Жанр: Электронное издание
evlampia
...то убил Алика, - тихо напомнила я.
- Кто? - удивилась Настена. - Я?
- Ну да, только что!
- Нет, деточка, - всхлипнула Настя, - не обращай внимания, я несу черт
знает что, сама не понимаю, ума лишилась просто.
Внезапно она схватила меня горячей рукой:
- Помоги, слышишь, помоги... Найди убийцу Алика!
- У вас осталась визитная карточка этой Нгваньи?
Настя кивнула, открыла секретер и протянула мне визитку. Потом из нижнего
ящика вытащила маленькую красную бархатную коробочку и велела:
- Смотри!
Я глянула внутрь. На специальной подставочке покоилось кольцо удивительной
красоты с крупным бриллиантом.
- Это антикварное изделие, - пояснила Настя, - осталось от моей бабки,
урожденной баронессы фон Корф, золото и камни, естественно, настоящие,
работа почти уникальная...
Я, не понимая, уставилась на Настену.
- Кольцо станет твоим, - припечатала Радзинская, - только найди убийцу
Алика!
ГЛАВА 21
Домой я не шла, а летела. Нгванья Мбоу и Евгения Ивановна Червь из
Института тропической медицины! Надо немедленно переговорить с этими
дамами, узнать, что они сообщили несчастному Алику, и картинка сложится. Я
стою на пороге разгадки.
Дверь квартиры по-прежнему была не оклеена, а Иван пребывал на кухне, здесь
же на табуретке у окна сидела Люська.
- Привет, Лампа, - смущенно сказала соседка, - вот забегла соли одолжить...
- Котлеты будешь? - поинтересовался Ваня.
- С удовольствием, - обрадовалась я.
На улице стоял дикий, совершенно невероятный для ноября мороз, и организм
требовал горячей, тяжелой и жирной еды. Кстати, я частенько в прошлой жизни
сталкивалась с балетными, и девчонки открыли мне один секрет, как похудеть
со стопроцентной гарантией. Очень просто. Берете два стакана воды и ставите
в морозильник. Только, пожалуйста, не надо понимать эту фразу буквально А
то одна из моих подруг и впрямь сунула в камеру с самой низкой температурой
два сосуда из тонкого стекла, потом она про них благополучно забыла, и
пришлось наутро выгребать осколочное крошево.
Значит, еще раз объясняю. Собираясь поесть на ночь мучного, жирного,
сладкого, вредного, но вкусного, сначала наступаете ногой на горло этому
желанию и не хватаете сразу блинчики, булочки и свиные отбивные с
макаронами. Нет, идете на кухню, наливаете пол-литра воды в кастрюльку и
ставите в морозилку. Минут через пятнадцать, когда жидкость еще не
превратится в лед, но уже подернется легкой корочкой, отливаете один стакан
и быстро выпиваете. Подчеркиваю, напиток должен быть очень, просто очень
холодным, почти ледяным... Затем со спокойной душой наедаетесь и допиваете
остаток водички.
Почти все мои подруги потеряли при помощи этой нехитрой методики килограммы
лишнего веса. Объясняется это явление просто. Во-первых, после того, как вы
до еды залпом проглотили 250 миллилитров жидкости, в ваш желудок влезает
намного меньше жратвы, во-вторых, организм тратит кучу калорий "на
подогрев" выпитого до нужной температуры, а она, если кто забыл, равна 36 и
6! Способ приобрести стройные формы путем "моржевания желудка" известен
давно, балетным девочкам о нем рассказали их мамы, танцовщицы Большого
театра, а тем поведали, соответственно, бабки, которых, как гласит легенда,
этому научила Матильда Кшесинская, любовница сразу трех великих князей
Романовых. Говорят, сама гениальная Агриппина Ваганова сгоняла подобным
образом накопившийся жирок. Правда или нет, не знаю, лично мне никогда не
приходилось использовать этот рецепт на практике, потому как я вешу сорок
восемь килограммов. То, чего безуспешно пытаются добиться другие женщины,
далось мне от рождения. Я никогда не поправляюсь, даже если лопаю
безостановочно пирожные, грецкие орехи и взбитые сливки с шоколадом.
Поэтому сейчас съем восхитительные котлеты без всяких угрызений совести.
- Ну и где котлеты? - спросила я у Вани.
- В кладовку отнес, - пояснил мастер.
Я побежала по коридору. Наша квартира, впрочем, я говорила об этом раньше,
состоит из двух. Два туалета мы оставили, а вот из одной ванной сделали то,
о чем мечтают многие москвички: кладовку. В ней у нас стоит еще один
холодильник и хранятся овощи, крупы, бутылки с водой... Здесь же имеется и
невысокий столик, на который частенько ставят горячую кастрюлю с супом или
другую какую еду, которую из-за температуры нельзя сразу сунуть в
рефрижератор и которая мешает на кухне.
Я подлетела к кладовке и увидела... совершенно чистую, до блеска
отполированную сковородку. Еле сдерживая крик негодования, перевела глаза
вниз и обнаружила на полу, под столиком сладко спящую Мулю. Сожрав
приготовленные котлетки, мопсиха не нашла в себе сил, чтобы доползти до
спальни, и рухнула прямо на месте преступления.
- Мульяна, - прошипела я, наклоняясь к пахнущей жареным мясом морде, -
Мульяна, это отвратительно!
Но собачка сладко храпела. Надо наподдавать ей как следует. Однако только
эта мысль пришла мне в голову, как Мулечка распахнула свои круглые карие
глазки и уставилась на меня взором трехлетнего ребенка. Тряпка выпала из
рук. Я не способна лупить существо, похожее на младенца.
- Ну, - Иван всунул в кладовку голову, - не найдешь никак?
Потом увидал опорожненную сковородку и искренно удивился:
- Ты чего, Лампа, все съела? Ну даешь, там десять штук лежало! Еще заворот
кишок заработаешь.
Я посмотрела на мастера и решила не расстраивать мужика.
- Сама не понимаю, как так вышло. Вкусно очень оказалось. Вот только теперь
ужина нет.
- Не нервничай, - отмахнулся Ваня. - Там еще фарш остался, нажарю до
вечера.
Нгванья Мбоу говорила по-русски лучше меня. Во всяком случае, когда мы с
ней уславливались о встрече по телефону, никакого акцента я не услышала. Из
трубки лилась абсолютно правильная речь с характерным московским "аканьем".
Впрочем, и когда я переступила порог ее квартиры, то ничего специфически
африканского не увидела. Никаких масок на стенах или занавесок из батика.
Обычная квартира, обставленная самым простецким образом. Да и на хозяйке
оказались синие джинсы и серенький свитерок, ни тюрбанов, ни цветастых
юбок. Нгванья не ходила с обнаженной грудью и не била в тамтам. Кстати, она
была не очень темнокожей, скорей мулатка с лицом цвета молочного шоколада и
с прямыми волосами.
- Проходите, - улыбнулась Нгванья, обнажая белые-белые зубы, - чай или
кофе? Хотя, учитывая зверский мороз, лучше водки.
- Спасибо, но я плохо переношу алкоголь, а вот от кофе не откажусь.
По извечной московской привычке мы устроились на кухне, и я спросила,
прихлебывая великолепно сваренную "Арабику":
- Вы в курсе, что Алика Радзинского убили?
- Боже! - воскликнула Нгванья и уронила на пол сахарницу. - Кто? За что?
- Вот это я и хочу у вас узнать!
- Но кто вы?
Я вынула из сумочки удостоверение.
- Частный детектив, которого наняла мать Алика, Анастасия Романовна. Она не
слишком доверяет милиции, но хочет, чтобы убийца сына был пойман и наказан.
- Да, - задумчиво протянула Нгванья, - к сожалению, правоохранительные
органы не всегда работают так, как надо.
- Можете ли вы припомнить, о чем разговаривали с Аликом во время последней
встречи? Зачем он приглашал вас к себе домой?
Нгванья достала пачку "Собрания", взяла зеленую сигаретку и пробормотала:
- Ну, если это вам поможет... Слушайте, пожалуйста...
Отец Нгваньи дипломат, долгие годы он работал в Москве, в посольстве.
Девочка ходила в советскую школу и быстро выучилась болтать на русском
языке.
- Наша семья, - неторопливо рассказывала Нгванья, - не слишком традиционная
для африканцев. Дело в том, что моя мать белая, англичанка, великолепный
врач, посвятила себя изучению редких тропических болезней.
Правда, на какое-то время Эстер попыталась быть просто женой дипломата и
приехала с супругом в Москву. Но жизнь, заполненная светскими раутами и
благотворительными мероприятиями, ей быстро надоела, и женщина сбежала в
Африку к своим обожаемым инфекциям. Нгванья осталась с папой. Эстер,
страстно увлеченная наукой, совершенно не годилась на роль матери. Честно
говоря, ее ничто не волновало, кроме лихорадок и других редких заболеваний.
Она могла сутками не показываться дома, наблюдая за особо интересным
больным. И отец Нгваньи рассудил так: пусть уж лучше дочка живет с ним, по
крайней мере будет присмотрена...
Поэтому зиму, осень и весну девочка проводила в России, а на лето
отправлялась в Африку. Увлеченная работой, мать совсем не замечала дочку,
но Нгванья не обижалась, понимая, какое важное дело осуществляет Эстер.
Где-то лет с двенадцати Нгванья четко поняла, что хочет быть врачом, таким,
как мама. Эстер была для дочери примером во всем.
Закончив школу, Нгванья поступила в университет Патриса Лумумбы на
медицинский факультет. Перейдя на пятый курс, вышла замуж. Супругом ее стал
Петя Коломийцев, студент факультета журналистики МГУ. Так Нгванья осела в
Москве. Но девушка была рада, что жизнь складывается подобным образом.
Россия давно стала для нее родиной. Правда, и Африка не забывалась. Теперь
Нгванья проводила там февраль и летние месяцы, а Эстер охотно передавала
дочери свои знания.
Первый раз Нгванья увидела Алика на дне рождения у своего мужа. Петька
дружил с Радзинским. Потом начали встречаться регулярно. Ну а затем грянула
перестройка, за ней голодовка и перестрелка. Нгванья и Петя уехали в
Африку. Девушка стала работать вместе с матерью, а Петя остался не у дел.
Языка коренных жителей он не знал, английским владел слабо и по своей
специальности работать не мог. Скоро Петька начал пить и за год превратился
в опустившегося алкоголика, видевшего жизнь сквозь стекло бутылки.
Нгванья, наоборот, делала блестящую карьеру. Спустя четырнадцать месяцев
после переезда Петька скончался, Нгванья же продолжала работать.
Жизнь в России потихоньку налаживалась, и Нгванья поехала в Москву на
конгресс медиков. Там она не только сделала великолепный доклад, но и нашла
личное счастье. Встретила Игоря Розанова, кандидата наук из Института
тропической медицины.
Целый год Игорь и Нгванья переписывались, удивляясь совпадению своих
взглядов на все, начиная от лечения лихорадки Эбола и заканчивая политикой.
Свадьбу сыграли в апреле. Еще какое-то время молодые жили в самолете,
мотаясь туда-сюда между континентами, ну а потом Нгванья вновь перебралась
в Москву.
У нее теперь появились новые друзья, со старыми приятелями, ходившими в их
дом с Петей, она больше не встречалась. Нет, она не делала этого
специально, демонстративно, просто круг общения изменился, и Алик
Радзинский остался в далеком прошлом. Нгванья даже испугалась, когда
несколько дней тому назад на нее с воплем бросился мужик.
- Нгвашка, привет!
С трудом она узнала Алика. Встречу решили отпраздновать и отправились в
"Ростикс". Там, поедая жареную курятину, начали рассказывать друг другу о
своей жизни, работе... Постепенно переключились на общих знакомых, и
Нгванья неожиданно поинтересовалась:
- А эти как живут? Ну, фамилию забыла, Эдик с Ниной? Помнишь, встречали все
вместе Новый год, и он начал за мной ухаживать? Петька тогда еще напился в
лоскуты и обещал всем морду набить!
- Нина умерла, - сухо ответил Алик.
- Да ну! - всплеснула руками Нгванья. - Что случилось? Такая молодая!
Радзинский, который мог говорить о любимой женщине часами, рассказал всю
историю.
Нгванья слушала не перебивая, а когда Алик наконец замолчал, пробормотала:
- Странно...
- Что?
- Да вот, болезнь эта...
- Сам знаю, что странно, - со вздохом сообщил Алик, - долгое время думал:
отравили Нинушу... Но нет! Получается, и впрямь заболела какой-то гадостью,
которую никто и диагностировать не смог.
- Понимаешь, - сказала Нгванья, - очень трудно вот так, без анализов и
истории болезни, точно установить, в чем дело, но, судя по тому, что ты
описываешь...
Она замолчала.
- Ну, - закричал, подпрыгивая от нетерпения, Алик, - ну...
- Есть одна болячка, - вздохнула Нгванья, - вашим врачам неизвестная... Да
это и понятно, в России ею не болеют, откуда бы и знать. Но только без
анализов...
- Нгваша, милая, - закричал Алик, - поедем со мной, прямо сейчас! Домой ко
мне! Умоляю! Хочешь, на колени встану?
Нгванья поразилась тому, как изменилось лицо собеседника. Оно стало
белым-белым, как мел. Женщина даже слегка насторожилась, боясь, что у Алика
сейчас случится сердечный припадок.
- Прошу, дорогая, милая, любимая, - шептал Радзинский серыми губами, -
умоляю! История болезни у меня дома.
Пришлось ей согласиться и поехать с ним. Дома Алик дал женщине пухлую
книжечку, а сам тихо сел на диван, ожидая вердикта.
Примерно через час Нгванья со вздохом сообщила:
- Все ясно.
- Что? - прошептал Алик.
- Это дельфус регал.
- Кто? - не понял Радзинский.
- Дельфус регал, - повторила Нгванья, - по крайней мере так эта штука
называется по-латыни, но у нас дома, в Африке, ее называют "речной
душитель".
- Да объясни по-человечески! - взвыл Алик. - Я ничего не понимаю.
Нгванья вздохнула и повела рассказ.
В африканских реках водится одна разновидность червей. Мелкие-мелкие, как
пылинки, они проникают внутрь человека, искупавшегося в зараженном водоеме.
Паразиты настолько малы, что могут попасть в организм млекопитающего -
обезьяны, собаки, коровы - через мельчайшую царапинку или носоглотку.
Попьет домашнее или дикое животное зараженной воды - и привет! Коренное
население знает об этом и ни за что не полезет купаться в незнакомую реку
или озеро. Впрочем, в Африке можно подцепить и не такую болячку. Попав в
организм человека, дельфус регал сначала никак себя не проявляет, разве что
мужчина или женщина замечают резко возросший аппетит. На этой стадии
болезнь легко излечивается, всего лишь тремя уколами специального
лекарства, но беда состоит в том, что к врачам в этот момент никто не
обращается. Люди просто не видят никакой необходимости в походе по
поликлиникам. Да и зачем? У них ничего не болит, температура нормальная,
настроение прекрасное, а повышенный аппетит волнует лишь женщин,
стремящихся похудеть.
Затем начинается бурное размножение червя. С кровью он разносится по
организму, страдают, естественно, все органы. Но почки, печень, селезенку,
головной мозг дельфус "не любит". Основная среда его обитания - носоглотка
и легкие. Сначала больной все время мучается от насморка и воспаления в
горле, которое европейские врачи диагностируют как ангину и начинают лечить
антибиотиками. Но паразит совершенно к ним невосприимчив, и болезнь
переходит в следующую стадию, начинается кашель. Сначала легкий, потом
сильный, кровохарканье, кровотечения, слабость, постоянная температура...
Алик потрясение молчал. Нгванья просто описывала ход болезни Ниночки.
- Ваши врачи, - говорила она, - теряются, сталкиваясь с подобной ситуацией.
Но ругать их за это нельзя. Откуда бы им знать об этой болячке? Ни в одном
справочнике ее нет. Для того чтобы разобраться в ситуации, нужно быть
паразитологом, да и то еще не всякий поймет, с чем имеет дело.
Поэтому начинают применять всевозможные способы: химиотерапию, лучевую
терапию, гормоны... Но толку, естественно, чуть. Результат оказывается, как
правило, смертельным. Самое же обидное состоит в том, что правильное
лечение почти в ста процентах гарантирует успех, даже на последней стадии.
Радзинский вновь стал белым-белым, когда услышал завершающую фразу
рассказа. Но он все же сумел справиться с собой и поинтересовался:
- Как же так? Жуткая зараза, а кроме Нинуши, в доме больше никто не
заболел!
- Дельфус регал может попасть в организм только через воду, это не
воздушно-капельная инфекция.
- Не понял, - пробормотал Алик.
- Ну, короче, если больной чихнет или кашлянет в твоем присутствии, то
никакой заразы не подхватишь. На воздухе дельфус мгновенно гибнет, ему
требуется жидкая среда. Половым путем он тоже не передается... Вот если бы
Нина искупалась в ванне, а потом в эту же воду лег кто-нибудь еще, тогда
возможность заражения возрастает. Но в Москве вода хлорированная, а паразит
не выносит дезинфекции, впрочем, не знаю... В Африке дельфус тоже
встречается не повсеместно, им болеет в основном сельское население, и,
кстати, очень часто случается так: один член семьи получает заразу, а
другие остаются совершенно здоровыми.
- Где же она могла подцепить эту дрянь? - нервно воскликнул Алик.
Нгванья закурила.
- К сожалению, многие туристы не всегда слушаются местных гидов. Пьют воду
из-под крана, покупают на рынках еду, купаются в открытых водоемах. Мы
строго предупреждаем...
- Да Нинуша никогда не летала в Африку!!! - закричал Алик. - Вообще
никогда, ни разу в жизни. И я сильно сомневаюсь, чтобы она была способна
лечь в ванну, в которой до нее мылся другой человек... Скажи, в российских
реках эта дрянь водится?
- Нет, - спокойно растолковывала Нгванья, - дельфусу нужна определенная
температура, не ниже двадцати пяти градусов, а большинство водоемов России
замерзает зимой. Даже если какой-нибудь представитель этого паразита и
окажется невесть как в Москве-реке, жизни ему, даже летом, до первого
вечернего похолодания... Но пойми, дельфус регал ни в Европе, ни в Азии, ни
в Америке, ни в Австралии не встречается. Это чисто африканская примочка!
- А где в Москве можно ее найти?
- Только в лаборатории Института тропической медицины, - ответила Нгванья,
- там есть старший научный сотрудник Евгения Ивановна Червь. Еще все
смеются: даме с подобной фамилией только и заниматься червями да
глистами... Вот у нее он точно есть, в специальном хранилище.
Вечером, лежа в кровати, я никак не могла уснуть. Бедная Ниночка Арбени и
бедный, безнадежно влюбленный в нее Алик. Хотя, наверное, Радзинскому стало
совсем плохо, когда он узнал, что обожаемую женщину можно было легко
спасти.
Морфей никак не хотел заключить меня в свои объятия. Я вертелась с боку на
бок, без конца переворачивая подушку и встряхивая одеяло. Наконец села и
решила пойти на кухню, попить воды. Но не успела дойти до двери, как
уловила легкий щелчок. Я высунулась в коридор и увидела Ваню, в одних
трусах, исчезающего за входной дверью. Мигом нацепив на себя халат, я
ринулась за ним. Но лестничная клетка была пуста.
На ночь в нашем доме из экономии электроэнергии отключают грузовой лифт,
поэтому пришлось ждать, пока маленькая кабина приедет ко мне с первого
этажа.
Но в холле никого не было. Более того, дверь подъезда оказалась запертой
изнутри на щеколду. Несколько месяцев тому назад мы наняли лифтеров, это
две бабуськи, живущие в нашем доме. Они сидят у двери с шести утра до
полуночи. А в двенадцать ночи, заперев подъезд, уходят к себе. Обе обитают
на первом этаже, и в их квартиры провели звонок. Припозднившиеся жильцы
будят старух, которые, кряхтя, открывают дверь. Но, к слову сказать, народ
у нас служивый, по ночам не шляется, и большинство ночей бабки спокойно
почивают в кроватках.
Я подошла к окну и выглянула наружу. Перед глазами расстилался
девственно-белый снег, ни одного следа не вело от подъезда. Нет, Ваня в
доме. Назад я пошла по лестнице, но мастер словно в воду канул.
Битый час, не решаясь будить домашних, я бродила по этажам, пытаясь
разыскать лунатика, даже не побоялась забраться на чердак, но никого, кроме
парочки кошек, там не нашлось.
В полном недоумении я вернулась домой, выпила воды и... наткнулась в
коридоре на Ивана, выходившего из туалета.
- Ты где был?! - не удержалась я от вскрика.
- В туалет ходил, - ответил мужик, - а чего?
- Нет, до этого где ты был? - не успокаивалась я.
- Спал! - пожал плечами Ваня.
- Где?
- Да в комнате.
- Точно?
- Естественно.
- Никуда не ходил?
- А куда же мне в такой час податься? - резонно заметил Ваня.
- Чего орешь? - высунулся в коридор Кирюшка. - Ночь на дворе...
- Да вот Ваня...
- Ну?
- Так, - отмахнулась я, понимая, что мне опять не поверят.
Кирюшка выполз в коридор, протяжно зевнул и сообщил:
- Опять тебе, Лампа, глючит. Иди в кровать.
Я тяжело вздохнула и нырнула под одеяло. Одно из двух: либо у меня в голове
завелись тараканы, либо Иван врет. Только зачем? Ну куда ходит он по ночам
в одних трусах?
Евгения Ивановна Червь назначила мне встречу у себя дома ровно в полдень.
- Дорогая, только не опаздывайте, в три часа я должна сидеть на ученом
совете, у нас защита диссертации, а кворума нет.
- Я приеду точно в срок.
- Очень надеюсь, душечка, - прочирикала дама, - потому что все журналисты,
с которыми мне приходилось до сих пор сталкиваться, являлись на час, а то и
два позже назначенного времени.
Не желая злить Евгению Ивановну, я прибежала к ней за десять минут до
срока.
- Здравствуйте, проходите, - щебетала женщина, подсовывая мне пластиковые
тапки, - сюда, в кабинет.
Я вошла в большую комнату, до отказа забитую книгами. Хозяйка села в
красивое кожаное кресло, царственным жестом указала мне на диван и
поинтересовалась:
- И о чем будем говорить?
- О вашей работе.
Евгения Ивановна мило улыбнулась:
- Насколько помню, вы из журнала "Космополитен"?
- Правильно.
- Но мои исследования сугубо научные, даже не представляю, с какого бока
они могут заинтересовать читательниц вашего издания...
- Дорогая Евгения Ивановна, - завела я, - сейчас очень многие ездят
отдыхать и работать за рубеж, в Африку, например. Подскажите, как вести
себя, чтобы не заполучить какую-нибудь диковинную инфекцию...
Червь прокашлялась и хорошо поставленным голосом человека, привыкшего
делать доклады и выступать публично, принялась вещать. Говорила она широко
известные истины. Не пользуйтесь местной водой, покупайте ту, что в
бутылках, не ешьте еду, приготовленную на рынках и в дешевых забегаловках,
не купайтесь нигде, кроме тех мест, где имеется санитарный контроль, мойте
руки, делайте необходимые прививки...
- Какие лекарства следует брать с собой?
- Самые обычные. Ну, аспирин, анальгин, фталазол, йод, марганцовку, можно
прихватить капли от насморка и валокордин. Естественно, если принимаете
постоянно какие-то препараты, их тоже необходимо взять в поездку.
- Может, еще что-нибудь?
- Зачем?
- Ну, не знаю, вдруг подцепишь какую африканскую заразу.
- Милая, - снисходительно ответила Евгения Ивановна, - на африканскую, как
вы выразились, заразу потребуются такие средства, которые в аптеке запросто
не купить. И вообще, я искренне всем советую, в особенности тем, кто
вернулся из Африки, прийти к нам в институт и сдать анализы. Впрочем, есть
еще Институт паразитологии, там тоже отлично справляются с рядом
заболеваний. Но, к сожалению, большинство инфекций успешно лечится лишь в
самом начале процесса, если болезнь запущена, могут потребоваться месяцы и
месяцы неприятных, подчас болезненных процедур. Поэтому сдайте анализы и
спите спокойно, если ничего не нашли. А если обнаружен непорядок, мы его
легко устраним.
- И что, правда существуют жуткие болезни? - усиленно изображала я
журналистку.
- Вот вчера пришел к нам мужчина, - вздохнула Евгения Ивановна. - Два года
лечился от кожного заболевания. Два! Мази, обтирания, уколы, таблетки...
бог знает что назначали. А толку никакого, по телу жуткие язвы, похожие на
трофические, запах соответственный... Хорошо хоть сейчас догадался к нам
обратиться, за неделю вылечим.
- Что с ним?
- Как бы это попроще объяснить... Червячок завелся под кожей, отсюда и
язвы. Этот паразит нам великолепно известен, и бороться с ним мы умеем. Но
обычный кожник тут не поможет.
- Есть такой дельфус регал...
- Дорогая, - удивилась собеседница, - откуда вы знаете про эту штуку?
- Брала когда-то интервью у Нгваньи Мбоу, и она сказала, что вы уникальный
специалист, знающий про эту заразу все.
- Прямо-таки... - усмехнулась Евгения Ивановна. - Нгванья преувеличивает
мои достоинства, хотя кое-что о дельфусе мне и впрямь известно.
- Можно его подцепить в Москве?
Червь призадумалась.
- Теоретически да, а практически нет.
- Поясните, пожалуйста.
- Ну, представьте такую ситуацию. Имеется ванна или бассейн с теплой
нехлорированной водой, желательно слегка несвежей. В этой жидкости
достаточно продолжительное время купается некто, зараженный "речным
душителем", а потом в нее ложится другое существо, причем ныряет с
головой... Теоретически подобное возможно, но на практике вряд ли.
Я молчала.
- Дельфус регал не живет ни в России, ни в Европе, - поясняла Евгения
Ивановна, - да и на Африканском континенте паразит распространен не везде,
только в центральной его части, в определенных странах. Поймите, это очень
редкое явление, не встречающееся практически в городах, где воду
дезинфицируют. Заразиться "речным душителем" в Москве невозможно. Во всяком
случае, мне более чем за двадцать лет работы не довелось ни разу услышать о
подобном случае. Кстати, и в Африке риск подцепить дельфуса не столь уж
велик. Повторяю еще раз, он обитает в водоемах, расположенных в сельской
глубинке, в деревнях, а туда туристов, как правило, не возят. А уж если
приспичит кому отправиться на сафари, то гиды обязательно предупредят о
существующей опасности. Коренное население, естественно, знает о
"душителе". Здесь мы снова можем вернуться к вопросу о том, как соблюдение
элементарных правил...
- Простите, - прервала я ее, - вот вы сказали, что дельфус регал живет в
водной среде... А чай, суп, кофе?
- О чем вы? - удивилась Евгения Ивановна.
- Если подлить туда зараженную жидкость, а человек съест ее?
Червь удивленно вскинула брови.
- Дельфус любит тепло, но кипяток не для него...
- А если в теплый напиток, слегка остывший?
- Теоретически возможно, - вздохнула дама, - вот насчет супа все же
сомневаюсь, и кофе достаточно агрессивная среда, чай же - вполне
вероятно... Но в гостиницах употребляют только бутилированную воду, риск
получить в отеле заразу таким образом, на мой взгляд, минимален...
- Он пахнет? Ну, дельфус этот...
- Дорогая, - засмеялась Евгения Ивановна, - вот тут мы употребляли слова:
червь, паразит... Вы в самом деле думаете, что в жидкости кишит нечто
похожее на глистов и различимое взглядом? В том-то и беда, что дельфус
настолько мал, что недоступен человеческо
...Закладка в соц.сетях
