Жанр: Электронное издание
Kaldar20
...провода молчали.
- Ни минуты покоя, - простонала Мариша. - Когда же это кончится? Какой еще
придурок придумал себе такое развлечение? Ручаюсь, что этот недоумок не кто иной, как
Рудик. Если еще раз позвонит, скажи ему, что я его и в самом деле отравлю, если он еще
раз объявится.
Вместо Рудика объявились Мишка с Юркой, а следом за ними и за свиными
отбивными со свежими помидорами, которые они принесли, в дверь стали ломиться
Жорик с двумя своими телохранителями, в ногах которых завертелась Дина. Ничего
удивительно, мы другого и не ждали, мужики всегда появляются, если вообще
появляются, именно в тот момент, когда обед начинает благоухать. В этом они не
слишком далеко ушли от кошек и наглядно продемонстрировали свою животную
сущность.
На протяжении всего ужина мы с Маришей придумывали тысячу уловок, чтобы
заставить кого-нибудь из наших гостей проговориться об истинной цели своего визита.
Но они лишь лопали так, что за ушами трещало, постанывали от удовольствия и
почесывали макушки. Словом, вели себя точь-в-точь как Дина. Наконец они наелись,
напились, откинулись на спинки стульев и сказали, что можно убирать грязные тарелки и
подавать десерт.
- Сволочи! - констатировала Мариша. - Если они и за десертом ничего нам не скажут, я
за себя не ручаюсь.
На десерт предполагалось мороженое с шоколадом, но мы по взаимному согласию
решили заменить его двойным коньяком.
- Может, хоть это заставит их разговориться, - шипела Мариша, вливая по чашке
коньяка в мороженое и маскируя его потоки взбитыми сливками, сдобренными ликером.
Гости с некоторым удивлением уставились на свои тарелки, где небольшие белые
островки плавали в лужах коньяка.
- А кофе будет? - поинтересовался Мишка.
Кофе мы подали в кружках, иначе бы нам не удалось влить в него запланированную
порцию коньяка.
Не могли же мы подать вместо требуемого кофе чистый коньяк. Гости все смели, но
должного результата мы все равно от них не добились. То есть они, конечно,
разговорились, но о делах, которые для нас не представляли ни малейшего интереса.
- Доктора мы отправили в больницу, - поставил нас в известность Мишка.
Я поперхнулась кофе, представив, как это должно было выглядеть.
- В психиатрическую, - прибавил Мишка очень вовремя. - Очень хорошую, там его
обещали за месяц в норму привести. Он как раз собирался в отпуск, так что на работе
проблем не возникнет.
- А мы сегодня видели Рудика, - вступила в разговор Мариша.
Но ее замечание не вызвало интереса.
- Он уверяет милицию, что мы пытались его отравить, и даже настрочил заявление, -
добавила Мариша, и интерес к ее словам немедленно возрос.
- А зачем вам это потребовалось? Хотя, конечно, он неприятный тип, - оправдал нас
Жорик, почему-то ни на минуту не усомнившись в том, что мы и в самом деле способны
отравить человека только из-за личной неприязни.
Мы попытались внушить ему правильный взгляд на происшедшее, но нам никто не
поверил. Все снисходительно посоветовали нам держаться той версии, что мы не знали,
что дарим, а потом дружелюбно сказали, что Рудик такая мразь, что даже его друзья нам
скорее всего мстить не будут.
- Но в любом случае вам не помешает наше присутствие, - заявил Юрка. - А значит, мы
правильно сделали, что приехали.
- Но вы же не знали, что мы его отравили, то есть что он решил, что мы его отравили, -
начала Мариша, но запуталась.
- Ничего, ничего, - покровительственно похлопал ее по плечу Жорик. - У всех бывают
проколы.
В следующий раз получится лучше.
- Да это неважно, - сказала Мариша. - Я просто хочу знать, с чего это вы решили, что
нам нужна ваша помощь?
- Это само собой разумеется, - заверил ее Юрка.
- И в чем она будет заключаться? - заволновалась я.
- Пока поживем вместе с вами и посмотрим, что тут можно сделать, - пояснил мне
Мишка с таким видом, словно разговаривал с умственно отсталой.
- Пока что от вас было больше хлопот, - окончательно вышла из себя Мариша. - И вот
что еще, хотите изображать из себя Робин Гудов, дело ваше, но посуду за собой каждый
моет сам и со стола уберете тоже сами, а я пошла спать. Вы можете устраиваться в
большой комнате, чистое белье в шкафу, правда, не помню в каком. Всего хорошего.
Ночь прошла спокойно, из соседней комнаты доносился громкий храп и приглушенные
голоса, но сколько мы ни прислушивались, ничего не могли разобрать.
- Чего они бубнят? - недовольно пробурчала Мариша. - Могли бы говорить погромче.
Снова зазвонил телефон, на этот раз к нему подошел Мишка, но и с ним телефон
разговаривать отказался.
- Любовники, должно быть, объявились, - ехидно заметила Мариша в ответ на его
недоумевающий взгляд. - Пора уже, как-никак второй час ночи, они всегда появляются в
это время.
- Я думал, что их у тебя всех поубивали, - невозмутимо сказал Мишка.
Констатировал факт и только.
- Ты не ревнуешь? - осторожно выяснила Мариша.
- С чего бы это? Ты же должна была как-то себя утешить. Но теперь у тебя снова есть я,
и больше тебе никто не будет нужен, - самоуверенно произнес Мишка, а его друзья
разразились одобрительными воплями.
- Размечтался, - фыркнула Мариша, удаляясь в нашу с ней комнату.
В эту ночь телефон больше не звонил. С одной стороны, это было понятно: если звонил
кто-то из Маришиных бывших ухажеров, прослышавших, что объявились вакансии, -
можно было только порадоваться их такту. А с другой стороны, слишком уж эти
предполагаемые возлюбленные были застенчивы, они не решились на беседу не только с
Мишкой, но и с самой Маришей, то есть объектом их вожделения. Как-то это все не
вязалось.
- Жаль, что у тебя нет АОНа, - пробормотала я.
- Угу, - сонно согласилась Мариша. - Зато охранников у нас выше крыши. Спать можно
спокойно.
Утром мы позавтракали, и во время завтрака Мишка не упускал возможности
похвалить Маришу.
Но когда он начал нахваливать умение Мариши готовить, приводя при этом в качестве
примера печенье, поданное к чаю на завтрак, Мариша не выдержала.
- Ты же его сам вчера купил в магазине, - сказала она недоуменно, но тут ее осенило:
- Ты надо мной издеваешься?
Она так и осталась при своем мнении, несмотря на то что Мишка уверял ее, что просто
позабыл про это чертово Печенье, а выглядело оно в точности таким, как пекла его
бабушка. Мишка сдался и решил перевести беседу в более спокойное русло.
- Кстати, я не отдал тебе еще твои ключи, - сказал он и вытащил из кармана связку с
брелком в виде сиреневой собачки.
- Спасибо, - буркнула Мариша, мельком глянув на стол, где Мишка пристроил ключи
между сахарницей и масленкой.
- Какой забавный брелок, - с улыбкой сказал Юрка, беря брелок в руки, чтобы получше
рассмотреть его, сами ключи при этом закачались прямо перед носом у Мариши.
- Что это? - воскликнула она, вырывая ключи у него из рук.
- Не очень-то ты хорошо воспитана, - возмутился Юрка. - Могла бы просто сказать,
чтобы положил на место.
- Что ты привез? - угрожающе спросила Мариша у Мишки. - Это не мои ключи.
- Как это не твои? - уперся Мишка. - Конечно, твои. Или ты скажешь, что сиреневый
пудель не твой?
- Пудель мой, а ключи не мои, - твердо сказала Мариша. - Похожи на мои, но не мои.
Что я, по-твоему, совсем дура и не помню, как выглядели мои собственные ключи, с
которыми проходила несколько лет?
Ничего такого Мишке и в голову не приходило, в чем он поспешно и заверил Маришу.
Она подобрела и снизошла до объяснения:
- У моего ригельного ключа были совсем другие бороздки, и.., словом, чего я вам буду
объяснять, сами смотрите.
С этими словами она выложила перед присутствующими свои собственные ключи,
попросив всех подтвердить правильность ее слов. И пятеро здоровенных мужиков
склонились над несколькими кусочками железа.
- Точно, другие, - уверенно сказал Жорик. - Ну, Мишка, вспоминай, кто у тебя их мог
подменить?
При слове "вспоминай" Мишка загрустил. Этого в последнее время он делать не
любил.
- Может быть, мой родственник, - слабым голосом неуверенно прошептал он.
- И ты ведь знаешь, где его искать? - сурово напомнила ему Мариша.
- У моих родителей должен быть его телефон.
А, вспомнил! - неожиданно завопил он, заронив в каждом из нас надежду что сейчас
он даст разгадку всей этой истории. - Вспомнил, что у меня тоже где-то должен быть его
телефон.
Мы испустили дружный стон разочарования. Мишка, не обращая внимания на реакцию
слушателей, еще разок порылся у себя в карманах и извлек на свет божий свою записную
книжку. И набрал номер.
- Постой, - прервал его Юрка. - Что ты ему скажешь?
- Как что? - удивился Мишка. - Попрошу в подробностях описать нашу с ним поездку.
- А если это именно он умыкнул у тебя из квартиры ключи, вернулся в Питер и
вломился к Марише, дождавшись, когда она уберется из дома?
- Ты что-то знаешь? - подозрительно прищурившись, спросила у Юрки Мариша. -
Зачем бы это ему ко мне вламываться?
- Если Мишка все-таки к тебе заходил, то в твое отсутствие его появление могло для
тебя пройти незамеченным. Если он был аккуратен и ничего не побил, то ты бы ничего и
не заподозрила, ведь правда?
- Так вот чего вы приперлись! - догадалась Мариша. - Думаете, что Мишка у меня часть
камешков припрятал? Я так и подумала, как только увидела всю вашу компашку у себя
дома. А родственник, выходит по-вашему, мог догадаться, зачем Мишка ко мне заходил,
забрать у него ключи, чтоб наведаться самому? Так вот что я вам скажу: если он и в самом
деле нашел камешки, то дома сидеть не будет, а смотается куда подальше. И зачем Мишке
отдавать ему ключи от квартиры, где брильянты лежат?
- Родственник мог ему и не говорить о том, что он их берет. Он ведь уже видел, как они
примерно выглядят. Купил несколько похожих или просто несколько, а потом выбрал
похожие и подменил, пользуясь тем, что Мишка в расстройстве чувств.
- А зачем ему понадобилось тех двоих убивать?
Он ведь мог сказать, что я его тут оставила пожить, те бы убрались прочь, а он бы
обыскал квартиру без хлопот.
- Да, это, конечно, он маху дал, - согласился Юрка. - Поэтому разговаривать с ним надо
осторожно.
- Ладно, - буркнул Мишка. - Советчиков что-то больно много. Сенька! - заорал он в
трубку. - Рад тебя слышать. Ты, говорят, меня разыскивал несколько дней назад? Чего
надо было?
- Говорит, что уже ничего, - сообщил нам Мишка, прикрыв рукой трубку.
- Спроси, чего он возвращался в Москву? - потребовала Мариша.
Вместо этого Мишка завопил в трубку:
- А у меня радость. Помнишь, я рассказывал тебе про мою бывшую невесту - Маришу?
Так можешь готовить подарки к свадьбе. Я собираюсь на ней жениться в ближайшее
время и даже перебрался жить к ней в Питер.
- Молчит чего-то, - растерянно поделился с нами Мишка. - Не радуется. А вот,
заговорил.
- Молодец, что сказал, - спустя минуту похвалил Мишка трубку. - Но на свадьбу я тебя
все равно жду. Мало ли что там было, ты же не думал, что так обернется.
- Ключи у меня из ящика забрал он, - мрачно сказал Мишка. - Но не для себя. Говорит,
что к нему в аэропорту в Питере подошел черноволосый паренек и предложил заплатить
ему огромные деньги, если он достанет ключи от Маришиной квартиры.
И даже описал, как они должны выглядеть. В виде аванса дал ему триста долларов, но
при следующей встрече обманул. Сенька говорит, что парня жаба задушила. Деньги у него
явно были, но расстаться с ними было выше его сил. В общем, он сбежал, оставив Сеньку
с носом.
- Ну и родственнички у тебя, - заметила Мариша. - Белым днем из-под носа добро
прямо из дома тянут.
- Он же не знал, что мы с тобой помиримся.
Я же ему рассказывал, что между нами все кончено.
Вот он и решил немного подзаработать.
- А зачем ты его на свадьбу пригласил и что это еще за свадьба такая, о которой я
впервые слышу? - ощетинилась Мариша.
- Золотце, не злись. Разве ты против того, чтобы выйти за меня замуж?
- Конечно, я против! - возмущенно закричала Мариша. - Только сумасшедшая
согласилась бы за тебя выйти. Лучше скажи, чем ты в Питере, по словам твоего Сеньки,
занимался.
- Мы с ним только и успели что позавтракать.
После этого, он говорит, я пошел звонить, а потом сказал, что у меня встреча с одним
творческим человеком, и предложил ему встретиться после обеда и вместе ехать в
аэропорт.
- Про творческого человека мы уже достаточно и без того знаем, а вот куда ты пошел
после того, как запрятал брильянты в его мастерской? - подал голос Жорик.
- Сенька говорит, что я примчался в аэропорт как раз к тому рейсу, на который он сам
собирался после разговора с чернявым пареньком. Значит, летели мы с ним вместе, а к
Марише у меня было время зайти только днем.
- Ты была дома? - перевел взгляд на нее Жорик.
- Дома, - подтвердила Мариша. - Днем я всегда дома. Но Мишку я не видела, а милиция
тут все обыскала и сняла массу отпечатков пальцев. Можно будет спросить у Доронина,
не попадались ли ему Мишкины отпечатки. Потому что отпечатки человека в кожаных
перчатках, которые у нас тоже имелись, слишком малы будут для Мишки. Руки у него
больно здоровые, а у того типа в перчатках, наоборот, маленькие. А других отпечатков
перчаток не найдено. Значит, если Мишка побывал у меня дома, то он обязательно
наследил, и не перчатками, а своими собственными пальчиками. Надо только снять его
отпечатки и отдать их Доронину.
Жорику ее идея пришлась по вкусу. Он одобрительно похлопал Маришу по спине и
заявил, что из нее толк будет. Пускай она берет этого охламона под свою опеку, глядишь,
он у нее через пару лет человеком станет.
- Боюсь, что я столько не протяну, - поспешила разочаровать его Мариша.
Мы сунули Мишке отмытый до блеска стакан и велели хорошенько за него
подержаться.
- Мариша, ты только не пугайся, если тебе скажут, что на мне висит куча статей, -
заботливо предупредил ее Мишка, вертя в руках стакан. - У них там сейчас
компьютеризация идет полным ходом, а все компьютеры выдают ошибки с таким видом,
словно это и не их вина вовсе. Поэтому пускай все проверят несколько раз.
Стакан мы аккуратно завернули в Маришин шелковый шарфик, так как только он
показался нам достойным такого важного груза, и в таком виде отнесли стакан с
Мишкиными отпечатками в милицию.
Доронин не слишком-то обрадовался подарку.
- Что это? - подозрительно косясь на кучку алого шелка у себя на столе, спросил он. -
Взятки я не принимаю.
"Еще бы женскую комбинацию притащили в качестве подарка, - подумал он про себя. -
Совсем бабы ополоумели. Надо срочно что-то делать с ними, а то они еще и не то
выкинуть могут. Осрамят на весь город".
- Это не взятка, - ангельски улыбаясь, заверила его я. - Это отпечатки пальцев одного
Маришиного знакомого, который мог быть у нее в квартире до или после одного из
убийств.
- Если вы точно знаете, что до или после, то чего вы волнуетесь? Это означает, что ваш
знакомый не может быть убийцей, - ответил Доронин, брезгливо отодвигая подальше
наше подношение, чтобы, не дай бог, не подумали, будто бы он имеет с ним что-то общее.
- Дело очень щекотливое, - вступила в диалог Мариша. - Этот знакомый на самом деле
мой жених. Поэтому мы просто психологически не можем принять то, что он был у меня
именно во время убийства. Но на всякий случай все-таки хотелось бы знать наверняка. Я
ведь собираюсь с ним связать свою жизнь, а вдруг потом окажется, что это именно он
убил моих знакомых? И вдруг он и дальше примется продолжать в том же духе?
- Послушайте, - простонал Доронин, последний раз пытаясь воззвать к нашему с
Маришей здравому смыслу, который у нас с ней один на двоих и потому его решительно
не хватает. - Сначала вы мне сказали, что ваш жених в тюрьме, поэтому мы его оставили в
покое, хотя он был бы самым реальным подозреваемым. Потом вы сказали, что у него
столько неприятностей в Москве, что ему оттуда никак не вырваться. И я снова, как дурак,
не стал его тревожить. А теперь, когда прошло уже больше недели со дня первого
убийства, вы заявляетесь ко мне и преспокойно говорите, что ваш
жених очень даже мог быть причастен к убийствам. Но вам, видите ли, тяжело было в это
поверить, и поэтому вы всячески вводили следствие в заблуждение. Это тянет на
укрывательство преступника, вы хоть это понимаете?
И он замолчал, предоставив нам с Маришей осмыслить услышанное. Решив, что мы
уже достаточно напуганы, он перевел дух, мысленно поменял пластинку и милостиво
спросил:
- Что у вас там за улика?
- Стакан, - с готовностью ответила Мариша, до этого старательно изображавшая
близкое к обмороку состояние, и принялась поспешно разворачивать перед Дорониным
алый шелк.
Как и следовало ожидать, стакан с шелка соскользнул и свалился на пол.
- Надо сверить эти отпечатки с другими отпечатками, которые вы нашли у меня в
квартире, - проконсультировала Доронина Мариша, ставя перед ним целехонький
стаканчик. - Даже не разбился.
Доронин пробормотал, что ничего другого он и не ожидал.
- Когда будут готовы результаты? - спросила Мариша с таким видом, словно
находилась в частной клинике, где у нее за все заплачено и не один раз.
Доронин проскрипел что-то насчет женского пола и приготовился указать нам на
дверь. Во всяком случае, я только так могла трактовать его выразительно протянутую в
сторону двери руку. Но потом ему на ум, должно быть, пришла мысль, которая заставила
его передумать.
- А ваш жених где сейчас? - коварно поинтересовался он.
- У меня дома, - самодовольно ответила Мариша.
- В таком случае вам лучше подождать здесь, - просиял Доронин, хитро улыбаясь
каким-то своим мыслям. - Мы управимся за полчаса.
- Какой милый мальчик, - довольно сказала Мариша. - Стоило на него хорошенько
нажать, и он тут же стал паинькой.
- М-да, - промычала я, сильно сомневаясь в душе, что в природе встречается такой
уникум, как милый участковый. - Подождем и увидим.
Мы очень мило проболтали с симпатичным курсантиком, которого прислали охранять
нас, а также следить, чтобы мы чего не свистнули в те полчаса, которые Доронин
отсутствовал. Вернее, именно благодаря тому, что он отсутствовал, мы их так приятно и
провели. Через сорок минут Мариша посмотрела на свои часы и сказала, что пора бы уж
Доронину вернуться. Еще через четверть часа начала закипать и я. А когда со времени его
ухода миновало в общей сложности полчаса и еще один лишний и никем не указанный
час, мы протестовали уже во весь голос.
Курсант Сережа сдался на наши уговоры и пошел поторопить Доронина. Вернулся он
обескураженный и несчастный.
- Его нет в участке, он уехал на задержание, - уныло сообщил курсант нам. - Когда
вернется, никто не знает, а мне уже давно пора на обед. Кто меня теперь отпустит?
Причина глубокого уныния, которое широко разлилось на лице нашего юного стража,
стала вполне понятна. Но что нам до него, нам бы со своими проблемами разобраться.
- Как же так? - возмутилась Мариша. - Что за порядки? Оставил нас тут на полчаса,
велел дожидаться, а сам свалил на какое-то задержание. Не обойдутся там без него, что
ли?
- Вообще-то это входит в его работу, - попыталась я ее успокоить, сама толком не
представляя, на какие там задержания может выезжать участковый.
Подростков из подвалов выкуривать или пьяных мужей утихомиривать? И почему
именно сейчас?
И если уж так ему приспичило ехать на задержание, то мог бы оставить нам образцы
отпечатков из Маришиной квартиры, мы бы сами их сличили с Мишкиными. Эксперты же
как-то справляются, смогли бы и мы. Не боги горшки обжигают.
- Тогда мы пойдем домой, - сердито сказала Мариша.
Но этого допустить не мог наш курсант.
- Мне поручено за вами наблюдать, - сказал он. - И Доронин разрешил мне в случае
чего применять силу, если вы попробуете бежать.
- Это еще что за новости! - завопила Мариша. - Ноги моей у вас больше не будет.
Никакого уважения.
- А домой позвонить можно? - спросила я у Сережи, пока Мариша металась по
комнате, словно львица по клетке.
- Насчет этого Доронин ничего не говорил, - нерешительно ответил Сережа,
полностью деморализованный Маришиными метаниями. - Думаю, что можно. Звоните,
куда хотите.
Я набрала Маришин номер, чтобы предупредить Мишку о том, что мы попали в
западню и чтобы он шел нас выручать или хотя бы бутербродов принес с курицей или
ветчиной, но его тоже не оказалось на месте. К трубке никто не подходил.
- Куда они все подевались? - в полном недоумении спросила я у самой себя.
- Что там? - отвлеклась Мариша.
- Мишки нет дома.
- Свинья! - прокомментировала Мариша. - Никакой ответственности. Мы тут из-за него
мучаемся в четырех стенах, а он куда-то умотал и горя ему нет. И у меня бывали минуты,
когда я всерьез рассматривала возможность выйти замуж за этого человека!
Сумасшедшая!
- Ага, - хором согласились мы с Сережей.
Мариша продолжала кружить по комнате, не обращая внимания на то, что от ее
движения поднимается ветер, который сбрасывает бумаги со стола Доронина на пол. Я
заметила, но решила не вмешиваться.
Что мне какие-то бумажки по сравнению с личной безопасностью. А Мариша была в
таком состоянии, что ее лучше было не трогать. Неожиданно в коридоре раздались
громкий шум и возбужденные голоса, и минуту спустя в кабинет ввалился Доронин, а
следом за ним впихнули красных и взъерошенных Рудика и Мишку, которых мы меньше
всего ожидали увидеть именно сейчас.
Они оба были скованы наручниками, но это не убавляло их боевого пыла. Они злобно
переглядывались и пытались лягнуть друг друга ногами. За тем, чтобы им это не удалось,
бдительно следили трое крепких парней. У Мишки под глазом красовался свежий синяк,
который наливался все больше с каждой минутой, а у Рудика из носа текла кровь, и к тому
же вся правая половина лица выглядела так, словно по ней в течение долгого времени
елозили проволочной щеткой для оттирания сковородок от остатков пригоревшей пищи.
- Кто из них ваш жених? - отирая пот со лба, спросил Доронин у Мариши.
- Никто, - высокомерно ответила Мариша, отворачиваясь к окну.
- Как это? - растерялся Доронин. - Вы нам сказали, что ваш жених сидит у вас дома.
Мы поехали туда, но застали там не одного, а двух молодых людей, которые к тому же
катались по полу, пытаясь задушить друг друга. Пришлось их утихомиривать.
Но после этого они принялись хором утверждать, что они оба являются вашими
женихами. Так кто из них?
- Давай, Мариша, признавайся, - подбодрила я ее. - В наше время женихами так не
разбрасываются.
- Ну вообще-то я с ними обоими порвала, но вот с этим чуть в меньшей степени, - и она
ткнула в Мишку.
- Товарищ майор, - тут же заговорил Мишка. - Хочу вам сообщить, что этот тип
пытался меня убить.
- Ничего подобного! - завопил Рудик. - Это он меня пытался убить. Заманил к себе в
логово, а потом, когда я, ничего не подозревающий, перешагнул порог, он на меня
набросился и стал душить.
А ведь только вчера меня пыталась отравить его так называемая невеста вместе со
своей подозрительной подружкой. Нагло притащили ко мне в больницу кучу отравленных
фруктов, а я, доверчивый дурачок, и набросился на них. Даже ничего не заподозрил, когда
они отказались угоститься. Вчера она, а сегодня ее дружок. Одна банда.
- Все было не так, - возмутился Мишка и сделал попытку откусить Рудику нос. - Никто
его не заманивал, он сам приперся. Позвонил в дверь, а перед этим еще в ней ковырялся
несколько минут.
Я открыл, потому что мы с ним знакомы, и я не считал вовсе, что чем-то особо ему
насолил. Открыл я ему, значит, дверь и повернулся, чтобы идти в комнаты. Не знаю, что
заставило меня обернуться, только я обернулся и успел заметить, как этот сучонок
собирается врезать мне по затылку какой-то увесистой штукой. Я увернулся, а потом он
бросился меня душить. Я, понятное дело, тоже не остался в стороне.
А как бы вы на моем месте поступили?
- Вот что вы наделали, - с укоризной обратился Доронин к Марише. - Видите, до чего
бедных парней довели.
- Я их не подговаривала друг друга убивать, - возразила потрясенная Мариша. - Это они
сами сообразили.
- Все равно, корень зла всегда ищите в женщинах, - наставительно заметил Доронин.
Мариша фыркнула и сказала, что лучше бы он занялся своими прямыми
обязанностями, вместо того чтобы перевирать тут изречения философов.
- Отпечатков личности со стакана мы в вашей квартире не обнаружили, - несколько
туманно сообщил ей Доронин. - Но этих двух типов мы обязаны задержать. Просто на тот
случай, если окажется, что вы нам подсунули отпечатки совершенно постороннего
человека.
- Это неслыханно! - заголосил Рудик. - Я ни в чем не виноват, я никуда не пойду, раз не
виноват. У меня к тому еще постельный режим. Я только, повинуясь зову страсти,
приехал к Марише, а на большее я не согласен.
- Никто тебя не спрашивает, - ехидно заметил Мишка.
В ответ Рудик сделал попытку плюнуть в него, но промазал и попал в Доронина.
- Уведите их поскорей! - почему-то разозлился тот. - И глаз с них не спускайте и,
конечно, заприте в разные камеры, а то они друг друга еще до суда поубивают. Вы тоже
идите домой, - распорядился он, когда мы остались с ним наедине. - И проследите, -
обратился он ко мне, - чтобы к вам больше никто из женихов этой особы не заглядывал,
пока я с этой парочкой не разберусь.
- Никого и не осталось, - сердито ответила "эта особа", и мы удалились.
- Думаешь, это может быть Мишка? - спросила я у Мариши, когда мы вышли.
- Мне бы больше хотелось, чтобы им оказался Рудик, - откровенно призналась Мариша.
Дома мы застали вернувшихся Жорика с его парнями, которые недоуменно стояли на
пороге квартиры, обозревая разгром, учиненный Мишкой с Рудиком, а также милицией
при их задержании.
- Что это у тебя тут случилось? - полюбопытствовал Жорик. - Мы с ребятами вышли
всего на часок по делам да по магазинам, возвращаемся, а Мишки нет, зато все
перевернуто.
- Мишка в милиции, - сообщила им Мариша.
- Значит, все-таки это он у тебя был? - заволновался Жорик, впрочем, совершенно
очевидно, что заволновался он не из-за Мариши или Мишки, а из-за своих драгоценных
камешков.
- Не был, - пустила его надежды по ветру Мариша. - Но они проверяют, а заодно взяли
и Рудика.
Он тоже тут околачивался.
- А этому что тут было нужно? -
...Закладка в соц.сетях
