Жанр: Электронное издание
redcap
...руг друга, но странною
любовью. То ругались, то мирились, то он
женился, то я уезжала.
- Интересно.
- Еще бы.
- Я слышал, вы, сидя в баре, ему в физиономию бокал швырнули.
- Было дело. А потом как пошли маньяки, я поняла, что погорячилась.
- Подождите, - насторожился Лев Кириллович, - так вы связываете появление
маньяков...
- Конечно, - перебила я, - чего связывать, тут и так все ясно. Мы
поскандалили, и меня уволили с работы, потом я
погорячилась - и в квартире появились какие-то отмороженные. Колька злится, вот
я и решила, что надо его немного
задобрить, и не стала возражать, когда он собрался со мной на дачу.
Лев Кириллович взирал на меня с недоумением. Должно быть, вид у меня в тот
момент был придурковатый, чему я
нисколько не огорчалась, потому что ни секунды не сомневалась: никакого
отношения к ментам Лев Кириллович не имеет, то
есть, может, и имеет, но зарплату получает в другом месте. У этого идиота ума не
хватило перед приходом ко мне снять часы и
два перстня, общая стоимость которых превышала стоимость моей квартиры. Может,
вид у меня и вправду дурацкий, но в
своей конторе я работала не зря и толк в таких вещах знаю. Помнится, у шефа были
часики той же фирмы, правда, поскромнее,
а сумму он назвал такую, что секретарь чайник уронила.
Если это не менты, выходит, дружки Мелеха, те самые, что кого-то автогеном
разрезали (впрочем, может, врет Юрка, ему
теперь тоже доверять нельзя). Главная моя задача, точнее, целых две задачи:
убедить их в том, что я дура, и заставить искать
Виктора. Не могу я жить спокойно, пока он в заточении, а то, что они его начнут
искать, теперь сделалось мне совершенно
ясным.
- А Виктора вы когда в последний раз видели? - вновь задал вопрос Лев
Кириллович.
- Утром, четыре дня назад. Он на работу поехал.
- И что, на дачу не вернулся?
- Может, возвращался, меня-то там не было.
- И не звонил?
- Я звонила. На работу. Но его не оказалось на месте.
- То есть за эти четыре дня вы ни разу не виделись?
- Нет.
- И о том, что собираетесь на дачу с Мелехом, ему не говорили?
- Нет.
- Как же тогда преступники смогли устроить засаду на дороге?
- Откуда мне знать? Я никому ничего не рассказывала.
- А вы знаете, что за дачу ложных сведений...
- Знаю, меня уже пугали, когда я хотела на Мелеха заявление накатать за
погром в квартире. Вас, говорят, за клевету еще
привлекут...
- При чем здесь это? - разозлился Лев Кириллович.
- Как при чем? - возмутилась я. - Мне законы известны. И я вам рассказываю
все как было. А вы хотите, чтобы я врала.
Мы еще какое-то время продолжали в том же духе, пока они, к моей радости,
не убрались из палаты. Я хоть и вздохнула с
облегчением, но ясно было: на этом дело не закончится, следовало что-то срочно
придумать во спасение, а что тут придумаешь?
Я лежала, ломала сотрясенную голову и тосковала. Имелась еще одна вещь, не
дававшая мне покоя: труп Мелеха. Если
Мелех стал трупом, то зачем его было куда-то прятать? Перевозить с места
преступления труп затруднительно и, с моей точки
зрения, опасно. Отчего бы не оставить его возле машины? Но ведь увезли или
закопали там же. Закопать, пожалуй, не годится,
милицейские чины на место преступления выехать обязаны и должны были там все как
следует осмотреть.
Тут опять посыпались вопросы: могли они найти труп, если он зарыт? Собака,
пожалуй, смогла бы... или нет? Вот черт...
Ведь как-то убийцы оказались в лесочке, значит, и следы их пребывания должны там
остаться. Травка притоптанная, окурок,
клочок одежды... в детективах, которые я читала, всегда что-то оставалось.
Может, и осталось, только кто мне об этом сообщит?
Юрка мог бы узнать, но ему теперь веры никакой...
Допустим, все-таки труп зарыли, опять вопрос: зачем? Какой смысл скрывать
его, если есть живой свидетель нападения? От
этой мысли мне совсем стало худо. Что, если они не планировали меня в живых
оставлять и теперь начнут охоту? Нет, не
годится. Если не планировали, так просто пристрелили бы. А тут по голове
стукнули и смылись. А голос у типа в маске
знакомый... Что он сказал? "Для твоей пользы". Вот так здрасьте, какая мне может
быть польза от сотрясения мозга? А если бы
по голове меня не били, поверили бы эти типы во главе со Львом Кирилловичем, что
я несчастная жертва? "На ваших глазах,
девушка, человека расстреляли, а вас отпустили как ни в чем не бывало..." Лев
Кириллович в любом случае в мои сказки не
поверит, он, в принципе, никому верить не способен, так что голову они мою
зря...
"А ведь не зря, - внезапно пришла ко мне догадка, - стой я столбом или
убеги куда, то помешала бы им устроить дела с
трупом. Свидетели им действительно были не нужны, но не убийства, а того, куда
этот труп внезапно исчез. А он почему-то
должен был исчезнуть. А может, и нет никакого трупа?"
Стоп. Не фантазируй. Совершенно отчетливо помню: окровавленная ладонь
Мелеха на ручке двери и еще на рубашке точно
была кровь. Выходит, он в самом деле был ранен. А потом подошел тип в маске и
выстрелил, я тогда подумала: в голову,
контрольный выстрел, как в кино показывают. Но видеть этого своими глазами не
видела, потому что мешала дверь. Глупо
ожидать, что тип в маске просто в землю палил, так, для развлечения, выходит,
либо в самом деле контрольный выстрел, либо
все это туфта чистой воды.
А что? Очень даже может быть. Предположим, Мелех решил какое-то время
побыть мертвым и разыграл этот спектакль для
доверчивого зрителя, каковым явилась я. Зачем это ему? Кто ж его знает, может,
понадобилось. Так, так, так... Допустим, он
знал о готовящемся покушении и инсценировал свою смерть. А сам посиживает себе
где-то да посмеивается.
"По-моему, это глупость, - со вздохом заметила я, пожонглировав данной
мыслью и так, и эдак. - Не может он годами
прятаться и смеяться". Почему же годами? А если ему и недели хватит, чтоб
утрясти свои дела? А потом Николай Петрович
явится в свой ресторан и порадует всех, что жив-здоров. Или похищение придумает.
Поищут похитителей и угомонятся, тем
более что связи у сукиного сына есть и он наверняка знает, как обстряпать такие
дела.
Против данной версии было одно: кровь. Я ее видела собственными глазами.
Разумный человек не позволит себя дырявить
даже для большей доcтоверности. А вот "за" набралось предостаточно. Прежде всего
невероятная покладистость Мелеха:
понадобилось мне его соблазнить - и соблазнился, предложила поехать на дачу - с
радостью. Я ведь даже не предлагала, он,
можно сказать, сам напросился, и охрану оставил, и меня за руль посадил... Я еще
у него в доме подумала: он мне будто
подыгрывает. Вот сволочь, нашел дуру... Теперь я с пробитой головой и в дерьме
по самые уши, а ему и горя мало. Так, еще
разочек, что у нас получается. Павел решает убить Мелеха, тот об этом каким-то
образом узнает... узнать-то ничего не стоило,
достаточно было установить за моей квартирой наблюдение. Мелеху это раз плюнуть,
охрана у него ого-го, есть кому поручить
и техники в его доме понатыкано, следовательно, обращаться с ней парни умеют.
Только с какой стати ему наблюдать за моей
квартирой? Откуда Мелеху знать, что Павел со своим фантастическим предложением
обратится ко мне? Так я сама ему о
визите блондина рассказала... Правда, блондин никакого отношения к Павлу не
имеет, хотя и это писано вилами на воде. Я
рассказала, Мелех насторожился и приставил за мной своих ребят. Они засекли
Павла с компанией и решили подыграть им.
Павел ожидал Мелеха на даче, а того якобы убили по дороге. Павел его ждет и
блондин тоже, если они, конечно, из разных
компаний... Возможно, и дождались, не удивлюсь, если на даче четыре трупа. От
этой мысли мне сделалось нехорошо. Мелех
разделался со своими врагами, а через недельку чудесным образом воскреснет...
Хитер, ничего не скажешь. Убийц изображала
его охрана (то-то голос был знакомый), и теперь Мелех к четырем трупам вроде
никакого отношения не имеет, раз сам был
убит или похищен. Ловко.
Я скрипнула зубами и пробормотала, грозя кулаком потолку:
- Ну, сволочь, я тебя найду, если ты Жив. И ты у меня пожалеешь, что не
умер на дороге.
Следующие двое суток прошли в размышлениях и разговорах. Наведались господа
из милиции, вновь заглянул Лев
Кириллович. И с теми, и с другими я подолгу беседовала, но ничем их особо не
порадовала. Прибегал Юра справиться о моем
здоровье, а на самом деле напомнить о необходимости держать язык за зубами.
Именно он сообщил две новости, первая: на
даче никаких трупов. Мне бы порадоваться, но я не торопилась, трупам ничего не
стоило возникнуть в другом месте. Вторая
касалась Виктора.
- Витя твой никуда не пропал, - буркнул Юра, - он у тетки отдыхает. Тетка у
него заболела, вот он и рванул к ней. Чуть ли не
каждый день звонит на работу, о делах справляется. Говорит, тетка обещала
отписать ему квартиру.
- А если это "липа"?
- Почему "липа"? Его компаньон не сомневается, что это он звонит.
- Что же получается? Я считаю, что он в заложниках... Постой, когда он
звонил?
- Вчера, - ответил Юра.
- Это хорошо, значит, живой, - заметила я в раздумье. - Кассету, где
заснято, как его избивают, я видела собственными
глазами. Да я с этими маньяками связалась исключительно для того, чтобы спасти
парня. Ну, может, не исключительно, -
пошла я на попятный, потому что врать не любила;
- Не знаю, - сверля меня взглядом, сказал Юра. - Ты говоришь одно, а на
деле...
- Наделе парень томится в неволе, а вам и горя мало. Тетка эта его -
глупость несусветная.
- Глупость то, что ты сейчас говоришь. Если он заложник, зачем его до сих
пор держать? Уже либо убили бы, либо
выпустили, раз Мелеха уже кончили.
- Не скажи, - задумчиво покачала я головой и удостоилась его пристального
взгляда.
- Это как же понимать? - понаблюдав за мной, спросил Юра. - Ты что, про
стрельбу и прочее соврала?
- Еще чего. Была стрельба, машину вы видели. А кровь на месте преступления
обнаружили?
- Конечно. Его кровь. Группа редкая и резус-фактор...
- Но трупа нет. Скажи мне, как сотрудник милиции, зачем людям труп?
Сотрудник задумался, потом пожал плечами:
- Черт его знает.
- То-то. Мозги нам пудрят.
- Кто?
- Ты в милиции работаешь, вот и ищи - кто. Неужели не интересно?
- Знаешь, что я тебе скажу, Полина, по голове ты уже получила, вот и
угомонись. Добром все это не кончится. Витя твой
найдется, а Мелех... черт с ним, забудь и живи себе спокойно.
- Ладно, - согласилась я, - если найдется, заживу.
Он вздохнул и удалился.
Телевизора в палате не было, зато было радио, и я, чтобы отвлечься от
грустных мыслей, решила его послушать, но и здесь
мне не повезло: на местном радио шла передача, темой которой была криминальная
ситуация в городе. Ситуация эта удручала
милицейские чины и совершенно не нравилась мне. О предполагаемом убийстве Мелеха
в ней тоже не забыли, но говорили об
этом такими обтекаемыми фразами, что ничегошеньки узнать не удалось. Потом гость
программы - судмедэксперт - таких
ужасов понарассказывал, что стало ясно: ночь без кошмаров не обойдется. Тут
гость, решив, должно быть, немного смягчить
впечатление, перешел к курьезным случаям. Один из случаев прочно угнездился в
моем сознании. Если верить эксперту, дело
было так. Из морга исчез труп. Лежал себе и вдруг среди ночи исчез и
отсутствовал ровно час, после чего вернулся. Где труп
"гулял" в течение часа, остается загадкой по сей день. Выслушав эту мистическую
историю, я на пару с ведущей недоверчиво
хихикнула, но вместо того, чтобы выбросить эту глупость из головы, в очередной
раз задумалась. Гуляющие трупы нашли в
моей душе внезапный отклик. Вот и труп моего дорогого друга тоже где-то гуляет.
Дальше моя фантазия разыгралась не на
шутку, но мне пришлось ее попридержать, потому что начался вечерний обход. Потом
пришла медсестра, сделала укол и я
уснула, а пробудилась точно от толчка. Палату заливал лунный свет, струящийся из
окна, а на стуле рядом с моей постелью
сидел мужчина и сладко шептал:
- Здравствуй, солнышко.
Тут уж я проснулась по-настоящему и сразу же собралась орать, потому что
никаким видением и не пахло. Все так и есть:
лунный свет, а рядом блондин на стуле, и никакая он не галлюцинация, а самый
настоящий кошмар наяву.
- Ты как здесь, .. - начала я и перебила сама себя:
- Что-то я не то спрашиваю.
- Да уж, - согласился он, ухмыляясь. - Мне тебя сейчас пришить - раз
плюнуть.
В это я сразу же поверила и возражать не стала, но на всякий случай
напомнила:
- Возле палаты дядька дежурит, я же важный свидетель. Вот сейчас возьму и
заору.
- Не советую, - сказал Феликс. - Дядька все еще сидит, но вряд ли поможет.
Дело-то это секундное.
- Ну и что, зато тебя поймают.
- Тоже вряд ли, - беспечно заявил он. - Я умею ходить сквозь стены. Раз - и
нет меня.
- Так я тебе и поверю, - косясь на белый халат, в который он был облачен,
ответила я. - А стетоскоп зачем нацепил?
- Для важности. Значит, ты свидетель. Свидетель чего, скажи на милость?
- Убийства, естественно, - обиделась я и торопливо добавила:
- Слушай, я не виновата, что его по дороге пристрелили. Я делала то, что
мне приказали, а эти придурки на дачу не поехали и
расстреляли машину вместе с Мелехом по дороге. Я тоже пострадала.
- Болит головка-то? - участливо спросил он.
- Еще как.
- Значит, Мелех скончался? А труп куда улетучился?
- Не знаю. Я сегодня передачу слушала, так один эксперт по покойникам
рассказывал, как труп из морга куда-то ушел.
Потом, правда, вернулся.
- Сдается мне, что наш не вернется.
- Чего вы ко мне привязались? - вздохнула я. - Ничего я в ваших делах не
смыслю. Все грозятся, а у меня и так голова
пробита. Я и раньше-то плохо соображала, а теперь вообще ни одной светлой мысли.
- Так это затея Мелеха? - спросил он.
- Вы имеете в виду, что он сам подстроил свое убийство? - ахнула я.
- Почему бы и нет?
- Зачем ему это?
- Ну, к примеру, чтобы со мной не встретиться.
- У вас что, старые счеты?
- Догадливая, - обрадовался он. - Так куда твой дружок зарылся?
- Если и зарылся, то мне не сказал.
- Между прочим, похоже на правду, - неожиданно легко согласился Феликс, -
потому что он хитрый и точно знает: если я
начну спрашивать, ты обязательно ответишь.
- Так я и не спорю, - испугалась я.
- Ладно, рассказывай, как дело было. Конечно, я рассказала, он слушал и
кивал, а я гадала, чем закончится наш разговор.
Закончив свой рассказ, я для приличия помолчала, а потом спросила:
- Вы его на даче ждали?
- Ждал, ждал, но не дождался, - хмыкнул Феликc, а я почему-то сразу поняла:
врет. - Вы когда из города выехали, за вами
джип плелся, красненький такой?
- Джип? - удивилась я. - Да там вообще ни одной машины не было.
- Очень интересно.
- Говорю, не было. Дорога совершенно пустая...
- Верю. А вот к твоему дому Мелех подъехал с сопровождением.
- Когда мы в машину садились, во дворе...
- Он между гаражами стоял.
- Так вы возле моего дома ждали? - догадалась спросить я.
- Точно. Даже проводил вас немножко.
- И Павла видели?
- Само собой.
- Значит, вы верите, что я правду сказала?
- Ну, милая, - присвистнул он, - правда такая штука... Я и себе не каждый
день верю.
- Но если вы во дворе были, когда мы в машину садились, отчего тогда же
Мелеха не шлепнули? Чего уж проще...
- Мог бы, - согласно кивнул Феликс, - но уж очень интересно было, что этот
гад задумал. Он о моем интересе знает, вот и
обнаглел.
- В каком смысле? - не поняла я.
- В прямом. В игры со мной играет, загадки загадывает. Ладно, разберемся. -
С этими словами он неожиданно поднялся и
зашагал к двери, а я, обалдев от такого счастья, брякнула:
- Эй, а мне что делать?
- Голову лечи, - посоветовал он и исчез за дверью.
Минут пять я приходила в себя, потом вскочила, забыв про наставления врача,
и кинулась к двери. На стуле сидел мой страж
и дремал.
- Вы его видели? - накинулась я на него. Он не ответил, должно быть, крепко
спал, и я, возмущенная такой
безответственностью к порученному ему делу, тряхнула его за плечо. В ответ на
это мужчина свалился со стула, голова его
ударилась об пол, но он так и не проснулся.
- Труп, - ахнула я, пятясь в палату. "Конечно, труп, - билось в мозгу - это
Феликс..." Ох, как мне стало нехорошо, я
заметалась от окна к двери, подгоняя саму себя. "Давай думай, что делать.
Поднять тревогу? Может, он еще жив?" Я выглянула
в коридор, мужчина по-прежнему лежал у стены, не меняя позы, коридор был пуст, а
тишина стояла такая, будто все разом
вымерли. Замирая от ужаса, Я наклонилась, схватила вялую руку мужчины и
попыталась нащупать пульс; Не знаю,
действительно ли я почувствовала слабые толчки или мне только показалось, но я
собралась заорать и тут услышала шаги,
такой звук могут издавать только каблуки-шпильки. Женщина шла по коридору и вотвот
должна была показаться из-за угла.
Значит, живые в больнице остались.
Я юркнула в палату, не соображая толком, что делаю, шаги приближались, я
торопливо легла в постель и даже глаза закрыла.
Вдруг шаги замерли, послышалось отчетливое: "Господи", потом дверь палаты
распахнулась и в нее стремительно вошла
медсестра. Я слабо пошевелилась и даже пробормотала что-то, давая понять, что
жива.
Женщина выскочила в коридор. Раздался неясный шум, затем послышались шаги,
судя по ним и сдержанным голосам,
теперь за дверью было никак не меньше трех человек.
В палате появился врач, я села и с испугом взглянула на него.
- Как себя чувствуете? - спросил он.
- Голова болит...
- Ага, - ответил он растерянно и удалился. Шум за дверью стих, но ясно, что
ненадолго. Если я что-нибудь понимаю, сейчас
непременно появится милиция. И что я им расскажу? "Думай, Думай", - подгоняла я
себя. А что тут придумаешь? Больница
для меня место не безопасное, к тому же, лежа здесь, до правды не докопаешься, а
головы вполне можно лишиться. Сегодня
Феликс добрый, а завтра, глядишь, и нет, да, и кроме него, есть еще люди. "Надо
сматываться", - прошелестело у меня в мозгу,
и в тот момент мысль показалась мне необычайно дельной.
Я села в постели, прикидывая, как воплотить ее в жизнь, заодно напомнила
себе, что у меня сотрясение мозга. Впрочем,
Олег Сергеевич, лечащий врач, уверял меня сегодня, что рана пустяковая, до
свадьбы заживет, и сотрясение тоже так себе, не
сотрясение даже, а сотрясеньице. Если поберечь себя, авось и пронесет, голова не
развалится. Однако в ночной рубашке и
босиком (у меня даже тапок нет) никуда не побежишь.
Я окинула взором палату, точно зная, что ничего полезного здесь не
обнаружу, затем прошла к двери и осторожно
выглянула. Коридор был пуст. Я вышла, прикрыла дверь и отправилась в сторону,
противоположную той, откуда появилась
медсестра. Ранее гулять по отделению мне не приходилось, и я шла, что
называется, наудачу. Одна дверь, выходящая в
коридор, была чуть приоткрыта, в лунном свете виднелись очертания двух кроватей.
"Палата", - сообразила я и на всякий
случай заглянула туда. Прямо возле двери стояла вешалка, на ней висело несколько
халатов, один больничный, теплый, а возле
постели, на которой мирно спала женщина внушительной комплекции, стояли тапочки.
Я сунула в них ноги - великоваты, но
сойдет, схватила два халата и припустилась по коридору. Если меня сейчас
поймают, то неприятных вопросов не избежать.
Чего доброго решат, что это я дядьку того... "И вправду решат", - перепугалась я
и хотела вернуться, но тут дверь впереди
распахнулась, и я с перепугу устремилась в боковой коридор, который вывел меня
на лестницу.
Я торопливо спустилась с третьего этажа, где располагалось отделение, на
первый и оказалась перед запертой дверью,
правда, заперта она была изнутри и не на ключ, а на задвижку, так что я без
осложнений выскользнула на улицу.
Было холодно - и я поспешила одеться, вместо пальто сойдет больничный
халат, а вот со вторым халатом я дала маху - он
был на пять размеров больше и волочился по земле.
- Ну надо же, - обиделась я, стараясь хоть как-то его подвернуть. Пока я
вела борьбу с халатом, из-за угла показалась
машина, осветив фарами пространство перед подъездом. Я поторопилась укрыться в
кустах, пробежала вдоль стены и оказалась
у другого конца здания, отдышалась и отважно шагнула на тротуар.
Никто не заорал "держите ее", и это было уже хорошо. Теперь следовало
решить, куда я хочу попасть. Идти по улицам в
таком виде неразумно, могут в психушку отправить. До своей квартиры я точно не
доберусь, да и опасно мне туда
возвращаться. Словом, выходило так, что мне одна дорога - к Ольге. Живет она
неподалеку, и о ней мало кто знает, знакомы
мы с ней всего месяц.
Не раздумывая, я свернула на улицу Батурина: выбора у меня все равно не
было. Мелкими перебежками, без конца
оглядываясь и тяготея к кустам и подворотням, я вскоре вышла к Ольгиному дому,
вбежала в подъезд и позвонила в квартиру
на втором этаже.
- Кто? - сонно спросила Ольга из-за двери, когда я едва не отдавила себе
палец о кнопку звонка.
- Полина, - ответила я, радуясь, что смогла разбудить подругу.
Она распахнула дверь и, разумеется, вытаращила глаза. Ничего удивительного
в том, что у людей при виде меня
отваливается челюсть, - выгляжу я, мягко говоря, необычно.
- Что случилось? - пробормотала Ольга, схватила меня за руку, втянула в
прихожую и зачем-то выглянула в коридор, после
этого заперла дверь и уставилась на меня. - Ну? - сказала она испуганно.
- Все нормально, - поторопилась я заверить ее, - я из больницы сбежала. -
Тут мне стало ясно, что Ольгу я ничуть не
успокоила, и пришлось продолжить:
- Делать мне там совершенно нечего.
- Как ты в попала больницу?
- После аварии, - подумав, соврала я, решив подготавливать Ольгу поэтапно.
- Ты что, прячешься? - хватаясь рукой за левую грудь, задала она очередной
вопрос.
- Нет, зачем? - испугалась я.
- А чего тогда ко мне пришла, а не домой? Вот что, идем на кухню, выпьем
чаю, и ты все мне расскажешь. Подробно.
Ольга оказалась авантюристкой, это я поняла минут через пять. Мой рассказ
вызвал у нее чувство, подозрительно
напоминающее восторг, трупы ее ничуть не смутили, а на лице было написано
желание поучаствовать во всем этом.
- Ни фига себе, - пробормотала она, когда я закончила свой рассказ. Надо
пояснить, что донесла я его до Ольги в усеченном
виде. Ехала с Мелехом, вдруг стрельба, мне по голове стукнули, очнулась в
больнице, разный народ ходит и убийством
интересуется, а сегодня мой страж едва не погиб (а может, и погиб), и я решила
не дожидаться, когда придет моя очередь, и
сбежала.
- И что теперь? - продолжала волноваться Ольга.
- Уехать я не могу, - принялась вслух рассуждать я. - У меня паспорт в
больнице и деньги тоже там, если их не свистнули,
конечно.
- Может, мне в больницу сходить, прикинуться родственницей и попробовать
паспорт забрать? Деньги у меня есть, правда
немного, всего двести баксов, но на первое время хватит. Главное паспорт, без
него в бега не сорвешься. Слушай, а где ты этого
Мелеха подцепила? Говорят, он...
- В баре, - перебила я, не желая рассказывать историю своей жизни.
- В баре познакомились? - вроде не поверила Ольга.
- Да.
- Давно?
- В тот день, когда меня уволили.
- Понятно. Ну и как он?
- Нормально.
- А говорят...
- Ольга, - вновь перебила я ее, - давай подумаем, как забрать мои вещи из
квартиры, не могу же я в таком виде...
- Пустяки, - заявила она, - у нас один размер, а шмотья у меня -
завались... Но ты чего-то не договариваешь, мне же
интересно.
- Давай спать, - вздохнула я, - я у тебя до утра останусь, ладно?
- Конечно. Я тебе на диване постелю. Через десять минут я уже лежала,
закрыв глаза, и силилась уснуть, этому
препятствовали два обстоятельства: Ольгины вопросы и собственные мысли,
неизвестно, что допекало больше. Наконец Ольга
примолкла и вскоре засопела, а потом и мои мысли начали путаться, я задремала.
Поднял нас будильник. Ольга вскочила, и я следом за ней.
- Спи, - сказала она почему-то шепотом, - тебе поберечься надо, сотрясение
- не шутка. Ты отдыхай, а я после работы в
больницу заскочу, разведаю что к чему.
- Ольга, - позвала я, - ты в это дело не суйся. Я и так жалею, что пришла к
тебе, просто податься было некуда. Это ведь все
по-настоящему, и убить запросто могут.
- Друзья познаются в беде, - подмигнула она, стало ясно: просмотр боевиков
пагубно сказался на мозгах подруги.
- Ольга, ты дура, - пробормотала я, она подошла и, пакостно улыбаясь,
спросила:
- Вот принесу я тебе паспорт и денег дам, ты уедешь?
- Ну... - пожала я плечами.
- Гну. Не уедешь. А почему? Потому что тебе интересно узнать, что
происходит. И мне интересно. Такое, может, раз в
жизни бывает.
- Вот оторвут нам с тобой башку на пару... - разозлилась я, - тогда подругому
запоешь, то есть петь уже не сможешь,
спохватишься, да поздно.
- Ладно пугать-то, посмотрим, может, ничего, может, обойдется.
- Нет, ты правда дура, - вздохнула я и пошла в ванную. Первым делом сняла
бинт: лоб мой выглядел впечатляюще. - Ольга, -
позвала я, она тут же возникла в ванной, взглянула на меня и нахмурилась.
- Зря ты повязку сняла. Больно?
- Нет. А ты смотри, смотри и помни: эти психи не шутят. Ножницы есть? Надо
челку выстричь.
- Зачем?
- Как я с таким украшением появлюсь на улице? А с повязкой на голове тем
более, все будут обращать внимание.
Ольга принесла ножницы, и через минуту лоб мой закрыла длинная, до бровей,
челка.
- А ничего, - вглядываясь в меня, заявила подруга. - Кстати, узнать тебя в
таком виде не просто. А если волосы
перекрасить...
- Ты на работу опоздаешь, - пресекла я ее порыв. - Значит так, ты ни во что
не вмешиваешься, паспорт я попробую достать
сама, а если не получится, так и черт с ним, пока обойдусь. Денег одолжи, рублей
пятьсот, на всякий случай. И еще к тебе
просьба: подумай, где бы я могла устроиться, скажем, на неделю. Дачный домик или
что-то в этом роде вполне подойдет.
- А здесь тебе что не живется?
- Ольга, - вздохнула я, - говорю, не шутки это. Твою квартиру вычислить не
так уж и трудно, раз мы вместе работали и
дружбу свою не скрывали.
- Тогда теткина квартира. В Костино.
...Закладка в соц.сетях
