Жанр: Электронное издание
kolych14
...ила их в плотную тягучую массу и смертоносной лавой
двинула на ментов. Ничто, казалось, не в силах было остановить этот поток...
Родион уже знал о начавшейся заварухе. Мало того, он планировал этот процесс и
даже мог взять его под контроль.
Поэтому он не удивился, когда в палату ворвался Полыханов.
Начальник колонии был в мыле, в глазах растерянность, граничащая с паникой. И
тем не менее он пытался казаться невозмутимым. Со всех сил тужится, как бы в
штаны не наделал.
Родион жестом выгнал из палаты болезных, как бы нехотя поднялся навстречу
полковнику.
- Что случилось, гражданин начальник? - не скрывая насмешки, спросил он. - Лица
на вас нет.
- А ты не знаешь, что случилось?
От возмущения лицо Полыханова пошло пятнами.
- Это же твои штучки, Космачев!
- Какие штучки?
- Надувные штучки! Из секс-шопа которые!...
- Не понимаю, о чем вы говорите.
- Да все ты понимаешь... Ладно, не буду гнать коней.
Скажу, что лихо ты все задумал... И я, старый пень, зачем дал команду забрать...
- Вы что-то там бубните себе под нос. Что вам надо, говорите. Может, чем помогу.
- Вот-вот, знаешь, что можешь помочь. Потому что твоя это затея... Ладно, не до
разбирательств сейчас. Зона поднялась...
- Да ну! - как бы удивился Родион.
- Хватит! Хватит за идиота меня принимать...
- А кто сказал, что вы идиот? Поступок ваш идиотский, это да. Не надо было
забирать у мужиков женщин. Но вы пришли ко мне, какой же вы после этого идиот?
Вы все правильно сделали. Знаете, что я могу вам помочь. А вдруг в самом деле
помогу... Зона, говорите, поднялась. Как высоко?
- Бунтовщиков заблокировали в локалке. Ситуация пока под контролем. Но все может
быть. Заключенные настроены очень серьезно...
- В заложники кого-нибудь взяли?
- Слава богу, нет... Но они в любой момент могут сломать ворота... Придется
открывать огонь на поражение. А ты должен понимать, Космачев, что это не в наших
с тобой интересах...
- Приятно иметь дело с умным человеком... Вы хотите, чтобы я помог вам навести
порядок?
- Скорее всего да.
- А как же господин Грибков? Ему что, в падлу вам помогать?
- А-а, - как от какой-то гадости отмахнулся полковник. - Он уже ничего не может.
- Чего так?
- Врать не буду, но, возможно, его уже нет в живых. Стал жертвой обезумевшей
толпы.
- Я бы сказал, что он стал жертвой собственного беспредела.
- Может быть, - не стал спорить полковник.
- Насколько мне известно, у него были покровители.
Полыханов совсем сошел с лица.
- Нельзя делать ставку на беспредел, гражданин начальник. Беспредел - это
гнойный нарыв. Настал момент, и он лопнул...
- А может, появился скальпель, которым вскрыли гнойник? - пряча глаза,
пробормотал полковник.
- Я не скальпель, я - хирург...
- Гнойник вскрыт. Гной вышел. Не пора ли зашивать рану?
- В ране могут остаться болезнетворные микробы. Может быть рецидив...
- Микробы - это я? - еще больше поник мент.
- И начальник оперчасти, - безжалостно отсек Родион.
- Я вас понял, - перешел на "вы" Полыханов. - Вы хотите избавиться от нас...
- Если честно, да... Но я не хочу усугублять положение. И готов идти на
компромисс.
- Я вас слушаю, - воспрял духом полковник.
- Нет, это я вас слушаю, - криво усмехнулся Родион. - Не я к вам пришел, а вы ко
мне. Говорите, будем решать.
- Вы можете остановить толпу?
- Могу!
В самые короткие сроки Родион сумел поставить под себя воровскую шпану, дал им
установку баламутить народ. Игореха с бойцами тоже поддавали жару. Резиновые
шлюхи плюс бестолковость администрации спровоцировали конфликт. Блатари ведут за
собой толпу. И если они не слетят с катушек, если авторитет законного вора для
них не пустой звук, Родион сможет остановить процесс. А он может рассчитывать на
признание - благодаря тому же Полыханову и Калугину. Они гноили его в казематах
ШИЗО, они натравливали на него Грибка. Родион не сломался под прессовкой, тем
самым резко поднял свой авторитет. Да, он может уверенно утверждать, что сможет
утихомирить толпу.
- Вы сами понимаете, что не в наших с вами интересах выносить сор из избы, -
взволнованно взывал к нему Полыханов. - Вас могут наказать как зачинщика бунта.
Меня...
Буду с вами откровенен, меня могут снять с должности...
- А вы думаете, я не в курсе ваших проблем? - хищно усмехнулся Родион. - Что вы
предлагаете?
- Вы успокаиваете бунтовщиков, пока они не наломали дров. А я обязуюсь не
докладывать об инциденте наверх...
- И принимаете мои условия.
- Какие условия?
- Очень простые. Создать человеческие условия работы - это раз. Закрыть все
левые наряды, перечислить деньги на лицевые счета заключенных - это два.
Отоварка в ларьках должна быть по высшему разряду, и через пищеблок на столы
должна поступать приличная пайка. Все деньги, которые жертвуют состоятельные
заключенные, должны поступать в общак... Я, конечно, понимаю, что эти условия
перекрывают вам кингстоны. Вы не сможете построить очередной дом для себя. Но,
увы, ничего поделать не могу. Я защищаю интересы заключенных. А на ваши
проблемы, извините, мне наплевать. Ничего, что я так грубо?
Ответить Полыханов не успел. Со стороны коридора послышался нарастающий гул.
Топот ног, скрип дверей, возмущенные голоса, ругань.
Полковник побледнел:
- Они уже здесь...
- Еще не все потеряно, - насмешливо посмотрел на него Родион. И уточнил:
- Для вас...
Дверь с шумом распахнулась.
- Братва, Полыханов здесь, мать его! - возбужденно заорал юный хлопчик.
Или пена у него на губах. Или еще молоко не обсохло. Зато в руке металлический
прут. И в глазах слепая ярость. Еще немного, и ринется на мента, разнесет на
части его черепушку.
- И Космач тоже здесь, - сказал Родион.
Как будто ток электрический через пацана пустили. Сначала передернулся, как в
лихорадке, а потом обмяк.
- Космач?! - удивленно протянул он и совсем успокоился.
- Где Космач?
В палату хлынули люди. Но все они останавливались перед Родионом. Вперед
выступил Игореха, за ним появились его бойцы - они спинами оттеснили толпу
назад.
- Все путем, Сергеич! - Игореха был вне себя от дикого восторга.
Ему явно нравилась роль, которую он на себя взвалил.
Еще совсем недавно он был никем - первоход и просто крепкий парень. А сейчас он
чуть ли не правая рука вора в законе. А вся его заслуга, что он первым
безоговорочно поддержал Родиона в трудную минуту. Не всякий на такое способен. И
сейчас он на коне. С подачи Родиона в одной упряжке с воровской братвой сумел
разморозить зону. Это крупные очки в его актив. Если не скурвится пацан,
авторитетом станет.
- Если все путем, Игореха, будем заканчивать бардак. Погуляли, и хватит...
- Хватит?! - послышался недовольный выкрик из толпы. - Да мы еще не начинали.
Родион нахмурился, на лицо легла грозовая туча.
- Кто там такой умный? - тихо, но с громовыми раскатами в голосе спросил он.
В ответ он услышал тишину. Толпа замерла, прислушиваясь к нему. Даже на смутьяна
цыкать никто не стал.
- Кто там под ментовский спецназ лечь захотел? - продолжал вопрошать Родион. -
Кому крови захотелось?... Короче, братва, с бардаком надо кончать. Своего мы
добились.
Полковник Полыханов принял все наши условия. Будем жить, как должны жить... Все,
расходимся по домам. Вместе с телками. Кстати, через час будет дискотека. Дамы
приглашают кавалеров... За музыкой не заржавеет. За дамами тоже...
В толпе засмеялись. Резиновые женщины спровоцировали бунт. Они же и разрядили
обстановку. Толпа уже не хотела рвать и метать. Зэкам не терпелось поскорее
остаться наедине со своими подругами.
- Насчет дискача - хохма? - спросил кто-то.
- Хохма, - улыбаясь, кивнул Родион. - Хотя, если есть желающие...
- Желающих нет, - засмеялся Игореха. - Есть только озабоченные...
- Тогда расходимся, господа озабоченные. До дому идем, до хаты. А мы с
полковником Полыхановым будем решать, как нам жить дальше. Чтобы хорошо всем
жилось...
Процесс пошел в обратную сторону. Бунтовщики рассосались по общежитиям.
Репрессий со стороны Полыханова не последовало. Да ему было не до этого. Нужно
было брать в оборот своих ментов, чтобы о бунте не прознали в Москве.
И у Родиона выдалась бессонная ночь. Он провел ее на ногах. Разговаривал с
людьми, собирал сход воровского люда, назначал пока что временных смотрящих
промзоны, отрядов. Кроме того, нужно было восстановить разрушенные ограждения,
ворота, навести порядок на территории. Так что далеко не у всех зэков вышла
первая брачная ночь с резиновой женой. Большинство из них провели это время с
рабочим инструментом в руках.
К утру порядок, по большому, счету был наведен. Как будто и не было никакого
бунта в колонии. Все шито-крыто.
Только нет больше Грибка во главе зэковской братии. Сам он в больничке с
черепно-мозговой травмой. Все-таки выжил, гад. Кто-то из его гвардии на соседних
с ним койках - с тем же примерно диагнозом. Кто-то закрыт в ШИЗО. Кто-то же
добровольно встал под флаг Родиона. Власть переменилась.
И горе тому, кто не хотел этого признавать. Впрочем, таких и не наблюдалось...
Глава седьмая
Женщины до добра не доводят. Даже на зоне. Уже через день после своего
утверждения Родиону пришлось разбирать конфликт. Два мужика подрались из-за
резиновой бабы.
Один другого ткнул в бок заточкой. До летального исхода дело, к счастью, не
дошло. Но тот, который с дыркой в боку, валялся сейчас на больничке. А который
его проткнул, стоял перед Родионом и обреченно буравил взглядом пол.
- Не дело это, из-за резиновой курвы с пикой на людей бросаться... - вслух
рассуждал Родион. - Если бы живая женщина...
Он должен был наказать виновного. Но думы совсем о другом. Перед глазами стояла
Лада. Он говорил о резиновой женщине, а думал о ней.
Лада предала его - ушла к другому. Мало того, она предала его в самый трудный
для него момент. Она заслужила самого сурового наказания... Но Родион даже в
мыслях не мог поднять на нее руку. Винил ее. Но при этом не оскорблял - даже в
мыслях... Зато рвал на части Кондрашова. Он мог простить ему заводы. Но кражу Лады
- никогда. Когда-нибудь этому гаду воздается по его заслугам... Только станет ли
Родиону от этого легче?
Не быть им с Ладой вместе. Никогда. Даже если она сама захочет вернуться к нему,
он не примет ее - погонит прочь.
А ведь он любит ее. Очень любит... И от этого так горько на душе...
- Ты ударил человека ножом. Из-за какой-то резиновой бляди... Кто ты после
этого? - в упор глядя на виновника, жестко спросил Родион.
Мужик обреченно молчал.
- Как ты считаешь, что нам с тобой за это сделать?
Снова тишина.
- Ты достоин самой суровой кары, - продолжал Родион. - Самой суровой...
Убивать - это слишком. Но есть еще куда более страшное наказание - перевести
виновника в разряд петухов. Но кочетов и без того на зоне хватает. И дальше
плодить их никак нельзя.
- Мое слово - вечный парашник! - выставил он свой приговор.
И посмотрел на смотрящего отряда, где случилась свара.
Тот согласно кивнул. Может, у него было свое мнение на этот счет. Но перечить
Родиону он не стал. Так высок был авторитет законного вора.
Мужик воспринял наказание как должное. Родион еще больше помрачнел.
Этот придурок позарился на чужую резиновую женщину.
И за это до конца срока будет жить в стае обиженных и чистить парашу. Подлец
Кондрашов украл у Родиона Ладу Чем не удар ножом в спину? Но парашу он чистить
не будет. Он живет с его любимой женщиной где-нибудь на Лазурном Берегу или
бороздит с ней моря на борту собственной яхты.
И никак его за это не накажешь... Но ведь это только до поры до времени. Когданибудь
Родион доберется до этого ползучего гада.
В кабинет к Полыханову Родион входил как к себе домой.
.Полковник встречал его с показным радушием. Хотя в душе грозил ему кулаком. Еще
бы, Родион лишил его возможности наживаться на дармовом подневольном труде. И
деньги с богатых зэков теперь проходили мимо него. Зато он остался на своем
месте. И даже сумел зачистить за собой все огрехи, к которым могли придраться
проверяющие комиссии.
- Я слышал, вы дочь замуж отдаете. Или врут? - с едва уловимой хитрецой во
взгляде спросил Родион.
- Да нет, не врут, - заметно насторожился полковник. - А что?
- Да мы тут с братвой посовещались. Решили подарок на свадьбу сделать. Новенький
"БМВ" последней модели. Очень хорошая машина...
Полковник напрягся еще больше. Долго буравил Родиона взглядом - искал подвоха.
Затем расплылся в довольной улыбке:
- Ну, спасибо, уважил!...
А чего ему бояться? Машину как бы не ему дарят, а дочери. А с нее взятки гладки.
Нельзя держать Полыханова в черном теле. Иначе в самом скором времени в голове у
него закрутятся черные мысли.
Начнет думать, как избавиться от Родиона и вернуть старые порядки. Потому и надо
его подогревать. Благо есть на что...
И о других зоновских ментах забывать нельзя. Но с теми проще. Бабки в общаке
неплохие крутятся. Внутренний доход так себе, зато со стороны нехилые
поступления - и заключенные буржуи стараются, и от вольных счетов,
подконтрольных Родиону, совсем не слабая копейка капает. Чтобы жизнь на зоне
была малиной, нужны выпивка, хороший харч, видеодвойки, спутниковые антенны,
кондиционеры, холодильники. Что-то можно прямым ходом с воли перегнать. А что-то
могут подогнать те же менты. За бабки, разумеется. По завышенной таксе. И они
стараются. Даже небольшой публичный дом организовали. Путан из ближайшего города
возят. Навариваются конкретно. Все правильно, хочешь жить - умей вертеться...
- Ты что-то хотел? - спросил Полыханов.
- И хотел, и хочу, - кивнул Родион. - Вопрос тут у меня один назрел... Калугина вы
куда спрятали?
- Пока в отпуск отправил. А там перевод ему к другому месту службы организуем.
По его же просьбе... А что?
- Вы еще спрашиваете?
- Ты что, счеты с ним свести хочешь? - забеспокоился полковник.
- Зачем? Мне это неинтересно... А вот с теми козлами, которые кровь мне пустили,
поговорить хочу...
Ментов еще как-то можно понять. Они с Родионом как бы по разные стороны
баррикад. По большому счету, это их обязанность - давить лагерных авторитетов.
Оправдывать ментов ни в коем случае нельзя. Прощать тоже. Но и ответку давать
тоже не стоит. Незачем нарушать перемирие. А вот с зэками, которых они подписали
на мокрое дело, разобраться нужно. Хоть и с натяжкой, но ментов еще можно
понять.
А сук - ни в коем случае. Сук и гадов нужно давить, бить смертным боем. Чтобы
другим не было повадно.
- Ты думаешь, Калугин имеет к этому отношение? - спросил Полыханов.
- А кто имеет? Может, вы?
Полковник вздрогнул и растерянно посмотрел на Родиона.
- Ты хоть думай, что говоришь. Мне мокрые дела ни к чему!... И Калугин здесь ни
при чем...
- А кто при чем? Грибок?
- Вряд ли...
- Значит, они сами по себе? - усмехнулся Родион.
Прежде чем ответить, Полыханов долго думал. Наконец решился:
- Можно сказать, что да, сами по себе.
- Так не бывает.
- Не бывает, - кивнул полковник. - За кем-то всегда кто-то стоит... Этих наняли с
воли. Вернее, наняли одного. По твою душу заказ был. Тебя убить хотели.
- Вот так так...
Родион слегка опешил. Хотя удивляться в принципе было нечему.
- У тебя на воле остались враги.
- Знаю.
- Тогда ты сам должен понять.
- Понял... От кого посланцы?
- Один был посланец. Второго уже здесь, в лагере, подрядили. С инспекторами тоже
проблемы решили. Сам знаешь, как это делается.
- Деньги?
- И деньги тоже... А еще страх. Мы проводили расследование. Ребят запугивали.
Звонили по телефону, угрожали семьям... В общем, подход к делу был всесторонний.
Осечек не должно было быть...
- Почему я об этом узнаю только сейчас?
- Есть на то причины...
- Какие?
- Ну... - Полыханов отвел в сторону взгляд. - Ты мог подумать, что мы
оправдываемся перед тобой...
- Ерунду ты говоришь, начальник, - мрачно посмотрел на него Родион. - Я думал,
что это вы с Калугиным убийц на меня натравили. И вы должны были знать, что я
так подумаю. Поэтому вам не мешало бы оправдаться... Короче, чешуя все это, что ты
говоришь. Вы с Калугиным не хотели на стрем меня ставить. Не хотели, чтобы я
удара с воли ждал. Завалят меня - вам от этого только кайф...
- Что ты такое говоришь? - жалко возмутился полковник.
- Короче, мне сейчас не до личных счетов. Что было, то было... Но знай, если со
мной что случится, на следующий же день здесь будет волчья стая из твоего
главка. Проверяющие тебя с потрохами сожрут, это я тебе обещаю. Не на пенсию
уйдешь, а зону ментовскую месить отправишься. Не веришь?
Крыть Полыханову было нечем. Он вжал голову в плечи и затравленно смотрел на
Родиона.
- В общем, знай, шутить я не буду, по-любому. Так что советую сдать заказчика.
Кто меня заказал?
- А этого я не знаю.
- Калугин знает?
- Нет... Киллер не раскололся. Крепкий орешек...
- Снова фуфло впариваешь?
- Да нет, честное слово...
- Думаешь, верю я твоему слову... Ладно, не хочешь говорить - не надо. Но с
мокрушниками ты меня сведи. Хочешь, пусть это будет моя просьба. Не хочешь - это
будет условие... Ну, так что?
- Тот, который в лазарете лежит, его купили. А основной, он сейчас в штрафном
закрыт. В карцере. Под усиленной охраной...
- Надеюсь, мне можно будет с ним покалякать.
- Можно, - принужденно выдавил из себя полковник.
- Учти, начальник, разговор, возможно, будет с пристрастием.
Полыханов лишь придавленно кивнул.
Усиленная охрана, приставленная к мокрушнику с воли, могла остановить кого
угодно, но только не Родиона. Он беспрепятственно вошел в карцер.
Ночь. Поздно. Но арестант не спал. С появлением Родиона попытался вскочить с
дощатого настила. И тут же мощный удар в грудь опрокинул его на спину. Игореха
играючи взял его за жабры и подмял под себя. Патент с ходу набросил ему на шею
удавку, сжал петлю. Мокрушник захрипел.
В глазах предсмертный ужас, тело бьется в конвульсиях, и этот противный хрип.
Родион с удовольствием исчез бы отсюда куда-нибудь. Но он возвышался перед
умирающей жертвой каменной глыбой и добивал его железобетонным взглядом.
Патент ослабил удавку в самый последний момент. Мокрушник свалился на бетонный
пол, схватился руками за передавленное горло. Тело продолжало агонизировать.
Родион уже думал, что он не оклемается. Но нет, через время наемник пришел в
себя. В глазах осмысленный ужас. Вне всякого сомнения, он знал, с кем имеет
дело.
- Как тебя зовут? - спросил Родион.
Голос его звучал вежливо, располагающе. Но в глазах лютая стужа.
- Кемал, - через силу выдавил из себя мокрушник.
- Татарин?
- Да.
- Из Москвы?
- Нет, из Казани.
- Жить хочешь?
- Хочу.
- Тогда могу тебя обрадовать. К тебе лично претензий я не имею. Меня интересуют
люди, на которых ты работаешь...
- Я не понимаю...
- Объясняю в последний раз. Меня интересуют люди, которые меня заказали. Кто
хочет меня убить?
- Не знаю.
- Тогда придется тебя убить. Только ты будешь умирать долго и нудно. И в
страшных мучениях... Твои заказчики будут пить водку и спать с красивыми
женщинами. А ты будешь умирать вместо них...
Родион посмотрел на Патента:
- Давай!
И снова вокруг шеи мокрушника обмоталась веревка.
- Не-ет! - взвыл он. - Я скажу...
- Говори. Но учти, меня интересует только правда...
Хотя на эту самую правду Родион не надеялся. И вовсе не потому, что киллер мог
наврать. Просто против него действуют очень умные люди. И самое большее, кого
они могут подставить под удар, - это посредника, через которого шел заказ.
- Это все Навруз...
Мокрушник начал сразу с имен. Это вдохновляло. Хотя и не очень.
- Навруз? Не знаю такого.
- Ну как же не знаешь? Должен знать... Он из Алабьева...
- Из Алабьева?!
Этот город недалеко от Заволжска - не больше ста километров. Там своя мафия, и
ею действительно заправляет некий Навруз. Ничего особенного в этом городе нет.
Навруз делает "крыши" мелким коммерсантам, агрофирмам, строит бизнес на наркоте
и фальшивой водке. Даже с девочками у него голый васер - путанами в этом
заштатном городишке почти никто не пользуется. В общем, назвать Навруза птицей
большого полета язык не поворачивается. И даже смешно предположить, что этот тип
мог заслать к Родиону киллера.
Зачем ему это - раз? И откуда у него такая мощь, чтобы провернуть столь сложное
дело, - два?.:
- Навруз меня нанял, - продолжал сливать Кемал. - Я как раз должен был по этапу
на зону уходить. Он подсуетился - меня сюда переправили. И вертухаев с этой зоны
его люди настропалили...
- Это все понятно. Непонятно, с какого это хрена Навруз на меня нож нацелил?
- Не знаю... Что знаю, то и говорю. А чего не знаю... Хотя догадываюсь. Догадываться
мне никто не мешает... Кто-то за ним стоит. Кто конкретно, не знаю. Но с большими
бабками - это точно. Я слышал, Навруз штаты расширяет. Стволы у него появились.
Новые стволы, хорошие стволы. И с бабками полный порядок... Я так думаю, он на
Заволжск метит.
Там сейчас разброд, каждый за себя. А Навруз из своих штанишек вырос. У него
амбиции. Короче, он хочет Заволжск урвать. С тебя начал...
- Значит, Навруз?
- Навруз, - кивнул Кемал.
- Значит, Заволжск ему нужен?
- Заволжск.
- И люди с большими бабками за ним стоят?
- Стоят... Космач, не убивай! Ты же слово давал!
- Слово не воробей, - согласно кивнул Родион. - И тебе я верю... Встречался я с
Наврузом. Сильный пацан. Такому в Алабьеве тесно... А в Заволжске, ты прав, смута...
И покровители для Навруза могли бы найтись...
Те же нефтяные магнаты, мысленно добавил он. Не нравится им, что Родион
продолжает держать руку на пульсе событий. Точат на него ножи и пытаются выбить
почву из-под его ног. В принципе они придумали неслабый ход. С их помощью Навруз
в очередной раз подрывает хлипкий мир в Заволжске, подбирает его под себя. Когда
это случится, Родион окончательно потеряет контроль над городом. А еще лучше,
если он потеряет его вместе с головой. Возможно, Навруз решил убрать Родиона по
собственной инициативе. Чтобы легче было прорваться к центровому месту. Или ему
посоветовали. Те же нефтяные бонзы... Но в любом случае те же бонзы будут и дальше
сотрудничать с мокрушной конторой. А это значит, что над Родионом по-прежнему
висит дамоклов меч.
Нужно быть осторожным, очень осторожным...
- Хочешь жить - живи, - взглядом вытягивая из Кемала душу, сказал Родион. - Но
при одном условии. Ты даешь обратный ход. Это значит, что ты должен наказать
Навруза...
- Ты хочешь, чтобы я его убил?
- Мало ли что я хочу... Я в законе. А Навруз поднял на меня руку. За это он должен
ответить... Будет воровской сход, будет блатная санкция. Навруза приговорят. А ты
приведешь приговор в исполнение...
- Но...
- Какие еще могут быть "но"? - удивился Родион. - Это твой шанс. Не забывай, что
и ты поднял лапу на вора. Блатную санкцию и на тебя пустить можно... Но я дал
слово.
А потом, тебе легче всего будет подобраться к Наврузу... Вопросы?
- Нет, вопросов нет...
- Тогда живи. Если можешь. И жди, когда за тобой придут, чтобы вытащить из зоны.
И молись, чтобы к этому времени со мной ничего не случилось...
Родион дал понять, что разговор окончен. Глянул на Кемала испепеляющим взглядом
и вышел из карцера.
- С этим все ясно, - сказал он по пути в барак.
- Кончать его надо, - процедил сквозь зубы Патент.
Ему не нравилась мягкость Родиона.
- Я дал слово.
- А с тем, который на "кресте"?
- Этому я ничего не обещал.
- Базарить с этим козлом нужно?
- Лишнее. Этот иуда ничего не знает. Заглотил свои сребреники и ждет, когда
подавится. А блатная санкция на него не нужна. Слишком мелко он для этого
плавает. Сами все можем решить...
Патент понял Родиона с полуслова и с полувзгляда.
- Я сделаю все как надо, - кивнул он.
- Родион, если я правильно понял, на тебя пришел заказ с воли? - озабоченно
спросил Игореха.
Родион доверял этому парню. Поэтому постоянно держал его при себе в качестве
телохранителя. Пацан он крепкий.
И махаться умеет, и нож, если надо, отбить сможет.
- Все правильно ты понял.
- У этого ничего не вышло. У другого может выйти...
- Не исключено. Врать не буду, размаз очень серьезный...
- Что ж ты раньше не сказал? - с упреком посмотрел на него Игореха.
- Считай, что сказал.
- Надо что-то делать... Надо под колпак всех брать, кто с воли приходит. И тех,
кто сидит... Ты с меня, Родион, начни. А я, если скажешь, другими займусь...
- Скажу, - кивнул Родион. - Завтра скажу. А сейчас спать. Утро вечера мудреней...
Только заснуть в эту ночь он так и не смог. Встреча с Кемалом показала, что
расслабляться ему ох как рано...
Родион был приглашен в третий отряд в качестве почетного гостя. В "Гаргантюашоу"
бились об заклад две заинтересованных стороны. Родион тоже поставил сто
долларов - за Васю Сухомясова.
Для местного обжоры наступили золотые времена. В день зарплаты он смог купить в
ларьке маргарина, яблочного повидла и пряников. Все это он аккуратно сложил в
своем "телевизоре". И прилег отдохнуть. Но братва уже тут как тут.
Сами сварганили из маргарина и повидла термосмесь - целых две трехлитровые
банки. И преподнесли этот "крем-брюле" Васе в подарок. На, мол, братан, это тебе
за ударный труд на промзоне. Кушай типа, не обляпайся. Вася не отказался от
угощения. Уже вторую банку уговаривает. Лежит себе на шконке, нет-нет да
запустит весло в патоку. День воскресный, до вечера еще далеко. И до конца шоу
времени с избытком.
Наблюдать за Васей - дело долгое. Но Родиону не скучно.
В углу смотрящего свое шоу. Игра в "двадцать одно" под интерес. Родиону пока
везет. Пока в выигрыше. А "Гаргантюа-шоу" продолжается.
Вася выжрал все "крем-брюле". Но это еще далеко не финал. Через какое-то время
он достал свои собственные продукты. Все тщательно перемешал. Еще три банки
термоядерной смеси. Мало ему. Жрет и не поморщится. Еще и пряниками закусывает.
Куда у него все это вмещается? И хоть бы раз, гад, на парашу сходил.
- Бля буду, все заточил! - Угловой был в трансе. - Циркуль, давай на запивон...
Шоу продолжалось. Подручный отрядного подрулил к Васе и выставил ему чай, в
который с лихвой был намешан пурген. Так должно было быть -
...Закладка в соц.сетях
