Жанр: Электронное издание
evlampia
... - убивалась Надя.
- За тортом?
- Вы не знаете? Галочка хотела к чаю сладкого купить и отправилась в
"Лимонадный Джо", ресторанчик на соседней улице,
там отличная выпечка. А тут машина!
Мы помолчали, и я осторожно спросила:
- А с соседкой что приключилось? Надя махнула рукой:
- Маргарита - алкоголичка, вконец опустившаяся баба. Галечка, добрая душа,
подкармливала ее из жалости, одежонку
давала. А потом я ей и посоветовала. Пусть Ритка дарственную на квартиру
напишет, чего зазря деньги переводить. Ну и
оформили все, как положено. Галя взяла пьянчужку на полное обеспечение за
жилплощадь для дочери. Удобно как, на одной
лестничной клетке, и вместе, и врозь, редкий случай для Москвы. Галечка все
говорила: "Вот внуки пойдут, так не придется
мне мотаться из конца в конец". Не дождалась внучков-то.
- С соседкой что? - повторила я вопрос.
- Водки нажралась, а та фальшивая, - пояснила Надя, - долго не мучилась,
померла.
- Когда?
- Да вчера, - равнодушно сказала она, - квартиру и опечатали.. Нам недосуг
сказать было, что жилплощадь наша, у самих
горе. Вот похороним Галочку и займемся.
В прихожей послышались голоса.
- Приехали, - всплеснула руками Надя, - неси салат на стол.
Я вошла в большую комнату, полную тихо разговаривающих людей, и водрузила
миску в центр гигантского стола. Потом,
воспользовавшись суматохой, выскользнула в прихожую, надела куртку и ушла.
Бедная Маргарита, но в ее смерти нет ничего таинственного. Сотни
алкоголиков травятся дешевыми винно-водочными
изделиями. Небось купила бутылочку в ларьке, а не в приличном магазине, и вот
результат. А вот почему милая старушка
Леокадия Сергеевна оказалась на Кольцевой дороге! Это загадка! Может, Андрей и
ее сбил? Ага, а еще убил Листьева,
Холодова и принцессу Диану!
Дурацкие мысли лезут мне иногда в голову. И что взбрело вчера? Небось он и
правда задавил собаку, теперь переживает:
парень обожает животных и использует любую возможность, чтобы поиграть с
Рамиком. А разобранный джип? Ну не ерунда
ли! Скорей всего, Андрюша приобрел краденую машину, вот и не сумел продать ее
легально, сдал на запчасти. Насчет тридцати
тысяч долларов он наврал. Никто не отдаст такую прорву денег за консервную
банку, воняющую бензином. Хотя интересно,
сколько стоил "Мерседес", на котором ездил мой бывший муж Михаил? Я-то в те
времена совершенно не задумывалась о
деньгах, предоставляя супругу самостоятельно решать все финансовые вопросы. Но
откуда Андрей знает про Ваню?
"Вот что. Лампа, - строго сказала я сама себе, - трудности следует
преодолевать по мере их поступления. Сначала езжай-ка,
дорогуша, на "Киевскую".
Ветеринар Светлана обладала отличной зрительной памятью. Огромный дом из
светлого кирпича стоял именно там, где она
говорила. Возле моста, на набережной. Я присвистнула. Да тут небось сотни
квартир. Жаль, я не спросила фамилию Раисы
Андреевы, хотя если она жена брата мужа Татьяны, то тоже скорей всего Разина.
Домоуправление находилось в третьем подъезде. Молодая полная женщина
щелкала счетами, рядом лежал калькулятор.
Увидев меня, она улыбнулась:
- Врут электронные машинки, на счетах надежней. Книжку на перерасчет
принесли?
- Нет, - улыбнулась я, - я вообще не москвичка, из Тамбова приехала,
помогите, пожалуйста!
- Чем могу, - вновь улыбнулась она. Надо же, какая милая.
- Приятели попросили в столицу посылочку свезти, Разиной Раисе Андреевне
отдать. А я, как на грех, бумажку потеряла с
адресом. Дом и улицу запомнила, а квартиру нет! Решила, приеду, соседей
поспрашиваю и найду. А тут такое здание, просто
город.
- Да, - гордо сказала женщина, протягивая руку к шкафу, - пятьсот
шестьдесят четыре квартиры, небось в Тамбове такого
нет.
- Что вы, - я старательно прикидывалась провинциалкой, - наш городок
крохотный, дома деревянные.
- Разина Раиса Андреевна проживает в сто первой квартире, - сказала
домоуправ.
Я рассыпалась в благодарностях и пошла в четвертый подъезд. Но радость
оказалась преждевременной. Дверь не открывали,
я присела на подоконник и закурила, но не успела сигарета задымиться, как
лязгнула железная дверь старого лифта, и вышла
пожилая дама с довольно тяжелой сумкой.
Поставив покупки у двери, она вытащила ключи.
- Раиса Андреевна! - обрадовалась я. Пришедшая глянула на меня и спросила:
- Вы ко мне?
- Да.
- Зачем?
- Из собеса, - ляпнула я, не подумавши.
- Откуда? - удивилась дама, распахивая дверь.
- Отдел социальной помощи одиноким пенсионерам, - ответила я и вошла вслед
за ней в стерильно чистую, пахнущую
полиролью прихожую.
- Ничего не понимаю, - произнесла Раиса Андреевна, - я никуда не
обращалась.
- Мы составляем списки одиноких пенсионеров, - пояснила я, - тех, кто
нуждается в помощи. Вот, например, у вас в
документах какая-то неразбериха. В одной бумаге стоит, будто у вас есть сын,
Степан Разин, а в другой указано - проживает
одна. Мне велено разобраться.
Раиса Андреевна участливо посмотрела на меня:
- Вот так целый день и мотаетесь, бегаете по чужим людям, небось устали. Ну
зачем ехали? Позвонили бы, и дело с концом.
- У нас ваш телефон не указан, - горестно вздохнула я.
- Чаю хотите? - предложила Разина.
- С огромным удовольствием, - обрадовалась я. На большой красивой кухне
хозяйка принялась вынимать из сумки
продукты. Я глядела во все глаза на покупки.
Отличная ветчина, сыр "Дор-блю" с голубой плесенью, примерно полкило,
конфеты "Грильяж", пачка чая "Ахмад", кофе
"Черная карта"... Не похоже, что хозяйка нуждается. Словно подслушав эти мысли,
она сказала:
- Видите ли, дорогая...
- Евлампия.
- Ах, какое имя, редкое, истинно русское... так вот, милая Евлампия, я,
конечно, пенсионерка, получаю каждый месяц
положенную от государства дотацию и не собираюсь от нее отказываться. Я
заслужила эти гроши честным трудом, всю жизнь
преподавая детям в школе английский язык. Очень трудная профессия, нервная и
ответственная. Но никакой материальной
помощи мне от собеса, слава богу, не требуется. Так и пометьте у себя, лучше
отдайте тем, кто нуждается.
- Значит, у вас есть сын, который содержит мать? - я решила напролом идти к
поставленной цели.
Раиса Андреевна шумно вздохнула, налила мне кофе и сказала загадочную
фразу:
- Сапожник без сапог, а булочник без пирогов.
- Что? - не поняла я.
- Всю жизнь я проработала учительницей, а одного-единственного,
собственного ребенка не сумела воспитать, - вздохнула
она, - хотя, наверное, генетика берет верх над воспитанием.
- Не понимаю, - пробормотала я.
- Ах, душенька, не обращайте внимания, так, ворчу по-стариковски, - грустно
ответила учительница, - меня никто не
содержит, сама зарабатываю репетиторством - десять долларов час. Не хвалясь
скажу, что я великолепный педагог, и ученики
ко мне выстраиваются в очередь. Но возраст, увы, не юный, и в последние годы я
сбавила нагрузку. Но потом умер муж, одной
в квартире тоска, поговорить не с кем, вот я и набрала снова детей под завязку,
даю по три-четыре урока в день. Устаю,
конечно, зато голова занята, а то в пустые мозги всякая дрянь лезет, особенно по
ночам. А так, утомишься и спишь без задних
ног.
Я быстренько умножила сначала три на десять, а потом тридцать на семь.
Двести десять долларов в неделю, совсем неплохо
для пожилой дамы.
- Копить не для кого, - вздыхала собеседница, - вот и балую себя да кота.
Ем что хочу, а ему телятину. по девяносто рублей за
килограмм покупаю. Я уже и на похороны собрала, и квартирку старшей дочери
лучшей подруги отписала. Она меня в
крематорий и отправит, смерть только не торопится.
- Ну, - улыбнулась я. - Это вы зря, на тот свет еще никто не опоздал,
возраст у вас пока не тот, чтобы о могиле думать.
- Тоска иногда заедает, - призналась Раиса Андреевна. - Вот соседка моя, из
трехкомнатной, вечно жалуется. Две дочки ей
сбросили внуков, сами на работе. Все бедной бабке на голову свалили - готовку,
стирку, покупку продуктов, да еще уроки
проверить надо. И с деньгами у них не ахти, вечно у меня в долг перехватывают.
Придет она, сядет вот здесь и давай плакаться:
- Хорошо, тебе, Рая, живешь одна, хлопот никаких, дом, полная чаша, в
средствах не нуждаешься.
А я слушаю и думаю: "...И зачем мне деньги? Одной..."
- Что же, сын к вам совсем не приходит? - гнула я свое. Раиса помешала
ложечкой кофе и сказала:
- Если бы вы, дорогая, не торопились, то я могла бы рассказать крайне
поучительную историю.
- Я совершенно не спешу, - успокоила я ее, - абсолютно свободна и с
громадным удовольствием послушаю.
- У вас дети есть?
Я поколебалась немного и ответила:
- Трое. Мальчики Сережа и Кирюша да девочка Лиза.
- А мне вот господь ребеночка не дал, - вздохнула Раиса Андреевна, - отсюда
и все неприятности.
ГЛАВА 25
Разина была со мной предельно откровенна. Наверное, сработала штука,
именуемая в психологии "эффект попутчика".
Перед приятелями и знакомыми мы хотим выглядеть в наилучшем свете и не всегда
рассказываем о себе правду. Иногда же так
хочется отвести душу. Вот почему люди открываются перед случайными попутчиками в
купе поезда. Можно выплеснуть на
незнакомого человека все, потому что больше никогда его не встретишь!
Раисе Андреевне невероятно повезло с мужем. Честно говоря, она колебалась,
стоит ли выходить замуж за Виктора. Всетаки
она была студенткой педагогического института, да еще престижного
факультета иностранных языков. Предполагаемый
супруг был же всего лишь шофере незаконченным средним образованием. В институте
вокруг веселой Раечки тучами роились
кавалеры. Одному из них, Гоше Серову, она отдала предпочтение. Завертелся роман,
закончившийся беременностью. Как
только Гоша узнал, что любовница ждет ребенка, он моментально испарился,
испугавшись ответственности. Недолго думая,
Рая сделала аборт, поплакала пару недель в подушку, а затем назло красивому, но
коварному Серову вышла замуж за давно
влюбленного в нее Виктора Разина. Выскочила без всякой любви, очертя голову, но
случайно вытащила выигрышный билет.
Виктор оказался удивительным мужем - добрым, ласковым, нежным, полностью
подчиненным властной, как все педагоги,
супруге. Он служил дальнобойщиком, гонял фуры по необъятной Стране Советов, не
пил, не курил и из всех рейсов привозил
в дом разные разности. Потом стал ездить по странам социализма, и Раечка
одевалась, как жена посла. Все было у них хорошо,
вот только дети не получались. Гинекологи, к которым безуспешно обращалась Рая,
разводили руками. Последствия первого
аборта, спайки, непроходимость труб, каких только причин они не называли. Она
долго лечилась, ездила в Мацесту к бабкамтравницам,
к колдуну в Малаховку... результат - чистый ноль. Долгожданная
беременность так и не наступила. Муж, как мог,
утешал жену:
- Зачем нам дети? Вдвоем лучше, свободны, как птицы.
Виктор даже купил для Раисы дорогую персидскую кошку. Женщина всей душой
полюбила ее, но ребеночка кошка заменить
не могла.
У Виктора был брат-погодок Николай. Каждый раз, приходя к нему в гости,
Раиса дивилась. Надо же, какая странность.
Братьев разделяло всего четырнадцать месяцев, а оказались они словно птенцы из
разных гнезд.
Николай пил, дебоширил, поколачивал жену Татьяну и настругал четверых
наследников. Когда на свет явился пятый - сын
Степан, Колька чуть не прибил жену, накинулся с воплем:
- Дура, на кой хрен нам столько спиногрызов? Другие умные, пойдут и
избавятся, а ты! Имей в виду, я лишний рот кормить
не стану. Сама родила, сама и воспитывай.
Раиса и Виктор присутствовали при этой сцене, переглянулись, и муж сказал:
- Ну ты даешь, Колька. Что она его себе пальцем сделала?
- Это бабье дело думать, чтоб без последствий обошлось, - рявкнул Николай.
Рая, имевшая по этому вопросу прямо противоположное мнение, промолчала, а
он продолжил:
- Хотите, забирайте парня с глаз долой.
- Не сердись, Коля, - забормотала Татьяна, - я уж его изводила, изводила. В
ванной парилась, травку пила, со стола прыгала -
все без толку.
- Ох, дура! - вновь зашелся муж. - Пошла бы да выковырнула!
Татьяна залилась слезами. Рая с тяжелой душой вернулась домой. Ночью, лежа
без сна возле мирно посапывающего
Виктора, она тихо заплакала в подушку. Ну почему мир так несправедлив? Тане
ребенок не нужен, а ей. Рае, просто необходим.
Потом Николай выпил технический спирт и отправился на тот свет. Через пару
дней Раиса пришла к вдове и забрала
Степана. Татьяна с радостью избавилась от младенца. Официально оформлять
усыновление не стали. Раиса не собиралась
скрывать от мальчика правду, думая, что он сам решит, кого из двух женщин звать
мамой. Кстати, имя ему придумал Виктор.
Рая хотела назвать сына Филиппом.
- Глупости, - фыркнул всегда покорный муж, - станут парня Филькой кликать.
Ну подумай сама! А так Степан Разин - в
честь борца, героя.
Раечка считала атамана Степана Разина бандитом, Но не стала говорить это
вслух, а согласилась с супругом. Умная женщина
знала, что мужчина должен участвовать в процессе воспитания, только тогда он
полюбит младенца.
А воспитывали Степочку по всем правилам. Мало у кого в детстве были такие
любящие и понимающие родители.
Небольшие запреты Раиса умело сочетала со свободой. Никогда не спорила о том, во
сколько ложиться спать и что надевать.
Разрешала приглашать друзей и угощать их вкусностями. Вино и сигареты в этом
доме не прятали. Они стояли открыто в
гостиной, и, наверное, поэтому Степан оказался совершенно равнодушен к выпивке и
куреву.
У мальчика было все самое лучшее - велосипед, одежда, магнитофон... Из
заграничных поездок Виктор привозил
диковинные вещи - жвачки, чипсы, сухой сок в пакетиках. Степа никогда не
жадничал, угощал друзей, зная, что папа добудет
еще.
Надо отметить, что и мальчик радовал родителей. Он рос аккуратным,
послушным, почти полным отличником. Даже
противный подростковый возраст преодолел без всяких проблем и юношеских прыщей.
Вообще он был очень хорош собой, и
девчонки влюблялись в него пачками, причем не только одноклассницы, но и ученицы
из старших классов.
Когда Степе исполнилось восемь лет, Раиса рассказала ему правду о Татьяне и
повела мальчика в гости к родной матери.
Степа высидел томительный вечер, а потом перед, сном обнял Раю и сказал:
- Ты моя разъединственная мамочка, а к той я больше не пойду, противно у
них.
Раисино сердце запело от счастья, честно говоря, она рассчитывала именно на
такую реакцию, но педагог взял в ней верх, и
она спокойно ответила:
- Нет, деточка, так не годится. Это женщина, которая подарила тебе жизнь,
она заслуживает если не любви, то хотя бы
уважения.
Степочка состроил гримасу, но покорно согласился навещать несколько раз в
год Татьяну. Делал он это не по велению
сердца, а по приказу. Приходил с тортом и, отсидев "протокольный" час, радостно
убегал.
Всю юность вокруг Степана роем кружили девушки. Раиса Андреевна и тут
оказалась на высоте. В пятницу вечером они с
мужем стали уезжать на дачу. Возвращались всегда поздно вечером в воскресенье.
На въезде в город тормозили у телефонной
будки, и Раечка звонила Степе:
- Скоро будем, детка, - говорила она, - примерно через час, вот только в
булочную и молочную заедем.
Виктор целиком и полностью одобрял супругу:
- Правильно. Все равно с девкой в постель ляжет, так пусть дома, в чистоте,
а не в подвале или подъезде каком.
Предупрежденный звонком Казанова успевал выставить даму сердца за дверь до
прихода родителей, накладки не произошло
ни разу. Только однажды Виктор нашел на стиральной машине пакетик от
презерватива.
Виктор показал находку жене и хохотнул:
- Молодец парень, головы не теряет! А из очередной поездки в Германию отец
привез несколько ярких коробочек Степе.
- Держи подарок, только матери ни гугу. Пользуй ся на здоровье, полезная
вещь. От заразы убережет и от последствий
нежелательных. Нам, конечно, внуков охота, да только молод ты пока, все хорошо
вовремя.
В застойные времена, когда родители, краснея, не решались поговорить со
своими детьми даже накануне свадьбы, подобное
поведение отца было удивительным, если не сказать, уникальным. Но Степан привык,
что дома его понимают и поддерживают,
и счел поступок Виктора естественным.
Впрочем, ни одна из девушек ему особенно не нравилась, и он менял их словно
тупые лезвия в бритвах. Девчонки рыдали,
приходили к нему домой, сидели на лестнице, и Раиса Андреевна частенько зазывала
брошенных любовниц на кухню, поила
чаем и поучала:
- Гордость надо иметь. Отвернулся от тебя кавалер, вида не показывай,
наоборот, смейся, веселись, заведи роман с другим.
Пусть видит, как тебе хорошо, и локти кусает!
Девушки кивали, шмурыгали носом и уныло бормотали:
- Степа - ловелас, просто донжуан.
- Мужчина полигамен, - не сдавалась Раиса, - так исторически сложилось, и
нечего его за это осуждать.
Но, ободряя и поддерживая брошенных девчонок, учительница втайне гордилась
сыном. Вот ведь какой вырос - красавец,
умница, ловкий ухажер.
Без всякого труда Степан кончил школу и сразу поступил в Институт стали и
сплавов. Родители мечтали о его научной
карьере.
Потом приключилась неприятная история со Светой Разиной, пришла повестка в
милицию. Степан сходил в отделение и
вернулся чернее тучи.
- Видишь, что придумала, - пожаловался он Раисе. - Врет, будто я у нее
деньги брал и не отдал. Ну зачем мне это надо?
Раиса Андреевна моментально поверила сыну. Во-первых, Степан никогда не
врал приемной матери и обо всех проказах
докладывал честно, будь то выбитое стекло или порванные брюки. Во-вторых, деньги
в семье лежали в коробочке, стоящей в
бельевом шкафу. Купюры там не переводились, и Степан мог превосходно взять
нужную сумму, даже не отчитываясь перед
матерью.
В-третьих, Раиса даже предположить не могла, для чего сыну могли
понадобиться такие деньги. Его одевали, обували,
давали на карманные расходы...
Словом, поступок Светы выглядел отвратительно, Правда, девушка нравилась
Рае, но это еще не повод, чтобы втягивать
парня в сомнительные истории.
Раиса Андреевна, полная здорового негодования, отправилась к следователю,
но тот успокоил ее. Парень ни в чем не
виноват, Светлана созналась в содеянном и получит по заслугам.
Потом стали приходить письма из колонии, но Рая рвала их, не читая.
Следующий повод для волнения возник, когда Степан перешел на второй курс.
Дело в том, что в соседней квартире
проживала хорошенькая Людочка, дочь более чем обеспеченных по тем временам
родителей. Папа - директор крупного
гастронома, мать - заведующая обувной секцией ЦУМа. Воспитанный, приветливый
Степан очень нравился соседям, и они
поощряли контакты своей дочери с юношей. Им покупали билеты в театр или кино.
Выйдя на балкон, отец и мать с умилением
наблюдали, как дети рука об руку идут к метро. Степа - в белой рубашке и
безукоризненно выглаженных брюках, Люда -
веселая, в новом платье. Красивая пара.
Потом однажды сосед, Иван Петрович, пришел к Виктору и, потирая руки,
сказал:
- Ну, готовимся к свадьбе. Людку в туалете по утрам тошнит.
Но Степан наотрез отказался от отцовства.
- Я тут ни при чем, - качал он головой, - ты же знаешь, папа, я всегда
осторожность соблюдаю. Люда грех свой прикрыть
хочет, не спорю, она хорошая девушка, но мы с ней только в театр ходили. Не
воспитывать же мне ребенка неизвестно от кого.
А еще противно, что она врет, на меня младенца повесить хочет.
Виктор припомнил разноцветные коробочки и безоговорочно поверил сыну.
Младенец все же родился, как назло,
непохожий ни на Люду, ни на Степана. Соседи собрались провести генетическую
экспертизу и прижать предполагаемого
папашу к стенке, но тут грянул гром. Директора магазина посадили за растрату.
Мама Люды испугалась до обморока, быстро
поменяла квартиру и уехала вместе с дочерью и внуком в неизвестном направлении.
На их место вселилась супружеская пара - пожилой мужчина лет шестидесяти и
девушка, по виду не старше двадцати пяти.
Раиса сначала думала, что это отец и дочь, потом выяснила: нет, муж и жена
Криволаповы. Мирон Сергеевич и Алена
Михайловна. Впрочем, новая соседка просила звать ее просто Аленой, и выяснилось,
что ей тридцать два года.
Спустя несколько месяцев Криволаповы сдружились с Разиными. Мирон Сергеевич
занимал большой пост в Министерстве
тяжелой промышленности, ездил на работу в черной "Волге" с шофером. Алена на
службу не ходила, числилась в какой-то
конторе, но Рая никогда не слышала от нее ни слова о работе. Она проводила дни в
приятном безделье, занимаясь самозабвенно
собой, - делала гимнастику, ходила на массаж, принимала ванны, посещала
парикмахера и косметолога. В результате
титанических усилий она выглядела на двадцать лет.
Целый год Разины и Криволаповы мило дружили, заглядывали друг к другу пососедски,
иногда просто в халатах. Потом
произошло ужасное. В воскресенье, в праздничный день 9 Мая, Раиса Андреевна
постучалась к Алене. Она развела тесто на
пироги и хватилась соли. Соседка долго не открывала, и Рая удивилась: ну куда та
могла подеваться. Внезапно дверь
распахнулась. На пороге стояла Криволапова с полубезумным видом. Лицо бледное,
губы трясутся и никакого макияжа.
- Что случилось? - спросила Раиса Андреевна. Алена села на стул в прихожей
и тихо сказала:
- Вызови милицию, я убила Мирона Сергеевича. Рая остолбенела.
- Как?
- Сковородкой, - последовал ответ, - там он, на кухне.
Разина кинулась туда. На красивом линолеуме, разбросав в разные стороны
руки, лежал Криволапов. Корка запекшейся
крови покрывала седые волосы, сползала на лицо...
- Надо вызвать врача, - закричала Рая, - вдруг он еще жив!
Она бросилась к телефону, но Алена пробормотала:
- Не надо, он уже похолодел.
- Да ты что! - изумилась Раиса. - Когда же все Произошло?
- Вчера в полночь, - ответила женщина. Разина чуть не потеряла сознание.
- И ты сидишь возле него всю ночь? Последовал кивок.
- Почему не позвала "Скорую"?
Нет ответа.
Раиса Андреевна трясущимися пальцами набрала номер "Скорой".
Приехавшая бригада вызвала милицию. Тело увезли, Алену тоже, квартиру
опечатали. Через три дня Разину вызвали на
допрос. Следователь, приятная на вид дама лет сорока, назвавшаяся Вероникой
Семеновной, принялась выспрашивать о
Криволаповых.
Рая отвечала честно. Особой любви в семье не было, но жили они хорошо,
поддерживая скорее родственные отношения.
Мирон Сергеевич - заботливый супруг, Алена Михайловна - рачительная хозяйка.
Следователь вытащила сигареты и поинтересовалась:
- Любовники у нее были? Раиса растерялась:
- Не знаю. Мы были не настолько близки, но в гости к Алене особо никто не
ходил...
Вероника Семеновна аккуратно погасила недокуренную сигарету и сообщила:
- У меня для вас информация, неприятная. Разина почувствовала, как к щекам
приливает кровь, и пролепетала:
- Я-то при чем?..
- Вы - ни при чем, - отрезала та, - а вот Степан...
- Что Степан?..
- Читайте, - сказала следователь и протянула ей несколько листов.
Рая покорно пробежала глазами по строчкам и почувствовала, что сейчас
потеряет сознание. У нее в руках был протокол
допроса Алены Криволаповой.
Соседка рассказывала, что буквально через несколько дней после вселения в
новую квартиру у нее начался роман со
Степаном. Необременительные вначале отношения переросли в самую настоящую
страсть. Каждую свободную минуту
любовники использовали для того, чтобы рухнуть в постель. Свидания проходили
дома у Криволаповых, так как Мирон
Сергеевич пропадал на работе. Через несколько месяцев Алена влюбилась настолько,
что попросила развод. Но Мирон даже не
захотел слушать жену.
- Ерунда это, - отрезал он, - ты, детка, привыкла к определенному стилю
жизни, который могу обеспечить только я. Если не
секрет, кто твой избранник?
Но Алена не открыла ему правду, а супруг категорически отказался идти в
загс.
- Ничего, ничего, - объяснил он неверной супруге, - тоже, любовь придумала.
В шалаше хорошо первые две недели, а потом
захочется горячей воды и комфорта.
- Но у нас ведь хорошая квартира, - наивно, ответила Алена, - разменяем.
- Э, нет, моя дорогая, - отрезал Мирон Сергеевич, - я тебя взял голой и
босой, такой и уйдешь к своему Ромео, имей в виду.
Так что крепко подумай, где лучше. Впрочем, я не ревнив, можешь по-прежнему с
соседом встречаться, я знаю давно все,
только тихо, без шума, мне скандалы не нужны.
Началось ужасное время встреч урывками и секса впопыхах. Потом любовники
задумали убить ненавистного мужа. С
ужасающей откровенностью Алена выплескивала, как они вместе выбирали и отвергали
один за другим способы умерщвления
ее мужа. Отправить? Опасно, патологоанатом найдет яд в крови. Застрелить? Где
взять пистолет? Удушить? Все равно
останутся следы. Положение стало пиковым, когда Алена узнала о своей
беременности. Ситуацию требовалось разрешить как
можно быстрей, и она еще раз решила поговорить с супругом, надеясь, что он
возмутится и даст развод.
Но Мирон Сергеевич лишь пожал плечами:
- Сделаешь аборт, экая проблема, возьми деньги и ступай в больницу.
Но жена закусила удила:
- Никогда не убью ребенка!
- Пойдешь на чистку, - строго заявил муж, - мне приблудный не нужен. Хочешь
младенца - рожай от законного мужа.
- Так ты же импотент, - обозлилась Алена, - а Степан - нет!
Но муж не обиделся.
- Ну и что? Существует искусственное оплодотворение. Делай аборт, и пошли в
Институт акушерства.
Алена почувствовала, как у нее темнеет в глазах. А ненавистный муж, не
замечая странно вытянувшегося лица жены, дудел
свое:
- Что за любовь придумала! Тебе тридцать два! Какие чувства! Ну подумай
сама, через пять лет ты в тираж выйдешь, а он
найдет другую. Не дури, роди нам...
Последнюю фразу он не успел закончить. Потерявшая всяческое соображение
Алена нащупала рукой тяжеленную чугунную
сковородку, на которой жарила блины, и с размаху опустила ее на макушку сидящего
на табуретке муженька.
Он упал на пол. Все произошло за пару секунд. Алена осталась возле трупа,
плохо понимая, что делать.
- Это не правда, - категорично отрубила Раиса Андреевна, глядя на листок,
где в самом низу стояло:
"Записано с моих слов верно. А. Кривола
...Закладка в соц.сетях
