Жанр: Электронное издание
krovnik
...сле этого я не рисковал
появляться на улице: во-первых, перед соседями было стыдно, а во-вторых, желание
гулять вечерами почему-то напрочь отпало. Кто его знает, что там на уме у этих
прекрасных незнакомок, разгуливающих в одиночестве вечерами в парках и с томным
видом читающих на скамейках книжки.
Чуть позже выяснилось, что участковый настучал об этом случае Шведову, у
которого он внештатно числился информатором (на дядю Толю, как мне кажется,
полгорода работают таким вот образом).
Шведов меня сурово отчитал за шаловливое поведение и в сердцах заметил, что
если я опускаюсь до собирания с улицы "всякой швали", то участь мою предсказать
очень нетрудно. Кончится это тем, что в один прекрасный день меня пристрелят изза
угла какие-нибудь зловредные сутенеры, коих в Стародубовске пруд пруди, а
если этого не случится, я все равно умру от СПИДА или какой-нибудь другой
гадости.
На том участие полковника в решении моих секспроблем не закончилось. В этот
же день он пригласил меня с собой на вечеринку, где познакомил с одной весьма
недурственно сложенной дамой бальзаковского возраста, имеющей, ко всему прочему
списку положенных достоинств, престарелого мужа-профессора - хромого, горбатого
импотента, преподающего курс эстетики в Стародубовском университете.
Сразу после вечеринки мы отправились ко мне на хаус, где я с опаской
овладел трепетным телом своей новоявленной пассии - все ждал, когда она начнет
страшно кричать или выкидывать какие-нибудь коленца в том же духе. Однако
обошлось - все получилось просто великолепно. Чудная ночь, шампанское,
восторженные эротические стоны: будто в раю побывал.
А потом наступили суровые будни. Видимо, житие с профессором сказалось на
характере моей любовницы - зовут ее Элен (так она требует), - очень скоро наши
отношения вошли в ровную колею и приобрели до безобразия упорядоченный вид.
Теперь, когда Элен хочет секса (а случается это примерно через день - по
графику), она приезжает ко мне, врывается в дом и, у порога стремительно
раздевшись, решительным шагом проходит к столу, где выгибается в позиции № 19
(см. Учебное пособие для нижегородской школы сутенеров, раздел № 3, стр.41) и
командным голосом требует, похлопывая себя по попке: "Иди сюда, мой звереныш!
Задай-ка жару этой негоднице!"
А когда я "задаю" - а бывает, что и не "задаю", - я же не агрегат, чтобы
постоянно пребывать в готовности к процессу, - Элен так же стремительно
одевается и убирается восвояси, на прощанье чмокнув меня в щечку. В общем, чертте
что и с боку бантик. Но пока, увы, я не решаюсь ничего поменять в этом
порочном круге. В некотором смысле такие отношения меня даже устраивают - никто
никому не обязан, и, если разобраться, мы оба совершенно самостоятельные люди,
не нуждающиеся в слюнявых сантиментах - знаем, чего хотим друг от друга...
Итак, ежевечерне я наведывался к полковнику, чтобы загрузиться полезной
информацией об обстановке в ЗОНЕ и связанных с ней областях криминального
бизнеса. Шведов довольно потирал руки: у новоявленной коридорной группировки и
ее шефов, тех самых вредных дядек из верхнего эшелона, благодаря нашим потугам
были весьма серьезные проблемы.
Во-первых, Рустем Гушмазукаев, потерявший единомоментно десять своих людей,
партию оружия и так и не получивший обещанных иномарок, затеял вдумчивую
разборку с "москвичами", чреватую абсолютно непредсказуемым финалом. Ни о каких
деловых связях речи пока быть не могло - стоял вопрос, быть или не быть местного
характера газавату между коридорной группировкой и кланом Рустема.
Во-вторых, как и ожидалось, проворный таксидермист Рашид Бекмурзаев, не
вдаваясь в подробности, намертво поссорился с Рустемом и начал сезон охоты на
предполагаемых виновников гибели двух своих парней. В прессе, чутко реагирующей
на всякого рода "жареные" факты, стали появляться сообщения о непонятных
убийствах некоторых товарищей, имевших определенный вес в коммерческих и
правительственных кругах, но вроде бы не причастных ни к какому криминалу.
- Сдал Рустем своих "коллег" Рашиду, - убежденно заявил Шведов по этому
поводу. - С потрохами сдал. Связи, имена, направления... Иначе откуда Рашид
знает, в каком кругу открывать сезон охоты? Ты погляди, как мочит! - Полковник
торжествующе тыкал перстом в газетный заголовок и плотоядно ухмылялся. - Какие
там, в задницу, кодексы чести и мужское слово! Рустем еще пожить хочет...
Бекмурзаевы его в порошок стерли бы, если бы вздумал покрывать своих
"клиентов"...
В остальных сферах нашего приложения усилий дела обстояли тоже вполне
приемлемо - особых проблем как с обитателями ЗОНЫ, так и с нашими российскими
"сталкерами" пока не возникало.
В пятницу мы с мужиками начали собираться в рейд. Обычный многоцелевой
рейд, имевший главной целью встречу с охотником за секретами Саидом, являвшимся
едва ли не самым важным поставщиком наиболее ценной информации, которую мастер
оперативного искусства Шведов умудрялся преобразовывать в зеленые купюры.
Обычный плановый рейд здорово отличается от операции, которую мы провернули
у Сарпинского ущелья. Эту провокацию мы готовили более двух недель, тщательно
оттачивая мельчайшие детали, проводя тренировки на местности и всесторонне
изучая обстановку на предстоящем плацдарме боевых действий.
А в ходе планового рейда нужно было всего-то лишь прошвырнуться по заранее
обусловленному маршруту, кое-что кое-где положить, раз-другой сделать небольшой
шум и в финале встретиться с информатором. Всего-то делов! Да, совсем забыл: это
простенькое мероприятие необходимо провернуть так, чтобы нас в ЗОНЕ никто не
засек, чтобы информатора никто из обитателей ЗОНЫ не заподозрил в причастности к
его ремеслу - иначе жить он будет очень недолго, - и... постараться вернуться
назад. Во так-то...
После обеда, когда мы с "агентами" выложили экипировку во дворе и подгоняли
снаряжение, пожаловал озабоченный Шведов и пригласил меня проследовать к нему на
хаус.
- А вы уверены, что я вам занадобился прямо сейчас? - недовольно пробурчал
я в спину полковнику, вытирая на ходу о комбинезон вымазанные в оружейном масле
руки. - Есть время собирать камни и время их разбрасывать...
- Пи...деть команды не было, - хмуро бросил Шведов, не оборачиваясь. - Там
один козел приперся... Посредник позвонил - "крыша" просила помочь...
Я насторожился. Во-первых, полковник был не в духе - выражался он, только
пребывая в сумеречном настроении. Во-вторых, козлами он обзывал исключительно
иностранцев - сказывалась годами выработанная неприязнь к данной категории в
бытность дяди Толи сотрудником ГБ. А поскольку полковник всю неделю в буквальном
смысле парил над мирской суетой, окрыленный последним успехом, и насвистывал
бравурные марши, можно было сделать вывод, что событие действительно из ряда
вон.
- Переводить, что ли, буду? Англичанин? - робко поинтересовался я, входя
вслед за Шведовым во двор его дома и с любопытством рассматривая невесть откуда
припарковавшийся у крыльца пропыленный "Мицубиси-Паджейро", в котором скучали
двое белобрысых хлопцев с явно нероссийскими гладкими физиономиями.
- Ага, будешь, - согласился полковник, подталкивая меня к крыльцу. - Но не
англичанин. Заходи, нечего пялиться...
В холле, в одном из глубоких кресел для гостей, восседал здоровенный мужлан
лет сорока и от нечего делать глазел на коллекцию горских кинжалов, развешанных
на бухарском ковре во всю стену. Был этот дядечка огненно-рыжий, конопатый до
невозможности и, представьте себе, имел почти бойскаутский прикид: какие-то
невообразимой расцветки шорты, рубашку с короткими рукавами, отнятую, по всей
видимости, у пьяного морпеха американской армии где-то неподалеку от форта
Брэгг, и десантные башмаки с толстой рифленой подошвой. Короче - фрукт. Было
заметно, что этот "бойскаут" чем-то до крайности раздражен: пальцы его рук
выбивали по подлокотникам кресла частую дробь и нервно подрагивали. Рта он пока
раскрыть не успел, но было и так совершенно ясно, что ничего хорошего этот
детина сказать не собирается.
- А где пробковый шлем? - полюбопытствовал я, усаживаясь на краешек кресла
напротив гостя.
- Какой шлем? - нервно вскинулся полковник, прямиком направившийся к бару и
решающий, какую из бутылок выбрать. - У кого шлем?
- К такому прикиду в комплекте полагается пробковый шлем, - сообщил я
игриво и тут же пожалел о том, что сказал: полковник колюче глянул на меня,
тяжко вздохнул и неодобрительно покачал головой.
- Шутка! - фальшиво улыбнулся я и повторил для гостя:
- Шутка!
Рыжий неопределенно пожал плечами и хмуро уставился на меня немигающим
взором.
- По-русски понимает? - поинтересовался я у полковника.
- Ни бум-бум. Там в машине у него подручные. Один еле-еле шарит - как раз
чтобы спросить, где туалет и как выехать из города... Этого козла ко мне "крыша"
прислала, - повторился Шведов, протягивая гостю наполовину наполненный коньяком
фужер. Тот одним махом высосал коньяк и не поморщился, а там граммов сто
пятьдесят было, не меньше.
- Не наливайте ему "Метаксы", дядь Толь! - обеспокоился я. - Он вас по
ветру пустит - глядите, как мечет!
- Они там совсем нюх потеряли, обормоты, - продолжил Шведов, не
отреагировав на мое замечание, однако больше наливать гостю не стал. - Хотят,
чтобы мы помогли ему там что-то провернуть в ЗОНЕ. И тем самым якобы они дают
нам возможность хорошо подзаработать... Хм... Нам что, может, объявление дать:
"За хорошие бабки решаем проблемы в ЗОНЕ!!!" Нет, как тебе это нравится, а?...
Я сочувственно вздохнул: нет, это мне ни в коем случае нравиться не могло.
Мы до сих пор были живы и относительно здоровы только благодаря исключительной
конфиденциальности отношений Шведова с "крышей" и тщательной конспирации. Если
бы не жесткое соблюдение этих требований, нас давненько бы уже стерла в порошок
общероссийская чиновничья мафия, несущая благодаря деятельности команды огромные
убытки. Хотя нет - раньше этой самой мафии нас бы успела растерзать на
мельчайшие частички конфедерация горских народов - не та, что заседает в
Минводах на сессиях, а та, что держит "шишку" в ЗОНЕ. А теперь получается так,
что о существовании команды, которая может решать какие-то проблемы в ЗОНЕ,
знает посторонний - мало того, иностранец! Да что там "знает"! Вот он, сидит
здесь, выпивши коньяка по двести баксов за бутылку, и любуется на нас. Увидел,
узнал местонахождение команды, запомнил в лицо...
- Может, Лося позвать? - осторожно высказал я предположение. - "Крыша" наша
действительно... того.
Полковник тяжко задумался, изучая профиль гостя сбоку, - в глазах его я
прочитал страшные сомнения. С минуту поглазев на рыжего, Шведов пошел в спальню,
сообщив мне:
- Сейчас звякну, ты пока займи этого...
- Ага, - согласился я, проводив взглядом полковника, - у него в спальне
установлена аппаратура связи, снабженная новейшей системой защиты от
прослушивания и устройством кодирования: если кто и ухитрится залезть на
"провод", он услышит что-то типа "бульк-бульк" или еще что-нибудь
невразумительное в том же духе. - Вы англичанин? - поинтересовался я поанглийски,
ласково глядя на рыжего. - Я буду выступать в роли переводчика... Как
добрались?
Рыжий высокомерно посмотрел на меня и презрительно фыркнул.
- Вот и выступайте на здоровье. - Он почесал указательным пальцем свой
породистый нос, пренебрежительно махнул рукой и внезапно разразился длинной
тирадой:
- А пока переводить нечего - шеф ваш отсутствует. Зачем вы лезете со своими
дурацкими вопросами? Или у вас так принято - за спиной у начальника пытаться
завести с клиентом какие-то шашни? Вы просто мебель, а мебель, насколько мне
известно, не должна иметь своего мнения. А произношение у вас просто ужасное:
как у пьяного докера-заики, прошедшего неполный курс лечения у бездарного
логопеда! Если бы вы работали переводчиком у нас, то давно подохли бы с
голоду... И потом - с чего это вы взяли, что я англичанин? У меня что - табличка
на груди висит?
Я растерянно хмыкнул и почувствовал себя лишним в этой комнате. Вот так
занял! Нет, парень, если полковник будет сомневаться по поводу решения твоей
участи, я не стану отговаривать его прибегать к услугам Лося.
- Ну и что ж вы замолчали? - раздраженно поинтересовался рыжий после
некоторой паузы. - У вас что - язык отвалился?
- Я мебель - как вы сами изволили заметить, - улыбчиво ответил я, думая,
как хорошо было бы зарядить этому наглому мужлану в репу и пару раз одеть его на
колено - спеси бы поубавилось моментом! - А у мебели не может быть своего
мнения. Да и потом - к чему лишний раз раздражать вас своим докерским
произношением? Придет шеф - тогда будем общаться в контексте деловых
переговоров.
- Вы еще пытаетесь острить! - Рыжий скорчил презрительную гримасу. - С
вашим-то интеллектом! С вашим-то произношением! Знаете, со стороны это выглядит,
как будто пьяный докер-заика попал по ошибке в какой-нибудь престижный клуб и
изо всех сил пытается быть похожим на его постоянных клиентов!
- Если бы вы не были гостем моего шефа, я бы давно уже набил бы вам лицо, -
все так же улыбаясь, оборвал я собеседника. - У нас это называется "нарываться"
- то, как вы себя сейчас ведете. Вы просто пользуетесь обстоятельствами -
знаете, что вас никто здесь тронуть не посмеет, - вот и выделываетесь.
Гневно сверкнув глазами, рыжий привстал из кресла и, сжав правую руку в
локте, потыкал пальцем в свой .внушительный бицепс.
- Я вас убью одним ударом, - сообщил он, пристально глядя мне в глаза. - Я
профессионально занимался боксом более десяти лет - выступал в тяжелом весе за
свой университет... - Тут он озабоченно нахмурился и поинтересовался:
- Вы знаете, что такое университет?
- Судя по вашим манерам - это такое бардачное местечко, куда набирают
патологических уродов с наинижайшим "ай-кью" и готовят из них докеров, - вежливо
ответил я, изо всех сил стараясь облагородить свое "докерское" произношение. -
Недаром вы так часто о них вспоминаете... А ваш бицепс и ваши боксерские успехи
мне абсолютно по барабану. Хам должен быть наказан независимо от размеров
бицепса - у меня такое правило. Но вы - исключение. Можете хамить сколько влезет
- я вас не трону.
Рыжий внезапно вскочил, выдернул из нагрудного кармана блокнот с ручкой и,
выдрав страницу, протянул ее мне.
- Пишите расписку! - требовательно произнес он. - Немедленно!
- Но позвольте! - удивился я. - Какую расписку? В чем?
- В том, что вы не имеете претензий ко мне за нанесенный физический ущерб!
- Рыжий бросил ручку с листком на стол и наставил на меня указательный палец. -
Сейчас мы с вами будем проводить честный бой. Я не терплю, когда чумазые докеры
пытаются надсмехаться надо мной! Пишите!
- Никаких боев, - категорично отказался я, покосившись в сторону спальни
полковника. - Вы гость, и я не буду с вами драться, я же сказал...
- А-а-а-а! - обрадовался рыжий. - Вот оно что! Да вы просто трус! Наглый,
лживый, низкий, чумазый трус! Наговорили тут целую кучу, а потом в кусты... И
что, у вас в команде все такие? Вот это мне дали рекомендацию! Вот это я попал!
А я-то рассчитывал... Все, я уезжаю. Жаль, столько времени потерял...
- Одну минуту, сударь. - Я взял листок с ручкой и с большим трудом
нацарапал по-английски: "Нет претензий за телесные разрушения" - ничего более
подходящего припомнить не мог.
Схватив листок, рыжий прочел мои каракули, саркастически ухмыльнулся и
спрятал расписку в карман.
- А теперь иди сюда, мой грязный докер. - Он вдруг стремительно ухватил
меня за руку и выволок одним рывком за середину комнаты.
Опп-па! - увесистый кулак рыжего со свистом рассек воздух над моей головой
- в последний момент я таки умудрился освободиться от захвата и чуть-чуть
присесть.
Щщщух! - второй кулак не замедлил последовать за первым - я опять присел,
пропуская над головой хороший свинг, выполненный с глубочайшим знанием дела. Ну
а далее все пошло по-старому, давно надоевшему сценарию. Не в моих правилах
давать людям с такими физическими параметрами долго махать руками - эдак недолго
и в реанимацию угодить. Нырнув под левую руку рыжего, я с удовольствием
совместил его солнечное сплетение со своим коленом и, чуть завалившись вправо,
мягким маховым ударом ноги угостил боксера по затылку. Никакого травматизма -
только легкий нокдаун. Это же не враг, которого можно убить встречным ударом в
сердце.
Рыжий тяжело рухнул на пол и скрючился, как червяк, хватая воздух
побелевшими губами. Из спальни показался Шведов - очень вовремя!
- Не понял! - начальственно скривился полковник, с неудовольствием глядя на
поверженного гостя. - Что это вы тут?!
- Вы сказали - занять, - флегматично ответил я, восстанавливая дыхание и
усаживаясь в кресло. - Я занял. Гость имел желание удостовериться в бойцовских
качествах рекомендованных ему "крышей" товарищей. Результат налицо...
- Совсем сдурел, - сокрушенно пробормотал Шведов, помогая гостю подняться.
- Разве можно с такими, как ты, драться?
- А я ему объяснял, - сообщил я. - Он не поверил. Сказал, что зря потратил
время - с трусами-де ему не о чем разговаривать. Пришлось отстаивать честь
мундира. Так что - я не виноват.
- Мне бы в ванную, - внезапно прорезался рыжий, одной рукой вытирая
проступившие слезы, а другой держась за грудь. - Привести себя в порядок... Да и
в туалет захотелось что-то - по-большому...
- Чего он? - встревожился полковник. - Плохо? Сердце?
- Срать хочет, - успокоил я шефа. - Покажите ему, где сортир.
- А-а-а, вон что... Это можно. - Полковник нежно обнял рыжего и поволок его
в прихожую. Спустя десять секунд он вернулся и выдал следующую информацию:
- Сказали, что надежен. Типа того, сам мафиози еще тот - понятие о
конфиденциальности имеет. Сказали, что очень нужный товарищ. В общем, будем
беседовать...
Минут через пять рыжий присоединился к нам. Поведение его резко изменилось
- создавалось такое впечатление, что полученная взбучка вдруг пробудила в госте
цивилизованную сущность, отряхнув налет хамоватости и вернув светские манеры.
- Прежде всего я прошу прощения за то, что вспылил, - смиренно заявил
рыжий, обращаясь ко мне. - Знаете, я проделал долгий путь, и по дороге мне
попадались почему-то в основном одни мерзавцы. В вашей стране, как мне кажется,
все отчего-то желают обмануть клиента, украсть у него деньги, машину, всячески
смошенничать... Мы были просто шокированы... Ну да не в этом дело. Я страшно
спешил. Я очень надеюсь, что проделал столь долгий путь не зря и мои знакомые в
Москве правильно меня ориентировали. А пока... Пока я, по крайней мере,
убедился, что люди из вашей команды выдержанны, рассудительны и... и прекрасно
подготовлены физически. В общем, будем работать.
- Чего это он затараторил? - удивился Шведов. - То молчал как истукан, а
сейчас шпарит вовсю... Ты ему ничего не повредил?
- Он благодарит за преподнесенный урок вежливости, - лаконично перевел я. -
И рад, что наша "крыша" его не обманула, рекомендовав нас как хороших
специалистов.
- Ну и ладушки, - удовлетворенно пробормотал полковник. - Теперь всех, кто
к нам припрется от "крыши", будем сначала крепко бить, а потом уже беседовать.
Давай переводи.
И я начал переводить... Когда рыжий полностью представился, я слегка
обалдел, да и полковник тоже. Социальные параметры гостя никоим образом не
сочетались с его затрапезным внешним видом. Зовут его Грег Макконнери, шотландец
американского происхождения, сорок четыре года, а выглядит, надо вам сказать,
лет на пять моложе - наверно, питается правильно, не жрет холестерин с
пестицидами и прочую дрянь. И уж никак не вяжется род его деятельности с
незаурядной антропометрией. Парень может хоть завтра выдвигать свою кандидатуру
на Мистер Вселенная, а между тем он всего-то лишь профессор медицины.
- Каждый шотландец - спортсмен от рождения, - пояснил Грег, когда я выразил
свое недоумение несоответствием внешнего облика с его статусом. - Судьба всегда
была к нам сурова и предъявляла повышенные требования. Спортивная стать - это
своеобразная природно-компенсаторная функция...
Грег тут же смущенно признался, что в последнее время он мало практикует -
в основном занимается проблемами административного характера. Он является
владельцем одной из лучших в США хирургических клиник, которая приносит просто
фантастический годовой доход. Процветанием своим клиника в немалой степени
обязана его, Грега, организаторским способностям.
- Сколько, сколько? - заинтересовался Шведов.
- Не скажу, - лукаво улыбнулся шотландец. - Пусть это будет моя маленькая
тайна...
Затем Грег нахмурился и перешел к делу. Известно ли нам что-нибудь о
нашумевшем убийстве в Чеченской республике группы иностранных врачей?
Мы с полковником переглянулись. Ну разумеется, нам об этом известно. В свое
время "крыша" очень настойчиво требовала отловить в море ежедневно поступающей
информации хоть какие-нибудь сведения неординарного характера, касающиеся этого
зверства. Кое-что мы отловили, но конкретно зацепиться за что-либо не удалось.
Некоторые тайны Ичкерия хранит очень стойко, как старого образца девственница
свою целостность. Прежде чем ей, мерзавке (ну не Ичкерии, разумеется, а
девственнице!), засадишь как следует, весь потом изойдешь и устанешь, будто
вагон с металлоломом разгрузил. Достаточного стимула и строго определенных
условий для полной разработки этого материала не было - вот мы и не стали
упираться в свое время. Хотя по свежим следам наверняка можно было что-нибудь
раскопать. Подключили бы всех информаторов, залезли бы в ЗОНУ на месяц -
глядишь, и был бы результат. Но сейчас - поздно. Прошло много времени, и можно с
уверенностью сказать, что, даже если мы со всей серьезностью включимся в работу,
результат будет малоутешительный.
Примерно так я Грегу и сказал - лишь чуть подкорректировав подачу, - чтобы
он сразу не обрывал разговор, а выложил все, что у него на уме. А потом
поинтересовался: а какое ему дело до тех убитых врачей?
- Понимаете, у нас, в среде хорошо обеспеченных людей, принято заниматься
мизеркордией, - пояснил шотландец. - Вот и моя жена, Нелли, - она тоже уделяла
этому вопросу большое внимание...
- Мизер... чем? - заинтересовался полковник, уловив чутким слухом странное
словечко.
- Ну, в буквальном смысле - благотворительностью, - интерпретировал я
высказывание шотландца. - С жиру там бесятся - денег куры не клюют, а потому
делают что-то бесплатно: и непременно какую-нибудь неблагодарную, грязную
работу.
- Маньяки, короче, - резюмировал полковник. - Трудоголики херовы.
- Точно, - согласился я. - Нам бы их проблемы! Далее, однако, наше игривое
настроение резко пошло на убыль. Грег, отвернувшись в сторону, стиснул зубы и
тихо пробормотал - я с трудом сумел понять его:
- Моя жена Нелли... Ну, в общем, ее никто не заставлял туда ехать - она
сама... Она тоже была среди тех врачей - там, в Чечне. Ее убили... Именно
поэтому я и приехал сюда, к вам...
Мы скорбно примолкли и из солидарности потупили взгляды. Что ж - знакомое
дело: горе у человека. Понимаем мы это, сами такие. Пришлось в свое время
испытать.
- Однако чего же он хочет? - поинтересовался Шведов после продолжительной
паузы. - Расследование по данному факту до сих пор проводится, данные, какие
можно, уже опубликовали - все шито-крыто... Может, он хочет прошвырнуться по
Чечне к месту злодеяния - цветы на могилку возложить?
Оказалось, что Шведов почти угадал. Да, шотландец хочет прошвырнуться. Но
не возложить. Возлагать не на что. Тела убитых уже давно эвакуировали на родину
и с почестями похоронили. А хочет Грег, чтобы мы помогли ему найти убийц его
жены и... и вывезти их за пределы Ичкерии.
- Зачем? - искренне удивился полковник. - Зачем за пределы?!
Тут шотландец вновь утратил респектабельный облик и зачастил скороговоркой"
я едва успевал переводить.
Оказывается, он не просто так, не сам по себе с неба свалился. За спиной
его стоит могущественный шотландский клан, который имеет огромный вес не только
в Штатах, но и во всем цивилизованном мире. Этот клан владеет мощными
предприятиями, огромными территориями, обладает фантастическими средствами и
заметно влияет как на экономику Штатов и европейского сообщества, так и на
политические отношения между государствами. Это решение клана - найти
преступников и вывезти их за пределы Ичкерии. На одном из островов
Атлантического океана стоит огромный родовой замок семейства Мак-коннери. И
остров, и замок - частная территория, и хозяева сами диктуют там свои законы.
Короче, что хотят, то и творят. Так вот, отловленные преступники будут водворены
в замковую тюрьму, а затем на остров соберутся представители клана и будут
судить негодяев справедливым судом средневековья...
- Так-так, а что это за суд такой? - заинтересовался Шведов. - Зачитали
приговор - и башку долой?
Грег, несмотря на мрачное настроение, нашел в себе силы снисходительно
улыбнуться. Право, дикие вы, ребята, - таких элементарных исторических азов не
знаете... Каждому преступнику будет предоставлена альтернатива: доказать свою
непричастность к злодеянию, искупавшись в трехкубовом чане кипящей смолы, или
сразиться с одним из воинов клана на мечах без доспехов. Бой насмерть, без
каких-либо правил: пока один из противников не будет убит. Альтернатива вполне
справедливая: если подозреваемый выйдет живым из чана с кипящей смолой, значит,
состоялся Божий суд, и он невиновен - пусть убирается ко всем чертям. Если
подозреваемый выиграет сражение с одним из воинов клана - то же самое.
- Бред сумасшедшего, - полковник укоризненно покачал головой. - Выйти живым
из чана с кипящей смолой... Ха! Во дают... Ну а ежели, предположим, кто-то из
этих преступников вдруг уделает их воина? Такой вариант, я полагаю, вполне
допустим.
- Все взрослые мужчины рода Макконнери профессионально владеют мечом, -
снисходительно пояснил Грег. - Это родовое искусство, оно передается по
наследству и оттачивается столетиями. Я, например, вооруженный мечом, могу
противостоять десятку атлетов с аналогичным оружием. Я могу п
...Закладка в соц.сетях
