Жанр: Электронное издание
Alexnat14
...ых вьющихся волос. Эта пара
говорила между собой по-английски, но по блеску в глазах девицы Надежда уловила, что та
понимает по-русски и прислушивается к их с Паулем разговору. Надежда направила беседу в
историческое русло и, пока Пауль читал им лекцию о прошлом Эстонии, спокойно ела пиццу.
Алка обиженно ковырялась в своей тарелке - она не могла понять, почему такой
замечательный фрукт ананас в пицце приобрел какой-то гадостный привкус.
- Ну как, Алка, тебе нравится?
- М-м-м, - неуверенно ответила Алка, - а чем это посыпано?
- Орегано, - злорадствовала Надежда, - в следующий раз не будешь выпендриваться.
- Ты что это, Надежда, такая сердитая? - шепотом спросила Алка.
- Да понимаешь, очень мне эта парочка не нравится. Мужчина тебе никого не
напоминает?
- Певец был такой, Африк Симон, - добросовестно стала вспоминать Алка. - Еще
теннисист, забыла фамилию, Тимофееву он очень нравился... , - Это все не то, а вот если
отбросить эту его латиноамериканскую лохматость...
- Тогда лица не разглядеть, не знаю я.
- Слушай, я пойду как бы позвонить, а сама спрячусь вон за тем Геркулесом, - Надежда
показала на дальнюю статую. - А потом ты иди в туалет, тогда мы посмотрим, если они
забеспокоятся и за нами пойдут, тогда что-то явно не то.
- Ладно, где ты спрячешься?
- За Геркулесом.
- Ты опять скажешь, что я спорю, но по-моему, это Аполлон, - сказала Алка,
рассматривая статую со знанием дела.
- Господи, ну какая разница? Что ты все время к словам цепляешься? Геркулес, Аполлон
- да провались они все! - Надежда резко встала и направилась к телефону.
Завернув за угол и удобно устроившись за Геркулесом-Аполлоном, она увидала, что
интересующий ее мужчина сказал что-то своей даме и отправился за Надеждой, беспокойно
вертя головой. Когда мужчина убедился, что Надежды нигде нет, он забеспокоился и выглянул
на улицу. Надежда в это время незаметно проскочила в туалет, едва не столкнувшись в дверях с
Алкой.
- Иди сюда!
Она затащила Алку в кабинку, достала из сумки три фотографии, которые им прислала
Ирина по факсу.
- Вот смотри: этот - Герберт, этот - тот тип из поезда, который у нас папку украл. А
этот...
- Он самый! - завопила Алка. - Третий конкурент!
- Тише ты! Но это точно он, то-то я гляжу, лицо будто знакомое, только на фото у него
волос поменьше, парик он надел, что ли?
Скрипнула дверь. Алка осторожно высунула голову из кабинки.
- Это его девица, которая рядом с тобой сидела.
- Естественно, сам же он не может в дамский туалет зайти!
- Слушай, - глаза у Алки заблестели, - а давай мы ее сейчас головой в унитаз, а сами
сбежим. Шума она поднимать не будет, а мы хоть какое-то удовлетворение получим. А то у
меня просто душа горит. Хочется их всех истребить.
- Тебе чего больше хочется - мужа найти или с девицей подраться?
- Даже и не знаю, вообще-то, конечно, мужа найти, - опомнилась Алка.
- Тогда сиди смирно.
Они вышли их кабинки, девица делала вид, что причесывается перед зеркалом.
Она поглядела на них искоса и отвернулась. Девица была высокая, крупная, в белом
костюме. Из-под короткой юбки были видны длинные ноги.
- Алка, я пойду, а то Пауль забеспокоится.
Алка осталась наводить красоту, а Надежда направилась к столу. Третий конкурент
дежурил в холле и, увидев Надежду, заметно успокоился.
"Погоди, голубчик, доберемся мы до тебя, - , агрессивно подумала Надежда. -
Думаешь, прическу сменил, так никто тебя не узнает".
Она прошла на свое место, извинилась перед Паулем, заказала кофе себе и Алке.
Алкина сковородка была не убрана, потому что на ней лежали выковырянные из пиццы
ананасы.
Надежда слегка удивилась:
- Чтобы Алка чего-то не доела? Наверно, действительно, ананас с перцем и орегано
порядочная гадость.
Кудрявый тип уже подходил к столу, за ним торопились Алка с девицей, Надежда еле-еле
успела принять кое-какие нужные меры.
Принесли кофе, Пауль все порывался поговорить о найденной фотографии, Надежда еле
упросила его отложить разговор до гостиничного номера. Собрались уходить, их соседи тоже
расплатились. Надежда специально немного замешкалась и удержала Алку. Девица встала и
пошла за своим лохматым партнером. Она гордо шла по проходу, возвышаясь над столиками.
- Обрати внимание, - удовлетворенно прошептала Надежда.
У девицы на белой юбке, на том самом месте, на котором сидят, расплывалось пятно
размером с приличный круглый ломтик ананаса. Зеленовато-желтый ананас с мелкими
кусочками салями и остатками томатного соуса создавали на белой юбке потрясающую
цветовую гамму. Алка не удержалась и прыснула. Девица обернулась, подозрительно оглядела
позади себя оживленные лица, изогнулась, чтобы осмотреть себя сзади, и опрометью бросилась
в туалет.
- Ну вот, теперь мы можем спокойно идти в гостиницу. Минут сорок она из туалета не
выйдет. Пока застирает юбку, пока ее высушит.
В гостинице, в чистом тихом номере, Алка наконец решилась расстаться с драгоценной
фотографией.
- Ну, Пауль, что вы нам можете сказать про эту фотографию?
- Фотография старая, вне всякого сомнения, похоже, что довоенная. Как она попала в
бабушкин дом, не совсем ясно.
- Мы нашли ее под половиком. Естественно, она не могла там пролежать долго.
- Ее туда Петюнчик положил, - уверенно высказалась Алка.
- А что? Его привезли туда бандиты, он выбрал момент, достал из какого-то тайника эту
фотографию, а потом спрятал ее под коврик, чтобы врагу не досталась. А нам оставил знак, в
виде фантика от конфеты "Каракум".
- А как он узнал, что в бабушкином доме есть тайник? - недоверчиво спросил Пауль.
- Он же в детстве жил тут у бабушки.
- Точно ли этот дом?
- Точно, - твердо ответила Надежда. - Там у них дома, в Санкт-Петербурге, есть
фотография этого дома, и Петюнчик маленький там с бабушкой сфотографирован.
Алка издала какой-то странный звук, похожий на всхлип.
"Так тебе и надо, - подумала Надежда. - Теперь будешь интересоваться внутренней
жизнью своего мужа, о детстве его расспрашивать, старые фотографии рассматривать с ним
вместе".
- Ну, что я могу сказать? - Пауль пристально рассматривал фотографию. - Окно без
стекла и старинная средневековая кладка... XIII или XIV век. Первое, что приходит на ум, это
монастырь святой Бригитты в Пирита. Там, конечно, одни стены, но окон в них хватает.
Построен монастырь в XIV веке датчанами.
А я пойду завтра в библиотеку, посижу там, подумаю.
- Как-то все же сомнительно. Зачем бы Петиной бабушке эту Библию в средневековые
развалины замуровывать? - недоумевала Алка.
- Алка, мне за тебя просто стыдно! - не удержалась Надежда. - Фотография
довоенная, значит, вовсе не бабушка это фотографировала. И, тем более, не она Библию
замуровала. Она вернулась в Эстонию в 1952 году, очевидно, кто-то из родственников
Юкскулей был еще жив и передал ей информацию. А Юкскули были люди неглупые и
дальновидные, понимали, что нельзя такую ценную вещь ни в городской квартире, ни в
сельском деревянном доме прятать, потому что всякое может случиться - дом сгорит или
бомбежка. А со средневековыми развалинами что может сделаться? Они с XIII века семьсот лег
стояли и еще семьсот простоят, умели строить в XIII веке! А то получилось бы как в детской
книжке "На графских развалинах". Там граф старый полный идиот был. У него целый дом был
кирпичный, прямо дворец, а он взял и как нарочно все добро в саду закопал под пальмой. Так
потом через десять лет, как стали родственники эту пальму искать, так весь сад бедные
перекопали. А у твоего мужа родственники очень умные были, Петюнчик и сам с головой, это,
наверное, фамильное.
- Логично рассуждаете, - улыбнулся Пауль.
Когда Пауль ушел, подруги занялись попугаем. Кеша явно недомогал. Алка выпустила его
из поломанной клетки, покормила, но он поклевал еле-еле, попил водички и уселся Алке на
плечо, всем своим видом выражая страдание. Алка встревожилась, посмотрела попугаю в глаза,
разгладила перышки.
- Что-то с ним не то...
- Конечно, если играть попугаем как мячиком, то никаких нервов у птицы не хватит.
- Если и с попугаем что-нибудь случиться, то я их разорву в клочья, - сказала Алка,
закипая.
- Алка, не волнуйся на ночь, - Надежда кое-как выпрямила прутья в клетке и подвязала
веревочкой дверцу, - для того, чтобы разорвать их в клочья, их надо сначала найти. Давай-ка
порассуждаем на сон грядущий... Значит, нам надо найти три, если можно так выразиться,
вещи: твоего мужа, Библию и бандитов. Муж тебе необходим, мы просто обязаны вернуть его в
лоно семьи. Библию надо найти, чтобы, во-первых, ее не нашли бандиты, во-вторых, чтобы
доказать Паулю, что она существует, и в-третьих, мне лично охота поглядеть на такую ценную
и дорогую старинную вещь. А бандитов хотелось бы найти для того, чтобы восторжествовала
справедливость, когда мы напустим на них полицию, чтобы они получили по заслугам и чтобы
ты смогла разорвать их в клочья.
- И разорву! - свирепо пообещала Алка. - Только как-то их многовато получается. Ты
говорила, что их не больше семи, а тут выходит... - Алка достала блокнот и стала писать:
Елена с мужем и Гербертом - три, если допустить, что с собой у них не больше двух
подручных, это будет пять... Кстати, а почему не больше двух?
- Это же элементарно, Ватсон. Елена уехала в Таллин одна? Одна, мы с Валькой видели.
Герберт иностранец, он мог ехать куда угодно, стало быть, он тоже уехал один накануне.
Спутники русские ему ни к чему, только внимание привлекать. Игорь Петрович ехал в машине,
вез Петюнчика - это уже двое, в машине четыре места, стало быть, максимум двоих могли они
подсадить.
- Ладно, почти убедила. Значит, там было пятеро, потом конкурент номер два - этот
рыжий.
- Алка, да он блондин!
- Пускай блондин, с ним был пожилой типчик, что спер у нас голубую папку, в которой,
надо сказать, ни черта не было, кроме рецепта абрикосового торта, он зря пропал; еще тот
мужик, кого мы сегодня в колодце бадьей успокоили, это будет уже восемь, да еще конкурент
номер три, лохматый, с девицей, вымазанной в ананасах.
- Видишь, и ананас пригодился!
- Итого, получается всего десять человек, ужас какой! А нас всего двое, Кеша не в счет, я
не могу им рисковать.
- Не горюй, подруга, ты забыла, что двоих мы уже из игры вывели? Значит, осталось
восемь, мы с тобой каждая стоим троих бойцов, и потом, нам же помогает Петюнчик! Он
подрывает устои врага изнутри, как партизан в тылу врага. У тебя сегодня должно быть
прекрасное настроение - ведь мы знаем, что находимся на правильном пути и что неделю
назад твой муж был жив и здоров.
- Да, это неделю назад, а вдруг они его за это время уже...
- Прекрати, накаркаешь еще! Давай лучше спать, вон и Кеша уже заснул.
Наутро погода была прекрасная. Город сверкал чисто вымытыми окнами и свежей
черепицей на башнях. Рядом с гостиницей старушки торговали букетиками разноцветных
васильков. Алка нарядилась в то самое крепдешиновое платье с розами, в котором она
понравилась Вале Голубеву. Надежда посчитала, что Алкины розы преследующие их
злоумышленники увидят не то что из другого города, а из другой республики, и тоже надела
светлое платье без рукавов, ведь день обещал быть жарким.
- Алка, завтракать в гостинице мы не будем, там нас увидят.
- А как же поесть? - заныла Алка. - Я не могу лазить по развалинам на голодный
желудок!
Надежда достала кипятильник, который брала с собой в любую поездку по
укоренившейся привычке советского человека всегда и во всем полагаться только на
собственные силы.
- Вот, держи, тут два пакетика растворимого кофе и полпачки печенья, еще с поезда
осталось.
- Это разве завтрак? - заикнулась было Алка, но Надежда не дала ей договорить.
- Ты можешь хоть раз в жизни забыть о еде? Жизнь твоего мужа в опасности, а она
думает о завтраке.
- Я не понимаю, чем я помогу Петюнчику, если отправлюсь в Пирита голодная.
Но Надежда просто зашипела, потому что слов у нее уже не было. Пока Алка обиженно
хрустела печеньем, Надежда приоткрыла дверь и огляделась. В коридоре в такую рань было
пусто, даже горничные еще не пришли.
- Сейчас выходим тихонечко, лифт не вызывай. По лестнице спустимся..
Они прошли по служебной лестнице, какой-то служащий кстати оказался у выхода и
открывал дверь своим ключом. Увидев их, он замахал руками и заговорил что-то по-эстонски,
но Надежда закричала "Sorry!" и просочилась в дверь, оттеснив его плечом.
Увидев Алку, служащий сам отскочил, боясь быть сметенным могучим ураганом.
Надежда, заранее изучив маршрут, провела Алку боковыми улочками через центр, потом
они сели на автобус и поехали в Пирита - курортное место на берегу моря. Дул легкий
ветерок, море было синее и спокойное, у причала яхт-клуба покачивались разноцветные яхты.
Кричали чайки, вдали на рейде виднелся белоснежный красавец-теплоход.
- Господи, как хорошо! - не удержалась Надежда. - Посмотри, Алка!
Но Алка уставилась в другую сторону.
У причала на искусственном круглом островке стоял павильон с красно-желтой буквой
"М" - "Макдоналдс".
- Алка! - угрожающе начала Надежда, но Алка заупрямилась как осел на перевале.
- Пока не поем, никуда не пойду, ни на какие развалины. Библия Гуттенберга, хоть
самого Господа Бога! Пропади оно все пропадом!
- Не кощунствуй! Ладно, что с тобой делать... - Надежда огляделась. - Пока все тихо,
давай съедим твой любимый чизбургер.
- И яблочный пирог!
- О Господи! Ну пойдем скорей.
В "Макдоналдсс" народу было немного. Алка прошла было за столик, но тут выяснилось,
что с Кешей в дороге произошла неприятность, - он здорово нагадил в клетку. Алка ужасно
расстроилась.
- Вот видишь, он болен! Как бы чего похуже с ним не случилось.
Подруги направились в туалет. Попугай сидел в углу клетки, делая вид, что он ни при чем,
и закатывал глаза. Алка извела полрулона туалетной бумаги и вычистила клетку. Надежда в это
время смотрела в маленькое окошечко, выходившее сзади на канал. Поскольку возня с
Алкиным попугаем ей осточертела, она специально отвернулась, чтобы не наговорить гадостей
и окончательно не рассориться с Алкой. По каналу шла моторка, быстро приближаясь к их
причалу. Вот заглушили мотор и пошли своим ходом.
Человек на носу держал в руке веревку.
Алка продолжала причитать над попугаем.
- Да тише ты! Вон гости пожаловали.
Все из-за твоего обжорства, будь оно неладно.
Она прислушалась, потом осторожно выглянула из окошка. Человек на носу оказался той
самой вчерашней девицей из пиццерии. Она выскочила на причал и зацепила веревку за крюк
прямо под окошком, где подглядывала Надежда.
- Трави! - крикнул девице человек у мотора. - Правее надо пристать, а то тут мотор не
спрячешь.
- Да чего его прятать! - возмутилась девица. - Нет же тут никого!
- Ага, сейчас я мотор без присмотра оставлю! Трави, тебе говорят! Тут они, никуда не
денутся. Вон как приемник пищит. Здесь они, в "Макдоналдсе" лопают.
Голова работает у твоего американца и руки из нужного места растут. А они-то, дуры. С
собой его таскают! И ни за что не догадаются, где!
Надежда отпрянула от окна.
- Алка, все пропало, это они! Они нашли нас по сигналу.
- Какому еще сигналу?
- Они подсунули нам радиомаяк! А у них приемник. У нас пикает, а они идут по следу!
- Кто пикает? - Алка была истинным гуманитарием и ничего не соображала в
радиотехнике.
- Алка, ну как же ты не знаешь, у тебя же двое сыновей взрослых вечно со всякой
электроникой возятся.
- Да ты уж молчи, инженерша! Маяк обнаружить не могла!
Упрек был справедлив, Надежда притихла.
- Ладно, давай подумаем, где он может быть, куда они его присобачили.
В одежде не может быть, мы ее меняли, в сумке... - Надежда перетрясла свою сумку. -
Нет ничего, еще в каблук могли засунуть, дай сюда босоножки.
- Да нет там ни фига, подошва сплошная.
- Остается Кеша. - Надежда коршуном накинулась на попугая.
Алка оттерла ее плечом, сама открыла клетку, вытащила бедного попугая, Надежда
перевернула клетку вверх дном - и вот, пожалуйста, снизу вырезан кусочек дерева и торчит
маленькая пуговка передатчика.
- Бестолочь! - выругала себя Надежда. - Вчера не могла заметить!
- Из уважения к вам не смею противоречить, - съехидничала Алка, - где же была твоя
творческая инженерная мысль?
Голоса злоумышленников послышались справа, вернее, для Надежды с Алкой они были
слева. Тяжелый топот возвестил, что владелец мотора выгрузил его на причал и куда-то понес
прятать. Надежда рискнула высунуть голову из окна.
Человек с мотором на горбу спускался вниз по крутой лесенке. Девица по-английски
объясняла ситуацию своему спутнику. Тот самый, вчерашний курчавый брюнет, третий
конкурент!
- Алка, мы влипли!
- Где? - Алка попыталась высунуться из окна.
- Да стой ты на месте, еще застрянешь!
Лодка с конкурентами скрылась за бетонной сваей. Надежде пришла в голову отчаянная
мысль. Она порылась в своей сумке и достала маникюрные ножницы.
- Держи меня крепко за ноги, я попробую разрезать веревку.
- Зачем это?
- В партизанской войне все средства хороши!
Надежда по пояс высунулась из окна, нащупала веревку и стала резать. Время шло,
веревка не поддавалась. От неудобного положения у Надежды затекли руки и потемнело в
глазах, но она продолжала резать. Наконец веревка поддалась, и Надежда с трудом влезла
обратно.
- Что так долго? - набросилась на нее Алка. - Тут уже в дверь стучали.
- Попробуй сама перерезать нейлоновый канат маникюрными ножницами!
Все, уходим быстро!
- А поесть?
- Возьми там с собой два чизбургера, и все.
Пока Алка набирала еду, Надежда стояла на свежем воздухе и выгуливала Кешу.
Мимо проплывала красавица-яхта, белоснежная с голубой полосой вдоль борта.
У руля сидел загорелый бородатый парень в одних шортах. Заметив восхищение в глазах
Надежды и правильно отнеся его за счет яхты, парень горделиво улыбнулся.
Надежда засунула черную пуговку радиомаяка в букетик разноцветных васильков,
который она, сама не зная почему, купила утром у старушки возле гостиницы, и бросила букет
на яхту. Парень засмеялся и прикрепил букетик к рулю.
- Вот и славно, пусть эти теперь поплавают за яхтой.
Она оглянулась. Моторка выплыла из-за свай и тихонько скользила по течению.
Сидевшие в ней люди боялись кричать, чтобы не привлечь к себе внимания, а весел, как
удовлетворенно заметила Надежда, у них не было. Девица пыталась грести какой-то дощечкой,
но толку было мало.
Вышла Алка, нагруженная пакетами.
- Алка, неужели мы все это съедим?
- Запросто, от морского воздуха аппетит хороший!
Они пошли пешком, оглядываясь и прячась за яхтами. Вот показались развалины
монастыря святой Бригитты. Здание довольно хорошо сохранилось, и не было только крыши,
стены основного здания были почти целые, но от боковых остался только фундамент. Народу
вокруг не было никого. Пока Надежда производила беглый осмотр на предмет обнаружения
заветного окна и куска каменной кладки, "Алка за боковой стенкой натравке сервировала
завтрак.
- Надежда, иди есть, хватит тебе бегать!
Надежда опустилась на траву, прислонилась плечом к каменной стене XIII века, хотя Алка
и не велела ей этого делать - ты что, сказала Алка, соскучилась по своему остеохондрозу? Но
думать о болезнях в этом раю совершенно не хотелось. Солнышко пригревало, в траве
стрекотали кузнечики, по Алке ползала божья коровка, Надежде хотелось вот так сидеть здесь в
полудреме и грезить наяву.
- Алка, какое замечательное место!
Интересно, это оттого, что здесь развалины монастыря или просто те датчане в XIII веке
отыскали такой райский уголок?
- Святая Бригитта им подсказала.
- Ты думаешь? - Надежда так поддалась очарованию этого места, что не заметила
иронии в Алкином голосе. - Ладно, Алка, хватит есть, идем на разведку Они еще раз обошли
все развалины, но никакое окно не подходило.
- Слушай, а почему ты думаешь, что окно находится высоко, - вдруг осенило
Надежду. - Ведь туда и не доберешься, там на такой высоте ничего и не спрячешь. Надо
искать окна пониже, в полуподвале.
Они стали обходить боковые крылья монастыря, от которых остались фундамент и стены
высотой метра два. Алка устала и начала ворчать:
- Экую махину построили, за час не обойдешь!
С задней стороны развалин был склон, полого уходящий к реке. Надежда огляделась по
сторонам и вдруг плюхнулась в высокую траву, увлекая за собой Алку.
- Лежи, не шевелись!
- Да что опять стряслось?
- Этот, из поезда, конкурент номер два появился, выследил-таки нас, подлец!
- Один он там?
- Вроде один, мы всех его помощников извели!
- Ну так с одним-то мы быстро управимся. - Алка плотно поела и была полна энергии.
- Да сиди ты тихо, может, не заметит! Ой, розочки твои за километр видать!
Что делать? - Надежда приподняла голову и заметила в склоне какую-то дыру,
полузаросшую травой. - Алка, придется там пересидеть, пока он не уйдет.
- Там змеи! - испугалась Алка.
- А ты под ноги смотри и возьми палку какую-нибудь в руки.
Из дыры пахло сыростью и еще чем-то очень противным.
- Алка, да это подземный ход! И ведет он прямо в монастырь!
- Там темно и страшно.
Но на самом деле подземный ход давно обвалился, и кое-где пробивался тусклый свет.
Они дошли до задних стен монастыря, Надежда вылезла в пролом и огляделась. Это были
обширные подвальные помещения, все стены и перекрытия прекрасно сохранились, там было
сухо и даже довольно чисто.
- Ох, умели строить в XIII веке! - не уставала поражаться Надежда. - Алка, я наружу
выгляну?
Она высунула голову и увидела их врага, который уныло бродил по развалинам,
безуспешно пытаясь понять, куда могли деться так быстро две немолодые тетки.
Видно, до него дошла, что они под землей, потому что он тоже полез вниз, благо входов
было много, ведь пол в монастыре кое-где обвалился. В подвале был настоящий лабиринт, и,
если бы не проломленные стены, спокойно можно было там заблудиться. Вот послышались
крадущиеся шаги, подруги замерли, потом Надежда сделала знак Алке разойтись в разные
стороны. Алка прижала к себе клетку с попугаем, чтобы не заорал в неподходящий момент, и
на цыпочках отошла. Шаги конкурента были неуверенные, ведь его глаза еще не успели
привыкнуть к полумраку. Надежда же с Алкой уже прекрасно ориентировались в подвале,
поэтому Надежда уверенно прошла вперед, нарочно громко топая. Преследователь устремился
за ней, очевидно, он заметил ее светлое платье, но не заметил стоящую в боковом проходе
Алку. Надежда уперлась в тупик, дальше бежать было некуда, она повернулась и неожиданно
заметила в руках подбежавшего мужчины пистолет.
"Кошмар какой, он ведь не шутит, запросто может здесь убить, народу-то никого вокруг".
Преследователь сказал что-то по-английски, Надежда от страха ничего не поняла, и в это
время Алка выскочила сбоку и огрела этого типа по голове доской, которую она подобрала на
берегу реки для защиты от змей и крыс. Конкурент упал, Алка для верности двинула его еще
раз.
- Алка, ты его не убила?
- А и убила бы, так невелика потеря, с пистолетом он еще на нас будет прыгать! Козел
американский!
- Алка, вот теперь точно надо удирать, нет в этом монастыре никакого окна и никакой
Библии, и уж, тем более, никакого Петюнчика.
- Подожди, я Кешу потеряла!
- Да ты что?
- Я его поставила где-то в уголке, а где - не помню.
- Да ты как шла-то? Кешенька, Кеша!
- Кошмар-р! - послышалось из дальнего угла. - Катастр-рофа! Пр-росто удар-р!
- Ну, слава Богу, бери его и уходим.
Они вылезли на поверхность, немного отдышались и отогрелись на солнышке.
- Знаешь, - сказала Надежда, - наверное, нам уже не по возрасту такие приключения.
Бегаем и прыгаем мы уже не очень-то, стрелять не умеем, да и оружия у нас нет...
- Да, кстати, может быть, надо было у того типа пистолет прихватить?
- Что ты, - испугалась Надежда, - а вдруг он из этого пистолета уже кого-то убил?
Тогда на нас подумают. Ты пистолет в руки не брала?
- Нет, я его ногой в угол отбросила.
- Молодец, Алка, ты прямо как Круз в "Санта-Барбаре"!
- А ты говоришь, что мы уже не годимся для таких приключений.
- Постой-ка, Алка, вон там смотри, трое идут, это не наши ли?
- Они самые! Наплавались без весел, теперь идут нас в развалинах искать.
- Как думаешь, они нас сейчас видят?
- Думаю, нет, а вот, смотри, стоит синяя машина, это конкурент номер два ее оставил.
Синяя машина стояла на площадке перед рестораном, тут же находились туристские
автобусы. Преступная троица посовещалась у синей машины, потом направилась к монастырю.
Надежда посмотрела расписание автобусов, им надо было ждать еще минут сорок.
- Где бы нам пересидеть это время?
Вон там смотровая площадка.
- Опять наверх лезть, - расстроилась Алка.
- Пойдем понаблюдаем.
Они залезли наверх и огляделись. Троица уже скрылась в развалинах.
- Интересно, найдут они конкурента под землей?
Дальнейшие наблюдения показали, что конкурента нашли. Из-за стен монастыря
показались торопливо бегущие девица и курчавый брюнет. Они быстро проскочили расстояние
до синей машины и открыли ее, очевидно, забрали ключи у того типа в подземелье. На
площадке у ресторана стоял теперь только один автобус, остальные уехали. Автобус был
немецкий Из Гамбурга, это Надежда прочитала на кабине при помощи бабушкиного
театрального бинокля, который она, опять-таки по устоявшейся привычке, брала с собой в
любую поездку.
Пока беспечные немецкие туристы ели свой ланч в ресторане, их вещи, вынесенные из
гостиницы, оставались почти без присмотра. То есть вещи носили два бойких парня, а
присматривать вроде бы должен был портье через стеклянную дверь, но один парень как раз
ушел за вещами, другой отлучился в киоск за сигаретами, а портье немножко поболтал с
хорошенькой служащей турбюро там же, в холле гостиницы. И за это время шустрая
спортивная девица со своим курчавым спутником успели спереть из кучи вещей самый
большой чемодан, запихнуть его в багажник синей машины и уехать.
- Прямо какие-то мелкие жулики, - удивлялась Алка.
- Ой, непросто все!
Туристы все так же сидели над тарелками, Надежда с Алкой собрались было спускаться,
но в это время из-за развалин опять показалась синяя машина. На
...Закладка в соц.сетях
