Жанр: Электронное издание
Kulgal24
...ле
расчета. - Такие вещи лучше носить с собой. А то сейчас повсюду проверки. Спросят вас:
а что вы делали на территории парка, граждане? А-вы - р-р-раз! - и предъявите чек.
У него был такой идиотский вид, что Диана едва не задохнулась от злости.
- Спасибо, - спокойно сказал Виктор, взял чек и положил в нагрудный карман. - Очень
мило с вашей стороны.
Когда парочка направилась по дорожке к выходу из парка, Шургин поманил Алекса и
удовлетворенно констатировал:
- Я же сказал, что это крупняк. Был бы сявкой, кинулся бы мне морду бить. Знаешь,
есть такие крутые, что сразу наливаются кровью и начинают хамить. Этот - нет. Смотри,
даже охранников не подозвал.
- Интересно, где она его подцепила? - спросил Алекс вслух.
- Познакомиться с женщиной, которая жаждет знакомства, можно где угодно.
- Не думал я, что она жаждет, - с обидой откликнулся Алекс. - Я предлагал ей все! Я,
может, покруче этого типа. Я практически пластиковый король.
Шургин посмотрел на него рассеянно и сказал:
- Ну, что? Отправимся вслед за ними и будем наблюдать за стремительным развитием
отношений? Или плюнем на нее и разъедемся по домам?
- Ты что? Мы же договорились! Я же тебя нанял расследовать это дело!
- Алекс, ты меня не нанял, а только пожелал нанять. Это во-первых. Во-вторых, я
расследую совершенно другие вещи. В-третьих, я сам решаю, чем мне заниматься, а чем
нет. Насчет Дианы я еще не решил. Вернее, я решил, но не думал, что она будет бегать по
мальчикам.
- Я ужасно расстроен, - тяжело вздохнул Алекс. - Но признайся, что Дианочка тебе
тоже нравится.
- Нет.
- Нет?
- Нет. Мне ее жалко, это да. Хоть она и хорохорится, но на самом деле - Диана самое
беспомощное существо, которое я встречал за последнее время. Эта ее так называемая
карьера, потуги выглядеть деловой и самостоятельной... А потом первая же серьезная
неприятность, - и бац! - ее увозят черт-те куда, связывают руки, угрожают... Если бы не
мое вмешательство... наше вмешательство... ее бы уже пристукнули где-нибудь в темном
углу, и дело с концом. Первый раз в жизни мне приходится выручать дамочку. И, честное
слово, я чувствую себя Бэтменом, благородным и могучим.
Диана видела, как Шургин и Алекс, опередив их с Виктором, погрузились в машину и
уехали в неизвестном направлении. Оставили ее без присмотра. Она немедленно ощутила
себя маленькой рыбкой, отбившейся от стаи. Крохотной бедной рыбкой с мягким
тельцем, которое омывают жестокие воды холодного океана жизни. Впрочем, Виктор
находился рядом и всячески старался произвести на нее впечатление. Наверное, он тоже
сможет ее защитить. Но ей не нужен другой защитник. У нее уже есть один, подходящий.
Без Шургина вечер потерял остроту. Потерял интригу. Ей стало неинтересно пить кофе
- независимо от того, из каких зерен его сварили. Впрочем, Виктор очень старался ей
угодить. Он катал ее по Москве и показывал потрясающие виды, как будто она была
гостьей из другой страны и нуждалась в свежих впечатлениях. Потом они действительно
пили кофе и ели те замечательные пирожные, пока от сладкого ее не стало тошнить.
На город уже опускалась ночь. Диана задержалась так сильно, что было все равно -
явится она часом раньше или часом позже. Пока они шли до машины, заморосил теплый
дождик. Небо было темным, как тот самый кофе, которым ее угощал Виктор. Теплые
золотые огни, похожие на подтаявшие леденцы, мерцали над головой.
Виктор спросил, куда ее отвезти.
- Пригласить тебя к себе будет большой вольностью с моей стороны? - спросил он,
подрулив к дому Шургина и покосившись на темный подъезд.
- У меня пока слишком много проблем, чтобы я могла так расслабиться, - ответила
Диана, стараясь не думать о последствиях своей гулянки.
Он помог ей выйти из машины и, кажется, вознамерился поцеловать на прощание. Она
бестрепетно наблюдала за тем, как надвигается на нее совершенно чужое большое тело и
как настороженный рот прицеливается к ее губам. Это был не ее мужчина. Между ними
не существовало никакой эмоциональной связи, никакие токи не проходили от пальцев
одной руки к пальцам другой. Никакие вибрации не передавались посредством
физического контакта.
Он поцеловал ее нежно и очень интимно. Мастерски, отметила она. Абсолютно чужой
запах. Приятный, но чужой. Поэтому от него хочется отстраниться. Когда Шургин
проводил с ней свою "профилактику", ей, наоборот, почему-то захотелось приблизиться,
чтобы вдохнуть его аромат еще глубже.
В голове вертелись строчки какого-то стихотворения:
Пространство, стиснутое в пяльцах зонтов.
И, словно предсказанье, случайное касанье пальцев.
И - дрожь от этого касанья.
Никакой дрожи она не испытывала. Вообще ничего, только неудобство от того, что он
взял ее в охапку и прижал к машине. Где-то наверху, над их головами, скрипнула рама
окна, и яблочный огрызок, совершив долгое воздушное путешествие, ударился о капот,
отскочил, ударился еще раз и шлепнулся в соседнюю лужу.
- Романтика! - весело сказала Диана.
Этот огрызок спас ее от необходимости выражать эмоции. Виктор внимательно
посмотрел на нее и криво улыбнулся:
- Я провожу тебя до квартиры.
Она не стала возражать, потому что не была уверена, что разобиженные Шургин с
Алексом не улеглись спать. Если ее оглушат в этом самом подъезде, они и не услышат.
Однако ни один, ни второй не спали. У Дианы был собственный ключ, выданный во
временное пользование, и когда она воровато отперла дверь, оба вышли ей навстречу - с
делано равнодушными мордами.
- Ну, как повеселилась? - первым спросил Шургин.
Она уже приготовилась к защите, поэтому воинственно заявила:
- Мне нужно было снять стресс!
- Сняла?
- О да! Виктор был потрясающе внимателен.
- Запомни, Алекс, - не сводя глаз с Дианы, заметил Шургин нравоучительным тоном. -
Женщины влюбляются не в тех, кто хорошо выглядит, а в тех, кто красиво ухаживает.
- Выглядит он тоже замечательно! - запальчиво возразила та.
- А что ты о нем знаешь? - Шургин отступил в комнату и сложил руки на груди. - Что
это вообще за фрукт?
- Он живет вон в том доме, - ответила Диана и подбородком показала в окно. - Что уже
говорит о его высоком социальном статусе.
- Неужели? - Голос Шургина сочился ядом. - Значит, достаточно мне перебраться через
дорогу, и я тоже смогу рассчитывать, что ты проведешь со мной вечер наедине?
- Мы с ним не оставались наедине, - буркнула Диана. - Хотя зачем я тебе все это
рассказываю? Ты же не мой папочка.
Тут в их диалог вмешался Алекс. Он успел сбегать на кухню и вышел оттуда, держа в
руках жареное свиное ребрышко. Губы у него были в желтом масле.
- Диана, ты убиваешь во мне надежды, - страдальческим тоном заявил он. - С тех пор
как мы вместе, я сильно изменился в лучшую сторону...
- Если ты имеешь в виду, что перестал распускать руки, это правда, - подтвердила
Диана. - Спасибо Кларе с ее пистолетом.
- Ладно, оставим эту гулянку на вашей совести и вернемся к делам, - недовольно сказал
Шургин. - Пока вы прохлаждались, мы с Алексом кое-что раскопали по этому Дэну. Я
имею в виду звезду, золотой голос отечественной эстрады.
Они с Алексом решили не говорить Диане, что с сегодняшнего дня за ней следят
сотрудники ЧОПа, которые сопровождали их в Москву из Тихорецка. После второго
нападения Шургин решил не рисковать. Практика показала, что он может не справиться с
ситуацией. Там, на кладбище, его ударили по голове, а он даже не услышал, что бандиты
подобрались сзади.
- Итак, Диана, готовься: завтра у тебя прослушивание.
- Чего?
Она замерла на месте, не в силах поверить, что они сделали это.
- Мы заявили тебя на прослушивание. Дэну ищут подпевку. У продюсера грандиозные
планы. Если встретится что-нибудь оригинальное, он готов сделать из Дэна дуэт.
- Как это?
- Ну, как-как? Обыкновенно. Певец в наше время - это всего лишь продукт. Просто
колбаса, которую можно упаковать в целлофан, или порезать кусочками и запаять в
вакуумную упаковку, или - это наш случай - добавить в нее перца и заявить как новый
сорт. Если найдут подходящую девушку, Дэн перестанет быть самостоятельной единицей
и станет частью дуэта. Прослушивание длится уже неделю. Каждый вечер с восьми до
десяти, адрес я тебе продиктую. Дэн сидит в зрительном зале рядом с продюсерами и
жует резинку. Иногда надувает из нее пузыри и говорит: "Клево!" Или: "Не, не катит!"
Это его личный вклад в развитие брэнда.
- У тебя есть реальный шанс встретиться с этим парнем, - подхватил Алекс, - и
попробовать выяснить, не оставлял ли твой муж ему конверт с указаниями, где находится
алмаз.
То, что они ищут редчайший зеленый алмаз, было для него уже решенным делом. Он
постоянно думал о нем, читал справочную литературу и в самые неподходящие моменты
спрашивал Диану: "Ты дашь мне его подержать? Как ты думаешь, сколько он может
стоить? А что ты с ним будешь делать? Может быть, мы договоримся о цене? Я же
будущий пластиковый король, мне нужен бриллиант для короны. Ты уверена, что не
хочешь стать моей королевой?"
Не только Диане, но и Шургину тоже страшно надоела его бесцеремонность.
- Алекс, придержи свой пыл, - сказал он ему однажды. - Ты действуешь себе во вред.
- Зато у меня благие намерения, - мгновенно парировал тот.
- У тебя не благие, а нагие намерения. Нельзя так откровенно признаваться в
собственной жадности!
Однако на Алекса ничего не действовало - ни уговоры, ни насмешки. И отставать от
Дианы он не собирался.
- У меня нет слуха, - предупредила Диана, представив себе, как она придет на
прослушивание. - И голоса, впрочем, тоже. Меня вытурят, как только я открою рот.
- Никогда не встречал женщины, у которой нет голоса, - с сомнением заметил Алекс. -
Стоит мне ущипнуть какую-нибудь безголосую курицу, как у нее тотчас прорезывается
колоратурное сопрано.
- Вам шуточки, а мне выходить на сцену и позориться.
- Да вам всего-то и надо, что пропеть одну строчку! - напомнил Шургин. - "Пять
минут, пять минут...". И все. Если Дэн в курсе деда, он среагирует на твою фамилию и на
контрольное слова.
- А с курицей что делать?
Все трое задумчиво помолчали, пытаясь представить себе, как эту курицу можно
втиснуть в сценарий грядущего мероприятия.
- Ну, купим на всякий случай, - пожал плечами Шургин. - Принесете ее в пакете.
Подсознательно они понимали, что с этой курицей что-то не так. Не может быть,
чтобы именно жареную тушку должны обменять на конверт с инструкциями. Но Диана
стояла на своем: самое нелюбимое блюдо Дениса - именно это. Это и только это.
- Есть вы, разумеется, не хотите, - ехидно заметил Шургин, увидев, что Диана постояла
на пороге кухни, а потом развернулась и отошла.
Несмотря на то что они уже довольно давно сосуществовали рядом, он упорно не
переходил на "ты". Ни разу не подумал об этом, и она тоже не предложила. Она не
представляла, как будет "тыкать" ему, у них слишком острые отношения, чтобы
подружиться по-настоящему.
Она все-таки вернулась на кухню, налила себе стакан воды и вышла на балкон. Внизу
было темно, лишь высоченный фонарь, словно журавль, алчущий лягушек, торчал посреди
двора, склонив голову. Несколько желтых окон в соседних домах помогали ему выполнять
свою осветительную миссию. На лавочке возле детской песочницы кто-то сидел.
Одинокая фигура - неподвижная и темная. Только белый воротничок, похожий на
сложенную углом салфетку, выглядывал из невидимого пиджака.
Диана облокотилась о перила и принялась смотреть в небо. Однако фигура все-таки
волновала ее. Она вышла на балкон в поисках одиночества, поэтому никак не могла
забыть о постороннем, который втиснулся в ее личное пространство. То и дело взгляд ее
нырял в колодец двора и ощупывал этот сгусток живого вещества, притаившегося во тьме.
- Смотрите, не свалитесь вниз, - посоветовал Шургин, проходя мимо балкона. - Мы с
Алексом ложимся спать. Когда будете бегать из ванной комнаты в свой будуар и обратно,
постарайтесь не стучать пятками по паркету - мой сон очень чуток, а я сегодня устал.
Диана хмыкнула, снова легла животом на перила и вздрогнула. Видимо, глаза ее за это
время привыкли к темноте, или же фигура передвинулась в ту сторону, где света было
больше, или же в соседнем доме зажглось еще одно, дополнительное окно. Как бы то ни
было, но незнакомец, сидевший на скамейке, приобрел реальные очертания. Вернее,
незнакомка.
Диана вскрикнула и отшатнулась. Рыжий пучок, знакомый костюм и белая кофточка...
В это просто невозможно поверить! Это галлюцинация, видение, мираж... Она
развернулась и нырнула под занавеску, чтобы спрятаться в уютном мирке, охраняемом
Шургиным.
- Вы что? - Он немедленно появился рядом. - Что случилось?
Диана уперлась ему в грудь и теперь смотрела на нее, как на неодолимое препятствие.
Потерла лоб и дрожащим голосом пробормотала:
- Ничего. Ничего такого... Галлюцинация, наверное. Просто мне постоянно мерещится
тетя Люба. Мерещится и мерещится.
- Покойница? - изумленно крикнул Алекс из своей комнаты.
Слух у него был, как у фокстерьера. Кроме того, он намеренно прислушивался. Вдруг
будут говорить об алмазе, а он что-нибудь прозевает? Важное?
- Покажите, - потребовал Шургин и протиснулся мимо нее на балкон.
Она выскочила вслед за ним и чуть не упала, споткнувшись о порожек.
- Осторожнее! - прикрикнул он.-Ну, и где ваша галлюцинация?
Диана выглянула из-за его спины и уставилась на то место, где видела знакомую
фигуру. Скамейка была пуста, и поблизости тоже никого не оказалось.
- Я вижу ее уже не в первый раз, я же вам говорила, - выдавила она из себя, не желая
верить, что с ней что-то не так. - Тетя Люба, вылитая.
Шургин, который не любил галлюцинации и был убежденным антагонистом тех, кто
верил в НЛО и прочую "хиромантию", насмешливо спросил:
- И в чем же проявлялась эта ее "вылитость", а? Давайте, говорите. Уточните, на чем
строится эта убежденность. Тетя Люба! Надо же.
- Самое главное - цвет волос и прическа. Такие прически сейчас не носят. Вы ведь
видели фотографии.
- Видел. Вы имеете в виду кукиш у нее на затылке размером с маленькую дыню?
- Ну да. И еще у тети Любы был синий выходной костюм, который она очень берегла.
Он служил ей верой и правдой лет двадцать, не меньше. Все выезды и встречи с
родственниками она проводила именно в нем. И всегда надевала под него белоснежную
блузку - белое в семье считалось нарядным.
- Все, что вы описываете, очень легко подделать. Имитировать. Шиньон, костюм,
блузка... Наверное, кто-то выдает себя за тетю Любу.
- Зачем?
- Хороший вопрос. - Шургин почесал макушку и глубоко вздохнул. - Может быть,
чтобы свести вас с ума и завладеть алмазом?
- Во-первых, алмаза у меня еще нет, а во-вторых, я сойду с ума, только если эта
галлюцинация на меня набросится.
- Тогда я не знаю. И, кстати, почему ни я, ни Алекс не видели эту вашу так называемую
тетю, ведь мы день и ночь находимся рядом. А вы говорите, что она мерещится вам
постоянно.
- Постоянно, - мрачно сообщила Диана. - Когда я ее увидела, меня чуть машина не
сшибла. Это из-за моей галлюцинации Клара под мотоцикл попала.
- Ну-у-у, девушка, вы даете! - протянул Шургин. - Вы что же факты утаиваете? Если бы
мне удалось догнать эту вашу липовую тетю, все бы разрешилось без шума и пыли. Такое
впечатление, что вам шесть лет и вы скрываете от родителей, что боитесь вазочки с
конфетами, которая в темноте кажется вам огромным пауком! Мы ведем расследование,
между прочим. Тут каждая крупица информации важна.
- Я больше не буду, - сказала Диана, продолжая метафорический ряд. Он сравнил ее с
шестилетним ребенком, и она немедленно попросила у него прощения.
- Идите спать. Я советую вам сделать это поскорее, вы тоже должны были устать.
Он посмотрел на нее с подозрением. Страстно хотелось спросить про Виктора - когда
она с ним познакомилась? Вчера? Ночью? Когда они с Алексом видели сны? Просто
невероятно. Обычно он спит очень чутко, работа такая. Может быть, она подсыпала ему
снотворное в чай, чтобы уйти тайком и до утра предаваться разврату?
Так ничего и не спросив, он стащил с себя штаны и нырнул под одеяло. Через четверть
часа из ванной мимо его прищуренных глаз протопали босые ножки. Вернее, прошли на
цыпочках. Мелькнул подол кружевной рубашки с розочками. Ужас какой-то. Ни одна
женщина в его квартире еще не надевала ночную рубашку. Он смежил веки и начал
проваливаться в сон, успев попросить боженьку, чтобы ему не снилась эта фифа в
розочках с ее пухлыми губами и подбородком, в котором сосредоточилось все упрямство
мира.
Спал он ровно четверть часа. Только что перевалило за полночь, когда она принялась
трясти его за плечо.
- Олег Павлович, - шептала она, и ее жаркое ночное дыхание толкалось в его ухо вместе
с именем-отчеством. - Олег Павлович, я должна вам что-то сказать.
Он проснулся мгновенно, открыл глаза и уставился на нее. Ночной ветер легкими
пальчиками перебирал занавеску, вся постель была забрызгана лунным светом, по
розовой ночной рубашке перемещались подвижные пятна, как будто на ней показывали
кино. Без очков ее лицо выглядело беспомощным.
- Олег Павлович, это очень важно. Вы потом мне не простите, если я буду ждать до
утра.
Больше всего на свете ему хотелось откинуть одеяло и позвать ее к себе. Она так
взволнована, что может даже не заметить подвоха. Скользнет и прижмется. И что он
потом будет с этим делать?
- Вы снова видели привидение? - вполголоса спросил он, страдая от храпа Алекса, для
которого дверь не являлась сколько-нибудь значительным препятствием.
- Нет, тут такое дело...
Он протянул руку и включил настольную лампу. Диана выглядела так, будто ее
настигло очередное несчастье. Глаза расширены, руки стиснуты в замочек, нижняя губа
прикушена. Вдобавок ко всему она то и дело сглатывала, и тогда по ее шее проходила
судорога.
- Черт возьми, - воскликнул Шургин и сел, озадаченно глядя на нее. - Вы узнали, что
ждете ребенка?
Она хлопнула ресницами и пискнула:
- Ребенка? Какого ребенка?
- Ну, не знаю какого. Маленького. - Он уже понял, что ошибся, и успокоился.
- Я кое-что вспомнила. Не понимаю, почему я не вспомнила этого раньше... Такая
глупая!
Глупая, это уж точно. Она что-то вспомнила и прилетела к нему, ни мало не смущаясь
тем, что он почти голый. Шургин протянул руку, дернул на себя одеяло и прикрыл, как
мог, волосатый торс.
- Помните тот день, когда меня похитили из кафе?
- Естественно, - бросил он. - Разве такое забудешь? В тот день я познакомился с
Алексом.
- Тип, который меня схватил на крыльце... Он приехал на машине с шофером. Молодой
парнишка, я обратила на него внимание, когда автомобиль остановился возле крыльца.
Мне тогда показалось, что я его где-то видела раньше, этого шофера. Но потом, сколько я
ни вспоминала - ничего, пустота. И вдруг проснулась среди ночи, вот сейчас, и поняла,
где я его видела!
Шургину невольно передалось ее волнение. Вдруг ее озарение поможет обнаружить
всю шайку?
- Где же? - спросил он, окидывая Диану пристальным взглядом. Наверное, позывы
защищать ее появляются именно потому, что она такая маленькая.
- Я проснулась и стала вспоминать, как ездила на стройку с Захаром Петровичем...
- Скучаете по своему котловану? - не удержался он.
Она даже не заметила иронии. Мало того, взяла и схватила его за руку. Его мгновенно
пробрало до костей. Пришлось вырваться.
- Не трясите меня, - потребовал он. - Вы видели этого парня на стройке?
- Да нет же, что вы, в самом деле! Он же шофер.
- Ну и что?
- Он возил Захара Петровича.
Шургин некоторое время молча смотрел на нее, потом глупо переспросил:
- Как?
- Не знаю как. Он сидел за рулем, я это точно помню. Мы приехали, и он обернулся,
чтобы спросить, сколько придется ждать.
- Вот так-так, - пробормотал Шургин. - Значит, они подбирались к вам давно? К вам, а
не только к вашему мужу. Впрочем, это понятно. Алмаз должен был перейти по
наследству. А наследница - вы.
- Нет, - покачала головой Диана. - Никто ко мне не подбирался. Это сам Захар
Петрович.
- В каком смысле?
Шургин никак не мог сосредоточиться. Она обрушивала на него свои соображения, а
его сознание не успевало их переваривать.
- Думаю, нужно разбудить Алекса, - заявила она. - Все-таки Захар Петрович - его
родной дядя.
- Я сам разбужу, - сказал Шургин и потянулся за штанами.
Вместо того чтобы отвернуться, она пристально наблюдала за тем, как он прыгает на
одной ноге, пытаясь попасть в штанину. Было заметно, что мысли ее целиком
сосредоточены на чем-то другом и его красивое тело ее сейчас отнюдь не волнует. Или не
волнует вообще?
- Алекс, вставай, - крикнул Шургин, распахнув дверь. Тот в последний раз всхрапнул и
почмокал губами. - Вставай, тебе говорят. Алмаз проспишь.
Его компаньон немедленно встрепенулся и уже через минуту стоял посреди гостиной в
длинном халате, тапочках и носках, подтверждая всемирный закон тяготения мужчин
именно к этому предмету одежды. И хотя он не спал в носках, но надел их сразу при
пробуждении.
- Что случилось? - спросил компаньон с живым любопытством, потуже затягивая пояс
халата. - Появились новости?
- Диана вспомнила, что шофер автомобиля, который участвовал в похищении, ее
старый знакомый.
- Однажды он возил твоего дядю на стройку, - подтвердила Диана. - А я ехала с ними.
- М-м-м...-пробормотал Алекс, сдвинув брови. - Не понял. Ты подозреваешь моего
дядю в том, что он тебя украл?
- Его люди, - подтвердила Диана.
- Но ведь шофер - величина переменная. Наняться на службу можно куда угодно и
когда угодно. И уволиться, соответственно, тоже.
- Я тут кое-что сопоставила. Сегодня Татьяна рассказывала мне про того человека, с
которым Денис разговаривал в больнице, когда пришел в себя. Уходя, этот неизвестный
заметил: "Мне с моей фамилией в больнице не место. Она сама меня защищает". Тебе
никакая фамилия не приходит в голову?
Алекс потер лоб, и лицо его озарилось детской радостью:
- Невредимов!
- Ничего не понял, - вмешался Шургин раздраженным тоном. - Какое отношение
Невредимов имеет к вам и вашему наследству? Или к вашему мужу?
- Я хотела вам сказать еще раньше, но вы отмахнулись, - обвинила его Диана. -
Невредимов давно знаком с Денисом, лет пять назад они вместе проворачивали какие-то
дела, перепродавая квартиры в новостройках.
- Замечательно! - Он всплеснул руками, как кумушка, у которой сбежало тесто. - Все
самое главное я узнаю в последнюю очередь.
- Захар Петрович взял меня на работу по просьбе Дениса. Когда мы решили развестись,
мне потребовался собственный заработок.
Шургин посмотрел на нее с подозрением, но никак ее высказывание не
прокомментировал. Алекс принялся расхаживать по комнате, шлепая задниками тапок и
рассуждая вслух:
- Получается, это мой дядя хотел выколотить из тебя алмаз? Вот это да! Его людишки
притащили тебя в тот дом и привязали к стулу?
- Теперь все наконец встало на свои места, - вмешался Шургин. - То-то я никак не мог
понять, почему тебя тогда не убили.
- Меня?! - изумился Алекс.
- Тебя, тебя. Ты забрался в "Газель" и приехал в логово бандитов. Они тебя увидели,
стукнули по голове, вывезли в Алтуфьево и бросили в кусты. Разве это логично?
- А что?
- Что, что... Тебя должны были убить, мой мальчик. Чтобы ты не смог вернуться
обратно. Что ты, кстати говоря, и сделал некоторое время спустя. Вернулся и привез с
собой целую кодлу народу. Но ты племянник босса, потому тебя просто убрали подальше,
и все дела.
- Мой дядя не убийца, а рядовой охотник за драгоценностями, - заявил Алекс. -
Похитителям бриллиантов не обязательно быть кровожадными.
- Да нет, Алекс. Просто ты сын его сестры. Насколько я успел понять, он тепло
относится к твоей матери. Поэтому дал распоряжение своим парням стукнуть тебя не
сильно, и ты отделался всего лишь шишкой. Вероятно, плохие парни полагали, что тебе
потребуется гораздо больше времени на раскачку. Диану наверняка к утру увезли бы в
другое место. Или вернули домой, заставив искать алмаз. Таким же образом, каким она
ищет его сейчас. Только под присмотром.
- Нет, это не лезет ни в какие ворота, - разволновался Алекс. - Мой собственный дядя!
Уму непостижимо.-Он надувал и сдувал щеки, бегая от одного конца ковра к другому. -
Прямо не знаю, что с этим делать.
- Я тоже не знаю, - признался Шургин. - Стоит ли ему сообщать, что мы в курсе дела,
или не стоит? Полагаю, второе нападение организовал все тот же Захар Петрович. Раз уж
он начал, теперь вряд ли остановится. Насколько я разбираюсь в психологии мошенников,
он уже считает алмаз своим. Кстати, становится понятным, откуда бандиты узнавали о
нашем местонахождении.
- Откуда? - с любопытством спросил Алекс.
- От верблюда, дружок, - откликнулась Диана. - От тебя, конечно. Ты же наверняка
звонил дяде.
- Не дяде, а матери, - возразил он и тотчас добавил: - Что, в сущности, одно и то же. Я
должен поговорить с ним с глазу на глаз. И немедленно.
- Сейчас не очень подходящее время для визитов, - напомнила Диана.
- Нет, как раз самое подходящее. Дядя у нас полусова-полужаворонок. То он ложится в
пять утра, а то встает в это же самое время. Никогда нельзя угадать, в котором часу он
уедет из дома. И если прижимать его к ногтю, то именно теперь. Вытащу из постели
тепленького.
- А где он живет? И впустит ли тебя в дом? Ведь ему наверняка известно, что ты
участвовал в операции по освобождению Дианы и таскался вместе с ней в Тихорецк.
- Уверен, дядя откроет мне дверь. Я же не убивать его приду. А просто поговорить.
Выяснить все обстоятельства дела.
- А если он признается, что тогда? Скажет, да, дорогой племянник, это все я. Я хочу
заполучить Диану, и я приказал своим людям утопить тебя и твоего приятеля в реке. Ты
слишком настырный и не понимаешь намеков. Что ты в этом случае будешь делать?
- Чего загадывать раньше времени? Нужно послушать, что скажет дядя, а потом уже
принимать решения. Конечно, я его сразу предупрежу, что сообщил кому только можно о
том, куда отправился. Матери сказал, милиции сказал, тебе сказал...
- Слова не мальчика, но мужа, - похвалил Шургин. - Я пойду с тобой. Покараулю внизу.
Вдруг тебе понадобится помощь?
- Я тоже пойду
...Закладка в соц.сетях
