Жанр: Электронное издание
pirans
...тая на уровне колен проволока, с шумом упали. Шум показался грохотом
взрывов.
Мазур выскочил наружу, временно плюнув на полную бесшумность, но все же
привычно двигаясь как можно тише. Полог жилой палатки дернулся - кто-то
спрятал голову, втянул моментально.
И тут же крик:
- Тревога!
Мазур отскочил за палатку, держа автомат дулом вверх. В конце концов, не
он первый начал, разведка, как частенько бывает, плавно перелилась в огневой
контакт...
Снизу, от самой земли, наугад выстрелили - и еще раз, и еще. Кто-то,
выползши из палатки, сгоряча палил в ночную темень.
Новый вопль, такой дикий, что даже Мазура проняло:
- Не стрелять! Не стреля-ать!
Странно, механически отметил Мазур, задом-задом, на полусогнутых,
отступая к воде так, чтобы мех ним и "жильем" был "склад". Странно. Орет,
словно его кастрируют... Впрочем, не так уж и странно. Если пуля пробьет
баллоны для акваланга... да нет, там же не чистый кислород... Что же он так
паникует? Может, у них и гранаты на складе? С ввинченными взрывателями?
Ерунда какая...
- Не стрелять!
Или это те баллоны? В которых непонятно что? Мазур, все еще пятясь,
послал короткую очередь в сторону дико оравшего, именно "в сторону", не
собираясь попадать. Так, припугнуть, чтобы не высовывался...
- Не стрелять! Вперед!
Мазур по собственному опыту знал, как трудно выполнять такую команду - не
стреляя, переть на вооруженного, активно работающего своим стволом
противника. Чисто психологически тяжело, даже для битого волка... И потому
он, веером пустив над головами длинную очередь, отступал медленнее; чем мог
бы. Однако и не мешкал.
Бултыхнулся в воду, нарочно проделав это с таким шумом, словно нырял
впервые в жизни. И, резко развернувшись влево, рванул под водой уже в
спринтерском темпе, так, словно за ним гналась маявшаяся белой горячкой
белая акула, и в нормальном состоянии своем не питавшая любви к
человечеству.
Вылезши на берег за скалой - уже бесшумно - в темпе надел акваланг, но в
воду входить не торопился. И правильно сделал - вскоре на той стороне глухо
ухнул взрыв. Так рвется брошенная в воду граната. Ребята действовали, в
общем, грамотно, глушили его, как рыбку, видимо, с маху сообразив, что такой
визит мог нанести только подводный пловец. Еще взрыв. И еще. Заполошный
треск автоматной очереди - кто-то решил подмогнуть, и, между прочим,
напрасно, пуля из обычного оружия в воде почти сразу теряет скорость и
пробивную силу...
По воде полоснул луч прожектора - он даже не отклонился в сторону скалы,
где скрывался Мазур. Там твердо решили, что агрессор рванул от берега по
прямой. Идиоты...
Гулко взревел мотор - конечно же, кинулись на судно, возжаждав погони,
гранатами хотят забросать, скорее всего. Ну, будет вам сюрприз...
Ждать пришлось недолго. Через полминуты обстоятельно и оглушительно ахнул
взрыв - винт, должно быть, провернулся так энергично, что взрыватели
сработали одновременно... Мазур оскалился в темноте - рано записывать нас в
старики, господа, право же, рано...
По ту сторону скалы больше не стреляли, доносились только яростные маты,
вполне уместные и простительные. Судя по всему, Робинзонам везло, никого не
зацепило осколками. Грех было не использовать воцарившееся в стане
противника ошеломление, и Мазур, на сей раз беззвучно, соскользнул в воду и
наддал на пределе сил, опасаясь, что в воду опять полетят гранаты.
Обошлось. Когда, по его расчетам, Мазур отплыл достаточно далеко, чтобы
не опасаться гидравлического удара, он всплыл, оглянулся. В палатке
по-прежнему светился огонек, но на таком расстоянии никакого движения
рассмотреть уже было нельзя. Одно ясно - взрыв получился чистенький, судно
не загорелось, но винт наверняка разворочен начисто. Вот и робинзоньте
теперь, орите по рации, жалуйтесь, как вас обидели...
Обратный путь показался не в пример длиннее- возможно, оттого, что Мазур
часто сверялся с компасом, прикидывал по часам пройденный путь. Как ни
поддерживай себя напоминаниями о собственном устоявшемся суперменстве,
ночная стыковка с обеспечивающим судном - дело серьезное. Он плыл в
абсолютном мраке, где не различить было воды и неба, невесомый, словно в
космосе, свободный от мыслей и чувств, концентрируясь на одном: подавить в
зародыше неуверенность и тревогу.
И справился, без ложной скромности, неплохо. Синий луч прожектора был
направлен с кормы "Морской звезды" параллельно берегу острова, так что его
никак нельзя было заметить с суши.
Мазур обнаружил прожектор справа от себя почти в расчетное время,
мысленно поздравил собственную персону с успехом - он разминулся с кораблем
не более, чем на два кабельтова. В таких условиях -весьма неплохой
результат...
Дальше было совсем просто. На радостях он не удержался от легонького
хулиганства - всплыл возле самого борта шлюпки, все это время прилежно
качавшейся у трапа, выскочил наполовину из воды, заставив матроса подскочить
на банке и вполголоса выматериться. Когда он, освободившись от акваланга и
ласт, взобрался по трапу, обнаружил рядом с Кацубой явно озябшую Дашу и
быстренько сообразил, что к чему - рыжеволосая в глубине души побаивается,
что от нее злодейски утаят нечто важное. Мазур опасался даже, что полезет
следом за ним в душ - нет, обошлось. Но потом не отставала ни на шаг,
игнорируя насмешливые взгляды Кацубы.
Он докладывал кратко, четко, как-никак была большая практика. И заняло
это совсем немного времени.
- Великолепно,- сказала Даша, видя, что остальные молчат.- Я вам, честное
слово, завидую, господа офицеры,- непринужденно высаживаетесь на остров,
оставляете пару трупов... Прелестно. Завидки так и берут...
-Я вам совсем забыл сказать, Дарья Андреевна,- задумчиво протянул
Кацуба.-Аккурат несколько часов назад, когда наши друзья поплыли на "Веру",
их под водой пытались порезать ножичками некие нехорошие парни. Которые к
тому же притащили туда нечто, крайне напоминающее подрывной заряд...
Она подняла брови:
- И куда эти ребята потом девались?
- Один успел сбежать,- сказал Кацуба.- А двое... знаете ли, не успели...
Ну, это наши дела, мы не собираемся писать заявление в милицию. Хочу вам
только напомнить, что именно к этому самому островку собирался направить
судно еще один покойный "плохой парень", который так невежливо тыкал в вас
пистолетом... По-моему, это наглядно свидетельствует, что обитатели острова
- народец то ли криминальный, то ли наглый до предела, коли уж не уважает ни
нашей конторы, ни вашей... Я логично рассуждаю?
- Логично,- сказала она.- И теперь, кажется, понятно, отчего вы так
гостеприимны и любезны. Всегда можно сказать: в то самое время, когда ваши
головорезы окаянствовали на суше и на море, на борту судна присутствовала
майор Шевчук...
- Вот именно,- сказал Кацуба с ангельской улыбкой.- Прагматики мы, что уж
там... А вы - нет? Дарья Андреевна, вас ведь никто на аркане не тянул.
Такова уж игра - мы пытаемся выжать из вас какую-то информацию, а вы, в свою
очередь, ходите по пятам, стараясь вызнать нечто полезное вам... Вынужденный
симбиоз,- и он улыбнулся еще ослепительнее.- Хорошо. Я прекращаю все попытки
убедить вас произвести бартерный обмен. Все равно не скажете, зачем сюда
приехали и за кем гонитесь. Я надеюсь лишь на ма-аленькую услугу: если у нас
будут какие-то неприятности с местной милицией, рассчитываю за ваше чуткое
заступничество. В конце концов, мы вам еще нужны... Вдруг да пригодимся.
- Постараюсь,- сказала она, определенно делая над собой усилие и не
высказав вслух все, что о Кацубе думает.- Если вы не устроите нечто вовсе уж
запредельное...
- Железная девочка,- сказал Кацуба, когда за ней закрылась дверь.-
Мучается, бедная. И хочется, и колется, и мама не велит. Между прочим, я
всерьез опасаюсь неких акций. Налет на слухачей вроде бы прошел без
последствий, но после сегодняшних свершений могут и оби-деться. И будет нам
нешуточная проверка. Если они имеют некое касательство к конторам и органам,
нам устроят серую жизнь...
- А если это все же некие частники? - спросил Мазур.
- Тогда могут и попытаться отправить нас на тот свет,- как ни в чем не
бывало сказал Кацуба.- Нет, хорошенький будет тест... А потому нужно как ни
в чем не бывало возвращаться в гостиницу. Не боишься?
- Я свое отбоялся,- хмуро сказал Мазур.- Давно уже... Радисты ничего
такого не перехватывали? Пока я плыл, можно было весь полевой устав по радио
передать...
- Была передачка,- кивнул Кацуба.- Продолжительностью около пяти минут.
Никаких сомнений, шла с острова. Шифрованная, конечно. Ну, она-то меня не
интересует - и оттого, что дешифровщика на борту, как ни запаслив Степан
Ильич, нету, и потому, что эта передачка может быть только паническим
докладом об уроне и потерях... Держи.
Он вытащил из внутреннего кармана "Макаров", положил его на стол, прикрыл
красной книжечкой. Мазур ее тут же раскрыл. Фотография была его, он
по-прежнему оставался Микушевичем Владимиром Степановичем, но на сей раз в
звании капитана, и имел честь состоять на службе в Шантарском военном
округе.
- Запасной вариант,- сказал Кацуба.- На случай открытого конфликта с
органами, охраняющими правопорядок от граждан... Паспорт твой я уже
истребил. Да и свой тоже. Пора переходить из разряда цивильных придурков в
категорию людей, за которыми есть кое-какая сила. По-моему, самое время...
- Сожрут нас "зеленые",- бросил Мазур, привычно проверяя пистолет.
- Ну и черт с ними. Выжали мы из них все, что могли... Ты погоди, пушку в
карман не пихай, Ильич кобуру сейчас принесет... Знаешь, что меня во всей
этой истории интригует больше всего? Загадочные баллоны в комплекте с
противогазами.
- А может, и не особенно загадочные? - сказал Мазур.- Ты что, забыл про
сейнер? Теперь, когда мы знаем и про их аквалангистов, и про скоростное
суденышко, можно выдвигать версию. "Подушечник" без труда догоняет рыбацкую
посудину, экипаж в противогазах. Людей заставляют поднять руки, спуститься,
скажем, в трюм... И пускают газ. Потом художественно располагают трупы в
надлежащих позах, доводят сейнер до определенного места, пересаживаются на
свое судно...
- Голова у тебя работает,- тихо сказал Кацуба.- В самом деле, версия
интересная. Я бы сказал, способная обернуться правдой... И то, что они
боялись стрелять по палатке, сюда прекрасно укладывается.- Он досадливо
помотал головой.- Но "Вера" эта клятая... Она-то ни в какую версию не
укладывается...
...Мазур потянулся за сигаретами, и сразу же рядом тихонько заворочалась
Фаина:
- Не спишь?
- Да покурить захотелось,- сказал он.- Я думал, ты уснула...
- Не могу никак. Дай и мне, что ли... Мазур щелкнул зажигалкой,
трепещущий язычок выхватил из мрака ее грустное лицо, круглое голое плечо в
ворохе разметавшихся волос. Он чувствовал себя самую чуточку неловко -
вернувшись за полночь в гостиницу и встретив Фаину, поневоле принял ее самое
недвусмысленное приглашение, нельзя же отталкивать женщину, с которой провел
прошлую ночь, ссылками на усталость, не по-мужски как-то, но и не
признаешься, от чего именно устал, от каких таких трудовых свершений. Ну, и
самую малость оскандалился - незаконченным импотентом себя показал, но и
хвастаться было нечем... Стареем?
- Да ладно тебе,- сказала Фаина, уткнувшись щекой в его плечо.- Кряхтишь,
ворочаешься... Я же вижу, что ты весь - как выжатый. Очень устал?
- Да здорово вымотался, если честно,- признался он.
- Вот и сказал бы прямо. Я же не дура, могу понять.
- Неудобно как-то было.
- Неудобно...- фыркнула она.- Ох вы, мужики, как дети... Да любая баба
честно тебе скажет, что ухайдокалась до предела за стиркой-готовкой, ни на
что не способна... И переживать из-за этого не станет. А я тем более тебя
могла бы понять, получше некоторых. Герка тоже выматывался, я-то знаю...
- Какой Герка?
- Господи, да Гриша...- она слегка напряглась.- Ты знаешь, он же был по
паспорту Герман. Сначала. Батя отчудил. Ну, а потом, когда Герка вошел в
сознательный возраст, стал соображать: Герман, да еще Агафонович, да еще
Соловаров... Когда меняли паспорта - помнишь старые, черно-зеленые? - на
красные, он и записался Григорием. Говорил, так оно нормальнее... Здоровый
был мужик, да ваша работка выматывает...
- Погоди-погоди,- Мазур, наконец, кое-что сопоставил.- Он что, водолаз?
- Ну да,- буднично сказала Фаина.- Года до восемьдесят девятого работал в
порту. Пока не ввязался во все эти дела. А водолаз был хороший... первого
класса... или первого разряда... не помню, как это у них называется. Как раз
в восемьдесят девятом мастера дали.
- Водолаз-мастер? - спросил Мазур.- Первый класс?
- Точно. Так это и называлось.- Она тяжко вздохнула.- Господи ты боже
мой, водолазам в порту до сих пор хватает работы, и деньги платят почти
регулярно... Не полез бы в эти заморочки, был бы жив... Ведь двое детей
осталось... А ради чего? Ради этой болванки?
- Какой болванки? - лениво спросил Мазур, все еще обдумывавший нежданную
новость и пытавшийся найти ей место в общем коловращении загадок.
- Сейчас покажу,- она набросила халат и выскользнула из постели.- Все
равно хотела вставать, чаек поставить... Чаю хочешь?
- Да можно,- сказал он, насторожившись. Зажегся ночник. Они пребывали на
третьем этаже, в самом обыкновенном гостиничном номере, который Фаина
экономии ради приспособила под жилье, благо постояльцев всегда было меньше,
чем комнат. Когда они пришли сюда, Мазур особенно не осматривался,
обуреваемый одним желанием -растянуться на чем-нибудь мягком.
И, оказалось, проглядел кое-что весьма любопытное...
- Вот, посмотри,- сказала Фаина.- Чтобы мне не поднимать. Тяжеленная
штуковина.
Она развернула лампу на гибком шнуре так, чтобы свет падал на стол, ушла
в другую комнату, где вопреки гостиничным правилам оборудовала кухоньку.
На столе Мазур увидел часы - вернее, вещицу, когда-то, быть может, и
считавшуюся произведением искусства. Циферблат был вмонтирован в приличных
размеров кораблик из светлого металла. Возможно, даже и серебро. С полметра
длиной, не меньше. Мазур приподнял обеими руками - тяжеленная штуковина,
пожалуй что и серебро.
Он присмотрелся. Когда-то занятная безделушка, по всему видно, была
сработана очень тщательно, но потом ее испортили, варварски очищая от
патины, повсюду видны следы напильника, сплошные царапины... Руки-крюки,
сущий антиквариат загубили...
Где-то он уже видел этот самый кораблик. В натуре.
Совсем недавно, не далее как сегодня. Под водой, на дне. На столе в ярком
свете ночника стояла отлитая из серебра модель "Веры". Вот и полустертая тем
же варварским рашпилем надпись на носу... Все точно. "Вера". Никаких
сомнений.
Часы, разумеется, не шли. Стекло чертовски мутное. Стоит только
предположить, что вещичка провела под водой лет этак восемьдесят... Все
сходится.
- Вот сокровище,- сказала вернувшаяся Фаина.
- Где он это взял?
- Откуда я знаю? Приволок с месяц назад и просил подержать. Я сказала,
пусть стоит, мне-то что... Герка, вообще-то, пьет редко, а тут укушался
изрядно и все толковал, что это - наше с ним будущее. Уж и не знаю, почему.
Хорошенькое получилось будущее...
Мазур склонился, внимательно осмотрел пароходик. Нет, решительно не
похоже, чтобы где-то внутри был тайник. Цельное литье, никаких швов,
соединений...
- Да он не золотой даже,- бросила Фаина.- Серебряный. Никакой ценности
тут нет. Мало ли что мужикам по пьянке в голову может стукнуть...
Оторвав кораблик от стола, держа его на весу, Мазур самым внимательным
образом обследовал днище - нет, и там никаких швов...
- Что, и тебя заинтересовало?
- Да глупости, интересно просто...- и сам почувствовал, что голос звучит
нестерпимо фальшиво. После всех сегодняшних перипетий не было сил еще и на
лицедейство, в конце концов, не его ремесло...
- Слушай, Володька, ты кто такой? - вдруг спросила Фаина.- Кто вы все
такие?
- Все - это кто?
- Да ваша компания.
- Фая, что за вздор? - натянуто засмеялся он.
- Если бы вздор...- сказала она серьезно и печально.- Володя, здесь люди
не глупее, чем в больших городах, деревня даже наблюдательнее. А у нас, по
большому счету, деревня и есть. Хоть и называется городом. А бабы, если ты
не помнишь,- народ чуткий и наблюдательный. Есть у тебя двойное дно, как
Герка говаривал...
Мазур слишком устал, чтобы разыгрывать спектакли, говорить убедительным
голосом, в чем-то заверять. Мысленно махнув на все рукой, он поддернул
сползшие трусы, сел к столу, на котором матово поблескивал старинный
пароходик, нашарил сигарету и сказал:
- У всех у нас двойное дно, Фая... Тебе не кажется? У меня, у тебя, у
Герки... Знаешь что? При других обстоятельствах я бы с ним с удовольствием
посидел, выпил водки, поговорил за подводные дела...
Фаина постояла рядом, глядя на него сверху вниз, сказала вдруг:
- Да нет, вы тут ни при чем...
- Насчет чего?
- Я про Герку...
- Вот уж здесь мы абсолютно ни при чем,- сказал он вяло.- Веришь?
- Верю. Я бы почуяла, если... Только ты тут ни с какого боку не
сочетаешься...
- Слушай, ты хоть примерно догадываешься, из-за чего его могли
застрелить?
- Представления не имею,- сказала Фаина.- Думаешь, он мне что-то
рассказывал? Серьезное? Да я и не старалась вникать. Не мое дело. Герка, ты
знаешь, мужик был неплохой. И не было у нас ничего похожего на те ужасы, что
по телевизору показывают. Должен же кто-то держать порядок? Он не виноват,
что началась такая жизнь, чумовой кошмар... Не он эту жизнь придумывал.
- Он спускался к "Вере"? - спросил Мазур.
- Я так и поняла,- грустно усмехнулась Фаина.- На мента ты не похож, они
хамоватые... Из КГБ, что ли? Или как там оно нынче называется?
"А, пропади оно все пропадом",- подумал Мазур. И сказал:
- Не совсем, но около и что-то вроде...
- И Светка?
Он молча кивнул. Плевать на Кацубу. Все равно, похоже, ни одна собака уже
не верит, что питерские интеллигенты - те, за кого себя выдают. Она права -
в деревне свои законы, какая уж конспирация...
- Послушай, ты не думай...- протянул он, чувствуя себя ужасно неловко.-
Это все получилось само по себе...
- Подозреваю,- бледно усмехнулась она.- Если припомнить, ты у меня ничего
и не пытался выведывать, это я на шею вешалась... Володя, я, правда, ничего
толком не знаю. Илья встречался с Геркой, тот, которого убили в четыреста
пятнадцатом. Это-то я видела, вино им принесла... Но о делах они при мне не
говорили. Герка вообще был любитель сюрпризов. Придет и ошарашит.-Она
наклонилась к лампе.- Подожди, подожди... Так вот почему ты про "Веру"
спрашивал... Это что же, оттуда? С корабля? Кажется, удивилась она искренне.
- Похоже,- сказал Мазур.- Потому и спрашиваю. спускался ли туда Герка...
- А ты знаешь, мог,- кивнула Фаина.- Водолазную работу он не забыл,
вполне мог договориться в порту, уж ему-то не отказали бы...- добавила она с
оттенком некой своеобразной гордости.- Снаряжение раздобыл бы без хлопот...
- Подозреваю, он там все-таки был,- сказал Мазур.- И нашел что-то. Из тех
вещичек, за которые убивают.
- Что?
- Если бы я знал...
- Про этот пароход давно говорили, что на нем проклятье. И не вспомнить,
когда я первый раз услышала. По-моему, от бабки. Бабка рассказывала что-то
страшненькое, вообще она любила жуткие истории... Подожди! Если Герку убили
из-за того, что он достал что-то с "Веры", могут и заявиться к Людке...
- Жена?
- Ага. Уж она-то ничего знать не может, но им же не объяснишь... Володя,
можешь ты что-нибудь...
Мазур, не меняя позы, молниеносно протянул руку и погасил лампу. Прижал
палец к губам Фаины.
В прихожей тихонько, осторожненько поворачивалось в замке нечто железное.
Мазур лихорадочно прикинул - света ночника из коридора незаметно, а
разговаривали они тихо, двери толстые, из натурального дерева. Вполне могли
решить, что в номере спят - или что спит там одна Фаина, его могли и не
отслеживать...
Фаина накрыла ладонью его руку. Тонкие пальцы подрагивали. Глаза уже
успели привыкнуть к темноте, и Мазур встал, прокрался на цыпочках в комнату.
Прислушиваясь к доносившемуся из прихожей тоненькому металлическому
похрустыванию, достал кобуру из-под комом брошенных на стул джинсов. Оттянул
затвор пистолета, воровато оглянувшись,- щелчок показался оглушительным.
Вернулся в другую комнату, повелительно стиснул руку Фаины повыше локтя.
Она беззвучно поднялась, как сомнамбула, белым силуэтом, повинуясь его
нажиму, скользнула в спальню.
Мазур прижался к косяку. С замком, наконец, справились, дверь стала
тихонечко приоткрываться. Хорошо смазанные петли - а хозяйка она неплохая, в
диком несоответствии с моментом подумал Мазур,- не издали ни малейшего
скрипа.
Он ждал, держа пистолет дулом вверх, напрягшись. Ощутил не ушами - кожей
- шевеление совсем рядом. Кацуба сокрушался, что никак не удается взять
языка? Вот и удобный случай...
Он действовал по схеме, подходившей для таких именно ситуаций,- пропустил
крадущегося в комнату, мертвой хваткой зажал его правое запястье, в котором
блеснул угловатый предмет, упер дуло в висок и прошептал:
-Тихо... Застрелю...
Спокойный шепот в подобной коллизии действует эффективнее самого грозного
окрика, проверено на опыте... Мазур ощутил, как все тело схваченного
пронзила молниеносная дрожь испуга. И помаленьку стал выдвигаться из-за
косяка, оттесняя пленника в угол, одним ухом пытаясь слушать, что делается в
коридоре.
Дальнейшее произошло молниеносно.
Незнакомец внезапно рванулся назад, в прихожую, дико вскрикнул. Краешком
глаза заметив в погруженном во мрак коридоре нечто, слегка выделявшееся из
темноты, Мазур отпрянул за косяк. И вовремя - сверкнула череда беззвучных
вспышек, не менее дюжины, звонко разлетелось оконное стекло, находившееся
аккурат напротив входной двери, рядом с Мазуром жутко забулькало, охнуло,
обрушилось...
И снова вспышки - кто-то щедро поливал из бесшумки, от пуза веером...
Упавший уже не шевелился. В спальне было тихо - Фаина, должно быть, крикнуть
не в силах от страха...
В коридоре застучали удалявшиеся шаги. Мазур решился, рассчитанным
прыжком переместился в прихожую - пригнувшись, прыгнув чуть ли не на
корточках. Оттолкнулся, головой вперед вылетел в коридор, в полную темноту,
упал, перевернулся, выбросил руку с пистолетом и нажал на курок.
Опоздал. Второй успел добежать до лестницы, заполошный топот затих где-то
внизу. Пускаться в погоню бессмысленно. Уже третий час ночи, все в гостинице
дрыхнут без задних ног, а на милицейский патруль, по счастливому стечению
обстоятельств проезжающий рядом, рассчитывать нечего. Не побежишь же на
улицу в одних трусах и с пистолетом...
Он поднялся, постоял, неизвестно на что рассчитывая.
- Эй! Только в меня не надо палить! Слегка обмякнув, Мазур откликнулся:
- Подходи!
Кацуба подбежал - насколько удалось разобрать в полумраке, полностью
одетый, с пистолетом в руке.
- Пронесся по лестнице, чуть перила не снес...- сообщил он.- Тут я и
понял, что ты жив, иначе так не драпал бы...
- Кто? - глупо спросил Мазур.
- А я откуда знаю? - хмыкнул Кацуба.- Стрелять было поздно, свет вырублен
по всем коридорам... Кажется, отъехала тачка...
- Так ты что, все это время...
- Ага,- сказал Кацуба.- Какой тут сон? Или меня пришли бы обижать, или
тебя. или Фаину....
Мазур кинулся назад, торопливо зажег свет. Ну конечно, с ней ничего не
случилось - сидела на постели, забившись в уголок, таращилась огромными
испуганными глазами, моргала. Наконец узнав его, охнула, упала головой в
подушку. Мазур неловко потоптался рядом, потом понял, что утешать ее
бессмысленно, пусть уж лучше выплачется. Вышел в прихожую.
Кацуба стоял над трупом, склонив голову к плечу, разглядывал его с
холодным профессиональным интересом. Зрелище было то еще, и Мазур побыстрее
прикрыл дверь в спальню.
- Прелестно,- сказал Кацуба.- Это что, у его напарника нервы не
выдержали? Выстрел я слышал только один...
- Вот именно,- зло сказал Мазур.- Бесшумка. Стал поливать, как из
шланга... Надо же, и не почешется никто, никакого шевеления...
- Все добропорядочные люди спят,- хмыкнул Кацуба.- Выстрел был один, кто
вообще не услышал, кто сквозь сон решил, что это ему примерещилось...
Интересно, за тобой приходили или за ней?
- За ней,- сказал Мазур.- Меня с ней никто не видел. Решили, будто она
что-то знает про брата...
- А она не знает? - прищурился Кацуба.
- Ничего она не знает, я уверен.
- Ну-ну, психолог... Ладно, ладно, молчу.
- Слушай,- сказал Мазур.- Надо срочно что-то придумать. Они же не
отвяжутся...
-...и на базе не протолкнуться будет от твоих баб...-так безразлично, что
это само по себе выглядело насмешкой, закончил Кацуба.- Ну-ну, все, я
абсолютно серьезен. Как Медный всадник. Особенно когда представлю, что и
этого красавца придется сдавать доблестной рабоче-крестьянской милиции в
виде приятного подарка. Ведь озвереют. Я бы на их месте озверел....
Говоря все это, он одновременно старательно обыскивал карманы мертвеца,
клал найденное на место, осмотрев. Выпрямился, покачал головой:
- Ничего интересного. Даже документов нет. Снова пустышка...
Погоди-погоди, а это что? - он шагнул к столу, всмотрелся.
- А
...Закладка в соц.сетях
