Жанр: Электронное издание
Kulgal15
...кастых и агрессивных сородичей. - Меня зовут Валентина.
В ее устах имя прозвучало благородно. Насте всегда казалось, что Валентина,
Валя - имя очень простое, хорошее такое,
домашнее. Но эта конкретная Валентина произнесла свое имя так, словно в каждую
букву было вставлено по фамильному
бриллианту.
- Я некоторое время отсутствовала в Москве, - зачем-то объяснила она. И тут
же добавила:
- Дело в том, что Сева Маслов попросил меня связаться с вами. - Настя почти
перестала дышать. - Я обещала, что
позвоню, но закрутилась и забыла. А когда вернулась, узнала, что Севу убили.
Она замолчала. Настя тоже не подавала признаков жизни, жадно ожидая
продолжения.
- Так вот, - явно начиная раздражаться ее молчанием, продолжала невидимая
Валентина. - Я живу с этим уже некоторое
время, постоянно думаю о несостоявшемся звонке. Как будто не выполнила последнюю
волю умирающего. Хотя позвонить
он меня просил из-за сущего пустяка. Но я все равно не могу успокоиться. Вы меня
понимаете?
- Да, - хрипло ответила Настя и, кашлянув в сторону, еще раз подтвердила:
- Да, понимаю.
- Давайте встретимся за чашкой кофе и поговорим, вы не против?
- Я только за.
Они договорились о свидании в модной кофейне в центре города.
- Как я вас узнаю? - спросила Настя. Ей не хотелось, как дуре, озираться по
сторонам на входе.
- На мне белые брюки и красная блузка, - сообщила Валентина.
Вероятно, она посчитала, что этого более чем достаточно. Настя понимала:
если не успеет привести себя в порядок, ее
чувству собственного достоинства будет нанесен маленький подлый удар. Она
поспешно приняла душ и вывалила на кровать
все тряпки, которые передал ей поддельный Юхани.
Мысли ее невольно перескочили на этого ужасного типа. Вероятно, настоящий
Юхани был перехвачен сразу по приезде в
Москву людьми человека-паука.
Бедному финну задурили голову и сказали, что сумку передадут сами. Кем они
представились? Почему Юхани им
поверил? Как бы то ни было, но в квартире у Насти появился уже другой,
поддельный Юхани.
Будто бы подслушав ее мысли, телефон тревожно заверещал. Межгород, мама!
- Девочка моя, у тебя все в порядке? - спросила мама.
Выспросив Настю про самочувствие и про то, как она переносит эту ужасную
сверхъестественную жару, мама
поинтересовалась:
- Послушай, а тебе передали мою посылку?
- Да, - сказала Настя, - все такое красивое! Спасибо тебе, мамочка!
- Надо же, нашлись добрые люди!
- Что ты имеешь в виду?
- Юхани попал в Москве в автомобильную аварию.
Так глупо и нелепо, просто не верится! Его отвезли в больницу. Хорошо, что
у него была - как это? - туристическая
страховка. А шофер той машины, которая подрезала их машину, чувствовал себя
виноватым и предложил отвезти посылку.
Юхани очень переживал, что у него чужие вещи.
"Интересно, - отстраненно подумала Настя, - а если бы финн не пострадал в
аварии, сумку у него просто отняли бы?"
- Надеюсь, с ним ничего серьезного? - вслух спросила она. - Скажи мне, в
какой он больнице, я его навещу.
- Не волнуйся, дорогая, он уже едет домой. Очень жалеет, что его свидание с
Россией получилось таким дурацким.
Правда, если верить нашим друзьям, он начал готовиться к неприятностям месяца за
два до поездки. Как говорится, за что
боролся... Да, кстати, в маленьком блестящем пакете - потрясающее платье.
- Платье? - изумилась Настя. - Я думала, это носок. Не могла понять, почему
ты прислала его в единственном числе.
- Не сомневайся, это платье. Я купила его на международной выставке,
дорогая. Китайцы изобрели какой-то
суперматериал, он растягивается. Вот увидишь, как хорошо оно сидит.
Оно и в самом деле хорошо сидело. "Может, тряхнуть костями и ответить на
чью-нибудь любовь, пока я еще не сгибла в
очередной бухгалтерии?" - подумала Настя. Она быстренько уложила волосы феном,
благо, их теперь было
умопомрачительно мало, и надела те самые узкие очки, очень стильные, которые
купила для маскировки. Такая маленькая
деталь, а сколько глупого удовольствия!
Валентина сидела за столиком у окна и нервно курила. Она была типичной
представительницей того подотряда
блондинок, которые с легкостью опустошают мужские кошельки. "Вернее, портмоне",
- поправила себя Настя.
Она подошла и небрежно бросила сумку на пустой стул. Сумка вздрогнула всеми
внутренностями. Настя волновалась, что
ей сейчас скажут, и немножко гусарствовала.
- Вы ведь Валентина? - спросила она, основательно усаживаясь за столик. - Я
Настя, приятно познакомиться.
С лица блондинки мгновенно соскочило выражение скуки. Она с интересом
оглядывала новую знакомую, пока та делала
заказ.
- Не успела выпить кофе, проспала, - улыбнулась Настя. - Знаете, я очень
нервничаю, поэтому, может, вы сразу
расскажете, в чем дело?
- Конечно. - Валентина расправилась с окурком, растерев его в пепельнице с
таким ожесточением, словно это он виноват в
том, что она курит. - Все дело в записке.
Настя почему-то сразу поняла, какую записку Валентина имеет в виду. Ту
самую, которую ей сунула в руки Любочка
Мерлужина накануне своего подозрительного самоубийства. Записку, на обороте
которой было торопливо написано: "Меня
хотят убить".
- Сева мне все рассказал, - заявила Валентина и повела бровями. Мол,
рассказал, что ж тут поделать?
- Что - все? - испугалась Настя. Ей не хотелось верить, что подозрения,
которыми она поделилась с Масловым, стали
известны этой совершенно незнакомой, холеной и надменной девице.
- Он рассказал мне, что Люба Мерлужина что-то написала для вас на листочке,
вырванном из блокнота, а потом на
обороте вы увидели слова: "Меня хотят убить". И когда узнали, что Люба умерла,
начали беспокоиться.
- В общем, все правильно, - настороженно ответила Настя.
- Так вот. Эти слова - "Меня хотят убить" - не имеют к смерти Любы никакого
отношения. Я точно знаю. Она написала их
за несколько дней до встречи с вами. И когда что-то записывала для вас, просто
не обратила внимания на то, что на листке
уже есть запись.
Настя молча ждала продолжения. Ей хотелось подробностей. Она смотрела так
требовательно, что Валентина не
выдержала:
- Сейчас все расскажу. - Она закурила новую сигарету, причем без всякого
удовольствия, просто чтобы занять руки или
между делом полюбоваться маникюром. - Мы с Любой были знакомы. Шапочно. Так
получилось, что мы встретились в
одной компании, я не знала, о чем с ней говорить, поэтому мы перескакивали с
темы на тему и в конце концов перешли на
книги.
Она читала все подряд, все, что попадало к ней в руки.
"Ну, это ты преувеличиваешь, - подумала Настя. - Если бы Любочке в руки
попал Стендаль, она бы точно читать не
стала".
- Она рассказала мне сюжет одного интересного детектива. Я, чтобы не
остаться в долгу, тоже рассказала. Но я не очень
люблю детективы. У меня дома есть парочка довольно старых, вот я о них и
упомянула. Люба заинтересовалась. Или сделала
вид, что заинтересовалась. И даже захотела записать название.
- Кажется, я догадываюсь, что вы хотите сказать, - пробормотала Настя. -
"Меня хотят убить" - это название детектива?
- Да, точно. Тогда я не вспомнила, кто автор, потом специально посмотрела.
Петер Бэннон - на всякий случай. Но тогда,
во время того разговора, я не вспомнила, и Люба просто отметила в своем блокноте
название, чтобы не забыть. Именно этот
листочек, судя по всему, и попал к вам. Такая вот.., история.
Настя бешено вращала ложечку в остатках кофе, пытаясь примерить новую
информацию ко всему тому, что уже было ей
известно. Значит, Любочка Мерлужина вовсе не просила помощи? Не дрожала от
страха за свою жизнь? И о контрамарке
вспомнила лишь для того, чтобы как-то отвлечь ее, Настю, от усатого. Задабривала
ее, чтобы она не проболталась ревнивому
муженьку.
- И еще, - металлическим голосом добавила Валентина. - Сева говорил, вы
подозреваете, что Макар покончил с собой. Что
он устроил аварию нарочно, потому что не мог жить без Любочки.
- Я не исключаю такой возможности, - осторожно ответила Настя, подумав про
себя: "Кем меня изобразил Сева -
Пинкертоншей, что ли?"
- Так вот. Это полная ерунда!
Валентина нахмурилась и стала какой-то некрасивой. Вероятно, она сильно
нервничала, и это ей решительно не шло.
- Полная ерунда? - повторила за ней Настя. - Но почему?
- Потому что из-за своей жены Макар никогда ничего бы с собой не сделал. Он
ее не любил.
- Ну да! - не поверила Настя. - С чего вы взяли?
- С того, что я была его любовницей.
Настя совершенно неприлично вытаращилась на свою собеседницу.
- Да, да! - сердито подтвердила та. - Мы встречались почти два года. Люба
так раздражала Макара в последнее время, что
ее смерть могла его только разволновать. Ну, как любого психически нормального
человека. Но не больше. Можете мне
поверить - Макар ничего с собой не делал. Это была авария. Дорожное
происшествие, и не более того.
- И вы с женой Макара обсуждали детективы? - с упрямым недоверием уточнила
Настя.
Валентина сделала глубокую затяжку и выдохнула вместе с дымом:
- Так получилось.
- Это все? - мрачно спросила Настя. - Или будут еще какие-то сюрпризы?
- Все. - Валентина разогнала дым энергичной ладонью и глубоко, освобождение
вздохнула. - Ну, вот и славно. Мне явно
полегчало, и я, пожалуй, пойду.
Им и в самом деле больше не о чем было говорить.
Вернее, они не знали, как надо говорить друг с другом.
- Еще один вопрос! - Настя подскочила на стуле и подалась вперед. - Он не
праздный, и я это не из любопытства
спрашиваю. - Валентина посмотрела на нее выжидательно. - Вы не знаете, а в жизни
самого Маслова не было любимой
женщины? Я имею в виду - кроме жены.
- Любовницы? - усмехнулась Валентина. - Понятия не имею. Макар был
достаточно бесшабашным и без стеснения
знакомил меня с друзьями. А вот Сева нет, Сева был скрытен и даже коварен, как
киношный Мюллер. Если у него кто и
имелся, он не распространялся.
- А Сева ничего не оставлял вам на хранение? - на всякий случай спросила
Настя. - Может быть, пустяк какой-нибудь?
- Да что вы! С какой стати? Нет. Конечно, нет.
Валентина пожала плечами, и Настя еще раз поблагодарила ее за звонок и за
разговор. Он и в самом деле многое ей дал.
Во-первых, можно перестать сходить с ума из-за записки. Любочка не была
заложницей Ясюкевича и не просила о помощи.
Это ошибка. Люся как в воду глядела! Она сразу сказала, что это просто досадное
совпадение.
Впрочем, что с того? Любочка провела вечер накануне самоубийства с
Ясюкевичем, от этого никуда не деться. Плюс к
тому странное-престранное предсмертное письмо без обращения! А Инга Харузина,
утонувшая в реке? Настя своими глазами
видела, как она что-то обдумывала накануне своей смерти. Обдумывала и
записывала. И Аврунин посылал ее в номер со
словами: "Сделайте это!" Логично предположить, что он вынуждал ее писать
предсмертную записку Неужели Люся права и
"КЛС" действительно "Клуб самоубийц"?
Все в Насте протестовало против подобного предположения. Она чувствовала,
что "КЛС" - не тайная организация,
объединившая каких-то там рафинированных личностей. Это - танк, который прет
сквозь строй, подминая под себя всех, кто
стоит на пути. Просто управляет им кто-то очень ушлый. И умный.
Умный, конечно! Настя не могла даже представить, каким способом удалось
этим типам заставить написать двух женщин
предсмертные письма. Может, таких писем вообще не два, а двадцать два? Или сто
двадцать два?
Рано или поздно она, конечно, все поймет. Ведь в ее руки постоянно попадает
новая информация. Крошечными шажками,
но она движется вперед. Складывает факты в общую кучу, рассчитывая, что из всех
этих кусочков в конечном итоге
сложится простая и ясная картинка.
Единственное, чего Настя не понимала, но отчаянно хотела понять, это то,
как она сама оказалась в поле зрения бандитов?
Просто потому, что видела микроавтобус "КЛС" возле дачи Макара? Однако если бы
те решили, что она знает лишнее, с ней
бы разделались сразу. Или они не уверены в том, что она что-то видела, и
подсылают одного за другим мужиков, чтобы это
узнать? "Нет, для бандитов слишком сложно, не стали бы они ничего выяснять
окольными путями, - решила Настя. - Утюг на
живот, а потом в реку. Тогда что означают все эти Иваны, Владимиры, Артемы и
Юхани в моей жизни?"
Едва она возвратилась домой, позвонил частный детектив Никифоров.
- Привет, папочка, - довольно мрачно сказала Настя. - Звоните узнать, как
мои синяки? Или появилась информация?
- Я бы хотел приехать. - У него был бесцветный от усталости голос.
- Ладно, - осторожно ответила Настя. - Адрес знаете, я вас жду.
Сказать по правде, то, что она втравила в историю всамделишного частного
детектива, слегка пугало. Одно дело - ее
собственные домыслы, ее ухажеры и ее эскапады. А настоящий сыщик, который
собирается приехать с докладом, - это
совсем другое. С ним все становится таким серьезным, таким.., опасным. Настя
даже поежилась, покрывшись от страха
крепкими огуречными пупырышками.
Никифоров явился небритый, всклокоченный и тут же потребовал черного кофе.
- И не пыль из банки, - добавил он, - а настоящего кофе из размолотых
зерен.
- Только не сидите молча, словно у вас во рту пробка, - попросила Настя,
шаря по ящикам и полкам в поисках кофемолки.
Сама-то она постоянно пила эту самую пыль.
- Я нашел любовницу Маслова, - бухнул тот.
Настя живо обернулась и посмотрела на него.
- Рина Савченко, очаровательная молодая дама.
Сидит на больничном после нападения неизвестного.
Адвоката убили в ее подъезде, чтоб вы знали. Незадолго до убийства к Рине в
квартиру ворвался человек в маске.
Угрожал пистолетом, требовал сказать, когда приедет ее любовник. Она сказала.
Тогда бандит ее связал, заклеил рот и
ударил по голове. Когда она очнулась, то стала бить ногами в дверь, и соседи
услышали.
Даже милицию вызывать не потребовалось - ее к тому времени и так набежал
целый подъезд.
- А видеокассета? Сева не приезжал накануне гибели к этой девушке, Рине,
ночью с "дипломатом" или портфелем?
- Не приезжал. Но я знаю, где он был той ночью.
И "дипломат" нашел - ваш ключ к нему подходит.
Только кассеты в нем нет.
Настя приоткрыла рот и уставилась на хмурого Никифорова.
- Чертовски странная история, - пробормотал тот. - Фокус-покус а-ля адвокат
Маслов.
Настя подумала, что в этом деле с "КЛС" вообще одни сплошные фокусы-покусы.
- Расскажите толком, - попросила она.
- Вы кофе-то наливайте.
- Вот ваш кофе. Несладкий, без молока, но с пенкой. Такой любите?
- Люблю, - агрессивно подтвердил тот. Видимо, фокус-покус с "дипломатом"
его достал.
- Ну? - спросила Настя, ерзая на табуретке. - Так как вы нашли "дипломат"?
- Соседей в подъезде Маслова милиция не допрашивала. Ведь убийство-то не
там произошло. Я покрутился на месте,
поговорил с людьми. И нашел одного типа. Живет на первом этаже, ночами почти не
спит - статейки сочиняет. Матерый
такой журналюга, злой и умный. Ну, а поскольку умный, то за воротник
закладывает. Без этого у нас уму не выжить -
заклинит. Вы у Маслова когда-нибудь были?
- Да, - кивнула Настя, не сводя с него настороженных глаз.
- Видели, рядом с домом - большая гостиница?
Так вот, журналюга этот у себя спиртное не держит, чтобы, значит, не
соблазняться. А ночью, если работы выше крыши и
если уж совсем припрет, топает туда пропустить стопарик или пивом нагрузиться. В
гостинице круглые сутки жизнь бурлит -
дискотека "Петарда", соответственно, бар, девочки и все такое.
Никифоров с удовольствием отхлебнул кофе и, прислонившись спиной к
подоконнику, вытянул ноги, как набегавшаяся
собака. Настя глядела на него, не мигая.
- В ту ночь захотелось ему, как водится, пивка выкушать. А уж третий час
шел, заметьте. Выходит он из квартиры,
слышит - дверь в подъезде хлопнула, прямо перед ним тоже кто-то из дому подался.
Уже на улице увидел он Маслова с
"дипломатом".
- Все-таки с "дипломатом"! - не удержалась и воскликнула Настя. - Значит, я
правильно догадалась.
- Угу, - пробормотал детектив, глядя в чашку. - Правильно. Маслов тоже в
гостиницу пошел.
- Его пропустили?
- А чего его не пустить? Он охране сказал, что идет в бар. Только один из
парней заметил, что, вместо того, чтобы
свернуть налево, к бару, Маслов в конце холла свернул направо, к лифтам.
- Они его задержали?
- Он уже успел уехать. Лифт остановился на третьем этаже. Охранник поднялся
туда ножками, бегом, значит. Выскакивает
к номерам и видит, как Маслов заворачивает к лестнице в другом конце коридора.
Причем уже с пустыми руками. А "дипломат" стоит в самой середине коридора,
возле стены, на ковре, сиротливо так.
Охранник посмотрел на "дипломат" и решил, что там не иначе как взрывное
устройство. А поскольку у него ни телефона, ни
рации - с голыми руками мы гостиницы охраняем, - он архаром вниз, Давай звонить
куда следует.
- А Маслова-то они поймали в конце концов?
- Не-а. Он каким-то образом из гостиницы улизнул. Наверное, пока охранники,
выпучив глаза, бегали с первого этажа на
третий, он успел до дому дойти и спать лег. Короче. Приехали специалисты,
подобрались к "дипломату", вскрыли его, а там
ничего нет - пусто. То есть вообще ничего.
Настя выглядела озадаченной:
- А куда же делась кассета? Может, Сева отдал ее кому-нибудь из жильцов
третьего этажа? А "дипломат" в коридоре так,
для отвода глаз, бросил?
- Каких глаз? - спросил Никифоров. - За ним ведь никто не следил.
- А может, он думал, что следят.
- Тогда бы он отдал кассету вместе с "дипломатом", это логичнее.
- Так или иначе, кассету кто-то вытащил.
- Что само по себе кажется виртуозным трюком.
Охранник вниз спустился, а туда, на третий этаж, сразу второй побежал,
своими глазами поглядеть на "дипломат". Он так
там и стоял, а в коридоре пусто было.
- Может, кто-то из жильцов третьего этажа в эти несколько минут из номера
вышел?
- Не вышел, - покачал головой Никифоров. - В ту ночь весь третий этаж
пустовал. Поздно вечером уехали спортсменыюниоры
из Волгограда - целый вагон юниоров и сопровождающих. Новых постояльцев
вселять стали только наутро.
- Значит, кто-то пришел заранее, сидел в пустом номере и ждал.
- Значит, сидел и ждал, - не слишком уверенно подтвердил Никифоров. -
Только вот что странно: как же они
договорились? Он же заранее не знал, что ему кассету принесут.
- Но дома у Маслова кассеты нет, - покачала головой Настя. - Милиция
искала. А уж как я искала! Куда-то ведь он ее дел!
Может, все-таки у старушки?
- У какой такой старушки? - буркнул Никифоров. - У той, что за котом
присматривает?
- Я же вам рассказывала, что в кошачьем корме ключ нашла.
- Ну да, ну да. Старушка вроде обычная. В разведке раньше не работала, я
проверял. Не стала бы она после убийства
Маслова кассету от жены да от милиции скрывать. На кой ей это надо? Она бы даже
испугаться толком не сумела, разве она
чего понимает в кассетах?
- Значит, Маслов всех провел?
- Провел. - Никифоров одним глотком допил кофе, облизнулся и спросил:
- Как вы думаете, я аварию отработал?
Настя задумчиво посмотрела на него и сказала:
- Ладно, живите, папочка. Считайте, что с крючка вы благополучно соскочили.
- Как я рад, - пробормотал Никифоров. - Если по-честному, я еще ни разу не
ввязывался в дело о заказном убийстве.
Лучше бы и дальше мне без этого обходиться.
Закрыв за ним дверь, Настя глянула в зеркало на свою озадаченную
физиономию:
- Раньше я тоже ни во что подобное не ввязывалась.
Она вернулась на кухню, захватив по дороге тетрадь, в которую вписала
Медведовского Леонида Леонидовича и его
зачеркнутую жену Ларису Львовну. Название фирмы, которую возглавлял
Медведовский, "Восток-Спецпроект", звучало
солидно. Она включила компьютер, почти тотчас же нашла название в сети и
присвистнула: Медведовский - птица высокого
полета. Просто так к нему вряд ли подступишься.
Однако попробовать все же необходимо. Раз Медведовский занимает такое
положение, он уж точно не беден, у него
охрана, связи и наверняка большое желание жить. Поскольку милиция не хочет ее
слушать - она лично все расскажет
Медведовскому, предупредит его.
Погибли две супружеские пары подряд - мыслимое ли дело! Причем одна почти
на ее глазах. И вообще - ей есть, что
рассказать этому Медведовскому.
Перед тем как умерла Инга Харузина, она тайком встречалась в лесу с
поросенком-Авруниным. Тот получил инструкции
по поводу действий в "Садах Семирамиды" непосредственно от Ясюкевича. Их обоих
Настя собственными глазами видела в
офисе фирмы "КЛС", служащие которой обыскивали дачу Макара Мерлужина накануне
гибели его жены. И в ресторане
Любочка ужинала все с тем же Ясюкевичем.
Дальше. Незадолго до смерти Инги Харузиной был застрелен ее муж. А после
смерти Любочки погиб Макар. Если
выяснится, что Лариса Львовна, которую Ясюкевич аккуратно зачеркнул в своем
списке, тоже мертва, как думает Настя,
надо предупредить Медведовского об опасности. Недаром же он попал в список
Ясюкевича!
В конце концов, это Настин гражданский долг. Хороша она будет, если
промолчит, а потом в каких-нибудь "Новостях"
услышит сообщение об очередном заказном убийстве! Так, как это было с Севой
Масловым.
Нет, Настя грех на душу не возьмет. Как это там говорится: предупрежден -
значит, вооружен. Она должна вооружить
Медведовского. Вот только как к нему пробиться?
Связи у нее были только на телевидении. Вернее, связи были у мамы, но Настя
вполне могла ими воспользоваться. Еще
раз. Жаль, что затея с Шинкарем провалилась. Теперь ей надо выйти на более
высокий уровень, на Медведовского. Может,
именно благодаря ему милиция обратит-таки внимание на фирму "КЛС" и как следует
ее потрясет?
Ерасов, весь в белом, приехал в офис в кондиционированном автомобиле,
поэтому выглядел свежим и хрустящим, как
молодой капустный лист. Лишь когда он вошел в кабинет и увидел физиономии
собравшихся, глаза его потемнели, а над
губой выступила росинка пота. Такие физиономии ему не нравились. Они предвещали
неприятности, а этого добра в жизни
Ерасова уже и так было выше крыши, больше он не хотел.
- Ну? - спросил он, усевшись за стол и улыбаясь пробирающей до костей
улыбкой. - Что на сей раз?
- Женщина, - сказал его помощник Леша Алексеев, оказавшийся, как и
положено, ближе всех к шефу.
- Какая.., женщина? - раздельно и очень спокойно переспросил Ерасов.
- Мы как раз пытаемся понять - какая, - брякнул маленький вертлявый
мужчина, руки которого свободно лежали на
коленях.
- Которая сорвала операцию с Шинкарем, - пояснил помощник.
- Что это за операция? - без выражения спросил Ерасов. Он вникал не во все
детали, доверяя это Ясюкевичу.
- Шинкарь - телеведущий, - ответил все тот же Алексеев. - Его надо было
пугнуть, собрать кое-какую грязь. Попросили у
Марии Сергеевны умную девочку.
Она сказала, что пришлет Наташу. Пришла Наташа, Никита Петрович дал ей
адрес, дал ключ, но операция сорвалась.
Когда наши ребята подъехали, никакого Шинкаря в квартире не было. А был там
ОМОН.
- Ну, дальше, - нетерпеливо сказал Ерасов, словно кто-то медлил, или мялся,
или не мог подобрать нужных слов.
- Никита Петрович позвонил Марии Сергеевне, тут-то и выяснилось, что
никакой Наташи она не посылала. А позвонила
Никите Петровичу прямо в кабинет и велела обратиться к Нонне.
- А кто трубку брал? - тут же спросил проницательный Ерасов.
- Вероятно, та самая Наташа и брала. Так называемая Наташа, - поправился
Алексеев. - Она как раз поджидала Никиту
Петровича в его кабинете. Одна.
- Ну, и что вы предприняли?
- Мы просмотрели видеозапись за тот день, нашли эту даму, сделали
фотографии и раздали их всем служащим.
Леша Алексеев достал из папки отменного качества фотоснимки и положил на
стол поближе к шефу Тот протянул руку и
взглянул. От комментариев воздержался.
- Выяснилась очень неприятная вещь, - продолжал между тем его помощник. -
Эту женщину опознали несколько человек.
Во-первых, именно она была вместе с ОМОНом в той квартире, где ждали Шинкаря.
Решила играть в Наташу до конца. Зачем? Во-вторых, она подходила к одной из
наших легальных бригад на улице, когда
они мыли витрины спортивного магазина, и попросила у водителя визитку фирмы. Втретьих,
ее заметили в одной из
квартир, когда чистили ковры.
Заказ делала не она, но пока наши люди работали, постоянно находилась возле
хозяйки.
Ерасов поднял верхний снимок и уже гораздо более внимательно посмотрел на
изображенную там Настю.
- Простовата что-то она для той роли, которую вы ей отводите.
- Сейчас она выглядит не так, - неожиданно подал голос Ясюкевич.
Ерасов вскинул на него глаза. У него дернулась щека - почти незаметно.
- Она остригла волосы и носит узкие очки в черной оправе, - продолжал тот,
ни на кого не глядя.
- Откуда ты это знаешь? - спросил Ерасов. Ему хотелось затопать ногами, но
он сдержался.
- Она приходила ко мне в центр, - невыразительным голосом ответил тот. -
Записалась в группу под именем Анастасии
Кругловой, заплатила сразу Телефон дала вымышленный. Уверен, что сегодня вечером
она не придет. Вообще больше не
придет.
- Почему? - требовательно спросил Ерасов.
- Она попросила меня поработать с ней индивидуально. - На щеках Ясюкевича
проступили круглые малиновые пятна.
Только это и выдавало его подлинные чувства. Голос же по-прежнему был ровным. -
Я пригласил ее домой.
- Та-а-ак... - довольно зловеще протянул Ерасов.
- А до этого был случай на бульваре, - признался Ясюкевич. - Мы с Авруниным
обсуждали очередную операцию, когда
вокруг нас начал крутиться один мужик. Мы его поймали, поговорили с ним по
душам, и оказалось, что его подослала
женщина, по описанию похожая на эту, - он дернул подбородком в сторону
фотографий. - Подослала, чтобы он подслушал, о
чем мы говорим.
- И он подслушал?
- Он был сильно под градусом, и мы ему помогли забыться - добавили еще.
Над верхней губой Ерасова проступило несколько капелек покрупнее:
- Ну, и кто из вас может спрогнозировать, что она будет делать дальше?
Ясюкевич потер усы и выдавил:
- После ее ухода у меня пропала папка.
- Просто папка? - ласково переспросил Ерасов.
- В ней был список клиентов.
Ерасов о
...Поділитися у соцмережах
