Жанр: Электронное издание
Alexnat14
... этот раз в ней сидели все трое
злодеев. Они почти открыто подъехали к туристскому автобусу, выгрузили из багажника
чемодан, подсунули в кучу вещей и уехали.
Около вещей опять по случайности никого не было.
- И что бы это значило? - недоумевала Алка.
- Так они же этого типа в чемодан засунули и отправили в Гамбург малой скоростью! Он
им тоже сильно мешал. Теперь одним конкурентом меньше. А у нас убавился один враг, ставь
птичку в своем списке. Вот обрадуются в Гамбурге те, чей чемодан, когда вместо вещей найдут
там человека в бессознательном состоянии!
Алка, а может, ты его убила?
- Знать ничего не знаю! - Алка была тверда, как гранитный постамент.
- Ну и ладно.
Подруги благополучно вернулись к себе в гостиницу и позвонили Паулю. Пауль сказал,
что все утро сидел в библиотеке, и что им надо ехать в замок Ыысу. Кстати, и деревня, где
стоял раньше бабушкин дом, там недалеко. Но автобус туда уходит только в три часа, поэтому с
утра Светлана советует им посетить Доминиканский монастырь, тоже, между прочим, XIII век,
но достаточно хорошо сохранился. Там теперь музей, можно спокойно все осмотреть.
Находится он в центре, ехать никуда не надо.
- Это должно быть здесь, - Надежда сверилась с картой города, осмотрела улицу, на
которой они с Алкой стояли и пожала плечами. Название улицы, номер дома - все совпадало,
но ничего похожего на монастырь она не видела. Улица как улица, дом как дом - ну,
средневековый, конечно, но все же... Тем не менее номер дома тот, и Надежда решительно
толкнула ворота. Внутри был узкий полутемный коридор и окошечко с надписью "касса".
- Это и есть Доминиканский монастырь?
- Та, та, - подтвердила симпатичная девушка в окошке.
Она продала им два билета и, как бы извиняясь за их высокую цену, сказала, что по ним
можно посещать монастырь три года, хоть ежедневно. Подруги пошли вперед и оказались в
чудесном монастырском дворике. Стрельчатые готические окна с ажурными переплетами
решеток сразу привлекли их внимание, но нужное им окно было без стекол и гораздо меньше.
Дворик был вымощен каменными плитами, между которыми пробивалась трава,
посредине красовался средневековый колодец. Все вокруг дышало покоем и прохладой.
- Если бы я здесь жила, - размечталась Надежда, - я действительно приходила бы
сюда каждый день, и не три года, а всю жизнь.
- Не расслабляйся, - одернула ее Алка, - понятно, конечно, не твой муж пропал...
- Да ладно тебе...
- Вон, смотри, мужик какой-то подозрительный!
Следом за подругами во двор вошел элегантный пожилой господин с фотоаппаратом и
немедленно лег на каменные плиты двора. Прямо в своем отлично сшитом темно-сером
костюме плюхнулся он на землю и принялся что-то снизу фотографировать.
Алка потянула Надежду внутрь монастырских помещений, торопливо шепча:
- Ох, не нравится мне этот мужик!
Ты смотри, как одет - явно иностранец!
Не помнишь, не было такого на тех Иркиных фотографиях?
- Алка, там было всего три фото, их всех мы уже вычислили.
- И все равно, он мог потом приехать, на фотографию не попасть. Можно внешность
изменить, загримироваться... Ведет он себя очень странно.
- Брось ты его, Алка, у тебя теперь тоже мания преследования. Давай быстро окна
осмотрим и пойдем.
Они переходили из кельи в келью, потом зашли в большой зад - трапезную.
Подходящих окон видно не было, а элегантный господин двигался за ними буквально по
пятам. Алка тряслась от возбуждения:
- Ну, ты видишь, ты видишь? Он явно за нами следит. И все время фотографирует окна.
Нет, как ты хочешь, но он тоже из этих, злоумышленников.
Надежда постепенно прониклась Алкиными подозрениями.
Дамы поднялись на второй этаж, и таинственный господин тоже последовал за ними. На
какое-то время они потеряли его из виду. А потом, выйдя в длинный коридор, увидали, как он
скрылся в монашеской келье.
- Ага, видишь, он прямо за нами идет, по следу! - страшным шепотом заговорила
Алка. - А давай, мы его там за-' прем? Оттуда выхода нет, пока его выпустят - мы уже уедем
в замок!
Надежда осторожно покачала головой, но Алка уже действовала. Она подскочила к двери
кельи, захлопнула ее и вставила в засов удачно подвернувшийся железный прут, выпавший из
оконной решетки.
Удовлетворенно взглянув на Надежду, она сказала, потирая руки:
- Ну, гожусь я еще на что-то дельное?
Подруги еще походили по монастырю, подходящего окна не нашли и побрели к выходу.
Девушка в кассе приветливо улыбнулась им как старым знакомым. Надежда спросила,
указывая на каменную стену:
- А за этой стеной тоже часть монастыря, там тоже музей? - Нет, эт-та прост-та жилой
то-ом, та-ам люди живут. Вы сейчас видели, наш знаменитый профессор Тамм из Тарту, - он
сейчас там, в музее, - он писал большую очень интересную книгу о нашем монастыре. Он
сюда очень часто приезжает и сам делает очень много фотографий для своих книг...
Надежда не дослушав приветливую девушку до конца, вскрикнула:
- Ох, извините, я там сумочку забыла! - и кинулась обратно в монастырь.
Алка неслась следом, а девушка удивленно щурила глаза: сумка болталась у Надежды на
плече. На бегу Надежда, насколько хватало дыхания, критически высказывалась об Алкиных
умственных способностях, на что та обиженно пыхтела.
Самое ужасное, что в лабиринте монастырских коридоров они очень долго не могли найти
нужную келью. Наконец они увидели дверь, запертую на засов с торчащим железным прутом.
Надежда торопливо выдернула прут и распахнула дверь.
Несчастный профессор сидел посредине кельи на деревянной колоде. На распахнувшую
дверь Надежду он посмотрел с обиженным недоумением хорошего мальчика, наказанного за
чужие шалости. Не дав ему раскрыть рта, Надежда выпалила:
- - Простите, господин профессор! Моя подруга ошиблась, она приняла вас за своего
бывшего возлюбленного! - И, не дожидаясь ответа, вылетела из кельи и бросилась прочь из
монастыря. , - Надежда, ты рехнулась, что ли? Какой еще бывший возлюбленный? Ты в какое
положение меня перед человеком поставила? - кричала Алка на бегу. - Он же подумает, что
я ненормальная!
- А когда ты его запирала, он что, подумал, что ты нормальная? - не выдержала
Надежда. - Все, хватит самодеятельности.
Едем в замок, автобус через два часа, времени только-только в обрез вещи собрать.
- А мы не зайдем поесть перед дорогой?
- Никаких кофе и никаких гамбургеров. Покупаем в магазине диетические продукты -
творог обезжиренный, ряженку - и перекусим в номере.
- Еще я буду творог есть, тем более обезжиренный!
- Попробуй только не есть, я тебя тогда вообще на хлеб и воду посажу!
Алка поняла, что Надежда не уступит, и с грустью подчинилась.
Автобус притормозил у развилки. Дамы выбрались, доброжелательный попутчик помог
им вытащить багаж, усмехнулся при виде клетки с попугаем и махнул рукой:
- Ыысу - туда! - И они остались одни.
Пройдя минут пятнадцать в указанном направлении, они действительно увидели
аккуратные домики маленькой эстонской деревни, а вдалеке над деревьями - силуэт
средневековой башни.
- Куда же нам на ночь глядя? - простонала Алка. - И есть как хочется!
- С тобой, Алка, труднее, чем с ребенком маленьким, - Надежда огляделась по
сторонам, - а вон в том доме, хоть я по-эстонски читать не умею, но на чашку настоящего чаю
готова поспорить, что там что-то вроде столовой.
Они вошли в предполагаемую столовую и не очень ошиблись. Внутри было тепло,
довольно уютно и если не слишком светло, то только в целях создания более интимной
обстановки. За стойкой распоряжался высокий полный блондин средних лет с пышными
светлыми усами, в зальчике сидело человек шесть-семь высоких блондинов разного возраста и
комплекции, но все они были с усами.
Блондины неторопливо потягивали пиво и еще более неторопливо беседовали.
Надежда обессиленно уронила тяжеленную сумку возле ближайшего столика.
Никто на вновь прибывших не обращал внимания. Тогда представительскую функцию
взял в свои лапы Кеша. Он очухался, когда его поставили на твердое покрытие стола и заорал
на весь зал:
- Helfen sie mir, bitte!
Весь зал необыкновенно оживился.
Мужчины галантно привстали, приветствуя дам стуком кружек, хозяин вылетел из-за
стойки и бросился к гостям, любезно восклицая:
- Inshuldigen sie mir! Sprechen sie deutsch?!
- Nicht sprechen, - мрачно ответила ему Надежда. - Это только попугай у нас такой
долиглот, а мы все больше по-русски. Тогда на нас ваше гостеприимство не распространяется?
Так, может, вы хоть попугаю что-нибудь поесть организуете?
- О, что вы. Дамы, я постараюсь сделать для вас все, что могу. Я только услышал.., такая
хорошая немецкая речь... - Он покосился на попугая. - О, какая умная птица!
Кешин ум не пропал даром - на столе появились настоящий горячий кофе, ветчина,
толстые ломти хлеба с маслом. Хозяин не очень задерживался у стола, и, пока Алка уплетала
ветчину, Надежда, чтобы втянуть хозяина в разговор, указала на развешанные по стенам
шкуры:
- Это у вас кто - волки или медведи?
Хозяин приосанился и ответил с гордостью:
- Эт-та тикий капан!
- Дикий кабан! - пояснила Алка с набитым ртом. - А у вас их здесь много?
- Раньше пыло мнока. Теперь меньше, - лаконично ответил словоохотливый хозяин.
Не надеясь больше на естественное развитие беседы, Надежда ринулась напролом:
- Мы археологи из Петербурга, приехали сюда осмотреть ваш замок, он представляет
собой уникальный исторический памятник. Но вот припозднились и не знаем, где нам
остановиться. И еще хотелось бы с кем-нибудь поговорить, кто знает план замка, где хорошо
сохранились помещения, а где ходить опасно, ну, вы понимаете.
- Та, та, та, - закивал эстонец, - я панима-аю... Это очень стра-анно.
- Что странно?
- Та так.., одни археологи из Петербурга, другие археологи из Петербурга...
- Что, здесь уже до нас кто-то был?
- Та, та, очень-очень нечестный люди... Но вы, я вижу, не такой... А переночевать... Я
подумать. Только вам надо знать: сейчас очень нехороший время. Сейчас как это.., полный
луна...
- Полнолуние? Ну и что тут такого?
- Отчень, отчень нехорошо. Бледный Эрик ходить в полный луна... Долго, долго не
ходить, а сейчас опять ходить, отчень много народу его видят.
- Бледный Эрик? - ахнула Алка. - Кто такой бледный Эрик и почему он вообще
бледный?
- Бледный, потому что ходить только по ночам, когда полный луна, и потому, что весь
кровь из него выпит. Это была отчень, отчень старая и страшная история. Здесь в этот замок
был хозяин барон Эрик. Он тогда еще не был такой бледный, он имел отчень здоровый цвет
лица.
Но он был отчень - как это? - жестокий, суровый. И он имел такой человек...
подручный, помощник для всяких плохих дел. Тот человек был отчень большой, высокий,
сильный, но отчень глупый, делал только, что барон ему сказать. Барон сказать кого-то убить
- тот убьет, барон сказать кого-то мучить - тот будет мучить. Его все так и называли -
"Баронский Пес". Барон Эрик любил, что это Пес такой свирепый, что все его отчень боятся, и
он его кормил сырое мясо и даже поил свежей кровью, чтобы он был совсем свирепый. И тот
часто ел сырое мясо вместе с собаками, и он с собаками.., как это.., был друзья.
И вот у собак есть одна маленькая собачка, совсем молодая.., щенок, и этот Баронский
Пес отчень с этой собачкой Дружил, носил ее на руках и кормил. Она ему отчень нравилась, что
она такая маленькая. Но барон Эрик это увидел и был недовольный. Он хотел, чтобы Баронский
Пес был совсем свирепый, и он приказал:
- Утопи эту молодую собачку!
Баронский Пес всегда делал, как сказал барон, он пошел туда, где был крепостной ров и
утопил эту молодую собачку, этот щенок. Но потом он отчень.., как это.., грустный, и еще
грустный. И потом он совсем умер от этой грусти.
И когда он совсем уже умер, он встал из могила - вы знаете, так иногда бывает, чтобы
кто-то умер, а потом встал из могила. Это отчень нехорошо. Так вот этот Баронский Пес встал
из могила и пришел ночью к барону. Барон отчень испугался.
Он приказал:
- Уходи обратно в свою могилу! Ты всегда должен делать, как я приказал!
А тот человек говорит ему:
- Это когда я был живой, я делал то, что ты мне приказал, и делал отчень много плохого.
А теперь я тебя не буду слушать и буду все делать по-своему.
И он тогда взял и выпил из барона вся его кровь. А потом вернулся обратно в могила. А
барон стал совсем бледный, потому что у него не осталось крови, и тоже стал мертвый. Но не
насовсем.
Когда луна становится полной - как вы это назвали.., полнолуние! - тогда Бледный
Эрик будет ходить и говорить:
- Моя кровь! Отдай мою кровь!
И тогда отчень, отчень плохо его повстречать. Потому что он отчень бледный и отчень
страшный. А еще, пока он лежал в своей могиле, он не стриг ногти и бороду, и ногти у него
стали как у тикий зверь, и он царапает того, кого встретить в полнолуние, как будто тикий зверь
когтями. Вот почему это отчень страшная история. Все у нас боятся встретить Бледного Эрика,
особенно дамы.
Хозяина позвали из другого конца зала.
- Алка, тебе вся эта история ничего не напоминает?
- Конечно, напоминает, что ж я, по-твоему, по уши деревянная? Я все-таки русскую
литературу преподаю. Это тургеневская "Му-Му" на местный лад. Очень артистично хозяин
рассказывает! Но ты вида не показывай, а то он обидится.
- Как же вы нас напугали! - обратилась Надежда к подошедшему хозяину. - Особенно
мою подругу. Ей в последнее время несладко пришлось, она очень нервная. Что, этот бледный
доходяга - ваш местный призрак? Ну и что, в каждом настоящем замке должен быть свой
призрак, это аксиома, про это везде написано.
- Не знаю, как ты, а я призраков никогда не встречала!
- Ну я, честно говоря, тоже не встречала, но это не важно, потому что у нас много
действительно серьезных проблем и какой-то призрак не может слишком сильно усложнить
ситуацию.
- Та, та, та, - напомнил о себе хозяин, - вы отчень смелый дамы. И у вас отчень умный
птица, - он снова покосился на клеточку с Кешей, который помалкивал, наслаждаясь покоем и
чищеным арахисом, - с отчень хороший немецкий произношение, но с Бледный Эрик не надо
шутить, особенно в полный луна. Был такой девушка, Маргит Улле, она тоже шутить над
Бледный Эрик и ходить мимо замок в полный луна... И вот она лишается чувств, и ее найти,
когда утро, совершенно без всяких чувств, и с, как это, которое на голове.., а, это ее волосы, так
они были совсем белый. А ее лицо было пять царапин, пять след от когтей.
- И когда это было? - поинтересовалась скептически настроенная Надежда.
Ей уже надоело слушать байки и хотелось спать, а завтра с утра заняться делом.
- О, этта было.., как это, за два год до Первый мировой война...
- Ну, вот видите, с тех пор, я думаю, активность Эрика значительно снизилась, и потом
Маргит Улле была в то время более молода и хороша собой, а нами ваше привидения вряд ли
заинтересуется, разве что захочет поболтать о прошлом.
- О нет, нет! - галантно воскликнул хозяин. - Вы отчень отчень молодой и
превосходный дамы. И вам надо сильно опасаться Бледный Эрик. Его опять много видеть этот
год, даже не в полный луна.
Надежда решила не развивать тему, чтобы не увлекать хозяина в дебри воспоминаний, и
намекнула на обещанный ночлег. Хозяин проводил их в небольшую уютную комнатку позади
кафе, где они нашли две аккуратно застеленные постели и старинный фаянсовый умывальник.
Они так устали, что заснули, едва соприкоснувшись с подушкой.
Утро было ясным, как мордочка свежеумывшегося котенка. Дамы привели себя в порядок
и вышли в кафе позавтракать и обсудить планы. Хозяин вынес им омлет с ветчиной и кофе. Он
выглядел чрезвычайно встревоженным. - - Я говорил вам вчера, любезные дамы, что
Бледный Эрик есть весьма опасен.
- Говорил, говорил, - при свете дня и при виде обильного завтрака Алка взбодрилась и
решила наплевать на Бледного Эрика.
- А что, еще кто-то за эту ночь поседел?. - поддержала ее Надежда.
- Вы зря шутить. Отчень, отчень плохие новости. Утром около замок найти совсем
мертвый человек, и на его лицо есть пять след от когтей.
- А кто он, кто этот покойник? - встревожилась Алка.
- Никто его не знать. Это не наш, незнакомый человек.
- Господи! - Алка побледнела не хуже Бледного Эрика. - Я должна немедленно его
увидеть!
- Не впадай в панику! - одернула ее Надежда. - Не думай плохого, еще накаркаешь!
Можем мы увидеть этого незнакомца?
- Та, та, конечно, он есть в доме пастор, там уже приехал офицер полиции из район,
расспрашивать свидетель. Если вы узнаете этот человек, это будет отчень хорошо.
Хозяин указал дамам дорогу к дому пастора. Пастор встретил их на пороге и
представился. Узнав, что они из Петербурга, он обрадовался и сказал, что учился в свое время в
Ленинградском университете. Понимая, что им не до разговоров, он проводил их в полутемный
сарайчик, где на длинном столе, покрытом клеенкой, лежал труп неизвестного. Алка собралась
с духом и приподняла покрывавшую труп простыню. Надежда с ужасом ожидала слез и воплей,
но Алка осталась спокойной. Надежде сбоку были видны только пять царапин, покрывавших
лицо покойника. Царапины были очень глубокие, покрытые засохшей кровью. Пастор,
наблюдавший за Алкой, вздохнул с облегчением:
- Слава Создателю, вы не узнали в погибшем близкого человека. Смерть - это всегда
ужасно, особенно безвременная смерть, но когда она входит в ваш дом... Но опознать этого
человека никому не удалось. Посторонних в наших краях мало, были тут недавно археологи из
Петербурга, ваши коллеги, но они быстро уехали.
Пастор сказал, что полицейский из района ушел поговорить с жителями деревни, и
вызвался показать приезжим замок. Пройдя всю деревню, они миновали небольшое старинное
кладбище, затененное вековыми липами, и подошли к замковым стенам. Искать ворота не было
надобности - в стенах были такие обширные проломы, что в них можно было не только войти,
но и въехать на экипаже или на грузовике - кому что больше нравится.
Двор замка был выложен выщербленными каменными плитами с пробивающейся между
ними травой. Посредине находился пересохший колодец, по одну сторону возвышалась хорошо
сохранившаяся сторожевая башня - именно ее силуэт увидели путешественницы накануне
вечером, подходя к деревне, - по бокам к ней примыкали невысокие полуразрушенные
каменные строения, а напротив башни стояла темная громада средневековой церкви.
Перехватив взгляд Надежды, пастор грустно произнес:
- К сожалению, у нас нет средств, чтобы отремонтировать и привести в достойный вид
замковую церковь. Если бы мы смогли это сделать, епископ освятил бы ее заново.
- Что значит - заново?
- Когда-то это была прекрасная церковь с большим богатым приходом... Но страшные
трагические события привели к тому, что церковь эту стали считать.., нечистым местом, она
пришла в запустение, и только заново освятив ее, можно было бы вновь восстановить в ней
служение Господу.
- Что за трагические события? - не отставала от пастора настырная Надежда, но пастор
явно уклонялся от развития этой темы. Сославшись на ожидающие его крестины, он извинился
перед дамами, посоветовал им не задерживаться в замке до позднего часа и вернулся в деревню.
- Ну, с чего начнем? - спросила Надежда, доставая заветную фотографию.
- Надя, - Алка была очень серьезна, - ты только не волнуйся, но я должна сказать тебе
ужасную вещь.
- Неужели ты опять хочешь есть? - простонала Надежда.
- При чем тут еда? - возмутилась Алка. - И потом, если я действительно захочу есть,
то что тут ужасного? Я просто хотела тебе сказать, что тот покойник - Герберт.
- Что? - У Надежды от неожиданности подвернулся каблук, и она чуть не грохнулась
на землю. - И ты так спокойно об этом говоришь?
- А что же мне - волосы на себе рвать, что ли? Он мне ни сват, ни брат!
- Конечно, просто я удивляюсь твоим выдержке и самообладанию. Кстати, как ты его
узнала, ведь у него вся рожа исполосована, ты уверена?
- Уверена, я с того боку смотрела, где царапин нету, это точно он. Я просто так
обрадовалась, что это не Петюнчик, что на всех остальных мне стало глубоко наплевать.
- Кошмар какой! И кто же его убил?
- Неужели Тимофеев?
- Ты с ума сошла! Он же не уголовник какой-нибудь! Скорее всего, сообщники, Библию
не поделили.
- Ты считаешь, они ее нашли, пристукнули конкурента и смылись? А где же, в таком
случае, мой Тимофеев?
- Не делай скоропалительных выводов, будем искать! Так с чего начнем - с башни или
с церкви?
- Давай с башни. - Алка зябко передернула плечами, покосившись на мрачное здание
церкви. - Башня выглядит как-то более жизнерадостно. Кроме того, сверху мы сможем все как
следует разглядеть.
Они вошли внутрь и начали восхождение по винтовой лестнице. После двадцатой
ступеньки Алка начала ныть:
- Эх, зря я башню выбрала, в церкви хоть карабкаться никуда не нужно. Да, Надя,
пожалуй, ты права, мучного надо поменьше... Господи, ну когда же мы доверху доберемся!
- Подожди, подожди, это мы еще только на первый ярус поднимаемся!
- Первый? Я уж думала, что скоро конец, а всего-то их сколько, ярусов этих?
- По-моему, четыре, а возможно, что и пять. Но насчет мучного - совершенно с тобой
согласна.
Наконец они вскарабкались на первый ярус башни - деревянный круглый настил, со всех
сторон окруженный узкими окнами - бойницами. Надежда в волнении сравнивала каждое
окно с фотографией... Но ни одно не подходило.
- Пошли дальше, - безжалостно скомандовала она.
- Ну хоть капельку передохнуть! - взмолилась несчастная запыхавшаяся Алка.
- Некогда отдыхать, нам еще надо столько осмотреть! Ты же не хочешь здесь сидеть до
темноты?
- Нет, нет, что ты! - упоминание о темноте в этом мрачном месте вдохнуло в Алку
новые силы, и она устремилась наверх.
На втором ярусе все было точно так же, разве что у Алки осталось меньше сил, и она
больше не жаловалась на судьбу, а только тяжело вздыхала. На третьем ярусе Надежда
вынуждена была проявить милосердие и дала Алке пять минут посидеть на невесть откуда
взявшемся там допотопном трехногом табурете.
Четвертый ярус, к счастью, оказался последним. Ничего интересного на нем не нашли,
окна к фотографии никак не подходили, но вид из этих окон был потрясающий. Видно было
далеко-далеко: в одну сторону - замковый двор, казавшийся отсюда крошечным,
средневековый колодец посредине был не больше давно вышедшей из обихода
чернильницы-непроливайки; дальше виднелись аккуратные домики деревни с яркими
черепичными крышами и гнездами аистов. С другой стороны, насколько хватало глаз, все было
в ровных прямоугольниках полей, обрамленных рядами деревьев лесозащиты. То же самое - с
третьей стороны. Четвертая сторона башни смотрела на светлую березовую рощу, а за этой
рощей виднелся небольшой обособленный хутор с большим, хоть и старым, домом,
окруженным многочисленными дворовыми постройками. Во дворе этого хутора виднелась
крошечная фигурка, кажется, женская. Надежда пожалела, что не взяла с собой сегодня
бинокля, но потом подумала, что ей, в общем-то, нет дела до обитателей этого хутора. Алка,
осознав, что больше по лестнице подниматься не придется, пришла в прекрасное расположение
духа и рвалась к новым подвигам.
Спуск, разумеется, отнимал меньше сил, но на темной крутой лестнице требовал большей
осторожности. Между вторым и третьим ярусами Надежда почувствовала, как в туфлю ей
попал камень. Она остановилась на лестнице, взявшись одной рукой за перила, и сняла туфлю.
При этом она наклонилась и увидела, что следующая ступенька, на которую она собиралась
наступить, была перепилена. Распил был свежий, на старом темном дереве отчетливо
виднелись свежие опилки. Надежда похолодела. Если бы она не остановилась и пошла дальше,
она полетела бы вниз и обязательно сломала шею... Она показала Алке опасную ступеньку и
осторожно ее перешагнула. Алка тоже перепугалась не на шутку. С трудом преодолев опасное
место, они выбрались на площадку второго яруса и остановились там, чтобы отдохнуть и
успокоиться.
- Послушай, Алка, ведь распил-то совсем новый! Когда мы поднимались, его еще не
было. Мы его не заметить не могли.
- Да, ступенька обязательно бы подломилась.
- Это точно, - поддакнула Надежда, выразительно оглядев Алкину фигуру, -
подломилась бы, как пить дать!
- Но-но, - возмутилась Алка, - сколько можно на одну и ту же тему прохаживаться!
- Ладно, не буду. Но имей в виду, они за нами следят.
- Кто "они"?
- Злоумышленники, конечно, те, кто похитил твоего мужа. Они представились
археологами из Петербурга, как и мы, чтобы спокойно искать в замке.
- А откуда они узнали про замок? Ведь у них не было фотографии!
- Может быть, Петюнчик их сюда привел... Но во всяком случае они никуда не уехали,
прячутся где-то тут. Это говорит о том, что Библии они пока не нашли и что муж твой пока
жив. Я так думаю, - добавила осторожно Надежда.
- Спасибо, тебе подруга, на добром слове! Вот только что они с Гербертом не поделили?
- Хотят все сами захапать!
- Страшно мне что-то, Надежда! Эти ужасные царапины у покойника на лице.
За Петю страшно!
- Алка, не думай о плохом. Пойдем лучше вниз!
Осторожно осматривая каждую ступеньку, насколько позволяло освещение, они
спустились по винтовой лестнице и вышли во двор замка. Выйдя на свет, Надежда боковым
зрением заметила какое-то движение со стороны церкви. Повернувшись в ту сторону, она
увидела, как захлопнулась маленькая деревянная дверца бокового входа. Надежда показала эту
дверь Алле:
- Туда явно кто-то вошел.
- Тебе не показалось? Может, просто ветром двери захлопнуло?
- Да, а ступеньку лестницы муравьи перегрызли..
- Ну почему муравьи.., есть же какие-то жуки-точильщики, - Алка не могла не спорить,
такой уж у нее был характер.
- Да. И ходят эти жуки с железной пилой!
- Ладно, пойдем посмотрим, кто там прячется в церкви.
- Алка, это может быть ловушкой. Ты же знаешь, эти типы к нам не очень хорошо
расположены. Честно говоря, я бы не хотела получить поленом по голове.
- А вдруг там Петюнчик? А вдруг ему плохо? Я должна ему помочь! - Алка закусила
удила.
- Алка, вспомни труп Герберта. Прив
...Закладка в соц.сетях
