Жанр: Любовные романы
Свадьба Эмбер
... — спросил он.
— Моя жена в положении. Ваш внук будет Кавендиш и
унаследует
Бо Риваж
. И в этом будет высшая справедливость.
Винсент тихо застонал. Эмбер словно парализовало. Мотивы
поведения Джейка внезапно открылись во всей чудовищной наготе. Он вырвал у
нее обещание, что никто не узнает, чей это ребенок, целых десять лет.
Винсент сойдет в могилу в сознании, что дитя Джейка унаследует его родовое
имение. Вот это месть! Ее ребенок был главным козырем в игре Джейка.
Неудивительно, что он так печется о ее здоровье! Может, он и находил Эмбер
привлекательной, но в основном просто использовал ее как орудие своей мести.
— Но ведь это не так? Я совсем не похожа на леди Мэри. И
я не похожа на Винсента...
— Эмбер, помнишь ли ты портрет матери Стюарта? Помнишь,
как ты напоминала ее чертами? — спросил Джейк в ответ на молчание
Винсента. — Ты всегда была привязана к Стюарту, как и он к тебе.
Теперь ты понимаешь почему. Потому что он твой дядя. Он заботился о тебе и
обращался с тобой как с членом своей семьи, потому что ты ему действительно
родная.
Эмбер всеми силами старалась сохранить самообладание.
— После того как Стюарт несколько месяцев ухаживал за
сестрой, он поместил ее в роддом близ Глазго. До родов Мэри жила в маленькой
квартирке очень недалеко от роддома, ведь ей нужно было ходить на осмотры, а
это давалось ей нелегко. И вы знаете почему, — добавил Джейк, бросив
взгляд на Винсента.
— Да, у моей жены была боязнь открытого пространства.
— Вы можете представить, как несчастна была Мэри в доме
мужа, если отважилась отправиться из Санта-Лусии в Англию.
Казалось, слова Джейка тяжело повисали в теплом и влажном,
пропитанном ароматом цветов воздухе.
— На первом осмотре она познакомилась с двумя женщинами,
которые стали ее подругами и заботились о ней. Имя одной из них — Сара
Темпл...
— Мать Джинни! — вырвалось у Эмбер.
— Да, верно. Другая была Дороти Эллиот. И Дороти, и Мэри
боялись, что мужья могут их обнаружить. Когда Дороти заявила, что готова на
все, лишь бы не встретиться с мужем, Мэри увидела в этом свой шанс. И
женщины обменялись документами еще до регистрации, и Дороти переехала к
Мэри.
Эмбер сглотнула. История выглядела правдоподобной, но Джейк
ведь был хорошим журналистом и писателем.
— Я могу проверить это у Стюарта, — нервно сказала
она.
— Можешь. Он знал, что у Мэри было две подруги —
Дот и Сара... Разве не так, Эмбер?
— Имена кажутся знакомыми... Но ничего, продолжай.
— Так вот. Сара оставила своего ребенка у себя, а Дот и
Мэри — в приюте. Мэри предпочла исчезнуть, опасаясь, что Винсент
выследит ее через Стюарта. Дороти тоже боялась своего мужа. Стюарт попросил
Элизабет и Энгуса Фрэзер удочерить тебя. Он хотел, чтобы ты была рядом с
ним, понимаешь теперь?
Взор Эмбер был прикован к Винсенту.
— Скажите мне, что все это неправда.
Глаза Винсента наполнились слезами. Его дрожащая рука
потянулась к ней.
— Это правда, дитя мое... О, мое дитя!
Эмбер зарыдала.
— Не плачь, — проговорил Винсент, — я не
обвиняю тебя за то, что ты дурно думала обо мне. Это твой муж заморочил тебе
голову.
— Нет, — протестующе сказала она, — он
только хотел помочь мне найти настоящих родителей.
— Я сомневаюсь в этом, — сказал Винсент. —
Мне очень жаль, Эмбер, но ты скоро узнаешь, чего хочет Кавендиш, почему он
заварил всю эту кашу, чтобы раздобыть информацию.
Тут, к ужасу Эмбер, старик закашлялся, да так сильно, что едва
не сполз с кресла.
— Может, позвать Джемайму? — прошептала Эмбер,
глядя на помертвевшее лицо старика.
Джейк пощупал пульс.
— Он скоро придет в себя.
— Но ты ведь не ненавидишь его больше?
— Ты знаешь, что он сделал с моей сестрой и ее ребенком.
— Дай же ему возможность объясниться.
— Я не желаю слушать его сказки.
— Но он умирает...
— Это не избавляет его от грехов.
— Нет, у него должен быть шанс оправдаться.
— А вот у моей сестры не было никакого шанса. Даже жена
Винсента предпочла расстаться с ним. Паскаль и Сюзанна ненавидят его. Вот
какой это человек!
— Вы ссоритесь? — ехидно спросил Винсент,
очнувшись.
— Нет! — Джейк задохнулся от ярости. — Наш
брак прочен, вам не разлучить нас, как ни старайтесь.
Дрожащая от волнения Эмбер пыталась понять: об их ли браке
заботился Джейк или о своих планах мести?
— Знал ли он, кто ты, до того как женился? —
спросил Винсент.
Ей казалось, что силы покидают ее. Действительно, знал ли он?
— Я... я не знаю, — пролепетала она, умоляюще
глядя в лицо Джейку.
— Верь же мне! — воскликнул Джейк.
— Когда ты узнал, когда?
— Эмбер, не гляди на меня так!
— А как я должна смотреть — с восхищением, с
любовью? Этого ты добивался, Джейк? Ты же знаешь, я люблю тебя.
— Нет, не знаю.
— Если я дочь Винсента, ты слишком многого можешь
достичь благодаря этому.
Она вспомнила, в какое бешенство пришел Джейк при мысли о том,
что Лео мог усыновить ее ребенка. Теперь она понимала почему. Это разрушило
бы его мстительные планы.
— Так вот что было твоей местью — чтобы твой
ребенок унаследовал эту плантацию? Твой... — с усилием повторила она.
— Да, — сдавленным голосом подтвердил Джейк,
— я не могу отрицать, что считаю это высшей справедливостью.
Эмбер испустила стон. Джейк сделал ее пешкой в своей игре,
воспользовался ее уязвимым состоянием. А еще говорил когда-то: как ужасно
ребенку узнать, что его отец лжец... Ей было плохо из-за предательства
Джейка.
Тут Джейк протянул Винсенту какой-то конверт. Плантатор
взглянул на него — и словно молния поразила старика. Его лицо еще
больше побледнело, и он обрушил на Джейка град проклятий. С трудом
успокоившись, он прошептал:
— Оставьте меня... Мне нужно побыть одному...
Похолодев, Эмбер направилась к выходу. Уже на пороге дома она
спросила Джейка:
— У тебя что, совсем нет сердца?
— Для него нет, — отрезал Джейк.
— А я-то так уважала тебя за доброту и человечность.
— Эмбер, еще раз прошу тебя, не сомневайся во мне.
— Что было в том письме?
— Доказательства. Без этого я не стал бы с ним
встречаться. — Чуть тише он добавил: — Я попросил Мэри Брендон
подтвердить письменно все то, что я сегодня говорил.
Эмбер с гневом подняла на него глаза:
— Моя мать? Все это время ты знал, кто моя мать? И тебе
было известно, где она? Почему ты ничего мне не говорил?
— Да, сама Мэри рассказала мне обо всем, а не Стюарт. Он
лишь уточнил некоторые детали, — спокойно ответил Джейк. — Это я
сказал ему, что обо всем знаю. Он предпочел бы, чтобы я держал язык за
зубами, но я поступил по-своему.
— Моя мать жива, и ты встречался с нею! — От
волнения у Эмбер сдавило горло. — И до сих пор скрывал это! Ты
бездушный, холодный, черствый человек, просто негодяй! Как ты мог поступить
так со мной, Джейк, сделать меня орудием в своих руках? Ты подстрекал,
соблазнял меня, лгал мне.
— Ты уже встречалась со своей матерью, Эмбер, —
вдруг сказал Джейк.
— Я?! Где? Кто она?
— Мэри, — ответил он, глядя ей прямо в глаза,
— Мэри Смит. Та, что руководит Организацией, та, что стала твоим
другом и наставником.
— Мэри?! — Эмбер испустила приглушенный крик и
лишилась чувств.
Джейк едва успел подхватить ее, осторожно опустив на землю.
— Успокойся, дорогая, — попросил он.
— Не смей называть меня дорогой! Ты все это нарочно
подстроил.
Теперь она вспомнила, где слышала имена Сары и Дот: Мэри так
называла своих подруг. Да, все три женщины, имея сходные судьбы, держались
вместе и помогали друг другу. Мэри, оправившись от своей болезни, стала
работать в Организации, чтобы помогать детям разыскивать своих родителей.
Мэри! Женщина, которой она восхищалась больше всех на свете.
Мэри выслушивала все ее признания, расспрашивала о Стюарте, Энгусе и
Элизабет, Джейке. И ничего ей не сказала. Почему? Что плохого могло
случиться? Ведь сказала же она Джейку.
Чувство отверженности свинцовым грузом легло на сердце Эмбер.
Мэри она вовсе не нужна, да и Джейку тоже. Для них обоих она была лишь
орудием мести.
— Она рассказала все тебе, а не мне, — промямлила
Эмбер.
— Однажды мы с Мэри проболтали всю ночь, и она спросила
меня, имею ли я какое-нибудь отношение к семье Кавендиш из Санта-Лусии.
После этого она открылась мне. Позже мы снова встретились, она сообщила мне,
что Джинни признана наследницей Винсента.
— Откуда она узнала?
— Она никогда не порывала с Сюзанной, — пояснил
Джейк. — Это известие ее огорчило, и она решила помочь тебе добиться
этого наследства.
— А как она меня выследила?
— Еще во время твоей учебы в университете. Это она дала
тебе работу в Организации, но так и не нашла сил открыть правду. Было
совершенно ясно, что ты счастлива в Каслстоу, и Мэри не хотела ломать тебе
жизнь. А позже, когда ты вернулась в Африку, Мэри поняла, что ты на
распутье. Мы поговорили с ней и решили: ты должна узнать правду и своих
настоящих родителей.
— Мэри должна была сама мне все рассказать. Почему она
не сделала этого?
— По двум причинам. Первая — Винсент. Она все еще
боялась его. Кроме того, она боялась, что ты возненавидишь ее за то, что она
тебя бросила. Она не хотела снова потерять свою дочь. Она тебя любит.
Эмбер минуту молчала.
— Не знаю, что и сказать... Ну а твоя роль во всем этом?
— устало спросила она.
Джейк опустил глаза.
— Мы с Мэри очень забеспокоились, узнав, что ты
беременна от Энцо, а он оставил тебя. Я сказал, что женюсь на тебе. Мэри
была счастлива. Она также просила, чтобы я привел тебя к Винсенту, когда ты
будешь готова к этой встрече. И я вел тебя шаг за шагом, рассказывая обо
всем понемногу, стараясь облегчить твою участь. Это было самым тяжелым, что
мне пришлось проделать в жизни.
— Как жаль, что моя мать не знает, насколько ты
себялюбив и что ты печешься только о своих интересах. Для тебя это было
удачей, подарком судьбы, что я была беременна и что я дочь человека,
которого ты ненавидишь.
Все было четко спланировано, никаких случайностей, и ты мне
лгал про свою любовь.
Земля ушла у нее из-под ног. Она успела прошептать:
Мне
плохо
— и лишилась сознания.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Эмбер смутно помнила, что Джейк внес ее в дом и Джемайма
устроила ее в одной из комнат для гостей.
Итак, Джейк предал ее. Все эти разговоры о любви с первого
взгляда были просто враньем. Он ухватился за счастливую возможность мести,
хорошо все рассчитал и разыграл! Он хотел, чтобы она ничего не подозревала,
пока не привяжется к нему. Конечно, можно потребовать развода, но это было
бы слишком просто... Раздавленная, измученная, Эмбер пролежала так несколько
часов. Она осталась холодной и безответной даже тогда, когда Джейк тихо
скользнул к ней в кровать и обнял ее. Она не отвечала ему. Он повернулся на
другой бок и уснул. Это больно задело ее. Он просто хотел заполучить
Бо
Риваж
. Хорошо же! Она сделает все, чтобы плантация ему не досталась. Что же
касается Винсента... Ее родителями были Энгус и Элизабет, они любили ее,
сделали ее такой, какая она есть. Как и Стюарт.
Какие-то люди входили и выходили. Она ни на что не
реагировала. День и ночь смешались. Люди вокруг нее шептались,
разговаривали. Однажды ей показалось, что к ее кровати, плача, подошел
Винсент, затем доктор, измеривший ей давление... Она заметила, что Джейк
больше не приходит спать к ней в комнату. Она понемногу начинала осознавать,
что пора очнуться и взять себя в руки. Она должна теперь показать, что
проживет и без Джейка. А Джейк все так же приходил ухаживать за нею, пытался
ее кормить, однажды решился заговорить с нею:
— Эмбер, я знаю, что ты слышишь меня. Мне кажется, я
теряю тебя, а этого я не хочу. Я люблю тебя. Ради Бога, скажи что-нибудь!
Эмбер отвернулась к стене, а он все повторял, как ее любит, как ревновал ее к Энцо...
Дни шли за днями. Она все еще не вставала с постели, часами
слушая шелест бамбуковых зарослей под окном, а Джейк по-прежнему приходил к
ней, говорил о своей любви. Но как теперь она могла доверять ему!
Однажды, когда Джейк спустился к телефону, она вдруг ощутила
движение ребенка внутри себя. Слезы покатились у нее по щекам. Она прижала
руки к животу. Это дитя будет любимым, оно будет знать свою мать, и мать
будет бороться за его и свое счастье!
Я хочу жить
, — решительно
сказала она себе. Когда Джейк вернулся, она твердым голосом обратилась к
нему:
— Я не желаю оставаться здесь ни одной лишней минуты и
не хочу признавать Винсента своим отцом.
— Ты должна, — настойчиво возразил Джейк.
— Должна?! — возмутилась она. — У меня нет
никаких обязательств перед ним.
— Он твой родной отец, и ему не долго уже осталось жить.
Дай ему умереть в спокойствии.
— А тебе-то что, как он умрет? — воскликнула она
со страстью.
— Это нужно тебе, а мои чувства здесь ни при чем.
— Ты планировал все это многие месяцы, и даже женился на
мне согласно своему плану. Ты говорил, что без ума от меня, на самом деле ты
обезумел от своей жажды мести!
— А что я должен чувствовать к нему? Он умирает? Мы все
когда-нибудь умрем. — Он бросил недокуренную сигарету. — Я
видел, как мои родители из полных жизни людей превратились в тени...
— О, Джейк! Это сломало тебя, разрушило и нашу любовь.
— Нет, не говори так! — Джейк схватил ее за плечи.
— Он превратил тебя в такое же чудовище, как и он сам.
Ты... ты использовал меня.
— Нет-нет, дорогая! Я женился на тебе, потому что
полюбил, я знал, что мы будем счастливы вместе. Я старался сдерживать свои
чувства как только мог.
— А почему? — обвинительным тоном спросила она.
— Я сдерживал себя, потому что боялся. Боялся, что когда
ты узнаешь все, то станешь думать, будто я использовал секс, чтобы подчинить
тебя. На самом деле я всегда хотел лишь заботиться о тебе и твоем ребенке. Я
знал, у нас есть шанс стать счастливыми. Больше всего я боялся, что ты
превратно истолкуешь мои намерения. Верь мне! Клянусь, я только хотел помочь
тебе и Мэри обрести справедливость.
— Как я могу тебе доверять?
— Действительно, годами меня сжигала ненависть к
Винсенту. Я хотел бы видеть его в аду. И вот мое заветное желание
исполнилось.
— Так я была права! — вскричала Эмбер.
— Да, но я имел в виду не месть, а мое желание жениться
на тебе. Я не могу тебя потерять. Будет лучше, если мы забудем
Бо Риваж
и
отсечем прошлое. Давай вернемся домой!
На какое-то мгновение она застыла. Ее огромные глаза в
недоумении глядели на него. Домой? В Каслстоу?
— Скажи Винсенту, что ты отказываешься от наследства.
— Отказываюсь? Я? А мой ребенок?
— Наш ребенок, — мягко поправил он. — Мы
возвращаемся домой и ни за что не расстанемся.
— Но ты ненавидишь Винсента.
— Да, но месть моя слишком запоздала и оказалась слишком
дорогостоящей.
Он устало закрыл глаза. Чувства Эмбер словно прорвались, она
зарыдала, и Джейк заключил ее в объятия.
Вдруг чей-то голос произнес:
А-а-ахмм
. Они одновременно
повернулись, и у нее вновь закипели на глазах слезы.
— Мэри! О, Мэри!
И теперь Эмбер оказалась в объятиях высокой седоволосой
женщины — ее давней верной и мудрой подруги, а отныне и матери.
Мэри повернула голову к Джейку и тихо сказала:
— Спасибо.
— Спасибо вам за то, что вы смогли приехать сюда. Знаю,
как это было для вас тяжело. Я очень благодарен вам за это.
— Как жаль, что вы раньше не говорили мне всей правды!
— сказала Эмбер.
— Моя милая, я не могла, я боялась потерять твое
уважение, но главное то, что не все, что я говорила о Винсенте, оказалось
правдой, — со стыдом призналась Мэри. — Честно сказать, мы оба
были виноваты. Однажды мы поссорились с ним из-за того, что я хотела
рассказать ему о его родной матери, а Винсент отказался слушать.
— У Винсента не было никакого права скверно обращаться с
тобой, — сказала Эмбер, желая показать Мэри, что понимает и не
осуждает ее.
Мэри вздохнула.
— Во время ссоры Винсент пытался лишь меня успокоить, а
Паскаль решил, что он меня мучит. Я использовала это как предлог, чтобы
покинуть мужа.
— Да, но вы говорили, что он ввел в дом любовницу,
— вмешался в их разговор Джейк.
— Тогда я была в этом убеждена. Он взял ее ухаживать за
мной, но я не верила в это. Она была такая молодая и красивая... Они часто
оставались наедине. Но она не была его любовницей, Винсент убедил меня в
этом.
— Все равно, это было ваше право — оставить мужа,
— с симпатией сказала Эмбер.
— Да, — согласилась Мэри, — моя беременность
подтолкнула к этому шагу. Я не хотела, чтобы мое дитя выросло и было
воспитано как наследник Винсента. Я отняла у него самое дорогое —
тебя, Эмбер. Но я и сама потеряла тебя. Я жалела об этом в течение долгих
лет...
— Тем не менее все разрешается так счастливо, —
произнесла Эмбер, с любовью глядя на Мэри.
— Но я все же не могу простить Винсента, — сказал
Джейк.
— Из-за Каролины? — спросила Мэри, глядя на него с
глубоким сочувствием. — Разве Сюзанна не рассказала вам всего? Все эти
годы она знала правду. Вам ведь известно, что кузен Винсента Луи соблазнил
Сюзанну, когда ей было всего пятнадцать лет?
— Да, — сказал Джейк.
— Они не могли пожениться из-за ее возраста. Да Винсент
бы и не позволил им этого. Луи и Винсент были соперниками. Видите ли, я была
помолвлена с Луи до Винсента.
— Я знаю это, — сказал Джейк.
— Но вы не знаете, что Сюзанна скрывала и рассказала
только мне. Луи случайно поджег дом Паскаля.
— Луи?! — в изумлении вскричал Джейк.
— Да, он пришел повидать Каролину и маленького Шарля,
остановился выкурить сигару и бросил, не потушив. Мы все знаем, что
случилось потом. Луи пришел к Сюзанне, все ей рассказал, а потом... покончил
с собой. Сюзанна же скрыла это, чтобы навлечь подозрения на Винсента.
Джейк продолжал молчать, когда голос Мэри растворился в густой
тишине. Вдруг он вскочил. Эмбер смотрела на него с глубоким сочувствием.
— Всю жизнь ненавидеть ни в чем не повинного человека
— это ужасно!
Она обвила его руками.
— Ну все, все прошло, — старалась она успокоить
его.
— Вот зачем я приехала: чтобы рассказать всю правду,
— произнесла Мэри.
— Я должен пойти к Винсенту просить у него прощения,
— с отчаянием в голосе сказал Джейк.
— Да, должен, но прежде нам надо собраться всем вместе
— и Сюзанне, и Паскалю с Мэнди, и Лео с Джинни. Все должны услышать
эту историю.
— А затем мы уедем домой.
— Но Винсенту будет тяжело переживать мой отъезд,
— сказала Эмбер.
— О, Эмбер, ты всегда заботишься о других! —
воскликнул Джейк. — Винсент знает, как ты привязана к Каслстоу.
Довольно с него и того, что ты нашлась. Потом, остается Джинни, они
привязаны друг к другу.
Мэри поцеловала их обоих и вышла из комнаты.
Сердце Эмбер переполнялось любовью и слезами. Они пошли
поговорить с Винсентом. Раз Паскаль вполне удовлетворен своим поместьем,
было предложено унаследовать
Бо Риваж
Лео и Джинни. Через неделю или две,
которые Эмбер собиралась провести рядом с Винсентом, она могла вернуться в
Англию, к Стюарту, такому верному и любящему ее.
Ночью, когда они целовались с Джейком, стоя в душе, Эмбер
воскликнула:
— О Джейк! Мой ребенок! Чувствуешь?
— Боже мой, — прошептал Джейк, целуя ее. —
Наш ребенок.
Он выключил душ и крепко обнял Эмбер.
— Мы должны быть честны с нашим ребенком. Не будем
ничего скрывать от него.
— Да, мы скажем ему всю правду. Мы сделаем это тактично.
И не стоит изображать Энцо чудовищем. Не думаю, что с этим будут проблемы.
Родители — это те, кто тебя любит, — сказала она, нежно думая о
людях, воспитавших ее как собственную дочь.
— Я хочу быть как можно больше с тобой и ребенком,
— со слезами на глазах признался Джейк. — Я постараюсь
перевестись в Европу и работать поблизости от вас.
Эмбер уже представлялось, как они торопятся домой, в замок, к
Стюарту. Она была счастлива, потому что собиралась разделить все радости и
невзгоды с мужчиной, которого любила больше всего на свете.
Закладка в соц.сетях
