Жанр: Электронное издание
Kulgal24
...ял, - пробормотал он. - Как они это делают?!
Чтобы возвратиться к жизни, пришлось принимать экстренные меры. Он долго лил на
себя горячую воду, пыхтел и отплевывался, а потом сразу пустил холодную. Насморк,
который собирался недели на две поселиться в организме, покинул его в ужасе. Дыхание
на секунду остановилось, но потом грудь задышала легко и свободно.
Он тщательно побрился, сбрызнул себя лосьоном и отправился на кухню варить кофе.
После первой чашки мир снова начал обретать краски.
Под впечатлением от вчерашних событий он позвонил своему другу из милиции, и тот
пообещал связаться с Тихорецком и все для него разузнать. Много времени это у него не
заняло.
- Отпустили ваших орлов, дела не завели. Дамочка ваша вчера заявления писать не
стала, так что задерживать молодцов было не за что. Конечно, они удирали от наших
сотрудников, за что и были схвачены - до выяснения. Кроме того, за них похлопотали.
- Я так и думал. А кто?
- Не могу знать, - хохотнул собеседник. - Эти дурилки на джипе - какая-то мелкая
шушера. Ни на какого известного "папу" не работают. Хочешь ты настаивать на том,
чтобы открыли дело о нападении на тебя и твоего приятеля?
- Не хочу, - ответил Шургин. - Роман с милицией всегда заканчивается алиментами. У
меня сейчас и так проблем хватает.
Вторую чашку кофе он пил уже гораздо медленнее и, пока пил, взялся пролистать тот
сборник стихов "Луна и облако", который Диана повсюду таскала с собой. Поскольку в
книге не было ни закладок, ни загнутых страниц, она казалась совершенно обыкновенной.
И в ней до сих пор никто ничего не обнаружил.
Шургин лениво переворачивал листы, и вдруг внимание его привлекла строка в
стихотворении, которая была подчеркнута шариковой ручкой. Он задумчиво пощипал
кончик носа, вернулся к началу и по одной пролистал все страницы. Больше нигде
никаких подчеркиваний не обнаружилось. Странно. Сборник был дорогим, отпечатанным
на толстой мелованной бумаге с цветными вкладками, проложенными пергаментом.
Зачем было портить такую вещь, выделив одну глупую строчку?
Я жил взахлеб, я жаждал стать мудрей,
Все испытать, испробовать, измерить.
Молился всем богам, учился верить,
Пел птицей, понимал язык зверей.
Я черпал знания из словарей
И к опыту пытался их примерить.
Когда сияющая Диана появилась на кухне, он уже забыл о ее чудесном ночном
превращении. Это перестало быть для него важным.
- Садитесь, - велел он, не отрывая глаз от книги. - Как провели ночь?
Диана некоторое время раздумывала, потом ответила:
- Бурно.
- Я рад, - не заостряя внимания на ее словах, пробормотал Шургин. - А где Алекс?
- Я здесь, - ответил искомый Алекс и втащил свое тело в кухню.
Вероятно, он тоже долго брился, но, даже бритая, его физиономия выглядела так, будто
очень давно не нюхала свежего воздуха. Алекс был похож на драного полудохлого кота,
вернувшегося домой после недельного загула с кошками.
- Налить тебе кофе? - поинтересовалась у него Диана.
- Лучше яду.
Шургин развернул книжку лицом к ним и сказал:
- Смотрите сюда. Видите - тут подчеркнуто?
Алекс и Диана склонились над страницей и долго в нее дышали.
- Ну и что? - первой отозвалась она. - Я вижу, что тут намазано ручкой, но смысла во
всем... Думаете, фразу Денис подчеркнул?
- "Я черпал знания из словарей", - процитировал Алекс вслух. - Может, он хотел
включить эту строчку в свой график личностного роста. Купить энциклопедический
словарь и просвещаться по вечерам.
- Мне пришла в голову одна мысль, - сообщил Шургин и обратился к Диане: - У вас
дома есть словарь? Энциклопедический?
- Конечно, есть. А что? - Она пока не понимала суть идеи.
- Ваше имя принадлежит богине, не так ли?
- Какой? - с любопытством спросил Алекс. - Богине любви?
- Нет, растительности, - ответил Шургин. - Впрочем, еще она - олицетворение луны. У
нее множество ипостасей. Но все это неважно. Важно то, что в любом приличном словаре
обязательно отыщется статья про Диану. Возможно, муж оставил вам какое-то послание?
В кабинете среди его бумаг лежит томик стихов, на который вы сразу же обратили
внимание. В нем есть подчеркнутая строка. И она ясно указывает на словарь, из которого
можно почерпнуть некие знания.
- Слишком заумно, - отмел его предположение Алекс. - Нужно проявить невероятную
сообразительность, чтобы до такого додуматься.
- Если у тебя интеллект, как у рыбки гуппи, - парировал Шургин, - это не значит, что
другие остановились в развитии. Я бы проверил словарь.
- Опять переодеваться старухой? - приуныла Диана.
После того как Верочка вернула ее к жизни, совсем не хотелось портить фасад и
искусственно его старить.
- Я сам схожу. Нет никакой разницы, кто отправится на место и пролистает словарь.
Заодно огляжусь и проверю, приглядывает ли кто-нибудь за квартирой.
- И нужно позвонить Кларе! - вскинулась Диана. - Узнать, как у нее дела. Иначе она
подумает, что мы про нее забыли.
- Про нее забудешь, - проворчал Алекс, вспомнив, что Клара стреляла в него из своего
крохотного пистолетика и потом тряслась от ненависти, рассказывая, как он ущипнул ее.
Прямо на рабочем месте! Ах-ах-ах!
Шургин собрался и уехал, строго-настрого приказав им не выходить из квартиры.
Диана могла бы поклясться, что он не обратил на ее новую внешность ровным счетом
никакого внимания. А ведь ей хотелось ему понравиться. Из принципа. Из гадства. Чтобы
поглумиться. Я тебе нравлюсь? А ты мне нет! Однако в их случае счет не в ее пользу. Если
он ей не нравится, то она не нравится ему еще больше.
- Вот мы и одни, - проникновенно сказал Алекс, заперев за Шургиным дверь. Прошелся
по комнате, придирчиво оглядывая интерьер, и добавил: - Не понимаю, почему мы
должны жить именно здесь? У меня шикарный дом за чертой города, там есть все! А
будет еще больше! Я умею делать деньги. Дианочка, ты должна обратить на меня самое
пристальное внимание. Скоро я стану владельцем завода по производству пластиковых
изделий. Пластиковый король! Как тебе такое?
- Никак, Алекс.
- Ты мне не веришь? Но у меня действительно грандиозные перспективы!
- Опыт показывает, что о грандиозных перспективах больше всех любят рассуждать
неудачники.
- Я что, похож на неудачника? Разве у неудачников есть гараж на четыре машины,
набитый новенькими иномарками ручной сборки, коллекция старинного оружия, которая
тянет...
- Почему ты тогда так страшно заинтересован в том, чтобы найти сокровище и
жениться на нем? - насмешливо спросила Диана.
- Деньги притягивают деньги, - нравоучительно ответил Алекс. - Я набит деньгами,
поэтому меня так тянет к новым. А жениться я хочу все-таки на тебе лично.
- Ты столько месяцев не обращал на меня внимания! - ехидно заметила она.
- Я к тебе приглядывался.
Он подошел и сел рядом, взирая на Диану с вожделением. На первых порах она думала,
что Алекс просто придуривается, и лишь теперь стала склоняться к мысли, что он
искренен, хотя его искренность и похожа на идиотизм.
- Алекс, физические контакты между нами исключены, - строго сказала она, заметив
его плотоядный взгляд. - Кроме того, мне нужно позвонить Кларе.
- Надеюсь, мы не будем забирать ее из больницы? - забеспокоился тот. - Женщины,
которые отстаивают свою честь с оружием в руках, должны жить в резервациях.
Диана усмехнулась. Клара недавно уверяла, имея в виду, естественно, Алекса, что
дураков нужно обязательно помечать - хотя бы крестиками на лбу.
- Не думаю, что Клару выпишут так быстро, - вздохнула она.. - Перелом есть перелом.
Да еще сотрясение мозга, и трещина в лодыжке. Ей сейчас несладко приходится.
Однако, услышав в телефонной трубке знакомый голос, Диана изменила свое мнение.
Голос был энергичным и деловым.
- Слава богу, у вас все в порядке. А у меня тут кое-что случилось. Я по возможности не
выпускаю из виду ту пациентку, которая лежит здесь под твоим именем. И вот вчера
появляется молодая женщина и требует, чтобы ее провели к Диане Звенигородской. У нее,
мол, есть важное сообщение. Ее, конечно, не пустили, потому что разговаривать там еще
не с кем - все лицо замотано, капельницы и все такое... Я, когда пронюхала, что внизу
скандал, сразу спустилась. Женщина лет двадцати семи, высокая и полненькая, с карими
глазами, волосы длинные, вьющиеся. Тебе ни о чем эта внешность не говорит?
- Нет, - задумчиво ответила Диана. - А как ее зовут?
- В том-то и дело, что она не захотела говорить. Я подошла и представилась твоей
близкой подругой. Говорю, вы скажите, кто вы такая, и, как только Диана придет в себя, я
ей сразу сообщу, что вы заходили. А она: нет, мол, не нужно. И вроде как к выходу пошла.
Я спряталась за колонной, смотрю - возвращается. И что ты думаешь? Ей удалось
заморочить голову медсестре нашего отделения, и я сама слышала, как она оставила ей
свой телефон. И тысячу рублей дала - за услугу. Как только, говорит, Диана
Звенигородская в себя придет, пусть ей немедленно позвонят.
- Тебе удалось раздобыть этот номер? - взволнованно спросила Диана.
- А как же! Есть чем записать?
- Алекс, дай ручку, - зашипела она. - Или лучше сам запиши, я диктую.
Зафиксировав цифры, она спросила Клару о ее самочувствии, но та немедленно
отмахнулась:
- У меня все нормально, но я изнываю от любопытства. Звони скорее этой незнакомке,
а потом перезвони мне. Я снотворное пить не буду, слышишь?
Однако, к их общему разочарованию, номер не ответил.
- Наверное, девушка на работе, - пожал плечами Алекс.
- Все нормальные люди сейчас на работе, - с сожалением подтвердила Диана.
Ей удалось выпросить у Невредимова срочный двухнедельный отпуск по семейным
обстоятельствам, но сколько прошло дней с тех пор, как он начался, она и не помнила.
Жизнь ее изменилась в корне. Счастье, что она не одна, что с ней постоянно кто-то
находится. "Не кто-то, - проникла в ее голову маленькая мыслишка, - а Шургин. На него,
оказывается, можно положиться. Вот если бы он еще вел себя достойно..." Шургин попрежнему
позволял себе говорить Диане гадости, а иногда даже нагличал. От этого их
межличностный конфликт не только не затухал, но, напротив, набирал силу и разрастался
как ком снега, пущенный с горы.
От нечего делать Диана отправилась на кухню и напекла блинов. Готовила она
нечасто, но хорошо, и блины удались на славу. Душкин слопал большую стопку, и взгляд
его сделался равнодушным, как у питона, висящего на ветке в террариуме. Поэтому
возвращение Шургина он встретил без энтузиазма и только вяло махнул рукой, сделав
приветственный жест.
Предложенные блины Шургин долго осматривал со всех сторон, потом нюхал, потом,
наконец, съел один и отложил вилку. Диана, исподтишка наблюдавшая за ним, дернула
щекой. Ничем-то ему не угодишь!
- У Клары новости, - сказала она деловым тоном и выложила всю историю про девушку
с длинными волосами.-Теперь ждем вечера и надеемся застать миссис Икс дома.
- У меня тоже новости, - спокойно откликнулся Шургин.
Полез во внутренний карман пиджака и жестом фокусника достал оттуда желтенький
листочек с верхним клеящимся краем, какие обычно крепят к документам, чтобы
написать на них сопроводительную записку. Листочек был заполнен бисерными буквами.
Диана сразу же узнала почерк.
- Это писал Денис! - воскликнула она и выхватила листок из рук Шургина. - Дайте
скорее.
Она села возле окна и быстро пробубнила вслух:
- "Диана, прочитав эту записку, сразу обратись ко мне. Если со мной что-то случилось,
выполняй мои указания. Из Тихорецка я вывез то, что мне не принадлежало. Спрятал в
надежном месте. Надеюсь, ты сможешь понять ценность найденного. И правильно
поступить. Полностью полагаюсь на тебя. Денис. Для того чтобы получить дальнейшие
инструкции, необходимо обменять у Дэна мое самое нелюбимое блюдо на конверт.
Паролем будет служить та поэтическая строчка, из-за которой не удалась вечеринка".
- Ну? - спросил Алекс, борясь с блинным оцепенением. - Ты что-нибудь поняла из этой
тарабарщины?
- Кое-что и я понял, - повел бровью Шургин. - Все-таки мы были правы: сокровище из
Тихорецка вывез именно ваш муж.
- Но как он мог так поступить? - недоумевала Диана, продолжая держать записку перед
глазами. - Не могу поверить, что он это сделал! Это была моя тетя.
- И ТВОЕ сокровище, - поддакнул Алекс. - Хорошо, если он выживет. Эта записка
станет уликой на суде.
- Вы, Диана, находитесь в опасности, - напомнил Шургин.. - Не могу же я прятать вас
вечно. Нужно немедленно найти эту вещь, выяснив попутно, кто за ней охотится.
- Кто знает о ее существовании, тот и охотится, - резонно заметил Алекс.
- Но мы, к сожалению, не можем этого выяснить сейчас. Пути распространения
информации извилисты и непредсказуемы. Кстати, вы поняли, о чем идет речь в этой
записке? - Шургин протянул руку и положил себе еще один блин. - В той ее части, где
говорится о каком-то пароле, Дэне и нелюбимом блюде.
- Ну..., да. Что касается самого нелюбимого блюда, то это курица-гриль. Денис даже
запаха ее не выносит. Это как раз просто. И по поводу неудавшейся вечеринки я,
естественно, в курсе. Два года назад наши друзья устроили новогодний вечер. Арендовали
караоке-бар, назвали гостей, заказали лучшие блюда - в общем, все по-взрослому. Однако
в теплую компанию затесались молодые люди, балующиеся наркотиками. Они чего-то
нанюхались в туалете и оккупировали микрофоны. Представляете себе человека,
которому страшно весело и который желает спеть песню, но помнит только одну строчку?
- Представляем, - кивнул Алекс. - Должно быть, это очень забавно.
- Несколько человек пытались стащить парня со сцены, а он все это время исполнял
первую строчку старого шлягера Гурченко: "Я вам песенку спою про пять минут". И так
раз восемьсот. В конце концов, у гостей сдали нервы, и почти все разбежались.
- Значит, пароль, как я понимаю, именно такой: "Я вам песенку спою про пять минут".
- Ну да.
- Вы должны принести Дэну курицу-гриль, поздороваться, сказать ему: "Я вам песенку
спою про пять минут", Дэн обрадуется и отдаст вам конверт.
- Не знаю, обрадуется ли Дэн, - осторожно ответила Диана. - Потому что понятия не
имею, кто это.
- Приехали! - хлопнул себя по коленкам Алекс.-Как это - не знаешь? А зачем тогда
твой муж про него написал?
- Не могу понять.
Диана искренне расстроилась. Больше всего на свете она не любила командных игр,
где твоего выхода с надеждой ждет целая группа товарищей. А если ты вдруг
проштрафишься, то разочарование умножится во много раз. Однажды она участвовала в
спортивном турнире и позже всех донесла до своих эстафетную палочку. Потом
переживала целый месяц. И сейчас испытывала примерно те же чувства. Шургин и Алекс
смотрели на нее напряженно, с таким ожиданием во взгляде, что она немедленно
стушевалась. Впрочем, нрав не позволил ей показать собственную слабость.
- Это не повод, чтобы смотреть на меня как на врага, - заявила она, вздернув
подбородок.
Шургин заметил знакомое упрямое движение и едва заметно усмехнулся. Диана
немедленно вспыхнула. Ее сердце разрывалось между ненавистью и благодарностью.
"Этот садист все прекрасно понимает, - неожиданно дошло до нее. - Наверное, он
специально меня доводит и наслаждается моими нечеловеческими терзаниями".
Некоторое время она бороласьс желанием в очередной раз поругаться, но потом
увидела, с каким аппетитом он ест ее блины, и остыла.
- Все-таки вы молодец, - выдавила она из себя. - Я бы ни за что на свете не догадалась
пролистать словарь. Я и на подчеркнутую строчку не обратила никакого внимания.
Возила сборник с собой в Тихорецк, но даже не удосужилась прочитать насквозь.
- Полагаю, вам было не до этого, - сухо ответил Шургин.
Своим тоном он ясно показывал, что не нуждается ни в похвалах, ни в простом
одобрении. Он уже сказал однажды, что им движет простая порядочность и точно так же,
как ей, он помогал бы любой особи. Уничижительное слово запало Диане в душу, и она
тщетно пыталась избавиться от его послевкусия.
- Да, ты действительно молоток, - между тем присоединился к похвалам Алекс. - Но
тебе придется еще раз хорошенько пошевелить мозгами. Потому что, если мы не поймем,
куда нести курицу, сокровище накроется медным тазом.
- У нас впереди целый день и целый вечер, - буркнул Шургин. - Или целая вечность -
кому как нравится.
- Я хотела вас предупредить, - с вызовом сказала Диана. - На вечер у меня есть коекакие
планы.
- Планы? - переспросил Шургин, демонстративно подняв брови и привалившись
грудью к кромке стола, чтобы оказаться поближе к смутьянке. - Разве в вашем положении
строят какие-то планы?
- Я еще живая, Олег Павлович, - отрезала Диана. - Почему бы мне не распланировать
вечер?
- Потому что вы живы только благодаря мне.
- И мне, - напомнил Алекс. - И я тоже не понимаю, о каких планах ты говоришь.
- Во-первых, мне хотелось бы поехать к мужу. Во-вторых, дозвониться до той
загадочной женщины, которая приходила в больницу. И в-третьих, у меня назначена
встреча. - Она помолчала и добавила: - Личная.
Шургин аккуратно собрал с тарелки остатки сметаны последним куском блина и,
засунув его за щеку, уточнил:
- Свидание, иными словами.
- Просто личная встреча, - уперлась Диана. - Но важная.
- С кем?
- Послушайте...
- Нет, это вы послушайте, - оборвал он ее и одним движением стер сметанные усы
салфеткой. - Я взял вас под свою защиту. Я несу ответственность за вашу безопасность. И
раз уж вы пользуетесь моей добротой, будьте любезны докладывать мне обо всем, что вы
делаете. И тем более обо всех, с кем вы встречаетесь.
Несколько секунд Диана молчала, потом поправила очки на носу и любезно ответила:
- Его зовут Виктор.
- Кто это? - Шургин не собирался довольствоваться малым.
- Просто человек, который однажды мне помог.
- Вижу, ваш стиль жизни уже давно сложился. Находите себе знакомых, которые вам
всячески содействуют, верно? Кругом одни помощники и поклонники.
- Диана, - предупредил Алекс, - я не потерплю других мужчин рядом с тобой.
- Нет, Алекс, тебе придется. Я уже дала прямой ответ на твой не менее прямой вопрос
и не хочу повторяться.
Алекс надулся, но через секунду нашелся с ответом:
- Но я все равно буду ждать и надеяться.
- Значит, вы собираетесь покинуть предоставленное мной убежище и идти на
свидание, - пробормотал Шургин. - Не боитесь, что на вас снова нападут, а ваш Виктор не
захочет вмешаться?
- Он не из таких.
- Отлично, - подвел итог Шургин. - Но предупреждаю: если с вами что-нибудь
случится, меня на помощь не зовите, ясно?
Диана некоторое время взвешивала оба варианта. Перезвонить Виктору и сказать, что
встреча откладывается до лучших времен? Нехорошо. Тем более он несколько раз
подчеркнул, что ужин будет просто дружеским. Друзьям нельзя плевать в душу.
- А в больницу к мужу мне можно? - осторожно спросила она.
- Нет. Достаточно того, что вы звоните туда по номеру. Все равно вас не пустят в
реанимационную палату. А если и пустят, то не дадут сидеть там долго и предаваться
страданиям. Самое лучшее, что вы можете сделать, - это позвонить по номеру, который
раздобыла Клара, и выяснить, чего хотела от вас та женщина.
Его раздражало, что она так хорошо выглядит. Очки, которые она купила после того,
как потеряла свои, шли ей гораздо больше. Те, квадратные, делали ее лицо слишком уж
строгим. А эти, кругленькие, выглядели кокетливо. И вот она сидит на его кухне в этих
кокетливых очках и рассуждает о том, имеет ли право идти на свидание.
Алекс тоже его раздражал. Он был не просто дураком, а дураком деятельным,
активным, даже агрессивным. И к тому же фигуристым. Накачанное тело и мужественная
физиономия давали ему дополнительный повод для самодовольства.
Рассерженная тоном Шургина, Диана предпочла прекратить полемику и принялась
звонить по телефону. Номер по-прежнему не отвечал. Однако она решила не отходить от
аппарата и удобно устроилась на диване. Алекс некоторое время ходил вокруг нее, словно
волк вокруг упитанной овцы, наконец не выдержал безделья и заявил, что отправляется в
магазин за предметами личного туалета, отсутствие которых переживает очень
болезненно.
Когда дверь за ним захлопнулась, Шургин принялся ходить по комнате вместо него.
Диана несколько раз громко вздохнула, потом пошевелила ноздрями, покачала головой -
всячески выражала свое отношение к этому хождению. Заметив ее уловки, Шургин
ухмыльнулся.
- О чем это вы сейчас подумали, когда вот так вот ухмыльнулись? - немедленно
спросила Диана, оторвавшись от аппарата.
- О том, что я вам небезразличен.
- Простите?
- Вы все время на меня так смотрите, будто хотите слопать. Боюсь, вы положили на
меня глаз.
- Я?! - Диана вскочила со своего места, дыша так бурно, словно ее погрузили под воду
и недопустимо долго держали там без воздуха. - Что за ерунду вы несете?!
- Это никакая не ерунда, - настаивал Шургин, наступая на нее. - Я разбираюсь в
женских чувствах так же хорошо, как в марках автомобилей. Еще немного - и вы в меня
влюбитесь.
- Ха!
- Не "хакайте", вы разоблачены. Ваш внутренний мир для меня - открытая книга. Вы
ведь не можете похвастать тем же, верно?
- Тайные пороки мужчин - обжорство, пьянство и футбол - слишком жалки, чтобы
предавать их огласке, - парировала Диана.
Она держалась храбро, но внутри у нее все вибрировало от напряжения.
- Зачем вы так близко ко мне подходите? - спросила она, делая маленький шажок
назад, к дивану. '
Шургин соорудил на лице хищную улыбочку и ответил:
- Думаю, вы догадываетесь.
- Нет.
- Нет? Удивительно.
- Вот вы опять подходите, - в панике воскликнула она.
- Ну да. Я хочу вас поцеловать. Я просто должен вас поцеловать. Видите ли, это все
равно что прививка. Для того чтобы вы не заболели мной по-настоящему, мы сейчас
проведем профилактические мероприятия.
Он взял Диану за талию и рывком притянул к себе. По сравнению с ним она была
маленькой, поэтому шумно задышала ему в пуговицу на рубашке.
- Ну, посмотрите на меня.
Поначалу Шургин искренне полагал, что все еще можно обратить в шутку. Но когда
она послушно подняла голову, почувствовал, что заигрался. У нее были полные губы,
составлявшие поразительный контраст с тонкими чертами лица. И пахло от нее какимито
неизвестными науке духами, от которых перехватывало горло.
Несмотря на то что в ее глаза ему удалось заглянуть только через те самые очки, он
вдруг отчетливо понял, что отступать нельзя. Если отступить, что-то испортится в
хрупком живом механизме, и ни один человек на свете уже не сможет это исправить.
Он положил ладонь ей на затылок, наклонился и провел своими холодными губами по
ее горячим - туда и обратно. Провел так осторожно, словно всерьез боялся обжечься.
Потом закрыл глаза и приступил к делу основательно. Однако потерять голову ни один из
них не успел, потому что из своего короткого путешествия по магазинам вернулся Алекс -
и настойчиво зазвонил в дверь.
- Вот, - сказал Шургин, отстраняясь от Дианы. - Возьмите свои очки.
Каким-то образом они оказались у него в руках, хотя он их, кажется, не снимал. Алекс
продолжал упорствовать, истязая звонок, но Шургин понимал, что, прежде чем впустить в
дом третье лицо, нужно обязательно что-то сказать. Оставить за собой лидирующую
позицию. Еще не хватало, чтобы маленькая слабость привела к большим переменам. Если
она почувствует, что может им манипулировать, все кончится, так и не начавшись. Он
откажется ей помогать и отвезет к Алексу. Или куда она сама решит.
- Послушайте, - сказала Диана совершенно трезвым голосом, - благодарю вас за заботу,
но моя сердечная мышца в полном порядке. Надеюсь, ваши профилактические
мероприятия носили разовый характер?
- Я должен был проверить, - важно ответил он. - Женщины редко остаются ко мне
равнодушны, и это создает дополнительные проблемы.
- Может быть, вы все-таки откроете дверь?
Коленки у нее дрожали, и, когда он отправился в коридор, Диана без сил опустилась на
диван. В таких случаях героини крутых боевиков, которые она время от времени смотрела
по телевизору, цедили сквозь зубы: "Вот дерьмо!" Нужно было сразу же поставить его на
место. Шургин не из тех, кто настаивает на поцелуях. Влепила бы ему пощечину, и дело с
концом. Нет, такие мужчины считают женские пощечины не оскорблением, а обещанием.
И как теперь себя с ним вести?
- Я бумажник забыл, - радостно сообщил Алекс. - А что вы тут делали?
- У тебя были какие-то особые пожелания? - ехидно спросил Шургин.
Довести беседу до конца им не удалось, потому что Диана, которая снова машинально
набрала номер, вызубренный наизусть, шепотом воскликнула:
- Дозвонилась!
От волнения она сначала привстала, но потом снова опустилась на место. И вежливо
произнесла в телефонную трубку:
- Добрый день. Вас беспокоит Диана Звенигородская. Мне сказали, что вы хотели со
мной поговорить.
- Вы действительно Диана? - раздался на том конце провода молодой нервный голос.
- Действительно.
- Вы так быстро пришли в себя?
Не нужно было обладать особой проницательностью, чтобы почувствовать страх,
который испытывает ее собеседница. Кто же она такая? Что она знает?
- Простите, а как вас зовут? - Диана старалась говорить мягко, чтобы не напугать ее
еще сильнее. - Как мне к вам обращаться?
- Ну... Я... Меня зовут Татьяна. Я недавно вас видела, у вас все тело было забинтовано.
И лицо...
- Мы не могли бы встретиться и поговорить с глазу на глаз? - предложила Диана. - И
тогда я вам все объясню.
- Вам медсестра передала мой номер телефона? Вы из больницы звоните? -
забеспокоилась Татьяна.
- Конечно, - быстро солгала Диана. - Конечно, медсестра.
Что еще она могла сказать? Что в больнице лежит непонятно кто, а номер телефона
выкрали из ящика стола в кабинете? Разве станет эта Татьяна с ней тогда общаться?
- Где и когда? - уже тверже спросила нежданная союзница. Или противница, что тоже
возможно.
Диана подняла глаза и посмотрела на Шургина. Он стоял в независимой позе, выставив
ногу вперед, словно ничего не случилось несколько минут назад. Нет, не так. Как будто
несколько минут назад случилось что-то такое, что делало его еще сильнее, еще
могущественнее. Безусловно, он умен и опытен, но
...Закладка в соц.сетях
