Жанр: Электронное издание
COMAN_D
...иваться, а
не сразу...
- Какой кошмар! - Яна до крови закусила губу.
- Да ты, Дамка даже н представляешь какой это кошмар - в этой
квартире труп опиюшника! Мышь этого не переживет.
- Джоанка, что делать? - Яна чувствовала что она на грани истерики.
- Вот не знаю теперь! - крикнула Джоанка. - И не вздумай сюда
привести ментов забирать труп!
И вдруг в дверь раздался звонок. Джоанка дернулась и подпрыгнула.
Звонок прозвучал еще раз - более настойчиво. Джоанка прошла в прихожую и
осторожно открыла дверь - на пороге стоял Кельвин.
- Что же вы не открываете, черти? - спосил он. - Надеюсь никого не
разбудил? Половина второго, я только что с трассы - меня до самого дома
подкинули, такие классные люди были...
- А где Мышь? - тихо спросила Джоанка.
- Мышь с Вуглускром будут не раньше чем через две недели - они от Уфы
в Свердловск заехали на недельку, к друзьям. А что это у вас такие лица
траурные? Что-нибудь случилось?
- Случилось. - глухо ответила Джоанка.
Кельвин посмотрел на нее внимательным взглядом, зетем перевел взгляд
на Яну.
- Ну выкладывайте что случилось.
Джоанка молчала - она предоставила Яне самой выпутываться. Яна
глубоко вздохнула.
- Я привела сюда Славика, ну помнишь наркомана, про которого я
рассказывала... В общем он должен был идти завтра в наркодиспансер. Он
посил сделаеть ему самый последний укол и... в общем он умер.
- Где труп? - спросил Кельвин хриплым голосом.
Яна вздохнула и молча кивнула в сторону кухни.
- Только что...
Кельвин не снимая ботинок прошел на кухню и нагнулсмя над Славиком -
точно так же оттянул веко, пощупал пульс. Затем резко выпрямился. Лицо
его приобрело суровый и злой оттенок, не свойственный ему.
- Ну и что ты намерена делать, Дамка?
- Я не знаю... - растерянно вздохнула Яна.
- Что значит "не знаю"? Ты хочешь его здесь на кухне хоронить?
- Кельвин, ну не надо так кричать! - вступилась Джоанка.
- А что надо? - резко повернулся к ней Кельвин, - Радоваться надо,
плясать, да? Ее предупреждали, на этом флэту закон - опиюшников не
водить, мало нам было Рольфа? Кто его вообще сюда впустил, этого
Славика? Тебя, Джоанка, оставили старшей на флэту, как ты могла?
- Это я настояла. - вступилась за Джоанку Яна.
- А ты... - Кельвин повернулся к ней, - Ты, лапушка, теперь сделаешь
вот что - ты выметаешься отсюда с трупом, и точка.
- Куда? - ошарашенно спросила Яна.
- Это твои проблемы. У нас и так хватает проблем! - Кельвин уже
кричал в полный голос, Яна никогда не видела его таким.
- Заткнись! - рявкнула она.
Это подействовало, Кельвин на секунду замолчал. Яна вышла из кухни и
прошла в комнату. Там на полу сидели ребята из Кемерово.
- В принципе мы поможем вытащить когда стемнеет. - тихо сказал один,
только вот куда?
Яна не ответила. Она прошла в самый конец комнаты и взяла черный
чемодан, который так поразил ее воображение когда-то. Аккуратно
вытряхнув из него какие-то шмотки, Яна закрыла крышку и оглядела его - в
принципе тщедушное тельце Славика могло сюда поместиться. Яна приволокла
чемодан на кухню и под пронзительным взглядом Кельвина стала пытаться
запихнуть в него Славика. Было странно и страшно засовывать в черную
пасть чемодана человека, еще четверть часа назад бывшего живым. Случайно
коснувшись, Яна заметила, что руки Славика заметно похолодели. Джоанка
подошла и стала помогать - вскоре Славик, нелепо сложенный вдвое, был
внутри черного чемодана. Крышка еле встала на свое место, старые замки
долго не хотели защелкиваться, стенки чемодана раздулись как брюхо
питона, проглотившего очередную жертву.
- Ну и куда теперь? - спросил Кельвин.
Не отвечая, Яна подошла к телефону и стала набирать номер. Этот номер
чудом сохранился в ее памяти еще с тех пор, когда они со Славиком бежали
по лесу в Балашихе, спасаясь от бандитов. Вот только какое он назвал имя
этого друга? А, ну да, Витька Кольцов. Вот и пригодилось. У Яны всегда
была хорошая память. На том конце провода долго не брали трубку, и Яна
поначалу решила, что никого нет дома, но затем с ужасом вспомнила, что
времени - около двух часов ночи. Она тут же хотела бросить трубку, но
вдруг приятный, но сонный голос сказал "ало".
- Здравствуйте, извините что я вам звоню в такое время, но мне нужно
поговорить с Виктором Кольцовым.
- Это я. - голос уже не казался соным, скорее он был настороженным.
- Я звоню по поводу вашего друга Славы...
- Да, да, я слушаю. Что с ним?
Яна вздохнула, набрав полную грудь воздуха и сказала:
- Он умер.
Витька помолчал, затем спросил:
- Когда?
- Около часа назад, может больше. Да, наверно больше.
- От чего? От передозировки?
- Да...
- А где он, в общежитии?
- Нет... - Яна замялась, - на квартире у случайных знакомых. Я не
могу сюда приводить врачей или милицию, я бы его привезла куда-нибудь.
- Например?
- Например к вам. Или к его родителям.
- Вы на машине?
- Я? Нет, мы тут нашли большой чемодан... В общем он уместился.
- Давайте я сейчас к вам подъеду.
- Нет, я не могу подставлять этих знакомых - они случайные люди и не
в чем не виноваты.
- А вы вообще кто?
- Я? Яна Луговая, тоже случайная знакомая. Давайте я вам все объясню
при встрече?
- Ну хорошо, везите. Адрес знаете?
- Нет.
- Записывайте. Метро "Ленинский проспект", первый вагон из центра...
- Я запоминаю. Но мы будем только утром - когда метро откроется.
- Хорошо, я встречу вас у метро. Вы одна?
- Не знаю.
- Не одна. - тихо признес рядом парень из Кемерово.
- Не одна. - повторила Яна, - Мне помогут донести.
Яна запомнила адрес, положила трубку и оглядела присутствующих. В
коридоре около телефона собрались все и молча смотрели.
- Вас милиция остановит в такую рань с чемоданом. - пробурчал
Кельвин.
- Ничего подобного. - возразила Яна, - Все нормально: лето, чемодан -
мы на ранний поезд торопимся.
- Ага, на "Ленинский проспект"...
- Значит с поезда. И вообще, какое твое дело?
- Да, кстати, - Кельвин поднял на нее пристальный взгляд, - До
приезда Мыши здесь больше не появляйся. А дальше - как Мышь скажет.
- Кельвин, почему? - возмутилась Джоанка.
- Потому что здесь главная Мышь, и она установила закон - чернушников
и тех, кто приводит друзей-чернушников - гнать. И Дамку она
предупреждала. Если Мышь решит Дамку оставить - Дамка останется. Нет -
значит нет, но до ее приезда - выписывайся.
Яна вспыхнула сжала челюсти от оскорбления.
- Хорошо, я ухожу. И ухожу немедленно. - она стала быстро собирать
свои вещи.
- Кельвин, а куда же она пойдет? - вскинулась Джоанка.
- Понятия не имею, это не мое дело. У нас и так проблем хватает. -
Пусть вон к Космосу идет, наверняка он в своем ДК устроил панк-флэт...
- А что у вас случилось-то, что ты такой злой? - продолжала Джоанка.
- Да кинули нас в Казахстане. Машина, которую мы нашли, загрузилась и
уехала, показали нам кукиш...
- Вот оно что... А найти ее?
- Да ее теперь не найдешь, ее как-то по глупому через случайных людей
заказывали. А в розыск не подашь, в милицию не придешь "дяденька мент,
мы честные хиппи, дети солнца, две недели в Казахстане собирали урожай
конопли, а злые дяди нас кинули, найдите их пожалуйста"... - Кельвин сел
и обхватил голову руками. - А тут еще трупы опиюшников...
- Ну и чего на Дамке зло срывать?
- Джоанка, у каждой вписки есть свои законы. На этой вписке закон
один - не водить опиюшников. Это относится ко всем - и к тебе и даже ко
мне.
- Мышь бы Дамку никогда не выгнала!
- Вот приедет Мышь и впишет ее обратно, она здесь главная.
Яна уже собрала все вещи - собственно и собирать особо было нечего.
Двое парней из Кемерово порылись в своих огромных туристических рюкзаках
и достали оттуда куртки. "Холодно ночью", - объяснили они. Третью куртку
достали для Яны. Вдвоем взяли чемодан и вышли. Яна пошла следом, накинув
куртку на плечи.
- Прощай, Джоанка, может встретимся еще. - кивнула она. - Прощай
Белка, прощай Моррис. - кивнула она оставшимся. - Ну и ты Кельвин,
прощай. - Яна хлопнула дверью.
- Ну пойдем. - сказали ребята и понесли чемодан.
- Куда? - удивилась Яна, идя следом, - Может посидим пока здесь?
- Лучше к метро. Там менее подозрительно - сидят два парня и девушка,
ждут пока откроется.
Они дошли до метро - до открытия оставалось три часа. Яна села на
чемодан, ребята примостились рядом. Сидели молча, разговаривать было не
о чем - все переживали случившееся. Вот казалось только что сидели за
одним столом, ели картошку, весело рассказывали друг другу истории из
жизни - и вдруг на тебе, человека нет, есть только его тело, оно согнуто
и запихано в чемодан...
Рассчет оказался верным - милиционеры несколько раз проходили мимо,
мельком бросая взгляды на сидящую компанию, но ни разу не подошли. Метро
открылось, доехали до "Ленинского проспекта", вышли на платформу.
- Девушка, извините пожалуйста, - вдруг раздалось над ухом, и Яна
вздрогнула от неожиданности, - я инженер-строитель, сам из Донецка,
попал в затруднительное положение - у меня нет пятачка на метро, вы мне
не поможите?
Яна обернулась - перед ней стоял давнишний знакомый, которого она
встречала на Курском вокзале. Пальто на нем было еще более помятое, но в
целом по-прежнему опрятное.
- Да вы ведь уже в метро? - рассердилась Яна.
- Это конечно так, но мне надо сделать еще одну пересадку, а потом
выйти и сесть снова и... в общем не обижайтесь ради Бога.
- Вы знаете, я сейчас не могу. - сказала Яна. - В другой раз хоть
десять.
- Конечно, конечно, извините Бога ради, тогда будете должны. -
человек в пальто очаровательно улыбнулся и помахал рукой. - всего вам
доброго!
- Кто это? - спросил один из парней.
- Да это один мой знакомый бомж. Мы с ним постоянно встречается - ему
пятачка на метро не хватает.
- Профессионально аскает! - восхищенно сказал другой.
- Что делает? - удивилась Яна.
- Аскает. Попрошайничает. Но какой высокий класс! - он еще раз с
восхищением посмотрел вслед удаляющемуся пальто.
Возле выхода метро стоял молодой парень в черном плаще. На вид ему
было лет двадцать, может чуть меньше. Был он среднего роста,
темноволосый, довольно худой, или, как любят называть этот тип в
литературе, "сухой" или "поджарый". Подстрижен спереди он был коротко, а
сзади была небольшая "грива", опускающаяся с макушки до воротника. Лицо
его украшал тонкий слой щетины, тщательно выровненной и аккуратно
подстриженной, что придавало парню сходство то ли с каким-то
американским певцом, то ли с известным киноактером. Но больше всего
удивил Яну его взгляд - быстрый и внимательный. Казалось, будто из под
бровей на тебя смотрят два автоматных дула, впрочем смотрят хорошо,
по-доброму... но на кого-нибудь еще они могут посмотреть иначе. В
следующий миг Яна поняла в чем дело - у парня от природы были очень
большие глаза, огромная черная радужка казалось занимала все
пространство в глазу.
- Вы Яна? - спросил тот, - Меня звать Виктором.
- Можно на ты. - сказала Яна.
- Шмель. - представился один из кемеровских парней.
- Сон. - представился другой.
- Как? - удивился Виктор, - Вы тоже наркоманы? - автоматные дула
быстро прошлись по ним с головы до ног.
- Это тусовочные имена. - пояснила Яна, - Они никакие не наркоманы,
просто случайные гости на той квартире, где умер Славик.
- Вы теперь сможете донести чемодан? - спросил Сон.
- Да. - Виктор легко поднял чемодан одной рукой.
- Ну мы тогда пойдем...
- Стоп. Так дело не пойдет, мне нужно знать все о жизни и смерти
Славы. - автоматные дула прокатились из стороны в сторону.
- Я остаюсь и все расскажу. - ответила Яна, - Мне теперь торопиться
некуда.
Она попрощалась с Соном и Шмелем, затем спохватилась и сняла с плечей
накинутую куртку, отдала им. Утренняя прохлада обступила со всех сторон
и Яна невольно поежилась. Кемеровские ребята ушли в недра метро.
- Сейчас мы отнесем его ко мне. - сказал парень, снимая свой плащ и
накидывая на плечи Яны, - А часов в десять буду звонить его родителям.
Яна, мне бы хотелось чтобы ты мне рассказала все что знаешь. -
автоматные дула внимательно вскинулись на Яну.
- Я все расскажу. - почему-то она испытывала к этому человеку
доверие.
Мышь когда-то потратила много времени, объясняя Яне, что на лице
каждого человека написано все. "Понимаешь, - говорила Мышь, - совершенно
не важно красивое лицо или нет, важно лишь о чем такой человек может
думать, что он хочет в этой жизни и что он может сделать. Смотри не на
лицо, а на выражение лица - у кого может быть такое выражение лица? У
маньяка-убийцы, у мелкого воришки, у вруна, у честного человека? Смотри
внимательно на выражение лица и ты поймешь о чем сейчас может бумать
этот человек. Это сложно, но со временем ты научишься."
Постепенно подошли к малопримечательному дому. Виктор нес чемодан
легко, совершенно не сгибаясь, как пакет с хлебом. "Откуда такая сила? -
думала Яна, - Ведь Славик весил килограмм пятьдесят, не меньше."
Квартира Виктора поначалу показалась Яне похожей на музей моря -
повсюду были расставлены раковины, гигантские высушенные крабы, какие-то
чучела шипастых рыб.
- Мои родители океанологи, - объяснил Виктор, - сейчас они снова на
Дальнем Востоке, до Нового года не вернутся. - Кофе?
- Что? - Яна не могла оторваться от шкафа, заставленного
разноцветными камнями и ракушками.
- Кофе будешь?
- Буду.
Они сели на кухне, выпили кофе, и Яна начала рассказывать. Про
приключения в Балашихе и отправку партии конопли она конечно умолчала,
сказала что просто в первый раз встретила Славика в парке на станции
"Измайловская", ну и тому було плохо, он рассказал про наркотики, про то
как рабюотает в какой-то конторе за дозу... Про вторую и последнюю
встречу со Славиком Яна рассказала во всех подробностях. Виктор
помолчал, затем глаза его сузились:
- Значит они его убили?
- Кто? - не поняла Яна.
- Вот эти его начальнички из конторы - все правильно. В конторе
неприятности, Славик совсем скололся и толку от него мало, его надо
убрать. А как убрать наркошу чтобы не вызвать особых подозрений?
Подарить "последнюю дозу", при чем сказать что она слабенькая, а на
самом деле подсунуть такой концентрат, который в несколько раз превышал
бы смертельную дозу.
- А разве так можно сделать?
- А почему нет? И так половина наркоманов гибнет от того, что не
рассчитали дозу - покупают у разных людей, где-то мак уродился, где-то
нет. А там до передозировки совсем немножко надо - и все, остановка
сердца, остановка дыхания.
- А можно было его спасти?
- Не думаю. - Виктор покачал головой, - Если бы он вдруг оказался в
реанимационном отделении токсикологии где-нибудь в больнице
Склифосовского... И то вряд-ли. А если так как ты рассказываешь - шансов
не было. Все равно неотложка приехала бы в лучшем случае через полчаса -
ты не знаешь что такое московские неотложки. Сама ты кстати откуда, из
Питера?
- А откуда ты знаешь что я не москвичка?
- Ты сказала что Славик сидел у тротуара "на поребрике". В Москве бы
сказали "на бордюре".
- Ны в общем я из Выборга. А сейчас живу в Ярославле.
- Понятно. Расскажи еще раз что ты знаешь об этой конторе?
- Ну что я знаю... Знаю что Славик там работал курьером за дозу. Знаю
что официально это какой-то кооператив, у них офис, и они якобы продают
строматериалы, а на самом деле возят наркотики откуда-то. А может и сами
делают. Да, и находится это все в Москве, в одном из районов. Кажется
Кунцево...
- Это уже что-то. Да они немного не рассчитали, думали если Славку
подержать три дня без дозы, а затем вручить концентрат - то он сразу
забьется в тихий уголок и уколется, с кем ему по дороге беседовать и
откровенничать? А вот видишь - не мог попасть в вену, даже дойти до
тихого уголка сам не смог. Ну ничего, - кулаки Виктора сжались, - я буду
не я, если не уничтожу это гнездо. Сам.
- Да ты с ума сошел? В одиночку уничтожить бандитскую контору? Хотя
бы милицию...
- Милиция здесь ничем не поможет - улик нет. Придется самому достать
улики.
- Да куда уж тебе... - начала Яна и осеклась, взглянув на сжатые
кулаки Виктора - они были чуть больше, чем можно было ожидать для его
роста, и костяшки пальцев были стерты, там образовались темные хрящевые
уплотнения - такие бывают только от длительных многолетних тренировок по
восточной системе. - Ну и что, и ты с голыми руками туда придешь?
- Все, дальше это уже мое дело. Но этим подонкам настанет конец. -
Виктор искоса глянул на часы и вздохнул. - Пора звонить родителям
Славика. Я тогда скажу что он умер у меня... на лестничной клетке,
ночью.
- Спасибо. - тихо поблагодарила Яна и Виктор вышел в комнату звонить.
О чем он говорил с родителями Славика - Яна не слышала. После
волнений прошедшей ночи от кофе вдруг захотелось спать, она положила
локти на пластик стола и уронила на них голову. Разбудил ее Виктор,
он тряс ее за плечо.
- Эй, вставай. Сейчас сюда приедут родители Славика, ты разве хочешь
чтобы они тебя здесь застали?
- Ой, действительно. - спохватилась Яна, - Я пойду.
- Оставь свой телефон на всякий случай. - попросил Виктор.
- Да у меня нет телефона.
- Как это нет? - подозрительно переспросил Виктор, - Ты в подмосковье
живешь? Если не хочешь давать телефон - так и скажи, я не обижусь.
- Да я нигде не живу. Меня выгнали с той квартиры где Славик умер,
сейчас поеду туда, спрошу в каком ДК живет панк Космос, буду у него
вписываться.
- Так тебе жить негде что ли?
- Ну в общем да. - Яна кивнула.
- Ну живи пока у меня - три комнаты, выбирай любую.
- Но... удобно ли это?
- Тебе? Не знаю. Мне нормально. Да, если ты думаешь что я к тебе
хамским образом приставать буду - не бойся, я не так воспитан.
- Да этого я как раз не боюсь... - рассеяно произнесла Яна. - Ладно,
тогда я сейчас пойду, пока родители Славика здесь будут, где-нибудь в
городе поболтаюсь, а вечером тебе позвоню, ладно?
- Ну все, жду. - Виктор проводил ее до двери. - И возьми плащ,
дождь на улице.
Яна оставила свою сумку, накинула плащ Виктора и вышла из дома. На
улице капал мелкий теплый дождик, после бессонной ночи и волнений глаза
слипались и не хотелось думать уже ни о чем.
ЯНА
Август 1990 года.
Весь месяц Яна прожила у Виктора. На квартире у Мыши она так и не
появлялась, хотя звонила каждые два дня, спрашивала не вернулась ли
Мышь. Если к телефону подходила Джоанка, они подолгу болтали. Джоанка
рассказывала новости про старых знакомых. Новости были неутешительные.
Ребята из Кемерово уехали дальше, в Питер, - больше о них ничего не было
слышно. Ежик так и не вернулся, его родители объявили всесоюзный розыск.
Панк Космос ездил со своей панк-группой играть в какой-то делекий
подмосковный город - кто-то ему устроил там концерт на местной
дискотеке, даже обещали что-то заплатить за это. То ли устроивший сам не
разобрался какую именно музыку играет Космос, то ли группу там
неправильно объявили, но пришедшая публика почему-то решила что
приезжают поп-звезды из Москвы, а когда вместо звезд вылез на сцену
Космос и начал петь "все мы яйца и инкубаторе", разъяренные зрители
устроили дебош и хотели набить морды всей группе, они чудом спаслись
через черный ход и обратно бежали с инструментами до самой электрички.
Тем не менее, Космос не оставил попыток организовать концерт, вот
недавно поехал автостопом в Ростов, у него там какие-то знакомые панки.
Джоанка еще сказала, что Космос обижался что Яна пропадаеит где-то и не
заходит к нему.
- Да у меня же экзамены, я целые дни готовлюсь. - оправдывалась Яна.
- Когда он вернется из Ростова?
- Да уже должен был вернуться, он всего на день собирался ехать. -
отвечала Джоанка, - Кстати велел тебе передать, что всегда будет рад
тебя вписать. В своем ДК никакой вписки он не утроил, это Кельвин пургу
нагнал, а у себя дома он предлагал вписаться, даже родителей своих уже
предупредил - так что приходи туда в любой момент.
Вдруг посреди разговора на заднем плане послышался звонок.
- Подожди, не вешай трубку. - сказала Джоанка, - Я открою дверь.
Не было ее долго, послышались какие-то радостные вопли и Яна поняла -
вернулась Мышь. Она решила, что о трубке Джаонака уже забыла, но та
вернулась.
- Приехал Вуглускр! - радостно сказала Джоанка, - Только что с
трассы, усталый, с ног валится - они почти двое суток без сна ехали,
спешили.
- Ура! - воскликнула Яна, - Позови Мышь к телефону на минуточку!
- Мышь не приехала пока, но вот-вот будет, они с Вуглускром
расстались у самой Москвы, сели в разные машины. Позвони через пару
часов, ладно?
Яна повесила трубку и пошла читать учебник литературы - готовиться к
вступительному сочинению. Ровно через два часа она перезвонила. Трубку
взял Вуглускр.
- Привет, Дамка! Ты себе не представляешь сколько тут всего
произошло, нас круто кинули и вообще все круто! - закричал он радостно.
- Привет! - обрадовалась Яна.
- Значит слушай - Кельвин идет в задницу. Мне тут Джоанка рассказала
как все было и что он устроил. В общем переезжай обратно, ладно?
- Спасибо. Но я пока тут живу, я тут с таким классным человеком
познакомилась...
- Тусовый?
- Чего?
- Ну в смысле тусовщик или цивильный?
- Не знаю... Но классный.
- Ну хватай его в охапку и в гости приезжай! Мышь будет вот-вот, с
минуты на минуту. О, кто-то в дверь звонит, ладно я бегу - Дамка,
приезжай! - Вуглускр повесил трубку.
- Яна глянула на часы - было шесть вечера. Она написала записку
Витьке что будет поздно вечером и выскочила из дома.
На квартире Мыши царило радостное оживление. Опять съехалось много
людей, Кельвин виновато поздоровался с Яной - видно ему тут высказали
многое. Мышь еще не приехала - Вуглускр недоумевал где она может так
долго задерживаться.
Пили чай, Вуглускр рассказывал. Всю дорогу от Свердловска они как
обычно ехали вместе - спешили, не останавливались нигде и ставили
палатку в кустах на обочине только один раз, если была возможность -
спали в машинах. Подъезжая к Москве, они очень вымотались и устали,
страшно хотелось спать. Последние семьсот километров ехали с веселым
дальнобойщиком - он шел более длинным путем - через Ярославль, там ему
надо было взять какие-то забытые в суете важные накладные - но шел
быстро, правда в Ярославле стояли часа два пока он свои накладыне
улаживал. Перед самой Москвой он остановился на долгий отдых и
попрощался с ними. Мышь и Вуглускр вылезли и пошли по шоссе - было утро,
очень хотелось спать. Вид у них был такой уставший, что долго никто не
останавливался. Наконец затормозила легковушка - старичок-пенсионер ехал
с дачи, он и рад был подвезди, но все сидения были забиты какими-то
ведрами, табуретками и прочей дачной утварью. Оставалось только одно
место, и Мышь толкнула Вуглускра со словами: "Садись быстрее, я одна
доеду и еще обгоню". И Вуглускр сел и уехал - а что такого? Мышь и
раньше одна гоняла по всей стране, а тут какие-то тридцать километров до
Москвы остались... Старичок оказался веселым и разговорчивым, приглашал
"молодых" приехать к нему на дачу как яблоки поспеют... Вот собственно и
все. Где Мышь может пропадать так долго?
- Что-то мне это не нравится. - сказала Джоанка.
- А что такое? - переспросил Вуглускр.
- Последнее время все пропадают. Пропал Ежик месяц назад - раз.
Космос поехал несколько дней назад в Ростов, до сих пор его нет - два.
Теперь исчезла Мышь - три.
- Причем двое из них по Ярославскому направлению. - пробормотала Яна.
- Ой, нет, все трое по Ярославке!
- Как же, а Ростов?
- Да это не тот Ростов, который на Дону, это Ростов между Москвой и
Ярославлем... - Джоанка испуганно замолкла.
Остальные тоже замолчали. Яна попрощалась и ушла, попросив тут же
позвонить ей по телефону Витьки, если кто-нибудь появится.
Прошла еще неделя, и была эта неделя еще более неприятной во всех
отношениях. Вывесили списки зачисленных - Яны Луговой в этом списке не
оказалось, не прошла по конкурсу. Это сообщение вогнало Яну в глубокую
депрессию - она как-то никогда особо не задумывалась о том, что может не
поступить. Все в жизни ей удавалось легко - она везде была первой, если
участвовала, то всегда побеждала. И на районных олимпиадах по школьным
предметам, да и школу закончила с золотой медалью... И вдруг оказалось,
что театральное училище ей не по зубам. Это было обидно, это бесило, и
хотя винить было особенно некого, кроме себя, Яна восприняла это как
оскорбление - словно острым гвоздем нацарапали на сердце заборное слово.
Но факт оставался фактом. Яна забрала документы и бросилась было
подавать их в какой-нибудь другой институт, путь не театральный, пусть
технический, но начинался август, и везде прием документов закончился.
Жизненные планы стремительно рушились, жизнь становилась непонятной,
неясной, неизвестность пугала.
Вестей о Ежике, Космосе и Мыши по прежнему не было. Витька тоже ходил
все мрачнее, подолгу исчезал из дома и никогда не рассказывал Яне о
своих делах. Да и Яна, видя что у него и так хватает забот, не
рассказывала ему о пропавших друзьях.
Так продолжалось еще неделю, однажды Витька надолго пропал и до утра
его не было. Яна пошла болтаться по городу, съездила в ДК, где работал
Космос - узнать не вернулся ли он.
...Закладка в соц.сетях
