Жанр: Любовные романы
Золотая бабочка
...а была прийти в ужас от того,
что только что произошло. Она знала о важности контракта Эдуардо Грациано и
догадывалась о том, какой вред способна причинить Лючия. Однако в душе она
ликовала. Унижение итальянки было бальзамом для ее истерзанного ревностью
сердца.
— Игнорирую?! — вскричал Даниэль. Ему хотелось, чтобы Тэдди
одобрила его, а не критиковала. — Я возился с ней всю неделю!
— Она ожидала большего. Только не говори мне, что не подозревал об
этом! — Тэдди насмешливо улыбнулась. Даниэль всегда был достаточно
откровенен с ней, он не станет обманывать ее и сейчас.
— Да, но...
— Но потом ты по неизвестным мне причинам передумал, и девушка
обманулась в своих самых сокровенных ожиданиях, — закончила за него
Тэдди. — Ты должен признать, Дан, что у Лючии есть все причины для
злости...
Одна я могу работать с тобой бок о бок и спокойно выносить твое равнодушие,
печально добавила она про себя. Любая другая уже взорвалась бы на моем
месте, а я терплю.
— Не делал я ей никаких авансов, — буркнул Даниэль. — Такие женщины не в моем вкусе.
— Неужели? — съехидничала Тэдди. — А кто смотрел на нее
круглыми глазами во время нашего первого совещания? Она, наверное, решила,
что ты без памяти влюбился...
Даниэль поморщился. Тэдди говорила сущую правду, но все равно его нельзя
обвинять в том, что он не оправдал ожиданий влиятельной мисс Грациано.
Эдуардо платит ему за разработку рекламного проекта, а не за любовь с его
дочерью!
— Ладно, я ошибался, — нехотя признал он. — Лючия —
интересная женщина, но я не собирался поддерживать с ней отношения.
Неизвестно, как на это отреагировал бы Эдуардо.
— Вот именно, — сказала Тэдди. У нее будто камень с души свалился.
Даниэль сам понял, что совершает ошибку, и избежал сетей коварной
Лючии. — Но не переживай так. Эдуардо серьезный человек и вряд ли
прислушается к наветам своей дочери. Пойдем, мы и так слишком задержались.
Не забывай, тебя ждет Соловьиная Трель...
Даниэль вздрогнул.
— Еще одна на мою голову, — проворчал он, но Тэдди видела, что в
целом он доволен таким исходом дела.
Наверное, Лючия совсем извела его за эту неделю, подумала она. Я мудро
поступаю, что не навязываюсь ему. Пусть он не знает о моих чувствах, но, по
крайней мере, у меня есть хорошая работа, возможность видеть его каждый день
и его полное доверие. А этим не каждая женщина может похвастаться!
6
Даниэль отпер входную дверь ключом и замер на месте. Впервые за пять лет
жизни в этом доме ему показалось, что он ошибся квартирой. Повсюду в холле
были развешаны странные плакаты с непонятными надписями, на полу стояли
блюдца со свечами, ароматный дым окутал всю квартиру. Диван был передвинут
так, что закрывал вход в кухню, а стол стоял в перевернутом виде в центре.
На диване сидел человек и что-то бормотал себе под нос.
Даниэль помахал руками и, разогнав немного пелену дыма, убедился, что
квартира все-таки его, а человек на диване — Элеонора Хасл.
— Элли! — крикнул он. — Что здесь происходит?
Невнятное мычание немедленно прекратилось, Элли вскочила с дивана и испуганно воззрилась на Даниэля.
— Ты же поздно с работы приходишь, — пролепетала она.
Даниэль невольно рассмеялся. Элеонора так походила на застигнутого врасплох
ребенка, что сил сердиться на нее у него не было.
— Кто тебе сказал?
— Марк.
— Ты общалась с Марком? — удивился Даниэль. Элли кивнула. —
Хорошо. Но что все это значит?
— Мерлин Дингот настоятельно рекомендует таким образом восстанавливать
душевное равновесие, — серьезно ответила Элли. — Везде зажигаются
свечи, в середине устанавливается предмет, рассеивающий отрицательную
энергию, в процессе нужно читать мантры...
— Изумительно, — прервал ее Даниэль. — А кто такой Мерлин
Дингот?
— Он ведет передачу
Познай себя посредством древних знаний
на девятом
канале, — чуть слышно ответила Элли. — Я почти весь день просидела
здесь, и мое душевное равновесие нарушилось...
Даниэль только вздохнул. Пожалуй, Тэдди права, девочку не стоит оставлять в
одиночестве. В
Хьюстон Эдвертайзинг
она, по крайней мере, будет под
присмотром.
— Хорошо, — наконец произнес он. Элли терпеливо ждала
приговора. — Разбери тут все быстренько и больше, пожалуйста, не
повторяй подобных экспериментов. А завтра я возьму тебя с собой на работу.
— Правда? — Глаза Элли немедленно загорелись радостью. — Вот
здорово!
— Может быть, — хмыкнул Даниэль, — только одеться тебе надо
будет поприличнее, иначе посмотреть на тебя сбегутся все сотрудники.
— Так это замечательно! — просияла Элли. Но Даниэль нахмурился, и
радостное выражение испарилось с ее лица. — А такой вид годится? —
с надеждой спросила она.
Даниэль покачал головой. Вчерашние зеленые штаны сменили потрепанные джинсы,
кепку — маленькая вязаная шапочка с бисером, свитер остался тот же. Одним
словом, Элеонора Хасл производила сегодня столь же удручающее впечатление,
как и вчера.
— У тебя есть какой-нибудь деловой костюм? — без особой надежды
спросил он.
— Нет.
— А более приличные брюки?
— Я подумаю...
— Свитер тоже рекомендую снять. И головной убор лучше оставить дома. Кстати, почему ты в шапке?
— Волосы укладываю, — буркнула Элли. — Они у меня торчат в
разные стороны...
— Ты уж справься с ними как-нибудь до завтра, ладно? — с
ангельским терпением попросил Даниэль.
Элли кивнула головой и принялась собирать свечки. Весь ее вид явно говорил о
том, что ее незаслуженно обидели.
Видимо, сегодня мне суждено оскорблять представительниц прекрасного пола,
философски подумал Даниэль, оттаскивая диван в сторону и освобождая проход в
кухню. Такова моя доля...
В кухне его тоже ждал сюрприз, только несколько иного, более приятного
порядка. Открыв холодильник, Даниэль увидел, что он полон разнообразных
вкусностей. Отбивные, которые он еле приготовил вчера, стали основой для
весьма аппетитного на вид жаркого. Там же обнаружился фруктовый салат,
острый сыр и соус.
— Элли! — позвал Даниэль. — Подойди, пожалуйста.
Элеонора тотчас появилась рядом.
— Это ты тут хозяйничала? — спросил он.
— А разве у тебя живет еще кто-то? — ехидно осведомилась она.
— Ты умеешь готовить? — Даниэль сознавал, что его вопрос прозвучал
оскорбительно для Элли, и она вправе на него обидеться.
— Должна же я хоть что-то уметь, — фыркнула Элеонора, словно читая
мысли Даниэля. — Прошу к столу.
Она с удивительным проворством опустошила холодильник и принялась накрывать
на стол. Не успел Даниэль поставить мясо разогреваться, как у Элли уже все
было готово.
— Давай поедим в кухне, — предложила она, избегая его
взгляда. — Там еще пахнет дымом...
Она махнула рукой в сторону холла, откуда через дверь уже начал
просачиваться дым от ее многочисленных свечек. Дан решил проявить
великодушие и не напоминать Элли в очередной раз о ее проступке.
— Ладно. Но при одном условии.
Она встрепенулась.
— Завтра ты постараешься выглядеть как можно приличнее. В общепринятом
смысле.
— Ага! — просияла Элли. — Договорились.
А она в принципе симпатичная, невольно подумал Даниэль. Если бы еще не
напяливала на себя эти дурацкие тряпки...
На следующее утро Даниэль проснулся с ощущением, что сегодня ему предстоят
великие свершения. Он немного помрачнел, вспомнив, что на самом деле ему
всего лишь придется объясняться с мистером Грациано. Оставалось уповать на
благоразумие Лючии. Впрочем, в наличии у нее такого качества, как
благоразумие, Даниэль сильно сомневался.
Но он забыл обо всех своих страхах, стоило ему увидеть Элеонору. Она
действительно приложила максимум усилий, стараясь выглядеть достойно. Вот
только, к сожалению, ее понятие достойного кардинально расходилось с
представлением Даниэля. Для первого визита в
Хьюстон Эдвертайзинг
она
выбрала широкие красные вельветовые брюки и застегнутую наглухо джинсовую
рубашку. Черный свитер был небрежно повязан вокруг талии. На ногах у Элли
были неизменные кроссовки, а вот на голове... На голове была копна
собственных волос неимоверно красивого цвета. Элли Хасл оказалась владелицей
прекрасной золотистой шевелюры.
Даниэль был настолько ошеломлен, что забыл о своем намерении покритиковать
ее ярко-красные брюки.
— У тебя очень красивые волосы, Элли, — сказал он. — Почему
ты решила, что они торчат в разные стороны?
— Потому что торчат, — безапелляционно заявила Элли и встряхнула
пышными волосами. — Терпеть их не могу.
Даниэль предпочел не вступать в пререкания. Элеонора обладала своеобразными
взглядами на собственную внешность, и Дану не хотелось перекраивать ее
представление о себе.
— Если ты готова, то идем.
Элли без слов последовала за ним.
В машине она беспрестанно вертела головой по сторонам и задавала Даниэлю
вопросы. Он терпеливо отвечал.
— Скажи, а ты разве никогда не была в Нью-Йорке? — поинтересовался
он.
Элли помрачнела.
— Один раз, давно. Меня привозил сюда отец...
— Ты никогда не приезжала к дяде в гости? — продолжал спрашивать
Даниэль.
— Нет. — Говорливость Элли как рукой сняло.
— А где ты вообще живешь? — Даниэлю пришло в голову, что он еще ни
разу как следует не поговорил с девочкой.
— Сакраменто.
— И как там?
— Тепло.
Даниэль мельком взглянул на Элли. Внезапная перемена в ее облике поразила
его. Словно она на минуту перестала играть роль маленького бунтующего
подростка и превратилась во взрослую женщину с печальными глазами.
— Эй, что-то не так? — озабоченно спросил он.
Элли ожесточенно замотала головой.
— Ты уверена?
— Да. — Она широко улыбнулась, и Даниэль чуть не потерял контроль над управлением машины.
Ну и улыбка у этой девочки, подумал он, глядя прямо перед собой. Она еще не
знает ее силы...
Когда они подъехали к
Хьюстон Эдвертайзинг
, Элеонора вновь стала сама
собой. Она не спеша вылезла из машины и негромко присвистнула.
— Это все твое? — обернулась она к Даниэлю, указывая на здание.
— Да.
— А ты не похож на важного бизнесмена, — заявила Элли с
непосредственностью четырехлетнего малыша и, не дожидаясь Дана, пошла к
входу.
— Это комплимент? — крикнул он ей в след, но Элли не услышала. Дан
усмехнулся и последовал за ней.
Охранники, секретари, менеджеры — все радостно приветствовали его. Дан
всегда с удовольствием заходил в
Хьюстон Эдвертайзинг
. Он знал, что
большинство его сотрудников неплохо к нему относится и их улыбки вполне
искренни. Сегодня же ему вдвойне приятно было видеть счастливые лица. Пусть
Элли убедится, что хотя он и не похож на важного бизнесмена, но таковым на
самом деле является...
Она шла молча и внимательно вглядывалась во всех. Ее появление не осталось
незамеченным. Каждый, поздоровавшись с Даниэлем, непременно украдкой бросал
взгляд на Элли. Даниэль читал удивление в глазах подчиненных.
Подойдя к своему кабинету, он обратился к секретарю:
— Долорес, пожалуйста, вызовите ко мне мисс Беркли.
Брови Долорес взлетели вверх. Даниэль называл Теодору мисс Беркли только в
присутствии очень важных клиентов. Неужели эта странная девочка имеет
отношение к работе? Но, будучи идеальной секретаршей, Долорес не стала
задавать вопросы, а выполнила поручение Даниэля.
Тэдди не заставила себя долго ждать. Она знала, зачем она понадобилась
Даниэлю, и горела желанием исполнить любую его просьбу. Накануне она
пролистала статью
Как правильно общаться с подростками
и искренне считала
себя специалистом в этом вопросе.
— Всем привет! — бодро сказала она, распахнув дверь кабинета, и
застыла на пороге как вкопанная.
Даниэль стоял у окна, заложив руки за спину, и что-то рассказывал о
компании. На его месте сидела взъерошенная девица и быстро печатала на
компьютере, словно стараясь успеть за его речью. Тэдди не верила собственным
глазам. Посторонний человек в святая святых — любимом кресле Даниэля! Мир,
кажется, сошел с ума. Дан очень не любил, когда кто-то садился на его
место...
— А, Тэдди, привет. — Дан наконец соизволил ее заметить.
Девица сразу перестала печатать и, встряхнув волосами, с деловым видом
уставилась на Тэдди.
Теодора ощутила легкий укол зависти. Она всю сознательную жизнь вела борьбу
за объем волос. Только ей казалось, что она одержала победу, как очередной
дождь или бессонная ночь напрочь разрушали ее иллюзии. Волосы же нахальной
девчонки, сидевшей за столом Даниэля, не нуждались ни в каких дополнительных
средствах, чтобы быть густыми, пышными и невероятно красивыми.
Ничего себе бродяжка, вспомнила Тэдди слова Даниэля. Где были его глаза?
— Познакомься, Тэдди, это Элеонора Хасл, племянница нашего дорогого
Питера, — с легкой иронией произнес Даниэль. — Элли, это моя
хорошая подруга и незаменимая помощница Теодора Беркли, или просто Тэдди.
— В первый раз встречаю человека с таким же нелепым именем, как у
меня, — неожиданно заявила Элли. Она уже встала из-за стола и подошла к
Тэдди поближе.
— Почему нелепым? — опешила Тэдди.
— Как у медвежонка, — невозмутимо продолжала Элеонора. — А я
словно из
Волшебника страны Оз
.
Даниэль рассмеялся.
— Знаешь, Тэдди, мне никогда не приходило в голову взглянуть на твое
имя с этой точки зрения.
— Мне тоже, — сухо ответила Тэдди, не признаваясь в том, что в
детстве ее часто дразнили медвежонком.
— Не сердись, — произнес Даниэль примирительно. — Я хотел
попросить тебя о том, чтобы ты провела Элли по своему отделу, показала ей,
что к чему...
— Если вы очень заняты, я могу и сама прекрасно во всем разобраться, — перебила его Элли.
— Нет, что ты, — попыталась улыбнуться Тэдди. — Я с
удовольствием займусь тобой.
— Тогда мы пойдем? — Элли бросила быстрый взгляд на Даниэля.
Он кивнул и ласково улыбнулся ей. Совсем как заботливый родственник,
мелькнуло в голове у Тэдди. Хоть не как любовник, и на том спасибо.
Они вышли, Даниэль проводил их глазами. Какие они разные... Тэдди была выше,
важнее и серьезнее, ее светлые волосы были уложены в безукоризненный пучок,
строгий костюм завершал портрет идеальной деловой леди. Элли являла собой
полную противоположность. Спортивный стиль, растрепанные волосы, общая
небрежность в облике... Интересно, поладят ли они? — задумался Даниэль,
предпочитая не останавливаться на мысли о том, что если у них будут
проблемы, то расхлебывать эту кашу придется именно ему...
Даниэль сел за компьютер. На мониторе высветился текст, который только что
набирала Элли. Он пробежал его глазами и ахнул. Она умудрилась в
стихотворной форме изложить содержание его речи о
Хьюстон Эдвертайзинг
.
Рифма была незатейлива, но верна, ритм идеален. Кажется, Тэдди не ошиблась,
предположив, что девочка привнесет свежую струю в их компанию...
Телефонный звонок отвлек его от заманчивых перспектив сотрудничества с
племянницей Питера Дестена.
— Мистер Хьюстон, с вами желает поговорить мистер Фабрицио
Дамиано, — торжественно объявила Долорес. Она была не в курсе его
вчерашней размолвки с Лючией и поэтому не имела ни малейшего повода для
волнения.
Даниэль поморщился. Лючия, наверное, уже успела переговорить с Эдуардо, и
сейчас ему предстоит весьма неприятный разговор с советником всесильного
Грациано...
— Здравствуйте, Фабрицио, — бодро произнес Даниэль.
— Доброе утро. — Голос Фабрицио звучал на редкость
доброжелательно. — Простите, что беспокою вас так рано, но я хотел бы
заранее договориться с вами насчет встречи в конце недели...
Даниэль не сразу понял, что Фабрицио имеет в виду. Он ожидал совсем иного
разговора. Он был даже готов к расторжению контракта. Однако Фабрицио вел
себя чрезвычайно любезно. Может быть, Лючия ничего ему не сказала?
— Конечно. Вам будет удобно подъехать сюда к десяти утра в пятницу?
— Замечательно. Я уверен, что на этот раз наше совещание будет более
плодотворно, так как, к моему величайшему сожалению, мисс Грациано
участвовать в нем не будет.
Сказать, что Дан удивился — значит, ничего не сказать. Он был ошеломлен.
Нескромный вопрос о причинах столь кардинального изменения чуть не сорвался
с его губ. Но Фабрицио не требовалось расспрашивать.
— Вчера я беседовал с мистером Грациано, — непринужденно пояснил
он, — и тот просил меня передать вам, чтобы по всем вопросам нашего
проекта вы обращались непосредственно ко мне. Мисс Грациано несколько... э-
э... утомилась и временно не будет участвовать в нашей работе.
Сердце Даниэля радостно забилось. Нет, не случайно Эдуардо Грациано достиг
нынешнего положения. В деле он руководствуется, прежде всего, соображениями
выгоды и благополучия, а не капризами своей дочери.
Даниэль тепло попрощался с Фабрицио, повесил трубку на место и издал
триумфальный вопль. Лючия совершенно неожиданно проиграла! Но интересно, что
же все-таки произошло после того, как она в гневе укатила прочь?
А случилось следующее. Разозленная Лючия запрыгнула в машину и приказала
шоферу везти ее обратно в отель. Всю дорогу она кипела от ярости, призывая
небесную кару на голову Даниэля. Подумать только, он осмелился отказать ей!
Лючия влетела в свой номер и сразу бросилась к телефону. Отец немедленно
должен узнать о том, что больше они не поддерживают отношения с
Хьюстон
Эдвертайзинг
!
— Кому ты собралась звонить? — в дверях как привидение возник
Фабрицио.
Лючия невидящим взглядом уставилась на его долговязую фигуру.
— Не твое дело, — огрызнулась она. Разговор шел по-итальянски, и
Лючия могла позволить себе быть экспрессивной.
— И все-таки я настаиваю. — Фабрицио в мгновение ока очутился
рядом с ней и нажал на рычаг сброса.
— Отстань! — взъярилась Лючия и попыталась оттолкнуть его.
Не тут то было. С таким же успехом она могла бы попробовать сдвинуть с места
сам отель. Фабрицио снисходительно смотрел на ее попытки помешать ему, потом
тряхнул ее за плечи.
— Немедленно выкладывай, в чем дело. Мистер Грациано приставил меня к
тебе не за тем, чтобы ты глупостями занималась.
Лючия уловила в его голосе угрозу и нехотя повиновалась.
— Я звоню отцу, — с вызовом произнесла она.
— Зачем?
— Дела семьи Грациано касаются только членов семьи Грациано.
Фабрицио иронично улыбнулся.
— Если ты собираешься сообщить ему о том, что не желаешь больше
работать с
Хьюстон Эдвертайзинг
, потому что Даниэль Хьюстон отверг твои
притязания, то не стоит вставать в позу и бросаться громкими словами. Я и
так все знаю.
Лючия обиженно поджала губы. Как всегда Фабрицио хочет выставить ее полной
дурой перед отцом.
— Ты ошибаешься, — высокомерно заявила она. — Я убедилась,
что эта компания не достойна быть нашим партнером в столь ответственном
деле. Можно найти более выгодные предложения.
— И когда же ты убедилась в этом? — Фабрицио сложил руки на груди
и, не скрывая презрения, смотрел на Лючию. — Уж не после ли того, как
Даниэль Хьюстон не пожелал прыгать в твою постель?
Лючия задохнулась от возмущения. Теперь он откровенно издевается над ней!
— Моя постель тут не при чем! — выкрикнула она.
— Неужели? Только не старайся убедить меня в том, что не имела никаких
намерений относительно Хьюстона.
Лючия вспыхнула.
— Это не твое дело. Что-то ты стал слишком часто говорить о моей
постели. Может быть, ты сам стремишься туда попасть?
Она сузила глаза, ожидая реакции Фабрицио на свой коварный выпад. Но тот
лишь хладнокровно пожал плечами.
— Мне как-то не хочется наследовать сотням твоих мужчин...
Это стало последней каплей. Лючия схватила сумочку, первое, что попалось ей
под руку, и швырнула ею в Фабрицио. Тот ловко увернулся.
— Не смею больше досаждать вам своим присутствием, мисс
Грациано, — сказал он спокойно. — Но примите мой совет: не звоните
отцу. Не путайте бизнес с личной жизнью.
Лючия тут же потянула на себя маленькую фарфоровую вазочку, и Фабрицио
поспешил ретироваться. Кто знает, может быть, в следующий раз Лючия будет
более меткой...
Как только за Фабрицио захлопнулась дверь, гнев Лючии остыл. Она в
нерешительности посмотрела на телефон. Действительно, стоит ли звонить отцу?
Эдуардо считает ее легкомысленной девчонкой и может отнестись к ее словам
как к детскому капризу. Но, с другой стороны, он поручил ей ответственное
дело, и она вправе делать свои выводы.
Этот довод оказался решающим, и Лючия набрала номер отца. Его долго
разыскивали, и когда наконец в трубке раздался его холодный голос, Лючия
растеряла всю уверенность в своей правоте.
— Что ты хотела? — резко спросил Эдуардо.
Несмотря на любовь к близким и заботу об их благополучии, мистер Грациано
предпочитал жесткий стиль общения. Особенно с Лючией, единственной дочерью и
наследницей. Эдуардо не оставлял надежды воспитать из нее настоящую
продолжательницу своего дела.
— Мы расторгаем контракт с
Хьюстон Эдвертайзинг
! — помпезно
заявила Лючия. Насколько она знала отца, его лучше было сразу ошеломить
неожиданным известием. Только тогда можно было рассчитывать на какой-то
успех.
— Почему? — спокойно спросил Грациано, и Лючия поняла, что сыграть
на внезапности не удалось. Фабрицио, скорее всего, уже предупредил отца о ее
намерениях.
— Потому что Даниэль Хьюстон не умеет работать!
Трубка забулькала короткими отрывистыми смешками.
— А ты умеешь?
Лючия до крови прикусила губу.
— Я не в состоянии сотрудничать с Даниэлем Хьюстоном! — отрезала
Лючия, игнорируя издевательский вопрос отца.
— Ты уверена?
— Да. Я считаю, что мы должны немедленно разорвать с ними все
отношения.
Эдуардо помолчал. Лючия затаила дыхание. Неужели ей удалось одержать победу?
— Раз ты не можешь работать с Даниэлем Хьюстоном, — наконец
заговорил Эдуардо, — то мне придется обойтись без тебя. С сегодняшнего
дня я слагаю с тебя все полномочия по проекту Грациано в Америке.
Возвращайся домой, если хочешь, или оставайся в Нью-Йорке и посмотри, как
будет работать Фабрицио. Тебе не мешало бы у него поучиться...
Обида и злость душили Лючию. Так вот как решил поступить с ней родной отец.
— Неужели мое мнение ничего для тебя не значит?! — выкрикнула она.
— Значит, — невозмутимо ответил Грациано. — Но любое мнение
должно быть подкреплено фактами, а у тебя одни эмоции.
— Неправда...
— Лючия, нет смысла спорить, — вопреки обыкновению голос Эдуардо
помягчел, в нем появились заботливые родительские нотки. — Мы будем
делать совместный проект с
Хьюстон Эдвертайзинг
, хочешь ты этого или нет.
Если ты дважды потерпела крах, как женщина и деловой человек, то это не
повод расторгать выгодный контракт. Надеюсь, ты поймешь, что в бизнесе
прежде всего дело, а потом уже все остальное.
Лючия всхлипнула. Она рассчитывала на поддержку отца, а получила очередную
порцию нравоучений.
— Надеюсь, ты извлечешь урок из моего решения, — закончил Грациано
свой монолог. — Если тебе больше нечего мне сказать, то до свидания.
Эдуардо выждал пять секунд и положил трубку. Лючия ни разу в жизни не
чувствовала себя настолько униженной. Разногласия с
...Закладка в соц.сетях
