Жанр: Электронное издание
kalin3
...лечами Мариша. - Он ведь нас не убил,
хотя думал, что мы узнали о его подпольном бизнесе и расскажем о нем в полиции.
- Нет, - продолжал Франц. - Густав был далеко не так прост, как казался.
У него на груди мы обнаружили
поблекшую татуировку в виде черного орла, сжимающего в когтях свастику.
Вероятно, Густав был в рядах последователей
учения маленького Адольфа. Да и татуировка приводит к мысли, что он служил в
свое время в гестапо. К тому же и орудия
пыток, которые мы нашли у него в подвале, явно из нацистских кладовых.
- Поэтому он так и не женился. Боялся, что жена увидит татуировку и
начнет допытываться о прошлом своего
ненаглядного муженька, - догадалась Мариша.
- А почему старики не тронули первую из двенадцати девушек? - спросила
Аня. - Остальные все угодили кто в
морг, кто в бордель, а эта танцует себе в стриптизе и процветает.
- Дело в том, что она сама сбежала от Вернера, - пояснил Франц. - И еще
до того, как старики придумали свой план.
Ей стало просто скучно со старым дедом, и, видимо, обладая трезвым умом, она не
слишком полагалась на обещание
жениться на ней. Вот и ушла в стриптиз. Наверное, ее пример и натолкнул Вернера
на мысль организовать собственный
бордель.
- Должно быть, они решили, что все русские девушки, приезжающие по
приглашению в гости, только и мечтают
крутить голой задницей в стриптизе и ублажать немецких мужиков, - возмущенно
сказала Мариша. - Конечно, почему бы
не воспользоваться этим и не заработать на них кучу денег. Сколько они огребли
на этом деле?
- Каждая девушка в месяц приносила им по двадцать тысяч марок.
Остальное шло на текущие расходы, аренду дома, оплату мадам и взятки.
Сначала там работали, скажем так,
вольнонаемные девушки. Поэтому доход был меньше, но после того, как старички
отправили первую пятерку девушек,
которым вообще не надо было ничего платить, дело пошло веселей.
- Какая мерзость, - прошептала Аня. - И я могла оказаться там же?
- Не знаю, - развел руками Франц. - И потом они старались выбирать таких
девушек, у которых не было родных.
Чтобы некому было их разыскивать.
- С моей женой у них получилась промашка, - сказал Сергей. - Родители у
нее настырные, очень властные и со
скверными характерами. Поэтому Лена всем своим поклонникам всегда представлялась
сиротой, чтобы не отпугивать до
поры до времени добычу. Наверное, и Вернеру она по привычке пропела старую
песенку. Но теперь она сможет вернуться
под родительское крыло. Вполне возможно, что эта история научит семейку хоть
чему-нибудь, и они перестанут грызться
между собой.
- Очень за них рада, - язвительно заявила Аня.
- Радость моя, не волнуйся, - залебезил Сергей. - Не думай о них, я люблю
только одну тебя.
- То-то же, - удовлетворенно сказала Аня. - Не забывай, что я теперь
богатая невеста.
- Да, - спохватился Франц. - С наследством очень странная история.
После смерти Вернера на наследство претендует Моника. Ее убивают, причем
выбирают время, когда у Ани есть
алиби. Потом умирает Кати, которая тоже претендовала на деньги отца, и вполне
возможно, что и получила бы их. И опять
же у Ани безупречное алиби. Похоже, преступник трогательно заботится о том,
чтобы никакие подозрения не пали на Аню.
И наконец убивает Густава, оставив возле трупа пистолет и предсмертную записку,
в которой все тем же безграмотным
почерком просит простить за все злодеяния и убийства. О чем это говорит?
- Преступник знает, что Ева не будет доводить дело до суда, - брякнула
Мариша. - А потому пистолет ему больше
не нужен.
- Что? - удивленно воззрились на нее мужчины.
- Она пришла и сказала, что не будет судиться с Аней, ей жизнь дороже, -
пояснила Мариша.
- И о чем это говорит? - обрадовался Франц.
- О том, что все достанется Ане, - подытожила Мариша.
- Нет. О том, что есть человек, которому выгодно, чтобы деньги достались
ей, а не немецкой родне Вернера, -
поправил ее Франц. - И скорее всего, теперь он на некоторое время затаится. Об
этом говорит брошенный за ненадобностью
возле тела Густава "вальтер". Но у нас с Сережей есть план, как заставить его
выдать себя. Только боюсь, что он не
понравится Ане.
- Вы что-то темните, - встревожилась Мариша. - При чем тут Сергей?
- Дело в том, что я прошу твоей руки и сердца, - опустился перед Аней на
одно колено парень и шутливо добавил:
- И не вздумай мне отказать, можешь остаться не только без наследства, но
и без головы.
- Если дело обстоит так, то я согласна, - неожиданно сказала Аня.
Сергей немедленно поднялся с колен и вышел.
- Куда это вы? - спросила Мариша, видя, что Франц тоже уходит. Причем не
удосужился, между прочим, перед
уходом последовать примеру Сергея и сделать ей предложение.
- Он же должен повидать свою бывшую жену, посоветовать ей быть
поосторожнее, потому что с этого дня некому
будет вытаскивать ее из борделя, если она снова угодит туда, - пояснил девушкам
Франц, выбегая вслед за приятелем.
- И зачем ты согласилась? - спросила у подруги Мариша, когда за парнями
закрылась дверь.
- Завидуй, завидуй! - огрызнулась Аня. - У тебя и такого жениха нет.
С этими словами она гордо удалилась в спальню Сергея, чтобы на досуге без
помех и по своей излюбленной
привычке пошарить по его карманам теперь уже на правах новоиспеченной невесты.
Дело близилось к ночи. Мариша
пыталась сообразить, что же затеяли Франц с Сергеем, но у нее ничего не
выходило.
Вернее, мыслей было так много, что она никак не могла выбрать наиболее
подходящую. Одно Марише было
совершенно ясно - внезапное бегство парней было более чем странным. Она
задумчиво покачивалась в кресле-качалке,
когда вниз спустилась Аня, вдоволь изучившая весь багаж своего нового жениха.
- Что ты скажешь насчет того, чтобы посмотреть, что в этих ящиках? -
небрежно спросила она у подруги, делая
вокруг них круги, словно хищник около добычи.
- Не знаю, - усомнилась Мариша, мигом оказавшаяся возле нее.
Уму непостижимо, как получилось, что одна из коробок, обклеенная
несколькими слоями скотча, вдруг открылась.
Как это получилось? Что было делать бедным девушкам, ведь коробка уже все равно
открыта. Мариша отодрала от нее
остатки скотча и увидела внутри кучу десертных тарелок в мелкий цветочек.
Тарелки, без спору, были хороши, но их насчитывалось не меньше сотни. Во
втором, третьем и четвертом ящиках
находились чайные чашки и блюдца. Тут же лежали скатерти, салфетки, подсвечники
и стальные пепельницы.
- Что это? - удивилась Мариша. - Перепутали дома?
Аня открыла рот, чтобы ответить, но в это время в дом ввалилась куча
мужиков. Аня совершенно забыла, что
хотела сказать, но поскольку рот был уже открыт, то, чтобы уж не закрывать его,
она дико заверещала.
- Извиняйте, дамочки, - сказал первый мужик. - Мы тут ваш заказ привезли.
Что же вы дверь не открыли? Так,
пожалуй, некоторые столы не влезут.
Стулья и сервировочные столики мы протащим, а вот обеденные столы - не
знаю.
Аня перестала вопить и уставилась на него. Ей на помощь пришла Мариша.
- Мы столов не заказывали, - решительно заявила она. - И стульев тоже.
- Как же так, - растерялся грузчик. - Рихардштрассе, 25. Это ведь вы?
- Мы, - подтвердила Аня. - Но столы нам не нужны.
Грузчик почесал в затылке, но не успел ничего сказать, как, оттолкнув
его, в дверь одна за другой стали проходить
красивые девушки. В руках они держали кипы живых цветов, бумажные гирлянды,
фонарики и рулоны белого полотна.
- Вот видите! - обрадовался грузчик, показывая на одно из полотен. - А вы
говорили, что свадьба не здесь. Вы
сами-то кто?
И бесцеремонно отодвинув девушек, он открыл обе створки двери и
скомандовал своей бригаде:
- Заноси!
- Где же продукты? - суетился возле них маленький смешной человечек. - Из
чего мне готовить свадебный обед?
Из воздуха? Или они думают, что для того, чтобы приготовить индейку, достаточно
просто сунуть ее в духовку? Завтра
свадьба, а грузовики с продуктами бог весть где.
- Что здесь происходит?! - еле слышно прошептала Аня. - Они сошли с ума?
Или это я сплю?
- Кажется, я знаю, чьих рук это дело, - сказала Мариша. - Если мне не
изменяет память, то ты два часа назад
согласилась стать невестой Сергея. Думаю, что это он прислал грузчиков,
цветочниц и поваров. А сейчас еще и продукты
пожалуют.
Мариша словно в воду глядела. Почти сразу же возле их дома затормозил
грузовик, и из него стали выносить
ящики и коробки со снедью: мороженой птицей, свежими фруктами, бесчисленными
консервированными овощами,
сырами, колбасами и прочее. Девушки уже не пытались протестовать против того,
что в их доме творится черт знает что.
Они тихо сидели в уголке и наблюдали за всем происходившим. Прибывшие явно знали
свое дело, гостиная на глазах
превращалась в свадебную залу.
- Где моя невеста? - вопил тщедушный старичок с огромными усами и
маленькими сухими ручками, бегая по
дому. - Кто-нибудь скажет, где эта стерва?!
Времени совсем нет, а она шляется по магазинам. Завтра свадьба, где ее
черти носят?
- Я за него не пойду, - зарыдала Аня. - Мариша! - Что Мариша? -
рассердилась подруга. - Я тебя люблю, но если это
твой очередной жених, то сама с ним и разбирайся.
- Может, мы невнимательно прочитали завещание Вернера? - прорыдала Аня.
- Может быть, там было условие, что я должна выйти замуж за какого-нибудь
его старого друга? Тогда не нужны
мне деньги, я за этого усатого таракана со скандальным характером ни за что не
пойду. Он же псих, разве можно такими
словами крыть новобрачную? Я ему сейчас все скажу. Вот прямо так встану и скажу.
Она повторила эту фразу не менее десяти раз, терпение у Мариши лопнуло, и
она выпихнула подругу из их
укромного уголка навстречу усатому старичку.
Смешной старикашка наткнулся на Аню и рухнул на пол. Это происшествие не
прибавило ему хорошего
настроения.
- Никогда, никогда больше я не возьмусь за это неблагодарное дело! -
завопил он, поднимаясь с помощью Мариши
с полу. - Душечка, вы не видели невесту? Франц сказал, что я застану обеих
девушек дома.
- А вы кто? - осторожно осведомилась Мариша.
- Я модельер! - гордо выпрямился старичок, его голова едва достигла
Маришиной талии.
- Невеста - это она, - указала ему на Аню Мариша.
- Очень приятно, - мигом придя в хорошее настроение, учтиво поклонился
старичок. - Позвольте представиться,
месье Жан. А где вторая?
- Что вторая? - не поняли девушки.
- Невест должно быть две, - пояснил им старичок, - Одна для господина из
России, а вторая для нашего дорогого
Франца. Ее зовут Мари.
- Ну что теперь скажешь? - прошептала на ухо подруге Аня, когда дюжие
подручные месье Жана тащили их наверх.
В бывшем кабинете Вернера их ждали два огромных зеркала, которые уже
другие подручные месье Жана каким-то
образом умудрились незаметно протащить мимо подруг. Сейчас мужики заканчивали их
устанавливать. По всей комнате
грудами лежал атлас, белый бархат, легкий шелк и кружева. А среди всего этого -
венки из искусственных цветов, которые
ничем не уступали живым. Вокруг этого белого великолепия метался маленький
старичок и командовал всеми. Он поставил
девушек перед зеркалом и, вооружившись сантиметром и булавками, приступил к
делу.
В это время дверь открылась, и на пороге появились довольный Франц и
страшно довольный Сергей. Мариша
было рванулась к ним, но ее крепко держали подручные месье Жана.
- Девочки, не отвлекайтесь, - попросил их месье Жан. - Времени у нас в
обрез.
- Действуйте, месье Жан, - сказал Франц. - Я вижу, что они в надежных
руках. Не волнуйся, дорогая, я пригляжу за
остальными приготовлениями.
Мариша только сказать ничего не успела, потому что в этот момент на нее
стали натягивать что-то белое, сладко
пахнущее и приятно холодящее кожу.
Примерка свадебных нарядов закончилась только через два часа. Месье Жан
удалился в отведенную ему смежную с
кабинетом комнату и принялся за шитье.
Нужно было успеть закончить платья к завтрашнему утру, поэтому он
предупредил девушек, чтобы далеко от дома
не отлучались, - они могут ему потребоваться в любой момент для примерки.
Подруги воспользовались передышкой и сбежали вниз. Там они увидели
десяток столов с белоснежными
скатертями, украшенными цветными гирляндами. Вся остальная мебель из гостиной
была вынесена. Из кухни неслись
истошные вопли, кому-то там явно приходилось несладко.
- Официанты и кондитеры придут уже завтра, - услышали они за спиной голос
Сергея. - Вам понравится, мы с
Францем заказали все по первому разряду.
Иначе было бы подозрительно.
- Ах, подозрительно! - взвилась Мариша. - А кто вам сказал, что мы
собираемся за вас замуж? Хоть бы спросили!
- Мы и спросили, - пожали плечами парни. - Вам что-то не нравится? Вы же
сами сказали, что согласны выйти за
нас замуж.
- Но не так сразу, - обиделась Мариша.
- А чего тянуть-то? - удивился Сергей. - Но если вы с Аней против, тогда
отменим свадьбу. Анина мама очень
расстроится.
- При чем тут моя мама? - удивилась Аня. - Ты даже не подумал, что надо
бы и ее пригласить. А для этого нужна
как минимум неделя, пока дадут визу в консульстве.
- А вот и нет, - с торжеством сказал Сергей. - Твоя мама уже вылетела.
Так что если хочешь разбить ей сердце, то пожалуйста.
- Но для чего столько столов? Я здесь никого не знаю, - растерянно
пробормотала Мариша. - И у Ани тоже не
слишком много друзей.
- Ошибаетесь, на свадьбы зовут не только друзей. Например, вы позвали
всех родственников Вернера и Моники,
своих соседей и весь полицейский участок.
А также нотариуса Штольца, доктора и всех своих русских родственников, -
сказал ей Франц.
- Мы позвали?! - оторопела Мариша. - Я лично никого не приглашала.
- Для этого есть специальные открытки, - радостно сообщил Франц. - Мы
разослали их от вашего имени. Ну и от
своего тоже.
- Во всяком случае, можете быть уверены, что о ваших свадьбах говорит уже
весь город и половина Мюнхена, -
добавил Сергей.
- Мы не собирались так быстро за вас замуж, - только и сказала Мариша.
Будь у нее больше времени, она бы смогла найти доводы и убедить Сергея
отменить свадьбу, но ей не дали не
только договорить, но даже додумать. Дом огласился истошными воплями месье Жана,
который желал видеть обеих невест
для примерки. Весь вечер девушек требовали то на кухню, то в сад, который
чудесным образом был преображен. Вдоль
дорожек теперь росли пышные розовые кусты, калитка была увита плющом. А лишенные
осенней листвы ветки яблонь
украшали пышные ленты и фонарики.
- Мне кажется, что я схожу с ума, - шепнула Аня Марише, когда они,
поддавшись уговорам Сергея и Франца, легли
спать пораньше. Причем теперь на дверях их комнаты красовалась надпись: "Комната
для новобрачных".
- И зачем Сергею понадобилось лично осматривать торт, который нам завтра
привезут из Мюнхена? - засыпая,
недоумевала Аня. - Лучше бы сидел рядом со мной.
- Очень он у тебя заботливый, - пробормотала в ответ Мариша.
Девушки так устали за сегодняшний день и за все предыдущие, что заснули
почти сразу же, как только их головы
коснулись подушек. Поэтому они не слышали, когда на кухне повар со своими
поварятами закончили приготовление
холодных закусок. Нашпиговав чесноком и грецким орехом последнего цыпленка и
впихнув в последнюю утку последнее
яблоко с тем, чтобы завтра осталось только сунуть их в печь, они тихо вышли из
дома.
В саду электрики тоже закончили свою работу. Теперь все деревья были
освещены тысячами мелких светлячков,
нанизанных на электрические провода. Уехал к себе в мастерскую и месье Жан,
чтобы до утра работать над свадебными
платьями. После его отъезда в доме не осталось посторонних. Франц запер входную
дверь и тоже отправился к себе домой,
чтобы подготовить своих стареньких родителей к торжественному событию.
Вечер плавно перешел в ночь. Повсюду царила тишина. И вдруг скрипнула
дверь оранжереи, и порог крадучись
переступила чья-то тень. Немного постояв и прислушавшись, тень начала медленно
двигаться в глубину дома. Под ее
осторожными шагами не скрипнула ни одна половица. Выбравшись из кухни, тень
прижалась к стене дома и начала
передвигаться в сторону холла. Лестница тоже ни разу не скрипнула, зато в
воздухе распространился запах хлороформа.
Тень остановилась перед дверью комнаты для новобрачных и, помедлив мгновение,
исчезла.
Аня видела какой-то жуткий сон. Словно бы Густав воскрес и снова посадил
их с Маришей в ту яму. Только на этот
раз еще и наполнил ее какими-то отвратительными тварями, которые передвигались
тихими шажками и тыкались ей в ноги
противными мокрыми носами. От отвращения Аня проснулась и моментально поняла,
что в комнате кто-то есть. Она
попыталась сесть, но не успела: на ее раскрытый для крика о помощи рот легла
вонючая тряпка. Аня провалилась в
темноту...
Человек радостно хихикнул и отнял от лица девушки пропитанный хлороформом
носовой платок. Такую же
операцию он проделал и с Маришей несколько минут назад. Оставив одурманенных
подруг в спальне, он быстро
проскользнул в ванную, открыл оба крана и вернулся к девушкам. Взвалив себе на
плечи бесчувственную Анну, он понес ее
в ванную комнату и положил в теплую воду.
Налив туда пены и набросав побольше ароматической соли, человек
отправился за следующей жертвой.
Набросив на лицо Мариши носовой платок, человек кинулся обратно в ванную
закрывать краны, потому что вода
уже грозила перелиться на пол.
Разобравшись с кранами, человек присел передохнуть на корзину для
грязного белья, и вдруг до него дошло, что
ванна пуста.
- Что за черт! - воскликнул он, оглядываясь в поисках Ани.
Но вместо Ани он увидел двух крепких парней и пистолет, направленный
прямо ему в голову.
- Ну, здравствуй, Корейчик, - сказал Сергей. - Вот и свиделись.
Дико взвыв, мужчина прыгнул на Сергея, который мгновенно нажал на курок.
Но выстрела не получилось, из
пистолета вырвался лишь небольшой огонек пламени.
- Дьявол! - взвыл в свою очередь Сергей и, отшвырнув бесполезную игрушку
прочь, вцепился в горло противнику.
Но время было безнадежно упущено. Корейчик схватил Сергея за голову,
зажал ее словно в тиски и стукнул о
кафельный пол. Затем, ловко лягнув подкрадывающегося к нему сзади Франца,
Корейчик выскочил в коридор. Схватка
сопровождалась грохотом и душераздирающими воплями. Франц перепрыгнул через
Сергея и выскочил в коридор. Там он
увидел Маришу в кружевной ночной сорочке.
Девушка прижалась к стене на лестничной площадке и растерянно смотрела
куда-то вниз. Корейчика поблизости не
наблюдалось.
Франц подошел к своей подруге и увидел, как внизу мелькнули чьи-то ноги.
Когда упавшего с лестницы
Корейчика, который случайно споткнулся о ничего не подозревающую Маришу,
бредущую в туалет, привели в чувство и
заковали в наручники, девушка уже обрела дар речи. Аня очнулась еще раньше, но
молча лежала, размышляя о том, почему
ей так холодно и сыро. Проведя небольшое исследование, она поняла, что лежит на
мокрых простынях, влажная от пяток до
макушки, да еще и не прикрытая одеялом. К тому же лежала она не в своей кровати
и даже не на кровати в комнате для
новобрачных, а на холодном мраморном полу.
- Что тут вообще происходит? - возмутилась она.
А так как никто не потрудился ей ответить, она обернула вокруг себя
мокрую простыню и побрела вниз, откуда
доносились голоса и еще горел свет. С мрачным видом Аня прошлепала по лестнице и
увидела трех мужчин, которые
сидели возле горящего камина. Двух из них она знала, а вот третий - со
скованными руками - был ей незнаком. То есть...
- Анька проснулась! - приветствовала ее неугомонная Мариша, которая тоже
была здесь. - Познакомься со своим
благодетелем.
Закованный мужчина кинул на Аню цепкий взгляд и отвернулся. У него были
очень густые волосы, колючие серые
глаза и правильные черты лица. Если бы не выражение жестокости, портившее его,
он был бы самым настоящим красавцем.
Во всяком случае, внешность у него была мужественная. Женщины должны были к нему
так и липнуть. Вот только лицо...
Где она могла видеть это лицо, терзала себя Аня. Внезапно ее память услужливо
подсказала ей ответ: парень был
подозрительно похож на того самого Курта, который работал на дискотеке дискжокеем.
Но если при первой встрече он
выглядел лощеным европейцем, то сейчас весь лоск с него слетел, и стало видно,
что парень типичный зэк, причем
сидевший много и за дела отнюдь не политические. Высоким идеям было бы тесно за
узковатым лбом задержанного.
- Кто это? - все же сказала Аня. - Впервые вижу.
- Ой ли? - насмешливо прищурился Сергей. - А ты приглядись!
Аня послушно пригляделась. Да, парень сильно смахивал на Курта...
Осветлить волосы, вставить синие линзы в глаза.
- Ладно, сестренка, не мучайся, - внезапно сказал мужчина. - На свиданку
вы с матерью не ходили, мараться
боялись, вот и не узнаешь.
- Димка! - ахнула Аня. - Ты на свадьбу приехал? Но мне говорили, что ты
еще в тюрьме. И вообще, как это
возможно?
И она недоуменно посмотрела на Сергея.
- Он и в самом деле так торопился к тебе на свадьбу, что даже из тюрьмы
сбежал. Только немного поторопился.
- Тебе-то что? - равнодушно ответил Анин брат. - Я для сестры на все
готов.
- Ты не из-за сестры, а из-за денег на все готов, - жестко прервал его
Сергей. - Она тебя интересовала только
потому, что богатое наследство получила.
- Сестренка, ты послушай, как твоего брата оговаривают! Да я ради тебя
всю тайгу прошел, сюда прилетел, на
работу устроился, лишь бы рядом с тобой быть, - завелся Корейчик.
Аня покопалась в своих ощущениях и поняла, что ее совсем не радует
перспектива заполучить такого
родственничка. А еще, не дай бог, он и жить тут останется. Но тут ее взгляд
снова упал на наручники.
- А почему его заковали? - спросила она.
- Драться любит, - сказал Франц. - Пришла в себя после ванны?
- Никак не пойму, с чего это мне ночью приспичило принимать ванну, -
недоуменно пожала плечами Аня.
- А это ты у своего братика спроси, - посоветовал ей Франц, но тут же
ответил сам:
- Это он тебя в ней утопить собирался. Чтобы ты, значит, замуж не успела
выйти и денежки .бы на сторону не
уплыли.
- Врете, - возмутился Корейчик. - Я бы Анюту ни в жизнь не обидел.
Только и хотел, чтобы она чистая к венцу пошла.
- Он не мог желать мне зла! - воскликнула шокированная Аня. - Он мой
брат. У меня, кроме него и мамы, на свете
вообще никого нет.
- Вот именно, - подтвердил Сергей. - После тебя деньги перешли бы к твоей
маме, а уж для нее у племянничка была
своя удавка приготовлена. Но если бы ты вышла замуж, то деньги уплыли бы к
твоему мужу, а еще, упаси бог, детей бы
нарожала. Тогда Корейчик и вовсе не при деньгах оказался бы.
- Ой, как врет! - закривлялся Корейчик. - Как врет. Мент ты позорный, у
тебя же это в крови, только и видишь, как
бы засадить нашего брата на полную катушку. А что я сделал?
- Ты убил двух немецких гражданок, которые мешали твоей сестре завладеть
наследством, - сурово сказал ему
Франц. - Ты убил их, потому что знал все, что делается в семье Вернера. Ты жил
по соседству и еще стал любовником одной
из подружек Моники - Альмы. Она все тебе и выбалтывала. Ты с ее помощью втерся в
дружбу к Гансу, который
рассказывал тебе про свои беды, а заодно и проболтался, что эта русская девка
нашла себе мужика и завтра уже свадьба. Вот
тут ты и заволновался всерьез.
- Все липа, - хладнокровно произнес Корейчик. - Ничего вы не докажете.
Убийства. А пистолет где? Из пальца я в них стрелял, да?
- Пистолет ты подбросил убитому тобой Густаву, на которого решил списать
и первые два убийства. Даже записку
не поленился написать от его имени.
Дескать, раскаиваюсь в своих преступлениях, жизнь не мила стала. Только
допустил ты ошибочку.
- Какую еще ошибочку? - вырвалось у Корейчика.
- Орфографическую, - пояснил ему Франц. - Густав был подонок, но он писал
без единой помарки, а ты в
нескольких словах умудрился наляпать пять ошибок, да еще написал посмертное
послание той же ручкой, которой было
написаны угрожающие записки Кати и Еве. Ручкой, которую не удалось обнаружить в
доме Густава, вон - торчит у тебя из
кармана.
Корейчик непроизвольно дернулся, но Франц оказался проворнее и первым
завладел уликой. В это время в дверь
ворвался комиссар, отпущенный под честное слово с больничной койки. При виде
пятерки, идиллически устроившейся
перед горящим камином, он оторопел.
- Где преступник? - осторожно спросил он. Час спустя в полицейском
участке Корейчик сознался в трех убийствах,
но заметил, что ни в одном не раскаивается. Так как впервые в жизни он
действовал не ради себя, а ради счастья другого
человека. Услышав такое, Аня прослезилась и пообещала ежедневно носить передачи
своему братику. Мариша
выразительно покрутила пальцем у виска.
Сергей ее поддержал.
- Он собирался убить тебя, а потом и твою мать! - закричал он. - Ты про
это думай, а не про то, что он устранил с
твоего пути обеих конкуренток, писал угрожающие записки, чтобы тебя оставили в
покое, пристрелил издевавшегося над
вами Густава и спас вас, сбросив к вам в яму веревочную лестницу. - На этом
месте Сергей и сам почувствовал, что с
перечнем что-то неладно, и замолчал.
- Но как ты догадался, что убийца - это мой брат? - спросила у него Аня.
- Видишь ли, мне с самого начала не давала покоя мысль, что преступник
просто из кожи вон лезет, чтобы деньги
достались тебе, - начал Сергей. - Сначала я думал, что и Вернера убил он, но
тогда надо было предположить, что он
дьявольски изворотлив, если умудрился положить наркотик в мороженое. Да и как
Корейчик мог надеяться на то, что
Вернер умрет. Ведь сам по себе наркотик не мог убить Вернера. Прими его не
сердечник, а здоровый человек, и дело
закончилось бы сильным возбуждением да бессонной ночью. Так что смерть Вернера
лежит либо на совести Густава, либо
на совести Моники, либо он сам его принял, чтобы произвести на тебя впечатление
своей мужской неутомимостью. Но все
они мертвы и больше ничего не расскажут. Когда убийства пошли косяком, и каждое
с пугающей быстротой приближало
Аню к вожделенному наследству, я забеспокоился.
Мне стало ясно: не найдись настоящий убийца, и у Ани возни
Закладка в соц.сетях
