Жанр: Электронное издание
moscsaga
...- корячиться с огромным, как дедовские кабинетные часы,
приемником на руках, видеть, что на улице его ждет жена... Значит, оба живы, оба
снова вместе, лишь только меня с ними нет, лишь только я погиб без остатка!
Нагоняющий ужас на всю Карантинку Фомочка-Ростовчанин вдруг содрогнулся в
мгновенном рыдании.
Митя, разумеется, не мог знать, что всего лишь за неделю до этой встречи
его приемный отец был выпущен из магаданской тюрьмы "Дом Васькова". Не более
полугода после воссоединения Кирилл и Цецилия наслаждались своим "раем" в
завальном бараке на окраине Магадана. В городе шли неспешные методичные аресты
бывших политических. Обсуждая очередной арест, знакомые интеллигенты приходили к
выводу, что вся кампания идет в строго алфавитном порядке: Антонов, Авербух,
Астафьев, Барток, Батурина, Берсенева, Бланк, Венедиктов, Виноградова, Вольберг...
"Вчера взяли Женю Гинзбург, - как-то сказал Степан Калистратов, - так что скоро
твоя очередь, товарищ гражданин Градов, готовь, Цилька, узелок с "Кратким курсом
истории ВКП(б)", ну, а до меня ещё полдюжины букв, так что погуляем".
От пристрастия к алкоголю имажинист в лагерях почти излечился, зато
приобрел склонность к каким-то порошкам и таблеткам, вызывавшим, как он
утверждал, исключительно оптимистическое и юмористическое восприятие
действительности.
- Перестань болтать глупости, Степан! - тут же атаковала его Цецилия. -
Какие ещё алфавитные аресты?! Что за вздор? Этот юмор висельника по отношению к
законам великой страны по меньшей мере неуместен! Вот ты можешь поплатиться за
свой язык, а нам с Кириллом до этого никакого дела нет!
Они действительно жили с каким-то странным ощущением, что теперь, после их
встречи, все должно налаживаться: жилищные условия, снабжение, культурный
уровень населения, международная обстановка, даже климатические условия. Кириллу
удалось устроиться в кочегарку горбольницы и оторваться, таким образом, от
лагерного мира и хамской вохры. Цецилия почти сразу активно включилась в график
Дома политпросвещения, принялась окармливать население теоретическим анализом
развала мировой империалистической системы на фоне нарастающей борьбы народов за
мир и социализм в обстановке быстро приближающегося окончательного триумфа.
Руководство Дальстроя МВД СССР, очень довольное приездом вольнонаемного
теоретика, благодаря которому так резво заполнялись клеточки Политпросвета,
обещало товарищу Розенблюм хорошую комнату в доме № 14 по Советской, которая
вскоре должна была освободиться, поскольку там доживала свои дни гражданка с
неоперабельной формой легочной болезни.
Пока что жили в "раю". Стенка дышала в унисон с дыханием и прочими
отправлениями тамбовского мятежника. Когда Кирилл уединялся и начинал что-то
шептать у своего францисканского алтарика, Цецилия шумно перелистывала страницы
"Анти-Дюринга" или "Материализма и эмпириокритицизма", восклицала: "Как
глубоко!" - или: "Кирилл, ну вот послушай: так называемый "кризис в физике" есть
лишь выражение несостоятельности идеализма в истолковании нового этапа в
развитии науки". Очень часто после таких "противосидений" они сталкивались в
споре, причем всякий раз, сходясь в середине, ибо больше и негде было сойтись,
обжигали головы об электрическую лампочку.
- Да ведь ещё со времен Демокрита, со времен Эпикура известно, что материю
никто не создал! - кричала Цецилия. - Мир от начала и до конца познаваем!
Кирилл амортизировал её наступательные, пышущие яростным партийным огнем
дирижабли буграми своих ладоней.
- Кому это известно, Цилечка? Как это может быть известно? Что это значит
"не создал"? Скажи мне, что такое "начало"? Что такое "конец"? А если ты
бессильна перед этими вопросами, как ты можешь сказать, что мир познаваем?
В таких вот поединках проходили часы под вой гиблого колымского ветра и
визги из коридора, причем, как читатель, безусловно, заметил, Цецилия фехтовала
восклицательными знаками, Кирилл же отбивался вопросительными. "Эй, Наумовна,
Борисыч, кончайте базарить, идите щи хлебать!" - кричала из-за перегородки
посетительница вендиспансера по графе "хроники" Мордёха Бочковая.
В том "раю", где они жили, почти каждый вечер бабы на общей кухне
вцеплялись друг другу в космы, норовили острых щепок набросать в варево, детки -
иные с сифилитическими или туберкулезными свищиками - день-деньской носились по
завальному коридору, одержимые одним лишь только разрушительным инстинктом. В то
же время в дальнем конце, за гальюном, жил ангел созидания, некий старичок
одессит, дядя Ваня Хронопулос, у которого даже десятилетний срок не отбил охоту
творить шедевры - то скрипочку прекрасной наружности соорудит из затоваренных
ящиков, то шкатулку-сигаретницу с музыкой "Венского вальса"; но больше всего
старался дядя Ваня Хронопулос по части патефонов, радиол и приемников. У него-то
Кирилл как раз и купил тот грандиозный радио-дом, который мы уже видели
несколько страниц назад при выносе из ремонтной мастерской. Мастерская же нам
понадобилась для упоминания о том, что, пока Кирилл повторно в тюрьме сидел,
магаданская гэбэ прокатилась уже по всему алфавиту, загребла и букву "X",
которая в силу своей отдаленности довольно долго помогала дяде Ване крутить
отверточкой, пилить лобзиком, паять лампочкой, то есть наслаждаться своей
"райской жизнью" под сенью Хроноса.
Покупая ламповый приемник марки "Дядя Ваня Хронопулос"; Кирилл, конечно,
ни сном ни духом не предполагал, что когда-нибудь из этого самодельного ящика
вдруг сквозь треск электрических разрядов проклюнется и окрепнет чисто русская
православная молитва. Оказалось, радиостанция такая имеется - "Голос Америки",
направленная на слушателей в Советском Союзе, и вот на волнах именно этой
империалистической радиостанции читал русскую молитву сан-францисский
проповедник.
Как ни странно, скрытая в нелепом ящике вражеская радиостанция не вызвала
никаких возражений со стороны Цецилии Наумовны. Напротив, она теперь нередко, не
отрывая глаз от первоисточника, бросала ворчливо: "Ну, включи!", услышав же
рекламный и как бы глянцевитый призыв: "Слушайте "Голос Америки", слушайте голос
свободного радио!", усмехалась с притворной издевкой, "свободного!", ну, а потом
уже не отрывала от сводки чуткого уха.
Когда Кирилла забрали прямо из горбольницы и привезли на допрос похожий на
дворянскую усадьбу особнячок гэбэ, он был уверен, что уж радио-то обязательно
выплывет среди обвинений. Однако похоже было на то, что гэбисты даже и не
слышали о могучем ламповом сооружении. Монотонно и бесстрастно повторяли они
пункт за пунктом обвинение 1938 года: участие в контрреволюционной троцкистскобухаринской
организации, попытки дискредитировать политику советского
правительства путем протаскивания вредных идеек через печатные органы и так
далее. "Да ведь я уже десять лет за это отсидел", - слабо возражал Кирилл. "Не
будь слишком умным, Градов, - говорили на это следователи. - Давай подписывай
все заново, ты же опытный, знаешь, что будет, если сразу не подпишешь". Им явно
не хотелось его лупить: как видно, никакого аппетита у них не вызывал этот
жилистый, морщинистый, лысовато-седоватый смиренный истопник. На этот аргумент у
него не было даже слабых возражений, и он все подписывал заново. "Вот я и
возвращаюсь к своей сути, - спокойно думал он, - а суть моя не в теплой хавире с
женой сидит, не московскими сладостями угощается, а в колоннах зековскм бредет,
за баландой стоит, от цинги пухнет. Господи, укрепи!"
Цецилия же Наумовна была потрясена вторым арестом мужа, может быть, не
меньше, чем первым. "За что, за что", - шептала она в ночи, в отчаянии сжимая
свои груди. К кому же я обращаю этот вопрос, думала она. Если к ним (впервые так
подумала о власти трудового народа: они), то теперь-то вроде хоть немного, но
есть за что: все-таки "религиозником" стал, иностранное радио слушает... Однако я,
кажется, вовсе не у них вопрошаю, а у чего-то ночного, молчаливого, всезнающего...
Надо радио это проклятое разломать, стащить на помойку, по утрам с яростью
думала она и уже заносила молоток над изделием Хронопулоса, однако тут же
обнимала проклятую штуку и обливала её слезами: ведь вместе же, вместе с любимым
по вечерам под вой норд-оста слушали эти странные несоветские голоса из
нереального мира!
А вот не буду выбрасывать, а вот, наоборот, буду слушать так же, как и с
Кирилльчиком моим слушала!
Снова у ворот тюрьмы, снова с кульками и мешочками, с той только разницей,
что очереди здесь не такие длинные, как в Лефортово, да и передачи принимают без
проволочек. И снова письма, пространные заявления, только теперь уже не в
Контрольную комиссию ЦК (как-то нелепо в ЦК просить за "религиозника"), а в
Дальстрой, в МВД, министру Государственной безопасности товарищу Абакумову.
Однажды в главном продмаге Магадана, в очереди за чаем, она увидела Степку
Калистратова, который в ожидании ареста вдруг стал поражать местное население
элегантностью туалета: мягкая шляпа, пальто с каракулевым воротником, шарф,
переброшенный через плечо, трость, то есть абсолютно та же сбруя, в которой
фигурировал когда-то на знаменитом снимке вместе с Мариенгофом, Есениным,
Шершеневичем и Кусиковым. Цецилия бросилась, забарабанила кулачками по драповой
спине:
- Ты, Степка, накликал беду! Это ты, ты говорил о посадках по алфавиту!
Он обернулся, сама светская любезность, настроение великолепнейшее: верная
комбинация кодеина с папаверином!
- Графиня Цецилия прекрасней, чем лилия!
Подцепил её под руку и вдруг жарко шепнул в ухо:
- Стали выходить!
- Что ты говоришь? Кто? - ахнула она.
- Наши! Уже на "А" вышло несколько человек, на "Б", даже на "В"... а сегодня
- сенсация, выпустили Женю Гинзбург... Так что: не унывай, Цецилия, откроется
Бастилия!
Беспутный поэт, как ни странно, опять оказался прав. Не прошло и пяти
месяцев со дня посадки, как Кирилла, все с теми же скучающими ряшками, с
гэбэшной псевдольвиной зевотинкой, выпустили, оформив, как и всем другим
"алфавитчикам", "вечную ссылку" в пределах семикилометрового радиуса вокруг
города Магадана.
После этого, как ни странно, все как-то быстро наладилось. Чета Градов и
Розенблюм даже обрела некое чувство стабильности: "вечная ссылка" - это все-таки
статус! Цецилия даже испытала некоторое удовлетворение. Как-то солиднее сказан,
"мой муж - ссыльный", чем "бывший заключенный". Все-таки и Ленин Владимир Ильич
был в ссылке в селе Шушенском, и даже великий вождь народов Сталин Иосиф
Виссарионович был сослан в Туруханский край, откуда, наподобие легендарного
Полтора-Ивана, дерзновенно бежал. Кирилла приняли на прежнее место работы,
Цецилии повысили лекционную станку. В скором времени освободилась комната в доме
№ 14 но Советской, и вот тут начался совсем волшебный, почти идиллический период
их жизни - переезд на новую квартиру, и которой кроме них жили всего лишь две
семьи, где стены почт не пропускали даже умеренно громких звуков, вроде, скажем,
мелодичного храпа билетерши Дома культуры Ксаверии Олимпиевны, где у них была
даже своя собственная конфорка на газовой плите и ограниченный только лишь
очередностью доступ в теплые места общего пользования.
Вот именно к этому дому и завел себе привычку в темноте приходить гроза
Карантинного лагпункта Фомочка Запруднев-Ростовчанин, он же Дмитрий Сапунов,
волчонок кулацкого последа, найденный или пойманный 21 год назад молодыми
активистами коллективизации Градовым и Розенблюм. Да что им я, думал Митя,
присев на лагерный манер за трансформатором на корточки, одна рука локтем на
колено, другой подбоченившись, смоля в рукаве папироску за папироской, они обо
мне и думать забыли. Приемный сын - это даже не седьмая вода на киселе, вообще
никакого киселя, одни благородные побуждения. Пропал мальчонка на войне, и дело
с концом, эх, батя, батя, эх, мамочка моя Цецилия...
Как всегда, стало очень жалко себя, и он подумал, что это, может быть,
главная причина, по которой он себе позволяет короткие бдения за
трансформаторной будкой на краю земли под окнами своих приемных родителей:
жалость, слабость, сопля смешивается со слезой перед тем, как все выхаркивается,
и снова встает на задние лапы этот человекоподобный волк, я.
Он вышел из-за будки и пошел прочь от дома посередине улицы, как это часто
делали по ночам и другие магаданцы, поскольку легковое автомобильное движение
было в те годы в этих краях до чрезвычайности мало развито. Под одним из фонарей
в начале улицы, где за воротами Парка культуры виднелся с поднятым семафором
слишком длинной руки памятник Ленину, появились две кургузые фигуры с авоськами.
Он сразу же понял, что это они, родители. Прыгнул в сторону, через кювет,
прижался к стене за выступом какого-то здания. Кирилл и Цецилия медленно
приближались, переходя из освещенного пятна в темноту и снова появляясь в
следующем освещенном пятне. Уже слышны были их голоса. Они вели, по обыкновению,
философскую дискуссию: позитивное мышление воевало обскурантизм. Цецилия
кипятилась:
- Знаешь, Кирилл, ты смотришь на вселенную, как неграмотная крестьянка!
Как будто ты проспал всю эпоху Просвещения!
Кирилл петушился:
- Твое так называемое Просвещение, Циля, не имеет никакого отношения к
тому, о чем я говорю! Просвещение и Вера существуют в разных измерениях!
Понимаешь, в разных измерениях!
- Тебе изменяет логика! Ты видишь только тупики! - кипятилась Цецилия.
- Это не просто тупики! Это знаки наших пределов! Сказано ведь, что нельзя
объять необъятное! - петушился Кирилл.
Цецилия докипятилась до хаотического бурления.
- А ваша жена ещё объятная, Кирилл Борисович!
Кирилл допетушился до объятия с двумя авоськами на крыльях, как будто для
того, чтобы не взлететь. Митя, между прочим, был прав: они его редко вспоминали,
но совсем не по причине чужеродности. Слишком увлеченные друг другом, они вообще
никого не вспоминали.
В этот момент Митя, подчиняясь непонятной какой-то, неподконтрольной тяге,
вышел из своего укрытия и спросил измененным хриплым голосом:
- Эй, товарищи, огонька не будет?
Супруги передернулись.
- Что вам нужно?! - резко выкрикнула Цецилия, одним плечом как бы уже
защищая Кирилла.
- Пожалуйста, товарищ, пожалуйста! - Кирилл отодвинул супружницу, вынул
спички из кармана, зажег одну и протянул прохожему огонек в ладонях. Ветер дул
меж пальцев, однако Митя успел прикурить. Спичка погасла, но он не сразу
оторвался от заскорузлых ладоней. Он успел ещё раз затянуться, чтобы в
мгновенном красном мерцании увидеть, наверное, в последний раз линии судьбы
своего отца.
АНТРАКТ III. ПРЕССА
"Тайм"
26-этажное здание, сооружаемое в Москве на Смоленской площади, выглядело
бы обычно на Манхэттене, однако для Европы - это колосс.
Великолепные станции метро построены на московском подземном кольце.
Перед футбольными матчами к стадиону "Динамо" съезжаются сверкающие
автомобили, принадлежащие в основном советской коммунистической элите.
Западных дипломатов в Москве поражает мрачная осторожность и
отстраненность второго человека в стране, господина Маленкова. Ожиревший,
агатовоглазый, с восковым лицом, Маленков источает смутную угрозу. "Если бы я
знал, что меня будут пытать, - сказал недавно один бывший посланник, - Маленков
был бы последним из всех членов Политбюро, которого я бы выбрал для этого дела".
Всех поражает исчезновение молодого члена Политбюро Николая Вознесенского.
Недавно вышедшая книга по истории не упоминает его имени в списке членов
Политбюро военного времени. Невольно вспоминается "Министерство правды" Джорджа
Орвелла.
"Правда"
...Продолжается поток приветствий в связи с 70-летием товарища И.В.Сталина.
Трудящиеся обращаются к вождю с сердечными пожеланиями доброго здоровья и долгих
лет жизни.
"Известия"
Подразделения Народной армии Кореи в тесном взаимодействии с частями
китайских добровольцев потопили один эсминец противника, производивший обстрел
окрестностей Вонсана.
"Советский спорт"
На ежегодных таллинских соревнованиях мотоциклистов в классе машин до 750
куб. сантиметров первым финишировал В.Кулаков (спортклуб ВВС МО).
"Правда"
Глава иранского правительства Моссадык призвал к продолжению
антиимпериалистической "священной войны за нефть".
...На ежегодном празднике "Юманите" в Венсенском лесу в воздух поднялись
сотни белых голубей. Трудящиеся скандировали: "Фашизм не пройдет! Мир победит
войну!"
Юрий Жуков (из Парижа)
"Тайм"
В 1936 году нацистское министерство пропаганды утвердило "движение по
очищению языка", то есть германизацию многих обиходных слов и выражений. "Радио"
превратилось в "рундфунк", "телефон" в "ферншпрехер", "автомобиль" в
"крафтваген". Теория относительности знаменитого беженца из нацистской Германии
Альберта Эйнштейна стала именоваться "беуглихкайтсаншауунггезетц". На прошлой
неделе коммунистическая матушка-Русь вступила на тропу, проторенную Геббельсом.
Академия наук приняла решение о тщательной русификации русского языка.
"Партизан ревю"
Противоречия возникли вокруг филологической системы, основанной покойным
Николаем Марром, который выступал за единый универсальный, не обязательно
русский, язык мирового коммунизма. Оставалось только ждать, на кого обрушится
топор. Вскоре в "Правде" появилась бомба, статья самого Сталина, разрушившая
"фальшивую" теорию Марра и расставившая все по своим местам.
"Правда"
Повышать уровень советского киноискусства! Все советские киноработники
помнят слова товарища Сталина: "Обладая исключительной возможностью духовного
воздействия на массы, кино помогает рабочему классу и его партии воспитывать
трудящихся в духе социализма, организовывать массы на борьбу за социализм,
подымать их культуру и политическую боеспособность". Вышел в свет 8-й том
сочинений В.И.Ленина на узбекском языке.
"Культура и жизнь"
Болгарская киностудия закончила съемки нового фильма "Слава Сталину!". В
фильме отображена безграничная любовь болгарского народа к знаменосцу мира во
всем мире товарищу Сталину.
...Творческие провалы и неудачи некоторых кинематографистов происходят
прежде всего оттого, что они забывают постановления партии по вопросам
литературы и искусства. Особенно это сказалось на производстве таких
посредственных картин, как псевдонаучный фильм "Человек идет по следу".
И.Большаков, министр кинематографии СССР
"Нэшнл энд Инглиш Ревю"
Советы, может быть, смогут начать "блицкриг" на германский манер, но они
совершенно не в состоянии без ленд-лиза выдержать продолжительное наступление.
Условия, в которых живет большинство русских, хуже, чем все, что я видел в
беднейших кварталах Неаполя или Дублина.
Что мы можем противопоставить сейчас немыслимому напряжению в Европе?
Безусловно, перевооружение, но кроме того, укрепление "железного занавеса".
Творческая активность России, застрявшая целиком в двадцатых годах, вскоре
окончательно остановится. Все новое, что там появляется, включая атомную бомбу и
истребитель МиГ, западного происхождения. Творческая энергия великого народа под
влиянием большевизма идет на убыль.
Отрезанный от Запада, СССР постепенно настолько отстанет, что уже не
сможет начать войну.
Русские не будут о нас хуже думать в результате жесткой политики, ничто
уже не сможет сделать их более враждебными к нам, чем они есть сейчас. Может
быть, впоследствии они будут думать о нас лучше.
Тоунсенд Рестон.
"Правда"
ВОСПИТЫВАТЬ КАДРЫ В ДУХЕ НЕПРИМИРИМОСТИ К НЕДОСТАТКАМ!
Слово в песне. Советский народ привык жить под знаком того, что "нам песня
строить и жить помогает..." В последнее время созданы чистые, проникновенные песни
на слова М.Исаковского "Ой, туманы мои растуманы", "Катюша"... Большой песенный
дар проявляет А.Сурков: "По военной дороге", "Стелятся черные тучи"... Всем
помнятся песни Лебедева-Кумача "Песня о родине", "По долинам и по взгорьям"
С.Алымова, "Каховка" М.Светлова.
Однако в этой области подвизается немало деляг. Хочется спросить некоторых
композиторов, задумывались ли они над тем, какой словесный хлам они подчас
кладут на музыку?.. В этой связи не могут не вспомниться пустые, разухабистые
тексты Я.Зискинда, Масса и Червинского, Дыховичного и Слободского... С.Фогельсон
оскорбляет традицию некрасовского стиха...
"Тайм"
Наше господство в воздухе над Северной Кореей хоть ещё и не потеряно,
однако находится под вопросом.
МиГ-15 на высоте 25000 футов обгоняет и опережает в маневрировании наш Г86.
Генерал Уондерберг
Необычная фотография Сталина оказалась на Западе. Официальные снимки
обычно тщательно ретушируются. На фото, сделанном в Большом театре, стареющий
диктатор выглядит седым и усталым. По бокам у него с непроницаемыми лицами стоят
два политбюрократа Лаврентий Берия (52 года) и Георгий Маленков (49), оба
потенциальные наследники трона.
...Иван Бунин, поэт, романист и аристократ, одно из последних эхо старой
России. Ему 80 лет, он почти прикован к постели и живет в своей парижской
квартире полузабытый, несмотря на полученную в 1933 году Нобелевскую премию.
Побывавший недавно у Буниных на скромном литературном вечере принц
Ольденбургский вздохнул: "Как жаль, что Коля никогда не бывал на таких вечерах..."
Коля был расстрелян в подвале вместе со своей семьей. Он больше известен как
царь Николай II...
"Правда"
Народы отстоят великое дело мира. И.В.Сталин учит народы: "Широкая
кампания за сохранение мира как средство разоблачения преступных махинаций
поджигателей войны имеет теперь первостепенное значение".
...Фестиваль советских фильмов в Иране прошел при переполненных залах. В
представленных на кинофоруме картинах хорошо показана роль тов. И.В.Сталина во
всех областях советской жизни. Между тем демонстрация американской отравленной
кино-продукции проходила в пустых залах...
ТАСС
Новый пассажирский теплоход "Иосиф Сталин" начал курсировать по Днепру.
Восстановить независимость и суверенитет Франции призвал в своем докладе
товарищ Жак Дюкло. Неустанно повышать идейный уровень партийного просвещения!
"Тайм"
Не хотела ли бы советская делегация посмотреть на карту Советского Союза?
"С восторгом", - ответил Громыко. Разворачивая карту, конгрессмен от Миссури
О.К.Армстронг с готовностью пояснил: "Здесь содержится точное обозначение всех
лагерей рабского труда в Советском Союзе". Громыко замигал, а потом пробормотал:
"Хотел бы я знать, какой раб капитализма изготовил эту карту".
Население лагерей рабского труда в Советской России превышает 14
миллионов.
Из них более чем 1600000, очевидно, умрут ещё в этом году.
"Фигаро"
"Прошлой ночью я не мог спать, - заявил Вышинский с трибуны парижского
Пале де Шайо. - Я все смеялся. Даже и сейчас, на этой трибуне, я не могу
удержаться от смеха!" Таким был ответ России на предложение Запада по
разоружению.
"Юманите"
Зрители организовали манифестацию протеста против демонстрации
антисоветского фильма, состряпанного американцами по сценарию небезызвестного
реакционера Ж.П.Сартра. Французские фильмы должны призывать к миру!
"Правда"
Народы Советского Союза и прогрессивное человечество отмечают 50-летие
сталинской газеты "Брдзола" ("Борьба"). Никогда не изгладятся в памяти
напечатанные на её страницах стихи: "Брдзола", будь трубой призывной! Мрак
ночной вокруг развей! Подними порабощенных и униженных людей!"
...В Англии пять ведущих солистов балета Белграда и Загреба заявили о своем
отказе возвратиться в Югославию, так как у них там нет возможности свободно
заниматься творческой деятельностью.
...Части Народно-освободительной армии Китая вошли в столицу Тибета Лхасу в
обстановке поддержки и всесторонней помощи местного населения. Тибетцы
приветствовали войска с искренним удовольствием и радостью. Впервые в своей
истории тибетский народ увидел армию, которая приносит трудящимся подлинную
свободу.
АНТРАКТ IV. ДУМЫ ГАННИБАЛА
Знакомя читателей нашей саги не только с человеческими характерами, но и с
представителями московской фауны, мы наконец добрались и до слона. Извольте: в
столице нашей родины проживал в своем вполне комфортабельном, даже по нынешним
временам, стойле африканский слон Ганнибал. Читатель, привыкший уже к астральным
инкарнациям, вправе предположить, что автор при помощи этого примечательного в
российской истории имени и африканских корней вознамерился уже потревожить
Солнце нашей поэзии, Александра Сергеевича Пушкина, однако автор, во избежание
малейших недоразумений, должен немедленно заявить, что речь идет о Луне нашей
прозы - в том смысле, что в пятитонном теле с длинными клыками и с ушамивигвамами
на этот раз поместилась некая астральная суть Александра Николаевича
Радищева, потомка татарских мурз и просвещеннейшего джентльмена своего, то есть
екатерининского, времени.
Слону было сто два года, из них пятнадцать, за исключением двухлетней
эвакуации в город Куйбышев, он прожил в Москве. Он очень нравился
генералиссимусу И.В.Сталину. Еще в тридцатых годах, то есть тогда, когда этот
титул вождю трудящихся и не снился, Сталин нет-нет да заворачивал, как бы
ненароком, к стойлу Ганнибала, садился на раскладной стульчик и подолгу взирал
на ритмично покачивающийся хобот самого крупного на сухопутной части планеты
Земля животного. "Кое-кто меня сравнивает со слоном в посудной лавке, - думал
вождь. - Нет, это неуместное сравнение".
В начале же пятидесятых, когда Сталин полностью перешел на ночной образ
жизни, встречи его с Ганнибалом, как ни странно, участились. Вдруг среди ночи он
вылезал из-под зеленой лампы и заказывал свой пятимашинный экипаж. Свита уже
знала - к Ганнибалу!
Слон обычно по ночам все эти пятнадцать лет грезил жеванием сахарного
тростника на краю плантации в Кении, хрум-хрум, работали коренные зубы, блямблям,
падали из-под хобота пол-литровые капли слюны. При виде же задумчивой
фигуры генералиссимуса тростник затуманивался, из бездонных глубин астрала
являлась радищевская тираноборческая мысль.
Тяжко моей душе, вспоминалось в ночи, страдаю и тоскую. В бликах свечей
мелькали черты единомышленников по ложе "Урания", медленно те
...Закладка в соц.сетях
