Жанр: Электронное издание
oficer06
...тает на сто процентов. Значит, ребята
отрабатывают дагов как основную версию. Вася изучает подступы к дивизии, на
предмет обнаружения слабых мест в системе охраны, а те двое, скорее всего, поехали
общаться с детьми дагов, которых Руденко обещал перевести в Махачкалу. Вот так я
вижу общую ситуацию. Чего делает деревенский мужлан с дамой, понятия не имею,
но, скорее всего, работают они примерно в том же направлении.
Ребятам пока непонятен Руденко. Думаю, до чертиков непонятен, до нервной
дрожи. Согласен, в качестве постановочной фигуры он смотрится в этой ситуации не
просто странно, а местами даже мистически необъяснимо.
Ничего, мы это дело поправим. И не далее, как сегодня вечером...
Теперь, в принципе, можно было бы немного отдохнуть - эти двое суток мы
практически не спали, а вкалывали, как тот папа Карло. Но нам нужно было, пока
светло, организовать рекогносцировку на месте проведения вечерней акции и
подыскать удобную нычку для "мерса" с трупом.
Поехали смотреть, как живут наши полковники. В качестве объектов очередной
акции я выбрал троих старших офицеров дивизии, которые в настоящий момент были
в командировке, как, впрочем, и все товарищи, что находились в полученном от
Руденко списке. Эти мне понравились тем, что располагались компактно: по одному
адресу.
Полковники жили плохо. В четырехблочной панельной пятиэтажке, в одном
подъезде, на третьем, четвертом и пятом этажах, друг над другом. Или друг под другом
- это уж как посмотреть. В общем, как ни смотри, а дом был хреновенький. Старый,
обшарпанный, по стенам кое-где трещины, а в двух местах вообще металлические
стяжки, чтобы трещина дальше не расходилась.
Да, по аналогии с Руденко можно предположить: видимо, вот так и должны жить
настоящие полковники, которые не воруют. Зарплата у них нищенская, какие, на фиг,
особняки и дачи!
Посмотрели подъезды, все там было нормально. Точнее, для нас нормально. Было
бы все как положено, пришлось бы на ходу решать проблемы. Чердаки не закрыты,
номерными замками на дверях "парадных" и не пахнет (а пахнет всякой дрянью,
видимо, вечерами молодежь прудит и еще кое-что делает), из первого подъезда можно
было спокойно пройти через крышу в третий, где и проживали наши объекты.
Проверял я их просто: звонил в дверь, выходили домочадцы. В одном случае это
была жена, во втором - бабка какая-то, теща или мать, а в третьем - девчонка лет
пятнадцати, видимо дочь. Я представлялся: из дивизии, прапорщик Анисимов, завтра
утром еду в район СБЗ (служебно-боевых задач, в командировку то бишь). Если хотите
что-то передать Анатолию Сергеевичу (далее по списку) - пожалуйста, готовьте
посылочку, вечером подъеду, заберу.
Прием старый и безотказный - говорю же, я оттуда родом, сам через все это
прошел. Сотовой связи с районом боевых действий нет, чтобы созвониться, надо ехать
в дивизию, просить разрешения у начальника штаба, чтобы дал команду связистам.
Короче, целое дело. Когда там вояки до ближайшего переговорника доберутся, это
вообще вопрос. Разоблачения можно было не опасаться как минимум в течение суток.
А нам больше и не надо.
В общем, все обрадовались, сказали, чтобы приезжал вечером, посылки будут
готовы.
Ну и славно. Вот ужо я к вам заеду вечерком...
Потом мы немного покатались от этого "полковничьего" дома к району, в котором
живет Арсен, и к двум выездам из города. Отработали безопасные маршруты прибытия
и варианты эвакуации.
Место для нычки "мерса" нашли неподалеку от усадьбы Руденко - не специально,
просто там район тихий, старых домов много. Посмотрели со всех сторон - лучше не
бывает. Я позвонил Арсену, попросил к телефону Шарипа. Спросил, как там Султан
поживает. Шарип сказал, что поживает нормально и уже созвонился с ребятами из
Минвод. Более того, они уже выехали! Так что мне не надо беспокоиться.
- Адрес пиши, - я опустил пожелания насчет моего беспокойства и продиктовал
адрес. - Ровно в семнадцать тридцать выгонишь тачку за ограду. Я заберу. Не надо,
чтобы Султан меня видел. Адрес ему передай, пусть те ребята сразу туда едут...
В семнадцать тридцать у нас что? Правильно, на город потихоньку опускаются
сумерки. Самое мое любимое время. Мы подъехали с Ильясом, он сел за руль "мерса",
я на "шахе" поехал впереди, проверяя маршрут.
Спрятали "мерс" уже по темному, вызвонили Артура. Дождались, когда он
подъедет, поставили на значительном удалении в удобном месте (там посадки рядом,
места этого удобного - немерено).
Оставили Артура на позиции, потом я позвонил на номер Васиного начальника.
Зажал нос, изобразил акцент и сдал адрес.
- Хорошо получилось, - похвалил Ильяс. - Судя по голосу, говорил толстый
хачик лет под пятьдесят.
После этого мы организовали микрошопинг. Посетили универмаг, там купили две
туристические жилетки с безразмерными накладными карманами, затем заехали в
магазин радиодеталей, кое-что там приобрели и направились к Арсену. Я позвонил,
попросил Шарипа выйти. Шарип сказал, что мы можем заходить - Султан уехал по
делам, будет только часа через два, женщинам велели находиться на своей половине,
так что нас никто не увидит.
Это было кстати. Мы заехали, я с ходу попросил у Шарипа две гранаты. Шарип
покачал головой (вообще, жадный товарищ), но гранаты дал. Я вернул ему бинокль,
поблагодарил, сказал, что нам нужно полчаса поработать в тишине. Нас оставили в
комнате, и мы с Ильясом принялись заряжать жилетки. То есть быстренько изготовили
пару нехитрых радиовзрывных устройств: граната, провода, телефон на вводе,
уложили их в карманы жилеток, карманы намертво зашили суровыми нитками. Если
такую жилетку надеть на футболку, сверху рубашку, застегнуть, потом свитер, затем
куртку, застегнуть... Короче, чтобы снять, понадобится время. А порвать карман -
замучаются.
Телефоны были дагестанцев, а сигнал на них я собирался посылать с трубы
Руденко. Как видите, полное безотходное производство. Хе-хе...
Потом мы еще несколько раз позвонили на номер, который дал нам Вася, и на
разные голоса вовсю сдавали наших дагов. И Шарипа привлекли - у него такой
приятный акцент... Короче, было весело.
В половине восьмого приехал Султан. Арсен не пустил его в дом, сказал, чтобы
шел в мастерскую, делом занялся. Мы, чтобы не стеснять хозяев, стали собираться.
Чего их стеснять? Тут у них скоро такое начнется, не до нас будет!
Я сказал Шарипу, чтобы поднял из подвала наших дагов, а пока он этим занимался,
написал кое-что на листке, который упаковал в конверт.
Даги смотрели выжидательно: ну что, получилось или как?
- Все нормально, ребята, - успокоил я их. - Будем вас вывозить. Но сначала
заедем в один адрес, кое-что сделаем.
Потом отвел Шарипа в сторону и вручил ему конверт.
- Это что?
- Это список. Я тебе не говорил, но... ситуация очень сложная. Короче, если со
мной вдруг что-то случится, придется тебе меня дублировать.
- А что может случиться?
- Все что угодно. Так что будьте начеку. И еще... Арсен много знает. Достаточно
того, что он нас видел.
- Ну, это ты зря. За Арсена я не волнуюсь...
- Да нет, я тоже не волнуюсь. Просто, если он попадет к чекистам, расскажет все
что знает. И не потому что слабый - пытать его как раз никто не будет. Вкатят
препарат, и начнет болтать, не остановишь. Ты меня понял?
- Да я-то понял... Но, надеюсь, до этого не дойдет.
- Я тоже надеюсь. Ну все, счастливо. Поехали мы...
Мы стояли неподалеку от панельного дома, в котором наивные люди ждали, когда
я пожалую за посылками.
В начале девятого позвонил Артур и сообщил: у нашей нычки какая-то нездоровая
возня. Чего там происходит конкретно, рассмотреть невозможно - темно, но началось
все с того, что крепко стукнулись две машины. Так крепко, что слышно было,
наверное, на всю округу.
- Понял, спасибо. Поезжай к дому Арсена. Встань в конце улицы, слушай.
- Слушать?
- Да, именно слушай. Близко не подъезжай, нечего там светиться...
Минут через двадцать где-то вдалеке крепенько громыхнуло. Больше с места
нашего стояния слышно ничего не было, но тут же позвонил Артур и доложил:
- Ну, блин, тут такое творится! Вот послушай...
Я послушал - трубка передавала какую-то равномерную стрельбу, как будто ктото
садил из пулемета, не жалея патронов.
- Хорошо, - похвалил я Артура (за что, он и сам, наверное, не понял). - Уноси
оттуда свою задницу. Встречаемся в пансионате.
- Проблемы? - поинтересовался Ильяс.
- Проблемы, - я делано вздохнул - в машине сидели посторонние, которым не
обязательно было знать детали. - Поехали.
Мы подъехали с обратной стороны дома и оставили машину на обочине. С дагов
сняли наручники и сказали, чтобы они топали в третий подъезд, поднялись на клетку
между пятым и четвертым этажом и ждали.
- Ждать чего?
- Ждать недолго. Мы проверим все, подойдем. Давай, не балуйтесь там.
Затем мы прихватили сумку с "заряженными" накануне жилетками и все вместе
обогнули дом. Ильяс сразу пошел в первый подъезд, а я остался посмотреть, как там
зайдут наши пленники. Сейчас втемяшится им в башку, рванут - и весь план коту под
хвост. Мало того, что они в розыске, поди, разберись, что там у них на уме после
многих часов лежания в багажнике и сидения в подвале.
Даги прошли несколько шагов и встали.
- Там люди, - негромко произнес один, обернувшись ко мне. - Что делать?
Да, как раз напротив "нашего" подъезда горел свет, на лавочках расположилась
стайка ребятишек и девчат. Как водится: пиво, ломкие пронзительные голоса и
показная крутость, которую можно сбить одним щелчком.
Ну что ж, это приятно - наши товарищи все же чувствуют себя в розыске. И
тикать пока не собираются.
- Там дети, - поправил я своего подопечного. - Просто большие дети. Идите, не
обращайте внимания. Будут хамить - дайте в рожу. Гарантирую, что в ментовку они
стучать не побегут.
- Ладно, - даги двинулись дальше и без проблем вошли в подъезд.
- Развелось вас тут! - куражливо бросил им вслед кто-то из сидящих на лавочке.
- Суки черножопые...
Ну, спасибо, на такое я даже и не рассчитывал. Приятно, когда ситуация
прогибается под тебя по ходу действия, а не наоборот. Обычно бывает, что именно
тебе приходится приспосабливаться к ситуации. Причем приспосабливаться зачастую
абы как, спешно, в режиме жесткого цейтнота.
Я скользнул в подъезд, поднялся на пятый этаж, без проблем залез на чердак -
никто не вышел посмотреть, кто это там скрипит ржавой лестницей...
Ильяс уже был в "нашем" блоке, стоял рядом с дагами.
- Ну что, обозвали?
- Да они пьяные. Молодежь, да что с них возьмешь...
- Ну ладно, переживем. Все, ребята, пошли.
Мы спустились на третий этаж, и я позвонил в дверь квартиры полковника
Федорова.
Дверь открыла его жена, это с ней я разговаривал днем. В доме пахло свежей
выпечкой, из гостиной раздавались детские голоса. Это хорошо мы попали!
- А мы уже думали, вы не приедете! Заходите... Ой, а это все с вами?
- Заходите, вам же сказали, - я подтолкнул дагов, пропустил Ильяса, зашел сам
и, захлопнув дверь, включил камеру. Затем, направив объектив на жену полковника, у
которой от удивления начали округляться глаза, негромко произнес:
- Отчет группы "Трибунал Джихада". Семья полковника Федорова...
Глава 10
Команда
"... - Что бы вы хотели сказать гражданам России?
- Честно говоря, ничего я не хотел бы им сказать. Потому что говорить рабам
бесполезно: раб - он по своей натуре ничего не решает, и даже если он тебе в чем-то
соболезнует, но даже во вред себе он будет исполнять приказы хозяина. Л я считаю
все российское общество рабским, мне просто жалко граждан России. Но
единственное я хотел бы сказать.
Когда по телевидению говорят, вот там мирное население, мирное время, я хотел
бы сказать гражданам России: война придет в каждый ваш дом, и не думайте, что
сейчас мирное время, потому что Россия воюет с нами. Это значит - вся Россия
находится в состоянии войны с нами, и не думайте, что вы мирные граждане в наших
глазах. В наших глазах вы безоружные военные, но не мирные граждане, потому что
те люди, которые большинством своим одобряют геноцид чеченского народа, не
могут являться мирными гражданами. По закону шариата, даже одобрение военных
словом против нас уже причисляет мирных гражданских людей к противнику. Они
просто безоружные противники, не более..."
Из интервью Шамиля Басаева главному редактору информационного агентства
"ПРИМА" Александру Подрабинеку.
Пресс-релиз регионального оперативного штаба.
Обстановка в регионе проведения контртеррористической операции
существенных изменений не претерпела и остается стабильной. Набирает обороты
предвыборная кампания по выборам народных представителей в органы высшей
законодательной власти России. Как и во время выборов президента Чечни, население
активно включается в обсуждение деловых и личностных качеств выдвиженцев,
которые обещают представлять интересы народов Чечни в Государственной Думе
Российской Федерации. Федеральные силы и правоохранительные органы
продолжают проводить мероприятия, направленные на розыск и задержание
замыслов экстремистов. При активной поддержке жителей Чечни
правоохранительным структурам удается эффективно бороться с бандитами и их
пособниками, своевременно осуществлять их задержание, а также вовремя
пресекать готовящиеся ими теракты и другие акции экстремистской деятельности.
Скандально известные интернет-сайты, возглавляемые "тарамовыми" и
"удуговыми", постоянно проживающими за границей и абсолютно не владеющими
ситуацией в республике, продолжают прилагать огромные усилия по введению в
заблуждение мировой общественности относительно происходящих в Чеченской
Республике событий. При этом без малейшей тени сомнения ими продолжают
выдумываться так называемые громкие победы, которые якобы ежедневно
одерживают в Чечне масхадовско-басаевские бандиты.
В интернет-сказках пособников НВФ, ориентированных исключительно на
слабохарактерную и впечатлительную публику, можно увидеть страшилки о
виртуальном уничтожении десятков и сотен военнослужащих федеральных сил,
сотрудников республиканских правоохранительных органов, причем каждый
военнослужащий в это время находился на собственном БТРе, которые заодно также
были уничтожены.
Как показывает практика, виртуально-победные реляции удуговских
пропагандистов интересны только им самим и совершенно не востребованы
общественностью. Реальность же такова, что наиболее полной и достоверной
информацией об обстановке в Чеченской Республике может владеть лишь тот, кто
проживает в ней и участвует в процессах по налаживанию общественнополитической
и экономической ситуации.
Кучка отщепенцев, для которых, видимо, понятие Родина и судьба чеченского
народа не имеют никакого значения, помогая функционерам из международных
террористических организаций, вновь бросают тень на всех чеченцев. А что же
получается на деле? Разрушенная связь, дезорганизованное управление между
скоординированных и решительных мер, принимаемых федеральными силами,
правоохранительными органами и Службой безопасности Президента Чеченской
Республики по задержанию и уничтожению боевиков, скрывающихся в лесах и горах
Чечни.
Попытки иностранных наемников любой ценой сохранить себе жизнь толкают их
на необдуманные шаги, вынуждая даже в зимний, совершенно не подходящий для
этого период изыскивать возможность побега из Чечни. В этой связи все больше
находится боевиков, которые под влиянием родственников и общественного мнения
выходят из банд и добровольно сдают оружие.
Недавно в Веденском районе состоялась очередная явка с повинной в
правоохранительные органы двух боевиков из окружения Ш. Басаева. Показательно,
что в этот раз вместе с оружием сотрудникам силовых структур были выданы
принадлежавшие Ш. Басаеву т. н. символы власти - знамя абхазского батальона Ш.
Басаева и т. н. центрального фронта ВС Ичкерии, которые он передал на хранение
своим доверенным лицам.
Мотивируя данную выдачу, сподвижники Басаева рассказали оперативникам, что
полностью разуверились в своих прежних идеалах, которые, будучи вместе с
Басаевым, им доводили иностранные инструкторы.
Сама жизнь показала, что планы Масхадова, Басаева и их зарубежных
покровителей зашли далеко в тупик. Сдавшиеся проиллюстрировали это примерами
того, что не раз были свидетелями, как арабские инструкторы требовали от своих
подчиненных-чеченцев уничтожать своих же сельчан, навязывая таким образом
привнесенные из-за границы "религиозные ценности".
Рассказывая о Ш. Басаеве, бывшие его "друзья" сообщили, что в настоящее время
он, как заяц, пустился в бега, скрываясь даже от тех, кому некогда мог доверить
самое сокровенное.
Идущий процесс распада бандгруппировок уже не остановить. На это указывает
и то, что все больше боевиков, раскаявшихся в бессмысленном кровопролитии,
продолжают уходить от своих т. н. командиров и возвращаться к мирной жизни.
Пресс-служба РОШ
16 ноября 2003 года...
"...Довожу до сведения всех оккупантов, воюющих в Ичкерии.
Отныне за каждое ваше преступление, совершенное против мирных граждан на
территории нашей многострадальной страны, вы будете получать адекватный
ответ на территории своей Русни.
Теперь вы будете знать, что ваши семьи, оставленные вами дома подвергаются
такой же опасности, как и семьи чеченцев, против которых вы совершаете
злодеяния.
Отныне каждый из вас, поднимая руку на чеченского ребенка, женщину или
старика, может быть твердо уверен, что он и его семья не уйдут от возмездия и всех
вас рано или поздно постигнет заслуженная кара.
Аллах Акбар!
Амир Бригады Шахидов "Риядус Салихийн"
Абдуллах Шамиль Абу-Идрис
Обращение подготовлено информационным агентством "Шариат" 15 ноября
2003 года..."
Возле дома, где проживали занесенные в черный список семьи, было все тихо и
почти что благопристойно. Именно "почти" - обстановку маленько портила стайка
подростков, заседавшая на скамейках у третьего подъезда.
Подростки шумели. Громко разговаривали, перекрикивая друг друга,
пронзительные реплики девчат подчеркивали глуховатый бубнеж пацанов, обильно
сдобренный матом.
- Ну, слава богу... - облегченно пробормотал Иванов. - Вроде все нормально...
Юные дебоширы, увидев товарищей в форме, притихли. На них не написано, что
военные, а в форме сейчас много неприятных личностей ходит, способных испортить
вечер: и СОБР, и ОМОН, и милицейский спецназ.
Иванов притормозил у скамеек и попытался поделикатнее сформулировать вопрос.
Как назвать дагестанцев? "Кавказцы"? "Нерусские"? "Черные"?
- "Звери" тут не пробегали? - бесцеремонно влез Вася.
- Ну, Вася!
Реакция публики не замедлила воспоследовать.
- Оп-па!
- Давно пора!
- Мочить, мочить и мочить...
- И побольше сортиров построить...
- Че за базар? - прикрикнул на публику Вася. - Не слышу ответа?
- Были двое. Минут двадцать назад.
- И куда они пошли?
- Да вот, в этот подъезд.
- Это наш подъезд. Я тут живу...
- Это к Верке из сорок восьмой. Она шлюха.
- Рот закрой! Чего это она шлюха?
- Да она за деньги хоть с негритосом готова!
Шлеп! Сочная оплеуха.
- Ты че, совсем ошизела? Че я такого сказал-то?
Впрочем, весь этот гомон наши хлопцы уже не слушали: все двинулись вслед за
Петрушиным, который по получении информации сразу заскочил в подъезд.
На третьем этаже обнажили стволы, встали спинами к стене. Первый в списке
адрес был именно здесь.
На площадке было тихо.
Вася, перегнувшись через перила, зачем-то посмотрел вверх.
- Чего там? - свистящим шепотом спросил Серега.
- Да так... показалось.
- Ну что, будем звонить? - Иванов нервно вздохнул и потянулся к звонку.
- Не стоит. Ну-ка...
Петрушин взялся за ручку двери и потянул на себя. Дверь поддалась - не заперто.
Как только образовалась небольшая щель, из квартиры стало слышно негромкое
сдавленное рычание. Или стон? Нет, скорее именно рычание, как будто кто-то
торопился что-то делать и рычал от нетерпения.
А еще - сразу же пошел запах. Такой знакомый всем ратным людям
специфический запах...
- К бою! - одними губами прошептал Петрушин, доставая из кармана зеркальце
и поднося его к щели...
В прихожей, сидя на полу, возились двое мужчин. Один судорожными движениями
рвал "молнию" куртки - видимо, заклинило, второй, половчее, тянул через голову
свитер. Лица его видно не было - свитер как раз на голове, но второго Петрушин
опознал.
- Ложись, руки за голову! - Петрушин рявкнул так, что у Иванова в ушах
зазвенело. - Считаю до трех, потом огонь на поражение!
- Они? - уточнил Вася, невежливо оттеснив плечом Иванова и прилипая к стене
рядом с дверью с противоположной от Петрушина стороны.
- Сто пудов... Раз! Два! Тр...
Ба-бах!!!
Из дверного проема в стену напротив лупанула россыпь осколков и чего-то такого
сопутствующего. Это сопутствующее сразу стало отваливаться с мягким чавканьем,
оставляя на стене густые потеки. Впрочем, чавканья никто не слышал - все разом
оглохли.
- Ну е... - пробормотал Вася. - Что за вечер сегодня - сплошной
мясокомбинат...
В последующие минуты, часы и вообще в этот мясокомбинатный вечер активности
больше не было. Никто там не рычал, не вопил, не плакал от боли...
Некому было все это делать. В трех квартирах, занесенных в список террористов,
все были мертвы...
Иванов позвонил Власову, срывающимся голосом сообщил о происшествии. Тот
даже возмущаться не стал, сказал, что они сейчас же выезжают. Затем Иванов
позвонил Глебычу. Глебыч остался при Косте как связь с ОМОНом и, стало быть, всей
местной правоохранительной системой. А Костя остался пообщаться с раненым
Султаном. Как боец психолог все равно особой пользы не принесет, а пока не
подскочили власти, следовало выжать из парня как можно больше информации.
- Скажи своему другу, пусть сюда опергруппу высылают. Что? Да понятия не
имею, чью! Пусть там сами разбираются, их это прерогатива или чекистов...
Всего в трех квартирах насчитали трупы четырнадцати человек. Пятеро из них
были дети, а двое - те самые искомые дагестанцы. Помимо дагестанцев, остальные
были убиты ножом. Взорвались дагестанцы нехорошо, не торсы - лохмотья... А вот
головы на удивление хорошо сохранились. То есть можно было идентифицировать на
месте, не прибегая к услугам экспертов.
- Ну вот они - последние "концы"... - убито пробормотал Иванов,
полюбовавшись на трупы основных фигурантов генеральной версии. - Кого теперь
искать, ума не приложу...
В течение следующей недели в Пятигорске зарезали еще четыре семьи. Все это
были семьи офицеров дивизии ВВ, которые в настоящее время находились в
командировке.
Сказать, что это был плевок в лицо Системе, значит сильно упростить ситуацию.
Это была катастрофа. И в первую очередь катастрофа психологического характера. По
мирному городу, на территории которого дислоцировалась одна из самых больших на
Кавказе дивизий, разгуливали террористы и преспокойно убивали семьи защитников
Родины, участвующих в контртеррористической операции. И никто не мог остановить
этих негодяев. Никто. Милиция, ФСБ, военная контрразведка и все вместе взятые
вооруженные силы страны были бессильны что-либо сделать...
Интернет и различные "левые" СМИ, то ли произвольно, то ли по чьему-то заказу,
сеяли панику и всячески нагнетали обстановку. Дескать, это только начало, разминка,
тренировочная миссия. Сейчас, мол, апробируют методику, и скоро такое начнется по
всем городам Северного Кавказа, где стоят части Внутренних Войск.
Те, кто затеял всю эту мерзость, поступили очень грамотно, выбрав в качестве
основного объекта воздействия Внутренние Войска. Видимо, владеют обстановкой.
В отличие от армии, офицеры которой вместе с семьями по большей части
проживают в гарнизонах, части ВВ дислоцируются в больших городах, и все офицеры
живут отдельно. В гарнизон проникнуть сложнее, а семьи отдельно живущих
вэвэшников, если подойти масштабно, могли бы вырезать полностью за пару дней. Но
это так, детали местного уровня. А если смотреть с глобальной точки зрения, то
группировка ФС в Чечне на восемьдесят процентов состоит именно из Внутренних
Войск. А в ближайшем будущем будет состоять практически на сто процентов.
Улавливаете идею? Во всех комендатурах и на подавляющем большинстве постов и
застав - военнослужащие ВВ, семьи которых дома кто-то режет...
Можно без преувеличения сказать, что в Пятигорске, да и во всем СевероКавказском
округе царила паника. Семьи военнослужащих пятигорской дивизии
поместили в казармы и приставили надежную охрану. Понятно, что долго так жить они
не смогут, но по крайней мере сейчас это гарантировало им безопасность.
Несмотря на принятые меры, по группировке прокатилась волна самовольных
оставлений мест службы - офицеры, прихватив с собой оружие, ломились домой,
чтобы защитить свои семьи. Причем удирали из зоны боевых действий не только
хлопцы из Пятигорской дивизии, но и из других частей округа.
Поначалу это выглядело как отдельные жесты отчаяния, но к концу недели стала
прорисовываться устойчивая система. С некоторыми поправками и натяжками можно
было уже сейчас выдать жутковатый прогноз: если ситуация не разрешится в
ближайшее время и тенденция будет сохраняться еще хотя бы пару недель,
группировка вскоре останется без единого офицера внутренних войск...
Наших хлопцев передопросили раз по двести все кому не лень. Больших людей
очень интересовало, почему вся эта нездоровая активность организовалась именно
после рядовой операции команды. Внятных объяснений на эту тему в природе не
существовало, поэтому и допрашивали многократно, чесали репу - отчего же это так
нехорошо получилось...
Султан - сын Арсена, случайно оставшийся в живых, в качестве свидетеля
выступать не мог. И не только в качестве свидетеля - от него теперь нельзя было
вообще получить хоть сколько-нибудь полезную информацию. Посидев над
разорванным трупом отца, парень так сильно повредился рассудком, чт
...Закладка в соц.сетях
