Жанр: Электронное издание
pw11
... прямо так и сказала. Мы ведь не можем питаться
воздухом, не так ли?
Кто-то слева от Дженет наконец сдвинулся с места, и девушка тут же ступила
в освободившееся пространство.
Бедняжка Элли - влипнуть в такую историю! Дженет протолкалась сквозь толпу
к столу и поставила на него свой поднос.
Глава 18
Мейбл Престон была счастлива. Такое разнообразие закусок и всевозможных
напитков! Каждый раз, поднося ко рту
очередной бокал, она все более убеждалась, что хороша собой и находится на пике
своего таланта. После третьего или
четвертого бокала она уже не испытывала затруднений при попытке заговорить с кем
бы то ни было. А почему бы и нет,
собственно говоря? Наряды дам вокруг буквально не выдерживают сравнения с ее
платьем! Адриана вращалась в высшем свете
и посещала лучшие дома и поэтому знает, что сочетание черного с желтым в любой
толпе привлекает к себе внимание. Еще в
самом начале приема Мейбл заметила, как люди на нее смотрят - это позволяло
легко завязать беседу и поставить их в
известность о том, на кого они на самом деле смотрят.
- Мейбл Престейн. Это мое сценическое имя - думаю, вы его помните. Я
покинула сцену несколько лет тому назад -
естественно, лишь потому, что вышла замуж. Но публика меня не забыла. Мне всегда
казалось, что Адриана ушла слишком
поздно - уходить надо вовремя, чтобы запомнилась лучшая роль твоей жизни.
Она не замечала, что люди, к которым она обращается с этой речью, отвечают
неохотно и вскоре куда-то исчезают. Мейбл
продолжала пробовать коктейль за коктейлем и становилась все более и более
откровенной с совершенно незнакомыми ей
людьми. Какое разочарование, что здесь нет герцогини, но она слышала, как
объявляли о прибытии леди Изабел Уоррен, а она
как-никак сестра герцога, так что об этом будет очень приятно вспомнить и
рассказать другим. Пожалуй, это последний бокал.
Похоже, она отвыкла пить, да и в комнате что-то жарко. Наверное, лучше выйти в
холл и немножко остыть. Будет нехорошо,
если в такой толпе вдруг голова закружится.
Мириэл пробиралась между двумя оживленно болтающими группами гостей, огибая
старую леди Бонтайн, которая
занимала не меньше места, чем двое обычных людей, и разминуться с ней было
непросто. Маневр позволил девушке
достигнуть цели - путь к отступлению Ниниану был просто отрезан. Он опустил на
стол свой поднос, обернулся и, увидев ее
рядом, сказал "Привет!". Мириэл ответила ему улыбкой, которую до этого долго
репетировала в своей комнате перед зеркалом.
- О, вы уже вернулись! Хорошо провели время?
- Весьма, благодарю вас.
- Если бы я знала заранее, что вы собираетесь в юрод, я бы поехала с вами -
у меня там очень много дел, но я терпеть не могу
путешествовать в одиночку. Если бы мы поехали вместе, это было бы восхитительно.
- Видите ли, я должен был встретиться с одним человеком и к тому же очень
спешил.
- С другом?
- Нет, просто со знакомым.
Мириэл попыталась улыбнуться.
- Это так таинственно и интересно. Расскажите мне об этом! Правда, здесь
так жарко - не могли бы мы открыть одну из этих
дверей и выбраться в сад? Можно было бы посидеть у пруда. Это было бы так
здорово и вы бы мне обо всем рассказали. О,
Ниниан, пожалуйста!
Любопытно, подумал Ниниан, зачем она все это затеяла. С Мириэл можно быть
уверенным только в одном - она снова
играет какую-то роль. Ниниан было подумал, что это роль задушевного друга, но ее
наряд этому никак не соответствовал -
обтягивающее ярко-алое платье и такого же цвета помада! В словах дружеского
участия, слетающих с ярко-алых губ, явственно
слышится фальшивая нота. Дура все-таки, решил Ниниан - хорош бы он был, шепча ей
на ушко свои секреты в ночном саду.
Он покачал головой и сказал:
- Адриана считает, что у меня есть свои обязанности, у вас, я думаю, тоже.
И мы оба получим черные метки, если с ними не
справимся. Я должен пойти и засвидетельствовать свое почтение Леди Изабел.
Мириэл застыла на месте. Почему Адриана всегда должна получать то, что ей
хочется? Мы все полностью в ее
распоряжении. А почему? Только потому, что у нее есть деньги. Что толку иметь
красоту, и юность, и талант, если за ними не
стоят деньги! И почему они есть у Адрианы и она не желает отдать их другим!
Мириэл смотрела, как Ниниан болтает и смеется
вместе с леди Изабел, и сердито размышляла о том, что, не будь леди Изабел
дочерью герцога, никто и не взглянул бы на нее.
Но каким бешенством полыхнули глаза Мириэл, когда она заметила, что Ниниан
направляется к Дженет и Стелле.
Стелла тут же в него вцепилась.
- Она говорит, что мне уже пора спать, но еще рано!
Скажи, что рано!
- Дорогая, я могу только мечтать оказаться на твоем месте.
- Можешь идти спать вместо меня. Почему я должна ложиться, если я этого не
хочу? Что Дженет будет делать, если я
закричу?
- Об этом тебе лучше спросить у нее.
Стелла повернулась к Дженет.
- Дженет, что ты будешь делать?
- Я не знаю.
Стелла подпрыгнула на месте.
- Думай, думай быстрее!
- Нет смысла думать о вещах, которые не случатся.
- Почему не случатся?
- Потому, что ты достаточно умна. Только очень глупая девочка захочет,
чтобы все запомнили ее на всю жизнь за то, что она
разревелась во время приема у Адрианы и ей на голову вылили лимонад.
Глаза Стеллы стали огромными.
- Ты выльешь на меня лимонад?
- Могу, но думаю, что мне не придется этого делать.
Стелла посмотрела на свою короткую желтую юбку.
- Это испортит мой наряд, - сказала она.
Мейбл Престон уставилась на них - они виднелись как в тумане - и начала
пробираться к выходу из гостиной.
Эсме Трент, повернувшись спиной к гостям, разговаривала с Джеффри Фордом:
- Где ты прятался все это время? Я уж решила, что ты ко мне вообще не
подойдешь.
- О, на подобном вечере всегда найдется с кем поговорить. Адриана решила,
что я должен играть роль хозяина.
- Уже готовишься?
- Моя милая девочка!
Эсме рассмеялась.
- В этом гуле меня все равно никто не услышит. Все равно что на необитаемом
острове. Кстати, кто такая эта ужасная Мейбл
- вцепилась в меня и просто замучила своими занудными рассказами? Похоже, она
тоже здесь живет.
- Мейбл Престон? О, она всего лишь старая знакомая Адрианы - из списанных
актрис. Адриана приглашает ее время от
времени, отдает ей одежду, ну и так далее.
Эсме Трент была беспощадна.
- По-моему, это жестоко по отношению к гостям. Тетки зануднее и противнее я
в жизни не встречала, а вид у нее вообще
какой-то мерзкий. Как оса, которая заползла в дом поздней осенью, чтобы
сдохнуть. Кстати, а где Адриана?
- Была у камина, - ответил Джеффри. - Как ты не заметила? Очень эффектная
декорация - резное испанское кресло на фоне
зелени и хризантем и еще несколько кресел поменьше для избранных.
- Да нет, я видела, - Эсме хрипло рассмеялась. - Как же она обожает огни
рампы! Но теперь ее там уже нет.
Джеффри нахмурился.
- Здесь очень жарко - думаю, что даже для нее. Эдна хотела, чтобы я открыл
стеклянные двери - за портьерами все равно не
будет видно, что они открыты. Думаю, что пора сделать это и как можно скорее.
И они стали проталкиваться через толпу к дверям.
Ни Джеффри, ни Эсме Трент не заметили Мейбл Престон, стоявшую между ними и
дверью в коридор. Когда они ушли,
Мейбл открыла ее и выскользнула из гостиной.
Слова Эсме Трент звенели у нее в голове - несправедливые, жестокие слова.
Как она могла говорить так зло - это не правда,
это не может быть правдой! Это просто злоба и зависть! Но ее голова гудела, а по
щекам, смывая макияж, текли слезы. Она не
может вернуться в гостиную и не может стоять здесь, ее обязательно увидят. Ктото
уже идет сюда из холла...
Мейбл направилась в противоположную сторону и скоро дошла до конца коридора
- до стеклянной двери, ведущей в сад.
Свежий воздух - вот все, что ей нужно, свежий воздух и возможность незаметно
исчезнуть, побыть одной до тех пор, пока
оскорбления этой злой женщины не забудутся. Но лучше найти какую-нибудь шаль -
черно-желтое платье было тоненькое,
крепдешиновое. Здесь, у двери в сад, должна быть гардеробная - и первым, что она
увидела, заглянув туда, было пальто,
которое ей отдала Адриана и из-за которого эта Мириэл устроила скандал. Но
Адриана отдала пальто не Мириэл, а ей, Мейбл!
Вот оно висит, с крупными черными и белыми клетками и пересекающими их
изумрудными полосками, такими красивыми!
Она никогда не видела ничего более шикарного. Мейбл надела пальто и выскользнула
в сад.
После духоты гостиной в саду ей показалось очень свежо. Походка Мейбл была
неуверенной, да и шла она наобум. Похоже,
она действительно перебрала. А возможно, виновата жара в гостиной и оскорбления
этой миссис Трент. Эта Трент спрашивала,
кто она такая, потому что сама, видно, считала себя важной персоной. Мейбл
Престон покачала головой. Выглядеть модно - это
еще не все.
Эта Трент - она не леди. Ни одна леди не стала бы употреблять подобных
оскорбительных выражений. Слова слились в
неразборчивое бормотание. Когда Мейбл попыталась произнести их вслух,
собственный голос ей показался совершенно
пьяным. А все жара в гостиной, да выпито многовато - нет, она ни за что не
вернется туда до тех пор, пока не почувствует себя
лучше.
Мейбл отодвинула засов маленькой калитки и вошла в цветник. Блуждая в
сумерках, она обнаружила, что вышла к
небольшому пруду и каменной скамейке. Приятное тихое местечко, окруженное живой
изгородью. Мейбл подошла к скамейке,
села и закрыла глаза.
Когда она снова открыла их, вокруг было намного темнее и поначалу она не
могла сообразить, где находится.
Мейбл очнулась среди кустов, в почти полной темноте и только вода в пруду
тускло мерцала. Она встала и немного
постояла, припоминая, как она здесь очутилась. Было жарко... Она слишком много
выпила.., и ее оскорбила миссис Трент... Но
сейчас с ней все в порядке... Ей больше не жарко. Мейбл поежилась. Глупо спать
на скамейке в парке.
Мейбл подошла к пруду и остановилась. Ее ноги затекли. В арочном проходе за
ее спиной блеснул огонек. Луч света
скользнул по черным и белым клеткам с зелеными полосками. Это напугало ее, но
она не успела ни обернуться, ни закричать.
Последняя из машин разъезжающихся гостей выкатила на дорожку, и Сэм Болтон
двинулся следом за ней к сторожке
привратника. Он был младшим садовником и отгонял машины гостей, когда в этом
была необходимость.
Теперь он шел на свидание с Мэри Робертсон, за которой ухаживал, несмотря
на строжайший запрет ее отца. Мистер
Робертсон был главным садовником. Его понятия о родительской власти, как
утверждала Мэри, уже пятьдесят лет как устарели,
но Мэри не осмеливалась оспаривать их открыто, и отец продолжал думать, что Мэри
достойна лучшего мужа, чем Сэм,
которого он считал парнем надежным и трудолюбивым, но говорил, что "рвения-то у
него и на ломаный грош нету". Вслед за
чем повторял одно и то же наводящее тоску нравоучение: "Я в ваши-то годы учился,
ночей не спал - вон к знаниям-то как
стремился".
Поэтому Сэм и Мэри уже привыкли ждать по вечерам, пока он удалится в "Белый
олень" пропустить стаканчик и поиграть в
дартс, и тогда с молчаливого согласия миссис Робертсон провести часок вдвоем.
Сэм, насвистывая, шел по подъездной дорожке и тут ему навстречу из кустов
появилась Мэри. Держась за руки, они
вернулись к дому, пробрались сквозь заросли кустарника по тропинке, начинавшейся
на лужайке у дома и двинулись дальше, к
калитке, ведущей в огороженный цветник.
У Мэри был с собой фонарик, но оба так хорошо знали эту дорогу, что им не
воспользовались. Казалось, местечко
специально создали для влюбленных - возможно, так оно и было. В теплую погоду
можно было посидеть на скамейке у пруда, а
если холодно - в беседке.
Они прошли через арку и увидели под ногами таинственно мерцающее небо,
затянутое облаками, отраженное в воде пруда.
Затем подул легкий ветерок и облака разошлись - вверху, на небосклоне, и внизу -
в зеркале пруда, ограниченной кольцом
низкого каменного парапета. Но сегодня зеркальный круг перечеркивала тень. Мэри
наклонилась к воде.
- Сэм, там что-то есть!
- Где? - Сэм сжал ее руку.
- Там! О, Сэм, там, в пруду, что-то есть! Что-то... Ох!
- Дай мне фонарик!
Мэри нащупала фонарик, ее пальцы дрожали, и когда Сэм взял его, включил, и
тонкий дрожащий луч лег на то, что лежало
на парапете, одним концом уходя под воду, девушка вскрикнула. Луч выхватил из
темноты черные и белые квадраты с
пересекающими их изумрудными полосками - этот рисунок казался очень знакомым.
Сэм почувствовал, как все у него внутри
переворачивается. Фонарик выпал из его руки и покатился вниз.
- Это мадам! О боже!
Сэм шевельнулся, и Мэри немедленно вцепилась в его руку.
- Только не трогай ее! Даже не прикасайся! О, Сэм!
Сэм Болтон был смелым человеком. Он сказал упрямо:
- Я должен вытащить ее из воды.
Мэри продолжала за него цепляться.
- Надо уходить отсюда - нас могут увидеть!
- Нет, нельзя, - ответил Сэм.
Мэри и не подозревала, какой он сильный. Сэм разжал ее пальцы и оттолкнул
девушку прочь. Она поскользнулась на
моховой кочке и, упав на деревянное сиденье скамьи, вцепилась в него обеими
руками. Нога коснулась упавшего фонарика.
Мэри подняла его, но тот, похоже, сломался.
Выключатель щелкал, но света не было. Только что прозвучавшие слова Сэма
ужасным эхом отдались в ее памяти,
испуганная девушку стала вглядываться в темноту в поисках любимого. Сэм вошел в
воду. Она видела, как он нагнулся,
поднял что-то, и услышала журчание стекающей воды, а потом - ужасный хлюпающий
звук, когда он опустил тело на землю, и
снова закричала. Нет, Мэри вовсе не хотела кричать - это получилось само. Она
отчаянно вопила и мчалась прочь, не разбирая
дороги, убегая от собственного пронзительного крика и звука капающей воды,
отдающегося в ушах.
Входную дверь запереть еще не успели, и Сэм вбежал, с трудом переводя дух.
Всю дорогу он держал на руках тело
утопленницы и насквозь промок: хлюпающие ботинки оставляли грязные лужи на полу
холла. Он столкнулся с Симмонсом,
несущим поднос с напитками и выпалил задыхаясь:
- Мадам умерла!
Симмонс застыл, как громом пораженный. Потом он рассказывал жене, что ему
показалось, будто его ударили по голове. Он
слышал, что говорит что-то, но не мог вспомнить что. Зато он помнил, как Сэм
сказал:
- Мадам умерла! Она утонула в пруду и умерла.
Руки Симмонса перестали чувствовать поднос, и тот упал, сперва
перевернувшись, а потом обрушившись на пол со
страшным грохотом. Этот звук переполошил всех обитателей дома и они выбежали в
коридор. Джоан Катл с разинутым ртом и
вытаращенными глазами, миссис Эдна с невнятными возгласами и кучей вопросов,
мисс Мириэл, мистер Джеффри, мистер
Ниниан - все они были здесь, и единственное, что мог сказать Симмонс, это
попросить не наступать на разбитые бокалы, а все,
что он мог сделать, - указать на Сэма, который стоял посредине холла с бледным
как мел лицом и трясущимися руками.
А Сэм снова и снова повторял:
- Мадам умерла! Я нашел ее в пруду!
И пока все стояли, скованные ужасом и не в силах вымолвить ни слова, на
верхнюю площадку лестницы вышла Адриана
Форд и поставила ногу на первую ступеньку. Блики света играли на медно-рыжих
волосах, на сером платье из плиссированного
шифона, на трех нитях отборного жемчуга, нижняя из которых спускалась до самой
талии, на бриллиантовом цветке,
приколотом к плечу.
Тишину нарушил звук подъезжающей машины, и вот в проеме распахнутой Сэмом
настежь двери возникла Стар Сомерс в
сером дорожном пальто и небольшой шапочке на золотистых волосах. Она почти
вбежала в холл, вытянув вперед руки,
раскрасневшаяся и с горящими глазами.
- Мои дорогие, я вернулась! Где Стелла? Вы не удивлены... - и тут Стар
замолчала. Она смотрела на перемазанного грязью
Сэма, с которого стекала на пол вода, на Симмонса с разбитыми бокалами у ног, на
полные ужаса лица и вытращенные глаза,
на Адриану, застывшую наверху лестницы. Стар побледнела:
- В чем дело? Что-то случилось? Вы что, онемели?
Адриана спокойно спускалась по лестнице. Это был хороший выход, и она
наслаждалась каждым его мгновением.
- Сэм только что сказал им, что я утонула и он нашел меня в пруду. Джеффри,
Ниниан - вам не кажется, что следует пойти с
ним и выяснить, кто же это на самом деле?
Когда в понедельник мисс Силвер просматривала утреннюю газету, ее внимание
привлекла небольшая заметка.
ТРАГИЧЕСКОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ В ФОРД-ХАУСЕ
Старые театралы несомненно помнят Мейбл Престейн.
Среди других ролей она сыграла Нериссу в дуэте с Адрианой Форд (в роли
Порции), и именно в доме этой великой актрисы
с ней произошел несчастный случай, ставший причиной ее смерти. Прием был в самом
разгаре и никто не заметил, как Мейбл в
сумерках вышла в сад и упала, споткнувшись о низкий каменный парапет, окружавший
пруд в саду, где и было найдено ее тело.
Актриса уже много лет как оставила сцену и жила на пенсии.
Мисс Силвер перечитала заметку дважды и воскликнула: "Боже мой!" С момента
визита мисс Форд прошло уже десять
дней, однако все обрисованные актрисой обстоятельства были совершенно свежи в
памяти мисс Силвер. Наконец она, отложив
газету, взялась за вязание, но трагическое происшествие не шло из головы.
Два дня спустя, услышав телефонный звонок и подняв трубку, мисс Силвер
услышала низкий женский голос:
- Это миссис Смит. Надеюсь, вы меня помните - я посылала вам письмо, а
потом приходила с вами посоветоваться.
- Да, я помню вас, - ответила мисс Силвер и, помедлив, добавила:
- миссис Смит.
- И помните, о чем мы говорили?
- Конечно.
Голос миссис Смит посуровел:
- События получили развитие. Я не уверена, что об этом стоит говорить по
телефону и хотела бы, чтобы вы приехали сюда, -
и добавила, выдержав паузу:
- как можно скорее.
Было семь часов вечера, и мисс Силвер ответила сдержанно:
- Если дело не очень спешное, я могу приехать утренним поездом.
- Поезд в десять тридцать, стало быть, в Ледбери вы в половине двенадцатого
- мы вас встретим. Поскольку вы - моя старая
подруга, которую я не видела много лет, никто не удивится, если я сама приеду на
вокзал. Вот условия, которые я предлагаю.
Надеюсь, они вас устраивают.
- Вполне, - сказала мисс Силвер и повесила трубку.
Поскольку размышления без опоры на факты вряд ли можно считать
продуктивными, мисс Силвер не стала в них
углубляться. Она написала своей племяннице Этель Бэркетт, что уезжает из города
и сообщила свой новый адрес, а затем
уложила скромный багаж для осеннего визита в деревню. Дома в провинции, особенно
старые, к несчастью, продуваются
ветром насквозь, а погода в это, как, впрочем и во всякое время года, не внушает
особого доверия, Поэтому наденем черное
пальто и меховой палантин - старые друзья не подведут! - поверх светлого
шерстяного платья, что тоже вполне по сезону.
Вечернее платье, сшитое, как обычно, из модного в прошлом году материала - на
сей раз травчатого шелка - тоже было
упаковано вместе со старым бархатным жакетом, теплым и уютным, который часто
защищал ее от таких неприятных привычек
хозяев сельских домов, как страсть к открытым окнам и строгая экономия топлива.
Мисс Силвер припомнила длинные
столовые, насквозь продуваемые сквозняками, потому что двери распахнуты для
прислуги, и гостиные, в которых тяжеленные
створки окон заклинило в открытом положении так, что не сдвинешь. Инспектор
Фрэнк Эбботт из Скотленд-Ярда, этот
преданный, но непочтительный молодой человек, может сколь угодно именовать жакет
музейным экспонатом, чье
происхождение теряется в сумерках викторианской эпохи, но ничто не могло
заставить мисс Силвер отправиться в деревню без
него - по ее мнению, жакет был одновременно удобным и вполне приличным.
Когда мисс Силвер сошла с поезда в Ледбери, в черном пальто, желтом меховом
палантине и лучшей своей шляпке,
купленной в прошлом году и вполне современной, с маленьким букетиком анютиных
глазок и веточек резеды, к ней
немедленно и весьма учтиво приблизился высокий темноволосый молодой человек. Он
улыбнулся и сказал:
- Я уверен, что вы - мисс Силвер. Меня зовут Ниниан Рутерфорд. Адриана ждет
в машине.
Адриана виртуозно справилась с ролью старой подруги.
- Так хорошо, что ты все-таки выбралась. После стольких - позволь, сколько
же с тех пор прошло лет? Нет, нет, пожалуй, об
этом не стоит! Время не стоит на месте, так что нам придется возобновить
знакомство.
Когда гостья опустилась на сиденье рядом с Адрианой и Ниниан повез их по
узким улочкам Ледбери, мисс Силвер смогла в
полной мере оценить, как разительно отличаются друг от друга простоватая миссис
Смит, нанесшая визит в МонтэгюМеншинс
две недели назад, и Адриана Форд с ее сияющими волосами, изысканным
макияжем, прелестной меховой пелериной
поверх великолепно сшитого костюма и со сверкающими кольцами на прекрасных
тонких пальцах.
Когда они выехали из города и поехали по извилистым полевым дорогам,
разговор зашел на приятные, ни к чему не
обязывающие темы. Адриана показала мисс Силвер пару интересных старых домов.
"Парадный вход - современный, но фасад
безусловно модерн... А это странное, похожее на замок строение - ЛемингтонФолли.
Его владелец был богатым
викторианским промышленником, который промотался вдребезги и окончил жизнь в
работном доме. Там уже много лет никто
не живет и все буквально разваливается".
Последнюю милю дорога шла вдоль реки и все вокруг было полно очарования
осени. Мисс Силвер, в должной мере
восхищаясь окрестностями, не могла не сделать вывода, что соседство с таким
количеством воды должно еще усугубить
сырость, без которой и так не обходится ни одна сельская местность и ни один
загородный дом.
Когда они въехали на земли Форд-хауса, мисс Силвер с прискорбием
обнаружила, что они лежат в низине, из чего
заключила для себя, что дом должен быть постоянно окружен речными туманами. Это
было живописное здание, выстроенное,
впрочем, несколько беспорядочно, увитое всевозможными цветами, среди которых
бросались в глаза осенние розы. Не совсем
то, что хотелось бы - имея в виду, что подобные заросли несомненно служат
прибежищем большему количеству насекомых.
Мисс Силвер проводили в комнату в восточном крыле дома, справа от главной
лестницы. Она была чистой и светлой, с
занавесками из ситца в цветочек и удобными креслами. Был здесь, как с
благодарностью отметила мисс Силвер, и
электрокамин. Адриана сообщила ей, что они провели электричество.
- Ваша спальня - следующая за спальнями Дженет Джонстон и маленькой Стеллы,
а комнаты Мириэл и Стар Сомерс -
напротив. Когда устроитесь, возвращайтесь на площадку главной лестницы, а затем
- в западное крыло, моя гостиная в самом
конце.
Не так уж много времени потребовалось мисс Силвер, чтобы снять верхнюю
одежду, аккуратно ее сложить и распаковать
свой скромный чемодан. Она умылась в расположенной по соседству ванной и, взяв
сумку с вязаньем, направилась в западное
крыло. Она никого не встретила, но, уже дойдя до лестничной площадки, увидела
молодую женщину в красном свитере,
проходящую через нижний холл. С интересом взглянув на нее, мисс Силвер отметила
смуглую красоту ее лица, мерцающие
глаза, стремительную нервную походку. Это было ее первое знакомство с Мириэл
Форд, и оно дало мисс Силвер богатую пищу
для размышлений.
Адриана лежала на кушетке. Она переоделась в халат, темно-лиловый,
казавшийся почти черным. Несмотря на тщательно
наложенный макияж, вид у нее был усталый, но в голосе слышалось волнение:
- Садитесь и устраивайтесь поудобнее. Полагаю, вы хотите знать, почему я
настаивала, чтобы вы срочно сюда приехали.
Мисс Силвер кашлянула.
- Я полагаю, что это как-то связано со смертью мисс Мейбл Престейн.
Адриана коротко рассмеялась.
- Думаю, что вы видели заметки в газетах. Бедняжка Мейбл - как бы она
расстроилась, узнав, что ее запомнят только как
Нериссу в спектакле, где я играла Порцию!
Мисс Силвер, открыв сумку с вязаньем, достала оттуда пару спиц и клубок
мягкой пушистой белой шерсти, из которой она
задумала связать второй теплый шарфик для нежданных близнецов Дороти Силвер.
Пинетки и одна маленькая кофточка уже
были закончены и отправлены, и мисс Силвер решила, что прежде, чем браться за
вторую, надо связать шарфик. Теперь на
деревянных спицах топорщился, словно оборка, узорчатый край каймы дюйма "Один
дюйм равен 2,5 см." в два шириной.
Мисс Силвер посмотрела на вязанье и спросила:
- Это был несчастный случай?
Адриана ответила мрачным взглядом.
- Я не знаю наверняка - полагаю, можно сказать и так.
Послушайте, лучше я расскажу вам по порядку, как было дело. После визита к
вам мне казалось, что я выгляжу полной
дурой. Я ведь давным-давно должна была быть мертвой, если бы меня в самом деле
кто-то хотел убить. И тогда я воспрянула
духом и показала им всем, что хоронить меня еще рано. Я отправилась к врачу и он
сказал, чтобы я продолжала в том же духе.
Что я и сделала. Я накупила кучу новой одежды и стала спускаться вниз, в
столовую, и разослала приглашения на коктейль,
чтобы показать всем, что я еще жива. Мейбл Престон поэтому и приехала в
Фордхаус. Престон - это ее настоящая фамилия, а
Престейн - только сценический псевдоним. Дурацкий, но в этом - вся Мейбл. Она
приезжала сюда довольно часто и просто
обожала приемы. В общем, она была здесь, как и еще сто пятьдесят других гостей.
Прием шел блестяще. Сколько раз я видела
Мейбл - она неизменно была в восторге, перепробовала столько напитков и
беседовала с незнакомыми людьми так, как будто
они много лет знакомы. Она была исключительно довольна собой и всем вокруг.
Когда гости разъехались, я поднялась сюда.
Смыв макияж, я подумала, что стоит ненадолго спуститься вниз и поинтересоваться,
как прием понравился нашим. Но когда я
вышла на лестничную площадку, что-то произошло. Первое, что я услышала, был
грохот. Я подошла к лестнице и посмотрела
вниз. Симмонс только что уронил поднос с бокалами и напитками. Парадная дверь
была распахнута, а Сэм Болтон, младший
садовник, стоял посреди холла и с него текла вода. Все, кто живет в доме,
похоже, были здесь и смотрели на него. И
неудив
...Закладка в соц.сетях
