Жанр: Электронное издание
evlampia
...ги нужны?
- Ты встречал человека, который на подобный вопрос ответит "нет"? - не
утерпела я.
- Только скажи, сколько? Удивленная, я ответила:
- Честно говоря, мы собираемся покупать новый телевизор в гостиную. А ты в
долг предлагаешь? Или решил по какой-то причине нам подарок сделать?
Николай помолчал и ответил:
- Конечно, хорошо, что ты не потеряла присутствие духа, но в этой ситуации
шутка звучит по-идиотски. Похороны - дорогое дело, вот, решил помочь.
Я села на диван и гаркнула:
- У нас все живы!
- И Лиза?
- Она в первую очередь!
- Однако, - начал что-то быстро говорить Коля, - я получил только...
Но я уже отсоединилась.
- Чего это с ними? - растерянно повернулся ко мне Кирюша.
- Понятия не имею. Случай поголовного безумия.
"Дзынь-дзынь", - зазвякала трубка. Я нажала на зеленую кнопочку и, не
дожидаясь никаких вопросов, рявкнула:
- Лиза жива и здорова. Похороны отменяются, поминки тоже, надеюсь, я не
очень вас разочаровала.
- Ну ты, Лампа, даешь, - ответила Лизавета, - естественно, я пока не
собираюсь в могилу! По какой причине делаешь такое программное заявление?
- Да люди ума лишились, - воскликнула я, - сначала Мамонтова позвонила,
потом Водопьянова, следом Колька Тягунов. Прикинь, они все интересовались, когда
твои похороны!
- Лампа! - заорала Лиза. - Я так и знала! Чувствовала, что тебе ничего
нельзя доверить, и вот результат! Какая же ты, однако!
- Что я сделала не так?
- В том-то и дело, что ничего! - кипела девочка.
- Тогда почему ты злишься?
- С ума сойти! - визжала Лизавета. - Ты меня убила! Кошмар!
У меня начала болеть голова.
- Для убитой девочки ты слишком громко кричишь! Прошу тебя сбавить тон и
нормально объяснить, в чем дело, - каменным голосом произнесла я.
- Она ещё и обижается, - прошипела Лизавета. - Ты проверяла программу,
говорила ей о том, что я жива? А?
Мигом вспомнив, о чем речь, я рванулась в комнату к Лизе, уронив по дороге
отчаянно пищавшую трубку.
Два года назад Сережка подарил на день рождения Лизавете компьютер. Первое
время девочка его боялась и лишь играла в "бродилки" и "стрелялки", но потом
постепенно начала изучать машину, и теперь она "продвинутый юзер" "Продвинутый
юзер - активный пользователь.", а у нас нет проблем, что дарить ей на праздники.
Сейчас комната Лизы забита всякими приборами: принтер, сканер, модем... Какие-то
ещё ящички, коробочки, шарики, моргающие зелеными и красными огоньками. Девочка
лазает по всему Интернету и скачивает оттуда рефераты для школы. Не могу
сказать, что мне это нравится. Один раз, увидав, как Лиза распечатывает на
принтере готовый доклад на тему "Эволюция человека", я не утерпела и заявила:
- Лучше самой написать.
- Это почему? - захихикала лентяйка. - Прикинь, сколько времени потеряю,
листая справочники, а в результате получится то же самое, - и она щелкнула
пальцем по бумаге, мирно выползающей из отверстия.
- Зато выучишь предмет, а так останешься дурочкой.
- Не занудничай. Лампа, тебе не идет, - мигом отозвалась девочка, - вопервых,
дурацкая биология, вместе с зоологией и ботаникой мне никогда не
понадобятся. Ну-ка, скажи, кто жил раньше, неандерталец или австралопитек?
Я растерялась, но потом честно призналась:
- Не помню. Впрочем, когда-то знала, а потом забыла.
- Вот видишь, - кивнула Лиза, - и что? Очень страдаешь от этого?
- Нет.
- Едем дальше, - усмехнулась девочка, - второй момент. Помнишь, ты
рассказывала, что вас, студентов консерватории, заставляли учить научный
коммунизм?
Я кивнула.
- Было дело, правда, тогда, в советские времена, его проходили везде,
абсолютно бесполезный предмет. Сколько часов на него потратила! До сих пор жаль!
- А теперь представь, что ты имела возможность ткнуть пальцем в клавишу и
получить готовый текст реферата. И что? Полезла бы в учебник? - хитро
прищурилась Лизавета.
Поколебавшись секунду, я с тяжелым вздохом ответила:
- Конечно, нет.
- Еще замечания станешь делать?
Пришлось спешно ретироваться.
Лиза обожает свой комп и постоянно впихивает туда все новые программы.
Позавчера она подтащила меня к экрану и сообщила:
- Лампудель, я уезжаю на дачу к Машке Ломте вой.
- Очень хорошо, - кивнула я, - сейчас Кирюшка сдаст экзамены, мы тоже
переберемся в Алябьеве, и ты позовешь Машеньку к нам.
- Слушай внимательно, - перебила меня девочка, - каждый день, пока меня
нет, нужно включать комп и кликать сюда, в красное окошко. Только обязательно, а
то беда случится.
- Почему? - удивилась я. Лиза пустилась в объяснения.
- Я поставила ещё одну программу. В случае моей смерти она разошлет всем,
кто включен в контактный лист, сообщение: "Лиза скончалась", а потом методично
уничтожит всю информацию в компе.
- Тебе ещё рано думать о смерти!
- Ты поняла? - рассердилась Лиза. - Сообразила, где щелкать надо?
- Но зачем?
- Этой программе надо каждое утро сообщать, что ты жива! Если в течение
дня она не получает подтверждение, то начинает считать пользователя умершим!
- Бред!
- Ни о чем попросить нельзя! - обозлилась Лиза. - Кругом безответственные
люди, не желающие помочь!
Пришлось согласиться. Я положила около своей кровати листок с надписью:
"Сказать компьютеру, что Лиза не умерла" и, проснувшись, мигом бежала в комнату
к девочке. Но сегодня бумажка с тумбочки исчезла, и я благополучно забыла о
поручении.
Не чуя под собой ног, я влетела в Лизину спальню и ткнула пальцем в
большую кнопку на системном блоке. Послышались звуки бессмертного произведения
Моцарта "Реквием". Экран замерцал, появилось изображение могилы с крестом, потом
мрачно-торжественный голос из динамика объявил: "Лиза умерла. Информация
уничтожается".
- Нет, - завопила я, щелкая по красному окошку, - остановись сейчас же,
идиотская консервная банка!
Но дерзкая машина, продолжая играть пронзительно-щемящую мелодию, не
собиралась мне подчиняться.
- Да уж, - воскликнул вошедший следом Кирюшка, - Лизка тебя убьет. У неё в
контактном листе столько народа! Прикинь, они все получили похоронное извещение
и сейчас станут нам звонить.
Глава 6
Утром я приняла решение. Надо искать того, кто поставил спектакль. Честно
говоря, судьба Наты меня не слишком интересовала и скорей всего ради девушки я
не стала бы предпринимать никаких шагов. Нет, конечно, я постаралась бы
добраться до следователя и сообщить ему про сапожки на шпильке. Только скорей
всего тот ответит:
- Вы, наверное, перепутали. У нас много свидетелей, видевших девушку.
И бесполезно будет объяснять парню, что женщина никогда не ошибется,
вспоминая, как выглядела чужая обувь. Тем более если сама хочет такую же.
Сделав заявление следователю, я бы посчитала свой гражданский долг
выполненным и занялась своими проблемами. Но в данном случае я начну сама искать
настоящего убийцу и сделаю это только ради Вовки. Если с Наты снимут обвинение,
Костин сможет остаться в милиции.
Взяв листок белой бумаги, я принялась рисовать на нем кружочки и домики.
Где искать киллера, куда пойти? Впрочем, ясно, что начинать надо с этого Игоря
Грачева. Почему, спросите вы. Да очень просто. Женщина, задумавшая преступление,
знала о времени и месте встречи любовников. Откуда? Скорей всего она подслушала
телефонный разговор Игоря. Ната-то была дома одна. У Вовки в квартире просто
негде спрятаться, и вряд ли Ната стала бы вести столь откровенную беседу в
присутствии третьего лица. Можно, конечно, предположить, что некто потихоньку
вошел в прихожую, Вовка всегда забывает закрыть дверь в свою квартиру, но в
крохотном пространстве возле ботиночницы стояла я, больше там никого не было.
Следовательно, убийца-свидетель был со стороны Игоря. Собственно говоря, дело
выеденного яйца не стоит. Надо разузнать координаты этого Игоря, порасспрашивать
его знакомых, и убийца в моих руках.
Схватив запасные ключи от Вовкиной квартиры, я побежала к приятелю.
Все-таки мужчины очень неаккуратны. Вы только полюбуйтесь, уехал на
двадцать четыре дня в дом отдыха и оставил в квартире все так, словно сегодня
вернется. Во-первых, не разморозил холодильник, оставил в нем продукты, вовторых,
не вытряхнул пепельницу, в-третьих, не помыл посуду, в-четвертых, не
застелил постель...
Ругаясь сквозь зубы на неряху, я навела порядок. Освободила в холодильнике
полки, отнеся к нам на кухню пакет с молоком, пачку масла и упаковку сосисок.
Потом отскоблила сковородку и набросила на диван плед. Очень не люблю
беспорядок, вид раскиданных повсюду вещей раздражает меня ужасно, до зубной
боли. Ну как можно швырнуть в кресло пиджак, брюки, рубашку, а сверху кинуть
стопку прочитанных газет?
Я вытащила из шкафа вешалку и уже собиралась повесить Вовкин костюм, как
увидела на столе элегантную записную книжку в кожаном переплете. Вещица
принадлежала Нате, потому что Костин пользуется старым блокнотом, из которого
вываливаются листочки.
Забыв про костюм, я схватила книжечку и стала просматривать странички.
Игорь Грачев нашелся сразу. На букву "Г" он был записан один.
Плохо соображая, что делаю, я быстро набрала номер.
- Да, - послышался бойкий голосок.
- Простите, это квартира Игоря Грачева?
- Точно, - подтвердила женщина, - была его, теперь моя.
Ну что ж, люди иногда меняют жилплощадь, значит, незадолго до смерти Игорь
переехал.
- Простите, пожалуйста, меня зовут Евлампия, можно просто Лампа, мы с
Игорем очень давно не разговаривали, не подскажете его новый телефон?
Собеседница то ли хихикнула, то ли кашлянула и ответила:
- А нет телефона!
- Да ну? В новый спальный район перебрался?
- Нет, на кладбище. Игорь умер. Я старательно изобразила ужас, смешанный с
недоумением.
- Не может быть! Он же совсем молодой.
- Все под богом ходим, - заявила женщина.
- Все-таки подскажите его новый адрес.
- А он никуда не съезжал, здесь жил.
- Вы ему кто? - не выдержала я.
- Жена.
- Кто?! - подскочила я.
- Жена, - по-прежнему без следов скорби повторила она, - вернее, теперь,
наверное, следует говорить "вдова".
В моей голове мигом всплыло название оперетты "Веселая вдова". Не похоже,
чтобы эта вдова убивалась по безвременно ушедшему мужу.
- Можно мне к вам подъехать?
- Пожалуйста, весь день собираюсь тут убираться, столько грязи, -
зачастила она, - ну просто свинюшник, мужики дико неаккуратные, чистые свиньи.
Я невольно покосилась на кресло, в котором валялся измятый Вовкин костюм.
- Адрес подскажите, я забыла.
- Бульвар Карпенко, двенадцать, - бодро сообщила бабенка.
Следующее удивление я испытала, когда она открыла мне дверь. На пороге
стояла полная блондинка с простовато-хитрым лицом. На вид тетке было лет
тридцать пять. Впрочем, может, это теща Игоря?
- Здравствуйте, - вежливо улыбнулась я, - мне бы поговорить со вдовой
Грачева, позовите её, пожалуйста!
- Это я, - без всяких признаков скорби в голосе заявила баба, - Зосей меня
звать, да проходите, не стесняйтесь. Уж извините, я только уборку начала.
Я прошла в маленькую, действительно очень грязную кухонку, села на
табуретку и решила приступить к допросу.
- Простите, я не знала, что Игорь был женат, примите мои соболезнования.
Уж извините, если скажу бестактность, но у Грачева имелась любимая девушка,
Ната... Вам, наверное, неприятно такое слышать.
Зося засмеялась.
- Мне однофигственно, с кем он жил.
- Да? - совсем растерялась я. - А вы давно женаты?
- Третий год, - совершенно спокойно заявила Зося.
- Вам, простите, сколько лет?
- Тридцать восемь, - сообщила она и, нагло засмеявшись, добавила:
- Любовь у нас была жуткая, а что касается возраста, так он не помеха
счастью. Кстати, вы тоже не девочка, значит, Игореша был этот, как его.., ну..,
забыла, слово такое.., геронтофоб!
- Геронтофил, - машинально поправила я и мгновенно рассердилась:
- При чем тут это?
- Небось спал с вами, - подмигнула мне Зося, - да не стесняйтесь, сама
люблю молодых, чего со старыми пердунами делать, только кефир пить!
На мгновение я онемела, но потом пришла в себя и с негодованием заявила:
- Вы с ума сошли!
- Чего тогда заявилась? - отбрила меня Зося, переходя на "ты".
- Я ищу убийцу Игоря!
Она стала серьезной.
- Из милиции? Покажи документы.
Я вытащила из сумочки паспорт и протянула ей.
- Ну и что? - удивилась та. - У ментов удостоверение есть.
Понимая, что Зося, как жена, должна в деталях знать об окружении мужа, я
вздохнула.
- Послушайте, пожалуйста. У меня есть лучший друг, Володя Костин...
Через десять минут она уточнила:
- Значит, ты просто ищешь ту бабу с пистолетом?
- Да.
- Это не я.
- На тебя я и не подумала. Девушка, бежавшая к метро, была худенькой, а..,
ты...
- ..весишь под сто кило, - засмеялась Зося.
- Извини.
- Я не обижаюсь, - продолжала веселиться та, - чем больше хорошего
человека, тем лучше. Только помочь тебе не смогу.
- Почему?
- Не знаю никого.
- Игорь никогда не приводил домой друзей?
- Понятия не имею, я не жила тут. Ощущая себя полной идиоткой, я
поинтересовалась:
- Как же так? Муж здесь, а ты где? Зося вытащила пачку "Парламента".
- Ты никак не врубишься. Дело-то житейское, фиктивный брак был. Никто обо
мне не знал, а теперь получается, что как вдова, прописанная на одной жилплощади
с покойным мужем, я получаю в наследство эту квартиренку. На такое я и не
рассчитывала. Ладно, - криво улыбнулась Зося, - дело было так.
Зося приехала в Москву из Западной Украины, а точнее, из Львова. Очень
красивое место: старинные здания, узкие улочки... Но работы нет, цены на продукты
такие, что при одном взгляде на витрины пропадает аппетит. Да ещё Зося, несмотря
на свое католическое имя, является православной, в её семье говорят только на
русском языке, "ридну мову" не освоили, а жители западных областей Украины после
обретения независимости демонстративно отворачиваются, заслышав "язык москалей".
Да ещё в паспорте, в графе "национальность", у Зоей записано: "русская".
Откушав полной ложкой того, что на языке газет называется "притеснением по
национальному признаку", Зосенька решила наплевать на незалежную Украину и
подалась в Москву. В отличие от очень многих украинок, которые вынуждены
зарабатывать себе на пропитание, торгуя овощами или выходя на панель, Зося
твердо знала: она в столице России не пропадет, а все потому, что имеет в руках
отличную профессию парикмахера. Причем Зося была мастером от бога и могла из
трех волосинок соорудить на голове шикарную прическу. Так что на перрон
Киевского вокзала она сошла с самыми радужными надеждами. Во Львове остались
мама и десятилетний сын, которых Зося обещала, устроившись, тоже перевезти в
Москву. А ещё она ухитрилась пронести через таможню все свои сбережения, около
пяти тысяч долларов. Соседка по лестничной клетке, разбитная Галя, ездившая в
Россию на заработки, уверяла, что за эти деньги можно в Москве купить квартиру
где-нибудь на окраине.
Месяца Зосе хватило, чтобы понять: жить в Москве намного хуже, чем во
Львове. Хозяева салонов, увидав, как она ловко управляется с ножницами и
расческой, мигом соглашались оформить Зосю на работу, но как только из её
сумочки появлялся на свет украинский паспорт, приветливые улыбки стекали с лиц и
следовал категоричный отказ. Наличие регистрации не имело никакого значения.
Москвичи предпочитали иметь дело только со своими. Квартиру за пять тысяч
долларов было не купить, пришлось снимать комнату. Хорошо хоть хозяйка попалась
замечательная, веселая девушка лет двадцати по имени Маша. Однажды, когда Зося,
придя домой, разрыдалась от отчаянья. Маша погладила её по голове и сказала:
- Знаешь, кажется, я могу тебе помочь.
- Каким образом? - всхлипнула Зося.
- Тебе надо выйти замуж за москвича, получить прописку в столице, и все
будет отлично. Так многие делают.
- И где найти такого? - шмыгнула носом Зося.
Маша улыбнулась.
- У меня Надя, подружка, работает в брачном агентстве, сходи к ней, авось
подберет кандидатуру.
Зося утерла слезы и отправилась по указанному адресу. Надя очень спокойно
выслушала её, взяла у неё пятьсот рублей за подбор вариантов и через неделю дала
три кандидатуры.
Зося встретилась с каждым претендентом и снова испытала горькое
разочарование: один был инвалид без ноги, другой вдовец с тремя маленькими
детьми, третий жил с парализованной, прикованной к постели мамой... Всем им была
нужна бесплатная домработница, нянька, сиделка. Получив вожделенную столичную
прописку, Зося одновременно со штампом в паспорте обретала такое количество
проблем, что сразу становилось понятно: лучше не ввязываться в историю.
- А ты как хотела? - развела руками Надя. - Нормальный мужик сюда не
пойдет, сам свои проблемы решит. Ладно, не плачь, ещё подумаю.
Спустя десять дней Надя позвонила и заявила:
- Есть вариант.
Не чуя ног от счастья, Зося прилетела в агентство и услышала:
- Имеешь четыре тысячи долларов? Украинка насторожилась. Это было все, что
лежало в тайнике под матрасом.
- Ну, - осторожно ответила она, - могу домой позвонить, мама пришлет,
только зачем?
- Слушай, - велела Надя, - есть у меня знакомый, Игорь Грачев, машину
хочет, только денег нет. Он паренек молодой, холостой, здоровый, бездетный.
Оформит с тобой брак и пропишет к себе. Ты ему четыре тысячи баксов за это дашь
и расписку, что жить вместе с ним не станешь. Квартиру тебе снимать придется,
как и раньше.
- Не обманет? - замирающим от счастья голосом поинтересовалась Зося. - А
то возьмет бабки, и ау.
- Он честный человек, - успокоила её Надя, - не бойся.
Через пару месяцев Зося стала полноправной москвичкой, мигом устроилась на
работу, обросла кучей клиентов и за год скопила денег на комнату в коммуналке,
Игорь её не беспокоил, как разбежались, выйдя из загса, так и не встречались
больше. Парень, правда, предупредил:
- Брак наш не навсегда. Захочу жениться - разведемся.
- Без проблем, - пообещала Зося, - ты мне не нужен, звони, когда надумаешь
свадьбу играть.
Но Игорь словно в воду канул, а Зося сама его не искала. Она о замужестве
не думала, штамп, стоящий в её паспорте, принес счастье, и она суеверно боялась
стать "разведенкой", хотя уже давно приобрела комнату в коммуналке и прописала
туда маму с сыном. Следовало разыскать Игоря и выписаться из его квартиры, но
сначала было недосуг, а потом Зося решила оставить все как есть. Надумает парень
жениться - позвонит.
- Любит меня господь, - даже не пыталась сейчас скрыть радость Зося. -
Игоря убили, а квартира-то! Теперь продам её и свою комнату, денежки сложу,
чуть-чуть добавлю, получится "двушка", вздохнем свободно...
И что сказать в этом случае? От полной безнадежности я спросила:
- Случайно телефон его родителей не знаешь?
- Да нет, - сказала Зося, - зачем он тебе? Не ходи к матери, не знает она
про парня ничего. Сама посуди, он на мне женился, взял доллары и купил себе
машину. А мать даже не заволновалась, откуда у сына деньги, да и жил он в этой
квартире один давно. Родители его за городом обитают, в каком-то поселке.., дай
бог памяти, забыла название. Они богатые люди, а денег сыночку на авто пожалели...
Врубаешься в ситуацию?
Я кивнула. В словах Зоей есть определенный резон.
- Ты бы лучше с девкой поговорила, которая от него ребенка родила, -
выпалила Зося. Я подскочила.
- С кем?
- Ну с полюбовницей, Люда её зовут.
- Это кто такая? Зося развела руками:
- А за час до твоего прихода телефон зазвонил...
Счастливая обладательница квартиры сняла трубку и услышала тихий, нежный
голосок:
- Игоря позовите.
На всякий случай Зося сначала дипломатично ответила:
- Не могу.
Ну не говорить же сразу: его убили. Вот сейчас девушка поинтересуется:
"Почему?" - и тогда Зося объяснит. Но из трубки донеслось:
- Пожалуйста, передайте ему, что мы с Антоном уезжаем, пусть оформит у
нотариуса согласие на выезд.
- Куда? - машинально спросила Зося.
- Он знает.
- Кому?
- Вы только скажите про Антона, Игорек сам сообразит.
- Игорь умер, - Зося решила внести ясность.
- Совсем? - глупо спросила девушка.
- В общем, да, - подтвердила Зося, - убили его.
Из трубки раздался вскрик.
- Как же это, что же это, мне ведь обещали, - твердила девушка, - вот
ерунда вышла...
Через пять минут Зосе стало известно, что звонившую зовут Людочка и что у
неё есть годовалый сынишка от Игоря.
- Она мне свой телефон оставила, - полезла в карман фартука Зося, -
просила сообщить день похорон, наверное, хочет вместе с Антоном пойти. Прикинь,
каково этой змее, то ли матери, то ли мачехе, придется? Справа я, жена, слева
эта Люда с Антоном... Ну, цирк прямо.
- Ты собираешься идти на кладбище?
- А как же! - воскликнула Зося. - Мне Надька все разобъяснила. Следует
обязательно заявиться в черном платье и плакать. Пусть народ видит: жена по мужу
убивается. Конечно, у родственников шансов нет квартиру отобрать, но зачем им
лишний повод для разговоров в суде давать. А так все тип-топ получится.
- Давай телефон этой Люды, а заодно адресок агентства, в котором работает
Надя, - велела я.
Молодая мать безукоризненно владела собой. Услыхав, что с ней хочет
поговорить следователь, занимающийся поисками убийцы Игоря Грачева, она спокойно
ответила:
- Не могу к вам прийти, ребенок заболел.
- Тогда я сама приеду, хорошо?
- Пожалуйста, только у нас сильный насморк.
- Ничего, я не боюсь инфекции.
- Хорошо, - сдалась Люда и продиктовала адрес.
Я села в машину, вытащила из "бардачка" атлас и принялась прокладывать
путь. Права я получила самым законным образом, сначала занималась в автошколе,
потом ездила с инструктором, но, очевидно, у меня начисто отсутствует ген,
ответственный за талант шофера. Если бы пешеходы знали, как я вожу машину, они
бы никогда не нарушали правила и всегда переходили дорогу только на зеленый
свет, предварительно повертев головой в разные стороны. Лично я, получив права,
стала очень внимательно переходить дорогу. Меня все время преследует мысль:
вдруг вон в той хорошенькой иномарке сидит какая-нибудь Лампа, путающая педали?
Ну жмет не туда, куда надо, с перепугу...
Еще я совершенно не понимаю, где у машины зад, а где перед. Вернее, капот
от багажника великолепно отличаю. В последний кладу сумки с продуктами, а первый
никогда не открываю, понимая бесполезность этого действия. Ну увижу кучу всяких
разных железок, и что? Я не воспринимаю габариты машины, не чувствую их
совершенно. Иногда кажется: в эту щель не проеду никогда, и вдруг с легкостью
паркуюсь. А в иной раз вижу огромное пространство и.., раздается противный звук
скрежещущего металла.
Есть ещё одно обстоятельство, которое доставляет мне неприятные ощущения,
- езда по неизвестному маршруту. Дорогу от родного дома до рынка с заездом в
"Рамстор" я освоила филигранно и даже ношусь с ужасающей скоростью пятьдесят
километров в час, но как только нужно проехать в новое место, на меня нападает
страх. Господи, где там перестраиваться! Вдруг, не дай бог, попадется светофор
на горе? Я обязательно заглохну! Поэтому я приобрела атлас и предварительно
прокладываю путь по карте, тщательно запоминая все повороты налево. Человека,
никогда не сидевшего за рулем, очевидно, удивила моя последняя фраза. Поясняю, я
всегда езжу только в крайнем правом ряду, поэтому, сами понимаете, с поворотом
направо проблем нет. Но чтобы свернуть влево, надо перестроиться, влезть в
скоростной ряд, промчаться в нем какое-то время. А наши автолюбители очень
нервные. Стоит только мне устроиться слева, смахнуть пот со лба и перевести дух,
как сзади начинают светить фарами, гудеть, в общем, намекать, что я должна либо
жать сильней на газ, либо уступить дорогу. Честно говоря, мне намного удобней и
спокойней в метро, там, прислонившись к двери и читая детектив, я отдыхаю.
Отчего я езжу на машине? Сама не знаю. Сережка говорит, что на десять
цирковых медведей, освоивших мотоцикл, приходится один, который так и не
научился рулить, несмотря на все полученные колотушки. Наверное, это мой
вариант. Впрочем, Катюша и Юлечка, отлично управляющиеся с автомобилем,
подбадривают меня, говоря:
- Ничего, Лампудель, скоро привыкнешь, ужас пройдет, а кайф появится.
Я очень надеюсь на то, что они правы, но пока нахожусь на стадии ужаса.
Включив все внимание и собрав шоферские навыки в кулак, я покатила вперед,
свернула направо, вырулила на проспект, замерла у светофора и перевела дух. Уф,
можно пару раз вздохнуть. Мне бы ещё научиться дышать во время движения,
наверное, тогда станет немного легче.
Внезапно я дернулась вперед, голова боднула лобовое стекло, руль больно
стукнул по груди. "Бах", - раздалось сзади. Мои "Жигули" пролетели вперед, прямо
на пешеходную "зебру". Две бабульки, тащившиеся через проспект, с воплем
отскочили в сторону, а затем, проявив несвойственную для их возраста прыть,
козами поскакали вперед.
Секунду я обалдело крутила головой в разные стороны, не понимая, что
произошло, но потом возле дверцы замаячил высокий парень и принялся бубнить:
- Извините, сам не понимаю, как вышло. Оплачу ремонт вашего зада.
Я вылезла из автомобиля, обежала его и уставилась на покореженный
багажник.
- Зад я вам починю, - нудил водитель, - не сомневайтесь, только дайте
адрес и телефон, ваш зад станет как новенький...
- Мой зад, - сердито заявила я, - ощущает себя прекрасно, ему не требуется
ремонт.
- Но, - растерялся парень, тыча пальцем в погнутое железо, - ваш зад,
того, уже не зад.
- Мой зад при мне, - обозлилась я, - ношу его с собой, иногда сижу на нем,
а вот задняя часть "Жигулей" в самом деле побита!
- Ладно, ладно, - покорно согласился мужчина, - хорошо. Артем.
- Простите, не поняла. Артем?
- Ну да, - кивнул виновник происшествия, - меня так зовут, впрочем, можно
просто Тема.
Внезапно он улыбнулся, я невольно ответила ему улыбкой. Только сейчас я
увидела, какой Артем симпатичный: высокий, крепкий, белокурый, голубоглазый, а
мне всегда нравились мужчины нордической внешности. Мой бывший муж Михаил,
отбывающий сейчас длительное наказание на зоне, был как раз таким, и одно время
я его любила. Или мне это просто казалось "См, книгу Дарьи Донцовой "Маникюр для
покойника"."?
Выбро
...Закладка в соц.сетях
