Жанр: Электронное издание
Kulgal24
...ко открыток. Это были старые
открытки, еще брежневских времен - с артистами кино. Первым лежал снимок Марчелло
Мастроянни.
- Вижу, ваш муж просто помешан на главном из искусств, - заметил Шургин, стараясь
скрыть разочарование. Судя по всему, перед ними очередная головоломка, и это уж точно
походит на розыгрыш.
Вряд ли серьезный человек, бизнесмен, владелец сети турагентств, будет заниматься
такой ерундой, как многоступенчатое шифрование. Ни один алмаз не подвигнет его на
это. Тем не менее Шургин сердито воскликнул, заметив, что Диана пересматривает
открытки:
- Эй, зачем вы их путаете? Может быть, порядок, в котором они сложены, тоже важен?
- Не волнуйтесь, они пронумерованы. Вот, видите, тут, сзади, в углу стоят цифры.
Кроме того, тут и путать нечего, в конверте всего три открытки. Марчелло Мастроянни,
Семен Морозов и Наталья Кустинская.
- Отличная подборка! Кустинская мне всегда нравилась. Помните, какая она в "Иване
Васильевиче"?
- Никто не сравнится с Марчелло Мастроянни, - пробормотала Диана, которая на
самом деле была равнодушна к целлулоидным идолам, но хотела позлить Шургина.
Только женская стервозность способна по-настоящему стимулировать мужчину.
- Предлагаю остановиться и перекусить, - немедленно сменил тему Шургин. -
Позвоните Алексу и скажите, чтобы подъезжал, устроим мозговой штурм за чашкой кофе
и куском торта.
- Вы любите торты?
- А что?
- Там много холестерина.
- Потрясающе. Я нравлюсь вам все больше и больше. Вас уже заботит состояние моих
сосудов.
- Что значит - больше и больше?
- Я вам нравился с самого начала.
- Вы меня спасли, - поспешно сказала Диана. - Поэтому я, конечно...
- Нет, дело не в этом. Дело в моей сексуальности. Вы видели? Женщины готовы
платить, только бы я их осчастливил.
- Нашли чем гордиться, - буркнула Диана. - Защитили бы лучше диссертацию.
- Если развивать мозг, ослабевает все остальное. Нет, ученым я никогда не стану.
- Это уж определенно.
- Хотя диссертацию я защитил.
Диана вздернула подбородок и первой вошла в кафе, которое он облюбовал. Выбрала
столик возле окна и сразу же выложила на него снимки артистов.
- На обратной стороне снимка, как я понимаю, есть фильмография актера, - сказал
Шургин. - Может быть, там что-нибудь подчеркнуто, как в книжке со стихами?
Диана тотчас начала вертеть фотографии туда-сюда, а Шургин стал любезничать с
официанткой, которая подошла принять заказ. Польщенная его вниманием, девушка
немедленно расцвела. Но как только она исчезла, Диана сделала своему спутнику
выговор:
- Если вы пришли куда-то с одной девушкой, некрасиво у нее на глазах заигрывать с
другой.
- Вас это задевает?
- Конечно. Но не потому, что я по вам сохну.
- Кто по кому сохнет? - раздался у них над головами знакомый голос, и Алекс
плюхнулся на свободный стул. - Рассказывайте, что тут у вас. Карта острова сокровищ?
- Если бы! - пробормотал Шургин. - У нас тут открыточки!
Диана показала Алексу конверт со всем содержимым и объяснила, каким образом они
его заполучили.
- Фью-ить! - присвистнул тот. - У твоего мужа было много свободного времени.
- Что ты об этом скажешь? По-моему, это игра.
- Вот на этой открытке как-то подозрительно много цифр, - сказал Алекс, постучав
пальцем по изображению Семена Морозова.
- Где тут цифры? - удивился Шургин.
- В названиях фильмов, разумеется. Глядите: "Семь нянек", "Семь невест ефрейтора
Збруева", "Три дня в Москве".
- Подожди-подожди, - пробормотал Шургин, схватив карточку Кустинской. - Здесь
тоже цифры! "Первое испытание" и "Три плюс два".
- Ну, а с Мастроянни и так все ясно, - подхватила Диана. - "Восемь с половиной"! Если
мы соединим все эти цифры...
- А куда девать половину? - озадачился Алекс.
- Не знаю.
- И что будет, если мы их соединим? - переспросил Алекс.
- Если мы сейчас поведем себя правильно, - независимым тоном сказал Шургин, - мы
поймаем "тетю Любу". Не вздумайте оборачиваться.
Оба с трудом подавили желание повернуть головы и посмотреть, что происходит
снаружи. Плечи Дианы закаменели, и она губами спросила:
- Куда?
- Сидите здесь и не двигайтесь.
Шургин поднялся, легким движением отставил стул и направился к стойке, возле
которой кучковались официантки.
- Закажи мне творожный кекс! - крикнул ему вслед Алекс.
Не успел он закрыть рот, как Шургин метнулся к выходу из кафе и, ударившись всем
телом в дверь, вылетел на улицу.
- Он что, не заплатил? - крикнул из-за стойки бармен.
- Он еще не заказывал, - хором ответили девушки. - Чего это с ним такое?
Все, кто сидел возле окна, повернули головы, чтобы проследить дальнейшую
траекторию движения Шургина. Он выскочил на крыльцо и стремительно побежал через
дорогу.
- Он бросился под троллейбус?! - завопил Алекс и закрыл ладонью глаза, чтобы не
видеть самого страшного.
- Перед троллейбусом, перед! - успокоила его Диана. И тут же воскликнула: - Вон она!
Алекс отвел ладонь и увидел, что Диана пальцем показывает куда-то на другую
сторону дороги. Картина разворачивалась живописная. По тротуару, мелькая за большими
и маленькими автомобилями, неслась пожилая женщина, и ее рыжий пук благодаря
сопротивлению воздуха отклонялся назад, грозя оторваться и улететь. Юбка от бега
приподнялась и облепила бедра, а довольно мускулистые ноги мелькали с такой
скоростью, что дух захватывало. Ей наперерез, через текущую густую реку транспорта,
летел Шургин, ловко уклоняясь от нацеленных на него бамперов.
Диана отбросила стул и прильнула к окну всем телом, чтобы видеть преследуемого и
преследователя как можно дольше, - они уже забрали сильно влево, оставив кафе позади.
- Он ее сейчас догонит! - прокомментировала Диана, схватив Алекса за руку. -
Догонит!
Шургин прыгнул на "тетю Любу", словно барс на добычу. Прохожие брызнули в
разные стороны, когда оба повалились на асфальт.
- Расшибутся, - констатировал Алекс и крикнул девушке: -Принесите мне кофе с
ромом. И рому налейте побольше, слышите?
- Я побегу туда, - вскочила Диана, но он поймал ее за локоть и силой усадил обратно. -
Предоставь действовать Олегу, он доставит сюда тетю в лучшем виде.
И тут Диана, поймав на лету какую-то мысль, неожиданно застыла, потом медленно
повернулась и как зачарованная, глядя Алексу в глаза, спросила:
- А если это и правда тетя Люба?
- С ума сошла? - хихикнул тот. - Сама говоришь, что твоя тетя Люба последнее время
не вставала с постели. А эта бегает, как страус.
Диана немедленно выдохнула, пробормотав:
- В самом деле.
Снова бросилась к окну и стала искать глазами дерущихся. Не нашла и воскликнула:
- Они куда-то делись!
- Вот они, - удовлетворенно сказал Алекс. - У наших дверей.
Вероятно, они перешли дорогу вне поля зрения и теперь вынырнули уже возле самого
кафе. Так называемая тетя Люба семенила, сильно наклонившись вперед, потому что
Шургин вывернул ей руку и так и вел ее перед собой, словно тачку на колесиках. Лицо у
него было красное и сердитое, азарт медленно затухал в глазах. Алекс побежал открыть
им дверь и запричитал на пороге:
- Олег, ты мог попасть под машину - мадам носится, как "Красная стрела".
- Не мадам, - возразил Шургин, подводя пленного к столику, за которым съежилась
Диана. - А мсье.
- Мужчина?! - не поверил Алекс.
Услышав слово "мужчина", Диана немедленно распрямила плечи. Мужчина! Ну,
конечно. Как это она сразу не догадалась? Какая женщина способна на подобное
коварство - выдавать себя за ее умершую родственницу. Другое дело - сильный пол:
толстокожие, жестокие и бестрепетные личности.
- Молодые люди, у вас все в порядке? - крикнул бармен, не удосужившись выйти в зал.
- Драться не будете?
- Не будем, - не оборачиваясь, успокоил его Шургин. - Будем кофе пить.
- С ромом?
- Ну, я же сказал! - возмутился Алекс, и бармен немедленно занялся делами.
Шургин по-прежнему держал своего пленника в полусогнутом состоянии. Тот молчал
как рыба.
- Сними с него парик, - потребовал победитель.
Диана протянула руки и, стараясь подавить брезгливость, отцепила от головы
незнакомца пару шпилек, после чего потащила парик на себя. Рыжие локоны со столь
примечательной "надстройкой" остались у нее в руках. И глазам присутствующих
предстали собственные волосы незнакомца - темные и довольно длинные, собранные в
конский хвост.
- Так это же наш спаситель! - радостно возвестил Шургин и, отпустив руку незнакомца,
позволил ему разогнуться. - Тот самый человек, который не дал бандитам утопить нас в
славной тихорецкой речушке!
Спаситель стоял и зыркал на них, как пленник, которого собираются допрашивать
штабные.
- Господи, - не удержалась от возгласа Диана. - Да он же вылитая тетя Люба!
- Я вас не понимайт, - неожиданно сказал незнакомец. - Я есть американский
гражданин.
- Теперь все ясно, - возликовала Диана. - Это же Купер! Вы ведь Купер? - Она
обернулась к Шургину с Алексом и пояснила: - Я ведь говорила, что в Америке живут
наши родственники.
- Это те самые Куперы, которые промотали бабушкино наследство? - с неприкрытой
ненавистью в голосе спросил Алекс. И даже привстал со стула.
- Успокойся, это было не твое наследство, - напомнил Шургин. - Остынь. Давай
поговорим с господином.
- Я будет говорийт толко со свой посол, - важно заявил тот.
Девушка поставила перед ним чашку кофе с ромом, ароматный пар попал ему в ноздри,
и он сосредоточенно принюхался.
- А по телефону вы говорили очень даже неплохо, - проворчала Диана, поедая его
глазами. - Вы ведь мой родственник, да? Какой-нибудь троюродный дядя или
многоюродный кузен?
Американец некоторое время пристально смотрел на нее пылающим взглядом, потом
неожиданно улыбнулся и сказал на чистом русском, с легким, почти незаметным
акцентом:
- Меня зовут Мэл. Рад познакомиться.
- Разве так знакомятся с дамой? - вознегодовал Алекс, прикончив свой кофе одним
глотком. - Девушка, повторите!
- Зачем вы это делали? - спросила Диана. - Вы меня так напугали...
- Я хотел получить шкатулку. Я... как это сказать? Обеднел.
- Сочувствую, - встрял Алекс. - Бедность разрушает личность не только физически, но
и духовно.
Диана наступила доморощенному философу на ногу и спросила у Мэла:
- Зачем вам шкатулка, дорогой кузен? В ней ничего нет, только два недорогих
аметиста.
- Ваша бабушка перед смертью говорила, что оставила Любе самый дорогой камень из
тех, которыми владела. Камень будто так и остался в шкатулке. Бабушка считала, что ее
дочь им не воспользовалась. Я выяснил: Люба жила в бедности, ничего не приобретала...
Я решил, что она не нашла сокровище. Или так полюбила его, что не хотела с ним
расставаться.
- И вы решили его стырить, - с удовлетворением заметил Шургин.
- Стырить? Мне незнакомо слово "стырить". Я решил его взять себе. Я ведь тоже
родственник и имею множество прав. Понимаете? Мои права!
Он был очень симпатичным, этот Мэл Купер. Диана против воли прониклась к нему
симпатией, хотя он и оказался банальным проходимцем.
- Вы считали, что я просто так откажусь от шкатулки? - с любопытством спросила
Диана. - А что, если я тоже хочу получить алмаз?
- Алмаз! - с жадностью повторил Мэл. - Это невероятно. Мы можем поделить прибыль.
- Она не будет с вами делиться, - покачал головой Шургин.
- Нет? - удивился тот. Подумал и с сожалением подвел итог: - Значит, я должен
возвращаться?
- Да, возвращаться, - поддержал его Алекс. - К себе, на берег сурового Атлантического
океана, где живут акулы и крокодилы.
- И вы не станете иметь ко мне претензий?
- Не станем, - вздохнула Диана.
- Но если я уеду, а вы отыщете алмаз, что тогда?
- Тогда, выходит, ты пролетел, - с сожалением заметил Алекс. - Знаешь, что такое
пролетел? - Он изобразил самолет с крыльями и прогудел: - У-у-у!
Мэл охотно засмеялся в ответ на эту пантомиму.
- Ну, и что мы станем делать с вашим бедным родственником? - спросил Шургин,
наблюдавший за Купером с тем же неослабевающим вниманием, с каким кошка следит за
своим котенком. Первое неосторожное движение - и тот будет схвачен за шкирку и
водворен на подстилку.
- Вам ведь кто-то помогал, верно? - спросила Диана. - По телефону со мной
разговаривала женщина, пожилая женщина. И русская. Потому что никакого акцента у
нее не было.
- Я заплатил одной приятной бабушке. Она горела желанием получить - как вы это
выражаетесь? - прибавку к пенсии.
- Засранец, - сделал вывод Шургин. Повернулся к Диане и спросил: - Так что, что мы
будем с ним делать?
- Со мной? - живо переспросил Купер. - Мы будем делать со мной что-нибудь оченьочень
хорошее.
- Давайте сделаем из него чучело, - предложил Алекс, взяв в руки открытку с
изображением Семена Морозова и крутя ее в руках. - Оно станет первым экспонатом
вашего семейного музея, Дианочка. Кстати, как получилось, Мэл, что вы спасли нас от
смерти?
- Я следил от дома Дианы, - охотно пояснил тот. - Взял напрокат автомобиль и ехал за
вами всеми. Но потом Диану похитили, и я не знал, как ее освободить. Что я мог бы
сделать, да? Я не понимаю ваших порядков. Без Дианы я бы не нашел шкатулку. Вдруг она
спрятана? Вдруг она у кого-то на сохранении? В сейфе, наконец? Я хотел сделать так,
чтобы она сама отдала мне ее.
- Я бы не отдала, - обрадовала его Диана. - Так что было дальше?
- Я решил, что вы лучше и быстрее освободите Диану, чем я, подкрался и - раз! -
разрезал ваши веревки.
- Если бы у меня был орден, я бы тебе его вручил, - сказал Алекс. - Но ордена нет. Могу
предложить только чашку кофе.
- С ромом? - заинтересовался Купер.
- Как пожелаете.
- Ну, что, мы его отпустим? - спросил Шургин у Дианы. - Надо бы, конечно, настучать
на него... послу. Но возиться не хочется.
- Тем, что он вас спас, - торжественно произнесла Диана, - он искупил свое
преступление.
- Преступление? - удивился Мэл. - Я не делал преступлений на территории вашей
страны. Я законопослушный гражданин.
- С чем я тебя и поздравляю, - с чувством сказал Алекс. Повернулся к Диане с
Шургиным, потряс перед ними открыткой и неожиданно добавил: - А я понял, в чем тут
дело. Все так просто, что даже неинтересно.
Оба они мгновенно потеряли интерес к Мэлу Куперу и вытянулись в струнку.
- Ты расшифровал послание?! - не поверила Диана. - Ты?!
- Алекс Душкин не глуп, - важно сказал тот. - Алекс Душкин может такое, что не
снилось никаким академикам. Если отбросить от Мастроянни эту непонятную половину и
вытащить из списка фильмов все цифры, которые фигурируют в названиях, то их будет
ровно семь штук. Семь!
- Номер телефона, - подхватил Шургин.
- Только я не знаю, в каком порядке нужно эти цифры расположить...
- Все головы артистов пронумерованы, - поспешно подсказала Диана.
- Это тоже наши родственники? - с любопытством спросил Купер, издали разглядывая
фотографии актеров. - С ними нужно делиться?
- Вот что, Мэл, - с лучезарной улыбкой повернулась к нему Диана. - Я была ужасно
рада с вами познакомиться, но теперь вам пора.
- Ты его отпустишь... вот так? - на всякий случай переспросил Шургин. - А ведь это
наверняка он разгромил квартиру тети Любы в Тихорецке, больше некому. Не твой же
муж, в самом деле.
- А что я могу с ним сделать? - прошипела она в ответ. - Пусть катится, у нас слишком
много дел, чтобы устраивать его судьбу.
- Моя судьба в моих руках, - сообщил тот, услышав ее слова.
- Может, у вас и билет на самолет есть? - ласково спросил Алекс.
- Воздушное сообщение между Соединенными Штатами и Москвой налажено хорошо.
- Как приятно, - поддакнул тот. Встал и протянул руку: - Спасибо за поддержку,
которую вы оказали нам в трудные минуты жизни, всего вам хорошего.
- Я могу идти? - спросил Мэл, комкая в руках парик. Со своей собственной прической
и в женском костюме он выглядел, как актер, только что вошедший в гримерку.
- Скатертью, как говорят у нас в России, дорога! - пожелал Алекс.
Американец, пятясь, выбрался в проход, развернулся и, часто оглядываясь, пошел к
двери.
- Может быть, нужно было взять у него адрес? - вслух подумал Шургин. - А впрочем...
Не в гости же к нему ехать. Вы ведь не станете родниться с Мэлом? - уточнил он у Дианы.
Но та его не слушала. Она целиком и полностью сосредоточилась на Алексе и его
манипуляциях. Будущий пластиковый король достал из барсетки маленький блокнот и
приступил к делу.
- Сначала Мастроянни, - прокомментировал он. - Из знаменитых "Восьми с половиной
недель" берем восьмерку.
Он выписал цифру, которая получилась большой и жирной - так сильно он нажимал на
лист. От волнения, безусловно.
- Больше в списке у Марчелло нет фильмов, в названии которых встречаются цифры.
- Следующий у нас Семен Морозов, - подсказала Диана. Посмотрела на обороте и
воскликнула: - У него целых три фильма!
- Диктуй, - попросил Алекс и нацелил ручку на свой листок.
- "Семь нянек", - прочитала Диана. Он нарисовал разлапистую семерку. - "Семь невест
ефрейтора Збруева", - появилась еще одна семерка. - И "Три дня в Москве".
Алекс вывел тройку и с удовлетворением оглядел свою работу.
- Супер! - сказал он. - Я чувствую себя орлом. Перейдем к Кустинской.
- "Первое испытание" считается? - спросила Диана.
Алекс кивнул и записал цифру "один".
- Я считал, - признался он.
- Это называется подгонкой фактов под теорию, - проворчал Шургин.- От "Восьми с
половиной" вы отбросили кусок, слово "первый" решили считать единицей... Ерунда
какая-то.
- Ничего не ерунда, - рассердился Алекс. - Еще никогда мои теории меня не подводили.
Диктуй, Диана.
- "А три плюс два" это три и два? - спросила она.
- Я полагаю, так. - Он удовлетворенно полюбовался своей работой.
- И что у нас получилось? - спросила Диана.
- 877-31-32, - зачитал Алекс.-Если это действительно номер телефона, то я получаю
право на поцелуй. Настоящий! - предупредил он, постучав себя пальцем по губам.
Шургин рассмеялся:
- Бери трубку, звони. Ромео...
- Нет, - возразила Диана, остановив руку Алекса на пути к барсетке. - Звонить буду я.
Если мы дошли до финиша, это моя обязанность. Денис наверняка предупредил, что
позвонит женщина, а уж никак не бас.
Польщенный Алекс отступил. Диана назвала его тенор басом. Приятно. Тем временем
она достала собственный мобильный и набрала комбинацию цифр с листочка, который
лежал на столе поверх головы Мастроянни. От Марчелло осталась только сексапильная
улыбка - прямо как у Чеширского кота.
Несколько долгих гудков, щелчок, и тоненький девичий голосок шелестит в трубку:
- Алло!
- Здравствуйте, - стараясь говорить спокойно, чтобы не вспугнуть собеседницу,
откликается Диана. - Меня зовут Диана. Я по поручению Дениса Звенигородского.
- Почему он не приходит? - жалобно спрашивает голосок. - Он оставил меня одну. Мне
здесь так страшно! И совсем нечего есть. Выходить на улицу я боюсь... И совсем нет
денег. Вы заберете меня отсюда? Отвезете к нему? Я так соскучилась...
Шургин и Алекс, которые, презрев условности, приникли к Диане с двух сторон,
наставив уши, сделали изумленные глаза. Шургин отстранился и шепотом сказал,
адресуясь к своим напарникам:
- Это ребенок!
- Конечно, я приеду. И заберу тебя оттуда, - ласково сказала Диана в трубку. - А ты
знаешь адрес?
- Сейчас я прочитаю по бумажке, - прошелестела девочка. - Денис мне написал...
Она продиктовала адрес и спросила:
- А вы скоро приедете? Прямо сейчас? Или когда уже будет темно?
- Скоро, дорогая, - со слезами на глазах ответила Диана. - Только ты никого к себе не
пускай. Как услышишь мой голос, так и открывай, поняла?
- Ладно... Диана, - согласилась девочка и положила трубку.
- Фу-ух, - пробормотал Алекс. - Я даже вспотел от напряжения. А мне уже нельзя так
волноваться - мужчины после тридцати подвержены приступам стенокардии.
- Ты не похож на сердечника, - пробормотал Шургин. - Успокойся и дай сюда бумажку
с адресом.
- Это дочка Дениса! - дрожа от возбуждения, сказала Диана. - Конечно, иначе и быть
не может.
- Нет, - покачал головой Шургин. - Ты ошибаешься. Во-первых, она не называла его
папой. А во-вторых, вспомни, что написал твой муж в письме.
Он достал из записной книжки тот самый листок, который обнаружил в словаре, и
процитировал:
- "Из Тихорецка я вывез то, что мне не принадлежало. Спрятал в надежном месте.
Надеюсь, ты сможешь понять ценность найденного. И правильно поступить. Полностью
полагаюсь на тебя, Денис". Это не его ребенок. Не знаю, зачем он его похитил.
- Может быть, девочка сама нам расскажет? - предположил Алекс.
- Поехали скорее! - воскликнула Диана. - Она ужасно перепугана.
В этот момент у Шургина в кармане зазвонил мобильный телефон.
- Подождите минутку, - попросил он, посмотрев на дисплей. - Это Клара.
Голос у Клары был звонким, чистым и веселым. Если судить по нему, то в больнице
она помолодела лет на пятнадцать.
- Олег, я выписалась, - сообщила она. - С этой угонщицей все абсолютно ясно.
Страшная случайность и больше ничего. Мне совершенно нечего делать на больничной
койке. И у меня столько планов...
- Клара, - перебил ее Шургин. - Просто здорово, что ты позвонила именно сейчас.
Возьми карандаш и запиши адрес. - Он продиктовал те данные, которые они получили от
девочки, и пояснил: - Мы все втроем отправляемся туда. И нам нужна подстраховка.
- А я?! - воскликнула Клара, оскорбившись до глубины души. - Я разве с вами не поеду?
Шургин закатил глаза и терпеливо повторил:
- Мы не можем рисковать и ехать все вместе. Слышишь? Ты будешь нашей
подстраховкой. В случае чего сообщишь в милицию, куда мы подавались.
Алекс с неудовольствием посмотрел на Шургина. До сих пор он и не предполагал, что
поездка может оказаться опасной.
- Вы едете прямо сейчас? - переспросила Клара. - А далеко это от того места, где вы
находитесь?
- Не говори ей, - зашипел Алекс, который тоже приник ухом к трубке, - а то она
примчится. С нее станется. У меня снова будет стресс, и это повлияет на исход... нашей
операции.
- Близко, - соврал Шургин. - Мы рядом. - На самом деле это был другой конец Москвы.
- Если пробки нас не задержат, мы мигом домчимся.
- Вы можете попасть в пробку? - переспросила Клара, и в телефоне что-то затрещало.
- Только Бэтмену пробки нипочем, всем остальным героям приходится с ними
мириться, - крикнул Шургин и отключился.
- Так она не приедет? - уточнил Алекс. - Не помню, я спрашивал у тебя по поводу
пистолета? Ты отобрал у нее оружие?
- Ты давно уже ведешь себя примерно, - похвалила Диана. - И ей незачем в тебя
стрелять.
- Женщины коварные существа... - пробормотал тот. - У каждой Золушки под
кринолином может оказаться оружие.
Они расплатились за кофе, и Алекс проворчал:
- Такая сумма! Все-таки я выпил не бочку рома, а пару глотков. Нужно прислать сюда
проверку из общества потребителей.
Они сели в машину, которую уже зажали с двух сторон другие автомобили, и Шургин
повернул ключ в замке зажигания. Мотор тихо заурчал, не предполагая, что через
некоторое время его вынудят реветь во всю глотку.
- Я ничего не понимаю, - Диана сжала виски пальцами. - Если Денис вывез-этого
ребенка из Тихорецка и именно про него писал в записке, то где тогда алмаз?
- На дне Сены, мисс Мортон! - хриплым голосом ответил Шургин и добавил: - Ха-хаха!
- Какой Сены? - удивился Алекс с заднего сиденья. - Что ты такое говоришь?
- Он пошутил, - успокоила его Диана. - Он не знает, где алмаз.
- Алекс, - предупредил Шургин строгим голосом воспитателя детского сада, поймав
его невинный взгляд в зеркальце заднего вида. - Не вздумай раскурочить шкатулку.
Как и договаривались, они возили ее с собой. Старинная вещица преспокойно лежала в
матерчатой сумке и теперь грела бедро Душкина. Он погладил ее через ткань с
вожделением Кисы Воробьянинова, оглаживающего очередной стул.
- Твой муж привел нас именно к этой девочке, - обратился Шургин к Диане. - Давай
сначала вытащим ее из пустой квартиры, а потом будем думать о фамильных
драгоценностях.
- А вдруг алмаз у нее? - предположил Алекс, бегая жадными глазами по сторонам.
- Я даже не спросила, как ее зовут! - встрепенулась Диана. - Совсем потеряла голову?
- Неудивительно.
Именно сейчас Шургину особенно хотелось успокоить свою спутницу. И не только
словами. Он испытывал страшную потребность обнять ее и прижать к сердцу. Объяснение
- это оттого, что она такая маленькая! - его уже не устраивало. Все было хуже, гораздо
хуже. И прозаичнее. "Кажется, ты влюбился, старый пес, - с грустью подумал Шургин. -
Все твои холостяцкие заповеди больше ничего не стоят". Ему было грустно и весело
одновременно. Грустно потому, что приходилось прощаться с прежней жизнью. А весело
- потому что предстояло еще побороться за свои чувства. Карьеристочка так просто не
сдастся.
Впрочем, сейчас не время расслабляться. Еще неизвестно, что ждет их в квартире
номер двадцать семь, в большом панельном доме, за крепкой дверью, которую снаружи не
открыть, потому что она напоминает крепость.
Оказавшись перед этой дверью в светлом, чисто убранном подъезде, компаньоны на
несколько секунд замерли без движения. Диана ожила первой. Потопталась на лохматом
коврике, связанном из цветных лоскутов, и шепотом объявила:
- Я звоню.
Протянула руку и утопила кнопку звонка, похожего на большой пластмассовый глаз.
Они услышали дзиньканье внутри квартиры - и наступила тишина.
- Ну, пожалуйста, - прошептал Шургин себе под нос. - Пожалуйста! Скажи, что ты
никуда не делась.
Она и в самом деле никуда не делась. Шагов они не услышали, но тоненький голосок
неожиданно проник через дверь и спросил:
- Кто там?
Диана подалась вперед и даже положила ладони на обивку, чтобы быть ближе к этому
ребенку.
- Это Диана, дорогая! Я тебе звонила. Меня прислал Денис, ты ведь помнишь? Ты меня
ждешь?
- Открывай, маленькая дурочка, - пробормотал Алекс и немедленно получил от Дианы
тычок локтем под ребра.
Щелкнул замок, потом еще один, и дверь медленно поползла внутрь. Наконец она
распахнулась достаточно, чтобы они могли увидеть того, кто стоял на пороге. У всей
троицы "спасателей" одновременно вытянулись физиономии.
Это был вовсе никакой не ребенок. Это была девушка - высокая, тоненькая и красивая,
как принцесса Персии. Буйная грива темных
...Закладка в соц.сетях
