уйдут.
— Господин куратор! Прошу простить, но это невозможно! Мы
засветимся, едва покинем Ущелье.
Куратор быстро шагал к кабинету, делая вид, что не слышит
подчиненного.
— Книпы обнаружат со спутников. Столь необычная техника вызовет
интерес и у Ругии, и у Америки. Америка ладно, но Ругия захочет выяснить, что
это такое. Они вышлют десант.
— Не успеют...
— Да от Мегара до Зоны двадцать минут лету! Они высадят здесь
батальон!
Куратор замедлил шаг, повернулся к Уверану. На лбу залегла складка,
глаза потускнели.
— Двадцать минут? Что у них за машины?
— Вертолеты. Э-э... Ка-50, Ка-52. Эта штука по вооружению
превосходит книпы. Разнесет в два счета.
— Дьявол! Я забыл, что мы не на... Что у нас есть из трофейной
техники?
— Джипы. Хорошие машины, быстроходные.
— Пусть джипы. Готовьте группу захвата. Замаскируйте как надо.
Куратор вперил взгляд в Уверана.
— Мы должны найти Хорте живого или мертвого! Мы должны знать, что
здесь происходит! Если надо, мы прочешем эту чертову Зону вдоль и поперек.
Потому что против нас могут играть господа с Датлая или Равитана!
— Если позволите, господин куратор... Я активизирую нашу агентуру. У
нас есть связи среди боевиков. Они помогут в поиске, но работать будут,
разумеется, втемную.
— Хорошо. — Куратор кивнул, глянул на часы. — Пошли. Я хочу
отправить сообщение в Управление. Возможно, придется готовить план вторжения.
Ах, черт, как не вовремя!
«И не к месту, — подумал Уверан. — Совсем не к месту...»
Ночь их застала неподалеку от разрушенного моста через Сталаш.
Огромный багровый диск солнца исчезал за далекими, покрытыми лесом холмами. С
противоположной стороны неба по чернеющему небосклону катил растущий месяц в
окружении едва заметных звезд.
Оскар остановил «маног» на обрывистом берегу и посмотрел на сидящего
рядом Мечислава.
— Что случилось?
— Впереди Дологон. Что будем делать?
Мечислав не ответил, пристально вглядываясь в даль. Хлопнули дверцы
«днапра», из машины вылезли репортеры и подошли к «маногу».
— Дологон... Никогда не видел, только читал, — сбил кепку на затылок
Рэм и сплюнул под ноги.
Дора зябко поежилась, обхватила узкие плечи руками.
— Страшно... Как кладбище.
Оскар хмыкнул, покосился на девушку, чуть ворчливо сказал:
— Мы по этому кладбищу раз десять проезжали. Ничего особенного. И
нет там никого. Ни людей, ни кошек, ни собак бродячих. Даже крыс и тараканов
нет. Вообще пусто.
— Все равно... Брошенный город. Помнишь, нам старик рассказывал?
Вопрос был адресован Тиму, но тот промолчал, поднял трофейный
бинокль к глазам и навел его на город.
Дологон в лучах закатного солнца выглядел особо мрачно и неуютно.
Развалины, развалины, развалины. Ни одного целого строения выше второго этажа,
ни одной нормальной дороги, ничего живого.
...Двадцать лет назад в красивом уютном городе с населением не менее
ста тысяч человек отходившие под напором правительственной армии мятежники
устроили опорный пункт. Северная окраина с многочисленными старинными
строениями, разветвленной сетью подземных ходов стала центром обороны. Гряда
невысоких холмов затрудняла использование танков и бронетехники, изгиб реки
гарантировал защиту от внезапного удара во фланг. Удобное место, мятежники этим
воспользовались, разместив в самом городе тыловые части. Дологон должен был
задержать наступление противника на то время, пока по реке Маног будет
построена масштабная оборона, способная надолго задержать врага.
Силы у обеих сторон к тому времени изрядно истощились,
правительственная армия не могла с наскока взять город, а обходить и оставлять
в тылу хорошо вооруженный гарнизон посчитали опасным. И тогда в дело вступила
стратегическая авиация. В течение суток город подвергался бомбардировке. Цепь
укреплений была стерта с лица земли. Дологон разделил ее судьбу. Гарнизон
перестал существовать, а вместе с ним и двадцать тысяч мирных жителей.
Относительно мирных, так как там остались только те, кто поддерживал мятежников
и так или иначе помогал им.
Пока авиация ровняла город с землей, авангардные части проскочили
оборону и вышли в тылы армии мятежников. Часть бомб была снаряжена отравляющим
веществом нового поколения, убойный газ действовал в течение сорока минут,
после чего распадался на безвредные составляющие. Но все равно все считали
город зараженным. С тех пор в городе никто не жил...
— Что будем делать? — спросил Тим. — Надо где-то заночевать. В
городе?
— Можно, — ответил Оскар. — Там и правда никого нет. Шастают иногда
парни, но только проездом. И никакого яда в воздухе, факт.
— Я не засну, — пожаловалась Дора. — Мне мертвецы сниться будут.
Мечислав погладил раненую ногу, повернулся к заднему сиденью.
— Ты как, Нэд? Нэд!
— У?
— Очнись, приятель! Говорю, что делать будем? В городе ночевать или
здесь где-нибудь место поищем...
Нэд глубоко вздохнул, глянул на небо.
— Вечер...
— Ночь уже.
— Да. Давайте в город. Там хоть развалины есть. А здесь чистое поле.
— Ну да. Не боишься в Дологоне ночевать?
— А что там?
Оскар рассмеялся — за последними событиями уже забыл, что Нэд
потерял память.
— Только как туда попасть? — Нэд окинул взглядом изломанные,
покрытые ржавчиной балки моста и зияющую пустоту вместо настила.
— Метрах в ста брод. На дно накидали камней, глубина меньше
полуметра. Едем?
— Давай, — махнул рукой Тим.
— Тогда за мной, след в след.
Оскар включил мотор, и джип медленно покатил вниз с обрыва по едва
видимой в темноте дороге, заросшей травой. Они проехали мимо водонапорной башни
на самом краю города — теперь это груда кирпичей — и свернули к развалинам
домов. Слева и справа разрушенные строения, вдоль дороги искореженные остовы
машин, погнутые и вырванные из земли столбы, черные пеньки сгоревших деревьев,
разрушенные скверы и фонтаны...
Узкая дорога, проложенная рядом с побитым и искореженным асфальтом,
петляла, ныряла вниз и взлетала вверх, фары машин то освещали небо, то
утыкались в землю.
Решив не забираться в темноте далеко в город, беглецы выбрали
относительно уцелевший дом — первый этаж цел, а второй с тремя ополовиненными
стенами.
Машины загнали во двор — узкий промежуток между тремя огромными
грудами битого кирпича, обломков бетонных блоков и взрыхленной земли.
На первом этаже разожгли костер. Доре доверили готовить ужин из
продуктов, отобранных у бандитов Эрика. Оскар, Тим и Рэм отправились за дровами
и водой. Нэда с общего молчаливого согласия не трогали. Он и так поработал...
Мечислав сидел на мягкой подстилке, взятой из машины репортеров. Щурил глаза,
глядя на пляску пламени костра, и кидал озабоченные взгляды на Нэда. Тот сидел
рядом, неотрывно смотрел на огонь, сложив руки на коленях. Глаза пустые,
бездумные.
С того момента, как они выехали с хутора, найденыш не произнес ни
слова. Сидел на заднем сиденье джипа и смотрел в сторону. Мечислав терялся в
догадках, пытаясь сообразить, что такого рассказал ему пленник, если Нэд впал в
ступор.
Когда вылез из подвала, его энергия била ключом. Самолично взорвал
дом, осмотрел оставшиеся машины, каждую заминировал, даже свой «котон» с
купленными пулеметами, быстро проверил трупы, выбрал автомат, магазины, вернул
свой «стечкин». Собранные деньги и ценные вещи загрузил в объемную сумку, кинул
в джип и скомандовал убираться к чертовой матери с хутора. Именно скомандовал.
И все подчинились. Репортеры понятно, они едва соображали после переделки.
Мечислав тоже ясно — ранен, да и не станет возражать — приятель Нэда. А Оскар и
не заикнулся. Хотя боевик, помощник Дижа, вроде как старший. Промолчал, сел за
руль и повел джип прочь от хутора. Понял, что не время спорить.
С того момента у Нэда речь словно отнялась. Маленький караван катил
сам по себе, даже не особо выбирая дороги. Подальше от страшного места и
возможных визитеров. Пока не занесло сюда.
Мечислав подсел ближе к Нэду и тихо, чтобы не услышала Дора,
спросил:
— Что с тобой?
Тот молчал. Мечислав толкнул в плечо, Нэд повернул голову, в глазах
пляшут огоньки, скулы свело судорогой, камни желваков застыли под кожей.
— Чего молчишь?
— Я?.. Да так.
— Заболел? Или контузило?
— Можно и так сказать... — Нэд разлепил губы, горько усмехнулся.
Лицо исказила мрачная гримаса.
— Что тебе наговорил тот бандит? Он твой знакомый?
— Нет... не совсем. — Нэд очнулся, осмысленно посмотрел на
Мечислава. — Вернее, совсем не знакомый. Просто... поговорили. Не бери в
голову. Как твоя нога?
— Никак. Дора молодец, обработала, перевязала. Сквозная, что ей
станется. Главное, кость не задета.
— Тебя надо к врачу. Может быть заражение.
Мечислав отмахнулся:
— Не помру. Температуры нет, значит, заражения не будет. Ты мне зубы
не заговаривай! Я про тебя говорю. С тобой что такое?
Нэд глубоко-глубоко вздохнул, словно выгоняя из себя душившую боль,
легко встал. Натужно улыбнулся, хлопнул Мечислава по плечу.
— Все ништяк. Все будет хорошо!
Дора заварила в шести пластмассовых кружках бульон из пакетиков,
наделала бутербродов, разлила чай. Уставшие, обессиленные беглецы в два счета
уничтожили не слишком обильный ужин и теперь отдыхали. После изматывающего дня
наступило что-что вроде отупения. Сидели вокруг костра, смотрели на огонь,
жмуря глаза, когда выстреливал уголек. Первым нарушил молчание Тим.
— Надо двигать домой. Неровен час на кого-нибудь нарвемся.
Рэм согласно кивнул, добавил:
— Что-то в Зоне совсем неспокойно стало. Раньше хоть не нападали
так, из-за угла. Все договоры нарушены. Не знаешь, где налетишь...
— Лучше переждать денек, — вставил Мечислав. — Те, кто устроил
налет, притихнут. Люди Эрика влезли не на свою территорию, искать нас не будут.
Уберутся восвояси.
— Опасно. Дологон не лучшее место для посиделок.
— Зато никто искать здесь не будет. А вас в Зону силком не тащили,
сами напросились. Надо же так сглупить, лезть в пасть зверю, да еще с
девчонкой.
Против обыкновения Дора не стала спорить, возмущаться. Сидела молча,
глядела то на огонь, то на Нэда. Тот привалился спиной к стене и смотрел в
даль, в глазах плясали яркие огоньки пламени.
— А ты что скажешь? — спросил Мечислав Оскара. Тот нахмурился,
недовольно засопел.
— Я поеду в Кахов. Вы как знаете, а меня ждут. Надо Виконту
рассказать, что с грузом и людьми произошло.
— Да брось. Думаешь, ему сейчас есть время вами заниматься? Не
видишь, в Зоне началась война?! Пошел передел.
Оскар сжал кулаки, выругался под нос, глянул исподлобья на
Мечислава.
— Я теперь тебе не указ. Хоть ты и вольную не получил, но и рабом не
остался. Иди куда знаешь.
— Вот спасибо! — горько усмехнулся Мечислав. —
Облагодетельствовал... Пленником я был, но рабом нет. Даже когда в «забой» по
вашему приказу выходил.
— Ты гладиатор? — встрепенулся Тим. — А как же?..
Мечислав скривил губы, покачал головой.
— Что значит — репортер! Даже сейчас за сенсацией гоняешься!
— Зябко... — подала голос Дора, повела плечами. Тим подал ей куртку,
протянул кружку с чаем.
— Что чай. Ты лучше это выпей. — Мечислав передал ей фляжку,
отобранную у Радко. Вернее, снятую с трупа. Во фляжке был коньяк.
Дора глотнула, закашлялась, из глаз потекли слезы. Она вытерла их
ладонью, повернула голову к Нэду.
— А ты что скажешь?
Тот словно не слышал, все смотрел перед собой. Лицо окаменело, губы
сжаты. Рука машинально трет бороду, легкий треск волос едва слышен в тишине.
Наконец глаза ожили, скользнули вниз, нашли Дору. Глухой, безжизненный голос
прохрипел:
— Надо уходить из Зоны. И как можно быстрее.
— Почему быстрее? — поинтересовался Тим.
— Надо уматывать со всех ног. Иначе хана... — словно не слыша
вопроса, повторил Нэд. — Не то...
Он оборвал себя на полуслове, осмысленно взглянул на сидящих и едва
заметно улыбнулся.
— Что-то задумался.
— Оно и видно. Почему такая срочность?
— Да так. Оскар, сколько до границы Ругии?
— Километров сорок.
— А до Ламакеи?
— Чуть больше. Мы почти в центре Зоны. Кахов, Стурун, Сухан — до
каждого не больше двадцати километров.
— А до Ущелья?
— Тридцать пять–сорок.
Нэд вздрогнул, в глазах мелькнул испуг.
— Надо уходить.
— Сначала надо выспаться, — перебил Мечислав. — Пугать друг друга
будем утром. На свежую голову.
— Угу. Вы ложитесь, я покараулю. — Нэд встал, потянулся, подхватил
автомат. — Посижу в соседней комнате. А костер лучше огородить досками, чтобы
не светил. Издалека видно.
— Кому мы нужны? — проворчал Тим, но послушно заслонил огонь тремя
листами фанеры.
Сразу стало темнее, только на потолке остался неровный круг отсвета
пламени.
Тишина царила в мертвом городе. Мертвая тишина. Не пели кузнечики,
не лаяли собаки, не рассекали воздух ночные птицы. Не слышно голосов людей, не
гремят моторы машин, не слышно даже стрельбы — непременного атрибута Зоны.
Мертвый город хранит покой заброшенного кладбища. В небе чертит гигантскую дугу
месяц да подмигивают звезды. Земля погружена во тьму, ни огонька вокруг. Слабый
свет растущей луны едва пробивает мглу и теряется среди ночи. Первобытная
темень, не нарушаемая ничем живым.
Глаза быстро привыкли к темноте и вполне отчетливо различали
предметы на расстоянии десяти–двадцати метров. Уши ловили малейшие звуки,
натянутые нервы чуяли колебания воздуха.
В соседней комнате еще не заснули, кто-то вздыхал и устраивался
поудобнее, кто-то негромко звенел посудой.
Нэд сидел в углу комнаты на фанерном листе, держа автомат на
коленях. Отсюда хорошо видна улица и часть бывшего квартала. Сон не шел, да и
не скоро придет. Взбудораженные нервы не знали покоя, в голове несметными
табунами проносились мысли.
«Не врал он. Не мог врать, не было смысла. Такое плести при допросе,
это ни в какие рамки не укладывается. Инопланетянин... пришелец с других
миров... бред. Блин, ну бред же!.. Как поверить, если обычный человек заявляет,
что он пришел из другого мира, чтобы отыскать другого пришельца, из третьего
мира. Сколько же миров всего? И я, выходит, тоже пришелец. Пришел сюда, дабы...
Дабы?..» Нэд мучительно напряг память, но там тишина как в городе — мертвая.
Отчаявшись что-либо понять, он стиснул зубы и замотал головой. Нельзя,
невозможно поверить, что существуют пришельцы, инопланетяне, всякие там миры,
другие планеты. Это фантастика, вымысел, не бывает, не бывает...
Нэд почти не помнил дорогу из хутора в Дологон. Мозг милосердно
отключил сознание, и он сидел, словно во сне, глядя пустыми глазами на дорогу.
Сейчас подкатывало такое же состояние. Осознание невозможного приводило в
действие предохранитель в голове, и тот вырубал мозги, дабы не перегорели.
Нэд задышал глубже, ровнее, вентилируя легкие и выгоняя очумелость.
Напряг и распустил мышцы тела, повторил, чувствуя, что паника и оцепенение
отступают. Стало легче, свободнее, словно скинул с плеч груз.
«Только факты! Некто вел на меня охоту, для чего нанял бандитов.
Поймал, чтобы отвезти на некую базу. Цель — вызнать, откуда я здесь.
Представился выходцем из параллельного... нет, расходящегося мира.
Доказательства — аппаратура поиска, связи и определения местонахождения. И
оружие. Все действующие, реальное. Таких я раньше не видел, по крайней мере не
помню, хотя память на технику сбоя не дает. Что еще? Место базирования — Ущелье
Белых Духов. Действительно — самое страшное место Зоны. Все обходят гиблое
место, хотя это самая короткая дорога. И водители что-то подобное говорили, и
слухи ходят нехорошие. Сил и средств у пришельцев хватает, но они опасаются
действовать в открытую. Но охоту не прекратят. Отсюда вывод — надо очень быстро
отсюда уезжать. Пока не влип снова».
Где-то на горизонте далеко за рекой блесну
...Поділитися у соцмережах
