Жанр: Любовные романы
Золотая бабочка
...жалуй, задержусь немного, — протянул он. — Кажется,
вдохновение пришло...
Тэдди с легким упреком посмотрела на него.
— Дан, а как же девочка? Питер писал, что она к девяти приедет к тебе.
Как раз есть время, чтобы купить что-то поесть, немного прибраться...
Дан немедленно вскочил с места.
— Я совсем забыл про нее! — воскликнул он и принялся лихорадочно
распихивать бумаги по ящикам. — Спасибо, что напомнила!
Он вихрем промчался мимо ошеломленной Тэдди, успев ласково потрепать ее по
плечу.
— До завтра, — донеслось до Тэдди уже из коридора.
— Пока, — машинально ответила она, хотя Дан находился уже вне
пределов слышимости.
На минутку Тэдди представила, что она спускается по лестнице вместе с Даном,
идет с ним по магазинам, потом поднимается в его комфортабельную двухэтажную
квартиру, готовит аппетитный ужин, а затем...
Но что толку мечтать об этом? Дан ушел один, даже не задумавшись о том, что
она, Тэдди, с удовольствием составила бы ему компанию. Пора бы ей перестать
гоняться за призраками, а найти себе нормального мужчину, ходить с ним в
кино и гулять по парку под руку...
Даниэль не догадывался о том, что Тэдди могла бы оказать ему в настоящий
момент неоценимую услугу. Он привык во всем полагаться на себя, но сейчас,
стоя у прилавка магазина, Дан почувствовал, что впервые в жизни не знает,
что делать. Что необходимо ребенку женского пола для счастья? Не зная
точного ответа, он купил фруктов, конфет, пару маленьких плюшевых мишек и
под конец прихватил замороженные отбивные. Ребенку тоже надо что-то поесть,
здраво рассудил Даниэль. Одним словом, пакет набрался солидный. Пит не
сможет упрекнуть меня в том, что я был невнимателен к его племяннице, думал
он, с трудом удерживая в руках все покупки.
Распахнув ногой тяжелую входную дверь, Даниэль ввалился в холл престижного
дома на Двадцать пятой авеню.
— Здравствуйте, мистер Хьюстон, — приветствовал его консьерж.
— Привет, Марк, — улыбнулся Даниэль.
Он жил в этом доме уже около пяти лет и не собирался уезжать, хотя вполне
мог бы позволить себе загородный дом. Но к чему лишние площади человеку,
который вполне обошелся бы одной комнатой и для которого двухэтажная
квартира — роскошь? Воспоминания о роскошном доме отца отнюдь не
способствовали желанию жить в личном особняке...
— Позвольте помочь вам, мистер Хьюстон, — заторопился консьерж.
Дан с благодарностью передал ему тяжелый пакет.
— Как ваши дела, Марк? — бодро спросил он.
Приветливая болтовня с консьержем давно стала привычкой для многих
обитателей дома. Даниэль был в числе жильцов, к которым Марк относился с
особенной теплотой.
— Все хорошо, мистер Хьюстон, надеюсь, что вы тоже в порядке, —
ответил консьерж, но по его тону Даниэль понял, что не все благополучно.
Жильцы этого дома чувствовали буквально по глазам Марка, если в доме что-то
происходило.
— Что-то не так, Марк? Нас опять затопило?
— Нет, упаси Бог, — неловко улыбнулся консьерж, выражение
растерянности не исчезло с его лица. — Просто к вам пришли...
— Кто? Ах, да...
Даниэль ожидал появления малолетней племянницы Питера к девяти, но вполне
возможно, что она добралась раньше.
— Где она? — Даниэль принялся оглядываться по сторонам. Девочки
нигде не было видно. Широкий удобный диван и кресла, стоявшие в холле, были
пусты. — Или я ошибаюсь, и это не она?
Ему внезапно пришло в голову, что это может быть вовсе не племянница Питера,
а кто-нибудь другой, заскочивший поболтать с ним на досуге.
— Нет, — покачал головой Марк. — Это именно она.
Он поманил Даниэля рукой и подошел к дивану. Дан последовал за ним и только
сейчас увидел, что тот немного сдвинут со своего обычного места. Марк
показал рукой вниз, Даниэль заглянул за диван и обомлел. Там, надежно
скрытая массивной кожаной спинкой от любопытных глаз, спала девушка. Но что
это была за девушка! Темно-зеленые брюки, заляпанные грязью, мешковатый
коричневый свитер, черная кепка, надвинутая низко на лоб. Под головой
девушки лежал объемистый рюкзак. Она больше походила на бродягу, чем на
приличного человека.
— Это кто? — прошептал Даниэль, в ужасе отпрянув от дивана.
— К вам, — так же тихо ответил Марк.
— Вы уверены?
— Вы ведь ожидаете кого-то? — встревожился Марк. — Она
сказала, что вы ее ждете...
— И вы позволили этому созданию остаться в холле? — упрекнул его
Даниэль. — Представляю, какой шум поднялся бы, если бы ее обнаружили.
— Я знаю, что поступил неправильно. — Марк повинно повесил
голову. — Но мне стало жаль бедняжку... Она была так убедительна... Ее
никто не видел здесь...
— Не переживайте, Марк, — ободряюще улыбнулся Даниэль. — Я не
буду порицать вас за добросердечие. Ко мне действительно должна приехать
племянница друга. Наверное, это она... Давайте как-нибудь выясним это. Вы не
могли бы разбудить ее?
С какой стати я решил, что племянница Пита — маленький ребенок? — с
досадой спрашивал себя Даниэль, наблюдая за попытками Марка разбудить
нежданную гостью. Никогда так не ошибался. Хотя вдруг это не она...
Но в глубине души Дан знал, что это нелепое создание в потрепанной одежде
свалилось именно на его голову, и ему придется возиться с ней целых две
недели. Его взгляд упал на пакет с покупками. Он невольно усмехнулся.
Плюшевые мишки и конфеты! Как глупо.
Консьерж тем временем тормошил девушку.
— Эй, мисс, вставайте, — говорил он сначала тихо, потом все громче
и громче.
Девушка не реагировала, и поэтому Марк был вынужден прибегнуть к суровым
мерам. Он решительно схватил соню за плечо и потряс ее.
— Вставайте! — крикнул он ей почти в ухо. — Мистер Хьюстон
пришел.
Девушка наконец соизволила открыть глаза.
— Кто? — сонно спросила она. — Кто пришел?
— Мистер Хьюстон, — повторил Марк и показал на Даниэля.
Тот попытался изобразить на лице улыбку.
— А-а-а... — протянула девушка и принялась подниматься.
Даниэль лихорадочно припоминал, как зовут племянницу Питера, но как назло,
имя вылетело у него из головы. Или его и не было в записке Дестена?
— 3-здравствуйте, — произнес Дан, когда девушка наконец собрала
все свои пожитки и вылезла из-за дивана.
— Привет! — задорно ответила она, критически оценивая его из-под
низко надвинутой кепки. — Дядя Питер говорил вам обо мне?
Несмотря на уверенный тон, которым был произнесен этот вопрос, Даниэль
инстинктивно почувствовал сомнение девушки. Что бы это могло значить?
— Какой дядя Питер? — Даниэль решил проверить, что эта незнакомка
представляет собой на самом деле. — Вы кто?
— Он должен был написать вам обо мне, — тихо продолжила девушка и,
оглянувшись на Марка, нервно облизнула губы. — Питер Дестен сказал мне,
что я могу пожить у него немного, а потом неожиданно уехал... Он сказал, что
я должна прийти сюда...
Девушка еще раз оглянулась. Причина ее страхов стала ясна Даниэлю. Она
просто боится, что ей не поверят и выгонят сейчас на улицу, где холодно,
темно и противно. Да и Марк всем своим видом показывал, что если Даниэль не
подтвердит личность девушки, обманщице придется очень несладко.
— Я племянница Питера. — Девушка была встревожена молчанием
Даниэля. — Моя мама — его старшая сестра...
— Пойдем, — бросил Даниэль и повернулся к консьержу. —
Спасибо, Марк, я не забуду, что вы были так внимательны к моей гостье...
Марк довольно улыбнулся. А он уже начал сомневаться в правильности своего
решения. Ведь на самом деле столь подозрительным личностям, как эта странная
знакомая мистера Хьюстона, не место в их уважаемом доме!
Девушка проследовала за Даниэлем в лифт. Ее черная кепка доходила ему до
подбородка, и он никак не мог разглядеть ее лица. Впрочем, ему вполне
хватало вида ее замызганной одежды.
— Заходи. — Даниэль широко распахнул дверь квартиры. Эх, Питер, ты
еще поплатишься за то, что заставил меня впустить в дом такое чудовище!
— Ух ты! — Девушка не скрывала восторженного впечатления. —
Шикарная квартирка.
— Благодарю, — сухо ответил Даниэль. — А теперь я покажу тебе
твою комнату.
Девушка швырнула в угол рюкзак. Он со стуком ударился об пол и чуть не сшиб
маленькую пальму.
— Осторожнее, — сказал Даниэль, чувствуя, что начинает злиться.
— Я не хотела, — немедленно произнесла девушка, и на мгновение
Даниэль увидел под козырьком кепки блестящие перепуганные глаза.
— Ладно, ничего страшного, — улыбнулся он. — Располагайся.
Кстати, как тебя зовут?
— Соловьиная Трель.
— Как? — Даниэль чуть не выронил пакет с продуктами.
— Правда, красиво? — Девушка обернулась к Даниэлю. — Мне тоже
нравится.
— А как тебя зовут дома? — осторожно переспросил он, стараясь
восстановить утраченное спокойствие. — Что у тебя в водительских правах
написано? Как тебя зовут на самом деле?
— А у меня нет прав, — жизнерадостно заявила девушка, но, увидев
выражение лица Даниэля, осеклась. — Элеонора Хасл, — буркнула
она. — Или просто Элли. Идиотское имя.
— Совсем наоборот. Вполне человеческое, в отличие от этой Соловьиной
Трели...
— Так меня называла моя няня-индианка. В детстве я даже в хоре
пела, — спокойно пояснила Элли, разглядывая цветную подушку на
диване. — Симпатичная вещица.
— Вполне. Слушай, сейчас я отнесу продукты на кухню, а потом пойдем в
твою комнату. Договорились?
— Угу. — Элеонора с размаху бросилась на диван и щелкнула пультом
дистанционного управления. Телевизор тотчас же включился на спортивном
канале. Показывали бейсбольный матч. — Здорово! Давай, давай! —
закричала Элли, моментально погрузившись в игру.
Даниэль завистливо вздохнул и пошел в кухню. Спокойная жизнь закончилась.
Пожалуй, он поспешил расточать благодарности Питеру за то, что тот избавил
его от романтического вечера с Лючией.
Соловьиная Трель! Подумать только...
5
Утром Тэдди первым делом прошла в кабинет Даниэля. Ей не терпелось
продемонстрировать ему тексты, подготовленные ее отделом. Да и про
племянницу Питера Дестена не мешало разузнать побольше. И про самочувствие
блистательной мисс Грациано тоже. Оправилась ли она после вчерашнего удара?
Даниэль уже был весь в работе. Одной рукой он набирал телефонный номер,
другой листал папку с рисунками. Совсем как в старые добрые времена,
подумалось Тэдди. Как будто никакой Лючии не было в нашей жизни...
Тэдди подошла к столу Дана и села в стоящее напротив кресло. Она терпеливо
ждала, пока он закончит разговор и обратит на нее внимание.
— Доброе утро, — наконец приветствовал он ее, когда с телефонной
беседой было покончено. — Этот Фрэнк Остин совсем меня замучил.
Тэдди понимающе улыбнулась. Фрэнк Остин был одним из самых старых клиентов
компании. И одним из самых привередливых. Он всегда общался лишь с Даниэлем
и портил ему немало крови.
— Вот посмотри, ребята подготовили это. — Она протянула ему листки
с текстами.
Даниэль быстро пробежал их глазами.
— Неплохо. — Он задумчиво взъерошил волосы. — Попробуйте
соединить это и это. Здесь — лишнее, а вот эту мысль надо развить.
Взмах карандаша, и в руках Тэдди уже исправленные тексты. Она в который раз
поразилась тому, насколько быстро Даниэль схватывает суть дела и находит
новый подход. Над текстами трудились несколько человек, и они действительно
были хороши, но Дан сумел придать им нечто большее — оригинальность,
свежесть, даже гениальность.
— Здорово! — искренне восхитилась Тэдди. — Мне бы и в голову
не пришло. А так действительно намного лучше.
Даниэль подавил довольную улыбку. Похвала всегда приятна, особенно если
предъявляешь к себе высокие требования.
— Кстати, а как там племянница Питера? — как бы невзначай
вспомнила Тэдди. — Спокойная девочка? Вы с ней поладили?
— О да, — усмехнулся Даниэль, — мы достигли полного
взаимопонимания.
Все идеально. Если не считать того, что она сразу захламила мою лучшую
комнату для гостей непонятными тряпками, книжками и баночками,
раскритиковала в пух и прах мои кулинарные способности и до трех утра
слушала заунывную музыку, мешая мне спать. Но зачем огорчать Тэдди?
Однако она почувствовала, что Дан что-то скрывает.
— В чем дело? Племянница оказалась племянником?
— Если бы. Я не знаю, почему мы решили, что она ребенок. Она оказалась
вполне взрослой девицей с кучей комплексов, присущих подросткам.
Насчет комплексов Дан несколько преувеличил. Элли Хасл производила
впечатление человека, у которого они начисто отсутствуют. Она очень быстро
освоилась в незнакомом месте, и у Дана появилось неприятное ощущение, что
это он гостит здесь, а не она.
— А сколько ей лет? — Тэдди была неприятно удивлена. — Она
хорошенькая?
— Лет семнадцать, наверное, — неуверенно ответил Дан, — что
касается внешности... Если ты когда-нибудь видела малолетних бродяжек в
метро, то она примерно из той же категории...
Тэдди присвистнула.
— Подкинул Питер тебе подарочек, — сказала она. — Мог хотя бы
предупредить. И зачем ей жить у тебя? Такая взрослая девица вполне могла бы
остановиться до приезда дядюшки в каком-нибудь мотеле. И, если честно, я не
уверена, что жена Питера позволит такой родственнице поселиться у них...
Даниэль и Тэдди обменялись улыбками. О трудном характере Моны Дестен они
знали не понаслышке.
— Понимаешь, мне было неудобно спрашивать у Элли, почему она не может
пожить в гостинице, — пояснил Даниэль. — Она была такой уставшей,
она рассчитывала на меня. Это было бы просто невежливо... И потом, не так уж
часто Питер просит меня об услуге...
— Конечно, — протянула Тэдди, быстренько прикидывая про себя,
какую выгоду можно извлечь из пребывания племянницы Питера в доме
Дана. — Значит, ее зовут Элли?
— Да. Элеонора Хасл. Но она предпочитает, чтобы ее называли Соловьиной
Трелью. — В голосе Дана слышалась еле заметная ирония. — Так ее
звала няня-индианка.
— Замечательно, — фыркнула Тэдди. — Почему столь экзотично? Юная дева прекрасно поет?
Тэдди чувствовала, что начинает злиться. Несмотря на заверения Дана в том,
что эта девица напоминает бродягу, ей было не по себе. Только представить
себе — целых две недели под одной крышей с ним будет жить вполне взрослая
девушка. Кто знает, чем это все может закончиться. Семнадцать лет — самый
подходящий возраст для сумасбродной влюбленности, и для этого у девчонки все
условия. Сама Тэдди отдала бы полжизни за такой шанс — провести столько
времени в квартире Даниэля. Увы, она всего лишь лучший друг и правая рука, в
то время как другие ночуют у него!
— Слава Богу, я не знаю, как поет эта юная дева, — с сарказмом
ответил Даниэль. — И не имею ни малейшего желания узнавать. Через две
недели я благополучно передам ее Питеру и забуду о ней навсегда!
Тэдди с удовлетворением заметила, что Дан без восторга отзывается о своей
вынужденной подопечной. И, кажется, он не притворяется...
— Дан, ты не справедлив к бедняжке, — улыбнулась Тэдди. —
Конечно, никто не требует, чтобы ты превращался на это время в заботливого
старшего брата, но ты мог бы повнимательнее относиться к ней.
— То есть? Предлагаешь развлекать ее? Водить в кино и есть с ней
мороженое?
— Конечно, нет. Но ты можешь хотя бы не оставлять ее на целый день
одну... Приводи ее сюда, мы покажем ей компанию, даже дадим возможность
немного поработать... Я готова уделить ей время. В конце концов, она
родственница Питера, и мы просто обязаны позаботиться о ней.
Мысленно Тэдди просчитывала все вероятности. Скорее всего, Дан согласится на
ее предложение и приведет девчонку в
Хьюстон Эдвертайзинг
. А там она
употребит все свое обаяние, чтобы завоевать симпатии этой Элли. Естественно,
девочке захочется как можно чаще видеть свою новую знакомую, и Тэдди с
удовольствием предложит ей свои услуги и во внерабочее время. Кажется, у нее
появилась прекрасная возможность подобраться поближе к частной жизни Даниэля
Хьюстона...
Тэдди не спрашивала себя в тот момент, надо ли ей это. Она действовала
импульсивно, повинуясь естественному желанию хоть на мгновение приподнять
занавес, разделяющий ее и Дана в личной жизни. Все благие намерения выкинуть
Даниэля Хьюстона из головы и найти себе мужчину были моментально забыты.
— Ты хочешь, чтобы я привел Элли сюда? — переспросил Дан, не веря
собственным ушам. — Все будут шокированы.
— Ну и что? — Тэдди была полна решимости настоять на своем. —
Мы же не строгая деловая корпорация, куда вход без галстука строго
воспрещен. Если девочка придерживается неформального стиля, то я уверена,
это внесет свежую струю в нашу жизнь.
Дан пожал плечами. Тэдди продолжала настаивать.
— Только подумай, две недели с нами будет человек, который сможет со
стороны оценивать наши проекты, возможно, даже делать замечания. Новый
взгляд всегда необходим, а для Элли это будет неоценимый опыт...
— Тэдди, ты преувеличиваешь, — поморщился Дан. — Ну какой от
нее прок? Хотя, если ты считаешь, что огородное пугало может служить
источником вдохновения, то хорошо, я приведу сюда Элли.
Теодора внутренне возликовала. Пусть она несколько перегнула палку в своих
доводах, но она добилась своего!
— Вот и отлично! — просияла она. — Значит, завтра мы ждем
тебя с Элли?
— Да, — нехотя кивнул Дан. — Будем надеяться, что она в какой-
то степени унаследовала способности дяди...
День пролетел незаметно. Дан был настолько увлечен работой, что с сожалением
встал из-за стола, когда пришло время отправляться домой. Конечно, он лучше
бы остался в офисе и потрудился еще немного, но где-то в сердце Нью-Йорка
его ждет взбалмошная девица, над которой необходим самый тщательный надзор.
А то она вполне способна натворить всяких дел...
Однако если Даниэль рассчитывал быстро добраться до дома, то он сильно
ошибался. Потому что в этот час его ждала не только Элли Хасл, но и Лючия
Грациано. Черный лимузин Лючии стоял прямо у дверей
Хьюстон Эдвертайзинг
.
Как только Дан увидел эту машину, его настроение резко испортилось. Он
настоятельно просил секретаря не соединять его сегодня с мисс Грациано и
думал, что избавился от нее на время. Не тут-то было. Лючия решила лично
наведаться, чтобы выяснить, в чем дело.
Даниэль нехотя направился к машине. Лимузин внезапно напомнил ему хищника,
поджидающего его за углом и готового наброситься и пожрать. И как я мог
увлечься Лючией? — горестно размышлял про себя Даниэль, вспоминая, как
всего лишь несколько дней назад с нетерпением ждал ее звонка.
— Привет, Даниэль! — Лючия стремительно выскочила из машины, как только он подошел ближе.
Даниэль невольно отпрянул назад. Если Лючия рассчитывала на приветственный
поцелуй, то ее надежды не оправдались.
— Добрый вечер, — вежливо, но холодно сказал Даниэль, без особого
интереса разглядывая дочь Эдуардо Грациано.
Лючия, несомненно, была очень хороша. Копна ухоженных черных волос, пухлые
чувственные губы и большие темные глаза на белоснежном личике. В каждом ее
движении ощущался немой призыв, и редкий мужчина мог устоять. Лючия знала,
что она привлекательна, и беззастенчиво пользовалась этим. Ее итальянские
знакомые с ума сходили из-за ее дразнящей сексуальности и бархатного
голоска, однако Даниэль оставался на удивление холодным. Это и бесило, и
раззадоривало Лючию одновременно.
— Как продвигаются наши дела? — Она двусмысленно улыбнулась, давая
Даниэлю возможность подхватить ее игру.
— Прекрасно. — Он был по-прежнему равнодушен. — Думаю, что в
конце недели я смогу показать вам нечто стоящее.
— Действительно стоящее? — Лючия намеренно понизила голос до
призывного шепота, подошла к Даниэлю ближе и положила руку ему на плечо. Не
понять ее было нельзя.
По лицу Даниэля мелькнула тень неудовольствия. Ему претила подобная
настойчивость. Дан Хьюстон не привык к тому, что его пытаются заарканить,
словно дикого жеребца, прибегая при этом к довольно грубым методам. Лючия
нравилась ему вначале, но ее бесцеремонность уже принесла свои отрицательные
плоды. Больше всего на свете Дан не любил, когда женщина посягала на его
личную свободу. А Лючия, видимо, решила, что раз он проявил к ней вполне
естественный интерес, то она уже имеет на него какие-то права...
— Надеюсь, что да, — с улыбкой, но твердо произнес Дан, убирая
руку Лючии. — Я свяжусь с Фабрицио и договорюсь о встрече. Надеюсь, ты
не скучаешь сейчас в Нью-Йорке? К сожалению, я не могу уделять тебе столько
времени, как на прошлой неделе. Очень много дел.
Лючия побледнела от злости. Она прекрасно поняла, что Даниэль имеет в виду.
Он больше не считает нужным развлекать ее, ему не интересно общаться с ней.
Значит, никакой надежды на развитие отношений нет. Или...
Она решила дать ему еще один шанс.
— Все замечательно, Даниэль, — проговорила Лючия настолько
ласково, насколько была способна. — Вот только без тебя Нью-Йорк стал
совсем безрадостным...
Даниэль терпеливо ждал, чем все это закончится. Он уже понял, что за неделю
тесного общения с Лючией вселил в нее надежду на развитие отношений. Сейчас
он чувствовал, что ему неизбежно придется ее разочаровать. Мимолетное
влечение, которое он испытывал к Лючии в начале их знакомства, улетучилось,
на смену ему пришло раздражение от ее назойливости.
Надеюсь, это не повредит контракту с Грациано, хмуро думал он, слушая
разглагольствования Лючии о том, как ей одиноко в Нью-Йорке.
— ... когда же ты мне составишь компанию? — наконец закончила
Лючия свою речь.
Даниэль набрал в легкие побольше воздуха, как перед прыжком в воду.
— Лючия, мне ужасно неудобно, но я страшно занят сейчас. Ты должна
понимать, что работа над проектом твоего отца забирает все свободное
время...
— На прошлой неделе это было не так, — по-детски заявила Лючия и
надула губки.
Даниэлю внезапно стало смешно.
— А сейчас у меня появились дополнительные обязанности. Пойми, Лючия, я
здесь работаю, а не развлекаюсь.
А вот этого говорить не стоило. Лючия нахмурилась, сжала губы.
— Значит, ты считаешь, что я лишь бездельничаю? — процедила она
сквозь зубы.
Обида была сильна, так как только вчера Фабрицио на правах старшего
выговаривал ей за то, что у нее одно веселье на уме.
— Ни в коем случае, — начал оправдываться Даниэль, но было уже
слишком поздно.
— Хорошо. — Лючия гордо вздернула подбородок. — Тогда
посмотрим, стоит ли папе связываться с компанией, директор которой до такой
степени занят, что не может уделить время его дочери!
С этими словами Лючия развернулась и нырнула обратно в машину, которая
тотчас тронулась с места. Даниэлю оставалось лишь посылать проклятия в адрес
сумасбродной итальянки.
— Тебе сразу не стоило обращать на нее внимания, — раздался за
спиной знакомый голос.
Дан усмехнулся. Теодора Беркли собственной персоной.
— Ты все слышала? — Он повернулся к своей собеседнице.
— Не все, — призналась Тэдди, — но достаточно для того, чтобы
понять, что Лючия разъярена и может доставить
Хьюстон Эдвертайзинг
неприятности. А все из-за того, что ты игнорируешь ее.
Тэдди понимала, что как профессионал она должн
...Закладка в соц.сетях
