Жанр: Электронное издание
Екатерина ВИЛЬМОНТ
ХИТРЫЙ ХОД
Анонс
Гошка Гуляев - тринадцатилетний парень - нашел в сквере кошелек с паспортом и какими-то бумагами.
Ребята решили отдать все это хозяину паспорта, но тут с ними стали происходить ужасные события...
КОЖАНЫЙ БУМАЖНИК
Было темно. Шел дождь со снегом. Гошка спешил домой. Он возвращался с курсов немецкого языка, куда они с
двоюродным братом Никитой записались после путешествия на Майорку. Там они поняли, что в наше время без иностранных
языков очень плохо, а немецкий выбрали просто потому, что Гошке предстояло в январе поехать в Германию к отцу и совсем
невредно было бы хоть что-то уже знать по-немецки. Гошкина мама и родители Никиты эту идею одобрили и дали денег.
Занятия на курсах проходили по вечерам три раза в неделю. "Их бин, ду биет, ер ист", - твердил про себя Гошка и не заметил,
как нос к носу столкнулся со своей одноклассницей Розой Мотиной по прозвищу Тягомотина.
- Ой, Гуляев, это ты?
- Я. Привет, а ты что в такую погоду шляешься? - не слишком радостно приветствовал Розу Гошка.
- Я.., я... Я собаку потеряла! - всхлипнула Роза.
- Как это? - удивился Гошка. У Розы был чудесный пес, колли, тихий и покладистый. - Как тебя угораздило?
- Да я на минутку отвернулась, а он...
- Что?
- Слинял куда-то! Наверняка кто-то тут сучку течную прогуливал, вот он за нею и помчался... Что я дома скажу? Папа не
велит его с поводка спускать, а мне его жалко... Ронни! Ронни!
- И давно ты его ищешь?
- Давно, - всхлипнула Роза.
- А твои родители наверняка с ума сходят. Ты бы им позвонила, что ли...
- Я боюсь...
- Да ты что! Они знаешь как обрадуются, что пропала только собака.
- Ты думаешь?
- Уверен!
- Гош, а ты мне поможешь Ронни поискать? Мне одной страшно...
- Помогу, куда денусь, - вздохнул Гошка.
Он просто был так воспитан - девочкам, даже таким занудам, надо помогать.., и еще почему-то у него возникла мысль - я
сейчас обязательно вляпаюсь в какую-нибудь историю. - Ну, Роза, что делать-то будем?
- Давай в сквер сбегаем, может, он там...
- Пошли!
В сквере в такую гнусную погоду гуляли только собаки со своими несчастными хозяевами.
- Роза, а где же твой Ронни? - спросил Тягомотину старичок с миттельшнауцером на поводке.
- Потерялся, - всхлипнула Роза, - я уже целый час его ищу! А вы его не видели?
- Нет, - покачал головой старичок. - Не видел. - ..Да вон же он, Роза, бежит...
- Ронни! Ронни! - закричала Роза. - Иди скорее, мой маленький, мой хорошенький, фу, какой ты грязный!
Неизвестно, кто больше радовался - собака или хозяйка. Но, наверно, больше всех обрадовался Гошка.
- Роз, ну я пойду, а?
- Ага, иди, Гуляев, спасибо за помощь!
- Да какая там помощь, - скромно сказал Гошка. - Домой-то одна дойдешь? - Гошка еще вспомнил, что девчонок надо до
дома провожать, хотя ему этого смертельно не хотелось.
- Да, спасибо!
- Тогда пока! - возликовал Гошка и припустился бегом, но вдруг обо что-то споткнулся и с трудом удержался на ногах. -
Ну ни фига себе, - даже присвистнул он, разглядев предмет, благодаря которому чуть не въехал носом в землю.
Он нагнулся и поднял его. Это был кожаный коричневый бумажник. И, едва взяв бумажник в руки, он вспомнил, что
лучше не вязаться с такими находками. В Москве много было историй о том, как человек находил бумажник с деньгами,
радовался до полусмерти, а потом тут же, откуда ни возьмись, появлялся хозяин бумажника, заявлял, что у него пропали
деньги, и нашедшему приходилось отдавать свои, кровные... Он тут же бросил бумажник и отошел в сторонку.
Но никого кругом не было.
"А может, кто-то в самом деле потерял бумажник? Тогда лучше, чтобы я его нашел, чем какой-нибудь жулик. Я, если там
есть документы, просто верну его, и дело с концом, - благонамеренно решил Гошка, огляделся по сторонам и как-то воровато
схватил бумажник. Вокруг все было тихо. - Да, - через минуту решил Гошка, - кто-то его потерял. - Он ощупал бумажник. -
Туго набитым его не назовешь, ну и слава Богу, а то еще посчитаешь чужие денежки, и не захочется их отдавать. Да и вообще,
откуда я знаю, сколько там было? Может, кто-то уже поживился? Взял денежки, а бумажник выбросил? Ладно, отнесу домой,
а там разберусь, что к чему", - принял решение Гошка, сунул бумажник в карман куртки и со всех ног понесся домой. Он и
так слишком долго гулял по такой мерзкой погоде.
Даже дрожь пробрала.
Подбегая к дому, он поднял глаза и увидел, что в окнах горит свет. Значит, мама уже дома. С одной стороны, хорошо - не
надо самому себе варганить ужин, а с другой - сразу бумажником заняться не получится.
- Мам, это я! - крикнул он с порога.
- Гошка, где ты был? Я уже волновалась.
- Мам, ты же знаешь, у меня дойч!
- А потом? Ты сегодня очень припозднился!
- Ага, я Тягомотину встретил, она псину свою потеряла, вот я и помогал ее искать.
- Нашли?
- Нашли!
- Ну и славно. Ой, да ты весь вымок!
Давай быстренько переоденься! Есть хочешь?
- Как сто волков!
Гошка юркнул к себе в комнату, сунул бумажник в ящик стола и на всякий случай запер ящик, хотя мама не имела
привычки шарить в его столе, но, как говорится, береженого Бог бережет.
- Гоша, - ты скоро? - позвала с кухни мама.
Он забежал в ванную вымыть жутко грязные руки, мигом переоделся и вскоре уже сидел за столом и уплетал макароны с
сыром, запивая их томатным соком.
- Вкусно! Мам, положи мне еще! Да, мам, представляешь себе, у нас теперь не будет уроков по субботам! Мы добились!
- То есть как добились? - округлила глаза мама.
- Ну, сейчас в большинстве школ по субботам не учатся, а мы чем хуже? Ну, старшеклассники написали прошение на имя
директора, подписи собирали и все такое... Это еще с прошлого года тянулось, ну и когда новый учебный год начался, девятые
и десятые вообще забастовку объявили, и нам пошли навстречу... Будем учиться только пять дней, класс!
- Боже мой, если бы в мое время кто-то затеял что-то подобное, и его и его родителей просто со свету бы сжили... А
теперь...
- Это еще что! А вот у нас на курсах девчонка одна учится, так у них в лицее вообще кайф! Пять недель учатся, а потом
неделя каникул!
- Каждые пять недель? - поразилась мама.
- Именно!
- Невероятно! Только на этом фоне ваша несчастная суббота.., не слишком роскошное завоевание, тебе не кажется?
- Ладно, сойдет, - махнул рукой Гошка и принялся мыть посуду.
У них с мамой было заведено так: если ужин готовила мама, Гошка мыл посуду, а если готовил Гошка, посуду мыла мама.
Когда с домашними делами было покончено, Гошка закрылся у себя и достал бумажник.
Положил его на газету и не без трепета открыл. Первое, что бросилось ему в глаза, был паспорт.
"Здорово, - подумал Гошка, - по крайней мере удастся все вернуть владельцу". Паспорт оказался на имя Горенича
Анатолия Васильевича, 1962 года рождения и прописанного по адресу: ул. Берзарина, д. 7, корп. 2, кв. 163. "Где это - улица
Берзарина? Что-то знакомое..." Но Гошка никак не мог вспомнить. Можно, конечно, спросить у мамы, но тогда придется чтото
ей объяснять, а этого очень не хотелось. Звонить кому-то было уже поздно, и Гошка решил все отложить до завтра. Он
вдруг ощутил какую-то странную тревогу, и ему захотелось как можно скорее вернуть бумажник владельцу. "Ну-ка,
посмотрим все же, что там еще". Кроме паспорта в бумажнике обнаружилась еще фотография девочки лет шести, несколько
почтовых квитанций и какая-то бумажка с цифрами и буквами, похожая больше всего на шифровку.
И еще там было пятьдесят долларов одной бумажкой и три тысячи рублей. "Вот небось мужик обрадуется, и документы, и
деньги, все получит в целости и сохранности. Наверняка напился человек и посеял бумажник".
Гошка был заранее рад, воображая, как просветлеет лицо Анатолия Васильевича Горенича при виде своей пропажи.
Утром он первым делом позвонил Шмакову.
Тот удивился:
- Ты чего, Гош?
- Леха, выйди минут на десять пораньше, а?
- На фиг?
- Поговорить надо, я тут вчера кое-что нашел...
- Понял. Выхожу через пять минут.
- Жду!
Во дворе они сразу свернули за угол, чтобы по дороге в школу их не отловил кто-то из знакомых.
- Ну, чего ты там надыбал? - спросил Леха, от нетерпения даже подпрыгивая на месте.
- Бумажник!
- Брешешь!
- Очень надо!
- И где он?
- Дома, где же еще? Не попру же я его в школу.
- Светленькая мысля! И чего там?
- Паспорт, деньги, бумажки какие-то.
- Денег-то много?
- Ага! Пятьдесят гринов и три тыщи деревянными.
- Ну.., а я-то думал... - разочарованно протянул Леха.
- Что ты думал?
- Думал, вдруг там тыщ десять зеленых...
- И что тогда? - поинтересовался Гошка.
- Сам, что ли, не понимаешь? Тогда бы мы с тобой...
- Нет, Леха. Мы же с тобой не воры, - твердо заявил Гошка.
- При чем тут воры? Этот мужик сам лопатник потерял, а мы нашли...
- Положим, нашел его я, - восстановил истину Гошка.
- И ты бы с другом не поделился?
- Леха, знаешь, как называется то, что ты тут развел?
- Ну?
- Де-ма-го-гия! Вот если бы в бумажнике не было паспорта, тогда другое дело.
- Слышь, Гошка, а за каким чертом ты меня вызвал? Ты нашел, вот и распоряжайся по своему усмотрению!
- Я просто хотел тебе предложить смотаться туда вместе со мной. Но если ты не хочешь...
- А это где?
- Улица Берзарина, знаешь такую?
- Берзарина, говоришь? Ага, знаю, метро "Октябрьское поле". - - Откуда дровишки?
- У меня там родственники живут.
- Случайно не в седьмом доме?
- В седьмом!
- Корпус два?
- Не-а, корпус один.
- Так ты со мной поедешь?
- Куда ж я денусь?
После уроков они забежали к Гошке, наскоро поели супу с клецками и побежали к метро.
- Слышь, Гошка, - задумчиво проговорил уже в вагоне метро Леха, - вообще-то в таких случаях вознаграждение
полагается.
- Да, - кивнул Гошка, - вроде полагается.
- И ты его тоже не возьмешь?
- Посмотрим.
- Чего смотреть-то?
- Все будет зависеть от того, в какой форме это вознаграждение предложат.
- В какой еще форме?
- Ну, не знаю, посмотрим...
Гошка не знал, как объяснить Лехе насчет человеческого достоинства в такой, можно сказать, щекотливой ситуации. Люди
разные бывают, среди них немало встречается неблагодарных хамов. И надо быть ко всему готовым. Хотя получить
вознаграждение было бы совсем неплохо.
С помощью Лехи они быстро добрались до места. Домофон в подъезде был сломан. Они поднялись на восьмой этаж,
позвонили в железную дверь, за которой располагалось четыре квартиры. В двери был глазок. Им никто не открыл. Они
позвонили еще раз. Но вот за дверью послышались шаркающие шаги и немолодой женский голос спросил:
- Вы к кому?
- К Гореничу Анатолию Васильевичу.
- А зачем он вам?
- Мы нашли его документы, хотели вернуть...
- Минуточку, одну минуточку!
Женщина повозилась с замком и открыла дверь. Интеллигентного вида очень пожилая женщина, в теплом халате и с
сигаретой в руке. Она выжидательно смотрела на них. Гошка вынул из сумки бумажник:
- Вот...
Женщина вдруг страшно побледнела. Протянула руку к бумажнику, но вдруг резко ее отдернула.
- Это ваше? - решил узнать Леха.
- Да, да, да.., вот что, молодые люди, пройдите в квартиру.
- Хорошо, - кивнул Гошка, по-прежнему держа в руке бумажник.
Они вошли в квартиру, чисто прибранную, но пропахшую табачным дымом.
- Ботинки снимать? - осведомился Леха.
- Нет, нет, не стоит... А куртки повесьте вот сюда.
Наконец она провела их в комнату, обставленную довольно скромно, и усадила на диван. Сама же она села за стол и от еще
не потухшей сигареты прикурила новую. Глубоко затянулась и сказала:
- Откуда это у вас?
- Я нашел бумажник вчера вечером, совершенно случайно, я шел и споткнулся... ну и вот...
Женщина не спускала с Гошки глаз, словно ощупывая его взглядом. Ему было как-то не по себе.
- И что дальше?
- Дальше я вот привез бумажник вам.
Собственно говоря, мы пойдем...
- Погоди. Где ты нашел бумажник?
- На улице.
- На какой?
- А зачем вам? - удивился Гошка.
- Прошу тебя, ответь!
- Ну, в Живаревом переулке.
- В Живаревом?
- Да, в Живаревом.
- Вчера?
- Вчера вечером.
- И как по-твоему, он там долго лежал?
- Я не думаю, что долго.
- А ты мог бы показать это место?
- Мог бы, наверное.
"Как все странно, - подумал Гошка. - И чего она из меня душу тянет?"
- Молодые люди, вы не очень торопитесь?
- Торопимся, - заявил вдруг Леха, который чувствовал себя очень неловко. Сидит, молчит, как пень, и вроде чего-то ждет.
Ясно - никакого вознаграждения им тут не обломится, так чего зря время терять?
- Торопитесь? Какая жалость. А вы не могли бы оставить свои координаты, номер телефона к примеру?
- Зачем это? - не слишком вежливо спросил Леха. - Мы вам вернули ваше имущество, и дело с концом. Пошли, Гошка!
А вы, между прочим, в лопатник даже не заглянули.
- Что? - растерялась женщина.
- В бумажник, - перевел Гошка.
- Ах да, верно...
Она взяла с дивана бумажник, раскрыла его, достала паспорт, и вдруг плечи у нее задрожали, пепел с сигареты упал на стол
возле пепельницы, а по щекам покатились крупные слезы.
"Влипли, - подумал Гошка с тоской. - Сейчас выяснится какая-нибудь пакость..."
- Мальчики, милые, вы даже не понимаете, что вы сделали для меня. Вы мне вернули надежду!
- Какую надежду? - оторопел Леха:
- Дело в том, что мой сын... Это его бумажник...
Они выжидательно смотрели на женщину.
- Мой сын уже три дня как пропал...
ЛИДИЯ ПАВЛОВНА
- Пропал? - переспросил Леха. - А вы в ментуру-то обращались?
- Обращалась, - вздохнула женщина, - но они говорят, что еще рано. Мол, мало ли куда мог податься взрослый мужик... А
я знаю, я чувствую - он попал в беду. Я до вашего прихода даже думала, что его.., что его больше нет в живых, а теперь у меня
появилась надежда... Вы и представить себе не можете, как я вам благодарна... Понимаете, сейчас про Толю нельзя уже
сказать, что он исчез бесследно, след обнаружился.
Я, конечно, не знаю, что делать.., как быть...
- Можно обратиться к частному детективу, - робко предложил Гошка.
- На частного детектива у меня денег нет, - потупилась женщина. - Разве что занять... Но мне не у кого... И вообще это
отпадает.
- А вашего сына могли похитить? - задал вопрос Леха.
- Похитить? Я не знаю... В наше время все возможно. - Женщина опять прикурила новую сигарету от старой. - Хотя я не
понимаю, кому и зачем это нужно. Нет, вряд ли...
- Зачем вы так много курите? Вредно же, - вырвалось у Шмакова.
- Вредно? Жить вообще вредно, особенно когда теряешь единственного сына. Ладно, ребятки, спасибо вам большое. Я
знаю, вы молодцы, честные ребята. Вот... - Она вытащила из бумажника пятьдесят долларов и протянула им. - Возьмите!
- Да вы что, тетенька? - взвился Леха. - Думаете, мы уж совсем рыла неумытые? Чтоб взять с вас бабки, когда такое дело?
Ни в жисть! Правильно я говорю, Гошка?
- Конечно.
- А еще говорят, что нынче дети плохие... Спасибо вам, дорогие мои. Я даже не спросила, как вас зовут.
- Лично меня - Лехой звать, а вот его - Гошкой.
- А я - Лидия Павловна.
- Очень приятно, - благовоспитанно проговорил Гошка. - Лидия Павловна, знаете, дайте нам ваш телефон, и мы вам свои
телефоны оставим. Мало ли что вдруг понадобится...
- - Что ты имеешь в виду? - насторожилась Лидия Павловна.
- Да я вот думаю... Каким образом ваш сын потерял бумажник? Либо он был пьяный...
- Не исключено, - вздохнула женщина.
- Либо в драке...
- Либо же нарочно выбросил, чтобы сигнал подать! - вдохновенно воскликнул Леха.
- Сигнал? Какой сигнал? Кому?
- Вам! Вам, Лидия Павловна. Мама, я жив! Вот какой сигнал.
- Алешенька, ты и вправду так думаешь?
- Ну да! Запросто!
- Да, да, наверное, ты прав! Недаром же я сразу почувствовала, как только этот бумажник увидела, что он жив, мой
мальчик.
- Лидия Павловна, а кто он по профессии, ваш сын? - осведомился Гошка.
- Фотограф. Блестящий фотограф.
- А где он работает?
- Он свободный художник.
- А что это тут никаких этих штучек нет? - полюбопытствовал Леха.
- Каких штучек? - не поняла Лидия Павловна.
- Ну, всякой там аппаратуры...
- У Толи есть мастерская. Он там работает. Да и живет.
- Мастерская? У моей мамы тоже есть мастерская, - сообщил Гошка.
- А кто твоя мама?
- Художница.
- Ой, вы, конечно, извините, но только вы уверены, что ваш сын не в мастерской?
Мало ли что бывает: загулял человек, выпил лишнего... - предположил Шмаков.
- Леша, ты меня совсем за старую дуру считаешь? Конечно, первое, что я сделала, - я поехала в мастерскую.
- И что?
- Ничего.
- Там все было как всегда?
- Абсолютно. А что это вы меня прямо как следователи допрашиваете?
- Да нет, что вы, - смутился Гошка. - Просто я подумал...
- Ладно, мальчики, вот вам на всякий случай мой телефон, и я тоже запишу ваши номера.
Обменявшись телефонами, они простились с Лидией Павловной и молча вышли из подъезда.
- Ну, что скажешь? - начал разговор Шмаков.
- Что ты хочешь услышать?
- Чего делать-то будем?
- С чем?
- Гошка, кончай придуриваться. Надо шукать мужика-то!
- Где ж нам его шукать, Леха?
- Ты то место найдешь, где лопатник лежал?
- Найду.
- Тогда сейчас туда и двинем, пока еще не совсем стемнело.
- Давай, - пожал плечами Гошка. - Хотя столько времени прошло, если что и было...
- Там люди ходят?
- А ты думал? Конечно, ходят, хотя...
- Что?
- Понимаешь, это у самого сквера было, может, в кустах что завалялось... Ладно, попытка не пытка.
Гошка привел Шмакова на то место, где вчера нашел бумажник.
- Да, тут, конечно бесполезно рыскать, тем более мы не знаем, чего ищем, - почесал в затылке Леха.
Все же для очистки совести они тщательно осмотрели кусты, нашли несколько разных окурков, две смятые пачки от
сигарет, оторванную пуговицу.
- Пуговицу надо взять! - решительно сказал Леха. - А вдруг это его пуговица?
- Даже если его, что это нам даст?
- Эй, парни, вы чего тут рыщете? - раздался незнакомый мужской голос.
Они подняли головы.
Перед ними стоял мужчина средних лет в теплой куртке и кожаной кепке.
- А что, нельзя? - произнес Шмаков.
- Почему нельзя? Можно, даже нужно! - с улыбкой ответил мужчина, показавшийся вдруг Гошке знакомым.
- Чего? - удивился Леха.
- Да я тут вчера бумажник потерял... Выпил немного лишнего, ну и вот... Потерял.
- Мы не видели! - решительно сказал Гошка. "Откуда я его знаю? Откуда?" - стучало у него в мозгу.
- А заработать хотите?
- Чего заработать-то?
- Если вдруг найдете бумажник, уж будьте любезны вернуть, а? Я вам заплачу!
- Сколько? - сурово спросил Шмаков.
- Не бойся, не обижу! Понимаете, парни, у меня там паспорт одного моего корешка был.., и водительские права.., хрен бы с
ним, с бумажником, да и деньги дело наживное, но вот документы чужие... Сами понимаете...
- Да мы тут уже все облазили. Я ножичек классный посеял, и нету. Был бы тут бумажник...
- Мы поищем, вы не волнуйтесь, - мило улыбнулся Гошка. - Но как нам с вами связаться, если вдруг найдем?
- Да я тут недалеко живу и каждый вечер гуляю с собакой. Я бы вам телефон свой дал, но не хочу, чтобы меня жена поедом
ела. Она и так все твердит: не пей, не пей, а что делать, если от этой жизни душа горит...
- А вы в котором часу гуляете? - поинтересовался Гошка.
- С девяти до десяти, каждый вечер, в любую погоду...
- Понятненько-понятненько, - улыбнулся Леха, - вы не сомневайтесь, если найдем, не зажилим. Нам чужое без
надобности.
- Вот и чудесно, молодцы ребята. Я на вас надеюсь.
- А какая у вас собака? - спросил вдруг Гошка, что-то смутно припоминая.
- Французский бульдог. Ну, я пошел. До свидания.
"Французский бульдог? Ну конечно же, это тот самый тип! Просто в теплой одежке его не так легко узнать".
- Гошка, ты чего? - спросил Леха.
- Леха, мне это ужас как не нравится!
- Почему? Здорово! Только сунулись, а уже на след напали.
- И на какой след!
- Чего?
- Я этого мужика знаю. Он преступник, настоящий, он связан со всякими убийцами... И он искал бумажник Горенича,
значит, явно связан с этим делом.
- Ну, это и самому плохонькому ежику понятно. Но откуда ты его знаешь?
- Помнишь, когда Ксюха под скамейку залезла?
- Ну?
- И разговор Двух типов подслушала?
- Блин! Так это тот посредник, да?
- Именно!
- Охренелушки! Но это же здорово, Гошка, такие возможности открываются...
- Какие возможности, ты что?
- Гошка, какой самый короткий путь между двумя точками?
- Прямой, ясное дело.
- То-то же!
- Шмаков, ты что надумал?
- Выпросить у мамашки Горенича лопатник, можно без денег и даже без паспорта, и пойти к этому дядьке...
- И что нам это даст?
- Поглядим...
- Леха, это не шутки, тут надо сто раз взвесить...
- Семь раз отмерь, да?
- Да, именно, и не семь, а все семьдесят.
Кстати, как ты считаешь, зачем ему бумажник понадобился?
- Наверное, чтобы следы замести, - предположил Леха.
- Ничего себе замел! Наоборот, только внимание привлек. Нет, тут что-то другое.
Ему не бумажник нужен, а то, что в бумажнике. И это, Леха, не паспорт и не деньги!
- А разве там еще что-то было?
- Было, Леха, было!
- Что?
- Бумажка с какими-то буквами и цифрами. А если это так...
- Тогда что?
- Тогда его матери, Лидии Павловне, может грозить опасность. Эх, черт, надо было предупредить, чтобы она ни одной
живой душе про найденный бумажник не обмолвилась.
- Поздно, брат, боюсь, она уже раззвонила про это...
- Да, история закручивается не слабая...
Я так и знал. Раз рядом Тягомотина крутилась, жди беды.
- Ты сдурел? При чем тут Тягомотина?
- Ага, сдуреешь тут. Как теперь быть-то?
- Для начала, Гошка, давай позвоним Лидии Павловне и попросим никому про это не говорить, про лопатник то есть. А
завтра надо собраться всей компанией и помозговать хорошенько. Две башки хорошо, а пять лучше.
- Шесть, - поправил его Гошка. - Про Маньку забыл?
- Точно, про Маньку забыл, дуролом, она, кстати, хоть и младше, а соображает будь здоров.
- Леха, пошли ко, мне, позвоним, не с улицы же по такому случаю звонить...
- Ага, пошли! У тебя супчику не осталось?
- Осталось.
Телефон Лидии Павловны был долго занят.
- Впечатлениями делится, черт бы ее побрал, - ворчал Леха. - А потом тюкнут старушку - и привет. И чего у баб язык как
помело? Ну кто ее просил делиться с кем ни попадя?
- Леха, не бухти! Может, она никому ничего и не сказала еще?
- Ага, как же! За каким хряпом она тогда на телефоне висит?
- Может, и к лучшему...
- К лучшему? Как это? - недоуменно спросил Леха.
- Понимаешь, тут надо очень осторожно говорить, чтобы не напугать старушку до смерти.
- Да, оно конечно... А уж под каким предлогом бумажник у нее назад попросить, я и вовсе не представляю...
- Я, Леха, думаю, надо ей все рассказать, как есть.
- А бабьи вопли-сопли не начнутся?
- Могут, конечно, хотя... Мне показалось, она тетка не робкого десятка.
- Тогда, как дозвонишься, сразу попроси ее, чтобы...
- Ага, есть! Лидия Павловна? Здравствуйте еще раз, это Гоша говорит, мы у вас сегодня были...
- Да-да, Гоша, я тебя узнала. Что окажешь?
- Лидия Павловна, вы понимаете, мы тут еще кое-что узнали...
- О Толе?! - воскликнула она.
- Ну, не о нем, а... Короче, вы пока, если можно, ни одной живой душе не говорите, что бумажник нашелся.
- Почему?
Гошка замялся.
- Гоша, в чем дело?
- В том, что за бумажником идет охота...
И лучше, чтобы никто пока про это не знал.
- А я уже сказала.
- Кому?! - в ужасе закричал Гошка.
- Своему брату.
- А он...
- Нет-нет, брат не станет болтать, но я все-таки его предупрежу. Гоша, я понимаю, по телефону такие вещи лучше не
обсуждать...
- Вот-вот, я сам хотел попросить у вас разрешения приехать к вам завтра, поговорить.
- Ну, конечно, какие могут быть вопросы? И чем раньше, тем лучше.
- В девять утра вас устроит?
- Прекрасно!
- А сегодня... Вы никого чужого к себе не пускайте, под каким бы предлогом к вам ни явились бы.
- Ты думаешь...
- Нет, я думаю, что пока вам нечего бояться, я это так сказал, на всякий случай.
- Хорошо, я жду вас завтра!
- До свиданья!
Гошка повесил трубку.
- Знаешь, Леха, с ней нам, кажется, повезло. Клевая тетка. Значит, с утра мы подадимся к ней, а после школы соберемся
всей командой.
- Хорошо бы она нам лопатник дала, мы бы подлезли к тому типу... А бумажку подменим.
- Чем?
- Как чем? Другой бумажкой, с другими цифрами.
- Нельзя с другими... Мало ли что, может, мы только навредим этому Гореничу.
Но переписать все или отксерить нужно.
Леха, я вот что думаю, какие шифровки могут быть у фотографа, а?
- А может, шифровка тут и ни при чем?
Может, они какую-то фотку ищут, а? Может, он кого-то заснял тайком, а они теперь это ищут?
- Понимаешь, Леха, в таких случаях обычно не фотки ищут, а пленку. Но пленку в бумажниках не носят.
- Точно! Ты, Гошка, здорово сечешь в таких делах... Слышь, а может, нам пока самим действовать, а? По крайней мере без
девчонок? Никитосу твоему надо звякнуть, у него котелок потрясно варит.
- Нет, Леха, это нехорошо, они обидятся.
- Я же не предлагаю вообще все от них скрыть, но пока.., чего на ночь глядя людей шебаршить? Пусть спят себе, спокойно
в школу шкандыбают, а уж потом...
- Вот это мудро, Леха. Они, конечно, поймут, когда мы на уроки не явимся, что у нас какое-то дело, и сами нас будут
отлавливать.
- Звони Никитосу!
- Ладно.
Однако Гошкина тетя, Ольга Александровна, сообщила, что ее сын Никита болен, у него тяжелый грипп, высокая
температура, и она даже не подумает звать его к телефону.
- Во, значит, не судьба, - решил Шмаков, - выходит, нам самим надо со всем справиться.
На том и порешили.
МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ
Рано утром мальчики помчались к метро.
И были очень рады, что их не засек никто из соседей или одноклассников. - - Леха, как тебе кажется - там все нормально?
- Где? У этой тетеньки?
- Ну да.
- Думаю, нормально, если она не набрехала, что только с братом поделилась. Вряд ли ее брат главный в этом деле и сразу
наведет бандитов на родную сестренку. Мне, Гошка, покоя не дает одна мыслюха... Почему они еще не наведались в его
мастерскую, а?
- Может, уж
...Закладка в соц.сетях
