Жанр: Электронное издание
hooligan
...что у него угнали машину, но это ему с пьяных глаз привиделось,
потому что стояла она там, где Мишка ее бросил. Этот факт заинтересовал
милиционера, и он еще немного поспрашивал, а мы томились, то и дело
переглядываясь, и с минуты на минуту ожидали, что нас отправят в тюрьму. Но
Виктор Иванович неожиданно откланялся и ушел, а мы с Мишкой вытаращили глаза
друг на друга и еще некоторое время боялись пошевелиться.
- У-у-х, - наконец сказал Шальнов. - Вроде пронесло. Только ведь надолго
ли? Одно хорошо, когда Лося укокошили, я был в тюрьме, и это убийство мне им
при всем желании не пришить.
- А мне? - заволновалась я.
- А ты была в клубе.
- О господи, Лося убили под утро, и они вполне могут решить, что я...
- Успокойся. - Мишка крепко меня обнял, что дало мне возможность
угнездить голову на его груди и немного повздыхать.
- Вот если бы Катьку найти, - заметила я, - и заставить ее рассказать,
для чего им весь этот спектакль понадобился...
- Катька вряд ли появится. Если это ее рук дело, можно не сомневаться,
она свой куш сорвала и сейчас где-нибудь на солнышке загорает, хотя за
деньгами, что здесь спрятала, явиться все-таки должна.
- Но если они с Ильей заодно, то очень может быть, что он с Катькой
встречается... - сказала я. Эта мысль вдохновила нас обоих, и мы опять
отправились к коттеджу Дружининых.
Первые полчаса ничего интересного не происходило, и я начала зевать.
Наконец ворота гаража открылись и появился Илья на своем "Мерседесе", мы
пристроились следом, но на ближайшем перекрестке этот мерзавец засек нас и
попытался уйти. Мишка держался у него на хвосте как приклеенный. В ответ
Дружинин, сделав громадный круг по городу, вернулся домой и, судя по всему,
здорово нервничал. Стало ясно, ни с кем сегодня он встречаться не будет,
поэтому мы, пострадав в машине еще час, поехали к себе. Остаток вечера
взвешивали наши шансы, они не радовали.
- Ладно, - потягиваясь, заявил Мишка, поднимаясь с дивана. - Давай спать.
Завтра во что бы то ни стало надо отыскать бородатого на "Понтиаке" и
всерьез браться за этого Илью.
- Конечно, - засуетилась я, и мы вместе поднялись в спальни, Мишка
пожелал мне спокойной ночи и удалился, а я, закрыв дверь, припала к ней
ухом, с намерением определить, останется Мишка дома или наденет костюм.
Спать он точно не ложился. Я слышала, как он бродит у себя, затем вышел из
комнаты, осторожно прикрыв дверь, и начал спускаться по лестнице. А я
заревела, потому что после слов, сказанных утром, кинуться вдогонку не
могла, а между тем было мне так обидно и горько, что хоть из окна
выбрасывайся.
Конечно, до этого не дошло, но чувствовала я себя исключительно
несчастной, сидела на кровати, обхватив подушку, и тихонько поскуливала,
размазывая слезы до тех самых пор, пока дверь не открылась и не появился
Мишка.
- Ты чего ревешь-то? - удивился он, я с облегчением вздохнула, потому что
в костюм он не облачался, ходит себе в халате.
- Это я из-за дядьки, ну, что сегодня приходил, - вытерев нос, соврала я.
- А чего из-за него реветь?
- Страшно.
- А-а... - Мишка хмуро поглядел на меня, потом спросил:
- Мне где ложиться?
- Лучше здесь, - кашлянув, ответила я. - И одеяло не приноси, чего его
таскать туда-сюда... Слушай, может, стоило этому милиционеру все как есть
рассказать, ведь фактов уже достаточно. Теперь что же выходит, я, то есть
Катька, здесь, а ее вовсе нет и все ужасно перепутывается. Как же они смогут
найти убийцу?
- Найдут они, как же, месяцев через десять, а мы здесь под боком... -
Мишка снял халат, лег, и я осторожно опустилась рядом, он меня обнял, но
вполне невинно, а моя голова оказалась на его плече, это вышло как-то само
собой. - Ну их всех к лешему, - заявил Мишка, и я мысленно согласилась с
ним.
Вместо того чтобы с утра пораньше охотиться за "Понтиаком", мы спали
часов до десяти, а в одиннадцать раздался звонок в дверь и начисто спутал
все наши планы. Но лучше по порядку.
Мишка проснулся в восемь, как обещал, и разбудил меня, но сразу подняться
не получилось. Эти два часа я выпускаю, как не имеющие к данной истории
особого отношения. В общем, после десяти мы встали, я пошла готовить
завтрак, а Мишка бриться, и вот тут в дверь позвонили. Я насторожилась и,
поразмышляв немного, бросилась к Мишке, потому что мы никого не ждали, а
после вчерашнего визита сердце мое было все-таки не на месте. Шальнов
натянул халат и потопал к двери, а я принялась кусать губы и молиться.
- Здравствуйте, Михаил Степанович, - услышала я женский голос и чуть не
подпрыгнула, потому что узнала его сразу, это чертова бизнесвумен Эмма.
Интересно, что ей от Мишки надо?
Я выпорхнула из кухни и, стоя на лестнице, могла видеть не только
Шальнова и эту мерзавку, но и красавца Илью в придачу, который заметно
нервничал. Некоторая бледность необыкновенно ему шла.
- Нам надо поговорить, - этим своим невыносимым тоном заявила Эмма.
- О чем? - удивился Мишка, держа руки в карманах халата и не приглашая
гостей пройти.
- О той ситуации, которая сложилась, о недопустимой ситуации, я бы
сказала.
- Очень интересно, - хмыкнул Мишка. - И что это за ситуация такая?
- В чем вы обвиняете моего мужа? - рявкнула она.
- Ничего себе, - выкатил глаза Шальнов. - Я вам что, прокурор?
- Нет, вы значительно хуже. Вы вторгаетесь в личную жизнь людей и...
- Может, вы пройдете и мы поговорим спокойно? - подала я голос. Все трое
разом посмотрели на меня, а я смутилась, потому что мой внешний вид
прозрачно намекал, что гостей я не ждала.
- Вижу, вы прекрасно ладите, - усмехнулась змея-Эмма. - У вас что,
романтический отпуск в отсутствие жены?
- Мы развелись несколько месяцев назад, - сообщил Шальнов. - Так что могу
ладить с кем хочу. Пойдемте наверх и прекратите язвить, не то я вас с
лестницы спущу. - Наверное, Эмма ему поверила, потому что больше не язвила.
Мы поднялись в гостиную и устроились в креслах друг против друга.
- Нам не дает покоя милиция, - закурив, начала Эмма. - И все потому, что
кто-то... - В этом месте она выразительно посмотрела в мою сторону, -
оклеветал моего мужа, заявив, что у него была ссора с Корольковым накануне
его исчезновения. И милиция, и вы собираете сведения о моем муже. Мне
известно, что вы были в охранном агентстве, где он работал. Я совершенно не
могу взять в толк, как мой муж может быть связан с убийством какого-то
Лосева, которого он ни разу в глаза не видел. Дошло до того, что Илье
пришлось объяснять, где он был в ночь, когда ограбили клуб.
- И где он был? - насторожилась я.
- В моей постели, вместе со мной, - вскинув бровь, ответила Эмма, а я
улыбнулась:
- Очень мило. Думаю, такое бывает нечасто.
- Зато вы своего не упустите, дорогая, это заметно. - Обменявшись
любезностями, мы замолчали, и тут подал голос Илья, до сего момента
молчавший как рыба.
- Я думаю, нам стоит обсудить ситуацию спокойно. Вы устроили за мной
слежку, натравили на меня милицию. Вполне естественно, что мне это не
нравится, и я хотел бы знать причину вашего поведения.
- Мы думаем, что вы убийца. - заявила я, а Мишка закатил глаза и
вздохнул. - Я не умею хитрить, - нахмурилась я. - И говорю то, что думаю.
Может, это кому-то не по нраву...
- И кого же убил мой муж? - перебила Эмма.
- Славу Лосева.
- Господи, опять Лосев, - удивилась она.
- Я такого даже не знаю, - вытаращил глаза Илья.
- А Юрия Павловича вы тоже не знаете? - съязвила я.
- Он что, тоже убит? - ужаснулся Дружинин, а я прикусила язык, получив
пинок от Шальнова. Пнул он меня по лодыжке незаметно для гостей, но очень
ощутимо для меня.
- Но ведь он пропал? - попыталась я спасти положение.
- Я-то здесь при чем? Из-за того, что вы услышали, как мы ссорились...
- Стоп, - влез Мишка. - Мы действительно интересовались кое-какими
фактами вашей биографии, и то, что узнали, убедило нас в том, что вы
завязаны в этой истории с самого начала.
- В какой истории?
- Эмма Станиславовна, войдя в дом, прозрачно намекнула, что у нас вот с
этой леди роман в отсутствие моей жены. Это что, оговорка? - Мишка лучился
улыбкой, приветливо поглядывая на гостей.
- Нет, разумеется, - ответила Эмма.
- Значит, вы в курсе, что рядом со мной сестра моей жены?
- Конечно.
- А в какой момент вам это стало ясно? - не унимался Мишка.
- Мне все рассказал муж.
- Любопытно, и что он вам рассказал?
Эмма посмотрела на своего супруга, а он вздохнул, закурил, при этом долго
искал зажигалку в кармане, а я сочла нужным вмешаться:
- Когда мы знакомились в клубе, вы вроде бы считали, что я Катька, а
потом выяснилось...
- Да-да, разумеется, мы были знакомы раньше, а весь этот спектакль...
- Про спектакль очень интересно, нельзя ли поподробнее: кому он был нужен
и зачем?
- Расскажи им, милый, - попросила Эмма и пожала Илье руку. Выглядело это
очень трогательно. Мне тоже захотелось ухватить Мишку за руку, но я не
рискнула.
- Мы познакомились с Катрин пару лет назад, я тогда еще не был женат, и
между нами возникли определенные отношения. По глупости я позволил себе
отступление от профессиональной этики и помог ей в одном деле... Я не хотел
бы его касаться, суть в том, что я совершил кражу, не ради себя,
разумеется... Но по прошествии некоторого времени Катрин мне о ней
напомнила.
- То есть она вас шантажировала? - усмехнулся Мишка.
- Я не стал бы называть это так. Просто время от времени она мне об этом
напоминала. Иногда я одалживал ей деньги, но это было редко, и я не особенно
беспокоился... В прошлое воскресенье она неожиданно позвонила. До этого
примерно полгода мы не общались, если не считать того, что я иногда
заглядывал в клуб и мы обменивались кивком в знак приветствия. Ее звонок
удивил меня. Катрин рассказала совершенно дурацкую историю, что якобы она
собирается на Канары с любовником, жена которого страшно ревнива и
выслеживает их. Я, конечно, посочувствовал, не имея понятия, чего она от
меня хочет. Катрин сообщила мне, что придумала, как избавиться от ревнивой
жены: она уедет на Канары, а ее место займет сестра, с которой они якобы
здорово похожи. Одно беспокоило Катрин: сможет ли сестра сыграть свою роль,
оказавшись в незнакомой обстановке. Сестра учительница, девушка скромная,
ночной клуб не самое подходящее для нее место, она никого здесь не знает...
Словом, Катрин просила за ней присмотреть и помочь, разумеется, ничего не
говоря сестре об этом.
- Почему разумеется? - встряла я.
- Видимо, она решила, что вам будет легче сыграть свою роль, зная, что о
подмене никто не знает. Это показалось мне забавным, и я согласился, не
подозревая, к чему все это приведет. Мы встретились, и поначалу все шло
хорошо, но когда вы, выпив лишнего, запели, стало ясно: это в планы Катрин
не входило, ваш голос не шел ни в какое сравнение с ее, и кто-то мог
заподозрить подмену, тем более что сходство ваше довольно относительно... И
тогда я поспешил вас увезти.
- И задержались в этой квартире на всю ночь, - не удержался Мишка.
- Если вы намекаете на то, что я здесь заночевал, - да, если же намекаете
на что-то еще - напрасно. Я спал в гостиной, вот на этом диване. Я хорошо
помнил, чем закончилась моя связь с Катрин, и у меня не было ни малейшего
желания повторять старые ошибки.
Конечно, Илья врал, проснулись мы в одной постели (к сожалению), так что
ни о каком диване речи быть не могло, но, по понятным причинам, я об этом
промолчала - диван или кровать, какая, в сущности, разница?
- Утром я проснулся с головной болью, захотел выпить, но в доме не
оказалось спиртного, и я прогулялся до магазина, он в двух шагах отсюда, как
вам известно. Шел дождь, и я промочил обувь. После вашего пробуждения я счел
свою миссию выполненной и покинул этот дом. Вот и вся моя вина.
- В тот день вы виделись с моей сестрой? - спросила я, наблюдая за Ильей.
В глазах его мелькнуло беспокойство, он покосился на жену и едва заметно
вздохнул.
- Она мне звонила. Сказала, что поездка откладывается, спросила, как вы.
Я все ей рассказал. Ваше пение ее обеспокоило, и, по-моему, она решила не
рисковать, то есть вернуться... но ничего конкретного по этому поводу не
говорила.
- Вы удовлетворены? - спросила Эмма Станиславовна, когда ее супруг
закончил. - Теперь по поводу ограбления, я имею в виду клуб. Вы, дорогая,
были очень проницательны, решив, что у моего мужа долги. Да, он задолжал
Королькову довольно серьезную сумму. После их спора, во время которого
Корольков открыто угрожал моему мужу, Илья Петрович все рассказал мне, и на
следующий день мы отправились к Юрию Павловичу в клуб и полностью с ним
расплатились. Там нас видели, а главное, вот... - Она открыла сумочку,
извлекла пачку бумаг и положила ее на стол. - Здесь расписки Ильи, а также
расписка Королькова в том, что он получил всю сумму. Как видите, написана им
самим. Моему мужу незачем было лезть в клуб и взламывать сейф. Теперь вам
понятно?
- Более или менее, - кивнул Мишка. - У меня один вопрос: на кой черт вы
пришли к нам? С этим рассказом самое время в милицию. У вас есть алиби, есть
расписки...
- Мы совершенно не заинтересованы в том, чтобы милиция копалась в нашей
личной жизни, - решительно заявила Эмма. - Мы просто хотим, чтобы вы, лично
вы, оставили моего мужа в покое. Он совершенно не причастен к этому
убийству.
- К какому? - невинно поинтересовалась я.
- К любому, - отрезала Эмма. - Я советую вам прекратить дурацкую игру в
сыщиков, в противном случае мы будем вынуждены...
- Не продолжайте, - разулыбался Мишка. - Я понял. До моей подружки
доходит медленнее, но она тоже поймет.
- Очень хорошо. - Эмма поднялась и направилась к двери. Илья Петрович
вскочил следом за ней. Мишка пошел их провожать, а я осталась сидеть в
кресле, злясь на него за дурацкую шутку. Наконец он вернулся, физиономия его
выглядела хмуро, взгляд блуждал.
- Что скажешь? - робко спросила я, решив забыть про его убогий юмор.
- Хрен его знает, - пожал он плечами. - Вроде бы все складно... но это
меня и беспокоит... А почему ты вдруг спросила, виделся ли он с Катькой?
- Когда Катька позвонила утром, она спрашивала про него, в том смысле,
ушел ли он от меня...
- Когда же она успела позвонить ему?
- Может, пока я спала? Надо было уточнить... я не помню, что конкретно
она сказала, но смысл вот какой: она была уверена, что он здесь ночует.
- Ну, она могла предположить, хорошо зная Илью, что этим дело и кончится.
Может, парень действительно ни при чем? То, что он перед смертью Палыча
расплатился со всеми долгами, снимает с него подозрение: в самом деле, на
кой черт ему убивать его? И в клуб лезть ни к чему...
- К тому же у него алиби, - напомнила я. - Он был с женой в ту ночь,
когда убили сторожа.
- А вот мы с тобой в глазах родной милиции выглядим более чем
подозрительно.
- Ага, - загрустила я. - Еще зачем-то соврала менту, что я Катька. Теперь
нам точно все убийства припаяют.
- Не вешай нос, еще не припаяли, - улыбнулся Мишка, обнимая меня. - Надо
срочно найти бородача на "Понтиаке", это наша единственная надежда. - Мишка
чертыхнулся, покачал головой и заявил с томлением:
- Где же труп этого придурка?
- Может, настоящий убийца от него избавился и мы беспокоимся совершенно
напрасно?
- Может быть. Только я хотел бы знать наверняка. Если он где-то
всплывет...
- Кто? - испугалась я.
- Труп, естественно.
- Мишка, может, нам уехать? Ко мне, в Кострому? И пусть они Катьку ищут и
с ней разбираются.
- Катька могла укатить на Канары, это на нее похоже: заварить кашу и
смыться, а вы тут голову ломайте.
- Я все-таки надеюсь, что она не имеет никакого отношения к убийствам.
Просто хотела отдохнуть с женатым мужчиной, а когда вернется, все, что здесь
произошло, будет для нее большим сюрпризом...
- А ведь это идея, - заметл Мишка.
- Что? - не поняла я.
- Надо проверить по турагентствам, выкупала ли она путевку.
- А это можно сделать?
- При известном старании можно все.
Последующие несколько часов Мишка демонстрировал, что он может. Мы
объехали все существующие турфирмы в городе (к счастью, их оказалось не так
много), я оставалась в машине, а Мишка, нацепив улыбку на физиономию,
исчезал за дверями, возвращался без улыбки, но глаза его насмешливо
блестели.
- Просто счастье, что большая часть сотрудниц - женщины, - заявил он, а я
почувствовала себя не очень уютно. Конечно, следствие дело нужное и
результаты нам необходимы, но вовсе незачем так улыбаться и заливаться
соловьем. Не удивлюсь, если он еще и номера телефонов выпрашивал... Как
только эта мысль пришла мне в голову, ни о чем другом я уже думать не могла,
кончилось тем, что я запустила руку в Мишкин карман и извлекла целый ворох
разноцветных бумажек.
- Это что? - спросила я, разглядывая их, и без Мишкиной подсказки
прекрасно сознавая, что держу в руках. - Вика, Люда, Даша... изумительно.
Мишка, поначалу просто обалдевший от того, что я запустила руку в его
карман, теперь взирал на меня с глубоким отчаянием.
- Я ж не собираюсь им звонить, - сказал с намеком на панику.
- А зачем тогда эту дрянь в карман складываешь? Мог бы сразу выбросить.
- Да я просто не подумал...
- Очень жаль. - Я разорвала бумажки в мелкие клочья и выбросила в окно.
- Нехорошо сорить, - заметил Мишка, а я отвернулась.
К четырем часам стало ясно: первое, Мишка ужасный бабник, второе, Катька
никуда не уезжала, по крайней мере, ее фамилия в списках не значилась. Мишка
по обоим пунктам выразил несогласие: прежде всего он не бабник, а напротив,
однолюб, и это каждый знает, улыбался зазывно, потому что у него задание, а
Катька могла приобрести путевку, например, в Московской турфирме, если
учесть, что ее дружок до смерти боялся жены и не желал рисковать. Турфирмы в
Москве мы проверить не можем, значит, надо переключаться на бородача. В
общем, где-то около пяти мы сворачивали с площади Свободы в сторону
гастронома.
- Теперь твоя очередь, - сказал Мишка.
- В каком смысле? - не поняла я.
- Ты видишь "Понтиак"? - спросил он со вздохом, паркуясь возле крохотной
клумбы с чахлой березкой посередине.
- Нет, - оглядевшись, ответила я.
- Правильно. И я не вижу, но, если верить доблестному стражу дверей
ночного клуба, он стоял здесь. - Я кивнула, а Мишка продолжил:
- Выходит, надо выяснить, живет ли здесь наш бородач или приезжал к
кому... - А как это сделать?
- Пообщаться с жильцами дома, авось нам повезет? Вот ты сейчас этим и
займешься.
- А ты?
- А я буду сидеть в машине.
- Почему бы нам не пойти вместе? - робко спросила я.
- В одиночку тебе легче расположить граж-. дан. Улыбнись, расскажи
историю, из которой становилось бы ясно, на кой черт тебе этот "Понтиак"
понадобился.
- Какую историю? - запаниковала я.
- Придется тебе ее придумать. Я их сегодня столько насочинял, что ни на
что больше не способен, так что шевели мозгами и ногами тоже.
Одарив Мишку злобным взглядом, я направилась к дому и очень скоро поняла,
что пообщаться с жильцами дело не простое: на дверях подъездов стояли
кодовые замки. С некоторым облегчением, увидев это, я хотела вернуться в
машину, но Мишка сделал мне знак, который можно было истолковать как
предложение пройтись и дождаться появления человека, способного впустить
меня в дом.
Прогуливалась я минут десять. Наконец возле соседнего подъезда
затормозила "Волга" и из нее показался упитанный мужчина преклонного
возраста. Я со всех ног кинулась ему наперерез.
- О... простите, - замахала я рукой и начала улыбаться зазывно, совсем
как Мишка час назад. Мужчина обратил на меня внимание и остановился, а я,
подлетев к нему, попросила:
- Вы мне не поможете?
- А в чем дело? - спросил он с намеком на улыбку, как-то чувствовалось,
что помочь он будет рад.
- Я ищу хозяина "Понтиака". Если не ошибаюсь, он живет в этом доме. Белый
"Понтиак".
- А почему он вас интересует? - задал вопрос мужчина, правда
доброжелательно.
- Видите ли, во вторник он подвозил меня, а я потеряла сумку, мне
кажется, я забыла ее в машине. Мы разговорились по дороге, и мужчина что-то
такое сказал по поводу этого дома. Я так поняла, у него здесь квартира, вот
и решила узнать... У него борода, у мужчины, я имею в виду. - Изъяснялась я
довольно путано, но моему собеседнику, как видно, рассказ понравился, потому
что он широко улыбнулся и заявил:
- Борода у Аркаши выдающаяся...
- Так вы его знаете? - обрадовалась я.
- Аркадия Викторовича? Конечно. Мой сосед, третья квартира.
- Вы не возражаете, если я войду с вами?
- Не возражаю, но Аркашу вы не застанете. Вчера он уехал в Прагу.
- Надолго?
- Дней на пять, по крайней мере, он так говорил.
- Может быть, вам известен его телефон? Я бы позвонила, когда он
вернется. К сожалению, я могла оставить сумку в десятке других мест...
- У меня где-то есть его визитка. - Он извлек бумажник, немного покопался
в нем и протянул мне визитку:
- Вот, пожалуйста.
- Просто не знаю, как вас благодарить, - пропела я и широко улыбнулась.
- Всегда рад помочь красивой девушке.
Мы тепло простились, и, вдохновленная тем, что так легко смогла выполнить
задание, я точно на крыльях полетела в сторону гастронома, чувствуя, что
мужчина все еще смотрит мне вслед. Мишка развернулся и подъехал ко мне.
- Ну, что?
- Вот его визитка, сам хозяин "Понтиака" сейчас в Праге. Уехал дней на
пять, если верить его соседу.
- Благой Аркадий Викторович, - прочитал Мишка. - Адвокат. Очень
интересно. А это точно наш тип?
- Откуда мне знать? Борода и "Понтиак" у него есть.
- Будем надеяться, что наш. Еще одного "Понтиака" у нас в запасе все
равно нет.
Мы поехали домой, предварительно заскочив в клуб, где я покрутилась минут
пятнадцать. Никаких новостей. Если у милиции и имелись новости, то об этом
граждан информировать не спешили, так что оставалось неясным, подозревают
они кого-либо или нет. Мишку это очень беспокоило.
- Пожалуй, стоит избавиться от пистолета, - вздохнул он. - Придут за нами
менты, и вдруг такая улика...
- Выброси его немедленно, - испугалась я.
После долгих размышлений пистолет он решил спрятать, избрав для этой цели
тот самый бесхозный особняк рядом с клубом. Во дворе стояли мусорные баки, а
прямо за ними в стене имелась изрядной величины дыра, образовавшаяся оттого,
что несколько кирпичей фундамента выкрошились. Оставив машину на стоянке
клуба, мы немного прогулялись, поглядывая по сторонам, и только когда Мишка
решил, что ничего подозрительного вокруг не наблюдается, свернули во двор.
Должно быть, дыру в стене Шальнов приметил раньше, потому что сразу
нацелился на нее, но соблюдал осторожность и в целях конспирации, прижав
меня к этой самой стене, долго целовал, объяснив, что возможный наблюдатель
должен принять нас за влюбленных. Под конец мы так увлеклись, что об
истинной цели визита вроде бы вовсе забыли.
- Пистолет, - шепнула я, потому что не считала подворотню особенно
удачным местом для свидания. Воровато оглядевшись, Мишка тщательно вытер
пистолет и, завернув его в кусок полотенца, который прихватил из машины,
сунул в дыру, замаскировал ее кирпичами и для верности завалил сломанными
ящиками.
Я в это время стояла рядом и громко стучала зубами, в любой момент ожидая
появления родной милиции. Но, на счастье, в тот день ей было не до нас.
Итак, пистолет мы спрятали, и по дороге домой Мишка разглагольствовал,
что теперь чувствует себя гораздо спокойнее, и намекал на то, что если
предполагаемый убийца появится, он его голыми руками разорвет. На этот счет
я не особенно обольщалась и загрустила: время идет, ничего полезного мы не
узнали, убийца бродит невыловленный, а у нас, кроме пресловутого "Понтиака",
ни одной зацепки. Было от чего впасть в отчаяние. Когда я поделилась этими
мыслями с Мишкой, он посоветовал мне не переживать, я в ответ обозвала его
придурком, и мы немного повздорили, но, вернувшись домой, довольно быстро
помирились. Мишка сделал несколько телефонных звонков, а я приготовила ужин.
- Про этого адвоката Благого никаких полезных сведений. Бабки, судя по
всему, зашибает большие, ему сорок лет, несколько раз оказывал услуги очень
серьезным людям в нашем городе, разведен, подружка держит кафе на Литейной,
и это все. Каким боком он в нашей истории, в ум не идет. Что такого он мог
сообщить Палычу, чтоб бедолагу после этого сразу же кокнули?
- Не преувеличивай, прошло несколько часов.
- Не важно, главное - в тот же день.
- Может, мы напрасно так рассчитываем на этого адвоката?
- А на что нам еще рассчитывать? Илья был классным подозреваемым, но если
он ни при чем, как пытается нас уверить, то где искать убийцу, мне даже в
голову не приходит. Вся надежда на адвоката, вдруг он поведает что-то
интересное.
- Еще вопрос, захочет ли он это сделать?
- Захочет, - убежденно заявил Мишка и почему-то посмотрел на свой кулак.
Я тоже на него посмотрела, и челюсть у меня заныла от дурных воспоминаний.
- Я на тебя надеюсь, - заявила я.
Позавтракав утром, Мишка минут двадцать бегал по гостиной с очень
серьезным выражением на физиономии, после чего заявил:
- Не худо бы отыскать Катрин.
- Где же ее искать? - развела я руками.
- Если она не уехала, значит, где-то прячется. Дава
...Закладка в соц.сетях
