Жанр: Электронное издание
helltake
... они разговаривали.
- Она побежала через двор, - сказал один.
- Не могла она бежать. Я зацепил ее, ты же видел кровь на асфальте. Она
где-то здесь.
- Где? Темнота... черт... чем так воняет?
- Куда она исчезла? В конце концов, это просто смешно.
Может, кому и было смешно, но уж точно не мне. Они приближались, а мне
очень захотелось упасть в обморок. Я
попыталась нащупать пистолет, его не было, что неудивительно. Конечно, я и
пистолет умудрилась потерять, и головой
треснулась так, что мир до сих пор не хотел занять свое обычное положение, а
как-то заметно заваливался влево. Вот упала так
упала! А эти типы приближаются и через секунду найдут меня.
- Вот она! - крикнул один из них, и я едва не заорала во все горло, но
вместо того, чтобы броситься в мою сторону, они
побежали в глубь двора, причем впечатляюще быстро.
Выждав немного, я на четвереньках выбралась с помойки и тоже побежала, в
противоположном направлении. Хватило меня
минут на пять, справа возникла пятиэтажка с пристроенным сбоку входом в подвал.
Дверь была не заперта, я спустилась по
лестнице в абсолютной темноте и наткнулась на вторую дверь, на этот раз
запертую. Один раз я уже пряталась в подвале, и
тогда мне повезло. Искать другое пристанище сил больше не было, я сползла по
стене на пол и устроилась в углу, подтянув к
животу колени и обхватив их руками. Бок невыносимо жгло, я сунула руку под
футболку и почувствовала кровь на пальцах.
Что они там болтали о том, что подстрелили меня? Неужели правда? Только этого не
хватало. Может, швы разошлись от удара
или от страха? Могут швы разойтись от страха? У меня, наверное, могут.
Я закрыла глаза, в темноте все равно ничего не видно, и попыталась
прислушаться к тому, что происходит на улице, но там
ничего не происходило. Голова кружилась и вроде бы даже отделилась от туловища,
поднимаясь все выше и выше, точно
футбольный мяч над игровым полем, отправленный мощным броском в небо. Я видела
себя как бы со стороны: скрючившееся
существо на ступеньках в темном подвале. Совершенно нелепое существо и
совершенно без головы. А футбольный мяч,
достигнув высшей точки в своем полете, начал - стремительное падение. Он падал,
падал, падал... "И все же с его стороны это
было неосторожно - взять и надеть чужой шлем, да еще вместе с хозяином!" -
весело сказал кто-то, а меня разбудил телефон.
Поначалу я мало что соображала, просто сидела и пялилась на шершавую стену перед
собой и пыталась сообразить, где я.
Наконец сообразила, с трудом поднялась на затекших ногах и только потом подумала
о телефоне. В отличие от пистолета он не
потерялся и лежал в кармане, застегнутом на пуговицу. Но кто это вдруг решил
пожелать мне доброго утра, не шло в голову.
Телефон принадлежал одному из приятелей Татарина, а может, самому Татарину, я
так и не удосужилась спросить, но никто из
них в любом случае звонить не мог, если, конечно, сотовая связь не шагнула в
заоблачные выси. Впрочем, в заоблачные выси
Татарину с дружками ход закрыт, для них подготовлено место помрачнее. Жаль, что
я имею шанс встретиться с ними в этом
месте. Я потрясла головой и сказала:
- Да, - не исключая возможности услышать знакомый голос: сумасшествие могло
прогрессировать, а от слуховых
галлюцинаций меня никто не страховал. В общем, я сказала:
- Да, - и с любопытством ждала, что скажут мне. Голос был мужской, приятный
и незнакомый. Интеллигентный голос с
характерными начальственными интонациями.
- Александра Сергеевна? - спросил он. - Вы меня слышите?
- Слышу, - ответила я.
- Вот и отлично. - Он сделал паузу, потом заговорил:
- Вам не кажется, что все это зашло слишком далеко и уже походит на
идиотский фарс?
- На идиотский что? - не поняла я.
- Фарс. Комедию.
- Мне не смешно. Нисколько, - заверила я и добавила с обидой:
- Может быть, вы со смеху покатываетесь, но не я.
Он вздохнул.
- Вот что, Александра Сергеевна. В шесть вас будут ждать на развилке возле
нового кладбища. Вы очень... подвижная
женщина и, думаю, за час успеете туда добраться.
- А зачем мне туда добираться? - тупо соображая спросонья, спросила я.
- Вы привезете пленку, а мы вернем вам мальчика. Я медленно сползла по
стене.
- Не беспокойтесь, - заверил меня приятный голос. - Ребенок в безопасности,
жив, здоров и очень хочет увидеться с вами.
- Я вам не верю... - пролепетала я.
- Как угодно. Но пленка мне нужна в шесть. Позднее обмен не состоится.
- Я вам не верю, - повторила я. - Вы не отпустите нас...
- Да бросьте вы, - он вроде бы обиделся. - Зачем вы мне? Сумасшедшая убийца
и ребенок... Мне нужна пленка. Вы все
поняли?
- Все я поняла, сукин ты сын, - заверила я, хотя он уже не слышал. Я ревела
от бессилия, ухлопав на это минут пять, потом
испуганно посмотрела на часы, они стояли. - Господи боже... - сказала я громко.
- Почему бы им не пристрелить меня вчера? Я
очень устала, - слезливо пожаловалась я, глядя куда-то вверх. - Очень. И мне все
надоело... - Но мое мнение никто не
спрашивал. Поэтому я стала выворачивать карманы и искать бумажку с нужным мне
номером телефона. Разговор много
времени не занял.
Потом я набрала Сашин номер, и он ответил.
- Саша... - позвала я жалобно.
- О господи, где тебя носит? Я не спал всю ночь.
- Саша, Денис у них.
- Не может быть...
- Они ждут меня на развилке, возле нового кладбища, в шесть. Времени в
обрез...
- Послушай...
- Извини, Саша. Они хотят пленку, и я ее верну. Только они наверняка
обманут и убьют нас. Боюсь, им ничего не стоит
убить ребенка. Вот в чем дело...
- Кто эти они, черт возьми?
- Я не знаю, - сказала я и добавила:
- Мне нельзя терять время.
- Куда ты сейчас? - спросил он.
- За пленкой.
- Ты не поедешь к ним одна. Я поеду с тобой. Где мы встретимся?
- На конечной седьмого троллейбусного маршрута, там гаражи...
- Я буду через полчаса, - заверил он, а я кивнула, точно Саша мог меня
видеть.
Я выбралась из подвала. Вид у меня был... Побрела по улице, потом ускорила
шаг, потом побежала. Раннее воскресное утро,
город спит. Из-за угла появилась машина, завидев меня, водитель шарахнулся в
сторону. Футболка в крови и запах... Не
хватает на милицию нарваться... Я испуганно шагнула во двор и тут заприметила
выезжающую машину, заправила футболку и
махнула рукой. Дядька за рулем, судя по всему, еще спал и видел меня плохо,
поэтому охотно разговорился и сообщил, что
собрался к своим на дачу.
- А я на кладбище, - брякнула я с заднего сиденья.
- Своих навестить?
- Да.
- Что-то рановато...
- Пока возьму машину, заеду домой, переоденусь, куплю цветов...
Дядька, согласно кивая, довез меня до самого гаража, но, слава богу, сразу
уехал, у меня не было ни малейшего желания
изображать страшное горе при виде пустого гаражного пространства.
Я достала пленку, сунула ее в карман и пошла к остановке, не потрудившись
запереть гараж. "Неужели они убьют ребенка? -
подумала я с горечью. - О господи..." Я ускорила шаг. Саша стоял возле своей
машины. С некоторым удивлением я заметила,
что в кабине сидят еще двое мужчин.
- Быстрее! - поторопил он. - Времени в обрез.
- Кто это? - шепотом спросила я.
- Садись, расскажу по дороге.
В машине сидели Сашины коллеги. Они были вооружены и, если честно, вид
имели самый что ни на есть бандитский. На
этот счет я не высказывалась: глупо обижать людей, решивших помочь, просто
потому, что их лица не соответствуют моим
представлениям. Кстати, физиономист я никудышный, случай с Логиновым яркий тому
пример.
Саша ставил рекорд по скорости и одновременно посвящал меня в свой план.
Нервничал, но говорил убежденно, и было
видно, что в своих словах не сомневается Рядом с тремя вооруженными мужчинами я
немного приободрилась.
- Значит, так, ты идешь одна, мы тебя прикрываем. По моей команде сразу
ложись на асфальт. Денис наверняка будет в
машине. Прежде чем отдать пленку, потребуй показать ребенка. Ты поняла?
Я кивнула. Саша посмотрел на меня и быстро пожал мне руку.
- Оружие у тебя есть? - спросил он торопливо.
- Нет. - Я приподняла футболку, чтобы сидящий рядом парень мог в этом
убедиться.
- Как бы ни обернулось дело, по моей команде сразу ложись, - повторил Саша
и вдруг спросил:
- Ты ранена?
- Нет. Упала.
- Надень ветровку, там, сзади...
Меня трясло, то ли от холода, то ли от волнения, я надела ветровку и
обхватила себя руками.
- Саша, не могут они убить ребенка. Ведь люди же они, в конце концов...
- Не думай о плохом, - сказал он. - Мы спасем мальчишку.
- Он маленький, и он совсем ничего не знает. За что его убивать?
- Прекрати, Саша. Держи себя в руках...
Я держу себя в руках. Я очень хорошо держу себя в руках...
До развилки оставалось полкилометра, а часы показывали без пяти минут
шесть.
- Все, отсюда пойдешь пешком, - сказал Саша и свернул в лес.
Я побежала по дороге. Я бежала, пытаясь молиться всем богам, о которых мне
что-либо известно, в результате молитва
получилась довольно странной и, боюсь, неубедительной. Тут я увидела машину,
светлую "Волгу" с тонированными стеклами,
но вместо того, чтобы броситься к ней, в последнем рывке повалилась на асфальт.
- Ну, конечно, опять упала, - поднимаясь на четвереньки, сказала я громко.
"Но только не духом, а, как всегда, головой". -
Давай, давай, еще немного... и, если повезет, все кончится.
Последние метры я преодолевала так, точно шла по горло в воде и,
поравнявшись с "Волгой", с трудом могла произнести,
морщась от боли:
- Где ребенок?
Окно пассажира спереди открылось, и я увидела мужчину лет сорока, он
смотрел сонно и вроде бы недовольно, точно его
оторвали от приятных воспоминаний.
- Пленка, - сказал он.
- Ребенок, - сказала я.
- Он сзади. - Мужчина еще не успел договорить, а я уже увидела Дениса,
точнее, сначала услышала сопение, он всегда
смешно сопит, когда волнуется, а потом появилась его стриженая голова,
физиономия настороженная, со сведенными у
переносицы бровями. В глазах плескался дикий страх. А я пожалела о том, что у
меня нет винтовки: за один этот страх в его
глазах я уложила бы всех взрослых дядей, сидящих в машине, одного за другим, и
пусть потом скажут, что я психопатка,
убийца или чокнутая, как кому нравится, а черти радостно скалят зубы, готовя мне
место помрачней и пожарче.
- Пусть выйдет из машины, - сказала я, облизнув губы. Задняя дверь
открылась, и появился Денис. Он шагнул ко мне и
обхватил меня руками. Я похлопала его по спине, правой рукой достала пленку из
кармана и протянула ее типу на переднем
сиденье. Он извлек пленку из футляра и стал рассматривать, а я медленно
пятиться, прижимая к себе Дениса. Обогнула
машину и прыгнула в кювет, увлекая мальчонку за собой. "Волга", сдав назад,
развернулась и через пару минут исчезла за
поворотом.
- Ну, дела, - усмехнулась я, поднимаясь и оглядываясь. - Давай-ка в лес. -
Но тут на дороге появилась Сашина машина, он
лихо затормозил и бросился к нам. Его товарищи остались в кабине.
- Все хорошо? - спросил Саша. Я молча кивнула, он взял Дениса за руку и
повел к машине. Я немного повертела головой,
стараясь делать это не слишком заметно.
Я пыталась гнать от себя страхи, но Денис шел рядом, и о моей победе над
темными силами оставалось только мечтать. Мы
сели в машину, я с Денисом на заднее сиденье, рядом с одним из мужчин. Оба были
на редкость молчаливы, а вот Саша
говорил без умолку, как видно, сказывалось волнение.
- Сейчас мы отвезем вас в надежное место. Поживете там несколько дней, пока
все не выяснится.
Я тоже была разговорчива, задавала вопросы, кивала и даже смеялась. Быстро
сунула в карман Дениса клочок бумаги и
больно сжала его ладонь. Он заглянул мне в лицо, а я перевела взгляд за окно. В
поле нашего зрения возник указатель: пост
ГАИ, двести метров.
- Саш, я в туалет хочу, - жалобно сказал Денис.
- Потерпи немного, - кивнул мой сосед. - Скоро приедем.
- Потерпишь? - улыбнулась я.
- Нет. Останови, вот здесь...
- Останови, Саша, - попросила я. Парни переглянулись, но Саша уже тормозил
у обочины. Денис открыл дверь и вышел.
- У тебя шнурки болтаются, - засмеялась я. - Дай завяжу, поросенок, а то
споткнешься и разобьешь нос.
Денис стоял возле машины, а я, развернувшись к нему, наклонилась и стала
завязывать шнурки на кроссовках.
- Ну, чего ты, - нахмурился он, перехватывая мои руки. - Я ж не маленький.
- Мотай, - произнесла я одними губами. - Это ряженые... Когда научишься
следить за обувью? - спросила я вслух.
- Не знаю. - Он попятился, а потом юркнул в кусты.
- Далеко не уходи! - крикнула я.
Через минуту один из парней вышел, но к этому моменту Денис уже был в лесу.
Его куртка на мгновение мелькнула между
кустами, а я улыбнулась. История заговора губернского масштаба подходила к
концу, но рисковать жизнью ребенка у меня попрежнему
не было желания.
- Что-то он долго, - заметил один парень, а я крикнула:
- Денис!
Потом еще покричала и даже пробежалась вдоль дороги.
- Денис, Денис, вернись сейчас же.
Парень схватил меня за локоть и повел к машине.
- Почему он это сделал? - ошарашенно поинтересовалась я. В машине царило
молчание. - Но мы ведь не можем так уехать? -
спросила я Сашу, он покосился на сидящего рядом парня и неуверенно сказал:
- Не беспокойся. Найдется твой Денис.
- Не можем мы его здесь оставить, - не унималась я.
- Отвезем тебя и вернемся за ним.
- Как же так?..
Пост ГАИ остался за спиной, мы уже въезжали в город.
- Куда он мог сбежать, ты не знаешь? - спросил Саша.
- Понятия не имею. Может быть, домой? И зачем он это сделал? Я не
понимаю...
- Мальчишка, - пожал он плечами.
Наши спутники сурово молчали. Мы свернули в переулок рядом с речным
вокзалом и въехали через распахнутые настежь
железные ворота во двор какого-то учреждения. Передо мной было двухэтажное
деревянное здание с решетками на окнах,
окруженное крепким забором.
- Выходи, - сказал мне тип, сидящий рядом.
- Не беспокойся, - заверил Саша, стараясь улыбкой компенсировать излишнюю
суровость приятеля.
- Ты уедешь? - спросила я, и он вроде бы растерялся.
- Да.
- Сейчас? - Моя настойчивость его беспокоила. Он отвел глаза и кивнул:
- Да. На работу срочно.
- Воскресенье, - заметила я и тут же спохватилась:
- Извини, ты ж не на заводе работаешь.
- Как только освобожусь, я приеду, - заверил он и улыбнулся.
- Я тебя жду, очень, - в ответ улыбнулась я, он сел в машину и выехал в
ворота, помахав мне рукой. Ворота сразу же
закрылись, а тип рядом взял меня за локоть.
- Идем в дом, - сказал он без улыбки. И в самом деле, чего б ему улыбаться
мне?
Мы вошли в дом. Здесь точно было какое-то учреждение, раньше, не теперь. От
прошлого осталась казенная мебель и
специфический запах: бумаги, пыли и затхлости.
- Можно сесть? - спросила я, мне никто не ответил, и я села без разрешения,
поближе к окну. Но сквозь прутья решетки
могла увидеть лишь скучный мощеный двор, лишенный всякой растительности. Дверь
распахнулась, и в комнату решительно
вошел человек, лет сорока пяти, в помятом костюме, белой рубашке и галстуке,
кивнул парням, и они скрылись за дверью, а он
шагнул ко мне.
- Так вот вы какая... Не скрою, любопытно было взглянуть... - И добавил
резче:
- Где мальчишка?
- Сбежал, - улыбнулась я. Потом достала телефон, аккуратно подвинула его по
столу ближе к мужчине и сказала:
- Возьмите. Ваша игрушка? Дорогая...
- Куда вы отправили мальчишку? - повторил он, голос стал настойчивее.
Мужчина приблизился ко мне почти вплотную.
- Не советую вам затевать допрос с пристрастием, - сказала я. - Не тратьте
время. У вас его очень мало.
- Сергей! - зло позвал он, в комнату вошел один из парней, посмотрел на
меня, потом на своего начальника или кем он там
ему был. "Мятый костюм" гневно сверкнул глазами. - Куда вы смотрели, черт вас
возьми?
- Сделали, как велели, - без особого почтения ответил Сергей. - Как вы
велели. Мальчишка попросился в туалет. Кто ж знал,
что он сбежит?
- Ты должен был знать. Когда, черт возьми, вы научитесь думать?
Мне не хотелось, чтобы он вот так вот стоял и орал, мне хотелось с ним
поговорить, и я подала голос:
- Пленка вам не особенно нужна, правда? Нужны мы с Денисом. Без нас вся эта
история распадется на куски, собрать
которые будет довольно трудно. Я думала, что важна пленка. Дурацкая привычка:
ухватиться за первую мысль, выглядящую
логично, и держаться за нее до конца, вместо того чтобы...
С улицы донесся шум.
- Посмотри, - кивнул "мятый костюм" Сергею. Тот вышел, а я улыбнулась. Он
был очень зол, не удержался и съязвил:
- Рад, что у вас отличное настроение и на вашем лице улыбка.
- Спасибо, - еще шире улыбнулась я, звук повторился, а "мятый костюм"
прислушался. - Как вас зовут? - спросила я и
добавила, проявив чудеса сообразительности:
- Иван Иванович? Или ему не по рангу болтаться по таким местам? В любом
случае вы его, конечно, знаете. Передайте
привет.
Со двора послышались крики, я узнала голос Сергея. "Мятый костюм"
нахмурился еще больше и сердито проворчал:
- Что там происходит? - Он вознамерился выйти из комнаты, но я его
остановила:
- Не торопитесь. Это Валерий Семенович.
- Кто? - не понял он.
- Логинов, - удивилась я. - Кто же еще?
- Логинов? - Он вроде бы не поверил.
- Конечно. У него накопилось множество вопросов к вам.
- Откуда здесь Логинов? - "Мятый костюм" выглядел совершенно несчастным.
- Я ему позвонила, - охотно пояснила я. - В конце концов, вы сами сетовали
на то, что наша история стала походить на фарс.
Пора прекращать все это. Тем более что скоро первое сентября и моему ребенку
надо идти в школу.
- Да вы с ума сошли! - прорычал он и выскочил из комнаты, а я пожала
плечами:
- Что такого сумасшедшего я сказала?
Я все еще сидела возле окна с решетками и смотрела во двор, по дому ходили
люди в пятнистой форме, громко
разговаривали, отдавали приказы и выглядели очень деятельными. В комнату
заглянул крупный краснолицый дядька с
пышными усами и весело мне подмигнул, а я в ответ слабо улыбнулась и опять стала
смотреть в окно. Вошел Логинов.
- Как дела? - спросил он, подходя ко мне.
- Нормально. Учусь смотреть на мир сквозь решетки.
- Дурацкое занятие, - усмехнулся он.
- Наверное... Их посадят? - задала я свой главный вопрос.
Логинов нахмурился, отвел глаза и вновь вернулся взглядом к моему лицу.
- Обещать не могу. Конечно, кого-нибудь непременно посадят... если отыщется
такой козел отпущения. А может обернуться
и так, что мой бывший заместитель получит по шее и тоже слетит с должности.
- Выглядит он молодцом, - заметила я.
- А он и есть молодец.
- А как же вы, Валерий Семенович?
- Что я? Разве я сказал, что мы проиграли? Нет И никогда такого не скажу.
Просто я суеверный, наперед победу не
праздную... - Он закурил и добавил:
- Мальчишку привезут сюда.
- Не надо, - покачала я головой.
- Почему? - удивился он.
- Потому. Не надо, - повторила я и опять стала смотреть в окно. Помолчала
немного и спросила:
- Меня сегодня отправят? Сейчас?
Логинов подвинул стул и сел рядом, его слегка раздражало, что я пялюсь в
окно, наверное, поэтому он взял меня за
подбородок и развернул к себе.
- Послушай-ка меня, - произнес он сурово и даже нахмурился - Если далеко не
каждого мерзавца можно посадить в тюрьму,
то тебе там и вовсе нечего делать.
Смысл сказанного не сразу дошел до меня, я хмурилась, размышляла, потом
спросила:
- Как это?
- Так это, - передразнил он. - На тебя ничего нет. Дурацкое обвинение в
похищении ребенка снимут. И что останется
бандитские разборки, в результате которых в морге четыре трупа? Эка невидаль! Да
и кому это интересно?
Я смотрела в глаза Логинова, силясь понять: серьезно он это говорит?
Оказалось - серьезно.
- На тебя ничего нет, - повторил он и улыбнулся. - Ты не расскажешь, и
никто не узнает. Держи рот на замке и все забудь.
- Я не смогу, - честно сказала я.
- Сможешь, - усмехнулся Логинов. - Знающие люди говорят: нет такого греха,
который нельзя искупить. У тебя впереди вся
жизнь. - Он похлопал меня по плечу и улыбнулся.
- Вы сказали, что Дениса привезут сюда? - спохватилась я.
- Да. Сейчас приедут.
- Можно, я подожду на улице?
- Конечно.
В дверях я задержалась и попросила, неожиданно краснея:
- Простите меня. Это я виновата, что все так вышло. Логинов покачал головой
и засмеялся.
- В таком случае и ты меня прости. Из-за меня все вышло.
- Интересный вы человек, - растерянно проронила я и отправилась на улицу.
Села на крыльце, привалилась к стене спиной и,
щурясь, смотрела в небо. Где-то падали листья, легкий ветерок гнал их по
асфальту, а мир, мой мир, потихоньку возвращался
ко мне.
Во двор въехала машина, из нее показался Денис, бросился к дому, но,
заметив меня на крыльце, притормозил, сунул руки в
карманы и пошел степенно.
- Как там оно? - подняв плечи, спросил, глядя на меня сверху вниз.
- Порядок, - щурясь от солнца, ответила я и попросила:
- Дай закурить.
- Так ведь завязали, - усмехнулся он.
Через несколько дней мы смогли вернуться домой. Вышли из лифта, который по
случаю нашего возвращения работал, и нос
к носу столкнулись с Сашей. Он растерянно замер и не сразу поздоровался.
- Здравствуй, Саша, - улыбнулась я, открывая дверь своей квартиры.
Он топтался рядом, спросил неуверенно:
- Все нормально?
- Лучше не бывает, - заверила я.
- Да? - Он кашлянул, а потом улыбнулся:
- Здорово. Отлично. Я очень рад.
- Я тоже рада. - Дверь я наконец открыла и подмигнула Денису:
- Заходи. Саша коснулся моего локтя.
- Действительно, никаких проблем? - спросил, шаря глазами по моему лицу.
Чувствовал он себя как-то неуверенно.
- У меня - никаких, - заверила я. Несколько минут назад я дала себе слово,
а сейчас его нарушила и сказала:
- Саша, о том, где находится Денис, знал только ты.
Он вроде бы обрадовался, вздохнул и заговорил торопливо:
- Ты напрасно меня подозреваешь. Они выследили нас, когда мы ехали в
лагерь...
- А тот человек, из прокуратуры... Он уже вышел из больницы?
Саша все-таки отвел глаза.
- Ты никому не показывал фотографии. Так? - вздохнула я. - Тебе просто не
хотелось вмешиваться.
- Не хотелось, - резко ответил он, глядя мне в глаза. - Да, не хотелось! Я
нормальный человек и не ищу неприятностей.
- Правильно, - согласилась я. - Не думай, что у меня есть к тебе какие-то
претензии. Честное слово, нет. Просто, как
говорится, трезвый пьяному не товарищ, а нормальный ненормальному.
Я уже закрывала дверь.
- Саша, - позвал он, а я усмехнулась:
- Ты ведь знал, что мальчишку убьют.
Замок щелкнул, а я села на пуфик и уставилась в угол. Денис осторожно
коснулся моего плеча и тихо проговорил:
- Ну его к черту. Ничего в нем хорошего нет. Только рожа красивая.
- Ага, - кивнула я.
- Без него обойдемся.
- Конечно.
- У тебя есть я, - насупился Денис, а я засмеялась:
- Само собой.
- И ничего тут нет смешного. Я же не всегда буду маленький. Я вырасту и...
и тебя никто не посмеет обидеть. Ни словом,
никак... Через шесть лет и два месяца мне будет восемнадцать, - важно закончил
он. - Потерпи маленько.
Я улыбнулась, взъерошила ему волосы и сказала:
- Через шесть лет мне будет... в общем, немало. Чудесный возраст, но юным
его не назовешь.
Я поднялась и вошла в комнату. Все здесь еще напоминало о недавнем двойном
убийстве, но я вздохнула с облегчением.
Это мой дом, моя жизнь, а на кульмане мои рисунки. Я подошла ближе, почесала
переносицу, а потом сказала:
- Извини, Денис, мне очень нужно...
Пальцы были непослушными, и карандаш то и дело ломался, а я смеялась и
плакала, и в который раз начинала заново, и все,
все, все понемногу возвращалось.
- "Какой мне странный сон приснился! - сказала Алиса и рассказала сестре
все, что запомнила о своих удивительных
приключениях. И когда она кончила, сестра поцеловала ее и сказала:
- Правда, сон был очень странный! А теперь беги домой, не то опоздаешь к
чаю".
- Саш, Саша, - робко позвал Денис. Я оторвала взгляд от рисунка и увидела
его рядом. Длинненький, худой, похожий на
умного суслика, он стоял и нерешительно улыбался. - Я поесть приготовил, может,
поужинаешь?
За окном сгущались сумерки, в комнате был наведен образцовый порядок, а с
кухни шел запах жареной картошки. "Дура
несчастная, - мысленно простонала я. - Педагог недоделанный... забыла о
ребенке".
- С удовольствием. - Я улыбнулась и пошла на кухню, Денис торопливо
расставил тарелки и, забравшись на стул с ногами,
неуверенно заглянул мне в лицо. - Вкуснятина, - похвалила я, проглотив первую
ложку.
- Ага, - обрадовался Денис. - Я много чего могу. А поесть сготовить или там
убраться для меня вообще плевое дело.
- Ты у меня хозяйственный, - согласилась я, а он опять улыбнулся и потер
нос, потом спросил:
- А рисунки эти тебе когда отдавать?
- Алису я для себя делаю. А вот сборник "Русские народные сказки" к первому
октября.
- Успеешь?
- Вряд ли, - пожала я плечами.
- Трудно это, да? - теперь он был похож на заботливого домовенка.
- Ну... как тебе сказать... В общем-то, не очень. Просто сейчас вряд ли
удастся работать как следует. Дел очень много, со
всеми этими бумагами... Валерий Семенович обещал помочь, но я по опыту знаю, с
этой бюрократией только свяжись, одна
морока. Набегаешься... Надо переводить тебя в тридцать седьмую школу, она через
дорогу, не будешь же ты на другой конец
города мотаться, времени осталось мало, а пока опекунство не оформлено, ничего
толком не сделаешь.
Денис положил руки на колени и, глядя на них, спросил:
- Ты меня к себе взять хочешь? Насовсем?
- Да, - растерялась я. - А ты не против?
- Нет, конечно, - ответил он. - Я даже очень рад. Он смотрел в стол, вдруг
смешно хрюкнул, а потом заплакал. Я вскочила,
роняя стул, и бросилась к нему.
- Денис, милый ты мой, я так люблю тебя, так люблю...
- И я, Саша, и я, - захлебываясь слезами, шептал он.
Через неделю меня вызвали в прокуратуру. Денис поехал со мной, хотя, по
моему мнению, это было ни к чему. Я очень
волновалась и нервничала, оказалось - зря. Через час мы уже покидали здание,
очень обрадованные и даже счастливые, и
ловили такси. Наша многострадальная "копейка" н
Закладка в соц.сетях
