Жанр: Электронное издание
evlampia
...ала стали проверять Юрия Грызлова и узнали, что он...
"получился" из Юры Николаева, а тот,
оказывается, вот незадача, давным-давно погиб при пожаре... В книге-то я не всю
информацию использовал.
Грызлов первые минуты просто не знал, как реагировать.
- Книга выйдет в апреле, - продолжал Кондрат, - а потом я соберу прессконференцию
и раскрою тайну главного героя, то-то
шум поднимется! Представляешь? Газеты, телевидение, радио - все о тебе
заговорят. Если в тюрьме, куда ты обязательно
попадешь, найдется бумага и карандаш, твой новый роман, написанный за решеткой,
будет иметь успех!
- Зачем ты все рассказываешь? - спросил Юра. - Почему меня предупреждаешь?
Кондрат помолчал и ответил:
- За ошибки, Юрочка, следует расплачиваться.
Небольшая денежная инъекция, и я меняю имя главного героя и стараюсь забыть
не слишком приятную правду про тебя.
- Ну кто бы мог подумать, что Кондрат - шантажист! - воскликнула я.
- К сожалению, - вздохнул Володя, - он уже пару раз проделывал подобные
штуки с другими людьми. На него работало
несколько человек - сборщиков информации. И ведь как ловко придумал - этакое
литературное киллерство, совершенно
беспроигрышный вариант. Перепугавшаяся жертва платила, а Разумов все равно
выпускал роман, только менял в нем
фамилии, при помощи компьютера подобную трансформацию можно произвести за десять
секунд... Кстати сказать, таким же
образом он расправлялся со своими недругами. Историю про академика Парина
слышала?
Я кивнула.
- Вот теперь под прицел литературного киллера попал Грызлов. Кондрат,
великолепно понимая, что по сумме свершенных
преступлений дело Юрия потянет на пожизненное заключение, требует с того ни
много ни мало полмиллиона долларов.
Грызлов цепенеет, таких денег у него нет. Максимум, что есть в кубышке, -
сто тысяч "зеленых", и он предлагает Кондрату
эту сумму. Но Разумов советует:
- Продай квартиру, дачу, машину. Кстати, у тебя неплохая коллекция картин.
Не жадничай, Юра, хуже будет. Даю тебе
десять дней.
- Дай хоть месяц, - просит тот.
- Нет, - отрезает Кондрат и подписывает себе смертный приговор.
Ох, зря он связался с Грызловым, у Юрия буйная, совершенно криминальная
фантазия, недаром он столь быстро и легко
пишет детективы. Но Кондрат явно недооценил противника, к тому же до сих пор его
жертвы безропотно платили дань.
Юра тоже прикинулся испуганным. На следующий день он привез двадцать тысяч
и сказал Разумову:
- Буду приносить деньги частями. Грызлов мог сразу притащить сто тысяч, но
ему нужен повод для посещения квартиры
Кондрата.
- Мне без разницы, - пожал плечами Разумов, - только лучше по пятьдесят
тысяч, как раз за десять дней пятьсот выйдет.
Изображая испуг, Юра начал действовать. Самое интересное, что "сценарий"
убийства он взял из романа "Загон с гиенами",
основная роль в нем отведена без памяти влюбленной в Грызлова Лене - Юрий, как
всегда, хочет решить проблему при
помощи женщины.
Не так давно она со смехом рассказала любовнику, что в свое время закрутила
роман с Антоном Семеновым. Сначала
смазливенький паренек нравился ей безумно, потом она поняла, что избранник
альфонс, жмот, мечтающий жить за ее счет, и
разорвала отношения.
- Прикинь, какой мерзавец, - ухмылялась Лена, - за деньги на все готов,
мать родную продаст. А уж самомнение! Купил
пистолет и положил в машине в "бардачок", боится, что на него нападут! Ну кому
такой урод нужен!
Моментально вспомнив Ленины откровения, Юра поехал в Дом литераторов, где в
ожидании очередной "любви" тусовался
Антон, и угостил мужика ужином. Любящий поживиться за чужой счет парень с
удовольствием ел и много пил. К концу
вечера он был пьян в лоскуты. Юра оттащил Ромео в машину и забрал пистолет.
Затем Грызлов пришел к Разумову с очередной порцией денег и подарил Ване
пистолет, предупредив ребенка:
- Никому не показывай, вот начнете в войну играть, то-то папа удивится!
Он ничем не рисковал, современные игрушки до отвращения похожи на настоящее
оружие, к тому же Ванечка моментально
согласился с тем, что изумительный револьвер надо применить во время очередных
"боевых действий", и быстро спрятал
подарок.
- Погоди, погоди, - заволновалась я, - но ведь "зауэр" подарила сыну
Лена...
- С чего ты это взяла? - усмехнулся Володя.
- В магазине сказали, что она специально заказала такой...
- Правильно, ну и что? Лена каждый день совала пареньку игрушки, да у того
пистолетов в детской по протоколу обыска
было сто шестьдесят две штуки.
- Сколько?
- Сто шестьдесят две штуки, - повторил Володя, - это не считая автоматов,
пулеметов, ружей, гранатометов и электронных
танков, слава богу, уменьшенных размеров. Так что ничего особенного в ее подарке
нет.
- Я думала, что кто-то вынул из упаковки игрушку и вложил туда настоящее
оружие...
- Нет, Юра просто дал Ване пистолет и велел спрятать, а тот послушался, и
было это буквально за час до смерти Кондрата.
Грызлов великолепно знал от Лены, что Разумов никогда не пропускал игры в
войну, а час "X" у них с сыном всегда был
ровно в семь. Юра пришел в шесть, отдал Кондрату очередные двадцать тысяч и
подсунул Ване "зауэр".
- Но я не помню, чтобы он входил! - удивилась я.
- Ты ушла за хлебом, - тихо ответила Лиза, - дверь открыла няня, Анна
Ивановна, дядя Юра буквально десять минут побыл
и ушел.
- Ну почему ты мне об этом не рассказала! - накинулась я на Лизу. - Почему
молчала?
- Ты не спрашивала, - резонно ответила девочка, - и потом дядя Юра
постоянно ходил, ничего особенного в его визите не
было.
- Через час после ухода Грызлова прогремел роковой выстрел, - вздохнул
майор, - дело сделано, теперь следовало подсунуть
милиции подозреваемую.
Соблазненный большой суммой денег, Антон Семенов оговорил Лену. Для пущей
убедительности Юра подключил к делу и
Ангелину Брит.
С ней тоже просто. Она была патологически жадна и ненавидела Лену черной
ненавистью.
Лену увезли в милицию, а довольный Юра успокоился. Но тут жадный Антон
позвонил ему и потребовал деньги за
молчание. Но он не знал, с кем имеет дело, и погиб под колесами автомобиля,
который Грызлов благополучно угнал, а после
свершения преступления бросил на соседней улице.
И тут в дело вступила Лампа. Ангелина Брит была напугана до предела визитом
нашей Марпл и позвонила Грызлову. В
истерике она вопила, что расскажет правду, что Юре мало не покажется...
Литератор успокоил ее, сказав, что Антон попал под машину случайно, и
обещал Лине привезти десять тысяч баксов прямо
сейчас, немедленно. Глупая и жадная девица согласилась, дальнейшее известно.
Я молча вертела в руках чайную ложечку. Господи, какая же я дура! Ведь я
нашла номер телефона Юры в памяти аппарата
Брит и думала сначала, что она сама позвонила убийце, а потом забыла про эту
версию. Ну не идиотка ли! Была в двух шагах от
разгадки!
- Не огорчайся, дорогуша, - ободрил меня Володя, - это еще не все сделанные
тобой глупости. Ты же позвонила Грызлову? Я
кивнула.
- И вы встретились в ресторане?
- Да.
- Он напоил тебя?
- Да, но зачем?
- Ну, святая простота, хотел узнать, что тебе известно, а ты с пьяных глаз
радостно сообщила - почти ничего. Вот Грызлов и
успокоился, а чтобы ты перестала играть в детектива, рассказал историю про
продавщицу Зину Иванову.
- Ага, а я ее проверила и выяснила, что все произошло год тому назад и не
совсем так, как объяснил он. Пришлось заняться
Степаном Разиным.
- Душенька, - умилился майор, - да ты просто Шерлок Холмс.
А Грызлову пришлось пережить несколько неприятных минут. Он пришел в
издательство, наткнулся на Евлампию, увидел
на столе у редактора пачку денег и расспросил нашу дурочку. Та ничтоже сумняшеся
выложила, что принесла рукопись "Загон с
гиенами".
Юра чуть не упал замертво. Он-то сделал все необходимое, чтобы рукопись
исчезла из компьютера. Сразу после смерти
Кондрата, поздно ночью, когда все домашние спали, он приезжал к Лене и
посоветовал той отослать подальше мальчика.
Женщина сама собиралась отправить сына на Кипр. Пока она разговаривала в спальне
по телефону, Юра ждал в кабинете, он
готов был немедленно ехать за билетами в круглосуточную кассу. В то время как
Лена договаривалась с подругой, Грызлов
влез в компьютер и уничтожил "Загон с гиенами", прихватив и дискету из
коробочки, где хранился архив. Собственно говоря,
после смерти Кондрата ему не так и страшно опубликование романа, но он не хотел
рисковать. Представьте теперь его
изумление после разговора с нашей Лампулей. Он действует немедленно.
- Поняла! - закричала я. - Все поняла!
- Да? - удивился майор.
- Да. Юра сказал, будто забыл ключи в издательстве, вернулся и подменил
дискеты, бросил на столе у Галина пустые. Только
допустил ошибку. Я принесла информацию на "Сони", а он подменил на "IDK". Потом
расспросил меня, где я нашла "Загон",
напросился в гости, симулировал сердечный приступ, а пока я бегала в аптеку,
вновь уничтожил в компьютере все следы
романа, он только не знал, что осталась распечатка. А затем выписал из
телефонной книжки адрес Леокадии Сергеевны и
разорвал блокнот на мелкие кусочки. Он правильно решил, что я подумаю, будто
Рамик сожрал книжечку.
- А зачем он ее рвал? - поинтересовался Андрей.
- Не хотел, чтобы я еще раз поехала к машинистке или позвонила ей. Он решил
уничтожить в компьютере информацию,
заявился к Леокадии Сергеевне, которая не знала о смерти Разумова, представился
его приятелем, отвел старушку к себе в
машину и отключил в ее комнате все электроприборы. Здорово придумал, любой
человек подумает, что плохо разбирающаяся в
компьютерах старушка решила избежать пожара. Вот только зачем он ее убил?
- А ее никто не убивал, - пожал плечами Володя.
- Как, - подскочила я, - как не убивал? Я сама видела труп!
- Да ну? И где же?
- Передача "Петровка, 38" показывала...
- Так-таки показывала?
- Конечно, крупным планом труп старушки, я ее по серьгам опознала.
- По серьгам, - передразнил майор, - ну молодец! Юра и не думал убивать
Леокадию Сергеевну. Он приехал к ней и сказал,
что нуждается в срочной перепечатке романа, посадил старуху у себя на даче за
компьютер, дал ей какие-то бумаги и велел их
набивать. Сумму за услуги предложил такую, что бабушка согласилась на его
условия - пожить во время работы на даче у
Грызлова. Она и сейчас там, в полном здравии. Юра хотел привезти ее домой в
ближайший понедельник. Он, конечно,
мерзавец, убийца, но не маньяк, лишние трупы ему ни к чему, и, где можно
обойтись без крови, он старался не убивать.
- Но серьги, камеи в оправе...
- Интересно, - хмыкнул майор, - сколько пожилых женщин любит подобное
украшение. И потом, что же ты внимательно не
посмотрела в лицо трупа.
- Да его показывали всего пару минут, все в крови, ужас! Я не рассмотрела
как следует.
- А серьги, значит, приметила, - хохотнул Володя. - Молодец, майор Пронин.
Я не нашлась, что ответить.
- Дальше ты вообще делала одни глупости, - потешался приятель, - жаль, нет
звания "Мастер глупости". Сообщала Грызлову
о Степане Разине, и он понял, что ты движешься в опасном направлении.
Юра боялся своих настоящих родственников - сестер и тетку, вот кто мог
опознать его как Степана Разина. Правда, прошло
много времени, но все же... Он пошел вместе с Лампой в кафе "Лимонадный Джо", не
боясь, что Галина его приметит, потому
что сел спиной к столику, кстати, по просьбе Лампы.
- Как он ухитрился убить Галину? - удивилась я. - Ведь он все время провел
со мной.
- Он ее не убивал, - сообщил Костин.
- Как?!!
- Так. Я же сразу сказал, в этой истории слишком много роковых
случайностей. Галину на самом деле сбила машина.
- Да ну?!
- Именно, трагическое совпадение. Пьяный студент украл автомобиль,
покататься захотелось идиоту. Не справился с
управлением и сбил женщину. Перепугался до полусмерти, попытался удрать, вылетел
на проспект и врезался в "Мерседес".
Там его и взяли, ну а протрезвев, он в ужасе начал каяться в содеянном. Так что
Юра тут ни при чем, хотя все получилось на
редкость для него удачно.
- А Рита, сестра Гали?
Володя развел руками:
- Знаешь, сколько жертв фальшивой водки привозят в Склиф. Далеко не всем
успевают помочь даже в стационаре. А
Маргарита просто напилась суррогата до одури и мирно отправилась на тот свет,
можно сказать, сама себя убила.
Я тупо молчала, глядя на радостно ухмыляющегося майора. Наконец мой язык
отлип от неба и произнес:
- А Раиса Андреевна?..
- О! - пробормотал Володя. - Знаешь, Грызлову удивительно везло, вот и
думай после этого, как господь относится к
негодяям.
Раиса Андреевна единственный человек, которого Юра на самом деле боялся. С
Галей он практически не встречался, та рано
убежала из дома и скорей всего не узнала бы младшего брата. Рита тоже не слишком
часто общалась со Степаном, он приходил
в гости к настоящим родителям от силы два-три раза в год. Но вот Раиса
Андреевна!.. От нее следовало избавиться
всенепременно, и Юра поехал по знакомому адресу. Правда, сначала позвонил и
прикинулся отцом будущей ученицы, получил
приглашение и поехал в квартиру, много лет бывшую его родным домом.
Время для визита он специально выбрал позднее, на лестнице горела тусклая
лампочка, шляпу он надвинул на лицо...
Раиса Андреевна впустила сына, пригласила его пройти в гостиную. Юра вошел
в до боли знакомую комнату, приемная
мать подняла глаза и недоуменно посмотрела на возмужавшего, но тем не менее
отлично узнаваемого Степана.
- Степа, - пробормотала она и упала на стул, - ты жив!
В кармане Юры ждали своего часа великолепные таблетки, сделанные
израильтянами. В малой дозе - они отличное
сердечное лекарство, в большой - смертельно опасны. Он намеревался подбросить их
воспитавшей его женщине в чай или
воду. Но у Раисы Андреевны была гипертоническая болезнь, и с ней от невероятного
волнения случился удар. Грызлов понял,
что мать вот-вот скончается, отнес ее на кровать и преспокойненько ушел,
радуясь, что события приняли такой оборот. Раиса
Андреевна и впрямь не дожила до утра и ничего никому уже не рассказала.
- Она только написала странное слово, почему-то по английски - ghos.
- Да, - согласился Володя, - соседка рассказала нам то же самое. Пришлось
взять словарь, и знаешь, что вышло?
- Что?
- Оказалось, что слова ghos нет, но есть ghostly - привидение или
призрачный. Бедная учительница пыталась, как могла,
сообщить, что к ней приходил фантом, призрак, давно умерший человек. И как
только я не догадалась посмотреть в словарь!
- Но почему она писала по-английски? - осведомилась Лиза.
Костин вздохнул:
- Инсульт - загадочная болячка, может, бедняжка просто забыла, как будет
нужное слово по-русски, а по-английски
припомнила. Знавшие ее люди отмечают, что Раиса Андреевна великолепно владела
этим языком, вот в минуту болезни в
памяти и всплыл нужный термин.
- Но когда Юра уходил, - сказала я, - соседка подглядывала у "глазка". Она
припомнила, как мужчина буркнул: "До
свиданья, Раиса Андреевна". А учительница якобы ответила!
- Нет, - возразил майор. - Дело было не так. Грызлов, уходя, для отвода
глаз громко произнес слова прощания. Но Раиса
Андреевна лежала на кровати и не могла ответить. Соседка просто домыслила
ситуацию, как иногда бывает со свидетелями.
- Почему Юра сразу не убил меня? - тихо спросила я. - Он знал, что я ищу
Степана Разина, даже меня дразнил, называя себя
Емельяном Пугачевым.
- Ты была ему нужна, - коротко бросил майор.
- Хочешь сказать, он полюбил меня и поэтому пожалел?
Володя стукнул кулаком по столу.
- Дура! Имей в виду, этот субъект никогда и никого не любил. Это чувство
ему незнакомо. Ты была ему просто временно
необходима.
- Зачем?
- Ну, он пребывал в абсолютной уверенности, что Лену осудят за убийство, и
хотел украсть романы Кондрата.
- Да почему? Он ведь и сам умел писать!
- Во-первых, не так хорошо и увлекательно, во-вторых, Грызлов просто хотел
нажиться на чужом труде, а в-третьих, ему
очень импонировала мысль о том, что покойный Разумов станет невольным
"спонсором" живого Грызлова. Юра-то успел
оттащить ему восемьдесят тысяч долларов и хотел вернуть утраченное. С твоей
помощью он думал выудить романы из
компьютера и забрать их себе. Ему обязательно требовалась ты, ну как он мог
войти в квартиру? Взломать замок? Так квартира
Разумова подключена на пульт, сразу бы приехал патруль. Нет, ему следовало
привлечь тебя.
- Но он же влез один раз без меня в компьютер, симулировав сердечный
приступ?
- Правильно, но не мог же он каждый раз изображать смертельно больного и
отсылать тебя в аптеку, тем более что за десять
минут ему было не справиться. Это не секундное уничтожение информации. Рукописи
Кондрат хранил в разных файлах и в
разной степени готовности, требовалось время, чтобы разобраться в чужом
компьютере. Вот Грызлов и стал соблазнять тебя
гонорарами и известностью. Понимаешь теперь, что, как только он обрел бы
дискеты, ты моментально бы получила билет в
одну сторону.
- Куда?
- На тот свет, дорогуша.
- Но я ему отказала, сказав, что хозяйка романов - Лена.
- И подписала себе смертный приговор. Грызлов обратился к Андрею.
- Почему именно к нему?
- Посчитал, что парень, тесно связанный с криминальным миром, не откажется
заработать на ерунде, подумаешь, бабу
задавить. Себе он на этот день приготовил безукоризненное алиби и вообще проявил
крайнюю осторожность. Сначала
договорился с Андреем по телефону, а потом встретился с ним в гриме.
Нацепил парик блондина, очки, усы наклеил, бороду... Договаривались они в
парке, чуть ли не у Кольцевой дороги.
- А как же Андрей узнал, что это Юра?
- Ишь, баснописец, - фыркнул наш сосед, - да я как по телефону услыхал, что
о вас речь идет, Лампа Андреевна, тут же
братанам свистнул, и они этому убийце-крысятнику на хвост сели, вот мандавошка
гнидистая! Прямо до дома довели,
уржаться можно. Этот козел долбаный, только со мной поговорил, капусту отслюнил,
в тачку сел и рванул. А мои уж на выезде
ждут. Так этот урод позорный и бороду, и усы отцепил, кретин!
- Андрей, говори нормально, - машинально поправила я и возмутилась:
- Так ты еще и деньги у Грызлова взял?
- Конечно, - захохотал страшно довольный Андрюшка. - Авансик за вашу
смерть!
- Ничего смешного тут нет, - вскипела я. - Немедленно верни все.
- Ага, - хихикнул он, - я эти баксы в фонд помощи ментам перечислю.
Я с сомнением посмотрела в его сторону: что-то не верится.
- Ты бы ему спасибо сказала, - укорил майор.
- Спасибо, что не задавил меня! - выпалила я.
- Вас, Евлампия Андреевна, я никогда бы тронуть не смог, - ответил Андрюша,
- и вообще, я не по мокрому делу, на мне
крови нет, дядя Володя проверял.
- Почему же ты меня полюбил? - удивилась я. - Вроде я без конца замечания
делаю и вообще за убийцу тебя считала.
- За куриный супчик, - серьезно ответил парень.
- За что?
- Помните, я свинкой заболел?
- Ну?
- А вы мне суп-лапшу сварили из курочки, морковь кружочками, лук и
вермишель звездочками, мама иногда, когда не пила,
такой делала, вкусный очень, - тихо пояснил Андрей.
Я растерянно заморгала. Куриный супчик... Ну кто бы мог подумать!
- Все, - сообщил Володя, - еще вопросы будут?
- Как вы до всего докопались? - поинтересовалась я.
- Нет ничего тайного, что не стало бы явным, - серьезным тоном провозгласил
майор, - не к чему тебе заглядывать на нашу
милицейскую кухню. Грызлова заподозрили давно, как только Лена призналась, что
он ее любовник. Кстати, столь нелюбимый
тобой Митрофанов проделал гигантскую работу.
Я фыркнула и демонстративно закурила. Человек, нагло выгнавший меня на
улицу, не может рассчитывать на добрые
чувства с моей стороны. Никогда!
ЭПИЛОГ
"Загон с гиенами" упал на лотки и прилавки книжных магазинов в конце
апреля. Хитрый Миша Галин моментально понял,
как можно использовать ситуацию с арестом Грызлова, и быстренько распространил
среди журналистов информацию о том,
что в книге описаны подлинные события, а главный герой на данном этапе ждет
суда. Шум поднялся невероятный, несколько
недель все средства массовой информации, в особенности бульварные газеты,
кричали о "Загоне". Ситуацию обострило еще то,
что Лена наотрез отказалась давать интервью, а следователи хранили упорное
молчание. Тут даже респектабельный
"Коммерсанта" не выдержал и отправил к Митрофанову репортера. Но майор только
подлил масла в огонь, ляпнув на вопрос:
"Правдивы ли слухи о документальности романа?"
- Не могу ответить "нет".
Правда, через секунду он спохватился и добавил:
- И не могу сказать "да".
Но корреспондент умышленно опустил в статье вторую часть ответа, и вновь
поднялся шум. В итоге издательство, спешно
допечатавшее тираж "Загона", осталось крайне довольно.
Прошло полгода. Лену давно выпустили, она продала квартиру Кондрата и
исчезла в неизвестном направлении. Может,
уехала на Кипр. Однако вчера на лотках я увидела новую книгу со знакомым
названием "Яблоко на елке", так именовался один
из неопубликованных романов Кондрата. На титульном листе стояло имя автора -
Мария Крол, а на задней обложке была
помещена фотография... Лены. Значит, она все же в Москве и решила стать
"писательницей". Честно говоря, мне захотелось
найти ее и потребовать Лизину долю. Но Андрюшка остановил мой порыв:
- Нехай подавится, нам с сеструхой эти деньги не нужны.
Андрей по-прежнему владеет авторемонтным бизнесом. Свою квартиру он тоже
продал, купил другую, говорит, слишком
неприятные воспоминания связаны со старой.
Я вернулась в наши с Катей хоромы, Лиза живет пока со мной, ей на днях
выдали паспорт, и никто из официальных
представителей властей не поинтересовался, что случилось с девочкой, но нам это
только на руку. Андрюша хотел забрать
сестру к себе, но я не разрешила. Лиза пока еще маленькая, и за ней нужен
присмотр. Скоро из Америки вернутся Катя,
Сережка, Юлечка и Кирюшка, приедут и наши животные. Надеюсь, они благосклонно
отнесутся к Пингве и Рамику. Что же
касается Лизы, то Катя всегда мечтала иметь в придачу к сыновьям еще и дочь.
Грызлов сидит в тюрьме "Матросская тишина" и ждет суда; говорят, приговор
будет суровым.
Слава Самоненко выздоровел и вновь работает. Между прочим, Митрофанов
оказался не таким уж и противным, и мы
иногда вместе пьем чай у Володи Костина дома.
Я нашла себе место работы, но об этом как-нибудь в другой раз.
Кстати, Рамик не превратился ни в мастино-неаполитано, ни в филубразильеро.
Это просто средней высоты, весьма тучный
пес, страстный любитель разной еды, мы теплыми вечерами гуляем с ним по улицам.
Вот и сегодня Лиза и Андрей с шумом и смехом бросили Рамику резиновый
мячик. Внезапно игрушка выкатилась на
дорогу, девочка, парень и собака бросились наперегонки за ней. И тут раздался
визг. От ужаса я чуть не потеряла сознание.
Прямо из-за угла на них летела огромная, угрожающе-черная машина.
- Стой, придурок, козел долбаный, урод позорный, грабками вправо руль
поворачивай, куда буркалы выпятил, - заорала я
изо всей мочи.
Словно услыхав мой вопль, автомобиль резко вильнул и исчез за поворотом. Я
в изнеможении прислонилась к стене.
Андрей, Лиза и Рамик уставились на меня во все глаза. Первой отмерла
девочка.
- Ага, а нам так говорить ты не разрешаешь!
- Здорово вы по-свойски кумекаете, с понятием! - восхитился Андрей.
Я растерянно молчала. Сама не понимаю, как такое вышло, слова просто сами
вылетели изо рта.
- Не тушуйтесь, Ева Андреевна, - засмеялся Андрей, - пойдемте чай пить. Я
содрогнулась:
- Как ты назвал меня?
- Ева, - обрадованно подхватила Лиза, - правда, здоровское мы тебе новое
имя нашли! И как только никто не додумался.
Как же, был один субъект.
- Никогда, слышите, никогда не смейте так меня называть, - с расстановкой
сказала я, - меня вполне устраивает быть
Лампой.
- Только не электрической, - хихикнул Андрей, ловя Рамика.
Да, не керосиновой, не газовой, а просто Лампой, чудесное имя, на мой
взгляд.
Дарья ДОНЦОВА
ОБЕД У ЛЮДОЕДА.
Будильник прозвенел, как всегда, в семь сорок. Я с трудом открыла глаза и
закрыла их опять. Есть же на свете счастливые люди, вскакивающие с кровати в
несусветную рань с бодрым, радостным настроением. Делают зарядку, обливаются
ледяной водой, на завтрак поедают только полезные мюсли и убегают на работу
в отличном расположении духа. Причем, как правило, эти люди не пользуются
лифтом, используя лестницу в качестве бесплатного тренажера.
Я всегда черной завистью завидовала всем, кто ведет правильный образ
жизни. У меня, к сожалению, никак не получается взять себя в руки. Утреннюю
гимнастику я не делаю, честно говоря, обожаю поспать часиков до одиннадцати,
и если бы не Лиза и Кирюша, которым нужно попасть в школу к первому уроку,
то дрыхла бы до обеда. Ледяная вода вызывает у меня дрожь. Я ни за что не
полезу в море при температуре воды меньше двадцати пяти по Цельсию. Хотя,
кажется, ее меряют не по Цельсию. Не знаю, я отвратительно безграмотна во
всем, что связано с математикой, физикой, химией, географией. Бег с сумками
наперевес по лестнице тоже не является моим хобби. И вообще, вчера я заснула
около часу ночи, потому что читала в кровати последний роман Марининой да
еще, увлекшись сюжетом, слопала почти полную коробку шоколадных конфет. К
слову сказать, мюсли кажутся мне отвратительным продуктом, не понимаю, кем
нужно быть, чтобы заставить себя съесть ранним утром нечто похожее на
недоваренную геркулесовую кашу с твердыми комьями лежалых сухофруктов!
Будильник затрезвонил вновь. У меня "хитрые" часы, которые будут
взвизгивать через каждые десять минут, пока вы не стукнете их сверху
кулаком. Я потянулась и сумела-таки открыть глаза. Делать нечего,
вставать-то надо.
Постанывая и проклиная злую судьбу, я нашарила тапки и подошла к
балконной двери. Сейчас распахнем занавески, и станет веселей...
Портьеры с легким шорохом разъехались в стороны, утренний свет хлынул в
комнату. Чуть прищурившись, я лениво глянула в окно и обомлела. На балконе,
умильно сложив на мохнатой груди к
...Закладка в соц.сетях
